ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы. Проблема психологической адаптации и дезадаптации является одной из важнейших проблем медицинской психологии. Большинством исследователей признается существенная роль психологических и социальных стрессов не только в возникновении психологических проблем, но и в развитии клинически оформленных нервно-психических и психосоматических расстройств (Губачев Ю.М., Иовлев Б.В., Карвасарский Б.Д. и др., 1976; Козловская Г.В., Кремнева Л.Ф., 1985; Соловьева С.Л., 1991; Попов Ю.В., 1992; Александровский Ю.А., 1995; Положий Б.С., 1996; Бойко В.В., 1996 и др.).
Зарубежными исследователями обнаружены доказательства огромного влияния стрессоров среды и совладающего (coping) поведения на психологическое функционирование человека, особенно на ту часть, которая ответственна за возникновение болезни: гормоны, иммунная система и т.д. (GHbert Р., 1989, Henry J., Stephans P., 1977, Pietrowsky R., 1992 и др.)-
В настоящее время общепризнанной является точка зрения, согласно которой в формировании психических заболеваний существенную роль играют биологические (биохимические, генетические), психологические (внутренние по отношению к индивидууму), психосоциальные (внешние по отношению к индивидууму), социально-экономические и экологические факторы. Они составляют совокупность возможных источников психических заболеваний, вклаД каждого из которых и специфические взаимосвязи варьируют для разных типов расстройств (Кабанов М.М., 1995; Короленко В.П., 1995; Краснов В.Н., 1995; Дмитриева Т.Б., Положий Б.С., 1994; Абрамов В.А., 1995; Perrez M., 1995 и др.).
Однако, как указывает M.Perrez (1995), в отличие от других типов факторов, методологические стандарты оценки психологических факторов, влияющих на формирование психических заболеваний, не отвечают требованиям современной науки: интервью, опросники занимают ведущее место в исследованиях и на сегодняшний день. Предметом изучения в этом случае являются скорее ретроспективные воссоздания поведения пациентов, а не манифестация нарушенного поведения в экспериментальных или реальных условиях. Систематическое наблюдение за нарушенными психическими и поведенческими процессами почти полностью отсутствует. Получаемая таким образом информация не дает данных о том, что реально переживает субъект и каким образом он себя ведет, а представляет собой
t
5
его когнитивные репрезентации жизненного опыта с соответствующими искажениями собственной системы переработки информации (Margraf J., 1990). Информация такого рода не позволяет проанализировать динамику взаимодействия между поведением субъекта и его социальными и экологическими условиями. Наиболее важным фактором, влияющим на надежность такой процедуры сбора информации, является временной разрыв между непосредственным опытом пациента и записью анамнеза психиатром или психологом. Сокращение разрыва по времени позволит минимизировать искажения памяти. Для этого необходимы либо искусственные, внешние системы памяти (карманный компьютер), сохраняющие информацию о стрессе, либо систематическое наблюдение, формирующее репрезентативную выборку стрессовых эпизодов и позволяющее изучить, как субъект или группа субъектов разрешают стрессовые ситуации повседневной жизни. Необходимы новые подходы к оценке психологических факторов при исследовании патогенных микропроцессов на эмоциональном, когнитивном и поведенческом уровнях, а также в целях лучшего понимания взаимодействия субъекта с социальным окружением и его стиля поведения.
Семейным факторам в формировании личностных копинг-ресурсов и индивидуального копинг-стиля принадлежит решающая роль (Сирота НА, 1994; Ялтонский В.М., 1995; Kliewer W. и др., 1991; Sek H., 1991), однако изучение семейного стресса и способов его преодоления в нашей стране не осуществлялось из-за трудоемкости проведения подобных исследований: требуемой систематичности наблюдений, обязательного участия всех членов семьи, отсутствия специальных компьютерных программ, необходимых для обработки огромного количества первичных данных и пр.
