Выводы по Главе 1
Норма - социально-историческая категория, присущая всем формам существования языка, и, следовательно, реально функционирующая в речи говорящих на данном языке. Осуществляя связь между системой и её реализацией, норма оказывается в зависимости от двух факторов - от возможностей, предоставляемых системой, и от оценки (выраженной эксплицитно или имплицитно) языкового коллектива; таким образом, процесс формирования нормы включает две стороны - объективную и оценочную, аксиологическую.
Двусторонний характер нормы, а также её сложность и многогранность объясняют и её неоднозначное проявление на разных уровнях языка и в разных секторах языковой общности. Рассматривая различные проявления нормы как отдельный тип данного понятия, можно говорить о множественности норм и о возможности их типологизации на основе различных критериев. Наибольший интерес представляет деление норм по принципу соотнесения с неоднородностью языкового коллектива, что позволяет выделить эксплицитную норму, распространяющуюся на всех говорящих, и имплицитные нормы, функционирующие в отдельных социальных группах. Представив всю совокупность проявлений нормы в виде некого нормативного поля, можно отнести эксплицитную (явно вьгоаженную) норму к его ядру, а имплицитные (неявные, скрытые) нормы - к периферии. Перемещение отдельного явления с периферии нормативного поля в его центр являет собой процесс эволюции нормы.
Эволюция нормы обусловлена как внутрилингвистическими, так и экстралингвистическими факторами. Немаловажную роль в этом процессе играют отношения между различными социальными группами внутри языкового коллектива; в роли лингвистического новатора способна выступить любая социальная группа, и условно эволюцию нормы можно представить как последовательное распространение
гоменения на все социальные группы данного языкового коллектива. Статус нормы на протяжении этого процесса остаётся невыясненным: она уже отделилась от ненормативных явлений, но ещё не достигла академической нормы, так как процесс нормирования не завершён. Для обозначения такого промежуточного явления, т.е. нормы, находящейся в процессе становления, в настоящей работе используется термин дескриптивная норма, как оппозиция прескриптивной норме, зафиксированной в академических изданиях. Прескриптивная и дескриптивная нормы, различающиеся по свойствам и функциям, в большей или меньшей степени зависят от системы и узуса, а также находятся в определённых отношениях друг с другом. Эти отношения могут оцениваться как взаимообусловленность, взаимозависимость и взаимовлияние, что непосредственным образом связано с динамикой нормы. Дескриптивная норма имеет несколько стадий развития: на начальном этапе она совпадает с имплицитной нормой породившей её группы, а на конечной стадии достигает эксплицитной нормы, распространившись, таким образом, на весь языковой коллектив. Присутствуя в сознании большинства носителей языка как нормативная единица, эксплицитная дескриптивная норма имеет максимальную вероятность закрепиться в системе языка посредством кодификации, т.е. войти в прескриптивную норму данного языкового коллектива. Кодификация является промежуточным этапом в процессе формирования нормы и предполагает сознательный отбор, закрепление и воспроизведение языковым коллективом лингвистических средств, входящих в дескриптивную норму. Таким образом, дескриптивная и прескриптивная нормы представляют собой соответственно предпоследний и последний этапы процесса становления нормы, разграничительным барьером между которыми служит кодификация.
Глава 2.
ИЗМЕНЕЫИЕ НОРМ В СОВРЕМЕННОМ ФРАНЦУЗСКОМ СИНТАКСИСЕ
6т. Выявление дескриптивных норм французского синтаксиса1.1. Специфика смены норм в грамматике
Известно, что обновление норм затрагивает все звенья языковой системы, причём на разных уровнях - фонетическом, лексическом, грамматическом - этот процесс идёт с неодинаковой скоростью и имеет свои особенности. Грамматика является наиболее устойчивым звеном, которое обеспечивает жёсткость языковой системы и в силу этого реже претерпевает какие-либо изменения. Таким образом, обновление норм на данном уровне представляет особый интерес, так как является результатом длительной эволюции и свидетельствует о сдвигах внутри языковой системы.
