3 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Необходимость защиты детей от криминального насилия и криминализирующего влияния взрослых, осознанная мировым сообществом и национальным законодателем, обусловила принятие ряда нормативно-правовых актов, направленных на пресечение преступной деятельности лиц, пытающихся привить несовершеннолетним взгляды и убеждения преступного мира и их личного поведения. Особое место занимает Уголовный Кодекс Российской Федерации, предусматривающий в ст. 150 ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления.
Норму о вовлечении несовершеннолетних в совершение преступлений можно отнести к числу традиционных уголовно-правовых запретов. Эта норма, возникнувшая в российском уголовном законодательстве в середине XIX столетия и неоднократно корректировавшаяся, всегда сохраняла свою социальную значимость - защищать нравственные интересы подрастающего поколения, препятствовать распространению преступности в подростковой среде, дисциплинировать лиц, ответственных за воспитание несовершеннолетних.
В современных условиях непрекращающегося роста числа соответствующих преступлений анализируемая норма приобретает особое значение. Так, если в 1990 году в Российской Федерации было зарегистрировано 8203 случая вовлечения несовершеннолетних в преступную деятельность (напомним, что ст. 210 УК РСФСР объединяла в себе деяния, сейчас рассредоточенные по ст. ст. 150 и 151 УК РФ),1 то в 1999 число преступлений, предусмотренных ст. 150 УК РФ, составило 23947.2
Значимость качества нормы о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления определяется и тем, что она относится к числу так
1 Ежегодный государственный доклад о положении детей в Российской Федерации. 1995. М., 1996.С. 114.
2 Ежегодный государственный доклад о положении детей в Российской Федерации. 1999. М., 2000. С. 107.
4
называемых норм с двойной превенцией, предупреждая не только преступные посягательства на несовершеннолетних, но и способствуя сокращению преступности самих несовершеннолетних.
Проблемы, связанные с теоретическим анализом состава вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, несомненно, уже были в центре внимания научной общественности. Соответствующие работы были выполнены А. Бриллиантовым (1979), Г. Брускиным (1975), А. Галаховой (1975), И. Н. Даньшиным (1973), М. А. Ефимовым (1971), Г. М. Миньковским (1975), В. Н. Смитиенко (1989), К. К. Сперанским (1991), Н. Трофимовым (1968), С. С. Яценко (1976), и др.
Указанные исследования представляют несомненный научный интерес, важны для анализа развития научной мысли, но вместе с тем, их наличие не может быть признанно достаточным, поскольку сегодня существенным образом изменилось уголовное законодательство, экономическая, политическая и социально-психологическая обстановка в государстве. В силу этого некоторые теоретические выводы авторов по проблемам анализа состава вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, квалификации этого преступления несколько устарели и не могут быть востребованы практикой.
В современных условиях заявленная тема также не остается без внимания исследователей. Однако эти исследования не носят комплексный характер. Так, Р. С. Дмитриевский (1995), рассматривая проблемы вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений, ограничивается исключительно криминологическими аспектами; С. Ш. Ахмедова (2001) рассматривает проблемы вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления лишь косвенно, в связи с анализом вопросов вовлечения их в совершение антиобщественных действий, Ю. Е. Пудовочкин (2002) также анализирует данный состав лишь в связи с изучением комплекса преступлений против несовершеннолетних. Таким образом, можно утверждать, что в современной уголовно-правовой литературе отсутствуют
5
монографические работы, посвящённые исследованию проблемы конструирования и применения уголовно-правовой нормы об ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления. Сказанное обусловливает актуальность избранной темы исследования и предопределяет его объект и предмет.
Объект диссертационного исследования составляют общественные отношения, возникающие в связи с необходимостью противодействия фактам вовлечения несовершеннолетних в совершение преступления, реализующиеся в процессе правотворческой и правоприменительной деятельности органов государственной власти, и состоящие в криминализации данного общественно опасного деяния, дифференциации ответственности и индивидуализации наказания за него.
