3 ВВЕДЕНИЕ
Актуальность исследования. Изучение истории России невозможно без освещения истории ее отдельных регионов, события в которых составляли общие и особенные черты процессов, протекавших в социальной, экономической и политической жизни отдельных групп населения страны и в обществе в целом. Особенно необходимо изучение истории крестьянства, которое в начале XX века составляло абсолютное большинство жителей страны. Россия начала XX века — аграрная страна, едва вступившая на путь модернизации1, находящаяся в состоянии перехода от традиционного, патриархального, аграрного общества к индустриальному, городскому2. В связи с этим становится актуальным изучение отдельных периодов существования и развития такого уникального аграрного региона, как Оренбургская губерния, выявление тенденций и характера модернизации аграрного сектора, или «агроперехода»3, на примере семейно-трудового крестьянского хозяйства начала XX века.
Подобный анализ необходим, поскольку без учета особенностей трансформации данного вида крестьянского хозяйства зачастую невозможно определить поведенческие мотивы отдельных групп сельского населения, стратификацию крестьянских семей, особенности уклада и быта сельских обывателей. Актуальность темы диссертационного исследования также определяется необходимостью выявления процессов утверждения частной собственности на землю, внедрения прогрессивных сельскохозяйственных технологий и усовершенствования техники, развития рыночных отношений, преодоления консервативных представлений крестьянства о смысле и задачах земледельческого труда, смены типа воспроизводства4 населения и трансформации сельской семьи. Некоторые аспекты обозначенных выше
1 Модернизация — изменение, усовершенствование, отвечающее современным требованиям. См.: Новая иллюстрированная энциклопедия. Кн. 12. М., 2003. С. 7.
2 Алексеев В. В. Общественный потенциал истории. Екатеринбург, 2004. С. 147.
3 Корнилов Г. Е. Основные тенденции аграрного развития Урала в XX веке // Труды института крестьяноведения Южного Урала. Вып. 1. Оренбург, 2003. С. 14.
4 Тип воспроизводства — категория, отражающая общность наиболее важных качественных черт воспроизводства населения. Выделяют два основных типа воспроизводства населения — традиционный (с высокими рождаемостью и смертностью) и современный (с низкими рождаемостью и смертностью).
модернизационных процессов сегодня реанимируются. Задача общества, его отдельных членов, тем более наделенных властными полномочиями, заключается в том, чтобы учесть имеющийся позитивный опыт, разумеется, с поправками на обстоятельства и время. Нельзя допускать повторения уже когда-то совершенных ошибок, поскольку общее положение сельского хозяйства, его отдельных хозяйствующих единиц, какую бы юридическую форму они ни принимали, определялось и определяется особенностями политики государства в сфере землевладения и землепользования, производства и налогообложения.
Актуальность исследования обусловлена и тем, что, сравнивая ситуацию, складывающуюся в аграрном секторе экономики страны и изучаемого региона в начале XX века и на современном этапе, можно обнаружить много общих черт. Во-первых, это нерешенный вопрос с частной собственностью на землю. И тогда, и сейчас государственное регулирование этого вопроса достаточно противоречиво. Во-вторых, современное фермерское хозяйство по-прежнему сохраняет ряд натуральных черт, оставаясь мало вовлеченным в рыночный оборот. В-третьих, значимым остается вопрос интенсификации сельскохозяйственного производства и улучшения агрономической культуры в различных видах производственной организации. И наконец, в-четвертых, система налогообложения, как и в начале XX века, не служит стимулирующим фактором к расширению производства, а роль государства в деле поддержки сельского товаропроизводителя по-прежнему остается мизерной.
С теоретической точки зрения анализ крестьянского двора необходим, поскольку он помогает лучше понять особенности и закономерности аграрной политики описываемого времени, своеобразие условий хозяйствования на исследуемой территории и тем самым воссоздать модель хозяйственного развития земледельческого крестьянского хозяйства.
Объектом диссертационного исследования является деревня гражданской территории Оренбургской губернии начала XX века.
Предметом исследования стало семейное земледельческое крестьянское хозяйство Оренбургской губернии начала XX века.
5
Территориальные рамки исследования включают гражданскую территорию Оренбургской губернии в пределах дореволюционного административного устройства: Оренбургский, Орский, Верхнеуральский, Троицкий и Челябинский уезды.
Хронологические рамки исследования обусловлены ходом исторического процесса и охватывают этап с 1900 по 1917 год. Выбор данного периода объясняется необходимостью показать развитие крестьянского хозяйства Оренбургской губернии в условиях трансформации общества на фоне попыток реформирования аграрных отношений и изменения политического строя. В обозначенный период, исходя из внутреннего видения поставленной познавательной проблемы, мы выделяем несколько этапов: с 1900 по 1907, с 1907 по 1914 и с 1914 по 1917 г.
