Введение
Наибольший соблазн преступления заключается в расчете на безнаказанность Марк Туллий Цицерон
Провозглашение необходимости проведения в Российской Федерации судебно-правовой реформы и некоторые практические шаги по ее реализации повлекли за собой ряд коренных изменений в конституционном, уголовно-процессуальном и прокурорско-надзорном законодательстве. Конституция Российской Федерации, принятая путем проведения всенародного голосования (референдума) в 1993 году, являясь основным законом государства, повлияла на взаимоотношения субъектов права посредством изменения мировоззренческой установки в соотнесении приоритетов по образцу "личность - общество -государство". К сожалению, по нашему мнению, государство через свой основной закон подорвало свои собственные устои, сформировав новую мировоззренческую парадигму, в которой явно ощущается диспропорция между индивидуальным и коллективным началами. Этот тезис ни в коем случае не умаляет осознание необходимости гарантировать соблюдение основополагающих прав и свобод человека и гражданина. Мы находимся на пороге третьего тысячелетия, в которое хотелось бы вступить с надеждой на то, что главные социально-политические, социально-экономические и социально-правовые проблемы, затрудняющие развитие нашей страны, удастся решить в короткий срок, оставив в прошлом веке и, таким образом, уходящей эпохе все то, что мешает развитию общества и каждой отдельной личности. Основным дестабилизирующим фактором развития современного российского общества сегодня является высокий уровень преступности. Действительно, библейские пророки были правы: в конце времен люди станут своенравны, корыстны, жестоки. Причем, нельзя не отметить рост именно имущественных и корыстно-насильственных преступлений. В выступлении бывшего министра внутренних дел СВ. Степашина на расширенном заседании коллегии МВД РФ не случайно
отмечалось, что "В последнем квартале прошлого года темпы роста Имущественных и корыстно-насильственных преступлений резко увеличились, значительно превысив среднегодовые".1 За 1998 год зарегистрировано 2 млн. 582 т. преступлений, из них более 60% составляют тяжкие и особо тяжкие. Преступность в 1998 году возросла на 7,7% по сравнению с 1997 годом. Действенным механизмом борьбы с преступностью как социальным явлением является деятельность по осуществлению уголовного преследования лиц, совершивших преступления.
Необходимость тщательно и глубоко исследовать некоторые аспекты деятельности органов, которые призваны осуществлять функцию уголовного преследования, согласно действующему уголовно - процессуальному законодательству Российской Федерации, а также юридических проблем, возникающих при ее реализации, что представляется возможным путем изучения и анализа прокурорско-надзорного и уголовно-процессуального законодательства как действующего, так и утратившего силу, прокурорско-надзорной и процессуальной практики, сложившейся в этой сфере, вызвана тем, что юридический термин "уголовное преследование", получивший в свое время широкое распространение не только в научной литературе, но и использованный в нормативно - правовых актах (законодательстве), действовавших на территории нашей страны, и, собственно, деятельность правоохранительных органов государства и, в некоторых случаях, частных лиц, которая соответствует этому понятию, если рассматривать ее целостно, используя системный подход, постепенно возвращается в законодательство России. Так, Федеральный закон "О прокуратуре Российской Федерации" (18 февраля 1992, с изм. и доп. от 17 ноября 1995 и 10 февраля 1999) употребляет понятие "уголовное преследование" в нескольких статьях, но не расшифровывает его. Эти нормы являются бланкетными и отсылают нас к уголовно-процессуальному законодательству. Действующий уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (1960) не содержит
Преступность - порождение кризисаУ/Санкт-Петербургские Ведомости. 16.01.1999. №8 (1918).
указанного понятия. И только проект уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации2 предполагает вернуться к его использованию.
Объектом исследования являлись: деятельность прокуратуры, органов следствия и дознания в рамках которой реализуется функция уголовного преследования; правоотношения между субъектами уголовного преследования и прокурорского надзора, возникающие при ее осуществлении; связанные с этим проблемы совершенствования взаимоотношений между субъектами уголовного преследования и прокурорского надзора; улучшение организации, повышение эффективности указанной деятельности и надзора.
