3 ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования
Проблема праздника выступает для «постсовременной» России в качестве весьма актуальной как в практическом, так и в теоретическом отношении. В условиях системного кризиса общества мы сегодня сталкиваемся также и с острыми проблемами кризиса праздничности, что отнюдь не безразлично для кон-ституирования нового общества в целом. Становление нового социального порядка всегда происходит через кризис старой и констелляцию новой праздничности. Поэтому сложный и во многом мучительный процесс перехода нашего общества от автократической социальной системы к общественному организму с рыночной экономикой, с развитыми формами политической демократии и радикально более автономным типом бытия индивида по-новому заставляет переосмыслить феномен праздника. Конкретные исследования в ряде случаев просто теряют ориентиры, не могут определиться в меняющихся системах ценностей.
Праздник являет собой один из важнейших модусов социального бытия и уже в этом плане, без сомнения, представляет собой социально-философскую проблему. Он обнаруживает такие объективные энергии социального, которые, вырвавшись из-под рационального контроля, могут представлять серьезную опасность для стабильности общества. Поэтому такими энергиями необходимо «овладеть» и, прежде всего, понимать их генезис, закономерности функционирования и развития. Те же энергии могут быть не только опасны и разрушительны, но в то же время и плодоносны и созидательны. Они, если их разумно использовать, могут способствовать обновлению общества, осмыслению им своей сущности в целом, и сплочению, росту солидарности, формированию новой соборности.
Актуальность дайной проблемы имеет и более широкий философский контекст. Она обусловлена общественной потребностью в осмыслении кардинальных изменений в сфере социальной субъектности, со всей определенно-
4 стью обозначившихся в новоевропейской цивилизации на рубеже тысячелетий.
Российские реалии в данном отношении выступают не в качестве каких-то «периферийных» по отношению к тенденциям развития праздника на Западе. Напротив, российский кризис праздничности наиболее выпукло представляет те проблемы, которые в развитых постиндустриальных странах смягчены, заблокированы, замаскированы целым рядом более благоприятных условий общественного развития. С этой точки зрения российская постсовременность и в измерении праздничности может послужить в качестве образца для изучения и других развитых стран постиндустриального общества.
Степень разработанности проблемы
Понятия «праздник», «празднество» встречаются в самых разных текстах, относящимся к социальным и гуманитарным наукам. Они подробно и всесторонне разработаны как в современной отечественной, так и в зарубежной этнографии, культурологии. Развернутому культурологическому анализу подверг идею праздника М.М. Бахтин в своей работе о творчестве Рабле, которую необходимо выделить особо, ибо в ней особенно ясно обнаруживается философская интенция.
Что касается общей картины исследования проблемы праздника в социальных и гуманитарных науках, то необходимо выделить, прежде всего, историографию. Уже в исторических текстах древних авторов могут быть вычленены описания различных празднеств, как религиозных, так светских и домашних, которые служат основанием для многообразной социально-гуманитарной реконструкции и рефлексии феномена праздника.
В современной этнографии изучение праздника происходит в диалоге между последователями структурализма и его критиками. Линия Леви-Стросса, этнолога-структуралиста, одного из основателей структурализма, развивается в традиции психоанализа, Руссо, Дюркгейма, Маркса, Марселя Мосса. Эта линия подчеркивает объяснительную роль архаики для понимания современности, в том числе и для понимания современного праздника. Существенно, что Леви-Стросс последовательно проводил в жизнь антикартезианскую программу. Для
5 него исходный принцип картезианства «я мыслю, следовательно я существую»
является не более как точкой в пространстве мифологического мышления. Другая линия, альтернативная Леви-Строссу, обвиняет его, прежде всего, в руссоизме. Здесь в методологическом плане существенна фигура Ж. Делеза, подвергнувшего критике структурализм как «бинаризм» (Гирц, Соколовский СВ., и др.)
