ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. В последние десятилетия в исследо-# ваниях отечественных языковедов всё больше внимания уделяется рассмотре-
• нию языка с позиций антропоцентризма, согласно которому во главу угла ставится человек, носитель и пользователь языка. Язык, являясь важнейшим средством общения людей, подчинён потребностям, интересам и уровню культуры собеседников (непосредственных или опосредованных), что подтверждает его социокультурный характер. Именно поэтому развитие и изменение языка ис-
# следуется сообразно той культурной парадигмы, которая сформировалась в социуме на определённом периоде времени.
Несмотря на то, что интерес многих языковедов современной эпохи, часто называемой постмодернистской, обращен к газетно-публицистическому дискурсу, в частности, к изучению заголовочных конструкций газет, в научной литературе о сущности литературной аллюзии не существует общепринятого мне-fe ния. Литературная аллюзия рассматривается либо с позиции интертекстуально-
сти (как прецедентный текст), либо с позиции стилистических приёмов (как фигура речи). Не установлено, представляет ли аллюзия как форма проявления интертекстуальности и аллюзия как стилистический приём одно и то же или это разные понятия.
В последние десятилетия широкое распространение получили работы,
* посвященные изучению прецедентных феноменов, используемых журналистами для названия своих публикаций. Так, в рамках лингвокультурологического подхода прецедентные феномены исследуются в двух аспектах:
1) коммуникативно-прагматическом, сторонники которого (Н.Д. Бурви-кова, Н.С. Валгина, И.Е. Дементьева, Е.А. Земская, СВ. Ильясова, Л.В. и О.В. Лисоченко, Ю.Н. Караулов, С.Г. Корконосенко, В.Г. Костомаров, B.C. Савель-
1щ ев, М.Ю. Сидорова, СИ. Сметанина) рассматривают особенности функциони-
а рования прецедентных текстов в речи носителей языка;
-4-
2) когнитивном, сторонники которого выявляют характер мыследеятель-ности слушающего или читающего при восприятии и интерпретации прецедентных текстов (Д.В. Багаева, Д.Б. Гудков, В.В. Красных).
Изучению аллюзии в газетно-публицистическом дискурсе посвящены работы П. Бакри, Н.С. Клушиной, М.И. Шостака, Г.С. Шалимовой и других учёных. Литературная аллюзия как стилистический приём рассматривается в исследованиях О.В. Павловской и Д.Н. Яцутко. Однако специальному исследованию экспликация претекстов и прецедентных текстов в литературных аллюзиях не подвергалась. Кроме того, когнитивная метафора, включаемая автором в аллюзивный газетный заголовок, также не изучалась.
В ходе диссертационного исследования автор опирался на следующие работы отечественных и зарубежных учёных в области лингвокультурологии, дискурсивной, структурной и когнитивной лингвистики и теории журналистской деятельности:
- Н.Ф. Алефиренко, Т. ван Дейка, В.И. Карасика, изучающих содержание, структуру, типологию дискурса;
- Е.А. Баженовой, Р. Барта, И.П. Ильина, Э.А. Усовской, С.А. Ушакина, М.А. Хевеши, проблематикой исследования которых являются проявления тенденций постмодернизма в культуре общества;
- Т.А. Засориной, Л.П. Крысина, В.Ф. Олешко, Т.Я. Солганика, СВ. Чече-ля, В.Н. Шапошникова, исследующих динамику языковых изменений совре- менного общества и уровень культуры деятелей СМИ и массовых читателей;
- С.Н. Бредихина, Н.В. Данилевской, Г.В. Дружина, З.С. Санджи-Гараевой, В.З. Санникова, рассматривающих типы, содержание и функциональную направленность языковой игры;
- Т.В. Евсюковой, Г.В. Лазутиной, Е.А. Покровской, Л.Н. Федотовой, занимающихся исследованиями процесса взаимодействия адресанта и адресата, особенностей восприятия и интерпретации читателем предложенного сообще- ния;
-5-
- О.Н. Емельяновой, В.М. Грязновой, Ю.И. Леденёва, В.А. Малышевой, Л.А. Новикова, Л.Г. Самотик, Ю.С. Степанова, рассматривающих семантические характеристики лексического состава современного русского языка;
Ф - А.Н. Баранова, М. Блэка, Н.Н. Болдырева, В.Г. Гака, О.И. Глазуновой,
• Э. Кассирера, Дж. Лакоффа, С.Н. Петровой, З.Д. Поповой, И.А. Стернина,
А.П. Чудинова, основным направлением исследований которых является когнитивная метафора;
- Ю.Д. Апресяна, Н.Д. Арутюновой, А.Ф. Прияткиной, изучающих структуру, синтаксические особенности и значение высказывания.
