Введение
Одна из основных внутренних функций государства - функция социальная. Реализуется социальная функция государства через социальную политику. Роль социальной политики в жизни общества огромна и переоценить ее трудно - она призвана способствовать внутренней организации и развитию всех сфер общественной жизни; обеспечивать социальную поддержку проводимых государством мероприятий или, в случае необходимости, реформ, которая в свою очередь должна обеспечивать стабильность политической власти и оптимальный уровень социальной дифференциации.
Выбранная для исследования тема: «Советская социальная политика и ее реализация на Дальнем Востоке (1922 - 1941 гг.)» актуальна. Ретроспективный анализ социальной политики позволит понять условия формирования структуры дальневосточного сообщества, его менталитета, определит факторы его развития.
Актуальность исследования определяется и государственными задачами России в сфере совершенствования социальной политики в процессе становления правового государства и российского гражданского общества, перехода к общественным отношениям нового типа. Опыт решения обострившихся в 1990-е годы социальных проблем доказывает необходимость настоятельно заняться изучением социальных отношений и их слагаемых в период становления и развития советского государства, поскольку проблемы углубления социальной поляризации в ходе реформ в России могут быть изучены и проанализированы только с учетом исторических предпосылок. В сегодняшнее непростое время значительно возросла общественная востребованность в научных историко-социальных знаниях. Вынужденный поиск путей решения социальных проблем активизирует всестороннее исследование исторического опыта социальной политики государства, выдвигает его в ряд насущных и актуальных научно-практических задач. Изучение социальной политики должно стать одним из ис-
4
точников воссоздания объективной истории 1920-х - 1930-х гг., осмысления этого сложнейшего периода нашего прошлого.
В отечественной исторической науке период 20-х - 30-х гг. XX в. оценивается как переломная эпоха. Отказ от НЭПа и переход к командно-административной системе, осуществление индустриализации и коллективизации вызвали серьезные подвижки в социальной и политической структурах. Партийно-государственная политика в отношении разных социальных групп и ее результаты имеют определяющее значение для понимания истории этого периода. Ибо как писал П. Сорокин: «...в любой момент истории мы находим солидаризирование и антогонизацию не по одному фронту, а одновременно по многим фронтам. На историческом поле битвы редко борются только класс с классом или богачи с бедняками. Борьба идет между слоями одной группировки друг с другом и между слоями разнородных группировок»1. Переходным этапам в развитии экономики в 1920-е - 1930-е гг. соответствовали промежуточные фазы социально-трудовых отношений, когда субъекты только начинали осознавать себя по-новому, осваивать новые правовые нормы и правила поведения и взаимодействия, новые социальные роли и соответствующие им ролевые функции. Именно такие эпохи и представляют для исторического исследования особый интерес, поскольку для них характерна высокая социальная мобильность. Обращение к истории 1920-х - 1930-х гг. в современный период представляется актуальным, поскольку в эти годы разворачивались процессы, которые легли в основу всей последующей цепи исторических событий.
Актуальность исследования очевидна также в свете задач подготовки управленцев, социальных работников, как в общероссийском, так и в региональном масштабах и использования в этих целях исторического опыта. В общей сложности, указанные выше обстоятельства предопределяют не только актуальность, но теоретическую и практическую целесообразность темы исследования.
'§¦
1 Сорокин П.А. Система социологии. - М., 1993. Т. 2. - С. 294-295.
5
Следует отметить, что понятие «социальная политика», как совокупность конкретных мероприятий направленных на обеспечение жизнедеятельности социального сообщества, вошло в отечественную обществоведческую терминологию сравнительно недавно - в середине 1960-х гг. В 20-е - 30-е гг. XX в. этого понятия не существовало. Тогда имело место осуществление отдельных мероприятий, направленных на обеспечение социального развития общества в области трудовых отношений, в области здравоохранения, образования, социального и пенсионного обеспечения, формирования социальной структуры и т.д., что впоследствии, для модификации политического понятийного аппарата, и было определено как «социальная политика». В рамках нашей работы мы считаем целесообразным и научно обоснованным использование термина «социальная политика» применительно к эпохе 1920-х - 1930-х гг., поскольку современное понимание социальной политики совпадает с содержательной практикой исследуемого периода.