В плане антропологии и этнографии праздник уже в 60-е гг. 20 в. подробно исследовался в работах таких отечественных авторов как Б.Ф. Поршнев и Ю.И. Семенов и др. Российская этнография и культурология XX в. уделяли довольно много внимания празднику (Абрамян Л.А., Шагоян Г.А., Аверин-цев С.С., Акимова Л.И., Андреев И.Л., Андреева Т.Е., Белкин А.А., Гагин В.Н., Колесникова А, В., Котылев А. Ю., Куварзина О.В., Левинсон А.Г., Лихачев Д.С., Морозов А.А., Нестерук М.М., Пропп В.Я., Рубцова А.О,, Соколов Э.В., Созина Е. К., Стратаиович Г.Г., Топоров В, Н., Фрейденберг О.М., Эпштейн М.Н., и др.).
Естественно, что праздник активно исследуется также и современными западными антропологами, социологами, психологами,, этнографами, искусствоведами и культурологами. Особенно следует отметить энциклопедическое справочное издание: «Das Fest; Eine Kulturgeschichte von der Antike bis zur Gegenwart», изданное в 1988 году в Мюнхене. Проблемой праздника так или иначе занимались Ауэрбах Э., Батай Ж., Беньямин В., Бодрияр Ж., Бродель Ф., Жирар Р., Геннен А., ван, Гидденс Э., Гольштейн В., Гроф С, Жигульский К., Лаку-Лабарт Ф., Леви-Стросс К., Мосс М, Роуз Ф., Тэрнер В., Фромм Э., Фрэзер Дж. Д., Фуко М., Хейзинга И., Хюбнер К., Элиаде М., Кассирер Э. и др.
Однако при всем многообразии изучения праздника в литературе социальная философия праздника практически отсутствует. Достаточно обратиться к философским словарям и энциклопедиям, чтобы увидеть, что праздник как социально-философская проблема фактически не тематизирован не только в современной российской социальной философии, (как они не были тематизиро-ваны и в советском официальном историческом материализме), но насколько
можно судить по доступным зарубежным источникам, и в мировой социально-философской литературе. Так в позднее советское время в подробнейшем и одном из лучших «Алфавитном предметно-именном указателе» к «Философской энциклопедии» (1960-1970 гг.) понятие праздника не выделено. Термин «праздник» не обозначен в «Философском энциклопедическом словаре» (1983). Практически не изменилась ситуация и в постсоветское время. Понятия «праздник» нет в «Краткой философской энциклопедии под ред. Е.Ф. Губского и др.» (1994), в «Современном философском словаре под ред. В.Е. Кемерова и др.» (1996), в словаре «Современная западная философия», (составители: В.С.Малахов, В,П. Филатов), (1991), - в кратком словаре «Философия права» (В.А. Бачинин, В.П. Сальников) (2000), в «Новейшем философском словаре» (Минск, 2001). Не выделена статья «праздник» в словаре «Современная западная социология» ( ред. Ю.Н. Давыдов) (1991). Не привлек внимания праздник и авторов «Проективного философского словаря» под ред. Г.Л. Тульчипского и М.Н. Эпштейна, где рассмотрены «новые термины и понятия» (2003). Таким образом, понятие «праздник» никак не рассматривается как философское и социально-философское. Философская нетематизированность праздника особенно бросается в глаза потому, что его «диалектическая противоположность», а именно понятие повседневности исследовано в социально-философском плане по ряду причин гораздо лучше. Отсюда и вытекает постановка цели и задач данного диссертационного исследования.
Цель и задачи исследования
Данная диссертационная работа ставит основной целью социально-философское осмысление праздника и модуса праздничности. Необходимо раскрыть социально-философский смысл понятия «праздник», показать его место среди близких ему понятий.
