Введение
Ситуация, сложившаяся на современном этапе в России характеризуется, прежде всего, напряженным ритмом жизни, который вызван развалом в начале 1990-х гг. огромного советского государства. Это породило сложные и противоречивые процессы, которые определяются политическими, экономическими чертами общественного организма бывшего СССР.
Необходимо одновременно констатировать, что кризис, поразивший Россию в 1990-е гг. наиболее тяжело отразился на северных и, в частности, северо-восточных окраинах страны. Российский Север, производивший около 20% валового национального дохода СССР, с трудом входил в рыночный механизм российской экономики. Несмотря на огромные сырьевые богатства, которыми обладают недра Севера (золото, олово, редкоземельные металлы, нефть, уголь и т.д.), и наличие устоявшихся производственных циклов их добычи и переработки, вполне обычным явлением стало закрытие шахт, приисков, рудников. Население, столь активно привлекавшееся сюда в предыдущие периоды системой северных льгот, в 1990-е гг. покидало эти территории, создавая еще большую социальную напряженность в обществе.
Решение вопросов, определяющих судьбу России, как суверенного государства с устойчивой экономикой, должно опираться на самый широкий спектр научных разработок, среди которых важное место занимают и исторические работы регионального характера, что определяется чрезвычайным разнообразием историко-культурного, экономико-географического, демографического, этнографического и т.п. положения территорий, входящих в состав Российской Федерации.
С одной стороны, особое внимание к региональному уровню историко-аналитической работы диктуется современным положением отечественной исторической науки. Еще в недалеком прошлом обществоведение в целом и историческая наука в частности входили в число наиболее идеологизированных научных направлений, и кризис советской государственной идеологии,
ярко проявившийся на рубеже 80-90-х гг. XX в., одновременно стал кризисом обществоведения и исторической науки.
Преодоление кризисного состояния отечественной исторической науки становится возможным лишь при условии значительного обогащения ее целым комплексом новых исследовательских разработок.
При этом создание теоретико-методических оснований исторической науки, отвечающих современным требованиям, должно, по нашему мнению, определятся расширением источниковой базы, введением в широкий научный оборот новых данных, показывающих более взвешенную и объективную картину исторического пути России. В этом отношении, региональные исторические исследования могут сыграть наиболее важную роль. Все вышесказанное обуславливает актуальность нашей темы, которая посвящена изучению истории формирования и начального периода деятельности организации, сыгравшей важную роль в истории северо-восточных окраин России, в частности, Якутии. Речь идет о государственном тресте "Дальстрой", в 1938 г. ставшем одним из территориально-отраслевых управлений НКВД СССР, чьи структуры в течение более двадцати лет целиком и полностью определяли политическую, экономическую и социальную жизнь огромной территории на Крайнем Северо-Востоке Советского Союза.
Хочется заметить, что долгое время история этой организации являлась своеобразным "белым пятном" в советской историографии в силу специфических методов ее деятельности, определяемой принадлежностью "Дальст-роя" к НКВД СССР.
Поэтому и неслучайно история Северо-Востока 30-50-х гг. XX в. описывалась лишь как формирование политических структур и административно-хозяйственных институтов под воздействием принимавшихся в центре плановых решений и при помощи советско-партийного руководства на местах1. Указанная особенность и определяет степень изученности предлагаемой темы в исторической литературе.
Попытки описания деятельности этой организации на Северо-Востоке СССР стали возможными лишь в ходе постепенного демонтажа советской системы. Характерным для этого периода изучения освоения региона стало появление работ, посвященных 25-летию основания "Дальстроя".
В основном это были полувоспоминания-полуисследования участников освоения Северо-Востока, отражавшие их представления о "героическом периоде" истории края, о роли, которую сыграл государственный трест в промышленном развитии региона. Субъективному анализу были подвергнуты основные направления деятельности "Дальстроя" — развитие технических циклов золото и оловодобычи, геологоразведочные работы, создание вспомогательных отраслей экономики на Северо-Востоке (строительство, сельское хозяйство, лесозаготовки и т.п.) и другие.