'Ш Объектом исследования являются газетные заголовки центральной прес-
сы конца XX - начала XXI веков, построенные в виде литературных аллюзий.
Предмет исследования составляют тематические, структурно-семантические и функциональные способы актуализации прецедентных феноменов в литературных аллюзиях, включённых в заголовки современных газет.
Цель диссертации - комплексный анализ особенностей стилистического ** приёма литературной аллюзии в газетно-публицистическом дискурсе конца XX
— начала XXI веков.
Поставленная цель предполагает решение следующих задач:
- уточнить содержание дефиниций «аллюзия» и «литературная аллюзия» в газетно-публицистическом дискурсе;
- выявить специфику и характер отражения общекультурного компонента ф в литературной аллюзии;
- рассмотреть претексты, эксплицируемые в литературных аллюзиях;
- установить корпус прецедентных феноменов, являющихся базой изучаемых литературных аллюзий;
- проанализировать тематические и структурно-семантические особенности литературных аллюзий ив соответствии с этим выявить разновидности
ф. данного средства выразительности, характерные для газетно-
а публицистического дискурса;
-6-
- выявить систему действий, совершаемых автором при создании литературной аллюзии и читателем при её восприятии и интерпретации;
- построить модели смысловыражения литературных аллюзий и система-0 тизировать экспрессемы в аспекте функциональной направленности и оценоч-
# ности.
Материалом исследования послужила картотека газетных заголовков с комментарием, составленная методом избирательной выборки (выбирались только литературные аллюзии) из центральных газет: «Российская газета», «Комсомольская правда», «Московский комсомолец», «Труд», «Аргументы и ф факты», «Известия», «Правда», «Советская Россия» за 1998-2005 годы. Полный
список газетных заголовков с указанием прецедентного феномена, характеристикой содержания соответствующей статьи, года и номера издания даётся в приложении.
Методы исследования. В работе нашли своё применение синхронический подход с элементами диахронического, описательно-аналитический ме-т тод, трансформационный метод, квантитативный метод, а также общенаучные
методы наблюдения, моделирования и интерпретации.
Основными приёмами исследования являются следующие:
- оппозиционный приём при установлении сходства и различия в содержании прецедентного феномена и литературной аллюзии;
- элементы дистрибутивного анализа при сегментации прецедентного фе-ф номена и аллюзивного высказывания;
- структурно-семантический анализ компонентов литературной аллюзии;
- приём классификации при объединении литературных аллюзий в классы по тематическим, структурно-семантическим и функциональным признакам;
- фреймовый анализ при построении когнитивных структур, к которым восходят компоненты прецедентного феномена и аллюзивного высказывания;
^ - метафорический анализ выделения когнитивных моделей, на базе кото-
л рых созданы литературные аллюзии;
- 7 -
- контекстуальный? анализ? пршустановлениишктуализированнош^речево-го^значенияшитературныхлаллюзий*
Научнаяшовизна«работы;заключаетсяшгеледующем-:
- к изучению? литературных-i аллюзищ функционирующих^ в* газетно- публицистическом* дискурсе,, осуществлён:: комплексный* подход, включающий? лингаокультуролоБическую;. когнитивно-диекуреионную; структурно^-семантияескуюшфункциональную'составляющие;
- в? научныш оборот введены; понятия* «аллюзивные; денотаты^ первого? и* второго?порядка», «аллюзивные стереотипы, первой*иг второй/степени»,«преце- дема»;
- выявлены; способы; экспликации^претекстовйшпрецедентных феноменов* Biлитературных аллюзиях;:
- рассмотрены* процессы кодированиям (автором)? ж декодирования* (читателем)? информации; заложенной^литературной? аллюзии;:
- впервые::предпринятащопытка специального*исследования* коенитивнош метафорыш; составе литературной*аллюзии;
- проведенное комплексное: исследование литературных, аллюзийш газет-но-публицистическом; дискурсе: расширяет представление: о? данных* средствах выразительности газетногогязыка;
На*защитувыносятся?следующие положения:
ШШэпшу. постмодернизма вщентральношпрессе; отноеящейся*кгазетног публицистическому дискурсу, значительное количество] названийшубликуемых материалов* представляет собой? литературные: аллюзищ которые: относятся? к стилистическим? приёмам» риторического» усилениям речи» строятся? на: основе: трансформации*прецедентных текстов?и выступают^ однимиизгвидовгязыковых р^ имеющих евотзамысел;, уеловияшуправияа1;
у. который* с содержательной? стороньж включает в?;, еебж индивидуалъно-
^„ линноетную»культуру автора; его; профессиональное мастерство^и? культурный^
облик; массового?читателя* аьс функциональной*— системуs действий*адресанта; ш
-8-
адресата в отношении литературной аллюзии в газетно-публицистическом дискурсе: первый: кодирует сообщение в виде экспресеемы в ходе осуществления трёх видов деятельности; (познавательной;, художественной и ценностно-- осмысляющей), а второй осуществляет дешифровку экспрессемы с опорой на три уровня своей мыследеятельности (когнитивное, структурно-семантизирующее и распредмечивающее понимание).
