ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. Начавшийся с принятием Конституции РФ 1993 года1 курс на построение правового государства потребовал переоценки концепции административного права, выработки качественно новых подходов к приведению в жизнь основных положений административной политики. Ряд проводимых реформ в правовой системе государства имеет целью достичь такого уровня порядка и стабильности в политической, экономической, социальной и культурной сферах жизнедеятельности общества, при котором права и свободы человека и гражданина, а также другие социально-значимые ценности были бы реально действующими. Социалистическое законодательство, «возведенное» на принципах несуществовавшего более как политически, так и юридически государства, очевидно, не могло служить опорой государственно-властной деятельности в этом направлении. Причем в основу правового строительства российского государства заложены не идеи приоритета государственных интересов над личными, а наоборот, где первостепенную важность получают вопросы охраны прав личности на уровне, удовлетворяющем ее достоинству.
Вместе с тем правовая охрана индивида не мыслима без защиты определенного в законе общественного порядка, при котором только и возможны свободное и полное развитие личности. Разумеется, система правовой охраны ценностей новой России уже не может выглядеть «улицей с односторонним движением». Она должна быть организована с тем, чтобы лежащие в ее основе вопросы юридической ответственности прежде всего и любого иного государственно-властного реагирования решались во имя защиты как прав личности, так
1 См.: Конституция РФ (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года) // Российская газета. 1993, 25 декабря. № 237.
5
и заложенного в законе социального порядка. Очевидно, что в условиях право-
т
вого государства юридическая ответственность приобретает двойную направленность: во-первых, - на защиту свобод и прав личности и, во-вторых, - на надежную охрану общественного правопорядка от нарушений. В зависимости от того, насколько полно и точно реализуются требования правовых норм, уста-
• навливающих юридическую ответственность, определяется степень прочности и незыблемости правопорядка в обществе и государстве. Отсюда вполне понятны первые глубокие преобразования в сферах преимущественно гражданско-правовой и уголовной охраны интересов личности, общества и государства.
* Общеизвестно, что административные правонарушения - самые распространенные из всех видов противоправных проявлений, что придает вопросу борьбы с ними большую значимость. Причем наибольший рост противоправных посягательств на административный порядок приходится на периоды «упадка» экономической, политической и правовой системы государства, при-
# водящего к ослабеванию функции охраны им правопорядка и законности в обществе. Так, на фоне всеобщей «слабости» постсоциалистического государства динамизм рыночных отношений, известная ограниченность сферы уголовно-правового воздействия на различного рода асоциальные проявления и доминирование фискальных интересов, пожалуй, не способны окончательным образом
# остановить нарастание в российском сообществе внутренних противоречий, показать готовность государства к существованию в новых цивилизованных условиях. А имевшие отсюда место «сбои» во внутриполитическом курсе страны - один из существенных показателей отсутствия достаточной правовой опо-средованности роли государства в социальной системе.
Начавшаяся с 1994 года и затянувшаяся на длительный период работа над проектом КоАП РФ неоправданно способствовала росту количества совершаемых административных правонарушений. Тогда сложилась, по сути, парадоксальная ситуация, когда действующее законодательство об административ-
1 См.: Постановление Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 23 ноября 1994 г. № 354-1 ГД «Об экстренных мерах по усилению борьбы с преступностью и обеспечению личной безопасности граждан в Российской Федерации» // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3319.
6
ной ответственности не способно было служить той цели, ради которой оно принималось, - противодействию и профилактике правонарушений, в том числе в виду крайне неэффективного контроля за качеством управления и за соблюдением законов. В условиях, когда число принимаемых по вопросам административной ответственности законов (причем как на федеральном, так и региональном уровнях) прогрессировало, а соответственно ему - увеличивалось количество ведомственных и вневедомственных контролирующих структур, иного и не могло быть. Негативная оценка этому давалась на самом высоком уровне: «если сопоставить их численность с результатами работы, в частности, с динамикой нарушений, с количеством привлеченных к административной ответственности должностных лиц, итог окажется неутешительным»1. Смена же ценностных ориентиров российского общества, получивших в конце прошлого столетия воплощение в государственно-правовой идеологии, настойчиво требовала широкомасштабной ревизии национального законодательства в заданной сфере. В этой связи не совсем понятно, но и является фактом то, что наиболее подвижная и непосредственная часть общественных отношений.— управленческих, продолжала развиваться в рамках социалистических форм регулирования. Ведь разведенная буквально по углам правовой системы некогда действенная совокупность правовых средств административно-командного реагирования не могла, конечно, отвечать не только конституционно установленным ценностям, но и удовлетворять социальным запросам общества.