Следует отметить, что еще в конце XIX в. известный геолог И.Д. Черский занялся изучением территории Якутии. В 1891-1892 гг. он прошел маршрутом от Якутска до Верхнеколымска и дал первые, самые общие сведения о характере рельефа горных пород, встреченных им по пути. Из полезных ископаемых И.Д. Черскому удалось обнаружить месторождение каменного угля в районе Зырянки. И разве мог кто-либо подумать, что здесь, буквально под ногами, в недрах земли, таятся неисчерпаемые богатства2.
В условиях отдаленности территории деятельности "Дальстроя" от экономически развитых районов страны, ключевую роль в бесперебойном снабжении его продовольствием, топливом и прочими необходимыми материалами играл транспорт.
Исследованию этого аспекта истории региона в 1920-30-е гг. — от разведки наиболее выгодных путей для доставки грузов на Колыму до развития внешних и внутренних артерий и создания парка транспортных средств -были посвящены исследования иркутских ученых В.М. Малышева и И.Ф. Молодых. Они констатируют, что "только 45% судоходных рек Восточной Сибири нам более или менее известны, об остальных не знаем почти ничего.
К данной категории относятся все реки бассейна Севера Ледовитого океана (Хатанга, Оленек, Яна, Индигирка, Колыма и другие)" \
Вопросы о работе на территории Якутии системы партийно-политических органов были включены в выступления М.К. Аммосова. Он рассматривал создание определенных предпосылок для промышленного освоения полезных ископаемых огромного края и создания ряда новых отраслей промышленности и транспорта4.
Уже в конце 50-х гг. XX в. был определен круг вопросов истории "Дальстроя", которые подверглись более подробному изучению в последующее время. Это, прежде всего, проблемы формирования производственной инфраструктуры края: история геологического изучения Северо-Востока, промышленное и транспортное освоение Северо-Востока, формирование соответствующих специализированных подразделений "Дальстроя" и т.п. Появились статьи Е.Д. Родина "Роль транспорта в промышленном освоении Колымы"5, "Из истории освоения Северо-Востока (к 30-летию Колымской экспедиции И.Ф. Молодых 1928-1929 гг.)"6.
1960-1970-е гг. ознаменовались появлением исторических работ, посвященных исследованию указанных вопросов. Общие вопросы деятельности "Дальстроя" на территории региона (Якутии) впервые были освещены в монографиях М.М. Хатылаева "Золото Восточной Сибири в стратегии форсированной индустриализации 1927-1937 гг." и "Промышленное развитие Якутии в 1946-1960 гг."7. В качестве важнейшей цели своего исследования автор определял освещение роли коммунистической партии в целом, и партийных органов на Северо-Востоке в частности, в составлении структур советской власти, развитии производственных сил региона и т.д. Общая целевая установка сказалась и на описании М.М. Хатылаевым деятельности "Дальстроя". Именно поэтому различные направления работ, производимых "Дальстроем" - дорожное строительство, развитие горнодобывающей промышленности, промышленное и жилищное строительство, создание собственной топливной и производственной базы и т.д. — рассматриваются авто-
ром преимущественно сквозь призму деятельности партийно-политических органов "Дальстроя"; развитию системы которых в указанных работах уделяется наиболее важное место. По нашему мнению, сегодня следует признать важность труда М.М. Хатылаева для изучения проблем деятельности "Даль-строя", поскольку он содержит ценную информацию, необходимую для характеристики процессов социально-экономического и политического развития Северо-Востока в 30-50-е гг. XX в.