Предмет исследования заключался в изыскании возможности: унифицировать научную терминологию, связанную с применением термина "уголовное преследование"; определить место и значение функции уголовного преследования среди иных функций прокуратуры; рассмотреть некоторые актуальные вопросы прокурорского надзора, возникающие при реализации этой функции; обосновать корреляцию функции надзора за исполнением законов и функции уголовного преследования; указать наиболее оптимальную структурную организацию элементов прокурорской системы, имеющих отношение к реализации функции уголовного преследования, в том числе следственного аппарата и должностных лиц прокурорского надзора; предложить пути повышения эффективности взаимодействия субъектов уголовного преследования и прокурорского надзора.
Нашей общей задачей является, соответственно, попытка представить на суд ученых и юристов - практиков собственное видение и понимание сущности уголовного преследования как функции ряда правоохранительных органов Российской Федерации и как уголовно-процессуальной функции, используя стереоскопический метод в исследовании, предложить некоторые новые подходы к разрешению проблем прокурорского надзора, возникающих при осуществлении надзора за законностью в их деятельности, связанной с реализацией функции уголовного преследования.
2 Проект УПК РФ//Юридический вестник. 1995. Сентябрь. №31 (122).
6
В связи с этим, целью данной работы является научная разработка данной проблематики, а именно, разработка системы теоретических положений, предложение оптимальной организации взаимодействия структур, осуществляющих функцию уголовного преследования и надзор при ее реализации, указание лучшей структурной организации этих органов, разработка предложений по повышению эффективности при взаимодействии различных субъектов, осуществляющих уголовное преследование и прокурорского надзора.
Для этого требовалось решить указанные ниже частные задачи исследования:
- определить цели и задачи, решаемые государственными органами при осуществлении функции уголовного преследования;
- рассмотреть уголовное преследование в широком смысле в качестве функции правоохранительного органа (на примере органов прокуратуры) и в узкоюридическом смысле в качестве функции прокуратуры и права граждан -потерпевших от преступления на уголовное преследование;
- рассмотреть уголовное преследование в качестве уголовно-процессуальной функции;
- дать четкую формулировку понятия "уголовное преследование";
- раскрыть сущность понятия "уголовное преследование";
- раскрыть содержание данной функции;
- выделить ее этапы;
- предложить оптимальную структурную организацию подразделений органов прокуратуры, имеющих отношение к реализации функции уголовного преследования;
- разрешить некоторые вопросы, связанные с повышением эффективности прокурорского надзора за законностью деятельности правоохранительных органов, осуществляющих указанную выше функцию.
При проведении данного исследования автор руководствовался принципом преемственности в науке. Поэтому, нужно отметить, что, обобщая результаты научного исследования, предлагая вниманию широкой юридической общественности собственное видение и опыт целостного понимания 4 функции.
уголовного преследования как функции прокуратуры и уголовно-процессуальной функции, рассматривая комплекс вопросов, возникших при изучении феномена уголовного преследования, поставленные проблемы и варианты их возможного решения, автор учитывал существование различных теорий, концепций, взглядов, точек зрения (как в целом, так в отношении частностей, составляющих элементы и субэлементы данной функции) в этой области научного знания и возможность определенной вариабельности постановки этих вопросов и различных подходов к их решению. Например, это имело место в научных разработках Л.А. Андреевой, В.И. Баскова, С.Г. Березовской, А.Д. Берензона, А.Д. Бойкова, СИ. Викторского, Ю.Е. Винокурова, В.Г. Даева, А.Ф. Кони, В.В. Клочкова, М.П. Кан, А.Ф. Козлова, A.M. Ларина, В.З. Лукашевича, П.А. Лупинской, М.Н. Маршунова, В.Г. Мелкумова, Н.В. Муравьева, Л.А. Николаевой, В.И. Рохлина, В.П. Рябцева, В.М. Савицкого, К.Ф. Скворцова, Ю.И. Скуратова, В.К. Случевского, А.Б. Соловьева, М.С. Строговича, И.Я. Фойнйцкого, А.Г. Халиулйна, М.А. Чельцова, В.И. Шинд, П.С. Элькинд, Н.А. Якубович, В.Б. Ястребова и других ученых-правоведов.