В то же время известно, что на протяжении многих лет человеческой истории как произвол, жестокость, так и «слабость» власти наиболее характерно проявлялись в той сфере общественных отношений, где применялись либо нет меры именно административной ответственности. «Эффективность государства, - подчеркивается в одном из выступлений В.В.Путина, - определяется не столько объемом контролируемой им собственности, сколько действенностью политических, правовых и административных механизмов соблюдения общест-
1 См.: Послание Президента РФ Федеральному Собранию РФ от б марта 1997 года «Порядок во власти - порядок в стране (О положении в стране и основных направлениях политики Российской Федерации)» // Российская газета. 1997, 7 марта. № 47.
7
венных интересов в стране»1. А без эффективно действующего механизма административной ответственности нормы, регулирующие права и обязанности членов общества, носят декларативный характер. Правоохранительные органы не способны осуществлять принуждение к исполнению обязанностей, восстановление нарушенных прав и наказание нарушителей правовых запретов. Если органы административной юрисдикции проявляют бессилие в борьбе с правонарушениями либо попустительствуют правонарушителям, то в обществе так или иначе складывается мнение, что многие установленные законом запреты можно безнаказанно обходить, а для защиты своих прав целесообразнее всего прибегать к самоуправству, самосуду, привлекая к этому процессу различные неофициальные «силовые» структуры. С другой стороны, отсутствие реально действующей системы административной ответственности влечет за собой произвол со стороны государства, когда принуждение применяется произвольно, по усмотрению власть имущих. Государственные органы и должностные лица наделены властными полномочиями по привлечению к административной ответственности, применению и реализации санкций за различные правонарушения. Незаконное и необоснованное использование этих полномочий может причинить существенный урон правам и свободам личности.
КоАП РФ, работа над которым составила в итоге около 10 лет, был подпи-сан Президентом РФ 30 декабря 2001 г. , а с 1 июля 2002 г. - вступил в силу . Его позитивный эффект обнаруживается в том, что он «впитал» в себя все то лучшее, что было накоплено советской и российской традициями правотворчества и правоприменения в области административной ответственности. Новый закон закрепил единые для всей России, как для физических, так и юридических лиц принципы юридической ответственности и правила производства по делам об административных правонарушениях всеми субъектами администра-
1 См.: Послание Президента РФ Федеральному Собранию РФ от 3 апреля 2001 года «Не будет ни революций, ни контрреволюций!» // Российская газета. 2001,4 апреля. № 66.
2 См.: Кодекс РФ об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ (в ред. от 28 июля 2004 г.) // СЗ РФ. 2002. № 1 (часть I). Ст. 1; 2004. №31. Ст. 3229.
3 См.: Федеральный закон от 30 декабря 2001 г. № 196-ФЗ «О введении в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» // СЗ РФ. 2002. № 1 (часть I). Ст. 2.
8
тивно-юрисдикционной деятельности. Им оказались разрешенными многие проблемы унификации мер административной ответственности и, в частности, связанные с их единообразным применением к нарушителям таможенных правил, субъектам предпринимательской деятельности, за правонарушения в области финансов, налогов и сборов, рынка ценных бумаг. Таким образом, устранены противоречия в регулировании административной ответственности, причем не только федеральными законами, законами субъектов РФ, но и рядом подзаконных актов.
В свете вышесказанного, когда, с одной стороны, принятием нового КоАП РФ завершен необходимый этап преобразования законодательства об административной ответственности - новая кодификация, а с другой, было бы преждевременным считать его достаточно совершенным и полностью реформированным, необходимо доктринальное осмысление КоАП РФ не только по пути выверки практики его реализации, но и в некоторой степени опережающего теоретического построения научной концепции развития стержневых институтов административной ответственности с учетом взаимосвязи между опытом прошлого и современными проблемами, преемственности в развитии правотворчества.