Исторические аспекты освоения и промышленного развития Якутии в период первых пятилеток оказались включенными в анализ проблем индустриализации Дальнего Востока в целом. Общие оценки процессов промышленного освоения Колымы в контексте экономического развития Якутии прозвучали в 1980-х гг. в работах М.М. Хатылаева, изучившего формирование, качественные и количественные характеристики производительного населения Восточно-Сибирского края в 1920-1950-е гг. Он отмечал "пионерный" характер создания индустриальной базы экономики этого региона Советского Союза, где особо выделялась деятельность "Дальстроя" как специфического политико-экономического механизма. Эта специфика по справедливому замечанию автора, заключалась в том, что трест не только занимался интенсивным промышленным строительством, но и осуществлял административно-политические функции на территории своей деятельности. Развитие горной промышленности (добыча олова и угля), энергетики, социальной инфраструктуры и т.д. — вот спектр проблем, в решении которых в Якутии, по мнению М.М. Хатылаева, "Дальстрой" сыграл решающую роль8. Однако, промышленное и культурное строительство на этой территории оценивалось сквозь призму деятельности местных партийных и административно-хозяйственных органов, с 1939 г. находившихся под контролем ЦК ВКП (б), СНК и т.п. (прежде всего, органы "Дальстроя"). При этом, сравнения межтерриториального характера оказывались затрудненными, а геополитическое значение промышленного освоения региона вообще не затрагивалось.
Первому десятилетию в истории форсирования геологоразведочных работ и горнодобывающей промышленности в обозначенном регионе были посвящены работы Ю.А. Билибина и И.И. Гальченко, появившиеся в печати в 1958 г.9 В центре внимания исследователей оказались результаты деятельности геологоразведочных подразделений "Дальстроя" в Колымо-Индигирском районе в 1928-1941 гг. (открытие месторождений россыпного золота), обусловившие развитие системы горных управлений — от горного управления треста в 1935 г. до разветвленной сети восьми горнопромышленных управлений в 1941 г.
И.И. Романов в своих работах отмечал, что индустриализация Якутии в 1920-1930-х гг. была предопределена еще до революции логическим развитием промышленном революции в европейской России и постепенным развитием этого процесса в Сибири и на Дальнем Востоке. С другой стороны, по его мнению, было обусловлено началом форсированной индустриализации в СССР, которая, в условиях формирующейся административно-командной системы и сталинского режима власти, несмотря на объективную необходимость, приняла такие формы и содержание, которые часто не отвечали устремлениям народных масс. И все же процесс индустриализации и страны, и Якутии был неизбежен и по своим основным целям прогрессивен10.
Первому десятилетию истории форсированного развития геологоразведочных работ и горнодобывающей промышленности в обозначенном регионе была посвящена работа СВ. Левченко и Д.Л. Мозенсона "Золотая Колыма. Из истории открытия и освоения Северо-Востока СССР"". Основным продолжением этого направления стала статья Б.И. Мухачева "Начало промышленного освоения Колымы (1928-1937 гг.)" 12. Эта работа представляла собой первую попытку комплексного исследования многоплановых процессов промышленного развития региона в первое десятилетие его освоения. Отдавая дань деятельности партийных органов на Колыме, в своей работе автор все же рассмотрел такие вопросы, как причины и условия создания такой организации, как "Дальстрой", исследование территории Колымы во второй
половине 20-х гг. XX в. (работы экспедиции И.Ф. Молодых и Ю.А. Билибина на территории края в 1928-1929 гг.), геологические изыскания, проводившиеся соответствующими подразделениями треста, развитие структуры горнодобывающих предприятий "Дальстроя" и их деятельность по добыче минеральных ресурсов. Весьма важным в работе Б.И. Мухачева явилось соотнесение решения высших партийных и государственных органов о начале промышленного освоения месторождений золота на Колыме с потребностями форсированной индустриализации в СССР.
По вполне понятным причинам, как монография, работа Н.А Жихарева "Очерки истории Северо-Востока РСФСР"13, не содержит сведений о заключенных - подавляющей части рабочей силы треста, условиях их труда и быта, специфике "Дальстроя" как организации, сочетающей в своей деятельности решение производственных задач с задачами "перевоспитания трудом" десятков тысяч людей14.