Период с 1900 по 1907 г. рассматривается нами как начало модернизационных процессов в сельском хозяйстве или как начало «агроперехода»1. Этап с 1907 по 1914 год — время, связанное с осуществлением реформ П. А. Столыпина на исследуемой территории и ускорением трансформации земледельческого крестьянского хозяйства. Период с 1914 по 1917 г. мы соотносим с этапом снижения темпов модернизации, последующей стагнации существующих аграрных отношений и возвратом к архаичным приемам и способам ведения хозяйства.
Заметим, что используемый в диссертации принцип исторической связи в ряде случаев приводит к выходу за обозначенные выше хронологические рамки и появлению экскурсов в предшествующие и последующие по времени периоды.
Степень разработанности темы. По основным проблемам крестьянского хозяйства начала XX века имеется значительная по объему и научным достижениям историческая литература. Подобное обстоятельство, а также оцределение объекта исследования в качестве системы со сложной внутренней структурой, не менее сложными и обширными внешними связями представляет известные трудности для исследователей. В изучении положения крестьянского хозяйства традиционно выделяют три периода, каждый из которых имеет общие и специфические черты. Хронологические рамки первого периода определяются началом XX века и огра-
Корнилов Г. Е. Указ. соч. С. 15.
ничиваются событиями октября 1917 года. Данный этап характеризуется появлением работ, носящих описательный характер с элементами статистического анализа. Земцы, статистики, экономисты, как правило, рассматривали общую ситуацию в аграрном секторе страны, вопросы положения крестьянского хозяйства затрагивались лишь в контексте других явлений. Ряд дореволюционных работ А. А. Кауфмана, И. В. Мозжухина, С. Н. Прокоповича, А. И. Чупрова и других не только носили обобщающий характер, но и были информационно насыщены и не потеряли актуальности до сегодняшнего дня1.
Второй период охватывает время с начала 20-х до начала 90-х годов XX века, поскольку временной промежуток с 1917 по 1920 год характеризуется отсутствием исследовательских работ на интересующую нас тему. Основополагающей тенденцией данного этапа стало господство ленинской интерпретации социально-экономической истории России. Подобное обстоятельство определило как сильные, так и слабые стороны процесса изучения крестьянского хозяйства и парцеллярного сельскохозяйственного производства. Сильная сторона заключалась в огромном внимании ученых к социально-экономическим процессам в крестьянской среде. Слабая сторона определялась обязательным требованием рассматривать события в рамках марксистско-ленинской парадигмы2.
Несмотря на общую теоретическую основу, на протяжении второго периода можно выделить ряд этапов (1920, 1930—1950 гг.; середина 1950-х — начало 1990-х гг.), отличающихся количеством и качеством исследований.
Достаточно серьезную проработку проблем крестьянского хозяйства, связанных с поземельными отношениями, экономической стратификацией, налоговой системой, отечественные авторы осуществили в 1920-х годах. В этот период, появляются труды, без которых было бы невозможно современное развитие крестьяноведения, хотя исследований по общим проблемам сельского хозяйства в это время выходит немного.
1 Мозжухин И. В. Аграрный вопрос в цифрах и фактах действительности. М., 1909; Чупров А. И. Крестьянский вопрос. М., 1909; Прокопович С. Н. Аграрный вопрос и мероприятия правительства. М., 1912; Кауфман А. А. Аграрный вопрос в России. М., 1918.
2 Лабузов В. А. Деревня Южного Урала в период социальных, потрясений и экономических реформ (1917—1930 гг.): автореф. дис... д-ра ист. наук. Екатеринбург, 2005. С. 9.
7
Большая часть из них была посвящена развитию отдельных направлений сельского хозяйства в дореволюционный и послереволюционный периоды1.
Невнимание историков 1930—1950-х годов к общим вопросам аграрного развития объясняется тем, что согласно марксистской теории рабочий класс являлся гегемоном революции и ведущей силой нового общества. Не случайно история пролетариата становится предметом многих исследований этого периода. Подобное обстоятельство не исключало появление публикаций по аграрной тематике.
