ВВЕДЕНИЕ
Актуальность исследования заключается в том, что трансформированные фразеологизмы рассматриваются в различных аспектах с позиций многих лингвистических дисциплин, относящихся к наиболее актуальным в современной науке о языке. Исследование посвящено изучению разных видов окказиональной трансформации ФЕ, т.е. проблеме фразеологической стилистики, интенсивно развивающейся в настоящее время. В диссертации предпринята попытка выявить некоторые семантические особенности русских фразеологических единиц, определить характер и специфические черты их содержательных структур, что является предметом фразеологической семасиологии.
В работе анализируются различные случаи манифестации ряда трансформированных фразеологических единиц. Полученные наблюдения представляют интерес для лингвистики текста, перспективной области языкознания, изучающей законы порождения, тематической организации и структурирования текста. Трансформированные ФЕ рассматриваются также с позиций коммуникативной лингвистики.
Цель исследования - многоаспектное изучение трансформированных фразеологических единиц на материале современного русского языка («деревенская» проза).
Фразеологическая единица является сложным объектом исследования, занимая в структуре языка промежуточное (межуровневое) положение между словом (единицей лексико-семантического яруса) и словосочетанием (единицей синтаксического яруса). Фразеологизмы двойственны по своей природе: с одной стороны, возникая из сочетания слов, они образуют своеобразное устойчивое сочетание, а с другой — они обладают единым значением, функционируя как обычные номинативные единицы-лексемы.
Фразеологизмы-единицы вторичного образования, которые по своей формальной структуре относятся к словесным комплексам (словосочетаниям или
предложениям). Сверхсложный, раздельнооформленный характер ФЕ означает, что в составе фразеологизма всегда имеются лексические компоненты, соотносящиеся, как правило, с самостоятельными лексемами, а также формально-синтаксическая схема, соотносящаяся, как правило, с определенными синтаксическими моделями словесных комплексов. Кроме того, ФЕ имеет функционально-синтаксическую характеристику и соответствующие морфологические признаки. Известно, что ФЕ претерпевает различные трансформации. Основой окказиональных трансформаций является раздельнооформленность ФЕ, поэтому следует, конечно же, рассматривать их как закономерное и характерное для фразеологии явление. В основе каждого фразеологизма заложено прежде всего прагматическое начало - отношения. Вне отношения была бы невозможной стабильность семантики, а соответственно и сохранение формы выражения того или иного смыслового сращения или единства на протяжении продолжительного периода существования данного языка. Реализация модельных отношений при помощи устойчивых языковых средств в языке художественной прозы имеет свои специфические особенности и может быть обнаружена на двух уровнях: процесса образования и процесса функционирования.
Фразеология художественной прозы и фразеология общенародного языка -понятия, не совпадающие не столько в смысле количественного соответствия, сколько в смысле качественного расхождения. В языке художественной прозы находят своё отражение особенность авторской переработки фразеологических единиц, окказиональное употребление устойчивых оборотов, семантические сдвиги, необычные контекстуальные связи фразеологизмов — всё, что отступает от нормативного употребления, что вступает в противоречие с принятыми в литературном языке способами выражения мысли. Наш материал предоставляет, в сущности, две группы трансформированных фразеологических единиц: во-первых, фразеологизмы, трансформированные в структурно-грамматическом и компонентном отношении (замена компонента, изменение его морфологического облика, сокращение компонентного состава, расширение состава и т.д.);
обновление лексического состава фразеологизмов сказывается прежде всего на их эмоционально-оценочной окрашенности, модальности; во-вторых, новообразования, созданные автором по аналогии с устойчивыми общенародными оборотами, но наполненные новым смыслом, что способствует усилению выражения авторской точки зрения и отношения к описываемым событиям и персонажам. Ассоциативная связь с общенародными фразеологизмами в плане выражения лишь усиливает, углубляет модальное содержание различных авторских новообразований. Иными словами, трансформация фразеологических единиц демонстрируется двумя группами преобразованных оборотов: структурно-семантическими и семантическими.
