3 ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. Современное российское общество и государство совершают переход от одной эпохи в своей истории к другой. Устои нашего недавнего национально-государственного бытия: союзное государство, государственная планово-мобилизационная экономика, властная и идеологическая монополия однопартийной системы, статус мировой сверхдержавы ушли в прошлое.
Актуальность темы связана, прежде всего, с тем, что всеобъемлющий процесс трансформации современного российского общества является наиболее важным объектом изучения отечественной политической науки. Средства массовой коммуникации, будучи влиятельным компонентом политической жизни современного российского общества, также оказываются весьма значительным предметом теоретического анализа. В соответствии с этим большое значение приобретает исследование взаимосвязи средств массовой коммуникации с демократическим избирательным процессом.
Проблематика, связанная с ролью средств массовой коммуникации в избирательном процессе, приобрела актуальность еще в XIX веке, когда стали развиваться демократические институты. И, прежде всего, — институт всеобщих свободных выборов.
Право выбирать наполняется реальным содержанием. Реализация этого права влияет на формирование стратегического курса и текущей политики, на соотношение сил между ветвями власти и состав политической элиты. Благодаря средствам массовой коммуникации выборы становятся важнейшей формой контроля граждан за деятельностью государственной и местной власти. Избрание депутатов и должностных лиц органов государственной власти и органов местного самоуправления порождает юридическую и моральную ответственность государственных и муниципальных органов перед народом. Анализ деятельности средств массовой коммуникации в
4 избирательном процессе представляет собой существенную теоретическую
проблему в области политологии, научное обоснование которой обеспечивает системное понимание всей совокупности происходящих в обществе преобразований. Суть этой проблемы заключается в сложности и противоречивости взаимодействия политического сознания электората, особенно мотивации его политического поведения, и практики деятельности СМК, начиная от выбора конкретных технологий и заканчивая многозначным процессом определения стратегических целей.
Успешность любых реформ напрямую зависит от согласия в обществе, от того, насколько реформы реально востребованы. Следовательно, надо разъяснить массам, как саму потребность, так и ход преобразований. Иными словами, существует задача информационного просвещения общества. В основу такого просвещения должна быть положена модель реформ, поддержанная гражданами.
К числу существенных факторов, определяющих актуальность данной темы, следует отнести наличие различных общенаучных и политологических подходов к изучению взаимодействия средств массовой коммуникации и избирательного процесса. Обобщение имеющейся литературы и сравнительный анализ теоретических направлений, связанных с исследованием различных аспектов проблемы, позволяет выявить и уточнить наиболее существенные характеристики данной зависимости. Систематизация и теоретический анализ многообразных источников служит основой для выявления тенденций формирования и эволюции российских средств массовой коммуникации. Разработка указанной проблематики основывается на изучении и обобщении обширного статистического и эмпирического материала.
Научная значимость исследуемой проблемы определяется также тем, что просвещение избирателей является одним из решающих факторов формирования политической культуры гражданского общества.
5 . Степень разработанности проблемы. Поставленные вопросы активно
исследуются как в отечественной, так и в зарубежной научной литературе, поскольку они имеют существенное значение для понимания и прогнозирования современных политических процессов. Анализ проблемы взаимосвязи средств массовой коммуникации и избирательного процесса составляет относительно самостоятельную область политологического исследования и требует комплексного подхода на основе синтеза правового, социологического, политологического и других областей научного знания. Для определения степени разработанности данного направления необходим историографический анализ публикаций по этой теме.
Основы теории массовой коммуникации заложили Ч. Кули, Г. Тард, У. Липпман [227, 282, 292-295, 306, 277, 313], разработавшие базовые понятия науки. Теоретические основы изучения массовой коммуникации представлены также в трудах Г. Лебона, М. Вебера, А.Б. Гофмана [40-41, 63, 123].
