ВВЕДЕНИЕ.
В последнее время в исторической науке чрезвычайно возрос интерес к проблемам духовного состояния общества. В центре внимания исследователей оказались проблемы роли и места культуры в истории страны, взаимоотношений власти и интеллигенции, основные тенденции государственной политики в области культуры, т.е., те аспекты, которые на протяжении ряда десятилетий либо мало изучались, либо исследовались под влиянием идеологического прессинга. При этом особую значимость приобрел анализ специфики развития культуры в "переломные" эпохи. В этой связи большой интерес представляет период новой экономической политики, на протяжении которого именно экономические факторы во многом определяли возможности для развития культуры. Последнее обстоятельство, несомненно, позволяет провести некоторую параллель с современностью, что представляет для исследователя особую сложность и некоторую опасность внесения современной полемики в события, которые проходили в 20-е годы XX столетия.
Новая экономическая политика принесла новые подходы не только в экономику, но и в культуру. В это время усиливается идеологическое воздействие на различные ее сферы, включая и образование. Конкретные задачи культурного строительства этих лет состояли в том, чтобы создать стройную систему народного просвещения и охватить ею всех детей; ликвидировать массовую неграмотность взрослого населения; развернуть активную и разностороннюю работу по формированию нового политического мировоззрения, повышению культурно-образовательного уровня трудящихся масс.
Решение этих сложных задач, общих для всей страны, осложнялось рядом региональных особенностей, обусловленных уровнем развития экономики,
социально-классовой и национальной структурой населения, культурным потенциалом.
Это было время, которому присуще многообразие социально-экономического развития, динамичность и определенная открытость политической жизни. С другой стороны - это годы начала формирования административно-командной системы, в том числе и в сфере управления культурой. Ее составной частью являлись партийно-государственные пропагандистские организации во главе с Агитационно-пропагандистским отделом Коммунистической партии и Главным политико-просветительным комитетом Российской Республики и, конечно, их местные органы.
Без анализа и изучения места и роли Политпросветов в системе государственного аппарата, без изучения эффективности деятельности конкретных культурно-просветительных учреждений нельзя понять многие политические и социально-экономические процессы того времени. Политико-просветительные комитеты через разветвленную систему своих учреждений стали "носителями" генеральной линии Коммунистической партии.
Перемены, происшедшие в стране, затронули не только саму суть общественного бытия, но и индивидуальное бытие миллионов людей. Групповое и индивидуальное поведение людей, которое определялось в значительной мере низким образовательным и культурным уровнем, потребовала мировоззренческого средства воздействия на массы для реализации социалистического идеала. Таким средством стала культурно-просветительная работа. Речь идет о сфере культурной работы, которая изначально носила название внешкольной и объединяла те формы просвещения, которые выходили за рамки собственно школьного образования и были рассчитаны на взрослую аудиторию. Уже в первые годы Советской власти термин "внешкольная работа" был заменен четким определением с идеологической окраской - "политико-просветительная
работа". Как подчеркивала председатель Главного политико-просветительного комитета Н. К. Крупская, нет никакой просветительной работы, которая не была бы проникнута насквозь политикой1. Отсюда и такое пристальное внимание партийных и государственных органов к политико-просветительной работе и ставка именно на самые массовые ее формы.
Объектом исследования являются культурно-просветительные учреждения Саратовской губернии. В диссертации рассматривается работа наиболее распространенных и массовых из них: изб-читален, домов крестьянина, пунктов по ликвидации неграмотности, школ для взрослых, клубов и библиотек. Именно они, в основном, выполняли образовательную функцию, функцию просвещения и идейно-политического воздействия на взрослое, дееспособное население страны и, что не мало важно, функцию формирования личностных качеств "строителя нового общества".
Предметом исследования является процесс формирования системы партийно-государственного руководства культурно-просветительной работой, финансирование, кадровое обеспечение культурно-просветительных учреждений, а также непосредственно деятельность самих культурно-просветительных учреждений, с учетом общих тенденций и региональных особенностей экономического и социального развития Саратовской губернии.