3; В построении литературных аллюзий опосредованное участие принимает текст-первоисточник^ или денотат первого порядка, который, как правило^ имеет автора, представляет собой культурно-историческую ценность и отно- сится к произведениям элитарной культуры. Экспресеема прямо не заимствует содержание претекста, с которым она генетически связана. Содержательный план литературным аллюзиям задают денотаты второго порядка, представляющие собой два вида прецедентных феноменов (прецедентные высказывания и прецедентные тексты); многообразие которых позволяет объединять прецедентные феномены в тематические классы, подклассы, группы и подгруппы.
4; Актуализация прецедентных феноменов*в литературных аллюзиях обусловлена маркерами, или репрезентантами. Степень маркированности данных компонентов является различной в зависимости от характера угадывания читателем аллюзивного денотата второго порядка. Маркеры, или репрезентанты, создают сходство содержания литературной аллюзии и содержания прецедентного феномена, которое адресат устанавливает на первом уровне мыследея- тельности - когнитивном понимании. Сходство в содержании экспрессивной единицы и прецедентного феномена позволяет классифицировать литературные аллюзии по тематическому основанию.
5i Изменение прецедентного феномена осуществляется при помощи компонентов^ обладающих повышенной экспрессией (антимаркеров; или трансформантов); особое место среди которых занимают когнитивные метафоры, во всём; своём многообразии представленные в структуре литературной аллюзии. Наиболее употребительными фреймовыми моделями в реализации метафорических переносов различных типов при построении литературных аллюзий оказа-
-9-
лись следующие: НЕЧТО ТАКОЕ, НЕКТО ЕСТЬ НЕКТО 1, НЕЧТО ЕСТЬ НЕЧТО 1. Нахождение читателем в структуре экспрессивной единицы трансформантов подготавливает его к пониманию смысла и оценке аллюзии и харак- теризует прохождение адресатом структурно-семантизирующего уровня мыс- ледеятельности.
6. Смысл литературной аллюзии включает в себя основную содержательную информацию, или диктум, и дополнительную, оценочную, или модус. Наделение аллюзии смыслом и его угадывание всегда субъективированы авторским и читательским видением рассматриваемой проблемы. Успешным можно считать такой газетно-публицистический дискурс, в котором обе субъективности совпадают, что характерно для эмоционально-оценочных литературных аллюзий, в которых в полном объёме отражаются индивидуально-личностная культура и профессиональное мастерство адресанта и культура адресата.
Теоретическая значимость исследования состоит в уточнении содержания понятий «аллюзия» и «литературная аллюзия» и смежных с ними явлений применительно к газетно-публицистическому дискурсу, в выявлении составных частей общекультурного компонента литературных аллюзий, в выделении и характеристике основных структурных компонентов данных средств выразительности, в рассмотрении метафорических трансформаций литературных аллюзий с помощью когнитивной метафоры, в разработке теоретических основ систематизации литературных аллюзий с тематической, структурно-семантической и функциональной точек зрения.
