ВВЕДЕНИЕ
Актуальность. В настоящее время нелинейная динамика и волновое моделирование становятся определяющими парадигмами научного мышления (Д.А. Меницкий, 1969; А.В. Гапонов-Грехов, А.С. Ломов, Г.В. Осипов, М.И. Рабинович, 1989; В.М. Бехтерев, 1991; СП. Капица, СП. Кудюмов, Г.Г. Малинецкий, 1997). К этой проблематике сейчас относят изучение биологических часов (Н.А. Пэрна, 1925; А.Л. Чижевский, 1928, 1969; Э. Бюннинг, 1964; P.M. Баевский, Т.Д. Семенова, М.К. Чернышев, 1976; Н.А. Агаджанян, 1977; Ю. Ашофф, 1984 Ь; Л. Гласе, М. Мэки, 1991; и др.). Установлено, что био- и нейрофизиологические колебания имеют сезонную периодичность. Показано, что архитектоника биоритмов является уникальной характеристикой индивида (А.Д. Слоним, 1961; А.П. Голиков, П.И. Голиков, 1973; В.А. Матюхин, С.Г. Кривощеков, 1975; Н.И. Моисеева, 1978; В.П. Казначеев, 1980; В.И. Шапошникова, 1991). Десинхроноз (дизритмия) влечет нарушение психологического состояния и свойств индивидуальности (Г. А. Аминев, В.В. Тру скалов, 1984; Б.С. Алякринский, СИ. Степанова, 1985; Г.А. Аминев, М.Н. Красильникова, Л.Н. Котлярова, 1985; В.И. Макаров, 1986; Н.А. Агаджанян, Н.Н. Шабатура, 1989).
Наряду с этим в дифференциальной психологии и психофизиологии фундаментальным направлением является концепция иерархической организации субъективной реальности (U. Bronfenbrenner, 1951; Б.Г. Ананьев, 1971; А.В. Брушлинский, 1978; В.М. Русалов, 1980; Э.А. Голубева, 1980, 1996; Н.Н. Данилова, 1982; К.В. Судаков, 1983; А.И. Крупнов, 1985; В.Г. Леонтьев, 1992; Г.А. Глотова, 1994; В.И. Слободчиков, Е.И. Исаев, 1995; СА. Изюмова, 1995; В.Д. Шадриков, 1996; Е.Д. Хомская, 1996, 1997; В.А. Петровский, 1997; и др.), наиболее полно разработанная пермской школой интегральной индивидуальности (B.C. Мерлин, В.В. Белоус, Б.А. Вяткин, Э.И. Маствилискер, 1973; B.C. Мерлин, 1982; Б.А. Вяткин, 1993; Л.Я. Дорфман, 1993; М.Р. Щукин, 1994; и др.). Однако в рамках этого направления проблема индивидуальных различий архитектоники психоритмов как одного из механизмов саморегуляции индивида до настоящего времени в большой науке практически мало исследована (J. Мауо, О. White, H.J. Eysenck, 1978; В.П. Ярышкин,
1993; В.Н. Дружинин, 1995; И.Ю. Борисова, И.Е. Ганслина, Н.Я. Притыкина, 1996; А.А. Путилов, 1997). Для выявления годичных психоритмов не используются современные математико-статистические методы спектрального, периодограммного или косинор-анализа (F. Halberg, 1959; К.А. Иванов-Муромский, С.Я Заславский, 1968; И.П. Емельянов, 1976; и др.). Тема отдана на откуп парапсихологическим и астрологическим изысканиям и вызывает большой интерес общественности своими притязаниями на психологический прогноз развития личности и социального поведения человека (С.А. Вронский, 1990; Б. Хубер, 1993; Д. Радьяр, 1994).
Таким образом, теоретическая неразработанность в рамках дифференциальной психофизиологии проблемы индивидуальных различий годичных психоритмов индивида, а также отсутствие научно-аргументированных, основанных на методах спектрального анализа процедур прогноза многоуровневых характеристик индивидуальности в зависимости от даты рождения обусловили актуальность и выбор темы данного диссертационного исследования.
Цель исследования: изучить окологодичные (сезонные) ритмы в многоуровневой системе психофизиологических свойств индивидуальности и выявить их спектральные закономерности.
