Смешение двух планов - реального и фантастического,- ис- j пользование фольклорной основы, переосмысление традиционных сказочных мотивов ж нередко в ироническом смысле,- все эти черты могли быть унаследованы от ОДузеуса братьями Гримм, Тиком,Ша-миссо и Гофманом.
Далее сказочная традиция немецкого Просвещения была продолжена в сказках Гете. Они находятся уже в непосредственной связи со сказками романтиков. Гете был одаренным рассказчиком сказок, он рассказывал их в течение всей своей жизни. Еще мальчиком он рассказывал своим сверстникам чудесные истории и сказки, став юношей, очаровывал ими молодых девушек, в Веймаре он развлекал ими общество, собиравшееся при дворе герцога Карла-Августа, в старости рассказывал их своим внукам, Но из всего этого огромного количества сочиненных им сказок записаны были только три: "Новый Парис", "Новая Мелузина" и "Сказка". Причем все три сказки были "вставными", входили в более крупные произведения Гете. Сказка "Новый Парис" включена во вторую книгу
„ 7 -
"Поэзии и правды" (I8II) и имеет подзаголовок "Сказка для мальчиков". Сказка "Новая Мелузина" - в роман "Годы странствия Вильгельма Мейстера" (1818). По определению Гете, "она относится к "Новому Парису" приблизительно так же, как юноша к мальчику" (6, Ш, 375). Третья сказка завершает цикл "Разговоры немецких беженцев" (1795) и называется просто "Сказка". Она должна была стать, по замыслу Гете, образцом для этого жанра. В письме к Шиллеру он говорит, что хочет написать сказку, чтобы использовать ее как пример для теоретических рассуждений об этом жанре9.
"Сказка" была напечатана в журнале Шиллера "Оры" в октябре 1795 г. в завершение цикла "Разговоры немецких беженцев". Она резко отличается от первых двух сказок своим сюжетом, сложной символикой, насыщенностью философскими идеями. Она представляет собой как бы третий этап развития просветительской сказки по пути все большего усложнения фабулы, увеличения количества действующих лиц и все большего утверждения в своих правах фантазии - в противовес просветительскому рацио.
В действии сказки участвуют более двадцати персонажей: мудрая золотисто-зеленая Змея, Старик-с-Лампой, старуха, превращающаяся в финале в юную девушку, Великан-с-Тенью, три волшебных короля, символизирующие Мудрость, Свет и Силу, и, наконец, принцесса Лилия и Юноша-рыцарь, будущие король и королева нового царства. Все эти образы и символы имеют самое различное происхождение, как европейское, так и восточное, восходят к фольклорным и литературным источникам10.
Из всех трех опубликованных сказок Гете именно "Сказка" вызвала наибольшее количеством споров, откликов, попыток истолкования, которые продолжаются и в наши дни. Сам Гете живо инте-
- 8 -
ресовался тем, как примут его "Сказку" читатели,и в письмах к друзьям просил их высказать свое мнение о ней11. В ответ на просьбы друзей и читателей дать истолкование сложной символики сказки, Гете шутливо отвечал, что сделает это не раньше, чем наберется 99 истолкований12. За время, истекшее с момента создания "Сказки", количество истолкований ее, вероятно, уже превысило 99. Как отмечает Регина Отто, в них можно наметить две крайние позиции: либо "Сказке" придается чисто формально-эстетическое значение, либо ее считают аллегорией Великой французской буржуазной революции.
"Сказку" следует рассматривать, в общем контексте "Разговоров немецких беженцев", написанных в тот исторический момент, когда почти вся Европа была охвачена войной. Весь цикл "Разговоров" проникнут духом гуманного либерализма, и "Сказка" подтверждает его основную мысль о том, что все земные трудности разрешимы, если все живущие на земле будут жить в мире и помогать друг другу. В этом заключается глубокий смысл "Сказки". Сквозная линия действия связана с образом шого Рыцаря. Его любовь к Лилии, смерть, наступившая от того, что он коснулся Лилии до означенного срока, чудесное оживление его Стариком-с-Лампой с помощью Змеи и Лилии и, наконец, апофеоз в Храме трех королей - Мудрости, Света и Силы - предстала; как этапы духовного роста и познания истины. В "Сказке" звучит и фаустовская тема - тема активного, преобразующего мир начала, тема преодоления мрака и смерти.