Историография проблемы. В изучении истории культурно-просветительной работы можно выделить несколько этапов: 1-е 1917 года до начала 1930-х годов; II - середина 1930-х - первая половина 1950-х гг.; III - середина 1950-х гг. - первая половина 1980-х гг. и IV - с середины 1980-х годов по настоящее время.
1 См.: Крупская Н. К. Педагогические сочинения: В 10-ти томах. Т. 7, М, 1959. С. 103.
Литература первого периода не может быть в полной мере отнесена к исследовательским работам, поскольку написана либо непосредственно участниками культурно-просветительной деятельности, либо по следам конкретных событий. Одинаково правомерно эти работы можно причислить и к источникам, и к литературе.
Это положение касается как работ рядовых работников так называемого "культурного фронта", так и тех, кто определял и направлял культурную политику в стране, возглавляя государственные и партийные органы власти . Различие заключалось лишь в том, что последние занимались теоретической разработкой проблемы, а низовые работники информировали о конкретных мероприятиях, цифрах и т.п.
В книге Е. Н. Медынского сравнивается состояние внешкольного образования в России до Октябрьской революции и в первые годы Советской власти. Автор одним из первых предпринимает попытку проследить процесс развития сети культурно-просветительных учреждений на основании статистических данных, но при этом не раскрывает содержание их работы3.
Актуальным вопросам политического просвещения в 1920-е годы посвящен сборник статей под редакцией Г. Г. Тумима4. Автор сборника на основе своего опыта предлагает рекомендации и советы для практической деятельности, приводит интересные факты.
2 См., например: Ленин В. И. О работе Наркомпроса. Поли. собр. соч. Т. 42. С. 322-332; он же. О кооперации. Там же. Т. 45. С. 369-377; он же. О нашей революции. Там же. Т. 45. С. 378-382; Бухарин Н. И. Экономика переходного периода. М., 1920; он же. Ленинизм и проблемы культурной революции. М.-Л., 1928; Крупская Н. К. О культурно-просветительной работе. М., 1957; Луначарский А. В. Культура на Западе и у нас. М.-Л., 1928; Троцкий Л. Д. Литература и революция. М., 1923 и др.
3 Медынский Е. Н. Внешкольное образование в РСФСР: Стат. обзор. М., 1923; он же. Энциклопедия внешкольного образования. М.-Л., 1925.
4 Внешкольное дело: Сб статей по вопросам внешкольного образования. Пг., 1924.
Участие профсоюзов в культурно-просветительной работе посвящена книга М. Горюновой5. Здесь на основе анализа обследований культурно-просветительных учреждений центральным бюро статистики труда (1923 и 1924 гг.) рассмотрены вопросы о распределении клубов по профсоюзным организациям, их материальная база. Роль общественных организаций в проведении культурных преобразований показана и в ряде других работ6, написанных в 1920-е гг.
Исторический обзор внешкольного образования в России дает В. А. Зеленко7. Автор подразделяет направления и виды просветительской деятельности в зависимости от социальных групп, пытается определить дальнейшее направление развития внешкольного образования.
Особое внимание в литературе первого периода уделяется опыту борьбы с неграмотностью взрослого населения страны. В работах, написанных в основном организаторами и активистами общества "Долой неграмотность", преобладают количественные показатели, описываются конкретные мероприятия и, практически, не даются качественные показатели проделанной работы8. В отдельных статьях поднимались и рассматривались
5 ГорюноваМ. Культурно-просветительная работа профессиональных союзов СССР. М., 1926.
6 См., например: Буров Л. А. Рабочие общества для шефства над деревней. М. 1925; Кравченко А. Политико-просветительная работа в дерене и комсомол. М.-Л., 1925; ДиаментХ. Я. Профсоюзы на культурном фронте (очерки московской работы). М., 1927; Окулова Г. И. Общественность в культурном строительстве. М., 1930 и др.
7 Зеленко В. А. Практика внешкольного образования в России. М.-Пг., 1923.
8 См., например: Бобрышев Н. Кампания по ликвидации безграмотности// Народное просвещение. 1924. №2. С. 64-70; Бондарев Д. А. Ликвидация неграмотности. Цифры, факты, перспективы. М.-Л., 1929; Сталь Л Н. Итоги и перспективы работы ОДН. М, 1931.