Предметом диссертационного исследования определены нормативные предписания ст. 150 УК РФ, предусматривающей ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, а также практика применения данной уголовно-правовой нормы следственно-прокурорскими и судебными органами.
Целью диссертационного исследования нами обозначена разработка предложений по усовершенствованию российского уголовного законодательства в части криминализации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления и дифференциации ответственности за него, а также составление рекомендаций по квалификации данного преступления и назначению наказания за него.
В соответствии с нею задачами исследования являются:
1) изучение истории российского уголовного законодательства в части регламентации ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления;
2) определение понятия «вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления»;
6
3) анализ современного зарубежного уголовного законодательства об ответственности за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений;
4) уголовно-правовая характеристика признаков состава вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления;
5) изучение имеющихся средств дифференциации ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления;
6) разработка новых возможных квалифицирующих признаков состава вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления;
7) анализ санкций за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления и практики назначения наказания за него.
Решение поставленных задач достигается на основе анализа комплекса нормативных, эмпирических и теоретических источников.
Нормативная база диссертационного исследования представлена международными, национальными и иностранными правовыми актами.
Международно-правовые основы государственной политики в области охраны прав несовершеннолетних определены Конвенцией ООН о правах ребенка (1989), Всемирной Декларацией об обеспечении выживания, защиты и развития детей (1990) и др. Исходя из того, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения», Конвенция провозгласила важнейшие права ребенка, в том числе и право на защиту от любых форм агрессии, эксплуатации и негативной информации.
На национальном уровне права несовершеннолетних в России охраняют следующие документы, положенные в основу исследования: Конституция РФ (1993), Уголовный Кодекс РФ (1996), Семейный Кодекс РФ (1995), Закон РФ «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ» (1998), Закон РФ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» (1999) и т. д.
7
Исследование основано также на разъяснениях Пленумов Верховного Суда РФ (СССР, РСФСР), постановлениях и определениях Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда по вопросам, относящимся к объекту исследования.
Для обеспечения сравнительно-правовых аспектов темы нами были исследованы памятники истории уголовного права России (Церковные Уставы Владимира и Ярослава, Соборное Уложение, законодательство Петра I, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, Уголовное Уложение, Уголовные Кодексы РСФСР), а также уголовное законодательство зарубежных стран, в частности Уголовные Кодексы Азербайджана, Украины, Беларуси, Киргизии, Таджикистана, Туркменистана, Эстонии, Голландии, ФРГ, Испании, Швейцарии, Польши, штата Нью-Йорк, Китая.
Эмпирическую основу диссертации составляют материалы обобщений судебной практики по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность, проводимые Верховным Судом РФ; статистические данные Управления Судебного Департамента при Верховном Суде в Ставропольском крае; материалы опубликованной судебной практики Верховных Судов СССР, РСФСР, РФ; материалы 200 уголовных дел о вовлечении несовершеннолетних в совершение преступлений.
Теоретическую основу диссертационного исследования составляют классические произведения представителей отечественной уголовно-правовой науки, посвященные: 1) проблемам изучения признаков состава преступления (А. Н. Трайнин, Н. И. Коржанский, П. С. Дагель и др.); 2) вопросам квалификации преступлений (В. Н. Кудрявцев, Л. Д. Гаухман и др.); 3) проблемам дифференциации уголовной ответственности (Т. А. Лесниевски-Костарева, Ю. Б. Мельникова и др.); 4) проблемам индивидуализации уголовного наказания (Г. И. Чечель, И. И. Карпец и др.).
8
В диссертационном исследовании обобщены работы, изданные ранее по проблемам квалификации преступлений против несовершеннолетних, подготовленные Н. И. Трофимовым, К. К. Сперанским, К. К. Кусниденовым, В. Ф. Ивановым, В. С. Савельевой, С. Ш. Ахмедовой, Ю. Е. Пудовочкиным и
др.