Если В.М. Малышев и И.Ф. Молодых в 1930-х гг. и Е.Д. Родин в конце 1950-х гг. рассматривали общие проблемы развития транспортной сети "Дальстроя", то В.М. Хлыпалов в 1976 г. сконцентрировал свое внимание на строительстве знаменитой Колымской трассы — основы создания производственной инфраструктуры треста15.
Конец 1980-х-первая половина 1990-х гг. - это новый этап в изучении истории "Дальстроя", начало которого было обусловлено либерализацией советского политического режима и связанными с нею открытиями так называемых "белых пятен" в советской истории. Существенно расширился спектр исследовавшихся проблем, значительно обогатилась источниковая база, т.к. учеными были открыты ранее недоступные архивные фонды. Указанное явление, прежде всего, коснулось истории массовых репрессий второй половины 1930-х гг. При исследовании проблем "большого террора" исследователи неизбежно касались роли и значения Колымы, "Дальстроя" в осуществлении карательной политики советского политического режима в предвоенные годы. Вопросы истории лагерной Колымы в 1932-1937 гг. освещались P.O.
10
Медведевым. В своих работах автор дал характеристику режима колымских лагерей, рассматривал судьбы конкретных людей - видных партийных и государственных деятелей СССР, военачальников, представителей отечественной науки и культуры, все тяготы положения заключенных на Крайнем Северо-Востоке СССР16.
Несомненным событием явились публикации, посвященные исследованию политических репрессий в СССР в 1930-е гг. Эти труды отражают и события, происходившие на Колыме — в лагерных и производственных подразделениях "Дальстроя". Характеристика постатейного состава заключенных в колымских лагерях в конце 30-х гг., основных направлений их трудового использования нашли отражение в статье историка-архивиста В.В. Цап-
лина17.
О.В. Хлевнюк, изучавший вопросы роли принудительного труда в экономике СССР в предвоенное десятилетие, также коснулся проблем труда заключенных на производственных объектах "Дальстроя", места Колымы в карательных планах советского руководства18.
Трагические события 1937 г., когда в Магадане были уничтожены видные участники троцкистской оппозиции, получили освещение в материалах, изданных обществом "Возвращение" и фондом "Мир и человек" в начале 1990-х гг.19 Эти события стали своеобразным прологом колымского "большого террора".
В конце 1980-х гг. магаданские исследователи существенно расширили представление о сложных и противоречивых процессах деятельности "Дальстроя". В 1989 г. в печати появилась статья К.Б. Николаева, посвященная тресту "Дальстрой" в период до 1938 г., когда была осуществлена передача последнего в ведение НКВД СССР20.
Значительное место в образовании "Дальстроя" занимает личность первого директора данной организации Э.П. Берзина, работавшего на Колыме в 1932-1937 гг. Э.П. Берзин и его окружение - первый состав руководителей треста — были расстреляны в 1938 г. Через судьбы этих людей, К.Б. Ни-
11
колаев исследует весьма важные вопросы деятельности "Дальстроя" в указанный период: особый режим управления трестом; проблемы специфики развития геологоразведки и горной промышленности на Колыме; использование труда заключенных, а также условия их жизни в лагерях Колымы. Эти проблемы автор пытается решать посредством анализа специфических черт "сталинского казарменного социализма", который, по его мнению, наложил яркий отпечаток на методы деятельности и всю сущность такой организации, как "Дальстрой"21.
В ряде своих последующих публикаций К.Б. Николаев продолжает разработку проблем специфики развития геологоразведки и горной промышленности на Колыме, использования труда заключенных и условий жизни заключенных. В работах Николаева К.Б. "К вопросу изучения истории Дальстроя"22, "Чудная планета Колыма"23, речь идет о констатации фактов экологических последствий работы рудников и приисков, разрушения традиционного промыслового хозяйства коренных народностей в ходе коллективизации, проводившейся на Крайнем Севере органами "Дальстроя". Особенно отмечаются и широчайшие масштабы принудительного труда подневольных "спецконтингентов" (использование методов штрафной колонизации в освоении края)24.