Как правило, нововведения в грамматике осуществляются не путём добавления новых элементов, а путём возникновения новых моделей сочетания имеющихся единиц. При этом самой подвижной частью является синтаксическая организация высказывания, так как именно синтаксис представляет наибольшие потенциальные возможности комбинирования. Поэтому в качестве основного объекта при исследовании дескриптивной нормы в данной работе была избрана одна из синтаксических моделей -"дополнение-подлежащее-сказуемое" ("искажённый" вариант главной синтаксической структуры S-V-O), не отвечающая требованиям прескритивной нормы, но тем не менее функционирующая в речи современных носителей языка. Грамматическая норма - это не обязательно старое, закреплённое традицией употребление, это "такое образование и
употребление форм и категорий, которое, во-первых, последовательно воспроизводится в коллективной языковой практике носителей литературной речи - в определённых условиях ограничения (функционально-стилевых) или вне всяких ограничений - и, во-вторых, обнаруживает тенденцию к живому взаимодействию с другими звеньями системы". [Шведова 1962:12] Приведённое определение затрагивает, таким образом, одну из важных проблем при выделении дескриптивной нормы - наличие определённых критериев нормативности, которые позволили бы отобрать из узуса явления, включённые в нормативное поле данного языка. Иными словами, необходимо разграничить нарушения нормы, находящиеся на периферии нормативного поля или за его пределами, и явления, вставшие на путь нормирования, то есть входящие в дескриптивную норму. Таким образом, чтобы установить принадлежность конструкции O-S-V дескриптивной норме современного французского языка, нужно определить, насколько эта структура соответствует основным критериям нормативности.
1.2. Критерии нормативности
' Выделение базовых критериев, позволяющих отграничить
* нормативные явления от ненормативных, - одна из наиболее сложных
проблем нормы. Ещё в античности учёные задумывались над этим вопросом,
пытаясь определить критерии правильности речи. В то время господствовали
две противоборствующие тенденции, восходящие к известному спору между
аномалистами и аналогистами. Приверженцы аналогии отдавали приоритет
разуму и логике, предлагая установить правила использования языковых
единиц и оценивать любое высказывание как соответствующее или не
соответствующее установленным правилам. Их противники в качестве
ь критериев нормы предлагали узус, авторитет и уместность речи.
Таким образом, древние учёные определили основополагающие факторы, которые до сих пор играют важную роль при выделении нормы. Так, критерий аналогии можно рассматривать двояко - как соответствие
заданным правилам и как соответствие имеющимся в языке моделям (в этой трактовке он встречается в работах современных ученых, таких как Б.С. Шварцкопф, Н.Ю. Шведова, В.А. Ицкович, Ж.-М. Клинкенберг и др.). В первом понимании критерий аналогии помогает установить нормативность или ненормативность языкового явления с точки зрения действующей нормы, то есть является неотъемлемой частью прескриптивной нормы. Использование же данного критерия в современной трактовке может помочь при изучении динамики нормы, так как нередко живые процессы в речи, приводящие к смене норм, обусловлены действием аналогии [Шведова 1962]. Например, во французском языке можно выделить ряд нарушающих прескриптивную норму образований, которые возникли под влиянием механизма аналогии: alter qu docteur вместо alter chez le docteur (no аналогии с alter д I'hdpital); se rappeler de quelque chose вместо se rappeler quelque chose (по аналогии с se souvenir de auelque chose) и др.
Однако далеко не все процессы в языке можно объяснить с позиций аналогии - иначе система языка использовала бы раз и навсегда созданные модели, и менялись бы только возможности сочетания строящихся по ним единиц. Иными словами, менялась бы только норма, а система бы оставалась в первозданном состоянии. Но, как известно, изменения в норме нередко влекут за собой изменения в системе, и система языка с течением времени хоть и медленно, но меняется. Поэтому критерии, выдвинутые аномалистами, также не лишены основания, и в переработанном виде они по сей день используются учёными-современниками. Так, критерий уместности речи получил в психолингвистике название "принципа коммуникативной целесообразности" [Костомаров, Леонтьев 1966] и прочно вошёл в лингвистическую терминологию. Критерий авторитета (социально-территориального или литературного) может пониматься как социальный престиж, общественное признание данной единицы, что является одной из важнейших характеристик нормативного явления. Обращение к узусу, т.е. массовая и регулярная воспроизводимость - также необходимое условие
нормативности [Истрина 1948:19, Шварцкопф 1970:374].