Работы, выходившие до конца 1950-х годов, условно можно разделить на две группы: в одну входят публикации преимущественно социально-экономического характера, рисующие состояние крестьянского хозяйства накануне Октября, вторая объединяет труды социально-политической направленности, описывающие динамику социальных процессов внутри крестьянства2. Лишь с конца 1950-х годов начался этап фундаментального изучения вопросов существования крестьянского хозяйства в дореволюционный период, в ходе которого авторы предпринимают отдельные попытки по-новому рассмотреть в рамках марксистско-ленинской интерпретации социально-экономических проблем истории России начала XX века отдельные проблемы развития деревни. Так, А. М. Анфимов, в отличие от В. И. Ленина, который говорил о переходе к капиталистическим отношениям определенных групп крестьянских хозяйств, сделал вывод о повсеместном преобладании до 1917 года полукрепостнических отношений в аграрном строе России3.
В 1960-х годах изучение аграрной проблематики поднимается на новую высоту. В это время выходят фундаментальные работы А. М. Анфимова, С. М. Дубровского, М. С. Симоновой и др.4
1 Хрящева А. И. Эволюция классов в крестьянстве // Эволюция классов в русской революции. М., 1922. С. 18—26; Бруцкус Б. Д. Аграрное переселение и аграрный строй // Сельское и лесное хозяйство. 1922. № 7—8; Вайнштейн А. Обложение и платежи крестьянства в довоенное и революционное время. М., 1924; Он же. Эволюция урожайности зерновых хлебов в России до войны и перспективы ее развития в будущем //Плановое хозяйство. 1927. № 7. С. 81—100; Чаянов А. В. Крестьянское хозяйство. М., 1989.
2 См. подробнее: Иванов А. В., Тертышный А. Т. Уральское крестьянство и власть в период гражданской войны (1917—1921 гг.): опыт осмысления проблемы в отечественной историографии. Екатеринбург, 2002. С. 35.
3 Анфимов А. М. К вопросу о характере аграрного строя Европейской России в начале XX в. // Ист. записки. Т. 65. М., 1959. С. 165.
4 Дубровский С. М. Столыпинская земельная реформа. М., 1963; Он же. Сельское хозяйство и крестьянство России в период империализма. М, 1975; Анфимов А. М. Российская деревня в годы
8
Особенностью изданий стала не только серьезная фактологическая база, но и постоянное обращение к проблемам существования и развития крестьянского хозяйства и парцеллярного сельскохозяйственного производства. Отдельные исследования по аграрной истории были уникальны. Так, труд А. М. Анфимова об аренде земли является единственной до настоящего времени монографией по данной теме, в которой дана обширная классификация видов арендных отношений на территории Российской империи, динамика арендных цен1.
В 1970-х — начале 1980-х гг. историки стали уделять большое внимание теоретическим, методологическим, историографическим вопросам существования и развития крестьянского хозяйства, началось применение математических методов, анализ статистических материалов по истории сельского хозяйства и крестьянства России2.
Большую научную работу по изучению социально-экономического строя Европейской России проводили в это время академик И. Д. Ковальченко и созданная им школа3.
Ориентация ряда отечественных специалистов на количественные методы изучения аграрных вопросов привела не только к расширению тематики научных публикаций, но и к углубленной разработке отдельных вопросов хозяйственного положения крестьянского двора на базе имеющегося архивного и статистического материала. В этот период советская историческая наука пополняется рядом новых работ, в которых проблемы существования крестьянского хозяйства рассматриваются не только в ряду общих вопросов аграрного развития4, но и подвергаются индивидуальному скрупулезному анализу1.
первой мировой войны (1914 — февраль 1917 г.). М., 1962; Симонова М. С. Политика царизма в крестьянском вопросе накануне революции 1905—1907 гг. // Ист. записки. Т. 75. М., 1965. С. 56; Першин П. Н. Аграрная революция в России. Кн. 1: От реформы к революции! М., 1966.
1 Анфимов А. М. Земельная аренда в России в начале XX века. М., 1961.
2 Массовые источники по социально-экономической истории России периода капитализма / под ред. М. А. Рахматуллина. М., 1979.
3 Ковальченко И. Д. Методы исторического исследования. М., 1987; Математические методы в исторических исследованиях. М., 1972; Математические методы в исследованиях по социально-экономической истории. М., 1975.
4 Симонова М. С. Крестьянский поземельный банк в системе общинной аграрной политики самодержавия (1895—1905 гг.) //Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. Таллин, 1971; Она же. Кризис аграрной политики царизма накануне первой российской революции. М., 1987; Китанина Т. М. Хлебная торговля в России в 1875—1914 гг. Л., 1978; Хромов П. А. Очерки экономики России периода монополистического капитализма. М., 1960; Сидельников С. М. Аграрная политика самодержавия в пе-
В современной исторической литературе преобладающим стал тезис о догматиза-ции исторической школы советского периода, возникшей в результате «тоталитарного» пресса на мировоззрение исследователей, заданных канонах исследований2. В известном смысле подобный вывод справедлив. Ученым приходилось работать в рамках существующих идеологических параметров. Однако именно в 1960—1970-е гг. были определены основные направления изучения истории дореволюционного кребтьянства, обозначен круг вопросов и тем, используемых и современными исследователями, не говоря уже о значительном источниковом материале, впервые введенном в научный оборот.