Для достижения названной цели решались следующие задачи:
1. Изучить методами корреляционно-периодограммного и косинор-анализа спектральные характеристики колебаний иерархических свойств индивидуальности -личностного, темпераментального, нейро- и биодинамического уровней.
2. Исследовать функции распределения периодов годичных ритмов психофизиологических свойств и в соответствии с принципом кодирования номером канала установить закономерности их связи с различными уровнями индивидуальности.
3. Построить косиноровы эллипсы и определить фазовые соотношения различных ритмических составляющих колебаний свойств индивидуальности.
4. Методами корреляционно-факторного анализа установить структуру характеристик годичных ритмов системы психофизиологических свойств индивидуальности.
Гипотеза исследования исходила из концепций о многоуровневой организации индивидуальности (U. Bronfenbrenner, 1951; Р. Уильяме, 1960; Б.Г. Ананьев, 1971;
B.C. Мерлин, 1982; Б.А. Вяткин, 1993; и др.) и ее единстве с геофизической реаль-* ностью (Н.И. Моисеева; 1978; В.П. Казначеев, 1980; и др.) и состояла из предположе-
ния о том, что в психофизиологических механизмах саморегуляции (Н.А. Аладжалова, 1979; О.А. Конопкин, 1995; Л.М. Аболин, 1987; А.Н. Лебедев, 1992; Г.А. Аминев, 1996; Д.А. Еникеев, 1997) можно выделить годичные ритмы, спектральные характеристики которых (периоды, гармоники, фазовые соотношения) образуют целостную, взаимоувязанную систему процессов, имеющих приспособительное значение.
В нашей лаборатории этот вопрос решается с позиции волнового подхода к
психофизиологическим механизмам онтогенеза и адаптации личности (Г.А. Аминев,
1972, 1996; Г.А. Аминев, Э.Г. Аминев, Л.В. Волкова, Г.Ф. Фазлиахметова, 1997),
' предполагающего на основе учения об импринтинге (К. Лоренц, 1994) запечатление
геофизических полей развивающейся нервной системой.
Альтернативной гипотезой является представление о том, что межиндивидуальные различия выраженности свойств индивидуальности определяются влиянием сугубо социальных факторов и не связаны с годичной динамикой рождения. Подчеркнем, что первая гипотеза не отрицает влияния социальных факторов, которые сами также могут иметь годичную и многолетнюю динамику (А.Л. Чижевский, 1930; Н.Д. Кондратьев, 1989; С.А. Дятлов, А.И. Добрынин, 1998).
На защиту выносятся следующие положения:
1. Годичные флуктуации иерархических свойств индивидуальности -личностного, темпераментального, нейро- и биодинамического уровней - помимо
* случайной составляющей содержат статистически значимые ритмы, различающиеся
периодами и начальными фазами.
2. Психофизиологическая архитектоника годичных ритмов имеет сложную структуру, определяемую их вероятностно-статистическими связями с различными уровнями индивидуальности. Функции распределения периодов годичных ритмов психофизиологических свойств выявили ритм годичной продолжительности и его гармоники (6, 4, 3, 2 мес).
3. Показано, что годичные психоритмы делятся на специфичные и интегральные, относящихся к регуляции различных уровней индивидуальности по принципу номера
7
канала (Е.Н. Соколов), т.е. различные гармоники корреспондируют с различными уровнями индивидуальности.
4. Ритмические составляющие колебаний свойств индивидуальности в каждом диапазоне образуют единый ансамбль взаимообусловленных качеств, определяемых фазовыми соотношениями и свидетельствующих о последовательности запуска адаптивных психофизиологических процессов в популяциях.
5. Спектральные характеристики годичных ритмов психофизиологических свойств индивидуальности образуют интегрированную систему параметров саморегуляции, объединяемых факторами экстенсивности, интенсивности и периодичности обуславливания психофизиологических свойств индивидуальности геофизическими влияниями.