На рубеже 1980-1990-х гг. в печати появились исследования магаданских ученых А.С. Навасардова и И.Д. Бацаева, посвященные изучению развития различных видов транспорта и системы автодорожной связи в регионе25. Основанные на ранее недоступных архивных материалах, работы названных авторов включают также описание деятельности администрации "Дальстроя" по форсированию прокладки полотна Колымской трассы. Наиболее систематизированное на сегодняшний день исследование проблемы положения заключенных в подразделениях Севвостоклага, условий их трудового использования принадлежит И.Д. Бацаеву26.
Необходимо отметить, что в первой половине 1990-х гг. заметный вклад в изучение истории "Дальстроя" вносят также магаданские публицисты
12
и краеведы. Усилиями С. Ефимова, С. Мельникова и многих других, постоянно пополняются публикации, посвященные различным проблемам истории Северо-Востока в "дальстроевский" период27.
Основная цель предлагаемого диссертационного сочинения — анализ специфических черт социально-экономической политики советского государства на Северо-Востоке СССР, в частности в Якутии в 1920-1950-х гг. и выявление роли "Дальстроя" (1931-1957 гг.) в истории региона как основного проводника этой политики.
Поставленная цель реализуется в работе через решение следующих конкретных задач:
1) рассмотреть основные направления в промышленном исследовании Якутии в 1920-1930-х гг. и экономическую специализацию края, определить цели создания государственного треста "Дальстрой" (1931 г.);
2) показать специфику формирования структуры треста "Дальстрой" в течение военного периода (1941-1945 гг.), рассмотреть деятельность "Даль-строя" в послевоенные годы (1946-1957 гг.), обозначить основные направления работы треста в указанные годы;
3) выявить причины использования принудительного труда заключенных, а также место этого феномена в решении задач, поставленных перед "Дальстроем" (дорожное строительство, золото- и оловодобыча).
Источниковая база диссертации состоит из документов фондов "Дальстроя", статистических данных, материалов периодической печати, широкого круга узкопрофильной и мемуарной литературы. Источниковый корпус отражает различные аспекты процессов освоения Якутии в целом и позволяет выявить роль "Дальстроя" в этих процессах.
Основная масса использованных в данной работе неопубликованных документов сосредоточена в Государственном архиве Магаданской области, где находятся материалы Главного Управления Строительства Дальнего Севера "Дальстрой" НКВД СССР, в которое был реорганизован гострест "Дальстрой" в 1938 г. Речь идет о фондах Р-23 сч. "Главное Управление
13
строительства Дальнего Севера Министерства цветной металлургии СССР г. Магадан"28 и Р-23 ее. "Документальные материалы I отдела Дальстроя"29, причем последний частично выведен из режима секретного хранения лишь начиная с 1 января 1993 г. Названные фонды, включающие более шести тысяч единиц хранения, содержат информацию, наиболее полно раскрывающую все стороны деятельности "Дальстроя".
Общая документация, ныне хранящаяся в Магаданском Государственном архиве и характеризующая взаимоотношения "Дальстроя" с вышестоящими государственными органами, может быть разделена на несколько групп материалов:
1. Директивно-распорядительные. К ним можно отнести следующие документы: а) постановления СТО СССР, в чьем ведении "Дальстрой" находился до 1938 г. В них определялись плановые задания по основным и вспомогательным подразделениям треста, общий режим деятельности "Дальстроя", территория ее осуществления, объем льгот, предоставляемых тресту, персональные назначения руководящих работников; б) приказы и распоряжения ОГПУ, с 1934 г-НКВД СССР. В период 1931-1937 гг. документы этого ведомства регламентировали, прежде всего, планы поставки "спецконтин-гентов" на Колыму. Сюда же можно отнести инструкции по организации питания заключенных, нормированию их трудового использования, организации досуга и условий отдыха. В марте 1938 г. была осуществлена передача "Дальстроя" в состав НКВД и как одно из отраслевых управлений НКВД он регулярно получал из Москвы ежегодные и ежеквартальные планы по добыче золото, олова и др. полезных ископаемых, а также по дорожному строительству, геологоразведке и т.д. Большое количество документов НКВД этого времени представляют материалы, отражающие процессы развития сети лагерей на Северо-Востоке; в) в архивных фондах сохранились постановления СНК СССР - высшего органа исполнительной власти страны. " Дальстой" концентрировал абсолютно все властные функции на определенной территории, поэтому трест выполнял и эти постановления'0.