Третий период развития отечественной историографии — с начала 1990-х годов и до сегодняшнего дня. Характерной особенностью этого этапа является попытка реформирования советской модели развития общества, отказ от обязательной марксистской доктрины, кризис исторической науки и не всегда однозначный поиск теории, объясняющей сущность исторических процессов3. На современном этапе изучение социально-экономических изменений в российской деревне в отечественной исторической науке происходит в рамках научного направления «крестьяноведение». Предметом обсуждения историков становятся вопросы, казалось бы однозначно решенные советской историографией: о теоретическом наследии школы А. В. Чаянова, об уровне капиталистических отношений в российской деревне, европейском пути общественного развития и т.д.4
В этот период А. М. Анфимов вновь возвращается к проблеме аграрного строя дореволюционной деревни, заявляя о том, что «капиталистические отношения не имели преобладающего значения вплоть до 1917 г.»5.
риод империализма. М., 1980; Тюкавкин В. Г., Щагин Э. М. Крестьянство России в период трех революций. М., 1987; Изместьева Т. Ф. Россия в системе европейского рынка. Конец XIX — начала XX в. (опыт количественного анализа). М., 1991; Корелин А. П. Сельскохозяйственный кредит в России в конце XIX — начале XX в. М., 1988; Аврех А. Я. П. А. Столыпин и судьбы реформ в России. М., 1991.
1 Анфимов А. М. Крестьянское хозяйство Европейской России 1881—1904 гг. М., 1980.
2 Подробнее см.: Никольский С. А. Аграрный курс России. (Мировоззрение реформаторов и практика аграрных реформ в социально-историческом, экономическом и философском аспектах). М., 2003. G. 150—151,345.
3 Волобуев П. В. Выбор путей общественного развития: теория, история, современность. М., 1987; Кабанов В. В. Пути и бездорожье аграрного развития России в XX веке // Вопр. истории. 1993. №2. С. 34—46.
4 См.: История и историки. М., 1990. С. 140—143,154—156 и др.
5 «Об аграрном строе, как известно, велась многолетняя дискуссия. Одним из ее результатов был отказ от тезиса о повсеместном преобладании полукрепостнических отношений в российской
10
В 1991 г. И. Д. Ковальченко признает в помещичьем хозяйстве «господство буржуазных отношений», но общий вывод звучит иначе: «Важнейшей исторической особенностью России было то, что острейшая борьба двух путей буржуазной аграрной эволюции, развернувшаяся со времени отмены крепостного права, вплоть до 1917 г. так и не привела к победе того или иного из них»1. В другой статье И. Д. Ковальченко считал, что Россия «достигла общего среднего уровня развития капитализма», но уровень «аграрного капитализма был низким», сохранялись многочисленные полукрепостнические пережитки, а в крестьянском хозяйстве «господствующее положение занимал мелкобуржуазный уклад», основанный на семейном труде2.
После 1991 г. ленинское понимание аграрной истории начала XX в. перестает быть обязательным, в научную среду активно возвращаются немарксистские учения, а также достижения «западной» мысли, в пропаганде которой большую роль сыграл теоретический семинар на страницах журнала «Отечественная история» (ведущий В. П. Данилов)3. Не прекращает работу симпозиум по аграрной истории Восточной Европы (руководитель Л. В. Милов), на сессиях которого проходят интенсивные дискуссии4.
Несмотря на сложное состояние отечественной науки, на рубеже XX—XXI вв. выходит большое количество исследований аграрников, научное творчество ряда ис-
дореволюционной деревне» (Анфимов А. М., Осипова Т. В. Историографические итоги и задачи изучения истории российского крестьянства периода империализма // Советская историография аграрной истории СССР (до 1917 г.). Кишинев, 1978. С. 5—6). См. также: Анфимов А. М. Неоконченные споры // Из истории экономической мысли и народного хозяйства России. Вып. 2. Ч. 2 : Аграрные проблемы. К 130-летию земства в России. М.; Волгоград, 1997. С. 147,152; Он же. Неоконченные споры //Вопр. истории. 1997. № 5—7, 9.
1 Ковальченко И. Д. Столыпинская аграрная реформа. (Мифы и реальность) // История СССР. 1991. №2. С. 54.
2 Ковальченко И. Д. Аграрное развитие России и революционный процесс // Реформы или революция? Россия 1861—1917. СПб., 1992. С. 251, 262.