Разработанный M.Perrez (1992) метод систематического самонаблюдения за стрессом и когшнгом в семьях (в т.ч. и компьютерный вариант) отвечает указанным выше требованиям и позволяет определить, в какой связи находятся внутри-личностные и средовые факторы с неадаптивным поведением или настроением. Этот метод позволяет определить копинговые паттерны повседневной жизни и сформулировать правила поведения для адекватного функционального разрешения ситуации. Основное внимание уделяется повседневным стрессовым событиям, которые могут касаться и очень серьезных проблем, и так называемых повседневных бытовых конфликтов. Опыт переживания стрессовых ситуаций и способы их разрешения являются ключевыми моментами в исследовании психических расстройств.
6
Это касается многих базовых психологических процессов, таких как процессы оценки уровня стресса и специфические реакции на кратковременное нарушение эмоционального равновесия, характерных для разных типов пациентов.
Исследование индивидуального и семейного стресса в естественных условиях с применением метода систематического наблюдения позволяет объективизировать реальные внутрисемейные процессы, а также патогенные факторы личности и среды для решения психодиагностических, психопрофилактических и психотерапевтических задач.
Настоящая работа является частью исследования, проведенного отделением неврозов и психотерапии Санкт-Петербургского научно-исследовательского психоневрологического института им. В.М.Бехтерева совместно с Институтом клинической психологии Фрибургского университета (Швейцария).
Цели И Задачи исследования. Общей целью работы являлось систематическое исследование индивидуального и семейного стресса и копинга в семьях здоровых лиц, а также характеристик личности и семейного функционирования, влияющих на характер копинг-поведения, для определения содержания психологических факторов копинг-компетентности и устойчивости к стрессу как субъекта, так и семьи в целом.
Конкретные задачи исследования заключались в следующем:
1. Выявление наиболее распространенных и стрессогенных микрострессоров повседневной жизни.
2. Исследование эмоциональных реакций, возникающих во время стрессового эпизода, и их влияния на эффективность копинга.
3. Исследование форм копинг-поведения и их влияния на эффективность копинга (успешность в решении проблем).
4. Исследование влияния каузальных атрибуций и субъективной контролируемости стрессора на характер стрессовых эмоций и выбор копинг-поведения.
5. Исследование влияния личностных психологических характеристик (уровня экстраверсии, интеллекта, психического здоровья) на характер стрессовых эмоций и выбор копинг-поведения.
6. Исследование влияния важнейших характеристик семейного функционирования (семейной сплоченности и семейной адаптации), а также степени удовлетво-
7
ренности семейным функционированием на характер стрессовых эмоций и копинг-поведения.
Научная новизна. Впервые было проведено систематическое исследование семейного стресса в естественных условиях с участием всех партнеров по интеракции и выявлены наиболее распространенные и психотравмирующие стрессоры повседневной жизни, а также исследованы эмоциональные реакции членов семей, возникающие во время стрессового эпизода, и их влияние на эффективность копинга. Впервые изучено влияние каузальных атрибуций и субъективной контролируемости стрессора на характер стрессовых эмоций и выбор копинг-поведения. Впервые исследовано влияние выбора формы копинг-поведения на успешность решения проблемы, а также влияние личностных психологических характеристик на характер стрессовых эмоций и выбор копинг-поведения. Впервые изучено влияние характеристик семейного функционирования и степени удовлетворенности им на характер стрессовых эмоций и копинг-поведения.
Практическая ценность работы. Метод систематического самонаблюдения за повседневным стрессом, основанный на современном когнитивно-поведенческом подходе, позволяет выявить в этиологии нервно-психических расстройств роль индивидуальных и семейных стрессогенных факторов, характерные способы преодоления стрессов и их эффективность на эмоциональном, когнитивном и поведенческом уровнях, а также определить конкретные "коррекционные мишени" для психопрофилактического вмешательства. Выявленная с помощью этого метода динамика состояний и поведения свидетельствует о психическом благополучии человека и способствует валидизации прогноза развития тех или иных пограничных нервно-психических расстройств или состояний "предболезни".
Результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что выбранные для целей настоящей работы методологический подход и комплекс клинико-психологических и экспериментально-психологических методик могут быть использованы в транскультуральных и кросскультуральных исследованиях в различных регионах страны, для разработки программ психопрофилактики, совершенствования психокоррекционных и психотерапевтических мероприятий с группами риска и клиническими контингентами (больными неврозами). Кроме того, метод систематического самонаблюдения может использоваться для создания компьютерных психодиагностических, психокоррекционных и психотерапевтиче-
8
ских программ, специализированных для различных категорий здоровых (с стрессами переутомления, экзаменационными ситуациями у студентов и пр.) и больных (с депрессиями, паническими атаками и пр.), подобные тем, которые уже созданы зарубежными клиническими психологами и психотерапевтами когнитивно-поведенческого направления, с целью получения более надежных и менее дорогостоящих возможностей психологического исследования и психотерапии (Braun M., 1989; Perrez M., Reicherts M., 1992, Mckeown S., Bums L.E., 1998 и др.). На защиту выносятся следующие основные положения:
1. Индивидуальные и семейные стрессы у членов семей здоровых лиц в меньшей степени, чем у членов семей с пациентом, связаны с конфликтами, их отрицательным или агрессивным поведением, фиксацией на собственных болезнях и будущем, а в большей степени - с значимыми сферами их социальной жизни.
2. Семьи здоровых лиц отличаются от семей больных неврозами интерналь-ностыо атрибуций и контроля, и поэтому более частым использованием адекватного копинга и более редким - интрапсихического и неадекватного копинга, а также более благоприятным эмоциональным статусом в стрессовой ситуации.
3. Негативные стрессовые эмоции, а также применение интрапсихических . копинг-стратегий отрицательно сказываются на эффективности копинга
(успешности в решении проблем).
4. Уровень психического здоровья и экстраверсии могут рассматриваться в качестве личностных копинг-ресурсов, положительно влияющих на характер стрессовых эмоций и копинг-поведения. Неадекватный и интрапсихический копинг связан с меньшим психическим благополучием.
5. Характеристики семейного функционирования - семейная сплоченность и семейная адаптация могут рассматриваться в качестве семейных копинг-ресурсов, оказывающих положительное влияние на эмоциональные переживания и преодоление (копинг) стресса членами семей. Удовлетворенность- семейным функционированием является психологическим фактором, способствующим эффективной адаптации - проявлению адекватного копинга в стрессовой ситуации.
9
ГЛАВА I. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ 1.1.Современное представление о стрессе и копинге
"...Наука и теория копинг-процессов до сих пор в состоянии детства. Новый подход к копингу, являющийся трансакциональным, контекстуальным и процессо-центрированным, начал появляться в конце 70-ых, стимулируемый когнитивными теориями стресса и эмоций, которые были, в свою очередь, частью массивного когнитивного движения в психологии и начали оформляться в 60-ые годы работами LJanis (1958), MArnold (1960), D.Mechanic (1962) и моими собственными (R.Lazaras, 1966)... Это движение явилось развитием или продолжением важных теоретических работ, по крайней мере, двух предьщущих поколений авторов, которые придавали особое значение феноменологическим, фундаментальным основам - теории систем, личности и социального обучения, включая H.Harlow (1953), F.Heider (1958), G.Kelly (1955), K.Lewin (1935), D.McCleUand (1951), G.Murphy (1947), H.Murray (1938), J.Rotter (1966), R.White (1959)..." - писал R.Lazarus в 1992 году.
«Coping behavior» в системе понятий психологии личности
Понятие "coping" происходит от английского "соре" (преодолевать); в германо-язычной психологии в этом же смысле используются как синонимы понятия "Bewaltigung" (преодоление) и "Belastangsverarbeitung" (переработка нагрузок). В российской психологии его переводят как адаптивное, совладающее поведение, или психологическое преодоление.
Обсуждаемый термин успешно существует «на перекрестке» двух выраженных тенденций современной психологии личности, что по-видимому и объясняет его широкую распространенность.
Во-первых, это перенесение внимания с субъекта на целостную ситуацию, в которой он действует. Именно ситуация во многом определяет логику поведения человека и меру ответственности за результат его поступка.
Во-вторых, это подход, ориентированный не на общее и постоянное в личности, а на особенное и изменчивое, присущее конкретному человеку в определенных условиях.
10
В отечественной психологии приверженцем данного подхода является Л.И.Анцыферова (1994), работы которой содержат теоретико-методологический анализ проблем психологического преодоления жизненных трудностей.