Научная новизна. Впервые в рамках системно-субъектного подхода (Б.Ф. Ломов, 1975; А.В. Брушлинский, 1978; А.Г. Асмолов, Б.С. Братусь, Б.В. Зейгарник, В.А. Петровский, Е.В. Субботский, А.У. Хараш, Л.С. Цветкова В.А., 1979; В.Д. Шадриков, 1996; В.А. Петровский, 1997; и др.) и теории интегральной индивидуальности (B.C. Мерлин, 1986; Б.А. Вяткин, 1993; и др.) проведен спектральный анализ и получены экспериментальные доказательства существования ритмической организации годичной динамики многоуровневых психофизиологических свойств индивидуальности, свидетельствующие о единстве субъективной и геофизической реальностей.
Впервые для статистически надежного выявления годичных психофизиологических ритмов использовались корреляционно-периодограммный и косинор- анализы, которые показали, что в регуляции индивидуальности участвуют все гармоники годичного ритма и, наоборот, все иерархические уровни индивидуальности представлены различными специфичными ансамблями гармонических колебаний.
Впервые установлено, что годичные ритмы делятся на классы, имеющих различное функциональное значение: с помощью двухмесячного ритма регулируется главным образом микроэлементный обмен; четырехмесячного - темпераментальные качества личности; шестимесячного - свойства генетического уровня индивидуальности; в этом проявляется их специфичность.
8
Обнаружены также три интегральных цикла, регулирующих следующие группы уровней индивидуальности: шестимесячный, обеспечивающий регуляцию генетического, микроэлементного и нейродинамического уровней; трехмесячный -нейродинамического, личностного и энергетического; четырехмесячный микроэлементного, энергетического и темпераментального.
С помощью косиноровых эллипсов показано, что годичные ритмы свойств индивидуальности создают ритмический ансамбль как по периодичности, так и по фазе. Построение косиноровых пещер выявило, что, процессы генерации годичных колебаний разноуровневых свойств индивидуальности имеют внутреннюю логику, строгую фазовую последовательность.
Теоретическое значение. Доказано, что годичные ритмы принимают участие в механизмах регуляции системы иерархических свойств индивидуальности, образуя кольцевые структуры взаимосвязанных уровней.
Практическое значение. Установленная в работе ритмическая организация индивидуальности открывает новые подходы в психодиагностике и психокоррекции в различных социальных сферах.
1. Разработанная методика позволяет производить объективную экспресс-диагностику личностных свойств с помощью "психологического ритмоскопа", что важно для следственной практики, пенитенциарной службы, школьного психологического консультирования и для выбора времени эффективного кодирования с учетом ритмов внушаемости.
2. Учет временного фактора позволяет повысить эффективность тренингов и коррекции дезадаптивного поведения. Методика апробирована на студентах I курса Башкирского государственного университета, учащихся Первой уфимской политологической гимназии и в практике психологического консультирования населения Уфы.
Апробация работы. Основные результаты исследования представлялись и докладывались на- Республиканском симпозиуме с международным участием "Синектика духовности: традиционные и нетрадиционные подходы" (Уфа, 1994), на Второй Российской конференции РПО «Методы психологии» (Ростов-на-Дону, 1997), на VIII Международной конференции "Применение новых технологий в образовании"
(Троицк, 1997), на Республиканской конференции «Опережающее образование -будущее республики» (Уфа, 1997) на региональных научно-практических конференциях «Актуальные вопросы валеологии» (Екатеринбург, 1997), «Психология на службе республики Башкортостан» (Стерлитамак, 1998), совместном заседании кафедр общей и клинической психологии БГУ и Уфимского филиала факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова.
Объект и методическое оснащение исследования. В экспериментах участвовали студенты первого курса Башгосуниверситета - 84 чел., в возрасте 17-18 лет, и учащиеся выпускных классов Первой уфимской политологической гимназии - 48 чел, в возрасте 16-17 лет.