В контексте административно-принудительных мер административное наказание - исключительный вид административного принуждения, характеризующийся высокой степенью карательного воздействия на правонарушителя. Из всех видов административного принуждения именно оно обладает способностью самым непосредственным и существенно-негативным образом задевать правовой статус субъекта общественных отношений. Для целей его реального применения служит система мер административно-процессуального принуждения, на службу ему поставлены административно-юрисдикционные силы государства. Иными словами, в административном наказании как виде принуждения и государственного принуждения, в частности, сфокусировался весь негатив - максима административно-принудительного воздействия. Поэтому в действующем административном законодательстве данная группа административ-
но-принудительных мер, ее материально-правовой и процессуальный аспекты реализации получили наиболее определенное закрепление.
Наряду с этим в правовом государстве административное наказание призвано выполнять не только карательную функцию, но и своего рода выступать гарантом должного признания, соблюдения и защиты прав человека и гражданина, их объединений. В целях рационального сочетания, гармонии интересов личности, общества и государства законодатель наряду с определением содержания права устанавливает административные наказания и тем самым пределы его ограничения. Цель такого установления состоит в обеспечении (гарантировании) пользования конкретными благами и ценностями, лежащими в основе содержания права других лиц. Кроме того, учитывая намеченное усиление роли закона в регулировании отношений, связанных с привлечением виновных лиц к административной ответственности, проведенную новейшую кодификацию законодательства об административных правонарушениях, необходимо подробнее исследовать вопросы правовой природы административного наказания, как в содержательном плане интересного и комплексного явления.
Состояние и степень научной разработанности проблемы. Проблемы административной ответственности, связанные с учением об административных наказаниях, всегда находились в сфере различных научных интересов.
Известное единство с юридической ответственностью и производный от нее характер института административной ответственности позволили направить изначально свои изыскания в область общетеоретического знания. Отсюда основой исследования послужили труды, затрагивающие проблемы юридической ответственности на общетеоретическом и отраслевом уровнях, таких ученых, как: С.А.Авакьян, С.С.Алексеев, М.В.Баглай, Б.Т.Базылев, М.И.Байтин, С.Н.Братусь, Г.А.Гаджиев, В.М.Горшенев, О.С.Иоффе, И.И.Карпец, Д.А.Керимов, В.М.Корельский, В.Н.Кудрявцев, О.Э.Лейст, Н.С.Малеин, А.В.Малько, Н.И.Матузов, П.Е.Недбайло, В.С.Нерсесянц, И.С.Ной, С.В.Поленина, В.Н.Протасов, И.А.Ребане, И.С.Самощенко, М.С.Строгович, В.А.Тархов, Б.Н.Топорнин, М.Х.Фарукшин, Ф.Н.Фаткуллин, Н.И.Химичева, М.Д.Шаргородский, Б.С.Эбзеев, Л.С.Явич и др. Опыт, накопленный доктри-
10
нальными поисками этих авторов, значителен и его трудно переоценить, несмотря на разнообразие подходов и наличие как критических, так и апологе-тичных мнений относительно некоторых вопросов правовой ответственности. Преодоление их дискуссионности видится необходимым с тем, чтобы максимально допустимым образом постичь достигнутое и сделать, в свою очередь, шаг вперед в освоении рассматриваемой проблематики.
Изучение современных аспектов административно-пунитивной теории не мыслилось и без обращения к концепциям, в которых постигались особенности политики государственного (административного, полицейского) принуждения (в том числе в связи с вопросами административной кары) на различных этапах исторического развития цивилизаций. В данном направлении поиском оптимальных вариантов решения занимались такие выдающиеся (зарубежные и российские) ученые - философы, правоведы и социологи, как: И.Е.Андреевский, Г.В.Ф.Гегель, В.М.Гессен, Т.Гоббс, В.Ф.Дерюжинский, А.И.Елистратов, А.А.Жижиленко, В.В.Ивановский, И.Кант, А.Ф.Кистяковский, Н.М.Коркунов, Г.В.Лейбниц, Ф.Лист, К.Маркс, Д.-С.Милль, С.П.Мокринский, М.К.Палибин, Л.И.Петражицкий, С.В.Познышев, Н.Д.Сергиевский, Н.С.Таганцев, Ф.В.Тарановский, И.Т.Тарасов, А.Фейербах, И.Г.Фихте, И.Я.Фойницкий, Г.Ф.Шершеневич, Ф.Энгельс и др.
