ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы. В начале нового тысячелетия, когда мир вступил в эпоху глобальных социокультурных и экономических процессов, в век информационных технологий, историческая наука заставляет нас взглянуть на пройденный путь с особым вниманием. Миллениум побуждает к глобальности в историческом познании, к осмыслению наиболее емких и значительных этапов развития человечества. В то же время эти желанные и необходимые экскурсы в прошлое должны служить решению еще одной, не менее важной, задачи - определению местонахождения современного человека и человечества в очень сложной и изменчивой системе координат развития цивилизации.
Второе тысячелетие оставило в наследство третьему многочисленные проблемы, разрешить которые предстоит сегодняшнему поколению ученых. Происходящая трансформация исторического знания показывает, что история остается динамично развивающейся наукой и смысл ее не сводится к поиску абсолютных истин. Известно, что непременным спутником процесса исторического познания, как и в целом человеческой жизни, является субъективизм, отражающий особенности мировосприятия исследователя. Субъективизм приводит порой к серьезным расхождениям во взглядах на те или иные проблемы. Несмотря на это, каждый историк осознает свою ответственность перед обществом, в интересах которого он трудится, и понимает, что возвращение к прошлому требуется для решения современных проблем и прогнозирования будущих с целью их предотвращения. Разумеется, события прошлого невозможно использовать подобно кальке, а потому ученые всегда стремятся к максимально объективному осмыслению истории и вычленению наиболее подходящего для той или иной ситуации положительного опыта.
Реалии современного времени делают очевидной необходимость изучения историко-экономических аспектов развития Российского государства, тем более что его современное положение, и особенно социально-
экономическая ситуация, вынуждает искать причины возникновения кризисных явлений, отслеживать динамику их развития, определять направления преобразований.
Принято считать, что все внутригосударственные процессы протекают на двух уровнях: макроскопическом (общегосударственном) и микроскопическом (человеческом, ментальном). Первый выделяется в силу того, что государство выступает высшей системой в политической градации народов мира и способно, используя силовое принуждение и другие возможности, воздействовать на общество. Глобальность процессов макроскопического уровня делает их наиболее доступными для восприятия. Важнейшим измерением второго уровня является конкретный человек как первичная основа всей цивилизационной системы. Его рассмотрение в контексте исторического развития невозможно без концентрации внимания на личностных, ментальных факторах во всей совокупности их проявлений. В этом случае историю человеческого общества можно представить в виде постепенной смены способов мировосприятия и жизненного поведения, специфика которых определяется существующей социокультурной системой.
Таким образом, получается, что макроскопическая история, перекрывая микроскопическую по масштабу видения проблем, существенно уступает ей в глубине познания исторического прошлого. Поэтому именно во взаимосвязи и взаимозависимости обоих уровней (в так называемом сопряжении микро- и макроистории) заключается наиболее приемлемый вариант изучения социальной действительности в ее исторической ретроспективе.
Анализируя современные реформаторские устремления, можно увидеть явное превалирование макроуровня, в результате чего основная масса преобразований нацелена на навязывание населению сверху новой «правильной» системы. Однако не следует забывать, что ее восприятие происходит не только на рационально-прагматическом уровне, но и на гораздо более сложном - ментальном, представляющем собой сложный сплав «...не вполне
осознанных в культуре умственных установок, общих ориентации и привычек сознания»1. Поэтому основным критерием выбора реформаторского кур-, са должен стать конкретный человек.
Одна из главных задач современного этапа реформирования - подготовить благоприятную духовную среду, позволяющую сформировать необходимые ментальные установки, привить населению ценности рыночного общества и создать условия для развития мелкого и среднего бизнеса. Наиболее действенным способом решения указанной задачи является выход на новый уровень реформирования, где приоритетное положение займут культурно-исторические ценности и традиции, носителями и конструкторами которых были прогрессивно настроенные предприниматели.
В данной связи актуально изучение индустриального наследия, сформировавшегося в результате многогранной созидательной деятельности отечественных предпринимателей и представляющего собой богатейший пласт отечественной истории. Индустриальное наследие есть продукт приложения творческих сил предшествующих поколений, позволяющий современному обществу сохранять и развивать научно-технический потенциал и социально значимые традиции минувших эпох. Только то общество, которое хорошо знакомо со своими корнями, умеет гордиться достижениями своих предков и применять на практике их положительный опыт, может идти к новым целям.