Достижение основной цели исследования разворачивается посредством постановки и решения следующих основных задач:
- показать особое место праздничности в социуме как его своеобразной темпоральной характеристики;
7
- предложить развернутое рабочее определение понятия «праздник» в социально-философском плане;
- раскрыть внутреннюю связь праздника и ритмов социального времени;
- обрисовать праздник как форму социального творчества с точки зрения существования в социуме двух модусов: повседневности и праздничности. В связи с этим - наметить пути осмысления роли социальных революций как бы-тийствующих в специфических праздничных формах;
- показать смысл праздника как формы социальной памяти, реализующейся в традициях;
- рассмотреть диалектику праздника и повседневности как организации социального порядка и в связи с этим осмыслить роль негативных моментов в празднике (агрессия, вандализм, насилие и т.п.);
- раскрыть социальный смысл духовных (эстетических, религиозных, мировоззренческих) аспектов праздника в развитии социума;
- выявить основные тенденции и закономерности эволюции форм праздника в историческом процессе;
- наметить типологию праздника в новоевропейской цивилизации;
» проанализировать основные особенности праздника в «постсовременной» России;
- проследить экзистенциальный план проблемы праздника и переживания его как народом, так интеллигенцией и руководством;
- наметить социально-философское обоснование жизненных стратегий общественного человека в условиях праздника;
- осмыслить роль социальной телесности в празднике;
- показать роль пира в функционировании празднества. Методологические основы и теоретические источники исследования Диссертационное исследование осуществлялось с учетом фундаментальных положений, выработанных мировой и отечественной мыслью применительно к проблеме праздника. Сложность, многоаспектность предмета исследования потребовала обращения к данным не только философии, но и культуро-
8
логии, этнографии, социологии, психологии и других дисциплин. Многосторонний характер предмета исследования и разнородность вовлеченного в орбиту исследования теоретического и исторического материала обусловили необходимость использования методов сравнительно-исторического анализа и междисциплинарного синтеза,
Междисциплинарность данного диссертационного исследования не означает в то же время методологического синкретизма. Особая трудность его состояла, в связи со сказанным в том, чтобы не «сползти» в культурологию или этнографию, отправившись по уже накатанным методологическим колеям, -сохранить специфику социально-философской аналитики по преимуществу. Методы других дисциплин использовались лишь как вспомогательные.
Что касается собственно философской методологии, то в анализе был специально акцентирована методологическая идея констелляции, особо разработанный Г, Лукачем, В. Беньямином и Т.В. Адорно. С этой точки зрения прошлое не уходит, но остается в настоящем «на равных», так же как и будущее просвечивает в конфигуративном отношении прошлого и настоящего. Диалектика в «Stillstand» по В. Беньямину оказывается особо эффективной в социально-философской аналитике праздника.
Особое значение для исследования в целом приобрела «.негативная диалектика» Т.В. Адорно, понимаемая не столько как философское упоение самим актом бунта и разрушения (что часто ей инкриминируется) но, прежде всего, негативная диалектика как горизонт нового философствования, нацеленного на спасение особенного во всеобщем, на приоритет нетождественного, нового по сравнению с уныло однообразным, повторяющимся и обыденным. Идее констелляции было уделено особое внимание именно в контексте «негативной диалектики» Адорно, предстающей как одна из принципиально других логических форм по сравнению с тем проектом, который конститутивно имеет в себе основной момент всеобщепонятийной структуры.
Научная новизна результатов исследования и положения, выносимые на защиту
Новизна и своеобразие работы следует из самой постановки проблемы о социально-философском смысле праздника.
Предложена развернутая дефиниция праздника в социально-философском плане. Вкратце она сводится к тому, что праздник есть особое состояние социума, - событие, раскрывающее трансцендентную сущность последнего.
Результат работы состоит также в том, что в заданном аспекте исследованы предельные основания социального бытия, или, в общих чертах построена модель самой глубинной природы развития социального. В результате исследования показано, что праздник в широком смысле представляет собой существенный модус социальной онтологии, и соответственно, он есть обнаружение сущности социума. Метафизика общества предстает как феноменология праздника. Социально-философская и историософская проблематика реализована в связи с этим как диалектика повседневности и праздничности. Продемонстрировано, как праздник актуализирует и выявляет базовые социальные структуры; возрастную, тендерную, социально-профессиональную и этническую.
Осмыслено обычно оставляемое в тени обстоятельство, что праздник в различных цивилизациях культивировался как полнота самоосуществления социума, хотя в то же время он нес в себе и опасные деструктивные тенденции.
Практическая и теоретическая значимость работы
Теоретические положения и выводы, изложенные в диссертации, могут быть использованы в исследовании широкого спектра проблем социальной философии. Они могут составить также методологическую основу для решения ряда актуальных проблем культурологии, этнографии, историографии, философии истории, социологической теории, этики, философской антропологии, ряда других философских, социальных и гуманитарных дисциплин. Результаты исследования могут найти применение при разработке и чтении вузовских курсов по социальной философии, культурологии, этнографии, социологии, политологии, спецкурсов по отдельным философским вопросам.