В административно-правовой науке рассмотрение мер административной ответственности проводилось преимущественно через анализ ранее и ныне действующих источников законодательства об административных правонарушениях. Основу учения об административной ответственности составил богатый в содержательном смысле теоретический материал ученых, внесших существенный вклад в разработку отдельных проблем административной ответственности: А.Б.Агапов, Ю.С.Адушкин, А.П.Алехин, Д.Н.Бахрах, К.С.Бельский, И.И.Веремеенко, И.А.Галаган, Е.В.Додин, М.И.Еропкин, В.В.Игнатенко, И.Ш.Килясханов, А.П.Клюшниченко, С.Д.Князев, Л.В.Коваль, Ю.М.Козлов, А.Н.Козырин, Н.М.Конин, П.И.Кононов, А.П.Коренев, Б.М.Лазарев, В.А.Лория, А.Е.Лунев, В.М.Манохин, М.Я.Масленников, В.И.Новоселов, А.Ф.Ноздрачев, И.В.Панова, Г.И.Петров, Л.Л.Попов, В.И.Ремнев,
11
Б.В.Россинский, Н.Г.Салищева, В.Е.Севрюгин, П.П.Сергун, Ю.П.Соловей, В.Д.Сорокин, Ю.Н.Старилов, С.С.Студеникин, М.С.Студеникина, Ю.А.Тихомиров, Н.Ю.Хаманева, Б.Б.Хангельдыев, А.П.Шергин, В.А.Юсупов, А.Ю.Якимов, О.М.Якуба, Ц.А.Ямпольская и др.
В то же время задача раскрытия сущности административного наказания, его правовой природы сквозь призму всей административно-деликтной юриспруденции, в лучшем случае, проводилась на аналитико-терминологическом уровне, что не вносило предельной ясности в такую проблему. Причем последняя усложнена отсутствием в юридической науке обстоятельного исследования понятия и признаков административного наказания не столько в виду новизны этой терминологии (в свете принятия нового КоАП РФ), сколько отсутствием вообще в административно-правовой теории и практике достаточной научной проработки категориально-дефинитивного аппарата указанного правового явления. Наряду с этим вполне очевидно, что в правовой науке вопросам исследования природы наказания (пока преимущественно в уголовном праве) уделено и уделяется до сих пор не только пристальное внимание ученых-юристов, но и сформирован солидный доктринальный пласт информации, обеспеченный к тому же законодательством.
Вместе с тем не только само административное наказание, но и известное разнообразие его видов, а также наличие существенных различий между последними касаются не столько совокупного понимания такого правого института, сколько условий и порядка их применения, а самое главное, - степени их сравнительной репрессивности. Это требует, в свою очередь, переориентации и упорядочения «движения» всей административно-наказательной политики государства, правильного проецирования ее «вектора» не только в плоскость правотворческой, правоприменительной деятельности, но и обстоятельного исследования в науке административного права.
Объект, предмет, цель и задачи диссертационного исследования.
Объектом любого исследования так или иначе выступают различные категории, явления и процессы физического мира, проявляющие себя в качестве материальной и (или) духовной ценности социальной коммуникации. Объектом
12
настоящей работы является такая представляющая собой и материальную, и духовную значимость категория, как административное наказание в его онтологической и гносеологической связи с другими аналогами материального мира. При этом не лишаются акцента и статические (материальные), и динамические (процессуальные) характеристики указанной категории, которые выражают только присущие ей качества, особенности и внутреннюю организацию, а, следовательно, - социальные отношения, складывающиеся по поводу установления, применения и реализации административных наказаний.
Предмет настоящего исследования составляют теоретические и практические проблемы административно-деликтной юриспруденции, хотя и фрагментарно, но - предопределяющие, формирующие уже не одно десятилетие учение об административных наказаниях. Представляя собой отдельную административно-правовую проблематику, тема административных наказаний получила наряду с общим характерное только ей развитие. Следовательно, предметом данной работы является также разработка и методологическое обоснование современной концепции административных наказаний. Речь идет о выработке обстоятельных подходов к определению природы административных наказаний с учетом последней систематизации законодательства об административных правонарушениях.
Отсюда целью исследования выступает дальнейшая разработка основных теоретических вопросов административной ответственности, касающихся тематики административных наказаний, с тем, чтобы представить последнюю в качестве отдельной проблемы, требующей мобилизации надлежащих доктри-нальных и практических - правотворческих и правоприменительных - усилий. Также автор ставит перед собою цель системного, целостного построения концепции административных наказаний в структурной связи с административным принуждением, в контексте которого меры административной ответственности имеют решающее значение и отсюда выражают саму политику административного принуждения.
