3 ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования.
В настоящее время в Российской Федерации продолжается судебная реформа, первоначальная концепция которой была утверждена Постановлением Верховного Совета РСФСР в 1991г.1. Тогда же были определены ее главные задачи: формирование самостоятельной судебной власти, совершенствование системы правосудия, обеспечение подлинной независимости судей, расширение защиты прав и свобод граждан, приведение российского законодательства в соответствие с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами России. Часть поставленных задач решена.
В 1993 г. принята Конституция Российской Федерации, которая имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории России. Вступили в силу важнейшие законы: Закон от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации"2; Федеральный конституционный закон от 21.07.1994г. « О Конституционном Суде Российской Федерации»3; Федеральный конституционный закон от 31.12.96г. «О судебной системе Российской Федерации»4 и другие.
Постановлением Правительства РФ от 20 ноября 2001 г. N 805 утверждена федеральная целевая программа «Развитие судебной системы России на 2002 - 2006 годы»5 (с изм. от 6 февраля 2004г.)6. Она намечает комплекс мер, направленных на совершенствование организационного, кадрового, материально-технического, финансового обеспечения судов.
С 1 февраля 2003 г. на территории Российской Федерации вступил в силу новый Гражданский процессуальный кодекс7. Однако сразу возникли спорные проблемы при толковании и применении отдельных его положений.
1 Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991.№ 44. Ст. 1435.
2 Ведомости Съезда народных депутатов РФ и ВС РФ. 1992. N 30. Ст. 1792.
3 СЗ РФ. 1994. № 13; 2001.№7.Ст.607.
4 СЗРФ.1997.№ I.Ct.1.
5 СЗ РФ. 2001. № 49. Ст.4623.
6 СЗ РФ. 2004. № 7. Ст. 520.
7 СЗ РФ.2002. № 346.Ct.4531, 4532.
4
ГПК 2002г. создан с учетом современных достижений гражданской процессуальной науки, обобщения и учета предложений, поступавших в Министерство юстиции, Верховный Суд РФ, Федеральное собрание, от органов юстиции, судов различных уровней, Совета судей, ученых правоведов и отдельных граждан. Ряд принципиальных новелл содержит глава 41 ГПК1, регламентирующая производство в суде надзорной инстанции. Необходимость сохранения стадии судебного надзора как правового института, оправдавшего себя в многолетней судебной практике и обеспечивающего формирование единообразного правоприменения2, подчеркнул Совет судей РФ в Постановлении № 43 от 30 января 2001г. «О ходе судебной реформы в Российской Федерации и перспективах развития судебной системы».
Сохранение возможности пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу, в суде надзорной инстанции обусловлено Федеральным конституционным законом РФ «О судебной системе Российской Федерации», который наделяет Верховный Суд РФ и верховные суды республик, краевые, областные суды, суды городов федерального значения, суды автономной области и автономных округов полномочиями по рассмотрению дел в порядке надзора (ст. 19 и 20). Статья 126 Конституции РФ содержит положение о том, что Верховный Суд РФ осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за деятельностью судов общей юрисдикции, включая, военные и специализированные федеральные суды и дает разъяснения по вопросам судебной практики3.
Необходимость существования в нашем государстве механизма пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений4 в порядке надзора оправдана также тем, что полностью исключить ошибки в
1 Далее, если иное не следует из контекста, автор при упоминании ГПК имеет в виду ГПК РФ 2002г.
2 СЗ РФ.2001г. N 49. Ст. 4623
3 В настоящей работе проверка вступивших в законную силу актов военных судов не рассматривается, к их деятельности применимы общие правила надзорного производства за отдельными исключениями.
4 Термин «постановление» здесь и в ряде других случаев употребляется как общее родовое понятие для конкретных судебных актов: решений, определений, а также постановлений президиумов судов.
5
разрешении конкретных дел судом первой инстанции, которые не всегда устраняются в апелляционном или кассационном порядке, практически невозможно. Но «...для того и существуют вышестоящие судебные инстанции. Важно, чтобы судебная ошибка была вовремя исправлена», -отмечает председатель Верховного Суда Российской Федерации В. Лебедев1.
В порядке надзора пересматриваются вступившие в законную силу судебные постановления различных инстанций. Такой надзор - способ руководства судебной практикой в России, и от его эффективности во многом зависит состояние законности в сфере правосудия. Отсюда вполне понятен интерес практиков и теоретиков к этой стадии процесса.