Изучение различных аспектов социального развития общества началось уже в 1920-е годы. На наш взгляд, в историографии указанной проблемы можно *•*•? выделить несколько этапов: 1) 1920-30-е годы; 2) конец 1950-х - 80-е годы; 3)
начало 1990-х гг. - настоящее время. Данная периодизация обусловлена политическими интересами и идеологическими установками, которые не только определяли жизнь российского общества с 1917 г., но и тематику, и методологические подходы исторических исследований.
Необходимость изучения социальных аспектов жизнедеятельности общества в 1920-е - 30-е гг. была вызвана прагматическими политическими задачами. Для выработки направлений социально-экономической политики, как в городе, так и в деревне советская власть должна была знать характер социального расслоения общества, в том числе численность и состав различных социальных групп, их материальное положение, их настроение, характер трудовых отношений. С другой стороны, чтобы обеспечить поддержку своей политики, она ^у должна была наглядно представить итоги преобразующей деятельности по от-
' ношению к группам населения, составляющим её опору - городским рабочим и
6
самой бедной, бесправной в прошлом части населения деревни. Этим объясняется появление в 1920-е — 30-е годы большого количества брошюр и статей пропагандистского характера, разъясняющих политику партии в отношении рабочего класса и беднейшего крестьянства1, авторами которых были, в основном, партийные и профсоюзные работники, в чью задачу входила пропаганда итоговых результатов в работе партии и советской власти в отношении городских и сельских пролетариев после октября 1917 г. Теоретической основой этих работ была марксистско-ленинская теория социально-экономического развития и классовый подход.
В связи с переходом к НЭПу важнейшее значение для выработки социальной политики советской власти приобрела оценка количественных изменений в среде рабочего класса и крестьянства. Отсутствие достоверных, сравнимых данных, единой методики определения социальных групп в обществе, четких критериев социального расслоения породили тогда разные оценки этих процессов, как в научной литературе, так и в руководстве страны. Большое зна- чение для изучения этой проблемы имели работы сотрудников ЦСУ С.Г. Стру- милина, И.В. Ярового, Б.А. Гухмана, которые базировались на материалах текущей статистики. С.Г. Струмилин и Б.А. Гухман впервые стали активно использовать метод количественного анализа данных. С.Г. Струмилин доказал возможность использования профсоюзной статистики для установления численности рабочих и ее изменений в тех отраслях производства, где в годы гражданской войны существовало обязательное профсоюзное членство работающих, его работы также были посвящены проблемам заработной платы, использования рабочей силы в разных отраслях экономики и повышения производительности труда2. Б.А. Гухман, сопоставляя данные о численности рабочих 1922-1924 гг. с данными 1897 и 1913 гг., ввел в оборот большое количество статистического материала различной направленности о лицах наемного труда в
1 Рашин А. Движение заработной платы в 1923 г. - М., 1924; Авдеев А.Д. Батрачество и крестьянские общества взаимопомощи. - М.-Л., 1929; Егоров В. Батрачество и партия. - М., 1927 и др.
2 Струмилин С.Г. Заработная плата и производительность труда в русской промышленности за 1913 - 1922 гг. -М., 1923; Он же. Проблемы экономики труда. - М., 1957; Он же. Рабочий класс в октябрьской революции и на защите ее завоеваний. - М., 1984.
7
начальный период НЭПа1. В связи с обострением политической борьбы различных внутрипартийных группировок в 1924-1927 гг. акцент в изучении переместился на определение сущности и глубины расслоения рабочего класса и крестьянства, на анализ их неоднородности2. Исследователи пытались определить характер и масштабы расслоения рабочего класса и крестьянства, в том числе признаки пролетарских хозяйств на селе, отмечали рост применения наемного труда крестьянскими хозяйствами с переходом к НЭПу, видели в нем доказательства классового расслоения крестьянства. В отношении рабочего класса у авторов не было понимания сущности социальной неоднородности: правильно выделив ее причины (наличие различий в экономическом, социальном положении рабочих), они в конечном итоге сводили понятие социального расслоения к расслоению экономическому, толкуя его как различия в уровнях заработной платы. Таким образом, при верных в целом отправных методологических посылках исследователи не могли предложить правильного конкретно-исторического решения проблемы.