Г. Тард, Г. Лебон и X. Ортега-и-Гассет [123, 159-160, 227] изучали феномены толпы и массы как аморфного социально-политического образования, возникающего спонтанно вне зависимости от личностных качеств составляющих ее индивидов. Они отмечали тенденцию массы к вытеснению, замещению собой элиты как транслятора политических и культурных норм. Среди работ по теории массового общества, помимо трудов X. Ортеги-и-Гассета (автора консервативной теории массового общества), следует назвать также исследования Д. Рисмена (либерально-критическая теория массового общества) и Э. Шилза (позитивная теория) [198,262].
Уточнениями и модернизациями исследовательского аппарата занимались авторы последующего поколения - Г. Блумер и Г. Лассуэл [25, 121, 278, 286-287] (изучавший различные подходы к моделированию процесса массовой коммуникации). В их работах оценивается роль средств массовой информации в обществе, формулируются понятия «публики»,
«масс», отслеживается механизм функционирования массовой коммуникации.
Проблема коммуникации разрабатывалась учеными Баденской школы; в работах В. Виндельбанда и Г. Риккерта [44, 197] коммуникация рассматривается с учетом специфики общественного познания.
Целенаправленные исследования в области массовой коммуникации начались в середине XX века. Первоначально массовая коммуникация привлекала исследовательский интерес преимущественно как объект эмпирических исследований, спрос на которые порождался конкурентной борьбой за массовую аудиторию.
Непосредственно в сфере изучения проблем СМК работали такие известные социологи как Р. Миллс и Р. Мертон [138-140, 145], а также автор теории двухступенчатого потока информации П. Лазарсфельд [288]. Их исследования, продолжавшие традиции классиков бихевиоризма - Ч. Мерриама, Г. Лассуэла и Дж. Э. Кэтлин [300, 280, 286-287], были непосредственно привязаны к эмпирическому анализу и имели своей целью изучение схем функционирования масс-медиа. Основными критиками бихевиоризма были Д. Истон и Г. Алмонд [283, 9-10, 273-274].
В работах Р. Мертона и П. Бурдье [31-35] выдвинуты принципы методологического подхода к системному анализу СМК. Исследования Т. Парсонса [167-169] содержат основные подходы в структурно-функциональном анализе СМК. Идеи Т. Парсонса были положены в основание концепции Д. Истона [95-96] о политике как относительно самостоятельной подсистеме общественной жизни с особой ролью в ней процессов коммуникации.
Важным направлением разработки проблемы коммуникации являются изыскания в области социальной психологии и психологии личности. В 40-60-е годы XX века такие мыслители, как К. Мангейм, Ч. Миллс и Э. Фромм [137, 146, 241-244] обращались к представлениям о массах для критики излишней бюрократизации, централизации власти, увеличения ее контроля
7 над личностью, характерной для политической системы с
гипертрофированной ролью государства. Помимо К. Мангейма, теории СМК как факторов политического и идеологического контроля разрабатывал В. Парето[301].
В современной политологии довольно большим влиянием пользуются коммуникативные концепции политики. Среди авторов, разрабатывавших подход к политике как к системе коммуникаций и информационных потоков и давших наиболее известные объяснения политической сферы как мира коммуникаций и соответствующих техник общения индивидов, следует назвать Н. Лумана и Ю. Хабермаса [131-132, 247-249].
Исследованиями СМК в рамках концепций информационного общества занимались Д. Белл и А. Турен [275-276, 307]. Специальные теории массовой коммуникации разрабатывали Г. Шиллер (СМИ как манипулятор и мифотворец) и Б. Багдикян (монополизация власти в СМИ и через СМИ) [27]. Политические установки, предпочтения избирателей, политические привязанности и предрассудки изучал С. Липсет [125-126].
В 60-70-е годы XX века, во многом благодаря работам Д. Белла, Э. Шилза и О. Тоффлера [231-233], выступавших против дисфункционального толкования феномена масс в политике, массы стали рассматриваться не как аномалия, а как характерная черта динамичного общества. Немецкий ученый Ю. Хабермас рассматривает коммуникацию в качестве базового социального процесса, отмечая, что она лежит в основе современного гражданского общества.