Исследование состояло из двух частей: первая посвящалась изучению спектральных характеристик ритмов личностных и психодинамических свойств; вторая - нейродинамических (церебральных), биоэнергетических (психовегетативных), психогенетических свойств. Спектральные характеристики ритмов обрабатывались с помощью оригинального пакета компьютерных программ (к.пс.н. Э.Г. Аминев, Р.В. Серазетдинов). В общей сложности выполнено 14 тестов и электрофизиологических обследований, в которых для каждого обследуемого определяли 139 показателей. Затем рассчитано 10703 коэффициентов корреляций помесячных колебаний каждого показателя с пробными косинусоидами, по которым построено 139 периодограмм и определялись статистически значимые доминирующие ритмы, их периоды и фазы. И, наконец, для обеспечения большей достоверности проводился косинор-анализ, позволивший вычислить еще 417 параметров (мезор, амплитуда, акрофаза).
Предмет исследования - флуктуации разноуровневых психофизиологических свойств индивидуальности, обусловленные их годичной (сезонной) динамикой.
Работа является частью системных исследований индивидуальности человека, проводимых в русле волновой концепции личности, разрабатываемой Уфимским филиалом факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова на экспериментальной базе Первой уфимской политологической гимназии в рамках проекта «Новые нейропедагогические технологии», утвержденного вице-президентом АН РБ, академиком Р.Н. Гимаевым.
Глава 1. ГОДИЧНЫЕ КОЛЕБАНИЯ ПСИХОБИОЛОГИЧЕСКИХ * ПРОЦЕССОВ (ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ)
В настоящее время никто в науке не противополагает корпускулярный подход волновому. После открытия солитонов большое значение придается нелинейным закономерностям (М.И. Рабинович, Д.И. Трубецков, 1986; А.В. Гапонов-Грехов, А.С. Ломов, Г.В. Осипов, М.И. Рабинович, 1989; Н.Х. Валитов, 1997). Эволюция жизни рассматривается как переход от одиночных волн к ритмичным структурам. Волновое моделирование ныне успешно применяется во многих сферах биофизики, биохимии и микробиологии (Ю.М. Романовский, Н.В. Степанова, Д.С. Чернавский, 1971).
Такими волновыми процессами в биологии являются биоритмы (А.Л. Чижевский, 1930; Ф. Халберг 1964; Э. Бюннинг, 1964; П.Я. Соколов, 1969; Б.С. Алякринский, 1983; Ю. Ашофф, 1984 Ь). Ритмичность предполагается и для психики (Н.А. Пэрна, 1925; А.Л. Чижевский, 1930; A. Sollberger, 1965; В.Н. Дружинин 1995). В работах Аминева Г.А., выполненных в Казанском университете (1972, 1973), доказано наличие двух видов психологических ритмов - временных и тактовых, а, позднее, выдвинуто представление о норморитмичной и дизритмичной личности (Г.А. Аминев, В.В. Трускалов, 1984). На этой основе была разработана волновая концепция (Г.А. Аминев, 1972, 1994, 1996), в которой синтезируются
достижения психодинамической теории 3. Фрейда, факторной теории личности
*
Кэттелла, и математического, включая волновое, моделирования (Д.Н. Меницкий,
1969; А.Н. Тихонов, В.Д. Кальнер, В.Б. Гласко, 1990). Пока в психологии доминирует корпускулярное мышление, но переход к рассмотрению волновых свойств исторически закономерен.
Если физика квантовых и волновых процессов "позволяет подняться на новый
уровень понимания свойств окружающего мира, дает возможность создать
принципиально новые технологии для изменения всего облика производства и
качества жизни людей, стимулирует развитие новых направлений в медицинской
ф диагностике, биологии" (см. Федеральная целевая научно-исследовательская прог-
11
рамма на 1996-2000 годы, постановление Правительства РФ от 23.10.96 г. № 1414), * то можно надеяться, что волновые характеристики индивидуальности также
откроют новую страницу в психодиагностике и прогнозировании на основе психологических и биологических ритмов.
В био- и психоритмологии накоплен обширный фактический материал, наработаны теоретические концепции (Э. Бюннинг, 1964; J.C. Aschoff, 1969; Б.С. Алякринский, 1983; Л. Гласе, М. Мэки, 1991), охватить которые в одном обзоре не представляется возможным, и в силу этого далее мы осветим лишь наиболее существенные аспекты, имеющие непосредственное отношение к теме исследования: во-первых, биологические, в особенности годичные (сезонные), * ритмы и, во-вторых, ритмы психических процессов.