В 1920-е годы активно исследовалась проблема безработицы, меры борьбы с ней, численность и состав безработных, меры социальной помощи им3. Среди причин безработицы в СССР исследователи выделяли низкий уровень развития производства и его разрушение в годы двух войн, демобилизацию армии и необходимость трудоустройства молодежи, усиление притока в город сельского населения. Почти во всех работах начала 20-х годов термины «безработица», «безработный» употреблялись как сами собой разумеющиеся, не требующие пояснения, и только в 1926 г. была предпринята попытка сформулировать понятие «безработный». Украинский статистик И. Вейцблит, говоря о трудностях в определении понятия «безработный», сводит его лишь к опреде-
1 Гухман Б.А. Численность и заработная плата пролетариата СССР. - М., 1925; Он же. Численность и заработная плата лиц наемного труда по СССР в 1924/25 г. //Плановое хозяйство. - 1926. - № 5. - С. 24-36.
2 Беренделин П. О новых слоях рабочего класса //Под знаменем коммунизма. - 1927. - №1. - С. 2-9; Дроздов И. Заработная плата сельскохозяйственных рабочих до и после Октября //На аграрном фронте. - 1928. - № 6. - С. 8-16; Казаков А. Экономическое положение сельскохозяйственного пролетариата до и после Октября. - М.-Л., 1930; Плешков П. Наемный труд в крестьянском хозяйстве СССР. - М., 1928 и др.
3 Исаев А. Безработица в СССР и борьба с нею (за период 1917 - 1924 гг.). - М., 1924; Гиндин Я.И. Безработица и борьба с ней. - Л., 1927; Он же. Регулирование рынка труда и борьба с безработицей. - М., 1928; Гинзбург Л. Как бороться с безработицей. - М.-Л., 1927; Бахутов А. Безработица и борьба с ней. - М.-Л., 1928 и др.
8
ленной части безработных - «безработные не по своей вине»1. Однако эта формулировка не могла быть принята исследователями ввиду того, что позволяла под категорию безработных подвести представителей всех слоев населения, и в том числе тех, кто попадал под категорию «лишенцев». Расплывчатость же понятия «безработный» не давала возможности всесторонне изучить проблему безработицы в тот период. Большое количество исследовательских трудов в 1920-е - 1930-е гг. было так же посвящено вопросам заработной платы, материального стимулирования и охраны труда2.
Монографии дальневосточных авторов этого периода носили информативный характер, поскольку при помощи статистических данных они исследовали те же проблемы, что и авторы центральных регионов, стремясь показать особенности развития дальневосточного края. Можно выделить работы таких авторов как Л.В. Крылов, Н.Н. Любимов, A.M. Брянский3, чья ценность — в статистических данных, которыми они насыщены.
Анализ литературы периода 1920 - 30-х гг. показывает, что проблема социального развития общества в тот период была актуальна. Труды, основанные на статистическом материале, результатах обследований основных социальных групп города и деревни были необходимы, с одной стороны, для выработки направлений советской социальной политики, корректировки ее с учетом динамики социальных процессов, с другой — в них четко прослеживается идеологическая установка - стремление доказать, что с утверждением советской власти произошло улучшение жизни пролетарских слоев населения, что после революции положение рабочих и сельской бедноты изменилось в лучшую сторону. Авторы ссылались, прежде всего, на размеры оплаты труда рабочих и сельской бедноты, к тому же не всегда сопоставляя их с дореволюционными. Анализ
1 Вейцблит И. Безработица на Украине в 1923 - 1925 гг. - Харьков, 1926. - С. 3.
2 Ревзин Ф. Эволюция форм заработной платы в Советской России. - М., 1923; Шмидт В. Наша политика в области заработной платы //Вопросы труда..-1925. - № 9. - С. 11 - 22; Он же. Рабочий класс и жилищный вопрос. -М., 1929; Полляк Г. С. Бюджеты рабочих и служащих к концу 1923 г. - М., 1924; Лаврентьев В. Заработная плата в России прежде и теперь. - М., 1926 и др.
3 Крылов Л.В. Контрольные цифры развития и строительства народного хозяйства Дальневосточного края на десятилетие 1926/27 - 1935-36 //Экономическая жизнь Дальнего Востока. - 1927. - № 11-12; Любимов Н.Н. Экономические проблемы Дальнего Востока (Восточно-Китайская железная дорога). - М., 1925; Брянский A.M. Экономическое расслоение Дальневосточной деревни. - Хабаровск, 1925.