Практическая значимость исследования заключается в возможности использования его результатов для дальнейшего изучения других видов аллюзии в газетно-публицистическом дискурсе, в лексикографической практике при подготовке словарей, имеющих лингвокультурологическую направленность. Материал и результаты работы могут найти применение в вузовских курсах по когнитивной семантике, лингвокультурологии, практической стилистике, в курсах поэтики журналистики, а также в спецкурсах и спецсеминарах, посвященных изучению языка средств массовой информации.
-10-
Апробация работы. Основные положения и результаты исследования были представлены в докладах на Международной научной конференции «Антропоцентрическая парадигма в филологии» (Ставрополь, 2003), на Всероссий- ской научно-практической конференции «Русский язык и активные процессы в современной речи» (Ставрополь, 2003), на Международной конференции «Культура русской речи» (Армавир, 2003), на Международной научной конференции «Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики» (Тольятти, 2004), на 48-й, 49-й и 50-й научно-методических конференциях «Университетская наука - региону» в Ставропольском государственном университете (2003, 2004, 2005 гг.). Основные положения работы отражены в десяти публикациях в материалах международных, всероссийских, региональных и университетских научных конференций, а также в научном журнале «Русский язык и межкультурная коммуникация» (Пятигорск, 2003).
Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка, насчитывающего 179 наименований, списка словарей и их условных обозначений, состоящего из 25 изданий, приложения, которое представляет собой перечень литературных аллюзий и прецедентных феноменов, коррелирующих с ними (в целом приложение включает 1356 единиц).
-IT-ГЛАВА 1. ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ ЛИТЕРАТУРНОЙ АЛЛЮЗИИ В ГАЗЕТНО-1ГУБЛИЦИСТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ
т 1.1. Аллюзия и смежные явления в заголовках современных газет
Антропоцентрический подход к изучению языка, активно внедряемый в лингвистическую науку, позволил рассматривать язык и человека в неразрывном единстве. Как отмечает ряд авторов, человек видит мир через призму языка, а изменение и развитие самого языка зависит от происходящих в обществе изменений; интересов и потребностей человека (Дементьев 1999; Леденев 2003; Покровская 2003). Имея социокультурный характер, язык взаимосвязан и взаимодействует с человеком в рамках той культурной парадигмы, которая сфор-
^ мировалась на определённом этапе развития общества.
В условиях современной действительности культурная парадигма получила название постмодернистской, под которой большинство учёных (Д.И. Дубровский (Дубровский 2002), И.П. Ильин, А.Н. Коняхин, Э.А. Усов-
¦ ¦ екая (http // Усовская), М.А. Хевеши (Хевеши 2001) и др.) понимают сущест-
венные преобразования в системе культуры, вызванные бурным развитием информационных технологий, разнообразных средств массовой коммуникации, которые охватили все сферы человеческой деятельности.
ф Особенностью данной парадигмы, появившейся в конце 70-х годов в за-
падной культуре и распространившейся вкультуре многих странах, в том числе
'Ф и России, является то, что граница между элитарной (высокой) и массовой
культурой оказалась размытой (Культурология 1997; Чучин-Русов 1999), в результате чего возник феномен «журнализации» культуры, заключающийся в способности глобального охвата всех сфер жизнедеятельности; поверхностного, но быстрого вхождения в любое событие, явление, в любой фрагмент социальной жизнедеятельности и «участия» в нём (Дубровский 2002; Коняхин
>Щ' 2004). Подобная «журнализация» культуры характерна, в первую очередь, для
ф газетно-публицистического дискурса.
-12-
©днозначнош определения1: понятия? «дискурс» в^ современной науке не существует:: данный? термин? используется» в^ психолингвистике, лингвокульту-рологищ лингвистике: текста; структурной* лингвистике, социолингвистике' и т.д. W настоящем; исследовании; мы* придерживаемся* социолингвистического (ШШ Карасик) ш когнитивно-диекуреионного^ (НКФ* Алефиренко* (Алефиренко> 2005), Е.€... Кубрякова) подходов? кпониманию дискурса, а: также точки» зрения TL ван Дейка (Дейк, 1978; 1994): В-; работах указанных авторов? удачно; на? напг взгляд, определён феномен дискурса и раскрыта его типология.