Среди зарубежных исследователей понятия «средства массовой информации» (СМИ) и «средства массовой коммуникации» (СМК) отождествляются как информации [88]. Большой вклад в исследование этой области внесли Э. Барноу, Д. Гербнер и У. Шрамм [209, 303-305], итоговым трудом которых стала «Международная энциклопедия коммуникаций» [285], опубликованная в конце 80-х годов.
8 Среди отечественных авторов, занимающихся этой проблемой,
необходимо назвать В.В. Ачкасова, Ю.В. Бурову, Л.Э. Варустина, В.А. Гуторова, И.Н. Заборина, А.Б. Зверинцева, Т.В. Ляпину, В.А. Сидорова, А.Л. Сюткину, В.П. Терина и др. [16-17, 84, 38, 71, 87, 133, 164, 210, 228]. В области социологии политики и социально-массовых коммуникаций работала В.П. Конецкая [Ш]; серьезными социологическими исследованиями СМК в 60-90-е годы XX века занимались В.Д. Шляпентох и Б.А. Грушин [67-69, 266]. Отдельно необходимо назвать работы Д.П. Гавры [50-54], с помощью социологического анализа выяснявшего влияние информации и рекламы на формирование общественного мнения.
Тема организации современных избирательных кампаний широко освещается в научной литературе. К настоящему времени появились и более детальные исследования («Россия в избирательном цикле 1999-2000», «СМИ и электоральное поведение россиян» Московского Центра Карнеги, «Средства массовой информации постсоветской России» и др.) [202, 204, 224].
В 90-х гг. XX века при исследовании взаимосвязи средств массовой коммуникации и избирательного процесса на первый план вышла потребность сугубо политическая: обеспечить наиболее эффективное руководство общественным мнением при смене общественного строя. Затем к данной задаче добавилась еще одна: достижение определенных результатов выборных кампаний различного уровня.
Для решения этих задач было необходимо исследовать средства массовой коммуникации, в том числе, с точки зрения их «манипулятивной применимости». При этом многие российские теоретики и практики некритически восприняли как идеологические установки, так и методологические подходы, обоснованные и неоднократно апробированные американскими специалистами в этой области. Однако, как и следовало ожидать, применение коммуникативных технологий без учета национальной
9
специфики часто приводило отнюдь не к ожидаемым и спрогнозированным
результатам.
«Универсальные» методики необходимо было скорректировать, учитывая ментальные установки россиян и национально-культурные традиции нашего народа. Это обусловило более пристальный разносторонний интерес к исследованию феномена массовых коммуникаций в отечественной науке (прежде всего в социологии и политологии) [76, 79, 82, 183-190, 223]. Можно говорить о том, что сегодня сложилось несколько направлений анализа данного феномена.
Во-первых, политико-идеологический, традиционно связанный с практическими задачами дня и коренящийся в давней традиции, связанный с «психологией народов» [152]. Акцент здесь делается на достижение оптимальных результатов при формировании у масс при помощи коммуникативных технологий задаваемых мотивационных и поведенческих установок. Это направление существует в основном в форме экспертных разработок, а не в виде научных публикаций академического характера. Во-вторых, массовые коммуникации исследуются в социологическом аспекте [224]. В рамках этого направления изучаются сферы коммуникационных связей, учитываются статусно-ролевые иерархии в коммуникационной среде. В-третьих, массовые коммуникации исследуются в контексте социально-психологических наук [251].
Исследователи процесса формирования политической культуры обычно подчеркивают решающую роль СМК — важнейшего компонента политической коммуникации. От того, как средства массовой информации выполняют возложенную на них роль политических коммуникаторов, зависит понимание гражданами процессов, происходящих в обществе, и их роли в этих процессах.