9
других условий труда - продолжительности рабочего дня, системы рабочего снабжения почти отсутствовал. В основном анализировалось социально- экономическое положение рабочего класса и беднейшего населения деревни и полностью отсутствовал анализ социально-экономического положения других социальных слоев и групп населения России, что было закономерно для классового подхода. К тому же процессы, происходившие в обществе, характеризовались в основном на материалах европейской части страны, и ограничивались 1928 г. Социально-политическая обстановка в преддверии массовой коллективизации и индустриализации, пути и характер протекания этих процессов и их социальные последствия в литературе 1920-х годов не были отражены. Изучаемые вопросы были жестко ограничены рамками господствующей идеологии. Прослеживается некая заданность ответа, определяемая идеологическими установками, а именно: революция и советская власть способствовали улучшению социально-экономического положения населения России и его материального благосостояния, что было невозможно при капитализме. При этом трудно было по обрывочным статистическим данным проследить в целом характер, особен-^* ности и механизмы реализации социальной политики данного периода.
Период 1940-х - начала 1950-х гг. в исторической науке по своим методологическим постулатам был логическим продолжением 1920-х - 30-х гг., но здесь основное внимание исследователей уделялось различным аспектам Великой Отечественной войны и тем сюжетам в истории России, которые были связаны с защитой отечества от иностранного вторжения. Изучение социальной истории на время приостановилось.
С конца 1950-х — начала 1960-х гг., в результате изменений, начавшихся в исторической науке после XX съезда КПСС, изучение истории социальных отношений вновь активизировалось. В партийно-государственных документах появились тезисы о необходимости сместить акценты народнохозяйственного
10
развития в сторону развития производства для удовлетворения материальных и культурных потребностей народа1.
Ф Для понимания процессов, происходивших в обществе, в частности, на-
правлений, средств, методов и результатов социальной политики большое значение могла иметь наметившаяся в 1960-е годы тенденция отойти от сталинской схемы истории СССР. В институте Истории СССР АН СССР группа ученых в составе П. Волобуева, И. Тарновского, П. Иванова, И. Гиндина, А. Авре-ха, В. Данилова работала по проблеме воссоздания Октябрьской революции2. Коллективом авторов был поставлен вопрос о необходимости углубленной трактовки социальных проблем, имевших место в СССР в прошлом. Их концепции были осуждены партийными органами и признаны неверными. Однако, само появление такого направления в исторической науке в этот период свидетельствовало о наметившимся поиске новых идей, с помощью которых можно было бы адекватно отразить в исторической литературе происходившие социальные процессы, объективно показать уровень достижений в данной области, дать оценку проводим централизованным социальным мероприятиям. Расши-
ч*~^ рилась проблематика исследований, источниковая база.
Вопросы истории социальной политики в этот период нашли отражение в крупных исследованиях по истории рабочего класса и крестьянства СССР и Дальнего Востока , истории социалистического соревнования и пятилетних планов4. В целом для этих работ была характерна узость статистико-экономического подхода к рассматриваемым проблемам, многие декларатив-
XX съезд Коммунистической партии Советского Союза. 14-25 февраля 1956 г. Станогр. отчет. Т. I. - М., 1956. ¦*С.'ЗО5.
2 Ващук А.С. Социальная политики в СССР и ее реализация на Дальнем Востоке СССР в 50-70-е годы (Историография проблемы). - Владивосток, 1991. - С. 9-12.
Поляков Ю.А. Переход к НЭПу и советское крестьянство. - М., 1967; История советского крестьянства. - М., 1968. Т. 1-2; Данилов В.Н. Советская доколхозная деревня: социальная структура, социальные отношения. - М., 1979; Селунская В.М. Изменение социальной структуры советской деревни. - М., 1979; История советского рабочего класса. - М., 1984. Т. 1-2; Глушенко И.И. Рабочий класс советского Дальнего Востока в переходный к социализму период (1922-1937 гг.). - Владивосток, 1986; Социально-политическое развитие Дальневосточной деревни (советский период). Сб. статей. - Владивосток, 1984; Сельское хозяйство и крестьянство Дальнего Востока СССР в период строительства социализма и коммунизма: Сб. науч. трудов. - Хабаровск, 1984 и др. 4 Чангли И.И. Социалистическое соревнование и новые формы коммунистического труда. - М., 1959; Рогачев-ская Л.И. Движение за коммунистический труд: история и проблемы. - М., 1968; Лебедева Н.Б., Шкаратан О.И. Очерки истории социалистического соревнования. - Л., 1966; Шутов И.М. Десять пятилеток в цифрах. М., 1977; Курский А.Д. Научные основы советских пятилеток. - М., 1974; Дробижев В.З. Главный штаб социалистической промышленности: очерки истории ВСНХ (1917 — 1932 гг.). - М., 1966 и др.