Сообразно со сказанным, газетно-публщистический дискурс представляет собой дистантную форму коммуникативной деятельности; институционального и когнитивного характера, основными- участниками которой являются представители средств- массовой информации как социального института ш массовая; аудитория (Водак 1997; Караеик 1998). Указанный;тип дискурса выходит в мир психики и когнитивной деятельности^ (Кубрякова 2004); поскольку в полной мере отражает антропоцентрические факторы, что проявляется» в следующем^ Bs процессе опосредованного общения* адресант осуществляет целенаправленную творческую работу, которая» опирается^ и; на интуитивную; w на осознанную интеллектуальную-деятельноеть, в, то ^ время;, как адресат также выг полняет творческую работу, которая; однако^ уже осуществляетсяша уровне авг томатизмаиинтуиции:
Особое проявление газетно-публицистичеекий дискурс приобретает в периодической печати. Дистантная; коммуникативная-; деятельность реализуется: между передающей: стороной (журналистом); которая? создаёт вербальные: знаки, ж принимающей стороной (читателем); котораж их воспринимает ж осмысливает. Автора етатьш «.. .наделён; недекларируемыми; правами? «режиссёра: общения» (Журьева;2003, 120);. т.КчИменноимсразрабатываютсяйкоммуникативные стратегии; (определённые: модели- речевого поведения? для? достижения? общей цели общения)?для самого себжи для?адрееата Ирдаэтомщель адресанта;заклю-чается?в v создании; такогосообщения^ которое: будет понятно читателю; цель адг ресата,-понять замысел автораи правильно интерпретировать.сообщаемое.
-13-
Указанный нами тип дискурса наиболее активно вбирает в себя постмодернистские тенденции, в частности, «цитатное письмо», суть которого, по СИ. Сметаниной, заключается «...в интеллектуальной, эмоционально-
$ оценочной, формальной переработке «чужого» текста-цитаты, осмысленного и
# освоенного в системе культуры, и повторное использование его в качестве
средства номинации по отношению к реальным ситуациям (лицам) при создании медиа-текста» (http // Сметанина).
С помощью цитатного письма строятся газетные заголовки большинства современных центральных газет, к которым Л.Л. Реснянская относит две груп-
$, пы печатных изданий: 1) универсально-тематические газеты: «Аргументы и
факты» (АиФ.), «Комсомольская правда» (КП.), «Труд» (Т.), «Известия» (И.), «Московский комсомолец» (МК.)Э «Российская газета» (РГ.); 2) специализированные печатные издания (партийные газеты): «Правда» (П.), «Советская Россия» (СР.) (Реснянская 2000, 5).
Названия статей в перечисленных изданиях, отличаясь от заглавия худо-
Ш жественного произведения, по Н.А. Кожиной, соотношением не только с тек-
стом, но и с внешним миром, занимают сильную позицию: в настоящее время газетные заголовки «...приобрели такое качество, как зазывность, т.к. они призваны продать свой товар — информацию» (Ильясова 2003а, 110; Кожина 1986). Подобным качеством в большей степени обладают заголовочные конструкции, представляющие собой аллюзии, в которых находит своё отражение такое по-
сф нятие постмодернистской культурной парадигмы, как интертекстуальность.
Данный термин был введен в 1967 году французским постструктуралистом Юлией Кристевой, обозначившей под ним общее свойство текстов, выражающееся в наличии между ними связей, благодаря которым тексты (или их части) могут разнообразными способами явно или неявно ссылаться друг на друга, в результате этого возникает диалог как с широкой публикой (массовой jg аудиторией), так и с просвещенным меньшинством (создателями текстов, на
т которые ссылаются) (Кристева. Цит. по:Ушакин 1996).
-14;-
Е.^Баженова;выделяет двашониманияшнтертекстуальноети: широкое: ш узкое;раженовае2003)ь1Ш1йрокийшодход;к;га
I: Барт рарт; 1994);.Э'$№. ?совскаяда др;); разработанный* прежде всего Фрамках семиотики;, отражает положение Ж; Дёрридьв Of тому что «мир* есть» текст»- (http 7/ Черняева); BIсоответствии?;с данным:положениемгвсякиштекст ^частности, аллюзия^ представляет еобош интертекст, имеющий? своим* претекстом совокупность всех вербальных т построенных средствами: других знаковых систем предшествующих текстов.