Lea Pulkkinen (1992) пыталась определить суть coping behavior через соотношение с давно существующими понятиями. Так, если в соответствие жизненному пути человека, согласно AAdler (1929), можно поставить индивидуальный жизненный стиль, интегрирующий значимые цели и способы их достижения и определяемый как единство личностных характеристик, установок и повседневной деятельности, то в соответствие ситуации как единице жизненного пути по-видимому можно поставить копинг как ситуативную модификацию жизненного стиля.
Психологическая ситуация представляет собой единство внешних условий и их субъективной интерпретации, ограниченное во времени и побуждающее человека к избирательной активности.
Ситуация - это психологические "окрестности" события внутреннего мира, которое может иметь различную значимость в масштабе жизненного пути субъекта, тяготеть как к поворотному событию (live-event), так и к повседневности (everyday life).
Ситуация содержит сложный клубок намерений и притязаний субъекта, она детерминирована его предшествующим поведением и обращена в будущее посредством предъявления новых требований к субъекту и ситуации.
Копинг (coping) есть индивидуальный способ взаимодействия с ситуацией в соответствии с ее собственной логикой, значимостью в жизни человека и его психологическими возможностями.
H.Weber (1992) считает, что психологическое предназначение coping состоит в том, чтобы как можно лучше адаптировать человека к требованиям -ситуации, позволяя ему овладеть ею, ослабить или смягчить эти требования, постараться избежать или привыкнуть к ним и таким образом погасить стрессовое действие ситуации. Поэтому главная задача копинга - обеспечение и поддержание благополучия человека, физического и психического здоровья и удовлетворенности социальными отношениями.
Понятие "копинг-поведение" (coping behavior) используется для описания характерных способов поведения человека в различных ситуациях. Первоначально оно использовалось в психологии стресса R.Lazaras и S.Folkman (1984) и было определено как сумма когнитивных и поведенческих усилий, затрачиваемых
11
индивидом для ослабления влияния стресса. С 60-ых годов R. Lazarus (1966, 1992) обозначил важность когнитивных факторов в копинге при стрессе. Он считал, что наиболее серьезный недостаток ранних теорий копинга - это невозможность изучить и детально описать, каким образом в мыслях и действиях человек справляется со специфическими стрессами, такими как болезнь, потеря, интер- и интрапсихическая угроза, которые могут иногда появляться в жизни. Он подчеркивал, что клиницисты должны знать, как клиент справляется с тем или иным специфическим стрессом.
Указывая на то, что копинг-поведение может изменяться в зависимости от природы стресса или условий среды, в которых оно происходит, R.Lazarus (1992) обратил внимание и на необходимость учета стабильного, всеобъемлющего личностного стиля, с помощью которого постигаются и осуществляются взаимоотношения с окружающим миром:
"...Даже если мы знаем, что индивид обычно эффективен в копинге и как личность имеет преимущество в позитивных копинг-ресурсах, таких как интеллект, навыки, поддержка семьи, социальные взаимоотношения, деньги и здоровье, это все-таки не поможет нам обучить лучше справляться со стрессом тех, у кого неадекватный копинг, если только мы не знаем, что именно делает и думает каждый из этих людей в процессе копинга. Мы должны точно знать, что именно "работает" или "не работает" для определенного типа личности, определенного типа стресса и определенных условий жизни, чтобы определить, какому копингу обучать. Это означает, что современные теория и исследования копинга должны стать более детальными и описательными, чем это было раньше...".
Основные подходы и классификации копинга
В настоящее время вьщеляют три подхода к толкованию понятия "coping".
Первый, развиваемый в работах N.Haan (1977), трактует его в терминах динамики Эго как один из способов психологической защиты, используемой для ослабления напряжения. Сторонники этого подхода склонны отождествлять копинг с его результатом.
Второй подход, отраженный в работах R.H.Moos (1984), определяет копинг в терминах черт личности - как относительно постоянную предрасположенность отвечать на стрессовые события определенным образом.
12
И наконец, согласно третьему подходу, признанному авторами понятия RXazarus и S.Folkman (1984), копинг должен пониматься как динамический процесс, специфика которого определяется не только ситуацией, но и стадией развития конфликта, столкновения субъекта с внешним миром.