Изучение индустриального наследия России - одна из актуальных задач экономической истории. Эпоха индустриализации, прошедшая в своем развитии несколько стадий, заложила основы всех современных достижений человечества в самых разных областях. Учитывая это, необходимо уделять более пристальное внимание проблемам сохранения не только культурного и исторического наследия, но и наследия индустриальной эпохи, объективно считая его, в свою очередь, составной частью культурно-исторического наследия.
Объектом исследования является история предпринимательской династии Мальцовых.
Предметная область исследования предполагает рассмотрение объекта в следующих ракурсах: во-первых, в контексте сформированной лучшими представителям рода предпринимательской традиции, основными компонентами которой стали клановость, семейная преемственность дела, инновационный характер реализации предпринимательской функции; во-вторых, с позиций индивидуальной жизнедеятельности и хозяйствования, сочетавших в себе мотивационные установки «экономического человека» с его рационально-индивидуалистическими подходами к делу и этико-психологическими ориентирами, и патриархальные традиции, доминировавшие в российском обществе, с ярко выраженной религиозностью, коллективизмом, социально-поведенческими приоритетами, моральным осуждением богатства и «неестественных» видов деятельности с целью получения прибыли и др.; в-третьих, на основе понимания предпринимательства как важнейшей организующей и движущей силы, активно действующего производственно-экономического механизма, развивающегося в рамках определенной модели индустриализации, которая, в свою очередь, налагает отпечаток на специфику реализации предпринимательской функции.
Важной составляющей предметной области диссертационной работы является исследование индустриального наследия. Опыт Мальцовых интересен и в плане достигнутых ими результатов в деле индустриализации страны. Являясь «пионерами» промышленной революции в России они инициировали распространение целого ряда технико-технологических инноваций в самых разных отраслях промышленности, создали эффективный производственно-экономический механизм, ориентированный на масштабное использование материальных и трудовых ресурсов. Характеризуя в этом ключе предпринимательскую деятельность Мальцовых, необходимо учитывать, что категория «индустриальное наследие» включает в себя прежде всего духовно-культурную со-
ставляющую, связанную с рационализаторством, научно-изобретательской и художественно-технической деятельностью (дизайн, архитектура, конструирование новых технических систем, машин и оборудования, открытие новых технологических процессов, разработка перспективных организационно-производственных моделей и др.). Как объективированное бытие индустриальное наследие воплощено в различных материальных носителях: чертежах, промышленных комплексах, производственных зданиях и сооружениях, орудиях, механизмах, машинах и других технических устройствах.
Комплексное рассмотрение всех перечисленных аспектов выводит нас на еще одну важную проблему. Она связана с ролью предпринимателей в развитии техногенной среды, формирующейся под влиянием целенаправленных и стихийных изменений природы вследствие производственно-хозяйственной деятельности человека. Осуществляемое при этом воздействие на природу изменяет и преобразует ее, формируя окружающую (антропогенную) среду, в той или иной степени адаптированную к условиям жизнедеятельности. Взаимодействие человека с природой представляется в виде синергетической системы, состоящей из трех взаимосвязанных подсистем: человек, окружающая (антропогенная) среда и природная среда. Техногенную среду в данном случае следует рассматривать как преобразованную человеком часть природной среды. При этом в качестве главной организующей, направляющей и конструирующей силы, определяющей ее конфигурацию, выступают промышленники-предприниматели.
Важным представляется то, что промышленно-предпринимательская деятельность Мальцевых имела широкий «социокультурный резонанс», выразившийся в развитии социальной инфраструктуры (образование, здравоохранение, жилищное строительство, улучшение бытовых условий, формирование системы материального обеспечения населения заводских районов и др.), а также меценатской деятельности и филантропии. Рассмотрение этих аспектов в срезе «жизненной истории» одной семьи интересно в плане выяв-
ления субъективных основ процессов индустриализации и модернизации, их духовно-нравственного и социокультурного начала. Конкретные формы и модели их реализации во многом зависели от того, какое отношение к тем или иным направлениям и способам хозяйственно-экономической деятельности вырабатывалось в сознании предпринимателей, насколько сформированы у них были чувство собственника и принципы рационального экономического мышления. В то же время промышленники были включены в социально-корпоративную среду, что позволяет говорить о существовании своего рода двухканальной связи. С одной стороны, социум определял «правила игры» для предпринимателей, устанавливал общие параметры их жизнедеятельности, с другой - они сами были социально организующим фактором, конструируя локальную социальную систему и формируя довольно оригинальную (самобытную) социокультурную среду, что было результатом вовлечения широких масс населения в сферу промышленного производства.