Изучение проблем ответственности за вовлечение
несовершеннолетнего в совершение преступления осуществлялось комплексом классических методов научного познания. Универсальным методом любого научного исследования является диалектика, предъявляющая к процессу изучения правовых явлений требования объективности, всесторонности, комплексности и конкретности истины. В качестве теории среднего уровня был применен системный подход, позволяющий рассмотреть состав вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления в качестве системы взаимосвязанных объективных и субъективных признаков, включенной в систему уголовно-правовых норм о защите несовершеннолетних в России. Основными частнонаучными методами, использованными в работе, являются сравнительно-правовой метод, дающий возможность рассматривать современное состояние соответствующих правовых норм в различных национальных системах права и в истории отечественного уголовного права; и догматический метод, предполагающий толкование основных понятий и институтов уголовного права.
Проведенное исследование позволило нам сформулировать и вынести на защиту следующие основные положения.
1. Под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ) следует понимать активные действия достигшего совершеннолетия лица, направленные на лицо, не достигшее восемнадцатилетнего возраста, и заключающиеся в приобщении, втягивании, укреплении у него решимости или готовности участвовать в совершении
9
общественно опасного деяния или деятельности либо в приобщении и подготовке его к преступному образу жизни.
2. В целях соблюдения принципов вины и законности при конструировании и применении анализируемой нормы следовало бы заменить понятие «преступление» в диспозиции ч. 1 ст. 150 УК РФ понятием «общественно опасное деяние».
3. Родовой объект вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления есть совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальное физическое, психическое, нравственное и социальное развитие лица, не достигшего восемнадцатилетнего возраста, в духе соблюдения Конституции и законов Российской Федерации; уважения человека, его прав и труда; уважительного отношения к обществу, правилам и традициям человеческого общения; утверждения несовершеннолетнего в качестве самостоятельного и полноценного субъекта общественных отношений, свободно реализующего свои права и свободы.
4. Основным непосредственным объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления являются общественные отношения, обеспечивающие право несовершеннолетнего на защиту от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию.
5. Несовершеннолетний, вовлеченный в совершение преступления, при определенных обстоятельствах может быть признан потерпевшим от преступления. Для признания несовершеннолетнего потерпевшим от вовлечения в совершение преступления (если деяние взрослого не содержит признаков насилия) необходимо установить, что были нарушены фактические общественные отношения, составляющие объект рассматриваемого преступления, что процессу развития подростка был причинен реальный вред или создана угроза реального причинения вреда.
6. Объективная сторона вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления сконструирована по типу формального состава
10
преступления и состоит в активных действиях взрослого лица, направленных на одного или нескольких несовершеннолетних. Вместе с тем, имеется потребность в криминализации попустительства преступной деятельности несовершеннолетних путем бездействия со стороны лиц, ответственных за воспитание несовершеннолетнего.
7. Субъективная сторона вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления характеризуется исключительно умышленной формой вины, при этом отношение виннового к возрасту несовершеннолетнего, которое характеризуется только интеллектуальным, и не включает волевой момент, может быть выражено в различной степени его осознания.
8. Современный набор средств дифференциации ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, в основном соответствует потребностям практики, однако, возможна некоторая коррекция имеющихся квалифицирующих признаков, в частности необходимо расширить перечень специальных субъектов преступления в части второй анализируемой нормы; а признак вовлечения в тяжкое или особо тяжкое преступление заменить на «вовлечение в совершение убийства, истязания, изнасилования, насильственных действий сексуального характера, а равно любых иных преступлений, совершаемых с особой жестокостью, в отношении заведомо беременной женщины, в отношении лица, находящегося в беспомощном состоянии».
9. Возможна дальнейшая дифференциация ответственности за анализируемое преступление посредством конструирования таких квалифицирующих признаков как «совершение преступления в отношении двух и более несовершеннолетних», «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой», «вовлечение несовершеннолетнего в общественно опасную деятельность».
9. Санкции за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления нуждаются в коррекции посредством согласования верхнего
11
предела санкции за основной состав с нижним пределом санкции за квалифицированный состав; включения в санкции частей третьей и четвертой дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; введения в санкции частей первой и второй анализируемой нормы альтернативных наказаний в виде исправительных работ, ограничения свободы, ареста.