Методологической базой проведенного исследования был избран общефилософский метод диалектического материализма, который является "всеобщей научной методологией".3 Хотя, возможно, что более правильно, в данном случае, было бы говорить об использований метафизического метода в качестве более широкбго понятия, объемлющего указанное, как это принято в современной философий науки, поскольку, диалектический материализм (как общефилософский научный метод) является только одним из существующих и использованных общефилософских методов познания, в частности, наряду с гермбнеётическим, феноменологическим, структуралистическим методами и методом критической рефлексии.4 При проведении данного научного исследования также использовались общенаучные методы, применяемые в различных частных науках, а именно: описание; наблюдение; статистический;5
3 Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 Т. Общая теория криминалистики. М., 1997. Т.1. С.42.
4 См., например: Кальной И.И., Чукйн С.Г. Философия: Учебное пособие. Часть 1. СПб., 1998. С.с.25-28.
5 См., например: Философия и методология науки/Под ред. В.И. Купцова. М., 1996. С.с. 16-19.
8
моделирования; мысленного эксперимента, сравнительно-аналитический; интегративно - аналитический; интегративно - дедуктивный, системного анализа, ряд логических и социологических, а также некоторые другие. Кроме того, в необходимых случаях использовался специально-юридический метод научного толкования (юридической герменевтики). Методология, использованная при рассмотрении исторических аспектов проблемы, несколько отличается от общей методологии исследования и специально указана в первом параграфе первой главы.
Автором изучены и обобщены данные по 200 "отказным материалам" и по уголовным делам, рассмотренным судами С. - Петербурга и Ленинградской области, а также по некоторым материалам и уголовным делам, находившимся в производстве в период с 1995 по 1998 года.
В рамках исследования проводилось интервьюирование следователей и прокуроров ряда территориальных и специализированных прокуратур Северо-Западного региона, сотрудников органов внутренних дел, федеральной службы безопасности, таможни. В период работы (1995-1996) в качестве следователя и помощника прокурора транспортной прокуратуры (на правах районной) автором расследовались конкретные уголовные дела, осуществлялся надзор за законностью деятельности органов внутренних дел на транспорте и таможенных органов, поддерживалось государственное обвинение в судах С- Петербурга и Ленинградской области.
Рассматривая вопросы определения функции уголовного преследования и проблемы прокурорского надзора при осуществлении функции уголовного преследования, автор a priori7 (изначально) исходил из тех положений научных концепций, которые признают существование самостоятельной комплексной отрасли российского права - "Прокурорско-надзорного права" и соответствующей ей отрасли прокурорско-надзорного законодательства РФ. Данный подход представляется достаточно обоснованным и встречается в работах как
6 См.: Штофф В.А. Моделирование и философия. М.-Л., 1966. С.с. 208-213.
7 "до опыта" (лат.)
9
представителей общей теории государства и права (С.С. Алексеев и другие)8, так и ученых - специалистов в области теории прокурорского надзора и государственного права (В.И. Басков, А.Д. Берензон, В.Г. Даев, М.Н. Маршунов, В.И. Рохлин, А.Ф. Смирнов, B.C. Тадевбсян, Л.А. Николаева и другие)9. Однако, нужно сразу же заметить, что указанный подход не является единственно возможным. Так, некоторые авторы рассматривают "Прокурорский надзор" не в виде самостоятельной отрасли права, а только в качестве подотрасли государственного права (Г.И. Бровин)10 или как часть судебного права (И.В. Павлов).11
Научная новизна данного исследования заключается в том, что в науке прокурорского надзора впервые была предпринята попытка комплексного изучения феномена уголовного преследования в качестве функции ряда правоохранительных органов РФ, в качестве уголовно-процессуальной функции и решения некоторых теоретических, организационных и методических вопросов прокурорского надзора на основе анализа системообразующих связей, возникающих между субъектами уголовного преследования и прокурорского надзора, а также - между ними и органами правосудия. Автором предпринята попытка, на основе анализа действующего, уже утратившего силу законодательства и существующих научных доктрин, предложить строгие понятийные конструкции, которые позволят унифицировать употребление термина "уголовное преследование" как в научных теориях, так и при разработке и принятии нового уголовно-процессуального законодательства и совершенствовании действующего прокурорско-надзорного законодательства РФ.