При исследовании проблемы диссертантом были также использованы различные документальные свидетельства и правоустанавливающие
10 документы, а также статьи и информация из печатных и электронных СМИ
[4,36,43,48,114,161,162,163, 164,196,261].
Объект исследования: политические отношения, в ходе которых осуществляется взаимодействие между средствами массовой коммуникации и избирательным процессом.
Предмет исследования: процесс взаимодействия избирательной системы и средств массовой коммуникации в ситуации политического транзита.
Цель диссертационного исследования. Выявить методологические, прикладные и эмпирические аспекты изучения взаимодействия средств массовой коммуникации и избирательного процесса, раскрыть комплексную природу средств массовой коммуникации в условиях демократии и рассмотреть процесс влияния средств массовой коммуникации на электоральное поведение граждан в условиях современной демократии.
Поставленная цель достигается с помощью решения следующих задач:
- анализа современных концепций изучения средств массовой коммуникации, представленных в отечественной и зарубежной науке;
- исследования своеобразия институционального и функционального измерений современного избирательного процесса;
- определения роли средств массовой коммуникации в ситуации политического транзита;
- раскрытия институциональных и функциональных возможностей средств массовой информации в избирательном процессе;
- исследования влияния средств массовой коммуникации на избирательный процесс в современной России.
Теоретическую и методологическую основу исследования составили труды российских ученых, а также представителей зарубежной научной мысли по политологии, социальной психологии, социологии, философии. Исследование базируется на совокупности научных принципов, методов и приемов познания общественных явлений, применяемых в
и
политической и смежных с ней науках. Основой исследования является системный подход. Широко используются структурно-функциональный, сравнительно-исторический и социологический анализ, обобщение и интерпретация научных данных, эмпирические методы: анкетирование, массовый и экспертный опрос, интервью, контент-анализ.
Эмпирическую базу исследования составили законодательство Российской Федерации, публикации в периодических и научных изданиях по названной проблематике, данные проводившихся социологических исследований и научно-аналитических обзоров. Эмпирическая база включает собственные исследования автора, проводимые в муниципальном совете МО «Звёздное» (Санкт-Петербург, Московский район, 2000 г.), в 31-м избирательном округе по выборам в Законодательное собрание Санкт-Петербурга (Московский район, 2000 г.), в 48-м избирательном округе по выборам в Законодательное собрание Санкт-Петербурга (Фрунзенский район, 2002 г.).
Рабочая гипотеза исследования: Рабочая гипотеза исследования: взаимодействие между средствами массовой коммуникации и избирательным процессом является фактором развития политических отношений. Если это взаимодействие строится на демократических принципах, то это ведет к формированию гражданского общества, а если на основе манипуляций — то это может привести к деградации общественных отношений и возрождению авторитарных тенденций.
Научная новизна исследования состоит в том, что:
• определены содержание и роль средств массовой коммуникации с позиций комплексного подхода, который включает институциональное и функциональное измерение политического процесса;
• исследованы закономерности влияния средств массовой коммуникации на электоральное поведение граждан в процессе политического транзита и в ходе становления институтов демократии;
12
• на эмпирическом материале проанализирована степень влияния центральных, региональных и местных средств массовой информации в ходе организации и проведения избирательных кампаний. Положения, выносимые на защиту:
1. Средства массовой коммуникации являются неотъемлемым инструментом политической системы современного российского общества. Они оказывают влияние на институализацию и легитимацию власти, создают каналы политической социализации, формируют электоральную культуру избирателей. Воспроизводство средств массовой коммуникации способствует становлению общества как целостного социального организма.
2. Знание о социальной природе средств массовой коммуникации служит теоретическим основанием для прикладных исследований в политической сфере. Целостное представление об объекте исследования возникает в результате синтеза институционального и функционального подходов.