Как видим, критерии, выдвинутые античными учёными, были переосмыслены в условиях современной действительности. Очевидно, что использование только одного из них оказывается недостаточным для установления нормативности того или иного явления, вследствие чего предпринимались неоднократные попытки их объединить, уточнить или дополнить. Так, Ж.-М. Клинкенберг jXlinkenberg 1982:53] выдвигает четыре основных критерия, характеризующих нормативную речь:
- соответствие высказывания установленной модели; соответствие состоянию языка, оцениваемому как "идеальное" (т.е. состояние языка в определённую эпоху рассматривается как достигшее оптимального равновесия, а последующее развитие расценивается как деградация);
- соответствие речи определённой части населения, выделяемой по географическому ггошщипу;
- соответствие речи определённой части населения, выделяемой по социальному принципу.
Данный подход учитывает социальную и территориальную дифференциацию, но отрицает фактор развития, признавая нормативным лишь соответствующее заданному состоянию языка и его страт.
Я. Ханс [Hanse 1949:14] предлагает при определении нормативности принимать во внимание следующие критерии: традиционность употребления (на это указывает и Ф.П. Филин [Филин 1966:18-19]), разговорный язык образованной части населения, письменная форма языка, реализующаяся в произведениях современных писателей (принцип, которого придерживались пражские лингвисты), а также варианты, изученные и описанные лучшими грамматистами, хорошими словарями и, наконец, официальной организацией, занимающейся проблемами нормы национального языка.
На наш взгляд, положения Ханса в целом отражают процесс эволюции нормы. Действительно, первый критерий, т.е. употребление подавляющим
большинством носителей языка на протяжении долгого времени (языковая традиция), соответствует первому этапу в становлении нормы; рекуррентность в речи образованных людей (в устной и письменной форме) - необходимый промежуточный этап в формировании нормы; наконец, финальное положение, т.е. появление в справочниках и словарях, соответствует прескриптивной кодифицированной норме.
Очевидно, что само понятие "критерии нормативности" неоднозначно, поэтому необходимо разграничить критерии, адресованные говорящим, и критерии, на которых базируется исследователь при изучении нормативных сдвигов. Цель первой группы критериев - предоставить образец для построения высказывания (с учётом соответствия моделям, правилам, социальному контексту, коммуникативной ситуации и т.п.) и научить разграничивать языковые факты на соответствующие и не соответствующие этому образцу, при этом отдавая приоритет первым и избегая использования в своей речи вторых. Этот отбор производится в синхронии, т.е. учитывает только состояние языка на современном для говорящих этапе развития и, соответственно, действующая на этом этапе прескриптивная норма.
Цель другой группы критериев иная - они необходимы учёному для оценки всех языковых фактов, присутствующих в узусе, как включённых, так и не включённых в прескриптивную норму. Поскольку критерии именно этого типа представляют для нас интерес, в последующем изложении мы будем использовать этот термин в узком значении, подразумевая под ним критерии только второго типа.
На наш взгляд, проблему критериев нормативности можно сформулировать следующим образом: какими принципами должны руководствоваться исследователи, чтобы кодифицировать отдельные языковые явления, т.е. внести изменения в существующую прескриптивную норму? Учитывая, что предшествующим прескриптивной норме этапом является дескриптивная норма, при отборе языковых фактов следует базироваться именно на дескриптивной норме; таким образом, задача
исследователя - выявить явления, включённые в дескриптивную норму, оценивая их с точки зрения соответствия критериям нормативности.
Одним из важных признаков нормативного явления является его устойчивость (встречается в речи в течение длительного периода времени) и степень употребительности (встречается в речи большинства говорящих). Однако сами по себе эти факторы не являются определяющими - известно, что некоторые отступления от нормы существуют в языке в течение долгого времени и характеризуются высокой частотностью употребления, но не перестают от этого быть ошибками, оставаясь за рамками нормативного употребления [Горбачевич 1975:62]. Так, образования типа le livre quej'ai parli (по аналогии с le livre guej 'en lu), не принадлежат ни прескриптивной, ни дескриптивной норме, хотя и отмечены как широко употребимые [Rey 1972:13]. Вероятно, определённым показателем должна служить встречаемость в речи образованных людей (речь малообразованных носителей языка тоже не следует игнорировать, но вряд ли её можно считать серьёзным источником нормативных явлений). В этом случае степень употребительности является немаловажным критерием - нельзя отрицать, что частотность употребления периферийного варианта играет большую роль в динамике нормы: чем она больше, тем сильнее воздействие периферийного варианта на нормативное употребление. [Шварцкопф 1977:130]