11
ные заявления не подкреплялись конкретными материалами. Однако среди них есть и труды, имеющие большую значимость для изучения истории социальной политики в период 20 - 30-х гг. XX в, как, например, монографии Ю.А. Полякова и В.П. Данилова. Научный труд Ю.А. Полякова имеет важное значение для анализа положения различных социальных групп деревни в начальный период НЭПа1. Разработав методику пересчета комбинационных группировок в социальные, Ю.А. Поляков дал социально-экономическую характеристику разных социальных групп крестьянства к началу НЭПа и показал изменение их в 1921 - 1923 гг., обосновал особенности процесса социального расслоение крестьянства в советском государстве. В.П. Данилов2, опираясь на большой круг источников и прежде всего на бюджетные обследования крестьянских хозяйств, проводившиеся в 1920-е гг., по-новому подошел к анализу социально-экономической сущности наемного труда в крестьянских хозяйствах. Он доказал, что в отношения наемного труда, земельной аренды, найма и сдачи в наем рабочего скота и инвентаря в 20-е годы было втянуто не менее половины крестьянских хозяйств. И в общей массе участвовавших в обмене орудиями произ-ч*~* водства, землей, трудом имелись полярные группы, которые по сумме этих от-
ношений и степени их развития являлись эксплуататорской (кулацкой) и эксплуатируемой (бедняцко-батрацкой). Но, в основном, наемный труд в крестьянских хозяйствах имел подсобный характер. Преувеличение промышленного характера найма и применение к такой категории крестьянских хозяйств более жестких мер при регулировании условий найма диктовались другими, прежде всего политическими целями и задачами. Мы полностью согласны с его позицией. Такой подход к оценке роли наемного труда в крестьянских хозяйствах позволял по-новому подойти к изучению социальной политики в деревне в период НЭПа, но для этого необходимы были и новые источники, и критический анализ уже использовавшихся, и новая методология.
1 Поляков Ю.А. Переход к НЭПу и советское крестьянство. - М, 1967.
2 Данилов В.Н. Советская доколхозная деревня: социальная структура, социальные отношения. - М., 1979; Он же. Советская доколхозная деревня: население, землепользование, хозяйство. - М, 1977.
12
Отдельную группу в этот период составили работы посвященные вопросам социальной политики советского государства в плане социального обеспе-ф чения трудящихся: B.C. Андреева, Е.А. Астрахана, М.С. Ланцева, К.И. Микуль-
ского, А.С. Краснопольского, В.Д. Попкова и др1. Большинство из них освящали правовые аспекты развития системы социального обеспечения в советский период, в чем и проявились их положительные стороны.
Особое значение в период 1960-х — в начале 80-х годов приобрело изучение деятельности партии по организации, классовому воспитанию и сплочению советского общества, что отразилось в появлении большого количества монографий и статей по истории КПСС и Дальневосточной партийной организации2. Эти монографии и статьи представляли собой классический образец исследований этого периода, подтверждавших господствовавшие теоретические концепции с идеологически определенными выводами. Авторы стремились обосновать руководящую роль партии во всех процессах: от формирования социальной структуры советского общества до налаживания социального быта в городах и деревнях. Однако, не смотря на идеологическую заданность, работы со-*"* держали богатый фактологический материал.
Необходимым элементом любого исторического исследования в 1950-е -1980-е гг. была критика «буржуазных фальсификаций». Анализ зарубежной (буржуазной) литературы по проблемам НЭПа и сущности процессов, происходивших в советской стране в 1920-е - 30-е гг., давался в специальных работах И.М. Шишкина, В.И. Тетюшева, Н.Л. Рогалиной3. Названные авторы подверга-
1 Андреев B.C. Право социального обеспечения в СССР. - М., 1974; Астрахан Е.И, Развитие законодательства о пенсиях рабочим и служащим. Исторический очерк (1917 — 1970 гг.), - М., 1971; Ланцев М.С. Социальное обеспечение в СССР. - М,, 1976; Микульский К.И. Социально-экономическая политика в социалистическом обществе. - М., 1978; Краснопольский А.С. Основные принципы советского государственного страхования. - М., 1951; Попков В.Д. Социальная политика советского государства и право. - М., 1979 и др.