В работе подверглись изучению важнейшие содержательные характеристики предпринимательства, формирующиеся в процессе экономического творчества отдельных его представителей: профессиональные традиции, система ценностей, этические и правовые нормы, ментальность, трудовая мотивация, рожденные культурой, складом души и обычаями народа. Несмотря на кажущуюся абстрактность, вышеназванные «тонкие материи» в реальной экономической деятельности выступают незримыми «проводниками», направляющими волю, творческую энергию и практическую деятельность людей в строго определенное русло и заключающими их в ярко выраженную оболочку. Это выводит на первый план фигуру предпринимателя как концентрированное выражение всех этих качеств, наложенных на чувство собственника.
Определяя предметный «диапазон» проводимого в обозначенном направлении исследования можно согласиться с мнением В.М. Арсентьева, считающего, что его ключевой фигурой, историческим субъектом должен быть предприниматель, рассматриваемый в самых различных ракурсах: «...и
8
как производительная сила общества, создающая материальные блага и создающая прибавочный продукт; и как элемент техногенной среды, осуществляющий преобразование природы и создающий антропогенную среду жизнедеятельности, подвергаясь, в свою очередь, обратному воздействию окружающей среды; и как хозяйствующий субъект (экономический человек), осуществляющий свою деятельность в силу жизненной необходимости, в целях выполнения своих фискальных обязанностей или ради получения материальной выгоды; и как живой человек, со всем комплексом проявлений его чувственно-эмоциональной, нравственно-психологической сторон жизнедеятельности; и как участник общественных отношений, находящийся в определенной социокультурной среде, в той или иной мере вынужденный руководствоваться интересами других субъектов, а также впитывать и воспроизводить характерную для определенного корпоративного социального слоя культурную традицию и морально-нравственные ценности; и как подданный государства, приводящий свои действия в соответствие с правовыми нормами и государственной „волей"»2.
Исследование специфики промышленного предпринимательства Мальцевых проводилось в контексте рассмотрения так называемых первичных организационно-производственных форм - мануфактур, фабрик, заводов и др. В производственно-отраслевом плане всю деятельность рода, по нашему мнению, необходимо разделить на две составляющие: стекольно-хрустальную промышленность, где на протяжении нескольких десятилетий они занимали лидирующую позицию, которая к середине XIX столетия, по мнению историков, переросла в фактическую монополию; и металлургию, новую для клана отрасль вложения капитала, принесшую им еще большую известность, общественное и государственное признание. В то же время многообразие направлений производственной деятельности привело к формированию промышленных комплексов, в рамках которых получили развитие ряд других отраслей.
Кроме того, исследование данных вопросов выводит нас на еще одну важную проблему, связанную с изучением моделей промышленного развития. Это обусловлено прежде всего тем, что, хотя промышленники во многом определяли характер производственных отношений, в конечном счете они сами были вынуждены принимать «правила игры», устанавливаемые «свыше», непосредственно являясь участниками промышленного производства и реализуя ту или иную модель промышленного развития. В связи с этим важно выявить степень влияния «внешних» факторов, определяющих социально-экономическую среду, мотивацию и правовое пространство деятельности предпринимателей.
Хронологические рамки работы охватывают весьма продолжительный период истории - вторую половину XVIII - начало XX века, - когда собственно и разворачивались основные события, связанные с различными этапами жизни семьи и развития мальцовского дела. Эту эпоху можно назвать временем самоидентификации отечественного предпринимательства, достижения определенной точки зрелости, венчающей этап его становления.