10
Проведенное диссертационное исследование позволяет выработать принципы научной разработки системы образования и серьезной подготовки организаторов как публичных, а также - корпоративных и домашних празднеств.
Положения, содержащиеся в диссертации, могут стать основой для разработки программы, предназначенной для средств массовой информации, в которой развертывалась бы идея о социальной необходимости продуманного и обоснованного гуманитарным и социальным знанием культивирования празднества.
Апробация работы
Основные положения диссертационного исследования изложены в ряде статей, опубликованных автором в период с 2003 по 200.6 г. С отдельными докладами автор выступал на научных конференциях. Среди последних можно назвать: «Образование и насилие» (Санкт-Петербург, 2004), «Проблема успеха в социальной теории и практике» (Иваново, 2004), «Предприниматель и успех» (Санкт-Петербург, 2006) и др.
Структура диссертации
Работа состоит из Введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы, состоящего из 219 наименований, в том числе 13 на иностранных языках.
11
Глава 1. ПОНЯТИЕ ПРАЗДНИКА В СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ
Задачей первой главы является формулировка тех основных моментов, которые характеризуют праздник с тем, чтобы дать ему в заключении развернутое определение как понятия в плане социальной философии. Хотя праздник, без сомнения, важная «первичная и неуничтожимая категория» (М.М. Бахтин), хотя само определение человека возможно через понятие праздника (Homo festivus1), но обычно до сих пор как философское или социально-философское понятие практически ие рассматривался. По крайней мере, в специальных именно философских словарях и энциклопедиях2 определений праздника я не обнаружил.
L1. Дефиниции праздника в специальной нефилософской литерату-
Ре
В языке зашифрована народная мудрость о празднике. Поэтому начать
следует с семантических и этимологических данных. Этимология слова «праздник» восходит к церковнославянскому. Как утверждает М, Фасмер, на такое происхождение указывает фонема «ра».3 Исконнорусское же слово здесь не «праздный», а «порожний»;4 последнее имеет похожие эквиваленты
1 Сох H,G, Feast of fools. A theological essay on festivity and fantasy. Harvard univ,, press.
1969.
2 Понятия «праздник» нет в подробнейшем «Алфавитном предметно-именном указателе»
в Философской энциклопедии 1960 -1970 гг., нет его и в постмодернистском издании «Новейший философский словарь». (Издание второе, переработанное и дополненное. Минск, Интерпрессервис, Книжный дом, 2001), Это относится и к доступным мне немецкоязычным справочникам. См., напр.: Apel, Max. PbiJosophisches Worterbuch. Berlin, 1958; Enzyklophaedie Philosophie uiid Wissentschafttheorie. Verlag J.B. Betzer. Stuttgart- Weimar. 1995; Alois Haider/Max Mueller. Philosophischer Worterbuch. Erweiterte Neuausgabe, Herder, Freiburg u.a. 1992; Philosophichses Worterbuch. Herausgeben Georg Klaus und Manfred Buhr, VEB_ Bibliographisches Institut. Leipzig. 1965.
3 Фасмер М- Этимологический словарь русского языка. В четырех томах. Перевод с не-
мецкого и дополнения члена-корреспондента РАИ О.Н. Трубачева. Изд. третье, стереотипное. СПб, Азбука, Издательский центр «Терра», 1996. Т.З. С.353.
4 Фасмер М. Указ. соч. Т. 3. С. 330.
12
в других славянских языках. Связь его с какими-то греческими корнями признается этим исследователем недостоверной.