Образы великолепного моста через широкую реку, в который превратилась мудрая и прекрасная Змея, и Храма трех королей, чудом поднявшегося из земных недр, становятся в финале сказки символами всеобщего единения людей: "Постепенно толпа растаяла,
- 9 -
каждый пошел своей дорогой, но и по сей день еще кишит людьми мост, и во всем мире не сыскать другого столь посещаемого храма" (6, У1, 220).
Следует отметить, что хотя "Разговоры немецких беженцев" были довольно сдержанно встречены читателями, "Сказка" вызвала их большой интерес и одобрение. Для писателей-романтиков она послужила стимулом, своего рода толчком для возникновения и развития романтической сказки. Особенно явственно прослеживается связь "Сказки" Гете со сказкой Клингсора, завершающей первую часть романа Новалиса "Генрих фон Офтевдинген".
- 10 -
ГЛАВА I. ЛИТЕРАТУРНЫЕ СКАЗКИ НОВАЛИСА, ТИКА, ФУКЕ и
БРЕНТАНО I.
I.I. Сказки Новалиса. Сказки Новалиса и Тика представляют собой первый этап развития немецкой романтической сказки. Между ними существует определенная связь, в них присутствуют схожие герои, образы и мотивы* Но есть между ними и различие. Сказки Новалиса, основывающиеся непосредственно на его теории романтической сказки, по сравнению со сказками Тика, носят характер скорее некоторого эксперимента, иллюстрации к этой теории, нежели самостоятельного художественного произведения. В сказках Новалиса нашел свое отражение сложный комплекс проблем романтической философии и эстетики, и воплощение этих проблем в сказках как бы преобладает над их художественной стороной, хотя сказки обладают несомненными достоинствами в художественном аспекте ,
Но для данного исследования первостепенное значение имеет тот факт, что именно в теории романтической сказки Новалиса, в его повести и романе и, наконец, в самих сказках, закладывались теоретические основы, намечалась структура, определялись дальнейшие пути развития немецкой романтической сказки. Именно поэтому мы исследуем сказки Новалиса в первую очередь, хотя сказка Тика "Белокурый Экберт" была написана раньше,чем они (Г796г).
Сказка Новалиса будет нами рассматриваться в следующих взаимосвязанных аспектах:
1. Сказка и философия немецкого романтизма.
2. Место сказки в общем контексте романтической эстетики Новалиса,
3. Сказка как структурный элемент в повести "Ученики в
-licence" и в романе "Генрих фон Офтердинген" и ее художественные особенности.
На первом этапе развития немецкого романтизма разработкой романтической философии занимались главным образом Фридрих Шле-гель и Новалис. Само понятие "романтическая философия" впервые появляется у Новалиса. Это понятие ставится им в непосредственную связь с понятием "романтизирование мира": "Романтизирование есть не ч.то иное как качественное потенцирование. Низшее в этой операции идентифицируется с высшим. Благодаря тому, что я придаю низшему высший смысл, обычному - таинственный вид, известному - достоинство неизвестного, конечному - видимость бесконечного, я романтизирую все это" (50,176). И романтическая философия призвана в этом процессе романтизирования мира выявить внутреннюю связь "человека и универсума, первоначальный смысл мира" (50,176). "...Когда-то все было явлением духов... Теперь мы не видим ничего, кроме мертвого повторения, которое мы не понимаем" (50,177). В этом проявляется неприятие Новалисом просветительской, рационалистической системы мироздания, основанной на строго научном познании и разрывающей связь человека и универсума. На смену природе, проникнутой духом, одухотворенной человеком, пришел мертвый мир, непонятный и пустой, все процессы которого механически повторяются, но не могут заменить собой истинной жизни. И романтическая философия должна рассматривать человека и универсум в их внутреннем единстве, которое, однако, сохраняет и их различие и тем самым должна "восстановить сущностную духовность универсума" (50,177).
Отдельные положения романтической философии будут развиты Фридрихом Шлегелем в его "Речи о мифологии", написанной в период, когда он находился под сильным влиянием шлейермахера (1799г).