Узкое: понимание- интертекстуальноети (Ж Жёнетт, ЛШ Шёлюбиа (Мё- любин 2003');.-. ШМ. Фатеева; (Фатеевас2000); ш т.д.)? заключается? в том^ что- данным термином называют конкретные и явные: отсылки; кшредшествующим текстам, открытое или скрытое; их цитирование, что приводит к появлению специ-альных текстов: цитат, аллюзий,, плагиатам и т.д., обозначенных «текстовыми: проявлениями; интертекстуальности» (Постмодернизм 2001; Жальперин- 1981,
^ Bii исследовании аллюзии;мы*придерживаемся» концепции; М.€. Черняевой»
(http:// Чёрняева),„в которошсовмещеньь два понимания«интертекетуальностщ ш полагаем^ что? созданные авторами; аллюзивные: газетные заголовки. В? основе-своеж имеют единый, претекст - культурныж контекст и: литературную1 традиг цию*- жпредстают каюинтертексты-(biшироком понимании)^ но в то же;время? являются; специальными; (прецедентными)' текстами; представляющими; собой
^ «осознанные ияшнеосознанные,, точные:или*преобразованные; цитатышлж ино-
го родш отсылки; ш более исменее извеетным^ранее: произведеннымстекетам? в, составе более позднего текста» (Красных I'998i332)i(в узкомщонимании)!
Иакошподходешинтертекстуальности bsпроцессе;функционирования«прег текетов^ишнтертекстов^учиФЫвае'Б их: диалогическое; взаимодействие, вьрезуль-тате которого* ж новому тексте: (названии! статьи^ появляются* дополнительные; ^ смысльь, каких не: было*-в; предшествующих ими текстах^.. Покажемг это> на; сле-
дующемпримере:: «Есть такая* профессиям- Еодину защищать» ^КШ №9&Ш>4)ь (о российских солдатах-миротворцах т Косово); Рассматриваемый:, заголовок
- 15 -
является интертекстом, внутри которого наблюдаются-ссылки на цитату из кинофильма«Офицеры» «Родину защищать. Есть такая профессия, взводный», но в то же время в данном заголовке наблюдается и дополнительный^ отлич-
4ф ный от первоначального^ смысл: российские военные в Косово защищают не
ф свою Родину.
Итак, интертекстуальные вкрапления представляют собой прецедентные тексты, являющиеся переосмыслением ранее существующих текстов, содержащие в себе некую «фразеологичность», в результате чего тексты-первоисточники стали стираться из памяти людей, терять авторство.
ф, Исследования Mi.K)V Сидоровой, BIG. Савельева;, ЮН. Караулова и: др.
показывают, что прецедентные тексты объединяют в себе три основных вида интертекста: аллюзии, цитаты и реминисценции, обеспечивающие функциони-рование интертекстуальности в таком средстве массовой информации, как газета. Указанные формы проявления интертекстуальности имеют много сходных черт, но не тождественны друг другу.
¦щ. Такие ученые, как СИ. Шоходня, В;С. Санников,, понимая прецедентную
аллюзию в широком смысле, объединяют её с цитатой, которую данные авторы обозначают как ссылки на эпизоды, имена, названия и т.д. мифологического^ исторического или собственно литературного характера (Санников 1998); В своей работе мы разграничиваем данные понятия в аспекте точности воспроизведения претекста, или текста-первоисточника, исходя из определения Ю.Ж
Ф Караулова: «Прецедентный текст - это реминисценция от одного слова к тек-
сту» (Караулов 1987, 216).
Сообразно с этим, цитатой можно назвать «дословное воспроизведение отдельных фрагментов из произведений науки, литературы;, искусства, общественно-политических и государственных документов, афоризмов, пословиц и поговорок», а аллюзией - неточное цитирование каких-либо компонентов тек-
У> ста-иеточника;, присутствующих (в созданном как бы «за текстом» - импли-
цитно) (Лазутина 20G0; 187; http // Интертекстуальность).
-16-
Нодтвердим высказанную нами мысль примерами из газет: заголовки
«Унесенные ветром» (И. 2001 № 6), «Карлсон^ который живет на крыше» (Ш
2001 №5) являются точными цитатами названий художественных произведе-
, ний М; Митчелл и А. Лйндгрен. Сравним их со следующей заголовочной кон-
ф струкцией: «Хотели как лучше, а получилось как всегда» (П. 1999 № 2); В дан-
ном примере наблюдается не точное воспроизведение, а трансформация (замена слов в исходном материале) следующего текстового образования: «Мы хотели как лучше, а получилось как всегда» (слова-В;С. Черномырдина). Подобные заголовки являются аллюзиями, которые, исходя из приведенного приме-
|tk> pa, можно назвать трансформированными цитатами.