Для достижения поставленных целей диссертационного исследования представляется необходимым решение следующих основных задач: 1) рассмот-
13
рение логико-правовых оснований выделения в понятийной структуре общей теории административного принуждения материальных категорий, выражающих совокупный смысл и сущность государственно-властного принуждения; 2) обоснование характера логической взаимообусловленности мер административного принуждения через присущую им содержательность, уникальность и организационно-функциональную обособленность, предопределяющих сравнительное качество административных наказаний и формулирующих, таким образом, общие задачи административного принуждения; 3) анализ состояния адекватности юридико-отраслевых условий функционирования мер административной ответственности конституционным, международно-правовым и иным общеправовым установлениям; разработка на основе результатов такового методологических приемов «преобразования» содержания административных наказаний в русло цивилизованного и адекватного ограничения юридических возможностей личности; 4) раскрытие и построение на основе учета прежде всего исторической роли мер административной ответственности современных аспектов категориально-понятийной природы, параметров определения и назначения административных наказаний в структуре юридически-властного решения стоящих перед государством задач; 5) системное упорядочение компонентов, составляющих смысл и определяющих сравнительный характер природы административных наказаний; разработка на основе результатов такового методологической базы по установлению и правопреобразованию содержания мер юридической ответственности, налагаемых в административном порядке, в сферу единообразного административно-деликтного регулирования; 6) формирование логически завершенной системной модели административных наказаний через анализ как внешне связующих, так и собственных критериев видов административных наказаний, в том числе через раскрытие качественных и количественных составляющих каждого из них; 7) выработка научных рекомендаций по совершенствованию действующего законодательства и практики его применения.
Методологическая основа. Для правильного, объективного и полного разрешения изложенных выше задач автор использует комплекс современных
14
методов познания, разработанных философской наукой и применяемых юридическими науками: всеобщий (материалистическая диалектика), общенаучные (анализ (структурный), синтез, системный и функциональный подходы), част-нонаучные (исторический подход, статистический, логический и математический) и частноправовые (специально-юридический подход, формально-юридический и сравнительно-правовой) методы.
Анализируемая в диссертации проблематика административных наказаний освещается с учетом достижений таких юридических наук, как теория государства и права, конституционное, уголовное, гражданское и международное право. В написании диссертации автором широко используются достижения ряда гуманитарных наук (философия, социология, политология и психология).
Нормативную основу диссертационного исследования составляют: Конституция РФ, КоАП РФ, другие федеральные законы и иные нормативные правовые акты РФ (указы Президента РФ, постановления Правительства РФ, ведомственные акты), а также законодательство отдельных субъектов РФ. Для решения отдельных задач исследования требуется также обстоятельный анализ важнейших международно-правовых документов в области прав человека, в частности таких, как: Всеобщая декларация прав человека , Международный пакт о гражданских и политических правах2, Европейская конвенция о защите прав и основных свобод3 и др. Для целей сравнительного исследования автор обращается к законодательству об административной ответственности государств-членов СНГ (Азербайджанская Республика, Республика Армения, Республика Беларусь, Грузия, Республика Казахстан, Кыргызская Республика, Республика Молдова, Республика Таджикистан, Туркменистан, Республика Узбекистан и Украина) и Прибалтики (Латвия, Литовская Республика и Эстония).
1 См.: Всеобщая декларация прав человека, провозглашенная Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 10 декабря 1948 г. № 217 А (III) // Российская газета. 1995, 5 апреля. № 66.
2 Международный пакт о гражданских и политических правах, утвержденный Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 1966 г. № 2200 А (XXI) // Ведомости ВС СССР. 1976. № 17. Ст. 291.
3 См.: Конвенция Совета Европы от 4 ноября 1950 г. № ETS № 5 «О защите прав и основных свобод» // СЗ РФ. 2001. №2. Ст. 163.
15
Широкий спектр исследований проводится автором и в сфере правоприменения и прежде всего судебной практики. Анализ отдельных вопросов установления и применения административных наказаний, непосредственно соприкасающихся с правами человека и гражданина, оказывается немыслимым без учета целого ряда правовых позиций, сформулированных в решениях Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ и др. Обращение к международно-правовым актам не представляется полным и правильным без уделения внимания и правовым позициям Европейского Суда по правам человека, образующим мощный и реально действующий каркас прецедентного права Совета Европы.