8 См., например: Алексеев С.С. Государство и право: начальный курс. М., 1996. С.с. 90-94 и др.
9 См., например: Басков В.И. Прокурорский надзор: Учебник. М., 1995. С. 1; Рохлин В.И. Прокурорский надзор в Российской Федерации. Курс лекций. СПб., 1998. С.7; Даев В.Г, Маршунов М.Н. Основы теории прокурорского надзора. Л., 1990. С. 41; Тадевосян B.C. Прокурорский надзор в системе советского права//Соц. Законность. 1958. N81. С.с. 39-43; Николаева Л.А. Прокуратура и законность в советском государственном управлении. Л., 1978. С.с. 21-24 и др.
10 См.: Бровин Г.И. Прокурорский надзор - подотрасль государственного права//Правоведение. 1970. №4. С.с. 105-107.
11 См.: Павлов И.В. О системе советского социалистического праваЯСоветское государство и право. 1958. №11. С.с. 3-18.
10
Кроме того, автором внесены конкретные предложения по совершенствованию действующего прокурорско-надзорного и таможенного законодательства РФ.
Значение настоящего исследования заключается также в том, что провозглашая необходимость установления в России состязательного уголовного Процесса, неизбежно потребуется вернуться к вопросу четкого размежевания основных уголовно-процессуальных функций: 1 уголовного преследования; 2)защиты; и 3)разрешения дела по существу. Указывая субъектов, уполномоченных Законом на реализацию функции уголовного преследования, нужно показать ее взаимосвязь с другими процессуальными функциями и взаимополагание деятельности всех субъектов уголовно-процессуальной деятельности. Органы прокуратуры призваны осуществлять в уголовном судопроизводстве функцию уголовного преследования. Это обусловлено, в том числе, историей создания прокуратуры как особого специализированного государственного органа. Так, еще Н.В. Муравьев связывал возникновение прокуратуры с развитием публичной формы уголовного преследования и, соответственно, с упразднением или существенным ограничением частной формы уголовного преследования.12 Аналогичной точки зрения придерживаются и многие зарубежные авторы: "Буржуазные историки права обосновывают появление прокуратуры прежде всего развитием уголовного преследования...".13 Хотя, по нашему мнению, нельзя ни при каких условиях недооценивать тот факт, что в качестве предпосылки создания прокуратуры многие усматривают потребность для государства в осуществлении именно надзорной функции, деятельность по реализации которой, мы считаем приоритетной для органов прокуратуры. Отсюда, необходимость в деятельности по надзору за исполнением законов также можно рассматривать как одно из немаловажных условий создания прокуратуры. Такая позиция впоследствии предоставит нам возможность говорить о необходимости сохранения в России многофункциональной
12 См..: Муравьев Н.В. Прокурорский надзор в его устройстве и деятельности. М., 1889. Т.1. С.11.
13 Даев В.Г., Маршунов М.Н. Основы теории прокурорского надзора. П., 1990. С. 6. ^
11
прокуратуры, функции которой будут органично дополнять друг друга и не будут противоречить одна другой.
Практическая значимость полученных результатов исследования заключается в том, что: во-первых, на базе детальной разработки теоретических конструкций понятия "уголовное преследование", выделения элементов и субэлементов этого понятия предложено унифицировать научно-понятийный аппарат, связанный с употреблением данной терминологии, во-вторых, теоретические положения данной работы могут быть учтены при составлении учебных программ по курсам "Прокурорский надзор" и "Уголовный процесс" и использованы в учебном процессе при разработке лекций и проведении семинарских занятий, в-третьих, закономерности, выявленные в результате исследования, позволили предложить реформировать деятельность некоторых структурных элементов, например, прокурорской системы, имеющих отношений к осуществлению уголовного преследования, в том числе при организации надзора за деятельностью субъектов уголовного преследования, что представляется возможным путем создания некоторых новых структур, упразднения существующих и перераспределения полномочий среди имеющихся, в-четвертых, совершенствование организации деятельности и учет ее сложного системного характера позволило предложить более эффективную методику осуществления уголовного преследования и ее согласование с задачами прокурорского надзора.