1.1. Биологические ритмы и их закономерности
С понятием ритм связано представление о гармонии, организованности процессов в природе (с греческого "ритмос" - соразмерность, стройность). Идея ритма привлекала внимание многих мыслителей Древнего Мира, и еще Аристотель говорил о периодичности явлений окружающего мира.
Среди наук, исследующих колебания разнообразных процессов, биоритмология одна из самых молодых. Ее основы были заложены в 18 веке: в 1729 г. французский астроном де Мэран открыл адаптацию живых организмов к вращению Земли (см. Б.С. Алякринский, 1983), а в 1801 г. английский астроном В. Гершель подметил, что урожаи пшеницы периодически меняются в соответствии с циклами солнечной активности (см. Л.И. Куприянович, 1976). И уже позже, в 1814 г. эти факты были обобщены Ж. Вире в понятии "живые часы" (см. Ю. Ашофф, 1984). Но как самостоятельное и единое научное направление биоритмология (хронобиология) сформировалась только в 1960 г., когда был проведен первый международный симпозиум по биологическим часам в Колд-Спринг-Харборе.
Современная хронобиология рассматривает ритмические процессы в отдель-* ных клетках и поведенческих актах целостного организма, увязывая с такими круп-
12
номасштабными явлениями, как лунные, земные, солнечные и другие космические циклы (А.Л. Чижевский, 1928; Э. Бюннинг, 1964; A. Sollberger, 1965; П.Я. Соколов, 1969; СИ. Степанова, 1971; Н.И. Моисеева, 1978; Б.С. Алякринский, 1983). На сегодня ставится задача не только доказать наличие ритмов, замерить параметры (период, амплитуда, акрофаза, мезор), но и разработать классификацию, изучить особенности отдельных ритмов, установить их природу (эндогенность или экзогенность) и найти способы практического применения.
1.1.1. Классификация ритмов зависит от выбранных критериев: по их собственным характеристикам, по функциям, которые они выполняют, роду процесса, порождающего колебания, и по биосистеме, в которой наблюдается цикличность (F. Halberg, A. Reinberg, 1967; Н.И. Моисеева, В.М. Сысуев, 1981; Б.С. Алякринский, 1983).
Спектр возможных ритмов жизни охватывает широкий диапазон масштабов времени - от волновых свойств элементарных частиц (микроритмов) до глобальных циклов биосферы (макро- и мегаритмов). Пределы их длительности - от многих лет до миллисекунд, группировка иерархическая, но границы между группами в большинстве случаев условны. Верхнюю границу среднечастотных ритмов устанавливают на отметке 28 ч. - 3 сут. (Н.И. Моисеева, В.М. Сысуев, 1981). Периоды от 28 ч. до 7 сут. либо относят к единой группе мезоритмов, либо часть их (до 3 сут.) включают в среднечастотные, а от 4 сут. - в низкочастотные. Наиболее же популярна классификация биологических ритмов, опубликованная в работе Ф. Халберга и А. Рейнберга (F. Halberg, A. Reinberg, 1967), которая приведена таблице 1.
Таблица 1. Спектр биологических ритмов
Высокие частоты Средние частоты Низкие частоты
Т<0.5ч. 0.5 ч.<Т<20 ч. 20 ч.<Т<28 ч. 28 ч.<Т<2.5 дн. Т>2.5дн.
ЭЭГ, частота пульса, частота дыхания... ультрадианные циркадианные инфрадианные циркасептидианные циркавигинтидианные циркатригинтидианные цирканнуальные
13
В живой природе- наиболее отчетливо выражены ритмы с периодом около 24 ч., названные Ф. Халбергом циркадианными (лат. circa-около, dies-день) (Ф. Халберг, 1964). Позднее этот префикс "цирка" был использован для всех остальных трех эндогенных ритмов, отвечающим циклам внешней среды: околоприливных, окололунных, окологодовых (circatidal, circahmar, circannual). Ритмы с периодом более коротким, чем у циркадианных, определены как ультрадианные, с более длинным - инфрадианные. Среди инфрадианных ритмов выделяют циркасепти-дианные с периодом (7±3 сут.), циркавигинтидианные (21±3 сут.), циркатригинти-дианные (30±5 сут.) и цирканнуальные (1 год±2 мес).