вопросы организации системы руководства культурой, подбора кадров, Материальное и социальное положение просвещенцев9.
Ближайшие соратники В. И. Ленина - Н. К. Крупская, А. В. Луначарский, И. И. Ходоровский - отстаивали ленинские установки в области культуры, марксистско-ленинский принцип взаимоотношений партии, государства и общественных организаций в области руководства культурным строительством. Их положение о руководящей роли партии, стало впоследствии стержневой идеей советского общества10.
Анализ первых шагов Советской власти в культурно-идеологической сфере содержится в работах известных в то время деятелей культурного фронта: Л. Авербаха, А. Деборина, П. Керженцева и др11. Причем анализ этот проводится с определенно выраженной классовой, пролетарской точки зрения. Их работы были в основном теоретического характера, с небольшим использованием источников, например, у Л. Авербаха.
Эпштейн М. К положению массового просвещенца// Власть Советов. 1924. № 1. С. 97-101; он же. К вопросам организационного и бюджетного порядка// Народное просвещение. 1924. № 8. С. 13-24; Заколодкин Н. Развитие структуры наркомпроса и его местных органов// Народное просвещение. 1927. № 11-12. С. 45-72; Панфилов В. Н. Культурный фронт сегодня и через пять лет. М.-Л., 1929; он же. О подборе и расстановке кадров культурного строительства. М.-Л., 1931.
См., например: Крупская Н. К. О культурной работе в деревне// Народное просвещение. 1924. № 6-7- С. 14-23; она же. Ленинские установки в области культуры. М., 1934; Ходоровский И. И. Год новой эпохи// Народное просвещение. 1924. № 11. С. 8-14; он же. Наши ближайшие задачи в области народного образования// Народное просвещение. 1924. № 8. С. 3-12; Луначарский А. В. Мораль с марксистской точки зрения. Севастополь, 1925.
См.: Залкинд А. Б. Революция и молодежь. М., 1924; Витолин Г. Вопросы культуры при диктатуре пролетариата. М., 1925; Деборин А. Марксизм и культура// Революция и культура. 1927. № 1. С. 8-216; Керженцев П. Человек новой эпохи// Революция и культура. 1927. №3-4. С. 17-20; Авербах Л. На путях культурной революции. М., 1929; он же. Спорные вопросы культурной революции. М., 1929.
Главное, что отличает работы первого периода, - это их целевая направленность, стремление ознакомить массы с директивными указаниями партии и правительства. Через демонстрацию достижений убедить в прогрессивности и необходимости нового строя. Ограниченный круг используемых источников, недостаточно глубокий теоретический анализ, стремление выдать желаемое за действительное определили агитационно-пропагандистский характер этих работ.
В начале 1930-х годов процесс накопления материала, его методологическое осмысление затормозились под влиянием объективных и субъективных факторов. Штурмовые методы социально-экономического развития страны диктовали интерес преимущественно к текущим вопросам. В условиях формирования культа личности Сталина, его взгляды и суждения оказали решающее влияние на разработку данной темы. Начало культурной революции было отнесено им на период технической реконструкции народного хозяйства, т. е. на конец 1920-х годов. Доминирующей стала тема партийного руководства культурными процессами, причем она излагалась как догма, не требующая доказательств, а лишь иллюстраций12.
С этих же позиций написана и работа Л. С. Фрид, одной из старейших работниц культурного фронта1 . Тем не менее, книга эта не утратила значимости для исследователей, так как в ней собран большой фактический материал, в сжатом виде изложена история Главполитпросвета, обозначены основные направления его деятельности. Н. Н. Белькович в своей
12 См., например: Юдин Л. Ф. Марксизм-ленинизм о культуре и культурной революции М., 1933; Кравченко А. О культурной работе за 15 лет// Политпросветработа. 1942. № 19-20. С. 27-30; Иванов А. М. Что сделала советская власть по ликвидации неграмотности среди взрослых. М., 1949 и
др-
13 Фрид Л. Е. Очерки по истории культурно-просветительной работы в РСФСР (1917-1929 гг.). М., 1941.