Каждая форма психологического преодоления (копинга) специфична, определяется субъективным значением переживаемой ситуации и отвечает преимущественно одной из задач - решению реальной проблемы или ее эмоциональному переживанию, корректировке самооценки или регулированию взаимоотношений с людьми.
Общепризнанной классификации типов копинга не существует - они выделяются исследователями достаточно произвольно. Однако большинство из них построено вокруг двух предложенных R.Lazarus и S.Folkman модусов психологического преодоления, направленного на решение проблемы (problem-focused, problem-orientiert, vigilant) или изменение собственных установок в отношении ситуации (emotion-focused, Gefuelle-orientiert).
E.Koplik (1992), говоря о стратегиях чисто когнитивного копинга, выделяет типы monitoros - как ищущие информацию и blunters - как "толстокожие", "закрытые" для нее.
K.Parkes (1984) обращает внимание на прямое преодоление (direct coping) и психологическое подавление, вытеснение фрустрирующих факторов (supression).
A.Bfflings и R.Moos (1984) предлагают для рассмотрения три способа психологического преодоления: оценка ситуации (active-cognitive coping), вмешательство в ситуацию (active-behavioral coping), избегание (avoidance или; escapism). Последний способ может иметь свои "ветви"-образования, например, самообман (self-deception).
Сходную классификацию дает и P.Vitaliano (1990), который выделяет наряду с проблемно-ориентированньщ копингом три способа эмоционально-ориентированного. Это - самообвинение (blamed self), выражающееся в критике, сожалениях, поучениях и назиданиях самому себе; избегание (avoidance), при котором человек продолжает вести себя как если бы ничего не произошло; предпочитаемое истолкование (wishful thinking) - призрачные надежды, когда человек надеется на чудо.
H.Weber (1992) считает, что основной репертуар способов копинг-поведения включает следующие формы: реальное (поведенческое или когнитивное) решение проблемы, поиск социальной поддержки, перетолкование ситуации в свою пользу,
13
защиту и отвержение проблем, уклонение и избегание, сострадание к самому себе, понижение самооценки, эмоциональную экспрессию.
C.Carver и M.Scheier (1989) выделяют 14 модусов копинга, среди которых помимо традиционно известных они называют "выпрямление" ситуации (restain), обращение к религии, "освобождение" при помощи потребления алкоголя и наркотиков.
Создание удовлетворительной системной классификации видов копинга, по мнению С.К.Нартовой-Бочавер (1997), - дело будущего, но пока она предлагает в качестве возможных оснований следующие признаки coping:
1. Ориентированность, или локус coping (на проблему или на себя).
2. Область психического, в которой развертывается преодоление (внешняя деятельность, представления или чувства).
3. Эффективность (приносит желаемый результат по разрешению затруднений или нет).
4. Временная протяженность полученного эффекта (разрешается ситуация радикально или требует возврата к себе).
5. Ситуации, провоцирующие копинг-поведение (кризисные или повседневные).
Влияние пола, возраста и социальной среды на копинг-поведение.
W.Kliewer (1991) обратилась к изучению связей копинг-стратегий и социальной компетентности в младшем школьном возрасте, понимая последнюю как набор навыков общения, включающий социальную ответственность, способность к сопереживанию, автономность, вежливость, умение конструктивно разрешать конфликты. Она сгруппировала возможные в этом возрасте способы копинг-поведения в 13 категорий, включающие действия, чувства и мысли по поводу возникающей проблемы. Было обнаружено, что стрессы у взрослых и детей существенно различаются по содержанию, а это в свою очередь диктует предпочтение специфических видов копинга, призванного обратить на себя внимание взрослого и сделать его помощником.
Однозначно подтвердилась связь социальной компетентности и устойчивости к стрессам повседневности: именно хорошо сформированные коммуникативные
14
навыки позволяют преодолеть проблемы совместно, потому что самостоятельно сделать это в 7-8-летнем возрасте невозможно.
F.Blanchard-Fields (1991) и D.Shek (1992) и ряд других авторов отмечают, что выбор способа копинга обусловлен полоролевыми стереотипами: женщины (и фемининные мужчины) склонны, как правило, защищаться и разрешать трудности эмоционально, а мужчины (и маскулинные женщины), напротив, - инструментально, путем преобразования внешней ситуации.