Указанные положения отражают конкретные элементы новизны диссертационного исследования. В целом же отметим, что оно является одним из первых в отечественной уголовно-правовой науке монографических исследований теории и практики применения уголовно-правовой нормы о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления, выполненном на основе Уголовного Кодекса РФ (1996), с учетом современной правоприменительной деятельности и законодательства. Работа носит характер комплексного исследования, в котором анализируется блок уголовно-правовых проблем, связанных с криминализацией вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, дифференциацией ответственности и индивидуализацией наказания за него, а также с сравнительно-правовой характеристикой данного преступления. Проведенный анализ позволил предложить новую редакцию уголовно-правовой нормы о вовлечении несовершеннолетнего в совершение общественно опасного деяния, а также обосновать необходимость включения в УК РФ новой уголовно-правовой нормы о попустительстве общественно-опасной деятельности несовершеннолетних.
Теоретическая значимость диссертационного исследования определяется тем, что в работе обобщен отечественный и зарубежный опыт уголовно-правовой борьбы с вовлечением несовершеннолетних в совершение преступлений, проанализирован вопрос о соответствии современной редакции ст. 150 УК РФ потребностям практики борьбы преступными посягательствами на интересы несовершеннолетних, намечены
12
возможные перспективы совершенствования данной уголовно-правовой нормы.
В диссертации решен ряд важных вопросов, связанных с определением понятия вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления, конструкции данного состава преступления, формой вины при его совершении, средств дифференциации ответственности за него.
Практическая ценность диссертационного исследования состоит в том, что его результаты могут служить информационной базой данных в работе представительных органов власти РФ по совершенствования уголовного закона; в практике противодействия преступности при квалификации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления и назначении наказания за него; в учебном процессе при преподавании курса уголовного права России, при чтении специализированного курса «Уголовно-правовая охрана несовершеннолетних»; в дальнейших научных исследованиях проблем теории и практики уголовно-правовой охраны несовершеннолетних и сравнительного правоведения.
Значимость выводов и предложений, сделанных в диссертации, подтверждается их апробацией. Они неоднократно обсуждались на заседаниях кафедры уголовного права Ставропольского государственного университета, на проводимых в СГУ научных и научно-практических конференциях, отражены в опубликованных работах автора.
Структура диссертации определяется стоящими перед ней целями и задачами и включает в себя введение, три главы, объединяющие девять параграфов, заключение и библиографию.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность избранной темы диссертационного исследования, определяются его цели и задачи, нормативная, эмпирическая, теоретическая и методологическая основы, формулируются основные положения, выносимые на защиту,
13
демонстрируется их теоретическая и прикладная значимость, приводятся сведения об апробации результатов исследования.
В первой главе «Понятие и сравнительно-правовая характеристика вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления» изучается эволюция уголовного законодательства России в части ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (§ 1), понятие вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления (§ 2), и ответственность за данное преступление в совершение преступления в уголовном законодательстве зарубежных стран (§ 3).
Проведенный анализ отечественного законодательства в части ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления позволяет установить, что, возникнув на определенном этапе общественного развития, в середине XIX века, анализируемая правовая норма в своем собственном развитии прошла четыре основных этапа: 1) этап криминализации вовлечения в преступление и попустительства преступлениям детей со стороны только родителей; 2) этап криминализации вовлечения в преступление и попустительства преступлениям несовершеннолетних со стороны родителей и иных лиц, ответственных за их воспитание; 3) этап криминализации вовлечения несовершеннолетних в преступление со стороны любых лиц; 4) этап криминализации вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления со стороны любых лиц с усилением ответственности родителей и иных, ответственных за воспитание несовершеннолетнего, субъектов за совершение данного преступления.