Основные положения диссертации отражены в "8" работах автора:
1. Никитин Е.Л. Проблемы совершенствования российского таможенного законодательства//Ученые записки Санкт-Петербургского им. В.Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии. СПб., 1997. №2(4). С.с.7-12.
2. Никитин Е.Л. Осуществление уголовного преследования - важнейшее направление деятельности прокуратуры//Материалы научно - практической конференции молодых ученых "Судебная реформа и эффективность деятельности органов суда, прокуратуры и следствия". СПб., 1998. С.с.25-26.
3. Васин Д.Ф., Никитин Е.Л. Экологическая детерминация организационных изменений в структурах правоохранительных органов//Российское право. Российская государственность. Диалектика взаимодействия (Тезисы докладов
12
межвузовской юридической научно-практической конференции). СПб., 1998. С.с. 106-109.
4. Никитин Е.Л. Поддержание государственного обвинения в суде - важный этап осуществления функции уголовного преследования органами прокуратуры//Российское право. Российская государственность. Диалектика взаимодействия (Тезисы докладов межвузовской юридической научно-практической конференции). СПб., 1998. С.с.109-112.
5. Никитин Е.Л. Осуществление функции уголовного преследования в сфере борьбы с экологическими преступлениями (теоретические проблемы прокурорского надзора и особенности организации)//Правовые проблемы безопасности: экономика, экология и чрезвычайные ситуации (Тезисы докладов). СПб., 1998. С.с. 17-19.
6. Васин Д.Ф., Никитин Е.Л. Наука и правоприменительная деятельность как составляющие экологической безопасности//Кодекс - Info. СПб., 1998. №35. С.с.33-36.
7. Васин Д.Ф., Никитин Е.Л. Уголовное преследование в свете концепции коллективных прав человечества//Всеобщая декларация прав человека и правозащитная функция прокуратуры (Тезисы выступлений). СПб., 1998. С.с.41-42.
8. Никитин Е.Л. О функциях прокуратуры Российской Федерации// Материалы 2-й научно - практической конференции молодых ученых "Судебная реформа и эффективность деятельности органов суда, прокуратуры и следствия". СПб., 1999. С.с. 21-22.
В рамках учебно-воспитательной работы и с целью получения педагогической практики, с учетом результатов проводимого исследования, в РГПУ им. А.И. Герцена на факультете социальных наук (отделение юриспруденции) в 1998 году диссертантом прочитан полный цикл лекций по курсу "Прокурорский надзор" студентам дневной и вечерней (второе высшее образование) формы обучения; составлена авторская программа курса "Прокурорский надзор"; самостоятельно разработаны оригинальные лекции; подготовлено иное методическое обеспечение (экзаменационные билеты и т.п.).
13
Помимо этого диссертант принимал участие в ряде, в том числе международных, научно-практических конференций, где выступал с сообщениями и докладами. Например, принял участие в межвузовской научно-практической юридической конференции: "Российское право. Российская государственность. Диалектика взаимодействия" (СПб., 5-6 июня 1998 года), где выступил с 2 научными докладами, в научно - практической конференции молодых ученых "Судебная реформа и эффективность деятельности органов суда, прокуратуры и следствия" (СПб., 25 апреля 1998 года), где выступил с научным сообщением, в научно-практической конференции "Правовые проблемы безопасности: экономика, экология и чрезвычайные ситуации" (СПб., 2-4 июня 1998 года), где выступил с научным сообщением, в международной научно-практической конференции "Всеобщая декларация прав человека и правозащитная функция прокуратуры" (СПб., 15-16 декабря 1998 года), где выступил с научным сообщением, в российско-американском семинаре "Особенности расследования злоупотреблений в деятельности правоохранительных органов" (СПб., 1-3 октября 1998 года), по результатам размышления над обсуждавшимися проблемами была подготовлена статья.