3 Отечественная история. 1992. № 5; 1993. № 2, 6; и др. до 1998. № 6.
4 Аграрные технологии в России IX—XX вв. : материалы XXV сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Арзамас, 1999; Зажиточное крестьянство России в исторической ретроспективе. (Землевладение, землепользование, производство, менталитет) : XXVII сессия симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. М., 2002; Землевладение и землепользование в России (социально-правовые аспекты): XXVIII сессия Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. М., 2002; Землевладение и землепользование в России (социально-правовые аспекты): материалы XXVIII сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Калуга, 2003; Динамика и темпы аграрного развития России: инфраструктура и рынок : XXIX сессия Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. М., 2004.
11
ториков имеет общероссийскую значимость. П. Н. Зырянов подробно проанализировал состояние крестьянской общины, показал внутреннюю жизнь сельского мира, ее силу и жизнеспособность в борьбе с внешним давлением и нарастающими внутренними конфликтами1. Признавая безусловное развитие капиталистических отношений, автор подчеркивает господствующее положение «традиционной трехпольной общины» в 1907—1914 гг., которая показана исследователем не как «пережиток», а как нормальная, естественная форма организации традиционного крестьянства России. Свои выводы о прогрессивных тенденциях в русской общине, возможности коллективной эволюции крестьянства П. Н. Зырянов отстаивает и в последующие годы2.
О. Г. Вронский считает, что «проблема крестьянской общины» была ядром аграрного вопроса в России, согласен с «общинной революцией». Но оценки его прямо противоположны: для будущего прогресса страны общину требовалось разрушить, «община становилась мощным и едва ли преодолимым препятствием на пути аграрной реформы и опаснейшим очагом сопротивления власти»3.
В 1990-е гг. выходят последние труды представителей школы И. Д. Ковальченко. Л. В. Разумов предпринял попытку обработки пообщинных земских публикаций, показав необходимость выделения районов разного уровня зажиточности (экономического развития)4. Математические методы использовал О. Г. Буховец при изучении социальных конфликтов3.
С циклом статей о ключевых проблемах аграрной истории России предреволюционного периода выступил М. А. Давыдов6. Автор привлек целый комплекс малоис-
1 Зырянов П. Н. Крестьянская община Европейской России в 1907—1914 гг. М., 1992. С. 254.
2 Он же. Поземельные отношения в русской крестьянской общине во второй половине XIX — начале XX в. // Собственность на землю в России. Саратов, 2002.
3 Вронский О. Г. Государственная власть России и крестьянская община в годы «великих потрясений» (1905—1917). М., 2000. С. 17, 207, 386.
4 Разумов Л. В. Расслоение крестьянства Центрально-Промышленного района в конце XIX — начале XX века. Опыт количественного анализа по данным земской статистики. М., 1996.
5 Буховец О. Г. Социальные конфликты и крестьянская ментальность в Российской империи начала XX века: новые материалы, методы, результаты. М., 1996.
6 Гарскова И. М., Давыдов М. А. Структура хлебного рынка России в конце XIX — начале XX в. // Россия на рубеже XIX—XX веков. М., 1999; Давыдов М. А. О статистике землеустройства России (1907—1913 гг.) // Экономическая история: Ежегодник. 2001. М., 2002; Он же. К вопросу о «голодном экспорте» хлеба из России в конце XIX — начале XX в. //Экономическая история: Ежегодник. 2004. М., 2004.
12
пользуемых источников, в том числе весьма достоверные материалы транспортной статистики МПС, проанализировал сведения ЦСК по урожайности. Важной особенностью работы М. А. Давыдова стало детальное изучение региональных (погуберн-ских) данных, отказ от усредненных общероссийских итогов, что привело автора к выделению основных хлебопроизводящих территорий, игравших ключевую роль в российском зерновом производстве и экспорте. М. А. Давыдов приходит к выводу о наличии значительных излишков зерна в начале XX в., что «развитие внешнего рынка отставало от внутреннего. Таковы были непосредственные результаты индустриализации, урбанизации и роста капитализма в стране»1.
Рубеж XX—XXI вв. ознаменовался появлением ряда крупных исследований по многочисленным конкретным темам аграрной истории — выходят сборники итогового характера по различным проблемам2, активно развивается региональная наука3, особое внимание уделяется финансовой сфере4, крестьянской ментальности5, изучается национальный аспект6, вновь в эпицентре общественного внимания оказалась столыпинская реформа7.
1 Давыдов М. А. Очерки аграрной истории России в конце XIX — начале XX в. (По материалам транспортной статистики и статистики землеустройства). М., 2003. С. 99.