14
2. Контрольно-ревизионные материалы, отражавшие итоги регулярных проверок деятельности "Дальстроя". Проверка осуществлялась комиссиями, специально направленными на Колыму. Большого внимания заслуживают "Записки о геологоразведочных работах Дальстроя" (1938 г.), составленные специальной комиссией НКВД в составе геолога Ю.А. Билибина, профессоров В.Н. Зверева и С.С. Смирнова31.
3. Отчетные материалы руководства "Дальстроя", направлявшиеся руководству страны и НКВД, подробно анализировавшие все направления работ, производившихся трестом32.
Среди исходящих материалов особенно показательны плановые документы и объяснительные записки к планам по освоению Колымы, где видны намеченные руководством "Дальстроя" перспективы промышленного развития края, комплектования отраслей хозяйства, формирования трудоспособного населения33.
4. Документы, направлявшиеся в вышестоящие инстанции, включающие письма и жалобы работников "Дальстроя". Особенно интересны письма начальника санитарного отдела Индигирского горнопромышленного управления П.А. Пухаленко в адрес Центрального Комитета ВКП (б) и вольнонаемного рабочего-договорника Индигирского горнопромышленного управления С.Н Бугрова в адрес И.В. Сталина, где описана атмосфера, царившая на Колыме до и после передачи "Дальстроя" в НКВД СССР34.
Документы внутреннего делопроизводства (также находящиеся в Магаданском архиве), которые позволяют всесторонне анализировать все направления деятельности "Дальстроя" по промышленному освоению Северо-Востока, могут быть подразделены на несколько групп:
1. Распорядительно-уставные. Регламентировали развитие внутренней структуры треста, определявшегося постепенным развитием процессов колонизации края, организацию отдельных дорожно-строительных, горнопромышленных, вспомогательных подразделений "Дальстроя", определение задач их деятельности в каждом конкретном случае и взаимоотношения со
15
смежными предприятиями. Среди указанных документов выделяются материалы, отражавшие формирование лагерных структур треста, ставших в то время источником рабочей силы. К данной группе следует отнести документацию по кадровым вопросам - персональные назначения и сферы компетенции руководителей, поощрения и взыскания, налагавшиеся администрацией треста35.
2. Производственно-отраслевая документация составляет весьма представительный корпус источников. Прежде всего, это производственные планы и программы деятельности отраслевых Управлений "Дальстроя" и отдельных предприятий — годовые и квартальные. В данной группе документов можно выделить инструктивные материалы, адресованные руководству подразделений "Дальстроя", документы технического и технологического характера. В них содержатся инструкции о проведении мероприятий по подготовке механизмов, инструментов и рабочей силы к началу промывочного сезона и т.д.36
3. Документы контрольно-ревизионного характера. Они содержат сведения об итогах проверок, проводившихся администрацией "Дальстроя" по различным направлениям - деятельности и производственной структуре под- _ разделений, выполнению плановых заданий, условиям содержания и обеспечения рабочей силой и т.д.37
Необходимо заметить, что все указанные документальные материалы обладают значительной информативной ценностью, поскольку они, за исключением некоторых отчетных документов, составлявшихся для высшего руководства СССР, и материалов высших политических органов СССР, хранятся исключительно в архивах Магаданской области. Одновременно, их достоверность и полнота позволяют нам утверждать, что вышеперечисленные документальные материалы составляют основной массив источников, необходимых для всестороннего анализа проблем, решению которых посвящено данное исследование. Направленность именно на местные материалы
16
позволяет более четко оценивать специфические процессы развития различных российских регионов в контексте общего развития страны38.