По результатам проведенного исследования на защиту выносятся следующие основные положения:
1. Функции прокуратуры можно определить как социально значимые направления ее деятельности, осуществляемые через конкретные виды деятельности в рамках установленных Законом типов ее деятельности, в которых реализуется ее компетенция.
2. Функция уголовного преследования относится к основным функциям прокуратуры и является производной от функции надзора за исполнением законов.
3. В узко-юридическом смысле понятие "уголовное преследование" заключается в деятельности должностных лиц прокурорского надзора (прокуроров и их помощников) и, в исключительных, установленных Законом случаях, частных лиц (потерпевших) по изобличению перед органами правосудия лиц,
14
совершивших преступления, и обращенном к суду требовании о признании их вины и назначении им справедливого наказания.
4. В широком смысле понятие "уголовное преследование" означает сложную последовательную процессуальную деятельность государственных органов и их должностных лиц (орган дознания, следователь, начальник следственного отдела, прокурор) по раскрытию преступлений и изобличению лиц, совершивших преступления, сбору судебных доказательств в отношении виновных, формулированию и доказыванию обвинения, обращении к суду с требованием о признании вины этих лиц, назначении им справедливого наказания и убеждении в этом суд и реализации прав частных лиц (потерпевших от преступления) на уголовно-судебную защиту.
5. Основным системообразующим и доминирующим фактором при реализации функции уголовного преследования являются полномочия должностных лиц прокурорского надзора, которые, по сути, в значительной степени определяют и деятельность всех иных субъектов уголовного преследования.
6. Организация структуры системы органов прокуратуры и деятельности должностных лиц прокурорского надзора должна быть детерминирована сложным системным характером деятельности по осуществлению функции уголовного преследования, которая реализуется как на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, так и на стадии судебного разбирательства.
7. Поддерживать государственное обвинение в судебном разбирательстве, как правило, должны прокуроры, которые осуществляли надзор за расследованием уголовного дела.
8. Решение некоторых методических вопросов прокурорского надзора, повышение его эффективности возможно путем разработки комплексных надзорно - процессуально - криминалистических методик по осуществлению надзора при реализации функции уголовного преследования и участию в ее осуществлении на досудебных стадиях и стадии судебного разбирательства.
Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих восемь параграфов, заключения и библиографического списка использованной литературы.
15
ПРОКУРОРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ПОНЯТИЕ ФУНКЦИИ УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ
Параграф 1. Функция уголовного преследования в историко-правовой ретроспекции
В настоящем параграфе нам представляется целесообразным проследить генезис и эволюцию уголовно-процессуального и прокурорско-надзорного законодательства в части, касающейся интересующего нас вопроса развития и законодательного закрепления за прокуратурой функции уголовного преследования, а также надзорно - контрольных полномочий прокуроров в отношении иных органов, призванных осуществлять указанную выше функцию, начиная с момента создания в России органов прокуратуры вплоть до настоящего времени. В настоящем, по сути, историографическом исследовании, мы будем исходить из собственного понимания содержания функции уголовного преследования и этапов ее осуществления. Доктринальные проблемы определения понятия, раскрытие содержания, выделение этапов функции уголовного преследования, указание субъектов, наделенных правом осуществления данной функции, и, наконец, формулировка целей и задач уголовного преследования - все эти вопросы будут рассмотрены в третьем и четвертом параграфах настоящей главы. Методологической основой познания в данном параграфе мы считаем необходимым избрать общепринятые как в исторической, так и в юридической науках общефилософский метод диалектического материализма, герменевтический метод, метод исторического материализма (исторический метод), а также общенаучные методы применяемые в частных науках, а, именно, такие как описание и сравнительно-аналитический, кроме того, возможно использование специально-юридического метода юридической герменевтики. Здесь же необходимо заметить, что поскольку, в целом наше исследование проводится в юридической плоскости, то есть рассматривается в первую очередь история развития уголовно-процессуального и прокурорско-надзорного законодательства в интересующей нас части и,
16
особенно, использованный при этом понятийный аппарат и специально-юридическая терминология, мы считаем возможным и необходимым опираться на фактологическую основу и научные концепции, разработанные в рамках историко-правовой науки. Вместе с тем, такой подход не исключает и непосредственных эмпирических исследований законодательства автором, работы непосредственно с историческими источниками.