монографии рассматривает исключительно достижения Советской власти в сфере культурного строительства за истекшие двадцать лет14.
В послевоенной литературе вопросы воспитания масс были комплексно изучены Н. Мамаем15. Его работу можно расценивать как шаг вперед в разработке этой темы. В ней освещены политическое и экономическое положение страны в 1920-е годы, вопросы партийного просвещения коммунистов, ликвидация безграмотности, процесс развития политико-просветительных учреждений. И, тем не менее, работа достаточно политизирована. Н. Мамаем была заложена некая схема, которая ощущается в книгах и статьях других авторов, писавшихся на данную тему16.
Новый этап в изучении вопросов истории культуры начинается со второй половины 1950-х годов, когда выходит ряд трудов обобщающего характера . Основная их задача - определение понятия "культурная революция", хронология и периодизация этого процесса, дифференцированный анализ различных его аспектов, что свидетельствует о более глубоком изучении исследователями проблемы в целом.
Вопросы культурно-идеологической деятельности относятся к числу междисциплинарных и потому изучались не только историками, но и
Белькович Н. Н. Социально-культурное строительство в РСФСР. М., 1938.
Мамай Н. Коммунистическая партия в борьбе за идейно-политическое воспитание масс в первые годы НЭПа. М., 1954.
16 См., например: Константинов Н. А., Медынский Е. Н. Очерки по истории советской школы в РСФСР за 30 лет. М., 1948; Иванова А. М. Что сделала Советская власть по ликвидации неграмотности среди взрослых. М., 1949.
См.: Абросенко К. П. Рост культуры советского общества. М., 1958; Ким М. П. Коммунистическая партия - организатор культурной революции в СССР. М., 1955; Он же. 40 лет советской культуры, М. 1957; Карпов Г. Г. Партия и культурная революция в СССР. М., 1957; Смирнов И. С. В. И. Ленин и советская культура. М., 1960 и др.
ю
философами18. Общим для тех и других была взаимосвязь между культурными преобразованиями и социально-экономическими и политическими, а существующий постулат о построении социалистического общества различной степени зрелости определял выделение тех или иных этапов культурной революции.
С этого же времени культурно-просветительная работа становится объектом специального анализа. В исследованиях М. С. Андреевой, В. А. Куманева, Т. А. Ремизовой, П. Молоко, С. Н. Сталлиферовской дается исторический обзор темы, выделяются этапы, раскрываются формы и методы этой работы19. Кроме того, расширился круг используемых источников, которым был дан основательный анализ. Но идеализация роли Коммунистической партии, сосредоточение внимания на мероприятиях, проводимых ею, преувеличение успехов и замалчивание о недостатках - это общие черты исторической литературы того периода, и не только по интересующей нас теме.
Всякая деятельность, в том числе и в сфере культуры, требует специально подготовленных людей. Этот вопрос традиционно рассматривался в нескольких аспектах: привлечение старой интеллигенции и создание новой. Большинство авторов, занимавшихся проблемой привлечения большевиками старых специалистов, обходили стороной вопрос о несправедливом
1 я
См.: Баллер Э. А Преемственность в развитии культуры. М., 1969; Иовчук М. Т., Коган Л. Н. Советская социалистическая культура: исторический опты и современные проблемы. М., 1979; Межуев В. Н. Культура и история: проблемы культуры в философско-исторической теории марксизма. М., 1977 и др.
См.: Андреева М. С. Коммунистическая партия - организатор культурно-просветительной работы в СССР. 1917-1933 гг. М., 1963; КуманевВ. А. Социализм и всенародная грамотность. М., 1967; Молоко П. Основные этапы развития культурно-просветительной работы в СССР. Л., 1962; Ремизова Т. А. Культурно-просветительная работа в РСФСР в 1921-1925 гг. М., 1962; Сталлиферовская С. Н. Культурно-просветительская работа
п
притеснении интеллигенции, имевшей иные взгляды, упрощали картину, подчас отождествляя профессиональное сотрудничество и переход на новые идейные позиции. Подобную тенденцию фиксирует в своих историографических работах Л. М. Зак . Характеризуя же новые кадры, исследователи много внимания уделяли их социальной принадлежности и совсем немного - качеству профессиональной подготовки21.