На всем протяжении существования нормы о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления содержание данного преступления понималось неоднозначно. Наибольшие проблемы в определении понятия данного преступления и сегодня вызывают четыре группы проблем: характер действий взрослого лица (должны ли они быть систематическими или однократными, активными или пассивными); характеристика состава преступления (формальный или материальный);
14
характеристика самого несовершеннолетнего (точнее уровня его развития и возраста); характеристика поведения, к которому приобщается несовершеннолетний (конкретное преступление или преступная деятельность вообще).
Проанализировав основные научные подходы к решению указанных проблем, мы пришли к выводу, что: 1) действия взрослого лица всегда должны быть активными и направленными непосредственно на несовершеннолетнего (-них), уровень развития и возраст которого (-ых) не имеет значения для квалификации; 2) действия взрослого должны считаться преступными независимо от последующего поведения несовершеннолетнего.
Нами проведен анализ каждого из составляющих понятие «вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления» понятий и словосочетаний. При этом под вовлечением следует понимать приобщение, втягивание, укрепление решимости, укрепление готовности совершить какое-либо деяние; под несовершеннолетним, в отличие от ст. 89 УК, необходимо понимать любое лицо в возрасте до 18 лет; под совершением преступления - подготовку или участие в каком-либо конкретном преступлении (общественно опасном деянии) либо участие в какой-либо преступной группе.
С учетом изложенного, полагаем, что под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления следует понимать активные действия достигшего совершеннолетия лица, направленные на лицо, не достигшее восемнадцатилетнего возраста, и заключающиеся в приобщении, втягивании, укреплении у него решимости или готовности участвовать в совершении общественно опасного деяния или деятельности либо в приобщении и подготовке его к преступному образу жизни.
Исследование опыта зарубежных стран в деле предупреждения вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления показало, что особенностью зарубежных законов в ряде случаев является отсутствие специальной нормы о вовлечении несовершеннолетних в совершение
15
преступления и формулирование: 1) общего состава распространения среди несовершеннолетних информации и материалов негативного характера, в том числе изображающих жестокость, насилие и т. п. (Голландия, Швейцария); 2) особого состава подстрекательства к преступлению (Голландия, США).
Так, УК Голландии в разделе V «Преступления против общественного порядка» содержит ст. 131, согласно которой «лицо, которое публично, устно либо в письменной форме, либо с помощью изображения подстрекает другое лицо или других лиц к совершению любого уголовного правонарушения и акта насилия против властей, подлежит сроку тюремного заключения не менее пяти лет или штрафу четвертой категории (25 тысяч гульденов)». Более детально ответственность за это деяние регламентирована в УК штата Нью-Йорк, который предусмотрел ответственность за подстрекательство любого лица к совершению какого-либо правонарушения, за сговор на совершение преступления с одним или более лицами. При этом ответственность виновного зависит от возраста лица, которое склоняют к правонарушению или с которым «сговариваются», а также вида этого правонарушения.
Близкое к российскому закону положение содержится в § 115.00 УК штата Нью-Йорк. Согласно ему, если какое-либо лицо старше 18 лет оказывает помощь лицу моложе 16 лет, намеревающемуся осуществить поведение, которое составило бы преступление, то есть осуществляет поведение, посредством которого этому лицу предоставляются средства или возможность для его совершения и которое фактически помогает этому лицу совершить преступление, оно подлежит тюремному заключению сроком на 1 год. Наказание повышается до 4 лет заключения, если оказывается помощь в совершении преступления, которое может быть наказано более чем одним годом тюремного заключения; и до 25 лет, если помощь оказывается в совершении преступления, караемого смертной казнью.
Более заметное единство в подходах к криминализации вовлечения несовершеннолетнего в преступление наблюдается при анализе
16
законодательства стран СНГ. В тоже время анализ позволил выявить и некоторые отличия в законах. УК Казахстана, Эстонии и Украины используют термин «преступная деятельность» и не раскрывают характеристики способов совершения данного преступления. УК Эстонии и УК Украины объединяют в одной статье ответственность за вовлечение в преступную деятельность и иную антиобщественную, в частности, проституцию, к тому же эстонский закон не предусматривает квалифицирующих признаков преступления, как и УК Латвии. Остальные же государства описывают состав вовлечения в преступление в основном, с использованием терминологии, аналогичной российской.