В работе Л.В. и О.В. Лиеоченко «Языковая игра на газетной полосе» цитаты в том значении, которое принято в нашей работе, называются текстовыми реминисценциями. Так, например, авторы приводят следующие текстовые реминисценции: «Молилась ли ты на ночь, Дездемона» (КП), «А ты не летчик» (АиФ), «А я играю на гармошке» (КП) (Лисоченко 2000, 140). Полагаем, что
j^v поскольку приведенные названия газетных статей точно воспроизводят претек-
сты, то являются цитатами.
Аллюзия не тождественна и реминисценции. В психологии под реминисценцией понимают «воспроизведение спустя некоторое время после запоминания того, что при непосредственном воспроизведении было недоступно» (http // Реминисценция). На основе данного определения строится и понятие текстовой
Ф реминисценции, представляющей заимствование, наводящее на воспоминание
о другом произведении, отдельном образе, мотиве, стилистическом приёме, некотором событии из жизни другого автора (Валгина 2003; http // Интертекстуальность; Супрун 1995).
Граница между аллюзией и реминисценцией считается: достаточно размытой, поскольку данные понятия часто определяются друг через друга. Так,
,v> например; аллюзию на литературные произведения и на события и факты дей-
ствительного мира называют реминисценцией (http // Аллюзия; Аллюзия 1997).
-17-
]Ша5разрраничиваем«указанные:формыпроявления«интертекстуаяьностиШ' аспекте: точностш воспроизведения; претекета. Ееминиеценция* как правило^ включает в* себя- напоминанием отдельных элементов* произведений? художеет-
щ венной* литературы; исторических ш культурных событий; имей: выдающихся;
ф людей, осуществляемое посредством-: настолько* трансформированной* конст-
рукции, что отсылка^ ш тексту-первоисточнику оказывается? затруднительной, ^ллюзияе по!- сравнению* с реминисценцией; содержит конкретные ссылки;; на^ различные вербальные и невербальные претекеты* угадываемые читателем; fo-раздо легче:
$v. Обратимся к примерам:: 1) «Что сталевару хорошо; то ЖКХ - беда» p?F.
2004 №:65); 2)-«Что Березовскому с Шейнисом, плохое то немцу с русским? хо-рошо; Шпочему так?» pF. 2000*№ 1:81:);. 3) «Нёходите, дети, в Африку гулять» (KHL 20003 № 17);: 4)? «Жить стало' лучше, жить стало? веселее» (Т!. V999 Ш 53). Заголовки: (<%}, (2); относятсягк реминисценциям^, ,т.к;:: а) новый; текст существенным образом: отличается: от первоисточника «Что русскому здорово, то немцу
^ смерть» (русскаяшоеловица); б)шего^ стру^ктуру не включены значимые: вьсмыт
словом? отношении; компоненты» текста-донора? (субъект ж его состояние); в)* структура: интертекста заимствует лишь: ритмическую; организацию? претекета. Примеры (3); (:4) являются* аллюзиямщ поскольку содержат значимые компоненты; первоисточников, что: т позволяет легко их установить: «Маленькие дети! Ни за что на свете не ходите в Африку, в Африку гулять» (строка из; сти-
Ф хотворения?; К.Ж1 Чуковского- «Бармалей»); «Жить стало лучше, товарищи.
Жить стало веселее» ((слов&ЖВ! ©талина)!
Итащ по» степени?: точностш воспроизведения- текста-источника;, среди; прецедентных текстов* первое место занимает цитата; т.. к. передает фрагменты претекета; без; изменений* Ма? втором^ месте: стоит аллюзия; воспроизводящая* «чужую: речь» вшесколькойИзмененномАвиде; и: третье местовкнашешклассифиг
,- кациж занимает реминисценциж; которая* существенными образом- трансформи-
рует> первоисточник. В! связи? со -сказанным; можно: отметитьь что-аллюзияшред- ставляет собош интертекст, включающий!: в: себя; элементы, претекета, среднего |