- 12 -
Шлегель полагает, что "из самых внутренних глубин духа" в скором времени возникнет "новая" мифология (12,63). Фридрих Шлегель соотносит эту "новую мифологию" с "реализмом" и противопоставляет их "идеализму". Идеализм же в понимании Фридриха Шле-геля - это субъективно-идеалистическая философия Канта и Фихте. Человечество достигнет следующего этапа в своем духовном развитии, когда возникнет "новый реализм". А он, в свою очередь,мыслится Шлегелю "не просто как нечто, противоположное идеализму", а "в гармонии идеального ж реального? (50,57). Таким образом, здесь присутствуют три взаимосвязанных понятия: "новая мифология", "новый реализм" и "гармония идеального и реального". Б то же время, все эти понятия находятся в непосредственной связи с концепцией романтической поэзии Фридриха Шлегеля. Он писал в Атенейских фрагментах: "Есть поэзия, для которой самым важным является отношение идеального и реального, и которая, таким образом, по аналогии с философским языком искусства должна быть названа трансцендентальной поэзией" (12,57). Но ведь соотношение идеального и реального - это одна из основополагающих проблем сказки и романтической сказки в частности. Как мы увидим в дальнейшем, одной из наиболее характерных особенностей немецкой романтической сказки станет то, что между "реальным" и "идеальным" в ней будет существовать почти неуловимая грань, и в то же время они будут находиться в состоянии гармонического равновесия.
Метод романтической философии отражает стремление романтиков философски осмыслить действительность в целом. При этом действительность обретает для них двоякий смысл - как жизни во всей ее полноте и постоянном развитии и как художественно,творчески организованной действительности. Фридрих Шлегель писал в
- 13 -
"Атенейских фрагментах": "Какого же рода философия выпадает на долю поэта? Это - творческая философия, исходящая из идеи свободы и веры в нее ж показывающая, что человеческий дух диктует свои законы всему сущему и что мир есть произведение его искусства" (12,57).
Сказка в понимании романтиков становилась моделью такого художественного универсума, его своеобразным фрагментом, и в то же время - одним из возможных путей философского постижения действительности . Все крупные художественныее прозаические произведения Новаписа фрагментарны. Сказка, взятая как модель универсума, играет роль организующего начала, является важным структурным элементом в его повести и романе.
И еще одна черта романтической сказки - ее универсальность. Народная сказка была универсальна в силу того, что предметом изображения в ней могли быть практически все явления жизни, окружающей ее коллективного автора. Универсальность романтической сказки в ином. В ее основе - те же принципы, что и в основе универсальной романтической поэзии. Как писал Фридрих Шлегель в 116-м фрагменте: "Одна романтическая поэзия бесконечна, так как она свободна и признает своим высшим законом, что воля поэта не терпит над собой никакого закона". Над художественным гением,по мысли Фр.Шлегеля, носится "идея универсальности, ради которой труд мысли не знает остановки" (11,173). Универсальность романтической сказки, таким образом, непосредственно исходит из концепции бесконечно свободной творческой личности в романтической системе мироздания.
Бесконечность, свобода и безгранично свободное проявление воли поэта характерны для сказки Новалиса в значительно большей степени, чем для других романтиков. И стремление к универсализ-
- 14 -
му в ней оказалось неразрывно связанным именно с этими ее чертами. Сказка Новалиса, по сравнению со сказками других романтиков, наиболее далека от современной поэту действительности» ее связь с реальностью наиболее опосредована. Романтическое неприятие действительности, послужившее одной из главных причин обращения романтиков к фантастике и к сказке, нашло в сказке Новалиса, как, впрочем, и во всем его творчестве, наиболее полное и явственное отражение.
На примере трех сказок из романа "Генрих фон Офтердинген" можно проследить, как от сказки к сказке происходит все большее их насыщение глубоким, универсальным содержанием. В завершающей первую часть сказке Кжнгсора Новалис представляет систему универсума в поистине глобальных, космических масштабах, описывает посредством "зашифрованных11 образов, сложных персонификаций физические и химические процессы, происходящие во Вселенной, развитие человеческой истории вплоть до наступления "Золотого века" - в соответствии с романтической концепцией истории.