В. Даль не выделяет особой статьи «праздник». Он рассказывает о празднике в статье «праздица» - сторона, празднующая в известный день какому-либо святому. Праздничный день или праздник вообще - день, посвященный отдыху. Это первое значение слова праздник по В. Далю. На втором и третьем месте у него - значения праздника как дня, отмечаемого по уставу церкви или в память и по случаю события гражданского, государственного.6
Д.Н. Ушаков насчитывает 7 значений слова «праздник».7 На первое место им ставится день (или несколько дней подряд) в религиозном обиходе, который связан с памятью какого-то исторического или легендарного события или святого. Скажем, праздник пасхи. Второе значение праздника имеет не религиозный, а светский характер. Праздник - это день торжества в память какого-нибудь выдающегося исторического, гражданского события, отмечаемого публичными собраниями, парадами, демонстрациями и т.п. Например, революционные праздники. Третье значение праздника в том, что это официально установленный общий день отдыха по тем дням, которые описаны в первых двух значениях. (То значение, которое В. Даль ставит на первое место). Противоположность этому третьему значению слово - «будни». Четвертое значение: веселье, бал. Пятое значение: день массовых игр, развлечений. Например, спортивный праздник. Шестое значение: Счастливый, радостный день, ознаменованный каким-то важным, приятным событием. (Д.Н. Ушаков приводит цитату из И.В. Сталина, который называет выборы в Верховный совет праздником.) Седьмое значение - переносное; праздник как испытываемое от чего-то наслаждение (Например, «праздник жиз-
5 Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. В четырех томах. Репринтное
воспроизведение издания 1903-1909 гг., осуществленного под редакцией профессора И.А. Бодуэиа де Куртенэ. М, Терра, 1998. Т.З. Ст. 993.
6 Даль В. Указ. соч. Т.З. Ст. 994.
7 Толковый словарь русского языка...под ред. проф. Д.Н. Ушакова, т.1- 4, М., 1935 - 1940.
Т.З, Ст.699.
13 ни»). У СИ. Ожегова и Н.Ю. Шведовой выделяется только пять значений
праздника: первое и второе значения те же, что и у Д.Н. Ушакова, но они поменялись местами. На первое место Ожеговым и Шведовой ставится светский праздник, а на второе - религиозный.8 Третье место занимает значение праздника как дня отдыха, так же как и у Д.Н. Ушакова. Четвертое место занимает значение; день радости и торжества по поводу чего-нибудь. Например, семейный праздник. Сюда, таким образом, входит то, что у Д.Н. Ушакова представляет четвертое и шестое значения. Наконец, пятое значение слова «праздник» у СИ. Ожегова и Н.Ю. Шведовой также - день массовых игр и развлечений. И тот же пример - спортивный праздник.
Особо следует выделить художественное осмысление праздника. Здесь укажу только некоторые произведения, где дано глубокое проникновение в суть праздника. Роман «Гаргантюа и Пантагрюэль» Ф. Рабле задает забытый в новоевропейской цивилизации модус бытия как тотального празднования. «Война и мир» Льва Толстого, где приемами романа исследована экзистенция человека впервые попавшего на бал (Первый бал Наташи Ростовой) Э. Хемингуэй обращается к корриде и к сафари, как к экзотическому кровавому праздничному, ставящему под сомнение «беспраздничное», «безблагодатное» повседневное бытие современного человека. Фильм Этторе Скола «Бал» представляет все человеческое бытие в метафоре бала. Фильм Боба Гуссона и Тинто Брасса «Калигула» исследует средствами киноискусства закат римской империи, где театральной псевдопраздничностыо заменяется подлинное человеческое бытие, подлинная история.
Если сопоставить справочные издания по религиозным вопросам, то наблюдается вполне определенная тенденция в отношении к праздникам: справочники, составленные с позиций веры, уделяют праздникам гораздо больше внимания и места, чем религиоведческие справочники, стоящие на
Ожегов СИ., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 4 изд., доп. М., 1999. С.578.
14 позициях более или менее ярко выраженного атеизма и агностицизма.9 Это
обнаруживает весьма существенную тенденцию: с «расколдовавшем» мира роль праздника падает. Его содержание выхолащивается. Но тем не менее праздники остаются. Ведь функциональный их смысл состоит в конституи-роваиии инвариантов самой цивилизации.