Многоаспектное изучение трансформированных фразеологизмов определило необходимость решения такой задачи, как анализ их текстообразующих потенций, приспособляемость языковых единиц к речевой ситуации,, в частности, к вхождению в текст. Проделанный анализ, основанный на значительном материале, дал возможность вскрыть текстообразующие потенции трансформированных ФЕ, обусловленные координацией их структуры и лексического наполнения.
Поведение фразеологических единиц в тексте мы пытаемся рассмотреть в связи с их определяющей ролью в самой формированности текста (в его развитии и завершённости), употребляя такие термины, как текстовая реализация, текстообразующая функция, текстовая зона. Подчас эта роль сильно зависит от макротекста или структурирует его, т.е. простирается дальше указателей, находящихся за пределами прослеживаемых синтаксических связей. Корреляция «текстообразующая функция — трансформированный фразеологический оборот» отражает активное участие трансформированных оборотов в становлении основных категорий текста: интеграция, делимитация, текстовая модальность, перцептуальность (для художественной прозы), предполагающая отражение рефлекторного начала в изложении.
Вслед за Т. Куном («Структура научных революций») и другими исследователями русской фраземики (A.M. Эмировой, Ю.Н. Карауловым) мы старались анализировать трансформацию ФЕ на базе коммукативно-прагматической парадигмы. Опирались на постулат о том, что все системные свойства ФЕ возникают и «шлифуются» в речи и, лишь пройдя через речь, откладываются в «виртуальном содержании» языковых единиц. Коммуникативно-прагматическая волна усиливает потенциал системно-структурных исследований, расширяя их возможности. В речевой коммуникации минимальной единицей информации является номинативный знак, включенный в синтагматические и прагматические отношения, в которых реализуется определенный смысловой объем семантики данного знака.
Фразеологические знаки в процессе коммуникации выполняют информационную функцию, сообщая содержательную информацию о классах денотатов, экспрессивную функцию, выражая оценочную информацию о реалиях окружающей действительности, и прагматическую функцию, передавая коммуникативную установку, предписывающую определенное воздействие на получателя информации. Исходя из этого, мы сделали попытку исследования трансформированных ФЕ в аспекте соотношения её семантики и прагматики и в аспекте установления особенностей её прагматических функций в процессе коммуникации, а именно: в каких коммуникативных условиях и с целью какого воздействия использует ФЕ говорящий. Эта взаимонаправленная связь коммуникации (как передачи информации) и прагматики (как воздействие этой информации на получателя) и даёт основание в исследовании ФЕ руководствоваться коммуникативно-прагматической парадигмой (81).
Общая цель диссертации обусловливает постановку и решение частных задач:
1) дать лингвистическую характеристику трансформированных ФЕ, раскрыть механизм этого явления фраземики;
2) выявить особенности функционирования мотивированных трансформированных ФЕ в художественной литературе;
3) определить критерии, классификации трансформированных ФЕ;
4) проанализировать интегрирующие свойства и текстообразующие потенции трансформированных ФЕ;
5) выявить прагматические и экстралингвистические факторы трансформации ФЕ.
Объектом исследования диссертации являются трансформированные фразеологические единицы и их функционирование в художественных текстах «деревенской» прозы, в процессе которого компоненты ФЕ в определенных текстовых условиях воспринимаются одновременно с существующим глобальным переосмысленным значением фразеологизма.
Интенсивное развитие фразеологии как лингвистической дисциплины за последние годы характеризуется дифференциацией предмета исследования, а также вовлечением в сферу научного поиска новых проблем и аспектов, которые опираются на сложившиеся в языкознании теоретические основы фразеологии.
Материалом диссертации является собранная и составленная картотека, являющаяся результатом сплошной выборки текстов художественной прозы («деревенская» проза). Картотека включает более трех тысяч текстовых фрагментов.