3. Изучение роли средств массовой коммуникации в процессе политического транзита в современной России открывает возможность конструирования адекватной модели социальных отношений на стадии идущего формирования демократических институтов. Функциональная модель политических предпочтений и ожиданий корпуса российских избирателей, формируемая СМК, является теоретическим основанием для моделирования реальных избирательных процессов и кампаний.
4. Знание о внутренних зависимостях во взаимодействии между средствами массовой коммуникации и избирательным процессом раскрывает фактическую природу политических отношений. Это формирует потребность в комплексном осмыслении исследуемого объекта и выявляет взаимосвязь теоретического и прикладного уровней его изучения.
Апробация результатов исследования. Основные идеи работы обсуждались на итоговых научно-методических конференциях Северо-Западной академии государственной службы 1999 и 2000 гг., а также
13 докладывались на научно-практической конференции «Гражданские свободы
и образование на рубеже веков и континентов» (2000), на Международной научной конференции «Информация - Коммуникация - Общество» (2001) и на втором научно-общественном Форуме «Формирование гражданского общества в России» (2002).
Результаты исследования использованы в работе автора в качестве заместителя председателя Комитета по печати и связям с общественностью Администрации Санкт-Петербурга, участника Координационной группы Администрации Санкт-Петербурга по оказанию содействия в подготовке и проведении выборов высшего должностного лица Санкт-Петербурга — губернатора Санкт-Петербурга.
Структура работы. Диссертация состоит из Введения, трех глав, Заключения и списка использованной литературы.
14 ГЛАВА ПЕРВАЯ.
КОМПЛЕКСНЫЙ ПОДХОД К ИЗУЧЕНИЮ СОДЕРЖАНИЯ И РОЛИ
СРЕДСТВ МАССОВОЙ КОММУНИКАЦИИ В УСЛОВИЯХ
СОВРЕМЕННОЙ ДЕМОКРАТИИ
Выборы относятся к числу сложных социальных явлений. Адекватное отражение тенденций и закономерностей в этой сфере политической жизни предполагает комплексное изучение функционирования избирательных систем и избирательного процесса. Реализация комплексного характера исследования предполагает изучение социальной природы политического знания, выяснение взаимосвязи между институциональной и функциональной парадигмами и определения содержания принципов конкретизации, типологизации и объективации.
1.1. Институциональное измерение современного политического процесса
Проблема интерпретации политических явлений с позиций рационализма имеет принципиальное значение для понимания ситуации, складывающейся в рамках политического пространства современной России. Для исследователя рациональность выступает не только в качестве исходного мировоззренческого принципа. Мера рациональности осознания, мотивации действий изучаемого объекта является предметом его исследования.
Политическая жизнь внешне представляет собой калейдоскоп меняющихся социальных практик. Ученый выступает в качестве наблюдателя, который пытается зафиксировать этот переход и найти меру рационального и иррационального в массовом сознании с позиций либо прежних, либо новых форм рационального мышления. Поэтому наша задача состоит в поиске методологического основания рассматриваемой проблемы.
15
Ее решения можно достичь тремя путями: 1) преодоление мультипарадигмальности и поиск устойчивых метапарадигм понимания природы социального взаимодействия средств массовой коммуникации и избирательного процесса; 2) применение искомых парадигм к исследуемому нами феномену; 3) конструирование познавательных моделей взаимодействия между средствами массовой коммуникации и избирательным процессом.
Следуя традиции, устоявшейся в области методологии науки (Т. Кун [108, ее. 73-82]), весьма плодотворно осуществленной в отечественном обществознании на примере изучения роли общественных движений в политическом процессе [76], и выяснении особенностей электорального поведения избирателей [77] мы определяем парадигму как понятие более общее, чем концептуальная схема. Это некоторая общность принципов и постулатов, лежащих в основе теоретических подходов. Включение тех или иных концептуальных моделей в парадигму объясняется их методологической общностью. Т. Кун отметил: «Парадигма — это то, что объединяет членов научного сообщества, и, наоборот, научное сообщество состоит из людей, признающих парадигму» [108, с. 226]. Правда, сами авторы или их последователи не всегда идентифицируют себя с определенной парадигмой, но это не исключает возможности интегрирования различных подходов.