2 См.: Землевладение и землепользование в России. М., 2002; Россия в начале XX в. М., 2002; Собственность на землю в России: история и современность. М., 2002 и др.
3Бурдина О. Н. Крестьяне-дарственники в России, 1861—1907 гг. М., 1996; Иванцова Н. Ф. Западносибирское крестьянство в 1917 — первой половине 1918 г. М., 1993; Невская Т. А. Столыпинская реформа на Северном Кавказе. СПб., 1997; Островский А. В. Сельское хозяйство Европейского Севера России 1861—1914 гг. СПб., 1998; Социальная история российской провинции в контексте модернизации аграрного общества в XVIII—XX вв. Тамбов 2002; Земцов Л. И. Волостной суд в России 60-х — первой половины 70-х годов XIX века (по материалам Центрального Черноземья). Воронеж, 2002; Александров Н. М. Проблемы аграрной истории России (вторая половина XIX — начало XX в.). Ярославль, 2003; История крестьянства Западного региона России (1861—1917). Калуга, 2004; Еферина Т. В. Социальные проблемы крестьянства и модели социальной поддержки населения (вторая половина XIX — конец XX в.). Саранск, 2003; и многие другие.
4 Дякин В. С. Деньги для сельского хозяйства. 1892—1914 гг.: Аграрный кредит в экономической политике царизма. СПб., 1997; Проскурякова Н. А. Земельные банки Российской империи. М., 2002.
5 Буховец О. Г. Указ. соч.; Крестьянское движение в России в 1901—1904 гг. : сб. докл. / отв. ред. А. М. Анфимов. М., 1998; Менталитет и аграрное развитие России (XIX—XX вв.). М., 1996; Сенчакова Л. Т. Приговоры и наказы российского крестьянства 1905-—1907 гг. По материалам центральных губерний. М., 1994; Крюкова С. С. Правовая культура русских крестьян в России XIX в.: проблемы и интерпретации // Этнографическое обозрение. 2003. № 1. .
6 Команджаев А. Н. Хозяйство и социальные отношения в Калмыкии в конце XIX — начале XX века: исторический опыт и современность. Элиста, 1999; Федоров В. И. Якутия в начале XX в. (1900 — февраль 1917 г.): социально-экономические отношения. Новосибирск, 2002.
7 Бабушкин В. В. О некоторых закономерностях эволюции власти в посткрестьянском обществе // Куда идет Россия?.. М., 2000. С. 109.
13
Среди разнообразия новейших публикаций, затрагивающих историю аграрного строя России рубежа XIX—XX вв., вновь формируется понимание аграрного перенаселения как «центральной социально-экономической» проблемы страны того времени, которую невозможно было решить путем дополнительного наделения крестьян землей1. Происходит возвращение к взглядам «правоконсервативной», буржуазной историографии начала XX в., открыто звучит критика народнической идеализации крестьянства.
Историография периода 1987—1999 гг. тщательно рассмотрена Н. М. Ушаковым, выделившим основные труды историков-аграрников. Автор особо останавливается на общинном строе российского крестьянства, проводя параллели между ним и аграрным строем 1920-х гг., а также колхозно-совхозной системой.
Таким образом, выделенные в процессе историографического анализа периоды отличались уровнем научного анализа, степенью, размахом и глубиной комплексного и фрагментарного изучения проблем существования крестьянского хозяйства в начале XX века. В то же время, несмотря на отмеченные недостатки, каждый из них способствовал получению более полного знания о природе и сущности крестьянского двора.
Существование и развитие крестьянского хозяйства определяло множество факторов: численность семьи, природно-климатические условия существования, экономическое положение, земельные отношения, реформы.
Данные проблемы и легли в основу нашего историографического обзора. В то же время проблемный подход к оценке историографического наследия не исключает анализ исследований, посвященных общему состоянию сельского хозяйства. Подобные работы нам известны и используются в диссертации в объемах, способствующих разрешению поставленных эвристических задач2.
Важное исследовательское, экономическое и политическое значение в отечественной историографии принадлежало проблеме определения экономической диффе-
1 См.: Рогалина Н. Л. Аграрный кризис в российской деревне начала XX века // Вопр. истории. 2004. №7. С. 19 и др.
2 Камитака Мацузато «Общественная ссыпка» и военно-продовольственная система России в годы Первой мировой войны // Acta Slavica japonica. Sapporo, Japan, 1997. Т. 15; Бердз Дж. Крестьянские мечты и рыночная политика: отходничество и русская деревня, 1861—1905. Питтсбург, 1998; Мун Д. Русское крестьянство 1600—1930: мир, который создали крестьяне. L. : Longman, 1999; Тю-кавкин В. Г. Великорусское крестьянство и столыпинская аграрная реформа. М., 2001.