В качестве основного метода исследования использован описательно-аналитический, предусматривающий непосредственное наблюдение анализируемых языковых фактов с последующим обобщением полученных результатов. Для установления интегрирующих свойств и текстообразующих потенций трансформированных ФЕ использовался метод контекстологического анализа. Для корректной интерпретации фразеологического значения проводился анализ словарных дефиниций.
Научная новизна настоящего исследования заключается в характере описания трансформированных ФЕ: рассматриваемое языковое явление подвергается многоаспектному анализу, в результате которого особенности трансформированных ФЕ, а также наиболее характерные формы манифестации их выявляются только на фоне текстовых фрагментов художественной прозы. На защиту выносятся следующие положения:
1. Повышенный прагматический эффект достигается в трансформированных ФЕ, поскольку именно они позволяют выразить то, что не может быть выражено словом или фразеологизмом при его узуальном использовании.
2. Ориентация на смысловую реализацию фразеологического значения в речи способствует выявлению механизма смыслопорождения: в анализе фразеологического значения мы основываемся на особой коммуникативной функции высказываний, в составе которых употребляется ФЕ.
3. Главным (и исследовательски новым) подходом к описанию и выявлению повышенного прагматического эффекта трансформированных ФЕ является последовательная ориентация на адаптацию преобразованных ФЕ к условиям текста.
4. Немаловажна роль трансформированных ФЕ в создании подтекста в художественном целом (произведении литературы), который является основной категорией «стилистики декодирования», рассматривающей художественный текст с позиции читателя (приёмы, обусловливающие интерпретацию текста в нашем материале: эллиптированная ФЕ, парцелляция, фразеорасположение ФЕ в структуре высказывания).
5. Среди экстралигвистических факторов, определяющих язык писателей-деревенщиков, отмечается особое влияние на него устной культуры русской деревни, самого духа постоянной языковой импровизации, русского народного юмора, что весьма часто и отражают преобразованные ФЕ.
6. Делается попытка охарактеризовать деревенскую прозу как единое целое, несмотря на большую стилистическую палитру, представленную разновидностями творческой манеры ряда писателей - деревенщиков.
Теоретическая значимость диссертации определяется тем что, в ней раскрывается механизм преобразования ФЕ и выявляются ее структурно-содержательные глубинные черты в русском языке. Предпринятое в работе исследование вносит определенный вклад в разработку проблем фразеологиза-ции. Изучение трансформированных ФЕ позволило сделать ряд наблюдений, представляющих теоретический интерес для фразеологической стилистики, лингвистики и стилистики текста, коммуникативной лингвистики.
Практическая значимость исследования заключается в том, что его результаты могут быть использованы в лекционных курсах по фразеологии, стилистике русского языка, а также в курсах по теории текста с позиций таких текстовых ориентиров, которые целесообразно иметь ввиду в качестве основных при решении учебно-методических задач.
Выводы исследования дополняют методику изучения преобразованных ФЕ нормативными рекомендациями и предлагают некоторые новые решения описания их в учебных целях.
Галава I. СПЕЦИФИКА ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ
1.1. Фразеологические единицы-выразители языковой экспрессии в
художественном тексте
Цель настоящей главы - теоретическое обоснование экспрессивной функции текста, текстовых составляющих экспрессивности, имманентности экспрессивной направленности фразеологических единиц, а также установление принципов выявления фразеологических единиц - окказионализмов и их роли в репрезентации СФЕ в художественном стиле и определение текстообра-зуюших потенций индивидуально-авторских преобразований фразеологических единиц. Достичь цели позволяет разрешение следующих задач:
1) раскрытие экстралингвистических причин экспрессивности художественного текста и значение этого свойства в художественном произведении;
2) выявление экспрессивной функции ФЕ - окказионализмов;
3) определение приемов трансформации фразеологических единиц;
4) установление СФЕ как ведущего конституента текста, выступающего в роли фразеологической конфигурации в деревенской прозе;
5) обоснование текстообразуюших потенций на базе лингвистических и экстралингвистических факторов.