Если принять, что возрастание фемининности характеризует лиц обоего пола в подростково-юношеском и пожилом возрасте, то становятся понятными и обнаруженные возрастные закономерности развития форм копинга.
M.Petrovsky и J.Birkimer (1991), опросив по стандартным методам респондентов различных поколений в возрасте от 17 до 42 лет, убедились, что предпочтение реального решения проблем наряду с интернальным локусом контроля и снижением общего уровня невротической симптоматики является возрастным новообразованием и свидетельствует, по их мнению, о возрастании адаптированности человека по мере приобретения жизненного опыта.
Этому выводу не противоречат и результаты исследования H.Sek (1991). Изучая способы преодоления критических событий в раннем юношеском возрасте и избрав в качестве основного предмета внимания различные формы социальной поддержки (когнитивную, эмоциональную, инструментальную и материальную помощь), она обнаружила, что буферная роль социальной поддержки усиливалась по мере увеличения силы стресса, причем особо важной оказалась эмоциональная поддержка. Отмечено также, что среди членов семьи, как правило, способы социальной поддержки остаются стабильными; при этом родители нередко склонны переоценивать потребность детей участвовать в разрешении их Проблем и собственные возможности в этом.
Исследуя влияние социальной поддержки и ее восприятия на формирование копинг-поведения подростков, Н.А.Сирота и В.М.Ялтонский (1994, 1995) обследовали различные группы подростков: воспитывающихся в семье, в детском доме и подростков с аддиктивным поведением. Подростки, воспитывающиеся в семье, по сравнению с другими обследуемыми группами, имели наиболее высокие показатели восприятия социальной поддержки, оказываемой как раздельно сферами "семья", "друзья", "значимые другие", так и всеми сферами в целом. Для них было
15
характерно использование активных стратегий преодоления эмоционального стресса, направленных на разрешение проблем и поиск социальной поддержки.
Воспитанники детского дома использовали в качестве ведущей копинг-стратегию избегания при слаборазвитой стратегии разрешения проблем и низкой эффективности социальной поддержки. Подростки с аддиктивным поведением, также как и сироты, имели относительно низкий уровень социальной поддержки. Наиболее низкое ее восприятие было выявлено со стороны семьи, как следствие нарушенных отношений в этой сфере. Именно поэтому они использовали в качестве ведущей копинг-стратегию поиска социальной поддержки вне семьи, применяя как активные, так и пассивные копинг-стратегии.
Эти результаты свидетельствуют о том, что в юношеском возрасте, переходном периоде между детством и зрелостью, еще активно продолжается процесс обучения способам совладающего поведения и главная роль в успешности данного процесса принадлежит совместной деятельности со значимым взрослым. Именно в этом и состоит предназначение старших в период, который большинство психологов характеризует как ориентированный на нормы группы сверстников.
RBlanchard-Fields и L.Sulsky (1991), исследуя пять возрастных групп (подростков, юношей, людей раннего и позднего зрелого возраста, пожилых), обнаружили отчетливые возрастные закономерности в выборе способов копинга: эмоционально-ориентированные формы с возрастом утрачивают популярность, сохраняя высокую частоту использования лишь у лиц с ярко выраженной фемининностью, а проблемно-ориентированные формы копинга, напротив, используются чаще, но их применение сильно зависит от рода проблем, с которыми сталкивается субъект. Так, если это сложности межличностного взаимодействия (в отличие от практической деятельности), то по-прежнему эффективным признается эмоционально-ориентированный копинг.
Итак, проблемно-ориентированные, инструментальные формы преодоления сложных ситуаций характерны в основном для зрелого возраста. Однако если для подростков и юношества наиболее адекватным является стремление к эмоциональному разрешению жизненных трудностей (поскольку это часто релевантно содержанию самих проблем), то в пожилом возрасте преобладают духовно-религиозные способы сопротивления стрессам.
16 Эффективность копинга
Критерии эффективности преодоления могут быть связаны с психическим благополучием субъекта и определяются понижением уровня его невротизации, выражающейся в ситуативном изменении депрессии, тр.евожности, психосоматической симптоматики и раздражительности (Nakano К., 1991).