Концепция судебного надзора, возникшая впервые после Великой Октябрьской Социалистической Революции 1917г., как принципиально новое процессуальное явление, продолжает развиваться. Реформа российского гражданского судопроизводства породила множество вопросов практического и теоретического характера, требующих научной разработки. Среди них - роль суда, и, в частности, надзорных инстанций в защите прав и законных интересов граждан, организаций, государства.
Производство по проверке судебных постановлений в порядке надзора всегда привлекало внимание ученых. Нормы надзора рассматриваются в общих комментариях к ГПК, учебной литературе, отдельных статьях, диссертациях2. Но тема далеко не исчерпана, не стабилизировалась практика, остается немало теоретических вопросов. Изучение деятельности надзорных инстанций - актуальная задача доктрины гражданского процессуального права. В законодательстве, регулирующем пересмотр судебных актов, вступивших в законную силу, есть пробелы, отдельные нормы нуждаются в разъяснении. Правильное понимание задач и функций надзора в системе правосудия способствует правильному
1 «Итоги». 02.07.02. №7. С.З
2 Никоноров СЮ. Производство в порядке надзора в гражданском процессе. Диссертац. ... канд. юрид. наук. М. 2004; Новик-Качан М.Ю. Надзорное производство в гражданском процессе. Диссертац.... канд. юрид. наук. М. 2005.
6
разрешению судами гражданских дел и, следовательно, эффективной защите прав и законных интересов участников процесса.
Все упомянутые факторы определили выбор темы настоящей работы и свидетельствуют об актуальности составляющих ее проблем.
Объектом исследования является совокупность связанных между собой процессуальных отношений, возникающих в судах надзорной инстанции, с целью проверки и обеспечения законности судебных постановлений, вступивших в законную силу.
Цель исследования - раскрытие понятия надзорного производства по гражданским делам, анализ его правовой регламентации процессуальным законодательством, анализ позиций судей и судов на различных этапах стадии надзора, статуса юридически заинтересованных участников процесса, действующих на этой стадии процесса.
Задачами исследования признаются: определение статуса
надзорной инстанции в гражданском судопроизводстве, соотношение надзорной и кассационной процедур, отличия стадии пересмотра судебных актов в порядке надзора от их пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам, от апелляционного производства по проверке постановлений мировых судей; обобщение надзорной практики, выявление на этой основе недостатков законодательства, затрудняющих надлежащее рассмотрение надзорных жалоб и представлений; формирование теоретически обоснованных предложений по дальнейшему совершенствованию процессуального законодательства, желательных корректировок ГПК.
Методологической основой работы является системно-структурный подход к анализу объекта исследования, применение материалистического, исторического, логического, сравнительно-правового методов исследования. Базой научного исследования служит изучение и анализ судебной практики.
Теоретическую основу диссертации составили труды
дореволюционных, советских и российских ученых: Авдюкова М.Г., Банченко-Любимовой К.С., Борисовой Е.А., Боннера A.M., Васьковского Е.В., Викут М.А., Гродзинского М.М., Гукасяна Р.Е., Гурвича М.А., Давтян
7
А.Г., Жилина Г.А., Жуйкова В.М., Каца С.Ю., Комиссарова К.И., Пучинского В.К., Треушникова М.К., Трубникова П.Я., Чапурского В.П., Шакарян М.С., Шерстюка В.М. , Шершеневича Г.Ф., Энгельмана И.Е., Юдельсона К.С., Яблочкова Т.М. и других.
Исследование затронутых в работе проблем потребовало также изучения трудов по общей теории права.
В качестве ведущих юридических источников в работе нашли свое отражение положения Конституции Российской Федерации, федеральных законов и иных нормативных актов, постановлений Конституционного Суда РФ, Пленума Верховного Суда РФ, а также практика Европейского Суда по правам человека.
Эмпирическую базу исследования составляют материалы судебной практики, опубликованной в Бюллетене Верховного Суда РФ; архивные материалы и текущая практика Президиума Московского городского суда и Президиума Московского областного суда.
Научная новизна исследования состоит в том, что настоящая диссертационная работа содержит развернутый анализ всех аспектов стадии надзорного производства в российском гражданском процессе после принятия ГПК РФ 2002 г.. На базе такого анализа, диссертантом
выносятся на защиту следующие основные положения:
1. Анализ истории зарождения и развития стадии пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по гражданским делам позволяет заключить, что все наиболее кардинальные изменения механизма надзора, включая осуществленные нормами ГПК 2002г., не связаны с какими-либо крупными событиями в жизни нашего общества и государства. Главным было и остается стремление уменьшить нагрузку высших звеньев структуры российского правосудия. Но достижение такого результата зависит не от корректировок процессуального законодательства, а от перманентного улучшения качества работы прежде всего судов первой и второй инстанций.