Важнейшей онтологической характеристикой текста является специфическое использование в нем языковых единиц. Если художественный текст есть произведение искусства, то должен существовать и особый язык данного вида искусства. Он существует в виде особым образом организованного естественного языка, каждое из средств которого потенциально эстетически значимо. Эстетические потенции средств естественного языка реализуются в результате их особого использования для создания художественного образа. Все способы употребления в текстах языковых единиц, а также приемы их использования в
ю
совокупности образуют язык словесного искусства.
Язык художественного текста живет по своим особым законам, отличным от жизни естественного языка, он имеет особые механизмы порождения художественных смыслов (177). Слова и высказывания художественного текста по своему актуальному смыслу не равны тем же словам, употребляемым в обыденном языке: «Для того, чтобы стать материалом искусства, язык сначала лишается сходства с обыденной речью» (136).
О специфике слова в художественном тексте писали В.В. Виноградов, Г.О. Винокур, В.П. Григорьев, A.M. Пешковский, Д.И. Шмелев и другие исследователи. Они подчеркивали, что слово в художественном тексте, благодаря особым условиям функционирования, семантически преобразуется, включает в себя дополнительный смысл, коннотации, ассоциации. Игра прямого и переносного значения порождает и эстетический, и экспрессивный эффекты художественного текста, делает этот текст образным и выразительным. Как утвердает Д.С. Лихачев, «под текстом вытекает еще некий сверхсмысл, который превращает текст из простой знаковой системы в систему художественную» (134).
Отсюда следует, что специфической характеристикой художественного текста является его «семантическая сложенность», по терминологии Б.А. Ларина, полисемантичность, метафоричность, обусловливающие множественность интерпретаций всякого художественного текста.
Самым существенным признаком художественности и в то же время ключевым понятием, относящимся к художественному тексту, является художественный образ. Художественный текст-это образное понимание мира. Как справедливо утверждал Г. В. Степанов, «художественное творчество есть прежде всего образотворчество, и первоэлементом её является слово-образ» (210. С. 135). Образ-специфическая трансформация знаковой материи в смысловую. Автор с помощью языковых знаков создает многомерные художественные миры, художественные образы.
Соотношение означаемого и означающего в художественных образах иное:
и
приемы как форма (означающее) сливаются с содержанием-образом (означаемое), между ними устанавливается индивидуальная неповторимая связь. Здесь невозможна подлинная синонимия знаков. Отсюда следует, что каждая фраза в художественном тексте «является как бы единственно возможной, в ней ничего нельзя изменить без ущерба для выразительности и смысла произведения» (39. С.313). Аналогичной позиции придерживается и В.П. Григорьев (76. 1979). Если же изменения возникают, то текст фактически становится другим, новым. Эта сторона художественного текста постоянно привлекает внимание исследователей. Экспрессивность - «энергетическая» характеристика текста, так как в процессе общения напряженность и энергетичность коммуникативных действий во многом зависят от экспрессивности, за которой стоят потребности и интересы автора и реципиента, задачи их деятельности, мотивы и цели общения
Экспрессивность понимают и как однокомпонентное, и как многокомпо-нентное_явление.
В русле однокомпонентного рассмотрения экспрессивность наиболее часто сводят к эмотивности. Многие отечественные и зарубежные исследователи употребляют эти термины как синонимы. Например, Балли Ш., Матезиус В., Якобсон P.O., Рогова К.А., Малинович Ю.М. и др. Вместе с тем, начиная с 1958 года (выхода в свет работы Е.М Галкиной-Федорук «Об экспрессивности и эмоциональности в языке»), эти понятия дифференцируются. Как утверждала Е.М. Галкина-Федорук, эмоциональное в языке служит для выражения чувств, а экспрессивное для усиления выразительности и изобразительности. Экспрессивность у нее более широкое понятие, составной частью которого является эмотивность.