В обобщающих исследованиях содержится большой фактический и статистический материал, позволяющий выявить определенную социально-классовую тенденцию в решении кадровых проблем22.
Логика слома старого государственного аппарата предопределила необходимость создания нового, принципиально отличающегося по своей сути. Наибольшее внимание историков привлек период становления новых структур. Здесь подробно рассматриваются мероприятия по их формированию, дается история реализации партийных установок. Исследователи отмечают излишнюю централизацию Наркомпроса и слабую интересующий нас период представлен в монографии С. И. Штамма, где
в деревне (1924-1925 гг.)// Очерки по истории советской науки и культуры. М, 1968. С. 69-100.
См.: Зак Л. М. История изучения советской культуры. М., 1981; Зак Л. М., Лельчук В. С, Погудин В. И. Строительство социализма в СССР. Историографический очерк. М., 1971.
21 См.: Боженко Л. И. Подготовка кадров для культурно-просветительной работы в Сибири в восстановительный период (1921-1925 гг.)// Вопросы истории Сибири. Вып. 1. Томск, 1964. С. 143-156; Окладчиков А. П., Соскин В. А. Формирование советской интеллигенции Сибири: этапы и особенности (1917-1941 гг.)// История СССР. 1979. №6. С. 3-20; Федюкин С. А. Октябрьская революция и интеллигенция// История СССР. 1977. № 5. С. 69-89; Он же. Великий Октябрь и интеллигенция: из истории вовлечения старой интеллигенции в строительство социализма. М., 1972.
22 См., например: Агеева Л. Н., Адуло Т. И., Бабосов Е. М. Великий октябрь и социальная структура советского общества. Интеллигенция. Минск, 1988; Изменение социальной структуры советского общества. 1921-середина 30-х годов. М., 1979; Интеллигенция и революция. XX век.
12
прослеживаются изменения в системе руководства народным образованием на протяжении двух десятилетий23.
Оценивая появление в структуре Наркомпроса Гласного политико-просветительного управления, авторы исходили из определенного канона: незыблемости руководящей роли партии в области идеологии. Подчиненность деятельности Главполитпросвета агитационно-пропагандистскому отделу РКП(б) оценивалась однозначно как положительный и само собой разумеющийся фактор. Это не позволило им по-новому взглянуть на вопрос взаимоотношений партийных и государственных структур, определить особое значение Главполитпросвета в системе Наркомпроса24.
Устоявшийся тезис об обострении классовой борьбы в сфере идеологии в период перехода к НЭПу, не мог не вызвать появления большого количества исследований, посвященных не только вопросам идеологической борьбы, но и содержанию пропагандистской работы25. Идея о сочетании политического просвещения и культурной работы, характерная для культурного строительства в нашей стране, красной нитью проходит через эти работы.
М., 1985; Смоляков Л. Я. Социалистическая интеллигенция: Социально-философский анализ. Киев, 1986.
2 См.: Штамм С. И. Управление народным образованием в СССР (1917-1936 гг.). М, 1985.
24 См.: Андреева М. С. Коммунистическая партия - инициатор создания и руководитель Главполитпросвета// Вопросы истории КПСС. 1968. № 6. С. 80-86; Морозов Л. ф. Главполитпросвет- орган идеологической работы в массах (1920-1930 гг.)//Вопросы истории КПСС. 1984.№ 11. С. 43-56.
25 См., например: МиловаИ. В. Агитационная работа партии среди рабочих масс при переходе к НЭПу// Вопросы истории КПСС. 1972. № 11. С. 93-102; Липочкин Н. Г. Утверждение пролетарской идеологии в советской общеобразовательной школе// Очерки истории партийного руководства культурным строительством в СССР. 1921-1925 гг. Ростов, 1982. С. 32-66; федюкин С. А. Борьба с буржуазной идеологией в области культуры в первой половине 20-х годов// Очерки истории партийного руководства культурным строительством в СССР. 1921-1925 гг. Ростов, 1982. С. 6-32 и др.