2. До принятия ГПК 2002г. юридически заинтересованные субъекты гражданского процесса обладали неограниченным временем
8
полномочием подавать заявления о проверке судебных актов в порядке надзора. Это полностью соответствовало положениям Конституции Российской Федерации и общепризнанных международных пактов, конвенций, соглашений об обеспечении судебной защиты прав независимо от времени их нарушений. Новый процессуальный кодекс установил одногодичный срок для принятия такого рода жалоб, что не согласуется с указанными положениями.
3. Общая концепция перестройки стадии надзора гражданского процесса и конкретная норма ст. 35 ГПК, наделяющая прокурора наравне с другими субъектами производства правом обжаловать судебные постановления, позволяют заключить, что у прокуроров первого звена есть полномочие адресовать надзорные представления президиумам областных (и других равного уровня) судов на решения, определения мировых судей и районных судов, а также соответствующих судов второй инстанции.
Предоставленные прокурорам полномочия обращаться в суд с исковыми заявлениями в целях защиты прав, свобод, законных интересов субъектов по делам, указанным в ст. 45 и других ГПК, либо в иных нормативных актах, вряд ли могут быть (если иметь в виду реальное участие прокуроров в производстве) реализованы в значительных размерах по ряду причин (объемы работы, кадры, финансирование и т.п.). Для более успешного выполнения указанных задач целесообразно дополнить ГПК нормами, дозволяющими должностным лицам прокуратуры подавать надзорные представления на судебные акты по делам, в рассмотрении которых прокуроры могли участвовать, но официального участия не принимали.
4. Качественная особенность гражданского судопроизводства состоит в том, что процессуальные действия и правоотношения реализуются и существуют только, когда они предусмотрены и санкционированы нормами гражданского процессуального права. Наделение новым ГПК юридически заинтересованных лиц полномочием направлять надзорные жалобы непосредственно суду надзорной инстанции (ч.1 ст. 377 ГПК) означает, что такие действия имеют юридическую природу. Соответственно
9
получение жалобы адресатом (судом надзорной инстанции) порождает процессуальные правоотношения между судом и заявителем. Этот момент и знаменует начало стадии надзора со всеми вытекающими отсюда последствиями. Приведенные аргументы и выводы в равной степени применимы к каждой из трех функционирующих в российском гражданском процессе надзорных инстанций.
5. Ничто не препятствует заинтересованным лицам при подаче надзорных жалоб не только на определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, но и на постановления любых других инстанций, мотивировать обязательность их отмены или изменения ссылками на нарушение единства судебной практики или на необходимость обеспечения единства судебной практики и законности согласно ч.2 ст. 378 и ст. 389 ГПК. Равным образом при применении норм этих статей допустимо обосновывать обращение в суд надзорной инстанции ссылками на серьезные ошибки нижестоящих инстанций в областях материального и процессуального права.
6. В российской юридической доктрине возникла и развивается точка зрения, согласно которой отечественное гражданское судопроизводство вполне пригодно для внедрения конструкции судебного нормотворчества. Правда, авторы соответствующих рекомендаций считают необходимым закрепление полномочия создавать прецеденты пока еще только за подразделениями Верховного Суда РФ. Но это фактор не качественного, а лишь количественного порядка. Отход от традиционных для России европейских методов, где доминирующую роль играет законодательство, и переход на позиции англосаксонского права, допускающего судебное нормотворчество в форме создания прецедентов, даже если оставить в стороне целесообразность подобной коренной реформы, юридически невозможен без корректировки действующего законодательства, начиная с Конституции Российской Федерации. Новеллы такого уровня нельзя реализовывать посредством простого толкования существующих правил.
10
7. С отказом судьи, которому передана надзорная жалоба (ст. 378 ГПК), истребовать дело для проверки или направить затем все материалы в надзорную инстанцию для рассмотрения по существу вправе не согласиться руководящие должностные лица данной инстанции и вынести определения противоположного содержания (ч.б ст. 381 , ч.2 ст. 383 ГПК). Нормами закона процедура совершения таких действий никак не обозначена. Судебная практика обращение заявителей с повторными надзорными жалобами к указанным лицам признает обязательным этапом стадии надзорного производства. Эта позиция критически оценивается в доктрине. Однако проблема, по меньшей мере, дискуссионна. Внедрение дополнительных к предусмотренным ГПК этапам развертывания надзора, замедляет движение процесса, увеличивает расходы, затраты сил и времени заинтересованных субъектов, что способно снизить эффективность отправления правосудия.