Возможность интеграции различных подходов предполагает получить ответ на вопрос о применимости полученного знания. Речь идет о том, что в рамках институционального и функционального измерения политических явлений выявляются модели, которые и служат мостиком между теоретической и эмпирической областями политического знания. Современная стадия развития политического знания характеризуется целостностью. Институциональное измерение политического процесса является одним из проявлений современного политического знания. Еще в работах Ч. Мерриама, Г. Лассуэла, Д. Трумена и др. [109], а также в работах
16
эмигрировавших из Западной Европы исследователей П. Лазарсфельда, Р. Бендикса, Ф. Ньюмена и др. [255] рассматривался феномен политического поведения. Данное направление политической науки получило наименование - «бихевиорализм». Особенности его таковы.
1. Признание факта политических закономерностей, убежденность в наличии единообразия в политическом поведении.
2. Призыв к верификации: вывод о том, что обоснованность таких закономерностей должна быть проверена в принципе и соотнесена с соответствующим политическим поведением.
3. Требование технического надзора: вывод о том, что способы получения и интерпретации данных являются проблематичными и нуждаются в тщательной проверке со стороны самосознания.
4. Требование квантификации: вывод о том, что измерение и количественная обработка данных необходимы, причем данные должны быть соотносимыми и способными к интерпретации, а результаты, полученные на основе данных, могут быть верифицированы.
5. Элиминация ценностного подхода: заключение о том, что этическая оценка и эмпирический анализ должны аналитически различаться.
6. Принцип систематизации: вывод о том, что теория и процесс исследования являются соотносимыми и выступают элементами упорядоченного тела знания.
7. Доминанта чистой науки: убеждение в том, что понимание и объяснение политического поведения логически предшествует использованию его результатов, и дает основания для использования политического знания в решении насущных политических проблем общества.
8. Осознание наличия междисциплинарной интеграции: убеждение в том, что политическое исследование может в принципе игнорировать достижения других дисциплин только в связи с опасностью ослабления прочности и подрыва обобщенного характера собственных результатов.
17 Новая методология позволяет увидеть, что политическое поведение
представляет собой поведение, объединяющее те действия людей и групп, которые включены в качестве составляющей в процесс управления. Любая активность, связанная с управлением, становится политической.
Политические институты превращаются в поведенческие системы. Поскольку они не могут существовать без людей, на чьем поведении основывается их существование, постольку политическое поведение не может существовать вне сети межличностных отношений, которую мы называем политическими институтами. Таким образом, в рамках бихевиорального исследования нельзя перейти от установки личности к описанию целостного политического процесса.
Бихевиоризм, отказываясь от ценностного подхода, рассматривает ценности как эмпирические данные. Вместо того, чтобы изучать судебные органы, правительство, парламент как таковые, бихевиористы изучают юридическое поведение, электоральное поведение, законодательные действия, административное поведение в качестве объективных регуляторов политического поведения в структуре данной институциональной формы.
Таким образом, в бихевиоризме выразилось стремление преодолеть разрыв между результатами научных исследований и потребностями политической практики.
Новый этап развития политической науки получил название постбихевиоризм. Данное направление стало активно развиваться с середины 60-х по 80-е годы XX века. Термин «постбихевиоризм» был впервые предложен американским исследователем Дэвидом Истоном [253].
Утверждается иной подход к анализу политической реальности, который иными словами называется «структурно-функциональным» или «функциональным». Он породил новую систему понятий: установка, конфликт, игра, взаимосвязь, социализация, плюрализм, оценивание. Один из основателей нового направления Габриэль Алмонд [8-10, 249-250] критикует бихевиоризм по следующим направлениям.

Получить работу