Если Гете только наметил теоретические положения, определявшие в общих чертах роль и место сказки в эстетике и художественном творчестве, и предполагал обсудить с Шиллером проблемы этого жанра на материале своей "Сказки", то Новалис фактически создает саму теорию немецкой романтической сказки. Он высказывает свои суждения о роли и значении сказки в своих "Фрагментах" и, частично, в повести и романе. Появление понятия "сказка о природе" - "Haturmarchen"- непосредственно подготовили многие "монологи" в повести "Ученики в Саисе".
В набросках к "Фрагментам" ("Allgemeines Brouliion",осень-зима 1798г) Новалис пишет: "Я поистине должен написать сказку.-Законы сказки." (37,173) и отмечает: "Я думаю, что лучше всего
- 15 -могу выразить мое душевное настроение в сказках" (37,171).
Во "Фрагментах" Новалис дает уне развернутую характеристику всех особенностей сказки, наиболее важных для художника-романтика: "...Сказка должна быть... каноном поэзии. Все поэтическое должно быть сказочным".
"В настоящей сказке все должно быть чудесным, таинственным и несвязанным воедино - все оживлено. Каждое - своим образом. Вся природа должна быть чудесным образом перемешана со всем миром духов. Время всеобщей анархии, отсутствия законов, свободы, это естественное состояние природы, время до возникновения мира. Это время до возникновения мира заключает в себе так же рассеянные черты времени после мира - как естественное состояние мира - это своеобразная картина вечного государства. Мир сказки -это мир, совершенно противоположный миру истинному и именно поэтому совершенно ему подобный - как хаос совершенному творению" (36,111,222).
Новалис сравнивает сказку со сновидением и "самой природой" и таким образом намечает две ее основные черты .
"...Высшая ступень сказки достигается, когда, не отпугивая духа сказки, в нее вносится немного разума (связи, значения и т.д.). Сказка могла бы даже, пожалуй, стать полезной" (36,Ш, 223).
Затем Новалис переходит от рассуждений о сказке -Marchen к высказываниям о сказке -Pabel, вернее, басне, притче, сказочном вымысле - как низшей ступени сказки, ее структурном эле-ментех . Трудность точного перевода этого слова вызывается еще и тем, что сам Новалис иногда придавал "басне", "притче", "вымыслу" черты сказки - например, в романе "Генрих фон Офтедага-ген", в сказке Клингсора.
- 16 -
Новалис, с одной стороны, сближает оба понятия - сказку -Marchen и басню - Fab el как отражающие предысторию и настоящую и будущую исторжю человечества. Но, с другой стороны, басня, сказочный вымысел занимает явно подчиненное положение по отношению к сказке. Она прежде всего "искусственная философия, ставшая поэзией", ее надо рассматривать скорее как художественный прием, как низшую ступень, ведущую к "истинной поэзии" - к сказке - Marcheib Новалис довольно детально и наглядно показывает сам механизм возникновения сказочного вымысла и подчеркивает в нем такие моменты как намеренность и целенаправленность; вымысел у него предстает как необходимое дополнение к, очевидно, реальному явлению. И при этом делается расчет на то, чтобы у читателя обязательно возникла бы именно эта, "задуманная" автором мысль. Следует отметить также, что вымысел создается на основе случаев "пережитых автором", то есть на основе реальных событий. Именно это имел в виду, по всей видимости, Новалис, говоря о "разуме, связи и значении", которые, будучи внесенными в сказку, поднимают ее на более высокую ступень. Как отмечает Макс Диц, сказка - Fabel, "хотя и является в целом "представительницей поэзии", но она только "разновидность поэзии, в смысле маленького рассказа в целях морального поучения - так это слово часто употребляется в его фрагментах и в беседе Генриха ж Сильвестра" (164,151).
Новалис представляет романтическую сказку как возможность самовыражения для человека, живущего в реальном мире, который так резко отличается от мира сказки: "В эту эпоху разум и божество говорят в человеке недостаточно внятно и громко: камни, деревья, звери должны говорить, чтобы человек смог почувствовать самого себя и начать размышлять" (36,Ш,223-224).

Получить работу