8. Анализ ст.387, 389, 390 ГПК позволяет разграничить такие понятия, как «нарушение единства судебной практики» и «существенные нарушения норм права». В первом случае речь идет о вполне сознательном и несовпадающем толковании разными судами одних и тех же институтов или норм материального или процессуального права, то есть об определенных направлениях, складывающихся на практике. Второе понятие никаких тенденций не отражает и сводится к устранению ошибок, нередко довольно элементарных, при применении судьями норм права.
9. Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора могут быть неправильное определение нижестоящими судами круга обстоятельств, имеющих значение для дела (предмета доказывания), а также существенное нарушение основных положений института судебных доказательств. Определение предмета доказывания традиционно связывают только с категорией обоснованности решения, однако точность такого определения зависит от правильного выбора и применения права. Отсюда следует, что разновидности ошибок, указанных в п.п.1 и 3, ч.1 ст. 362 ГПК, свидетельствуют также о незаконности судебного акта. Недоказанность установленных
11
нижестоящими судами обстоятельств дела (п.2 ч.1 ст.362 ГПК) может привести к отмене судебного акта в порядке надзора, если в ходе доказывания были существенно нарушены соответствующие нормы процессуального законодательства.
Теоретическое значение исследования заключается в развитии основных научных положений, связанных с производством в суде надзорной инстанции в гражданском процессе, что, естественно, предполагает возможность продолжения научных изысканий по данной теме.
Практическая значимость диссертации определяется тем, что ее материалы могут использоваться для совершенствования действующего процессуального законодательства, в практической деятельности судей, адвокатов, работников правоохранительных органов и преподавательской работе.
Апробация результатов исследования. Материалы диссертации обсуждались на заседании кафедры гражданского и трудового права юридического факультета Российского университета дружбы народов; использовались при проведении семинаров по курсу «Гражданский процесс», а также в докладах на научных конференциях аспирантов кафедры гражданского и трудового права РУДН в 2002 - 2004 гг. и научно-практической конференции, посвященной 80-летию М.С. Шакарян в Московской государственной юридической академии в 2004г.. Некоторые теоретические и практические положения по данной теме изложены в опубликованных научных статьях.
Структура исследования определена целью и задачами, поставленными при написании настоящей работы, в соответствии с избранным подходом к изложению материала. Диссертация состоит из введения, трех глав, объединяющих десять параграфов,
библиографического списка использованной литературы.
12
ГЛАВА ПЕРВАЯ
ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРИРОДА НАДЗОРНОГО ПРОИЗВОДСТВА
§1 Основные этапы развития пересмотра вступивших в законную
силу судебных постановлений
При построении судебной системы и наделении законодательными актами определенных ее звеньев надзорными функциями нельзя не учитывать конкретную обстановку, складывавшуюся на конкретных периодах развития нашего общества и государства, а также накопленный к определенному времени опыт практики органов правосудия. Поэтому история изменения механизма пересмотра вступивших в законную силу судебных актов представляет значительный интерес. К числу главных задач настоящей работы не относится детальное изложение истории нормативного регулирования надзора в российском процессуальном праве и обобщение соответствующей практики компетентных инстанций. Однако для получения более отчетливого представления о ныне действующих формах судебного надзора и их оценки целесообразно обозначить основные направления изменения этой стадии гражданского процесса, определить реальную эффективность пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений на различных этапах с точки зрения выполнения стоявших перед правосудием задач. Пересмотр вступивших в законную силу судебных постановлений в порядке надзора впервые возник в советском процессуальном праве.
Декрет о суде №l' от 24 ноября 1917 г. Совета Народных Комиссаров РСФСР официально упразднил царскую судебную систему и создавал новый советский суд. Учреждались рабочие и крестьянские революционные трибуналы, состав которых избирался губернскими или городскими Советами для рассмотрения дел о мародерстве и хищничестве, саботаже и
СУ РСФСР. 1917.№ 4. Ст.50.
13
прочих злоупотреблениях торговцев, промышленников, чиновников и других лиц. В районах, городах, волостях и уездах полномочия осуществлять правосудие передавалось местным народным судам, которые должны были действовать в составе судьи и двух народных заседателей. Судьи избирались Советами - органами власти на местах, а народные заседатели привлекались к рассмотрению дел по спискам, составлявшимся теми же Советами.