Однако существующие классификации, фиксируя те или иные биоритмы, не предусматривают их взаимоперехода. В результате иногда возникает ситуация, когда некоторые ритмические процессы, протекающие в живой материи, не вписываются в данные рамки. Этот пробел восполняет спектр физиологических ритмов, предложенный Н.А. Агаджаняном (Н.А. Агаджанян, Н.Н. Шабатура, 1989).
Несмотря на существование значительного числа ритмов, они составляют единую систему. Это обнаруживается в их стремлении к синхронизации, временной согласованности, при которой достигается равенство или кратность периодов, появляется упорядоченность во времени наступления разных фаз одного или нескольких колебаний (И.И. Брехман, 1971).
1.1.2. Характеристики отдельных ритмов.
Из всего многообразия колебательных процессов основное внимание исследователей сосредоточено на суточных и годичных ритмах (Б.С. Алякринский, 1983; Ю. Ашофф, 1984; А.В. Лапко, Л.С. Поликарпов, 1994). Другие ритмы изучены в меньшей степени (Н.И. Моисеева, В.И. Сысуев, 1981; А.П. Дубров, 1990), чем отчасти и объясняется неравномерность дальнейшего изложения.
Ультрадианная ритмика. Если биологические ритмы этого диапазона расположить в порядке уменьшения их частоты, то получим ряд от многогерцовых до многочасовых колебаний.
14
Наиболее высокой частотой (60 -100 гц) отличаются нервные импульсы (И.С. Беритов, 1959; А. Ходжкин, 1965; А.Б. Коган, О.Г. Чараян, 1972), затем следуют колебания ЭЭГ с частотой от 0.5 до 70 гц (Г. Уолтер, 1966; В.И. Гусельников, А.Я. Супин, 1968; А.Н. Соколов, Е.И. Щебланова, 1974; Ю.М. Забродин, А.Н. Лебедев, 1977; М.Н. Ливанов, 1984).
Декасекундные ритмы были зарегистрированы в биопотенциалах мозга (Н.Н. Богданов, В.А. Илюхина, A.M. Пожинский, Ю.В. Хон, 1972; НА. Аладжалова, 1979) и стали основанием для гипотезы о медленной управляющей системе мозга (НА. Аладжалова, 1979). Предполагается, что она располагается в структурах гипоталамуса или лимбической системы, регулирующих процессы медиаторного обмена, адаптации и стресса (Н.Н. Трауготт, Я.Ю. Багров, Л.Я. Балонов, В.Л. Деглин, Д.А. Кауфман, А.Е. Личко, 1968; Г. Селье, 1979).
К этому диапазону относятся и колебания биоэлектрохимической активности головного мозга (Т.Б. Швец-Тэнэта-Гурий, 1980), пульса, дыхания, перистальтики кишечника (P.M. Баевский, Т.Д. Семенова, М.К. Чернышев, 1975; К.В. Судаков, 1983). Минутные ритмы ЭКГ (Н.Н. Данилова, 1992) характеризуют психолого-эмоциональные состояния человека, и были описаны физиологами труда: биоэлектрическая активность мышц, частота сердечных сокращений и дыхания, амплитуда и частота движений изменяются в среднем через каждые 55 с (П.И. Гуменер, 1965; Н.Н. Василевский, 1979; К.М. Смирнов, А.О. Навакатиян, Г.М. Гамбапшдзе, 1980; В.Г. Леонтьев, 1987). В психологии спорта для оценки функционального состояния оказались полезными измерения динамики квазиустойчивой разности потенциалов - т.н. омега-потенциала (A.M. Тен, С.Д. Петров, 1983).
Декаминутные (90 мин) ритмы были открыты в мозговых механизмах ночного сна, которые были названы медленно- и быстроволновой, или парадоксальной, фазами, при этом именно на вторую фазу приходятся сновидения, непроизвольные движения глаз (Е. Aserinsky, N. Kleitman, 1955; B.C. Ротенберг, 1982; Ю. Ашофф, 1984 b; B.B. Аршавский, Н.И. Гольдштейн, 1994). Такой же ритм в последующем был обнаружен в сверхмедленных колебаниях биопотенциалов бодрствующего
15
мозга, связанных с временной динамикой внимания, бдительности оператора (Н.А. * Аладжалова, 1979). Циклы сходной длительности характерны для оральной (S.