В обоснование необходимости осуществления настоящего исторического экскурса мы можем привести мнение профессора В.И. Баскова, который писал, что "историческое исследование создания и формирования какого-нибудь государственного органа помогает лучше понять историческое предназначение данного органа, его место в системе других государственных органов, а также историческую необходимость выполнения возложенных на него функций".1
История российского уголовного процесса и прокурорского надзора показывает, что первоначально, то есть с момента создания 12 января 1722 года Указом Петра I органов прокуратуры, функция уголовного преследования ими не осуществлялась. Так, например, как пишет Ю.Г. Орлов: "Непосредственно уголовное преследование лежало вне компетенции прокуроров, они только наблюдали за ходом расследования дела; обвинительный аспект в их функции отсутствовал".2 Компетенция прокуроров была определена в Указе Петра I "О должности генерал-прокурора" от 27 апреля 1722 года. Прокуроры именовались "взыскателями наказания" и здесь же "защитниками невинности". Главное назначение генерал-прокурора и других прокуроров заключалось в "наблюдении", а мы бы сейчас сказали в "надзоре", за исполнением законов. Надзор осуществлялся за различными государственными органами, учреждениями, в том числе и за судами. Собственно же уголовное преследование, в нашем современном понимании, в то время осуществлялось полицией, губернскими и уездными начальниками, чиновниками, которых специально для этого назначали.
1 Басков В.И. История прокуратуры Российской империи//Вестн. Моск. Ун-та. Cep.11, Право. 1997. №2. С.З.
2 Орлов Ю.Г. "Сей чин яко око наше" (Прокуратура при Петре I и его преемниках)//3аконность. 1992.
№1.С.ЗО.
17
Со временем постепенно происходили некоторые изменения в регулировании деятельности органов, осуществлявших уголовное преследование и их законодательное закрепление. Это был достаточно длительный процесс. Роль прокуратуры как органа надзора за исполнением законов то усиливалась, то ослабевала в зависимости от политической конъюнктуры времени. Достойные внимания перемены стали происходить только с приходом к власти императора Александра I.
Так, в начале XIX века изменилась роль прокуратуры по отношению к органам расследования уголовных дел. В сентябре 1802 года при императоре Александре I в ведение министра юстиции было передано управление судебной частью и обязанности генерал-прокурора. Таким образом, фактически произошло объединение должностей министра юстиции и генерал-прокурора. Что касается надзора за расследованием уголовных дел, то в обязанности прокуроров стало входить, с одной стороны, "наблюдение" "...не происходит ли где кому пристрастных допросов, бесчеловечных истязаний и притеснений всякого рода...", а, с другой - "...нет ли упущения и послабления преступлениям, а наипаче сокрытия нетерпимых злодеяний".3 То есть, фактически на прокуроров в полном объеме были возложены обязанности по надзору за следствием и полицейской деятельностью при осуществлении уголовного преследования "...чтобы следствие приведено было в надлежащую ясность и окончено с совершенным беспристрастием...".4 Здесь же особо необходимо заметить, что в XIX веке прокурорско-надзорное законодательство Российской империи не было систематизировано, то есть, несмотря на то, что в целом российское законодательство подверглось кодификации, которая завершилась изданием Свода Законов Российской империи (1857), правовые нормы, посвященные регулированию деятельности органов прокуратуры, содержались в различных томах.
3 См.: Звягинцев А.Г., Орлов Ю.Г. Тайные советники империи. Российские прокуроры. 19 век. М., 1995. С.с.310-312; Орлов Ю.Г. "взыскатели по преступлениям и защитники невинности" (Прокуратура России в первой половине 19 века)//3аконность. 1992. №№6-7. С.ЗЗ.
4 Там же. к |