2 История КПСС. Т. 4. Коммунистическая партия в борьбе за построение социализма в СССР. 1921 - 1937 гг. -М., 1971; Гончаренко Н.И. Некоторые вопросы партийного строительства в восстановительный период в Приморье (1922 - 1926 гт). - Владивосток, 1962; Мухачев Б.И. Советы Северо-Востока СССР в период социалистической реконструкции народного хозяйства (1926-1936 гг.). - Магадан, 1987; Организационно-политическое укрепление советов на Дальнем Востоке СССР (октябрь 1922 - 1983 гг.): Сб. науч. трудов. - Владивосток, 1985; Организационно-хозяйственная деятельность местных Советов на Дальнем Востоке (1922 - 1985 гг.): Сб. науч. трудов. - Владивосток, 1986 и др.
3 Шишкин И.М. Правда истории и домыслы советологов. - Л., 1977; Тетюшев В.И. Социалистическое преобра- зование экономики СССР и буржуазные критики. - М., 1978; Рогалина Н.Л. Критика новейшей буржуазной англо-американской историографии советского крестьянства в переходный от капитализма к социализму период //Вопросы методологии исторической науки. - М., 1978. - С. 23-34 и др.
13
ли критике отрицание зарубежными исследователями наличия в послереволюционной России демократизма в отношениях между властью и населением страны; высокого уровня развития социально-бытовой сферы и трудовых отношений; наличие в деревне в период НЭПа кулачества как слоя, отличного от других социальных слоев, эксплуатировавшего батрачество и бедноту; отрицание концепции социального равенства. Благодаря этим работам, происходило совершенствование методологии критического анализа исторических событий.
Наконец, в конце 1950-х - первой половине 60-х годов возрождается изучение региональных аспектов развития социально-бытовой сферы восточных районов РСФСР, начало которому было положено еще в 1920-е годы. Оно было вызвано как логикой развития общественных наук (давало богатый фактический материал для анализа последствий социальных мероприятий в различных регионах страны в предыдущие периоды исторического развития), так и потребностями общественной практики. В те годы развитие народного хозяйства происходило в условиях преимущественно экстенсивного развития: главная роль отводилась увеличению первичных ресурсов производства. Появилась заинтересованность в изучении истории развития промышленности Сибири и Дальнего Востока. В соответствии с политической конъюнктурой, главная роль в региональных исторических исследованиях отводилась истории промышленности Дальнего Востока и, соответственно, в социальном плане — истории, прежде всего, рабочего класса, его социально-экономического и политического развития в период индустриализации1.
С 60-х годов XX в. вопросы социальной сферы восточных районов стали предметом исследования сибирской исторической школы, которая внесла большой вклад в изучение отдельных аспектов истории советской социальной политики 1920-х - 1930-х гг. Специфика региона определила и тематику иссле-
1 Докучаев Г.А. Рабочий класс Сибири и Дальнего Востока накануне Великой Отечественной войны (1937 -
июня 1941 гг.). - Новосибирск, 1966; Мандрик А.Т. История рабочего класса советского Дальнего Востока в
период строительства социализма в СССР. (Исследование проблемы) //Методология исследования и историо-
V»V графия Дальнего Востока. - Южно-Сахалинск, 1975; Больбрух А.В. Рабочий класс Дальневосточного края в/
¦^ период завершения социалистической реконструкции народного хозяйства СССР (1933-1937 гг.): Дис. ...канд.
ист. наук. -Томск, 1966; Унпелев Г.А. Приморье в годы первых пятилеток (1928-1937). -Владивосток, 1969 и др.
14
дований: сибирские историки в уделяли много внимания изучению социальных взаимоотношений в сибирской доколхозной деревне и деревне периода коллективизации1.
Наибольший вклад в анализ социальной структуры сибирской деревни в период восстановления народного хозяйства внес Л.И. Боженко2. Он вскрыл особенности процесса социального расслоения в Сибири и обосновал вывод о том, что социальный облик сибирской деревни накануне коллективизации характеризовался сочетанием различных по своему содержанию отношений: капиталистических, мелкобуржуазных, социалистических и полусоциалистических с наибольшим развитием капиталистических производственных отношений и резким проявлением социального расслоения в крестьянстве. Л.И. Боженко доказал подсобный характер найма в начале НЭПа и изменение его по мере восстановления крестьянских хозяйств3. Глубоко была исследована история профсоюза сельскохозяйственных и лесных рабочих. Изучением истории профсоюза сельскохозяйственных и лесных рабочих Сибири занимались также Ю.С. Левашов, Л.И. Боженко, А.В. Гагарин, В.И. Зайцева и др4. Проводились исследования по социальной психологии сибирского крестьянства3. В работах И.С. Кузнецова отражены реальная жизнь крестьян, их социальные взгляды, особенности политического сознания, эволюция религиозного сознания.