Гражданский процесс первоначально строился на принципе
окончательного рассмотрения дел в двух инстанциях. Но довольно быстро обнаружилась необходимость исправления судебных ошибок, обеспечения единообразного применения законов в целях укрепления советского государства, охраны прав и законных интересов граждан и хозяйственных организаций. Декрет о суде № 2 от 7 марта (22 февраля) 1918 г.1 предусмотрел образование Верховного судебного контроля, как органа, обеспечивающего стабильность судебной практики в масштабах всей республики. «Верховный судебный контроль, - говорилось в Декрете, - в случае отмеченных им противоречий в толковании законов различных кассационных инстанций, выносит объединяющие принципиальные решения, которые кассационными инстанциями принимаются к руководству. В случаях же обнаружения неустранимого противоречия между действующим законом и народным правосознанием, Верховный судебный контроль делает законодательным органам представление о необходимости издания нового соответствующего закона»2.
Таким образом, уже в первые месяцы существования советской власти была законодательно закреплена идея судебного надзора, который Декретом от 10 марта 1921 г. был возложен на административный орган, наделенный лишь полномочием отменять вступившие в законную силу решения с передачей дел на новое рассмотрение. Но такое положение продолжалось недолго. После судебной реформы 1922 г. надзорные функции были
1 СУ РСФСР. 1918. № 26.ct.420.
2 Декрет ВЦИК и СНК о суде № 2 // Декреты Советской Власти. Т. I. МЛ 957. С. 468.
14
переданы верховному суду республики1. Протесты на вступившие в законную силу решения и определения мог принести лишь прокурор республики и только в Верховный Суд РСФСР.
И, наконец, принятый II сессией ВЦИК X созыва 7 июля 1923 г. ГПК РСФСР завершил первый этапа развития пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений. Первоначальная редакция ст.254 ГПК гласила: "Прокурор республики и губернские прокуроры через прокурора республики имеют право протеста перед Верховным судом на решения по законченным гражданским делам, если этого требует охрана интересов рабоче-крестьянского государства и трудящихся масс». Право прокурора приносить протесты никаким сроком не ограничивалось. Если учесть, что в 1923г. Верховный Суд СССР еще не был создан, становится очевидным, что ст.254 ГПК устанавливала максимально возможную централизацию судебного надзора.
Однако вскоре применение пересмотра дел в порядке надзора стало непрерывно возрастать. Децентрализация шла: по линии расширения круга лиц, имеющих право принесения надзорных протестов, и по линии увеличения количества инстанций, которые могли эти протесты рассматривать. В течение последующих лет ст.254 ГПК разрослась в отдельный раздел. Кроме того, надзорное производство регулировали многочисленные указания, разъяснения, циркуляры высших судебных, а также административных органов.
Тенденция к децентрализации надзора, проявлявшаяся, правда, не вполне последовательно, к 1930г. привела к тому, что право принесения протестов на вступившие в законную силу решения и определения получило большое количество должностных лиц, начиная с районного прокурора. Пересматривались решения всеми судебными инстанциями, кроме народного суда.
Децентрализацию судебного надзора в правовой литературе оправдывали различно, довольно часто резким увеличением числа ходатайств заинтересованных лиц о пересмотре решений и определений,
СУ РСФСР.1922.№ 69.Ct.902.
15
вступивших в законную силу. Однако более основательной выглядит позиция юристов, которые объясняли ненормальный рост числа надзорных инстанций нестабильностью в толковании законов судами, недостаточной профессиональной подготовкой судей, слабой активностью прокуратуры по принесению кассационных протестов. Нужно отметить, что большинство авторов небольших статей, появлявшихся на страницах юридических периодических изданий в 20-х-ЗО-х г.г. отрицательно относилось к децентрализации судебного надзора. Конечно, были и юристы, неизменно одобрявшие всякие изменения в законодательстве.
Образование нормально действующих нескольких надзорных инстанций создало положение, когда участники споров перестали считать окончательным рассмотрение дел в кассационном порядке. Росло число неосновательных жалоб, подаваемых различным должностным лицам в надежде на то, что кто-либо из них все же принесет протест и решение будет пересмотрено. Бесконечное истребование законченных гражданских дел, приостановление исполнительного производства порождали длительную волокиту.