14
ренциации крестьянских хозяйств. Разные исследователи в разные периоды пытались найти универсальный критерий деления крестьян на группы1, но до настоящего времени проблема стратификации сельских производителей не разрешена. В соответствии с традиционными методами земской статистики одной из наиболее популярных в дореволюционный период была группировка по посеву2. В. И. Ленин, неоднократно обращавшийся к вопросам экономической дифференциации крестьянства, в основу групповых признаков также вносил площади надельной земли и посевов3. Все группы с наделом до 15 десятин В. И. Ленин относил к разоренному крестьянству, задавленному латифундиями, преувеличив, таким образом, удельный вес беднейшего крестьянства как в общинном, так и подворном землепользовании.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что группировка «по посеву» занимала доминирующее положение на протяжении 1920-х годов вплоть до 1927 г. По мнению видного российского статистика А. И. Хрящевой — наиболее последовательного защитника этой методики, — «признаком деления хозяйств по группам является размер хозяйства, который для 95% хозяйств определяется размером посева»4. В 1923 году к данной точке зрения присоединился С. М. Дубровский. Принимая во внимание только размеры посевных площадей, автор относит беспосевные хозяйства к пролетарским, засевающие до двух десятин — к бедняцким, до шести десятин — к середняцким и свыше шести десятин — к буржуазным5.
Однако уже в этот период эффективность и «достаточность» группировочного признака «посева» для оценки имущественной дифференциации подвергалась справедливой критике. Известный авторитет в области статистики Л. Н. Литошенко писал: «Считать посевную группировку заменой группировки по доходу и отождествлять
1 См. подробнее: Доброноженко Г. Ф. Дискуссии о дифференциации крестьянства и признаках сельской буржуазии в российской экономической литературе 1920-х гг. // Стратификация в России: история и современность : сб. науч. тр. Сыктывкар, 1999. С. 9—26.; Иванов А. В., Тертышный А. Т. Указ. соч. С. 27—40.
2 Александров С. А. Некоторые данные по аграрному вопросу. Статистика землевладения в 44 губерниях. Пг., 1917.
3 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 1, 3, 7.
4 См.: Хрящева А. И. Группы и классы в крестьянстве. М., 1926. С. 11,16.
5 Дубровский С. М. Очерки русской революции. Вып. 1. Сельское хозяйство. М., 1923. С. 228—229.
15
посевные группы с группами разного благосостояния будет, понятно, достаточно грубой ошибкой. Но пользоваться той же группировкой как суррогатом распределения хозяйств по размерам вполне допустимо и целесообразно»1.
Резкой критике «посевная методика» подвергалась со стороны аграрников-марксистов. Так, Л. Н. Крицман отмечал, что «делить крестьянские хозяйства по размерам посева на бедняков, середняков и зажиточных было бы совершенно ошибочно»2. Критически относились к внедрению группировки по посещу и исследователи-практики проблем сельского хозяйства, пытавшиеся найти альтернативные критерии дифференциации. Экономическая дифференциация, обусловленная, по мнению А. В. Чаянова, демографической дифференциацией, должна анализироваться по целому ряду различных измерителей объема хозяйства (посевной площади, скоту, основному капиталу, валовому доходу)3. Н. Д. Кондратьев наиболее обобщенным показателем экономической мощности хозяйства признавал его доход4.
В 20—30-е годы XX века интересную методику в своей работе «Сельское хозяйство Урала» предложил уральский исследователь А. Воробьев5. Выделяя в крестьянстве различные социальные группы, автор отказывается от использования какого-либо одного произвольно избранного критерия (например, общая площадь надела, площадь посева, количество рабочего скота в хозяйстве) и призывает к комплексному изучению крестьянского хозяйства.
В 1927 г. «классификация крестьянских хозяйств по величине стоимости производства, дающая в ценностном выражении совокупность всех элементов», заняла доминирующее положение в статистике и стала использоваться большинством исследователей6.
1 Литошенко Л. Н. Социализация земли в России. Новосибирск, 2001. С. б.
2 Крицман Л. Н. К вопросу о классовом расслоении современной деревни // На аграрном фронте. 1925. № 7—8. С. 9. .
3 Чаянов А. В. Указ. соч. С. 267—268.
4 Кондратьев Н. Д. К вопросу о дифференциации деревни // Пути сельского хозяйства. 1927. № 5. С. 136.
5 См. подробнее: Иванов А. В., Тертышный А. Т. Указ. соч. С. 30—31.
Немчинов В. С. Опыт классификации крестьянских хозяйств // Вестник статистики. 1928. № 1. С. 38.