Оценивая результаты изучения истории различных аспектов социальной сферы в 1950-80-е гг., следует сказать, что развитие историографии было в основном количественным за счет расширения территориальных и хронологических рамок и выяснения подробностей, направленных на обоснование правиль-
1 Гущин Н.Я., Журов Ю.В., Боженко Л.И. Союз рабочего класса и крестьянства Сибири в период построения социализма (1917 - 1937 гг.). - Новосибирск, 1978; Гущин Н.Я. Из истории классовой борьбы в сибирской деревне в 1928-1929 гг.//Известия СО АН СССР. - Новосибирск, 1967. - Вып.1. - №1. -С. 28-39; Гагарин А.В. Деятельность партийных и советских органов Сибири по сплочению батрачества в 1924 - 1925 гг. //Советское крестьянство - активный участник борьбы за социализм и коммунизм. - Барнаул, 1969 и др.
2 Боженко Л.И. Соотношение классовых групп и классовая борьба в сибирской деревне (конец 1919 - 1927 гг.). - Томск, 1969; Он же. Социально-экономические процессы и их регулирование в сибирской деревне (конец 1919-1927 гг.). - Томск, 1970 и др.
3 Боженко Л.И. Сибирская деревня в восстановительный период (1921 - 1925 гг.). - Томск, 1978.
4 Левашов Ю.С. Из истории создания и деятельности профсоюза сельскохозяйственных рабочих Сибири (1920 tij4 - 1925 гг.) //Материалы научной конференции по истории Сибири. - Томск, 1967; Боженко Л.И., Гагарин А. В. *¦+ Социально-политические организации в сибирской деревне (1920 - 1927 гг.). - Томск, 1971 и др.
5 Кузнецов И.С. Массовая психология сибирского крестьянства и политическая жизнь деревни в 20-е годы //Актуальные проблемы истории Советской Сибири: Сб. науч. трудов. - Новосибирск, 1980.
; 15
I
' ности сложившейся системы и неизбежности ее создания. Социальная политика
! во всей целостности своих механизмов и результатов не изучалась ни в обще-
' *м советском, ни в региональных масштабах. В отдельности изучались: матери-
альное благосостояние рабочего класса, система социального обеспечения, влияние политики на формирование социальной структуры общества. Анализировались также социальные отношения и взаимоотношения с государственной властью в деревне (исследования сибирских историков), проблемы социальных конфликтов в рамках основных положений формационного подхода. В оборот было введено много новых данных, но они лишь подтверждали сложившуюся концепцию. Актуальной оставалась важность сопоставления и критического анализа источников, введения рассекреченных документов. Исследования по-прежнему велись в рамках господствующих теоретических концепций, а выводы подчинялись идеологическим и политическим детерминантам. Еще одной особенностью исторической литературы этого периода было то, что ученые, как правило, рассматривали реальный исторический процесс через призму постановлений партии и правительства. И не только в том смысле, что получали в \v> них определенную идеологическую заданность. Выдавая желаемое за действи-
тельное, они зачастую подменяли анализ реального положения дел в социальной сфере анализом постановлений. Если, например, постановление 1932 г. говорило о полной ликвидации в стране детской беспризорности, то с точки зрения советской историографии, беспризорность действительно была ликвидирована; если постановление гласило, что были установлены определенные социальные льготы тем или иным категориям граждан, то историки писали, что население их получало. Подмена реальной истории историей постановлений приводило к неверным выводам и деформации исторической действительности. В тоже время, в этот период появились наиболее интересные работы по методологическим проблемам изучения истории 1920-х — 30-х гг., методикам исследования уровня жизни — основной составляющей социальной политики.
fc& Новый этап в развитии исторической науки связан с перестройкой в кон-
це 1980-х - начале 1990-х годов, которая изменила взгляды на многие проблемы
16
советской истории. В эти годы проявились новые историографические и источниковедческие подходы к социальной проблематике, начался переход от партийно-политических объяснений к более глубоким социальным, экономическим. Появилась возможность по-новому осветить многие этапы исторического развития, глубже осмыслить исторический опыт.