В части дифференциации ответственности за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления отличия заметны в следующем. УК Беларуси, Таджикистана, Киргизии при характеристике квалифицирующего признака говорят об «организованной группе», «организованной группе или преступном сообществе», а не о «преступной группе»; УК Беларуси, Таджикистана, Азербайджана при описании признаков специального субъекта в квалифицированном составе не упоминают о том, что обязанность воспитания несовершеннолетнего возложена на него законом. УК также по разному объединяют квалифицирующие признаки преступления в части статьи: Беларусь в ч. 2 ст. 172 УК объединяет признак насилия, угрозы его применения и признак специального субъекта, Азербайджан в ч. 3 ст. 170 УК объединяет признак насилия, угрозы его применения и вовлечение в преступную группу, тяжкое или особо тяжкое преступление. Следует заметить, что при описании квалифицирующих признаков преступления, с точки зрения юридической техники, наиболее безупречно выглядит УК Таджикистана, поскольку в нем каждый из признаков в рамках части статьи получил буквенный индекс. Спецификой Таджикского УК является примечание к рассматриваемой норме, которое отсутствует в законах всех остальных стран, и определяет,
17
что «под понятием несовершеннолетний в настоящей главе понимаются малолетние и несовершеннолетние лица».
Проведенный сравнительно-правовой анализ норм уголовного законодательства зарубежных стран позволяет сделать вывод о едином стремлении законодателей всех стран решить проблему защиты ребенка от негативного влияния взрослых лиц. Вместе с тем усиление гарантий безопасности детства требует установления единых стандартов в области уголовно-правовой защиты несовершеннолетних, что может найти отражение в создании оптимальной модели уголовно-правовой нормы о вовлечении несовершеннолетнего в совершение преступления на основе сравнительного и уголовно-правового анализа данного преступления.
Во второй главе «Уголовно-правовая характеристика вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления» исследуются объект вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления (§ 1), объективная сторона данного преступления (§ 2) и его субъективные признаки (§ 3).
Нам представляется вполне оправданным понимание видового (родового) объекта рассматриваемого преступления как отношений, обеспечивающих безопасность развития несовершеннолетних. Оно позволяет предложить законодателю выделить из состава главы 20 УК нормы, направленные на охрану интересов семьи в самостоятельную главу УК РФ, оставив в главе 20 только те преступления, которые причиняют или создают угрозу причинения вреда процессу развития несовершеннолетнего.
В данном случае родовым объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления будет выступать совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальное физическое, психическое, нравственное и социальное развитие лица, не достигшего восемнадцатилетнего возраста, в духе соблюдения Конституции и законов Российской Федерации; уважения человека, его прав и труда; уважительного отношения к обществу, правилам и традициям человеческого общения;
18
утверждения несовершеннолетнего в качестве самостоятельного и полноценного субъекта общественных отношений, свободно реализующего свои права и свободы.
Основным непосредственным (видовым) объектом вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступление следует признавать общественные отношения, обеспечивающие защиту ребенка от информации, наносящей вред его развитию. При квалификации анализируемого преступления установление объекта обеспечивается путем установления противоправности совершенного деяния, а причинение вреда фактическим общественным отношениям презюмируется, причем презумпция эта в большинстве случаев является неопровержимой.
При анализе признаков объекта анализируемого преступления возникает необходимость обратить внимание следственно-прокурорских работников на возможность в некоторых случаях признавать несовершеннолетних вовлекаемых потерпевшими от преступления. Если развитие и воспитание несовершеннолетнего имели социально одобряемую направленность, то вовлечение его в преступление, несомненно, причиняет вред его развитию и служит основанием для признания несовершеннолетнего вовлекаемого потерпевшим; в противном случае оснований для такого признания нет. Полагаем, что в любом случае есть основания для признания потерпевшими малолетних лиц, вовлекаемых в преступление, поскольку они не способны правильно оценивать смысл и значение тех поступков, в совершение которых их привлекает взрослый субъект.