Friedman, С. Fischer, 1967; I. Oswald, J. Meerington, H. Lewis, 1970) и общей
двигательной активности (G.G. Globus, Е.С. Phoebus, J. Humphries, R. Boyd, R.
Sharp, 1973), для иллюзий движения (P. Lavie, 1976), работоспособности (G.G.
Globus, E.C. Phoebus, R. Boyd, 1972; D.F. Kripke, 1972), а также для функций
внутренних органов: желудка (Г.Н. Окунева, Ю.А. Власов, Л.Т. Шевелева, 1987;
А.А. Курыгин, В.А. Багаев, Ал.А Курыгин, Л.И. Сысоева, 1994), экскреторной
функции почек (P. Lavie, D.E. Kripke, 1977).
Околочасовые ритмы обнаружены не только на системном, но и на
нижележащих иерархических слоях (В.Я. Бродский, А.В. Нечаева, 1988). "Этот
ритм имеют многие происходящие на клеточном уровне явления: синтез белка, изменение клеточных размеров и массы, ферментативной активности, проницаемости клеточных мембран, секреции, электрической активности" (Н.Д. Девятков, М.Б. Голант, О.В. Бецкий, 1991, с. 80-81).
Циркадианные колебания геофизических параметров на нашей планете не могли не оказать воздействия на становление жизни и ее эволюцию (П.К. Анохин, 1962). Всеобщность околосуточных циклов, их универсальность, стабильность, высокая устойчивость и строгая закономерность дают основание считать 24-часовые ритмы столь же фундаментальным свойством живого, как генетический код, а циркадианную систему ритмов - сопоставимой по значимости с нервной и * эндокринной системами (Э. Бюннинг, 1964; Б.С. Алякринский, 1983; Ю. Ашофф,
1984 Ь; Т. Пейдж, 1984; Н.А. Агаджанян, Н.Н. Шабатура, 1989).
Многочисленные циклы организма человека, в частности ритмы состояний и функций ЦНС, системы анализаторов и двигательного аппарата коры больших полушарий мозга имеют суточную периодичность (В.И. Данилов В.Я. Катинас, Л.А. Попова, 1968; А.Г. Азарян, В.П. Тыщенко, 1969; F.K. Stephan, A.A. Nunez, 1977; Н.А. Агаджанян, Н.Н. Шабатура, 1989; М.Л. Ефимов, 1990). Неоднократно описаны суточные колебания показателей биоэлектрической активности мозга л (H.R. Richter, 1955). Наименьшая амплитуда ЭЭГ наблюдается утром, наибольшая
16
- ночью во время сна (Д.И. Иванов, В.Б. Малкин, В.Л. Попков, 1965). На протяжении суток постоянно наблюдаются изменения в частотном спектре ЭЭГ, доминантной частоты и мощности альфа-полосы ЭЭГ, отводимой от лобных, височных и затылочных зон (G. Praell, 1977).
Внимание многих исследователей привлекает вопрос о роли стволовых структур, в том числе гипоталамуса, в организации циркадианной ритмики (НА. Аладжалова, 1979; Л.Г. Дикая, 1991; М. Nakao, D. McGinty, R. Szymusiak, M. Yamamoto, 1995). Особенную актуальность эти работы имели в области психофизиологии труда и спорта (К.М. Смирнов, А.О. Навакатиян, Г.М. Гамбашидзе, 1980; Б.С. Алякринский, 1983; НА. Агаджанян, Н.Н. Шабатура, 1989). Циркадианная периодичность обнаружена в интегральных показателях жизнедеятельности. Так, работоспособность в ночное время снижалась, и время выполнения задания как при свете, так и в темноте ночью было более продолжительным, чем днем в тех же условиях (А.П. Тихомиров, 1960). По данным спортивных психофизиологов тренировка в ранние утренние часы дает несколько меньший эффект, чем. в середине дня (М.Я. Виленского, 1968; A. Rieck, A. Kaspareit, 1976; НА. Агаджанян, Н.Н. Шабатура, 1989). Мониторинг работоспособности учащихся показал, что она наиболее высока в предобеденные часы, а к 14 ч. отмечается значительное ее снижение, второй ее подъем приходится на 16-17 ч., затем наблюдается новый спад, достигающий больших величин (М.В. Антропова, 1968). Аналогичные данные были получены и другими авторами (I. Kuchmeister, 1953; P.R. Jeanneret, W.B. Webb, 1963; B.A. Доскин, НА. Лаврентьева, 1991).