Научная новизна. Диссертация представляет собой первое после принятия КоАП РФ в юридической и административно-правовой науке России, в частности, монографическое исследование, специально посвященное учению об административных наказаниях. Научная первостепенность такого исследования состоит и в том, что оно представляет собой пока единственную попытку комплексного рассмотрения природы административных наказаний, вытекающей из анализа положений нового КоАП РФ.
Особое внимание в работе уделено (в силу рассмотрения административного наказания как выражения реакции государства на административное правонарушение) анализу конституционных и международно-правовых установлений, определяющих свободу отдельной личности в рамках общества, где поведение первой проистекает из внутренне осознанной необходимости социального развития. Отсюда правоограничительный потенциал административного наказания получает характеристику, как выражающий конституционно-оправданные уровень и степень необходимого и допустимого в цивилизованном государстве ограничения прав и свобод человека и гражданина. Тем самым в научном плане рассмотрение административного наказания получает развитие с позиций «человеческого измерения».
Специфика исследования заключается, что не менее важно для административно-правовой науки, также в подробном юридическом разборе категории «административное наказание», исходя из характеристики причин и условий ее
16
развития, выявлении ряда вытекающих отсюда существенных характеристик, последующее обобщение и систематизация которых явились формированием новой концепции административных наказаний.
Предложенное новейшее определение категории «система административных наказаний» позволяет характеризовать содержание и сущность последней, как выражающей необходимый уровень справедливого и гуманного распределения бремени негативных последствий административных наказаний с учетом значимости тех ценностей, которые государство призвано охранять в соответствии с легитимной волей общества. В диссертации в развитие высказанной в правовой литературе идеи о «квазиадминистративной ответственности» вводится в научный оборот понятие «квазиадминистративные наказания», которое используется автором для обозначения всех тех мер юридической ответственности, формально находящихся за пределами административно-деликтного регулирования, которые применяются за нарушение норм административно-правового характера и (или) в административном (внесудебном) порядке. В этой связи предпринимается попытка выявить и сформулировать критерии отнесения их к сфере административно-деликтного регулирования.
Рассмотрение каждого из административных наказаний сопровождается введением в научно-поисковый оборот комплекса исторических документов, отражающих генезис правовых основ их регламентации. Кроме того, раскрытые автором при разборе категориально-понятийной природы административных наказаний признаки, служат методологически удобным инструментом «приспособления», а точнее наложения на «формат» отдельных мер, сквозных и характерных качеств административного наказания.
На защиту выносятся следующие основные положения:
1. Вывод о том, что принуждение в отличие от убеждения является наличным (способным неминуемо, немедленно воздействовать негативным образом на личность), непосредственным (конкретным) и реальным (действительным). При этом принуждение, как метод властного воздействия на субъект, предполагает, в свою очередь, создание таких условий (состояния), при которых воля подчиняемого не столько внутренне или внешне противостоит воле подчиняю-
17
щего, сколько в принципе исключается (как фактор учета субъектом подчинения психического отношения подчиняемого к ситуации подчинения) из числа объективных факторов, имеющих решающее для ситуации подчинения значение.
2. Предлагается рассматривать административное наказание в системе административно-принудительных мер как исключительный вид административного принуждения, характеризующийся высокой степенью карательного воздействия на правонарушителя, и итог, заключительный этап административного преследования. В механизме административного принуждения административное наказание должно выступать как самое эффективное и достаточное средство, ограниченное необходимостью адекватной реакции государства именно на правонарушение, с одной стороны, и позволяющее, - исходя из принципов справедливости, соразмерности и правовой безопасности, - гарантировать защиту конституционных ценностей, прежде всего прав и свобод человека и гражданина, с другой стороны.
3. Обосновывается особая (предопределяющая) роль Конституции РФ в сфере ее влияния на содержание административных наказаний, но не напрямую, а посредственно - через систему административно-деликтных отношений, где административная ответственность выступает сквозным понятием. Отсюда конституционную основу административной ответственности составляют юридически концентрированные, обладающие высшей степенью нормативной обобщенности и носящие универсальный характер положения Конституции РФ, определяющие правовой статус личности и допустимые условия его ограничения, обусловленные реакцией государства на административное правонарушение.
4. Вывод о корреспондирующем влиянии международно-правовых обязательств через призму конституционных положений на сферу прежде всего практической (преимущественно процессуальной) реализации публичного преследования, имеющем цель обеспечить гармоничное сочетание интересов государственного принуждения и защиты личности от произвола властно-обязывающей деятельности органов государства. |