С объективной стороны вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления может иметь три формы:
1) неконкретизированное вовлечение, при котором происходит психологическая обработка несовершеннолетнего, привитие ему преступного образа жизни, вербовка в ряды преступного мира, и которое встречается в 15 % всех случаев вовлечения;
19
2) конкретизированное вовлечение, при котором взрослый стремится сформировать у несовершеннолетнего самостоятельный умысел на совершение преступления, так называемое подстрекательство несовершеннолетнего к совершению преступления, наблюдаемое в 19 % дел;
3) конкретизированное вовлечение, при котором несовершеннолетний привлекается к совершению задуманного взрослым преступления в качестве соисполнителя или пособника, которое присутствует в 66 % случаев вовлечения.
Подготовка несовершеннолетнего к участию в преступлении предполагает заранее спланированную, продуманную деятельность по формированию антиобщественной установки личности
несовершеннолетнего. Она может протекать в форме агитации, пропаганды преступного и принижения значимости законопослушного образа жизни, восхваления «прелестей воровской романтики».
Конкретизированное вовлечение (подстрекательство) является более распространенным и осязаемым. Подстрекательство несовершеннолетнего к совершению преступления в своем логическом развитии проходит три этапа: 1) воздействие на психику несовершеннолетнего с целью возбудить у него решимость совершить преступление; 2) возникновение такой решимости у подростка; 3) совершение им преступления. Однако в силу особенностей конструкции состава преступления вовлечение будет считаться оконченным уже на первом этапе. Как и любое другое подстрекательство к совершению преступления действия взрослого должны предшествовать совершению преступления несовершеннолетним (хотя последнее и не обязательно для наличия состава вовлечения в преступление).
Алгоритм квалификации случаев подстрекательства
несовершеннолетних к совершению преступления может быть представлен следующим образом:
1) Если взрослый воздействует на несовершеннолетнего, способного нести уголовную ответственность, который самостоятельно, без участия
20
взрослого выполнил преступление, к совершению которого его подстрекал взрослый, то взрослый несет ответственность по ст. 150 УК РФ и за соучастие в преступлении, совершенном несовершеннолетним со ссылкой на ст. 33 УК, а несовершеннолетний - за выполненное им преступление. При этом следует иметь в виду, что соучастие в силу теории акцессорности предполагает выполнение несовершеннолетним именно того преступления, в которое его вовлекал взрослый. Если же несовершеннолетний выйдет за пределы умысла взрослого лица, квалификация действий последнего должна ограничиваться границами общего с несовершеннолетним умысла.
2) Если в результате вовлечения преступление выполнено несовершеннолетним совместно с взрослым, то взрослый несет ответственность по ст. 150 УК РФ и за соисполнительство в конкретном преступлении, причем, если состав этого преступления предусматривает квалифицирующий признак «совершение деяния группой лиц по предварительному сговору», он должен быть вменен и взрослому, и несовершеннолетнему.
3) Если, совершая под влиянием взрослого преступление, несовершеннолетний не довел его до конца по независящим от него причинам, то взрослый несет ответственность по ст. 150 УК РФ и за приготовление или покушение на преступление.
4) Если в аналогичной ситуации несовершеннолетний не стал совершать преступления, взрослый несет ответственность по ст. 150 УК РФ и за приготовление к конкретному преступлению в форме приискания соучастников (см. ч. 5 ст. 34 УК РФ), если преступление, к которому он привлекал несовершеннолетнего, относится к категории тяжких или особо тяжких.
5) Если взрослый воздействует на несовершеннолетнего, не способного нести уголовную ответственности в силу возраста или невменяемости, то в случае совершения им самостоятельно общественно опасного деяния (оно не может быть признано преступлением), взрослый несет ответственность по ст.

Получить работу