16
К посевной группировке исследователи обращались достаточно редко и только в тех случаях, когда стоимость основных средств производства было невозможно определить. Поэтому не случайно, что к группировке «по посеву» прибегали при анализе экономического положения дореволюционного крестьянского хозяйства как на уровне отдельного региона, так и страны в целом1. В то же время является несомненным, что вплоть до 1960-х годов в основе определения групповых признаков крестьянства лежал принцип сочетания «величины стоимости средств производства» и социальных отношений2.
Интерес к выявлению новых методов группировки крестьянских хозяйств дореволюционного периода вновь возник в начале 60-х годов XX века, когда большинство исследователей определяли основные социальные типы крестьянских хозяйств по размерам землевладения, владению рабочим скотом и инвентарем, засеваемой площади и объему продукции3.
Данный подход к оценке экономического состояния крестьянского хозяйства оставался определяющим и в 1990-е гг.4 Подобную группу данных использовал при характеристике состояния крестьянских хозяйств в губерниях Европейской России в 1992 г. П. Н.Зырянов5.
На региональном уровне отдельные исследователи в 1980-х'гг. возвращались к определению экономического состояния крестьянства по посевам. Несомненный интерес представляет в этом плане работа М. И. Роднова6.
При разрешении проблемы дифференциации крестьянских хозяйств современные историки отводят серьезную роль вопросам земельного обеспечения раз-
' Подробнее см.: Анфимов А. М. Крестьянское хозяйство... М., 1980; Селивановская Л. А. Классовое расслоение оренбургской деревни накануне Октября // Ученые записки Перм. гос. пед. ин-та; Оренбург, гос. пед. ин-та. Вып. 32. Пермь, 1969. С. 101—119.
2 Немчинов В. С. О статистике изучения классового расслоения деревни // Избранные произведения. М., 1967. Т. 1.С. 48.
3 Анфимов А. М. Экономическое положение и классовая борьба крестьян Европейской России: 1881—1904 гг. М., 1984.
4 Анфимов А. М. Тень Столыпина над Россией // История СССР. 1991.'№ 4. С. 112—121; Ко-вальченко И. Д. Столыпинская аграрная реформа (мифы и реальность) // История СССР. 1991. № 2. С. 52—73.
5 Зырянов П. Н. Крестьянская община Европейской России в 1907—1914 гг. М., 1992.
6 Роднов М. И. Социальная структура крестьянства Уфимской губернии накануне Октября // Из истории социально-экономического развития Советской Башкирии. Уфа, 1988. С. 27—34.
17
личных групп крестьянских хозяйств и определению оптимального размера земельного участка для различных регионов. Оценивая землепользование крестьян дореволюционной России, они чаще всего пишут об относительном, а не об абсолютном малоземелье1.
В русле рассматриваемой проблемы спорным являлся и является вопрос об арендных отношениях. Данная проблема получила освещение уже в дореволюционной литературе2.
Исследователями аграрных отношений начала XX века была проделана значительная работа по изучению арендных отношений в деревне: был определен примерный размер фонда вненадельной аренды для конца XIX в., выявлены порайонные размеры аренды, систематизирован материал земских и других исследований. Определенное место арендным отношениям в крестьянской среде отводил в своих работах В. И. Ленин, который связывал аренду не только с достатком заемщика по надельной земле, но и с общей хозяйственной состоятельностью дворов, с развитием капиталистических отношений3.
В советский период вопросами аренды занимались С. М. Дубровский, П. Н. Пер-шин, А. М. Анфимов и др.4 Ленинские выводы о том, что по более высоким ценам и на менее выгодных условиях землю арендовала беднота, в монографиях данных исследователей нашли самое широкое подтверждение. Работы отечественных историков 1960—1970-х гг. подтвердили и другой тезис В. И. Ленина о том, что «крепостнические черты нашей аренды всей тяжестью ложатся на беднейших крестьян»3. В то же время отмечалось, что не все эти черты были крепостническими, к ним относили лишь отработки, а остальные были присущи и развитым рыночным отношениям, поскольку беднейшие крестьянские хозяйства вынуждены были прибегать к аренде мел-
Казарезов В. Крестьянский вопрос в России (кон. XIX — перв. четв. XX века). Т. 1. М., 2000.
2 Кауфман А. А. Аграрный вопрос в России. М., 1918.
3 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 1. С. 558.
4 Анфимов А. М. Земельная аренда... М., 1961; Дубровский С. М. Столыпинская земельная реформа. М., 1963; Он же. Сельское хозяйство и крестьянство России в период империализма. М., 1975; Першин П. Н. Аграрная революция в России. Кн. 1: От реформы к революции. М., 1966.
5 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 17. С. 86. |