Были и другие попытки разделить экспрессивность и эмотивность. Например, М. Поляков предлагает рассматривать экспрессивность в связи с формой высказывания, а эмоциональность — в связи с содержанием (177. С.29).
При всем различии данных концепций признают экспрессивность более широкой, нежели эмотивность, категорией Блинова О.И., Ефимов А.И., Лукья-
12
нова И.А., Телия В.Н., Шаховский В.И. Но есть исследователи, которые, как бы в противовес названным, считают эмотивность более широкой, чем экспрессивность, категорией - Гальперин И.Р., Изард К. и другие.
Многие исследователи, понимая экспрессивность как однокомпонентное явление, отождествляют ее с интенсивностью. Это Арнольд И.В., Балли Ш., Болотов В.И., Гак В.И. Тесно связано с интенсивностью особое подчеркивание, «выдвижение» некоторого смысла (термин «пражцев», широко используемый затем Арнольд И.В. и другими отечественными лингвистами), которое способствует усилению воздействующей силы текста, дискурса, фразы.
Некоторые исследователи ставят знак равенства между экспрессивностью и оценочностью. Например, А.Ф. Атрощенко, Г.Я. Солганик, которые считают оценочность родовым понятием по отношению к видовым экспрессивности и эмоциональности.
Экспрессивность понимается как многокомпонентное явление: как оценку и эмоциональное понимал экспрессивность Ш.Балли; согласно учению академика В.В. Виноградова, экспрессивность включает в себя, помимо чистой экспрессивности, также эмоциональность и образность, так как именно они служат средством усиления впечатления (56. С.21). Киселева Л.И. считает, что экспрессивность - это образность, интенсивность и новизна (107. С.48).
Лукьянова Н.А., Шаховский В.И. и другие исследователи утверждают, что кроме компонентов, выделенных Виноградовым В.В., в состав экспрессивности нужно включить и интенсивность.
Наиболее широко понимает экспрессивность Телия В.Н, добавляя к уже известным слагаемым еще и стилистическую маркированность (213. С. 124).
Некоторые ученые, наоборот, резко выступают за исключение тех или иных составляющих из экспрессивности: Кожина М.Н. предлагает исключить эмоциональность (114. С. 15 8), Сковородников А.П. — образность (202) и т.д.
Здесь следует подчеркнуть, что указанные в обзоре работы посвящены анализу экспрессивности лексики и синтаксиса, в то время как наша концепция,
13
сложившаяся под влиянием идей Виноградова В.В., Телия В.Н., есть концепция экспрессивности текста. Интерес к тексту позволил привлечь данные многих наук, давно занимающихся текстом, - эстетики, литературоведения, поэтики, герменевтики, теории и истории искусств, семиотики.
Экспрессивность рассматривается нами не просто как свойство языковых единиц, потенция языка, которая обнаруживает себя в тексте, хотя именно такой подход является наиболее распространенным в лингвистике (работы Лукьяновой И.А., Шаховского В.И. и др.). Мы утверждаем, что экспрессивная функция текста реализуется лишь при включении текста в процесс общения, т. е. при наличии реципиента, способного воспринять текст. Следовательно, нужно учитывать связь текста с внешними явлениями, психологической и социальной реальностью, с функционированием текста в этой реальности.
Стремление к максимальной экспрессивности становится одним из главных и обязательных мотивов языкотворчества при создании художественных текстов, а сама экспрессивность является их обязательной и существенной характеристикой. В художественном тексте возникает уникальная знаковая ситуация: естественный язык со своей упорядоченностью устойчивой системой значений выступает как знаковая система первого уровня. Из этого языка формируется по законам эстетики язык словесного искусства как знаковая система второго уровня. Отсюда следует, что экспрессивность художественного текста — особый вид экспрессивности. В художественном тексте экспрессивность становится символом художественной выразительности. В структуре художественного текста на перовое место выдвигается образный план. Художественный образ становится ядром экспрессивности, а языковые единицы, качественно преобразуясь, соединяясь определенным образом, придают художественное своеобразие данному тексту, определяют его художественные достоинства (50. С.133).