Приведу несколько хорошо известных примеров праздников, которые связаны с российской цивилизацией и, в известной мере, определяют формы ее бытийствования. Прежде всего, речь идет о Библейских основаниях этой цивилизации. Здесь есть два слоя. Первый слой связан с Ветхозаветной церковью. Здесь подчеркивается, что праздничные дни указаны и узаконены самим Богом. Напомню некоторые из них: во-первых, это суббота — по выражению раввинов - царица праздников. В праздновании субботы воспроизводится миф о сотворении мира: Бог в шесть дней сотворил мир, а в седьмой почил от дел творения. Во-вторых, это Пасха и праздник опресноков. Этот праздник установлен в память избавления евреев от плена и рабства египетского. В-третьих, пятидесятница, праздник седьмиц и праздник жатвы в пятидесятый день по Пасхе. Пятидесятница установлена в память Синайского законодательства для принесения благодарения Богу за новые плоды земные. И так далее.
Праздники Новозаветной церкви образуют второй, очевидно, определяющий, слой в структуре цивилизации. Главнейшие из них восходят к апостольским временам. Первый и древнейший праздник Христианской Церкви - это праздник Воскресения. Он установлен в память о воскресении Христа. Также праздник воскресения Христа - Пасха, «праздник праздников и торжество из торжеств». Из важнейших «двунадесятых праздников Господских
9 Ср,, например: Библейская энциклопедия. Труд и издание Архимандрита Никифора. М.,
1891, репринт, М., 1990 и Христианство. Словарь. Под общ. ред. Л.Н. Митрохина и др. М., Республика, 1994.
10 Подробный перечень всех Ветхозаветных праздников см.: Библейская энциклопедия. М., 1990.
15 и Богородичных»11 укажу 1) День Рождества Пресвятыя Богородицы; 2) День
Ее введения во храм; 3)День Благовещения; 4) День Рождества Христова; 5) День крещения Господня, и т.д.
Религиозные праздники адаптировались в сознании народа специфическим образом. Они по существу - профанировались, связываясь с остатками языческой веры и приспосабливаясь к событиям светской истории. Этнографические описания праздников русского народа дают формы такой профанации.
Сопоставлю указанные религиозные праздники с праздниками светскими, которые предстают, прежде всего, как праздники государственные. Такое сопоставление позволяет увидеть, что названия праздников могут меняться, что временами производит комическое впечатление, но цивилизаци-онный смысл их сохраняется. Праздники в советской цивилизации рассматриваются как «дни, посвященные выдающимся событиям или традиционным датам». Связь с сакральностью выдает только этимология слова «посвященные». К «праздничным дням» подходят с точки зрения трудового права. Как указывает Большая советская энциклопедия (3-е издание) это дни, когда «работа на предприятиях, в учреждениях, организациях не производится».13 В советский период нашей истории выделялись следующие праздники: 1 января - Новый год; 8 марта - Международный женский день; 1 и 2 мая - День Международной солидарности трудящихся; 9 мая - День Победы; 7 и 8 ноября - годовщина Великой Октябрьской социалистической революции; 5 декабря - День Конституции СССР.
Постсоветская Россия выделяет следующие официальные праздники: Новый год, Рождество Христово (7 января, а не 25 декабря!), Международ-
1! Напомню, что двунадесять то же, что двенадцать. Двунадесятые праздники в православии - двенадцать важнейших после Пасхи праздников.
12 См., напр.: Русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. Собр. М. Забылиным. Репринтное воспроизведение издания 1880 года. М., Принтшоп, 1990.
13 Нет никакого даже намека на то, что следует делать в эти дни. Указывается лишь, что в эти дни работа «не производится».
16
ный женский день, 1-2 мая - праздник весны и труда, 9 мая - День победы; 12 июня - День принятия Декларации о государственном суверенитете Российской Федерации; 7 ноября - День примирения и согласия, 12 декабря -День Российской конституции.