Политические события второй половины 80-х годов (Апрельский Пленум (1985 г.), XXVII съезд КПСС, XIX партийная конференция), появление и обострение кризисных явлений в социальной сфере поставили перед экономистами, социологами, историками задачу углубленного исследования социальной политики на различных исторических этапах, механизм ее формирования и реализации.
Из необходимости изучения социальной политики вытекала задача определения самого понятия «социальная политика». В 1987-1988 гг. публикуются работы К.И. Микульского, В. Роговина, С.С. Шаталина, Г.С. Саркисяна1. В них рассматривается содержание социальной политики КПСС в 1970-80-е годы и ее взаимодействие с экономикой. Авторы не дают точного понятия социальной политики, но оговаривают, что в социальную политику включается идеологическое и организационно-политическое обеспечение курса на повышение народного благосостояния, совершенствование социальных и национальных отношений. Т. Заславская, занимавшаяся проблемами дифференциации доходов населения России, дала следующую характеристику этого понятия: «Социальная политика в узком смысле - это система государственных мер по поддержанию тех общественных групп и слоев, которые в силу тех или иных причин оказываются в более трудном положении, чем другие, страдают от специфических обстоятельств и не могут своими силами улучшить собственное положение»2. Она выделяет в социально-демографическом плане пенсионеров, студентов, жителей малых сел или особо удаленных районов. В широком смысле,
1 Микульский К.И., Роговин В.З., Шаталин С.С. Социальная политика КПСС. - М., 1987; Микульский К.И. Rfc Взаимодействие экономической и социальной политики. - М., 1987; Саркисян Г.С. XXVII съезд КПСС и пути
У повышения народного благосостояния //История СССР. - 1987. - № 2. - С. 56-69 и др.
2 Социальные ориентиры обновления: общество и человек. - М., 1990. - С. 13.
17
Т. Заславская понимала под социальной политикой общественную практику, направленную на модификацию общественных структур и институтов в сторо- ну усовершенствования социальных отношений1. Таким образом, в центре понятия находились целевые установки. Такой же позиции придерживался и Б.В, Ракитский: «Социальная политика - это целенаправленное развитие общественной структуры, организация прогрессивных сдвигов в социальном положении каждой из частей общества, а тем самым в социальных характеристиках всего общества»2. В социологической литературе существовал другой подход. Ф.М. Бородкин дал следующее определение социальной политики: «Социальная политика - способы и направления деятельности определенных общественных групп (субъектов социальной политики) с целью установления, воспроизводства и изменения системы социальных неравенств в обществе для максимальной возможности удовлетворения потребностей и в интересах этих групп с помощью разнообразных средств, среди которых главным, или по меньшей мере необходимым, является власть» . Подход Ф.М. Бородкина оказался более научным и корректным и давал общеметодологические ориентиры изучения исторических фактов, т.е. в каком направлении должна двигаться мысль историка, в отличие от подхода Т. Заславской и Б.В. Ракитского, в котором уже на первом этапе анализа фактического материала заранее предопределялись те группы, в интересах которых проводится социальная политика.
В целом, появившиеся с конца 1980-х годов работы, в которых предпринимались попытки сформулировать понятие социальной политики можно было сгруппировать по отраслям наук, в рамках которых работали авторы: социологи понимали под социальной политикой - политику государства в области трудовых отношений, социальной защиты населения, перераспределения доходов4;
1 Социальные ориентиры обновления: общество и человек. - М., 1990. - С. 13.
2 Там же. - С. 24.
3 Бородкин Ф.М. Социальная политика: власть и перестройка //Постижение: Социология. Социальная политика. Экономическая реформа. - М., 1989. - С. 241-262.
4 Галкин А.А. Социология. Политика. Международные отношения. - М.,1994; Т. Заславская. Социальная стратификация и дифференциация доходов в России //Взаимосвязь социальной работы и социальной политики. -М., 1997. - С. 76-93; Бедность: альтернативные подходы к определению и измерению. - М., 1998; Е. Гонтмахер. Социальная политика в России: эволюция 90-х и новый старт //Pro et Contra. - Том 6. - №3: Человек в социальном государстве. - М., 2001. - С. 7-23 и др.

Получить работу