Концептуально обосновывая хронологические границы исследования, необходимо сказать следующее. Во-первых, прослеживая историю семьи, мы старались охватить всех ее представителей, начиная с основателей мальцовского дела и заканчивая теми, с чьими именами связана потеря прав владения огромным по своим масштабам промышленным хозяйством. И хотя становление предпринимательской деятельности рода приходится на первую половину XVIII века, говорить о формировании мальцовского промышленного хозяйства можно лишь применительно ко второй половине века. В это время определяются ключевые направления, складываются определенные традиции промышленной предпринимательской деятельности Мальцевых, благодаря которым они смогли занять прочные позиции в деловом мире России. В конце XIX - начале XX века в силу целого ряда обстоятельств династии постепенно сдают достугнутые
10
позиции, теряют контроль над создававшимся в течение почти двухвековой истории промышленным хозяйством.
Во-вторых, целесообразность и научная значимость выбора столь широких хронологических рамок исследования обусловлены необходимостью объемного видения процессов индустриализации и модернизации, а также более детального исследования конкретных моделей их реализации в рамках промышленного хозяйства одной предпринимательской фамилии. На примере истории предпринимательской деятельности Мальцевых в течение двух столетий можно проследить то, как подвергались эволюции способы реализации предпринимательской функции, приобретая все более содержательные характеристики и капитализированные формы.
В целом же выбранные хронологические рамки позволяют увидеть отражение в истории одной семьи сложного и противоречивого пути развития российского предпринимательства.
Территориальные рамки работы определены пространственными масштабами предпринимательской деятельности Мальцевых. На протяжении рассматриваемого периода наиболее интенсивно она осуществлялась во Владимирской, Нижегородской, Рязанской, Тульской, Орловской, Калужской, Смоленской губерниях, где размещалась основная часть их промышленного хозяйства. Необходимо отметить, что эта территория входила в структуру Центрально-промышленного района, который, находясь в самом центре Российской империи, представлял собой один из самых динамично развивающихся экономических районов страны.
В то же время для исследования всего спектра предпринимательской деятельности, особенно сфер бизнеса Мальцевых, выходящих за рамки производственно-промышленных областей (торговля, приобретение недвижимости, земельных владений, участие в деятельности акционерных компаний, в операциях с ценными бумагами), а также благотворительности, меценатства и государственной службы привлекались материалы, содержание которых
11
выходит далеко за обозначенные территориальные контуры. Кроме того, прозрачность географических границ исследования обусловливалась тем, что анализ тех или иных аспектов предпринимательской деятельности Мальцо-вых осуществлялся в контексте рассмотрения проблем макроэкономического и политического характера в масштабах всей России, не имевших локально-территориальной привязки.
Историография проблемы. Приступая к характеристике историографической ситуации в области изучения предпринимательской деятельности Мальцевых во второй половине XIX - начале XX века, подчеркнем, что круг вопросов, рассматриваемых в рамках темы, весьма обширен. При этом разные предметные области неравнозначно освещены в исследовательской литературе.
Сражу же необходимо отметить, что исследование истории деятельности столь известного рода, насчитывавшего более 200 лет активного предпринимательства, осуществлялось на стыке истории металлургии, стекольно-хрустальной промышленности и отечественного бизнеса в целом. Авторитет, богатство и предприимчивость Мальцовых поддерживали постоянный интерес к ним со стороны государства, общественности, экономистов, историков, деловых партнеров, которые так или иначе отражали в письменном виде отношение к представителям рода и их делам.
Весь историографический материал по теме исследования можно разделить на несколько блоков. Такое разделение обуславливается:
а) хронологическим порядком выхода работ, выпущенных до Октябрьской социалистической революции, относящихся к советской историографии и изданных в «послеперестроечный период»;
б) позицией авторов, пишущих либо по «велению» государства (выполняя государственный заказ), либо по своей воле, собственному желанию и в соответствии с творческими устремлениями;
в) разделением исследований по «жанру» и кругу охватываемых проблем;
12
г) направлениями и отраслями предпринимательской деятельности семьи.