Суточная периодичность характерна не только для высшей психонервной деятельности, но и для нижележащих иерархических функций организма. Были зарегистрированы 24-часовые изменения церебральной и кардиальной гемодинамики (В.В. Скрябин, В.П. Сакович, Л.Е. Мякота, 1970), ортостатической устойчивости (Н.Е. Панферова, В.А. Тишлер, 1967; J.C. Aschoff, 1969). Выявлен также суточный ритм сопряженности фаз сердечного цикла и дыхания (P. Engel, G. Hildebrandt, E. Voigt, 1969). В литературе имеются данные о ночном снижении легочной вентиляции и потребления кислорода (A. Bornstein, H. Volker, 1926; Н.
17
Volker, 1927), падении минутного объема дыхания у лиц молодого, зрелого и среднего возраста (P.M.-Заславская, 1991).
Циркадианную ритмичность имеют и функции системы пищеварения, в частности, слюноотделения, секреторной деятельности поджелудочной железы, синтетической функции печени, моторики желудка (Ф.И. Комаров, Л.В. Захаров, В.А. Лисовский, 1966). Установлено, что наибольшая скорость секреции кислоты с желудочным соком наблюдается вечером, наименьшая - утром (J.G. Moore, E.T. Englert, 1970). На уровне биохимической индивидуальности (термин введен В. Уильмсом, 1960, и B.C. Мерлиным, 1992) открыта суточная цикличность концентрации макро- и микроэлементов: фосфора, цинка, марганца, натрия, калия, рубидия, цезия и хлора в крови человека (А.А. Кист и др., 1967 а, б, в; Н.Н. Hellwege, 1970; M.R. Wills, 1970), а так же железа в сыворотке крови (Е. Werner, E. Giadtke, 1970; А.О. Carmena, 1976; В. Tarquini, 1976). Суточными ритмами отмечены и колебания суммарного содержания аминокислот (R.D. Feigin, A.S. Kleiner, W.R. Beisel, 1967),, медиаторов (Г.Я. Авруцкий, А.А. Нерудова, 1988; Ю.И. Губский, В.А. Шаповалова, И.И. Кутько, В.В. Шаповалов, 1997), как, например, серотонина, регулирующего психо-эмоциональное состояние человека (J. Genefke, P. Mandel, 1968; I Sauerbier, H.V. Mayersbach, 1976). Суточная динамика характерна для основного обмена и связанного с ним уровня тирозина (R.L. Wurtman et al., 1967; F. Cavagnini, R. Litta-Modignani, 1971), тиреоидстимулирующего гормона, тироксина и трийодтиронина (С. Lucke, R. Hehrmann, H. Mayersbach, A. Muhlen, 1977), а также парат-гормона (W. Jubiz, J.M. Canterbury, E. Reise, F.M. Tyler, 1972).
Неудивительна циркадианная ритмичность и для системы половых гормонов: тестостерона (J.A. Resko, K.B. Eik-Nes, 1966; F.M. Barberia, J. Giner, V. Cortes-Gallegos, 1973), андростерона (L. Hellman, J. Kream, R. Rosenfeld, 1977), фолликулостимулирующего гормона (С. Faiman, R. Ryan, 1967), пролактина (А. Pollen, T. Barreca, V. Cicchetti, 1976).
Суточным колебаниям подвержены гормоны нейроэндокринной системы регуляции стресса - АКТГ, кортизола (F. Girard, M. Binoux, P. Mozziconacci, 1965; P. Fumelli, Q. Tommaso, F. Foschi, 1977), 17-оксикортикостероидов (G.C. Saba, F. |