Из опубликованных документальных материалов, используемых автором в настоящем диссертационном сочинении, важным источником для анализа социального и хозяйственного развития Северо-Востока СССР в период, предшествующий форсированной колонизации региона, осуществленной "Дальстроем", стали материалы так называемой Приполярной переписи, проведенной в 1926-1927 гг. на всех северных территориях Советского Союза. Статистические данные, содержащиеся в названном издании, отражают, в частности, и положение населения регионов, охваченных впоследствии деятельностью "Дальстроя" — государственного треста по дорожному и промышленному строительству в районе Колымы39.
Геологические исследования колымских районов, проводившиеся во второй половине 20-х - начале 30-х гг., способствовали выяснению будущей основной производственной специализации края. Они представляли собой одно из существенных направлений общего геологического изучения территории СССР, особенно развернувшегося в годы первых пятилеток, что прослеживается по опубликованным материалам Геологического комитета ВСНХ СССР, 2 января 1930 г. реорганизованного в Главное Геологоразведочное управление.
Резкая интенсификация золотодобычи на Колыме происходила в условиях бурного развития золото-платиновой промышленности страны, вызванного форсированным характером индустриализации СССР. Это положение автор предлагаемой диссертации выдвинул, анализируя директивные документы Главного управления по добыче золота и платины НКТП Советского Союза, опубликованные в 1934 и 1935 гг.40
Широкое применение "Дальстроем" труда принудительно направляемых на Северо-Восток заключенных "спецконтингентов" вызвало обращение автора настоящего сочинения к изучению карательной политики советской власти с 1930-х гг., когда начинается широкое производственное использова-
17
ние лиц, осужденных по разным статьям Уголовного кодекса РСФСР, в процессах народнохозяйственного развития. При этом определению тенденций изменения численности заключенных в Советском Союзе, а также динамики осуждения за различные виды уголовно-наказуемых деяний помог анализ статистических данных, касающихся осуждения граждан СССР в 1923-1927 гг.
Важным источником является и "Докладная записка заместителя председателя ВСНХ СССР Г.Л. Пятакова председателю ВСНХ СССР Ф.Э. Дзержинскому об организации поселений заключенных в перспективных экономических районах от 10 ноября 1925 г." Она свидетельствует о целенаправленном характере политики штрафной колонизации отдаленных, но перспективных регионов СССР41.
При разработке проблем, включенных в настоящую диссертацию, изучены материалы периодической печати "Дальстроя" — газеты "Колымская правда" (с 23 июля 1935 г. — "Советская Колыма") и научно-технического бюллетеня "Колыма", издававшегося с 1936 г. Указанные издания содержат ценные данные - стенографические отчеты о различных мероприятиях руководства "Дальстроя" - собраниях ударников, партийно-хозяйственных активах, всеколымских партийных конференциях, на которых обсуждались наиболее злободневные вопросы деятельности "Дальстроя". На их страницах большое внимание уделялось техническому и бытовому оснащению золотодобывающих предприятий, выполнению плановых заданий и т.п.
Анализ деятельности "Дальстроя" на Северо-Востоке СССР был бы, видимо, неполным без использования в качестве источника специализированной узкопрофильной литературы, отражающей результаты исследований представителей многих научных дисциплин (гидрографии, геологии, экономической географии и др.), касавшихся в своих работах различных аспектов освоения края в указанный период. Изучение изданий самой разной научной направленности позволяет наиболее адекватно оценивать как сами процессы освоения края, так и их последствия. |