Несмотря на то что в дореволюционный период заводы Мальцевых были широко известны, их история не стала темой специального исследования. Единственным дореволюционным комплексным исследованием деятельности предпринимателей стала работа А.П. Субботина «Мальцовский заводской район. История и настоящее экономическое положение», опубликованная в журнальном варианте и в виде отдельного издания3. Первоначально она представляла собой отчет Вольному экономическому обществу, по заданию которого А.П. Субботин в 1890 году посетил предприятия, принадлежавшие Мальцовскому промышленно-торговому товариществу. Ознакомившись с положением дел и уже имевшимися описаниями заводов, автор отметил, что их история изучена плохо: было лишь несколько газетных корреспонденции и сообщений на эту тему в научных обществах. Свое исследование А.П. Субботин начал с 20-х годов XIX века. Однако термином «Мальцовский заводской район» он обозначал только предприятия в Калужской и Орловской губерниях, ранее принадлежавшие СИ. Мальцову. Размышляя о причинах банкротства Мальцовского промышленно-торгового товарищества, главным виновником этого он склонен был считать государство, нарушившее условия контракта и тем самым поставившее заводы в сложнейшее положение. Приостановив размещение заказов на вагоны и паровозы, государство инициировало трудности в сбыте уже готовой продукции и заставило правление прибегнуть к займам, еще больше усугубившим ситуацию.
Значительная доля критики А.П. Субботина была направлена в адрес казенного управления, непродуманные и даже вредные действия которого окончательно развалили дело. Спад производства и углубление финансового кризиса во многом были следствием нечистоплотности государственных чиновников, ставивших собственные амбиции выше национальных интересов.
Несмотря на то что автор не сумел дать глубокий анализ положения дел, сложившегося на предприятиях дятьковско-людиновского промышлен-
13
ного комплекса, в работе можно обнаружить целый ряд интересных наблюдений, касающихся внутреннего устройства и механизма функционирования промышленного хозяйства. А.П. Субботин отметил процессы раскрестьянивания и социокультурной трансформации населения, большая часть которого уже не в первом поколении была оторвана от земли и единственным источником существования имела заработную плату. Кроме того, он подчеркнул высокую квалификацию мальцовских рабочих и передовое техническое оснащение предприятий. В целом привлеченные им материалы, основанные на фондах вотчинных контор, воспоминаниях современников, до сих пор не потеряли актуальности.
Точка зрения, выраженная А.П. Субботиным по поводу причин упадка мальцовского промышленного хозяйства, была довольно распространена среди дореволюционных ученых историко-экономического направления. Аналогичное мнение высказал профессор Петербургского университета Н.И. Кареев в заметке, написанной им для Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона. Здесь же дана подробная экономико-географическая характеристика Мальцовского промышленного округа в границах дятьков-ско-людиновской группы заводов: приведены сведения о наиболее крупных предприятиях, объемах выпускаемой продукции, источниках сырья и способах его доставки, рынке сбыта продукции и др.4
Первые попытки написания истории семьи Мальцовых и мальцовского дела относятся к началу XIX века. Одной из таких попыток является сочинение, написанное в 1903 году В.В. Гржибовским, по некоторым сведениям, состоявшим в свое время на службе у СИ. Мальцова. К сожалению, эта рукопись не сохранилась в оригинале, и факт ее существования был установлен из вторичных источников. Как следует из рецензии на нее, обнаруженной в деле «Об устройстве исторического музея мальцовского округа» Центрального государственного исторического архива г. Москвы5, работа состояла из трех частей: вводно-исторической, описательной и мему-
14
арной. Дальнейшая судьба рукописи неизвестна, но ее использовала К.А. Большева в работе над статьей «К истории Мальцовского стекольного производства». Опубликованная в 1927 году в сборнике Института истории искусств статья подробно рассказывает о постройке стекольного завода Мальцевых в Можайском уезде. Сведения о начальном этапе промышленного предпринимательства рода, имеющиеся в работе К.А. Большевой, представляют значительный интерес, так как, по-видимому, в ее распоряжении были источники, впоследствии утраченные6.
Также в 1903 году был издан краткий очерк о предпринимательской деятельности СИ. Мальцова и его заводском хозяйстве под названием «СИ. Мальцов и мальцовские заводы»7. Хотя выходные данные книги не содержат указания на авторство, подпись «Н.М.» позволяет предположить, что текст написан достаточно известным в то время ученым-публицистом Н.П. Мельниковым. Как и многие другие работы, изданные на рубеже XIX -XX веков, очерк не содержит действительно научного анализа и ограничивается лишь поверхностным описанием существующей на заводах ситуации и восторженной оценкой деятельности СИ. Мальцова.
В целом же можно констатировать факт, что дореволюционная историография по означенной проблеме представлена весьма скудно. После 1917 года историографическая ситуация в области исследования промышленно-предпринимательской деятельности Мальцевых стала меняться, но не всегда в лучшую сторону. Если раньше исследования имели историко-экономическую направленность и в них были представлены все основные участники промышленного производства, то теперь они легли в идеологическое русло оценки межклассовых отношений на предприятиях, личность же предпринимателя ушла в тень и была обособлена рамками характеристики эксплуататорского класса.