Таким образом легко видеть, инвариантность праздничной структуры в рамках цивилизации, которая сохраняется несмотря на любые, как кажется, «миропотрясающие» изменения. Но это не значит, что сам праздник не изменяется, Как уже отмечалось, господствующая тенденция состоит в профанации сакрального и государственного праздника. Собственно, сами государственные праздники представляют уже секуляризацию некоторой религиозной праосновы, но и они в дальнейшем профанируются. В позднее советское время замечательным примером профанации праздника оказался «Международный женский день». Задуманный как праздник эмансипации женщин, он превратился в праздник женственности, по существу противоположный первоначальному эмансипаторскому замыслу. Любопытно также, как «8 марта» привело к трансформации Дня Советской Армии - 23 февраля. Он постепенно превратился в «Мужской день», - «праздник мужественности», напоминающий сильному полу о приближении 8 марта.
О празднике написано немало работ в плане культурологии, этнографии и и. других дисциплин. Праздник определяется в традиционной, светской и религиозной традиции как временной отрезок, обладающий особой связью со сферой сакрального, предполагающий максимальную причастность к этой сфере всех участвующих в празднике и отмечаемый как нечто институционализированное (даже если оно носит импровизационный характер).14 Праздник в культурологии, взятой в собственном смысле слова, предстает как институт культуры,15 выступающий как общественное событие торжественного характера, изъятое из повседневности и проводимое в свободное от работы
14 Топоров В,Н. Праздник // Мифы народов мира. Энциклопедия. Т.2. М., 1992. С.329.
15 Забегая вперед, следует сразу сказать, что праздник являет собой, конечно, не только определенную институцию, но и некую диффузность.
17 время. В конечном счете, праздник по представлению культурологов есть
то звено, которое взаимодействует с высокими формами культуры, обеспечивая ее нормальное развитие и системное единство. Праздник рассматривается как доминанта в существовавших традиционно формах досуговой деятельности.
Раскрытие понятия праздника в конкретных гуманитарных науках, таких как социология, история, этнография и антропология идет, в основном по путям социологии досуга,17 социологии культуры и истории быта.18 Праздник раскрывается через обряд?9 через ритуал,20 через быт, а также в связи со зрелищем?1 Рассмотрю последовательно эти аспекты анализа праздника.
Под обрядом чаще всего понимают традиционные действия, сопровождающие важные моменты жизни и производственной деятельности челове-
ОТ1
ческого коллектива. Обряды могут быть связаны с рождением, свадьбой, смертью (особенно - инициация, погребение). Они обычно именуются семейными.23 Сельскохозяйственные и другие подобные обряды именуются
16 Ср.: Жигульский К. Праздник и культура: праздники старые и новые. М., 1985; Валито-ва Л.А. Традиционные праздники, фестивали и карнавалы. М., 1984; Стратанович Г.Г, Мистерия и карнавал. М., 1973. Das Fest: Eine Kuiturgesehielite von der Antike bis zur Gegenwart./ Hrsg. Von Uwe Schultz. Muiichen; Beck, 1988. Ср., напр.,: Соколов Э,В. Свободное время и культура досуга. Л., Лениздат, 1977.
18 Систематический каталог Библиотеки Российской Академии наук именно по этим трем разделам разносит тему «праздник»,
19 См., напр.: Андреева Т.Б. Пиво в обрядах и обычаях севернорусских крестьян в 19 в. // Этнографическое обозрение, 2004, № 1. С.77 - 88; Радо. Краткое, но любопытное описание двух главнейших обрядов, при бракосочетании и погребении у древних народов... М., 1789.
20 Главным образом я опираюсь здесь на выдающуюся работу: Топоров В.Н. О ритуале. Введение в проблематику //Архаический ритуал в фольклорных и раннелитературных памятниках. М., 1988. С.7-60.
21 Ср.; Калмыкова A.M. Праздники и зрелища у различных народов. СПб, 1894; Левин-сон А,Г. Попытка реставрации балаганных гуляний в нэповской России ( К социологии культурных форм). // Одиссей. Человек в истории. Культурно-антропологическая история сегодня. 1991. М., 1991. С. 137-159.
22 Ср.: Рубцова А.О. Праздники и обряды: теоретический курс в авторизованном изложении. М., 1994; Арнольд ван Геннен. Обряды перехода: системное изучение обрядов. М., 2002.
23 См.: Любопытное русское издание 18 в., представляющее семейные обряды: Радо. Краткое, но любопытное описание двух главнейших обрядов, при бракосочетании и погребении у древних народов... М., 1789.

Получить работу