Особенно резкие оценки были даны существовавшим в 1930-1938г.г. формам пересмотра вступивших в силу судебные постановлений после принятия Закона о судоустройстве. Было общепризнано, что судебный надзор в этот период мешал реализации основных задач правосудия, подрывал принцип стабильности решений, создавал формально узаконенную волокиту и бюрократизм.
Эти отрицательные явления, безусловно, имели место. Но все же можно заключить, что децентрализация надзора в то время имела определенный смысл в связи с существенными недостатками в работе нижестоящих судов. В борьбе с такими недостатками большую роль сыграл Верховный Суд СССР, особенно после образования в его составе Судебно-надзорной коллегии, получившей право пересматривать все решения и определения. Верховный Суд СССР неизменно подчеркивал и укреплял принцип окончательного рассмотрения дел в двух инстанциях, сохраненный законодательством, несмотря на изменения правил судебного надзора.
16
Укрепление низших звеньев судебной системы, борьба с упрощенческими уклонами неизменно была в центре внимания. Даже в период наибольшей децентрализации надзорного производства Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 28 октября 1935 г. отмечал: "Нормальное рассмотрение дела в судах должно исчерпываться в первой и кассационной инстанциях, для чего необходимо высокое качество работы этих судов. При нынешнем положении, когда первая инстанция во многих случаях не устанавливает с исчерпывающей полнотой обстоятельства дела, а кассационная инстанция часто не проверяет правильности применения материального и процессуального закона, дела вновь пересматриваются одной или несколькими надзорными инстанциями, зачастую выносящими противоположные друг другу решения. В результате создается бюрократическая волокита, которая в отдельных случаях тянется годами и дискредитирует суд. Поэтому главной задачей в борьбе с волокитой и бюрократизмом является улучшение работы первой и кассационной инстанции".
К 1938 г. отрицательные черты сложившейся к тому времени системы пересмотра судебных решений в порядке надзора стали настолько очевидны, что дальнейшее ее сохранение в условиях провозглашаемого в то время укрепления советского государства и социалистической законности оказалось совершенно невозможным. В результате на рассмотрение Верховного Совета СССР был внесен проект акта о судоустройстве СССР, союзных и автономных республик. Примеры затянувшихся на многие годы процессов по гражданским и уголовным делам приводили депутаты Верховного Совета СССР, принимавшие участие в обсуждении проекта.
Закон от 16 августа 1938 г., коренным образом изменил порядок пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу. Право опротестования таких постановлений сохранили лишь председатели верховных судов и прокуроры союзных республик, председатель Верховного суда СССР и Генеральный прокурор СССР. Надзорные протесты могли приноситься только в судебные коллегии по гражданским делам верховных судов союзных республик и коллегию Верховного суда
17
СССР, а также в Пленум Верховного суда СССР (ст.ст.16, 51, 64, 75 Закона о судоустройстве).
Новые формы надзорного производства, существовавшие вплоть до 1954г., сыграли положительную роль. Гражданские дела, поступавшие в надзорные инстанции, в основной своей массе окончательно разрешались значительно скорее, чем это было до 1938 г. Нельзя также не учитывать, что Закон о судоустройстве 1938г., если не ликвидировал, то значительно ослабил в сознании практических работников юстиции и граждан представление о нормально действующей многоинстанционной судебной системе. Это повысило авторитет нижестоящих судов, усилило ответственность судей, непосредственно разрешавших дела, побуждало стороны, адвокатов принимать все меры к тому, чтобы добиться правильного завершения дела, не обращаясь к исключительному порядку опротестования решений и определений.
Но изменения надзорного производства на этом не закончились. 14 августа 1954 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР1 были образованы президиумы в составе Верховных судов союзных и автономных республик, краевых, областных судов, судов автономных областей с наделением этих президиумов надзорными функциями. Одновременно был значительно расширен круг должностных лиц, имеющих право опротестовывать вступившие в законную силу судебные постановления.
Любопытно отметить одно обстоятельство. Если в период, предшествовавший изданию Закона о судоустройстве, в советской процессуальной теории высказывались мнения о необходимости изменения форм судебного надзора, то в правовой литературе 193 8-1954гг. требований децентрализовать надзор за судебной деятельностью не выдвигалось.
Можно утверждать, что подавляющее большинство теоретиков считало безупречным установленный в 1938г. порядок исправления решений и определений, вступивших в законную силу. Так, в книге Гродзинского М.М. "Кассационное и надзорное производство в советском уголовном процессе" ничего не сказано о недостатках норм института
1 Ведомости Верховного Совета СССР.1954.№ 17.

Получить работу