Подобные тенденции усугублялись навязываемой «сверху» необходимостью ревизии уже изданных работ и пересмотра прежних концептуальных
15
и теоретико-методологических направлений в контексте произошедших перемен. Пожалуй, работой, претерпевшей наименьшие изменения, было второе издание «Русской фабрики» М.И. Туган-Барановского в 1934 году. Этот факт объясняется тем, что уже в первом издании 1898 года была обозначена проблема социально-классовых противоречий рабочих и предпринимателей,
о
хотя и без абсолютизации их непримиримости .
Авторы всех остальных работ шагали в ногу со временем. В 1928 году в издательстве Мальцкомбината вышла книга Г.Ф. Серебрякова «Развитие промышленности Мальцовского округа»9. Работа имела ярко выраженную идеологическую и ревизионистскую направленность. Автор с новых позиций пересмотрел труды А.П. Субботина, убрав рассмотрение личностных оценок Мальцевых и заменив старые термины «заводовладелец» и «рабочий» на новые - «эксплуататор» и «эксплуатируемый».
Хотя работа и имела подзаголовок «исторический очерк», в действительности она не соответствовала этому жанру. Наиболее подробно был освещен лишь период 1917 - 1927 гг. Дореволюционная история округа излагалась кратко и поверхностно, без ссылок на источники. Наиболее интересные сведения о положении рабочих и рабочем движении были датированы первыми десятилетиями XX века.
Мысль о необходимости комплексного изучения промышленного предпринимательства Мальцовых впервые высказал П.П. Парадизов. В 1930 г. на заседании секции по истории пролетариата Комакадемии им был сделан доклад о планируемой монографии «Мальцовские заводы в XVIII - XIX вв.»10. Докладчик подчеркнул, что история мальцовских заводов является частью истории капиталистического развития России. Об этом свидетельствует техническая реконструкция, начавшаяся в 30 - 40-х гг. XIX в. на чугунолитейных заводах СИ. Мальцова. Наличие современной технической базы было, по мнению П.П. Парадизова, одной из причин того, что после отмены крепостного права заводы «не только не хиреют, но и проявляют признаки цветущего
16
состояния». И все же он был убежден, что именно «на рубеже до- и пореформенной России следует искать корни того глубокого экономического кризиса, который поразил позднее Мальцовское товарищество».
Называя СИ. Мальцова предпринимателем полуфеодального, полукапиталистического типа, П.П. Паразидов отметил, что в условиях конкуренции с растущими промышленными предприятиями юга России он был вынужден тратить огромные средства на модернизацию своих заводов. Дополняя версию А.П. Субботина о причине банкротства Мальцовского товарищества, автор сообщает, что Радицкий паровозостроительный завод был выстроен в расчете на казенные заказы. Отказ правительства от покупки паровозов, совпавший с отменой «мальцовских денег», нанес первый удар по финансовому положению СИ. Мальцова.
Цель своей работы П.П. Парадизов видел в том, чтобы провести синтетическое исследование по истории заводов в конце XVIII - XIX веке, не касаясь первоначального, купеческого, этапа предпринимательства Мальцовых. К тому же, объектом исследования должны были стать только промышленные объекты, располагавшиеся в Калужской и Орловской губерниях. Работа П.П. Парадизова по неизвестным причинам осталась незавершенной. Попытки разыскать дополнительные сведения об авторе не имели успеха.
В монографии М.А. Цейтлина «Очерки истории развития стекольной промышленности в России», явившейся практически первым специальным исследованием в этой области, заводам Мальцовых уделено большое внимание. Автор выделил два центра мальцовского стеклоделия: «коренной», или южный, район - в Калужской, Орловской, Смоленской губерниях, и восточный - во Владимирской и Рязанской. По мнению М.А. Цейтлина, уже в конце XVIII века «предпринимательская деятельность Мальцовых сводилась к тому, чтобы, работая на территориально широкий рынок сбыта, концентрировать производство в пределах территориально-объединенных хозяйств, расположенных в одном (мальцовском) районе». Анализируя данные Ведо-
17
|