Художественный образ содержит эстетически переобработанное отражение действительности.
14
Искусство произвести эстетический эффект состоит в том, чтобы, на наш взгляд, преодолеть утилитарную ограниченность языковых единиц всех уровней и остановить сознательный выбор на более экспрессивных языковых средствах, которые предполагают эстетическое воздействие на реципиента, а во-вторых, найти и продемонстрировать такую комбинацию элементов действительности, которая позволила бы достигнуть эстетического эффекта при учете личности реципиента.
Чисто текстовым составляющим экспрессивности художественного текста является образ автора. Всякий художественный текст-это «детище» автора, несущее на себе отпечаток его личности. Индивидуальные и социально-типические особенности личности автора, его мировоззрение, его опыт и воображение, его чувства и интеллект, наконец, идейно-художественный замысел его произведений и уровень мастерства в совокупности создают «образ автора». «Образ автора» — это субъект художественного повествования, который творит ткань художественного текста, создаёт его единство и целостность. По словам В.В. Виноградова, «образ автора» является «цементирующей силой, которая связывает все стилевые средства в цельную словесно художественную систему» (50. С.92). В дальнейшем концепция образа автора получила развитие в трудах Бахтина М, Гинзбург Л. и других.
Образ автора уникален, ибо погружен в текст, как бы спрятан в нем, лишь иногда автор позволяет себе открыто выражать своё отношение к событиям в повествовании.
От образа автора зависит манера повествования в тексте, отбор лексики, структура и композиция текста, способы характеристики действующих лиц и т.д. Фактически, это авторская позиция, сообразуясь с которой автор получает наилучшие возможности для реализации идейного замысла. Приемы и средства художественной выразительности обусловлены содержанием, авторской идеей, его намерениями.
Еще одним текстовым составляющим экспрессивности является подтекст.
15
Для имплицитного невербализованного смысла текста существуют различные термины: импликативный смысл, подтекст, за текст, пресуппозиция, эллипс, скважины, лакуны. Вслед за И.Р. Гальпериным, примем для всякой имплицитной информации один из них — подтекст.
На необходимость изучения подтекста указывали Арнольд И.В., Арутюнова Н.Д., Брудный А.П., Виноградов В.В., Гальперин И.Р., Долинин К.А., Киселева Р.А., Степанов Ю.С., Тураева З.Я. и другие. Подтекст объясняется, с нашей точки зрения, тенденцией языка к экономии средств выражения, а также особенностями психического процесса порождения мысли, которым сопутствует имплицитность. Подтекст не просто воспринимается, «обнаруживается», «вскрывается» реципиентом, он воссоздается в сознании реципиента как результат его активной деятельности, творчества, а точнее, сотворчества автора и реципиента.
Подтекст, подтекстовая информация является экспрессивной по психологическим условиям восприятия текста. У реципиента возникает побуждение воссоздать подтекст потому, что в тексте даются сигналы о наличии подтекста.
Факторы, определяющие восприятие и понимание подтекста, можно разделить на четыре группы:
1) лингвистические факторы;
2) структурно-композиционные факторы текста;
3) психологические свойства личности, воспринимающей подтекст;
4) другие экстралингвистические факторы.
Наибольший интерес для лингвистов представляет, разумеется, первая группа. Одно из наиболее общих лингвистических объяснений подтекста-отсутствие изоморфизма между планом выражения и планом содержания языковых единиц (в том числе и текста).
На уровне лексики и фразеологии подтекст чаще всего формируется в единицах вторичной номинации; за счет игры прямого и переносного значений, за счет сопряжения денотативного и коннотативного значения, за счет каламбу-
1б |