Надежным критерием эффективного копинга считается и ослабление чувства уязвимости (oulnarability) к стрессам (Conway С, Terry D., 1992).
В настоящее время получены некоторые данные о "средней" эффективности различных форм coping. Наименее эффективными, по мнению ряда авторов, являются избегание и самообвинение во всех вариантах, занижение своих возможностей и пр. (Weber W., 1992). Достаточно действенным представляется реальное преобразование ситуации или, по крайней мере, ее перетолкование. Что касается группы защитных форм преодоления, выражающихся в искаженном понимании действительности, то их эффективность оценивается неоднозначно. Так, N.Haan (1977) считает, что эти формы поведения являются совершенно дезадаптивными, нарушающими ориентацию человека в действительности, a P.Becker (1989) и C.Carver (1989), напротив, полагают, что иллюзорное ослабление воспринимаемого стресса в случае защитного копинга позволяет субъекту лучше сконцентрироваться и мобилизовать усилия для реального преодоления жизненных сложностей.
Неоднозначно оцениваются и эмоционально-экспрессивные формы копинг-поведения. Вообще выражение чувств принято считать достаточно эффективным способом преодоления стресса; исключение составляет лишь открытое проявление агрессивности в силу своей асоциальной направленности (Weber H., 1992). Но и сдерживание гнева, как показывают данные психосоматических исследований, представляет собой фактор риска нарушения психологического благополучия человека: K.Nakano (1991) удалось показать, что самообвинение и эмоциональное перетолкование ситуации выступают коррелянтами психологической и психосоматической симптоматики, а поиск социальной поддержки и решение проблем, напротив, существенно снижают уровень тревожности личности.
Однако копинг-поведение, как уже указывалось, является переменной, зависящей по крайней мере от двух факторов - личности субъекта (личностных копинг-ресурсов) и реальной ситуации. D.Terry (1992) особо вьщеляет в качестве третьего фактора ожидаемую социальную поддержку, и это понятно: в зависимости
17
от прочности психологического "тыла" человек может поступать более решительно или, наоборот, избегать столкновения с реальностью. Очевидно, что сопротивляемость субъекта обстоятельствам может существенно зависеть от того, насколько угрожающей и управляемой представляется ему ситуация и как он оценивает свои возможности.
Изучению ситуативно-личностных детерминант копинг-стратегий посвящено много работ. Так, D.Terry (1991), изучая связь личностных особенностей студентов и предпочитаемой ими формы копинг-поведения, обнаружила, что выбор копинга действительно коррелирует с оценкой ситуации экзамена (ее воспринимаемой важностью, стрессогенностью и контролируемостью со стороны субъекта) и личностными переменными (самооценкой, самопринятием и самоконтролем). Респонденты с высокой самооценкой, интернальным локусом контроля, воспринимающие экзамен как важное и серьезное испытание, были склонны выбирать инструментальные, проблемно-ориентированные способы поведения, а студенты с низкой самооценкой и высоким уровнем тревожности (независимо от субъективной оценки ситуации) предпочитали поиск эмоциональной поддержки.
К подобным выводам пришел K.Blankstein (1992), исследуя канадских студентов, также установив положительную связь между высоким уровнем тревожности -с одной стороны, и эмоциональным копингом и плохой успеваемостью - с другой.
K.Nakano (1991), изучая адаптацию к повседневным стрессам у студентов, установил, что активная поведенческая борьба с трудностями, концентрация на решении способствует укреплению психологического благополучия субъекта, а избегание и эмоциональное регулирование, напротив, приводят к появлению или усилению невротической симптоматики.
Выявление целей субъективного, индивидуального копинг-поведения необходимо для оценки и поиска типов копинга, наиболее эффективных для каждой личности. Исследование интериндивидуальньгх различий в психологическом преодолении, по мнению С.К.Нартовой-Бочавер (1997), дает возможность обнаружить и сформировать личностные характеристики, которые ослабляли бы чувствительность человека к психологическим нагрузкам: душевное здоровье, оптимизм, веру в себя, чувство собственной ценности, способность упрощать жизненные трудности и, напротив, обращать внимание на такие факторы риска психологических перегрузок, как невротизм и высокая тревожность. |