13
Усиление идеологического диктата партии с применением мер административного воздействия оценивается С. А. Федюкиным как единственно правильный выбор в условиях достигшего своего апогея к лету 1922 года буржуазного идеологического наступления. В его монографии исследуются мероприятия, проводимые партией в этом направлении: различного рода кампании, собрания, конференции, но мало фактического материала, демонстрирующего эффективность работы системы политического просвещения26.
В ходе возобновившейся в 1970-е годы дискуссии о культуре как о предмете исторического исследования, историки приходят к выводу о необходимости комплексного подхода к изучению явлений духовной жизни общества . И здесь необходим был анализ процесса духовного развития отдельного человека, так как переход общества из одного состояния в другое сопровождается перестройкой не только общественного, но и индивидуального сознания.
Понимание культуры не как простой совокупности отраслей духовного производства, но как выражение духовной сущности человека активизировало внимание исследователей на проблеме человека в контексте культурных преобразований . Наиболее интересными являются работы В. А. Козлова. В монографии, написанной по материалам Европейской части РСФСР, он не просто анализирует мероприятия государства и партии по
См.: Федюкин С. А. Борьба с буржуазной идеологией в условиях перехода к НЭПу. М., 1977.
27 См.: Ким П. М. О культуре как о предмете исторического изучения// Вопросы истории. 1973. № 11. С. 33-37; Ермаков В. Г. Советская культура как предмет исторического исследования// Вопросы истории. 1973. №11. С. 20-32.
по
См.: Козлов В. А., ОбоджаВ. А., ПушковВ. П. Опыт изучения особенностей культурного развития советского доколхозного крестьянства// История СССР. 1978. № 5. С. 89-107; Козлов В. А. Человек революционной эпохи: к методологии исторического исследования// Советская культура: история и современность. М., 1983. С. 186-202.
14
культурному развитию села и их последствия, но поднимает также вопросы эволюции политического сознания крестьянства29. Народные массы рассматриваются им не только как объект, но и как субъект культурной деятельности. Все это выгодно отличает работу от других, написанных на эту тему, где все успехи и достижения оцениваются в основном в количественных показателях, преувеличивается роль партийного руководства и изучается культурное развитие деревни, а не крестьянства как класса30.
В. А. Козлов совместно с И. А. Головань является автором главы "Изменение в духовном облике народных масс: итоги первого десятилетия" в коллективной монографии Института истории АН СССР "Великая Октябрьская социалистическая революция и становление советской культуры. 1917-1927 гг."31. Это одна из немногих работ, в которой авторы стремились охарактеризовать все отрасли и явления духовной культуры в их органической связи, как это и есть в действительности, а саму культуру как неразрывную часть более широкого целого - человеческой действительности. Но эмпиризм в решении вопроса о составе и структуре культурного строительства сохранился, в том числе и в главах, посвященных ликвидации неграмотности и деятельности культурно-просветительных учреждений.
Более полный анализ содержания культурного развития, преодоление доминанты формально-количественных показателей в ее оценке присущ
См.: Козлов В. А. Культурная революция и крестьянство. 1921-1927 гг. (по материалам Европейской части РСФСР). М, 1983.
См.: Денисов С. Г. Борьба партии за культурное преобразование деревни. 1917-1937 гг. М., 1981; Манаенков А. И. Руководство партии культурным строительством в деревне. М., 1987.
31 См.: Великая Октябрьская социалистическая революция и становление советской культуры. 1917-1927 гг. М., 1985.
15
другой монографии этого же коллектива . И хотя хронологические рамки ее (1928-1941 гг.) не совпадают с исследуемым периодом, интерес представляет сам подход авторов к теме. Им удалось воссоздать объективную картину социально-психологического климата тех лет (особенно в главах "Политическое воспитание масс", "Проблемы формирования социалистического типа личности") и, не ограничиваясь констатацией бесспорных успехов, показать серьезную деформацию духовной жизни общества. Содержащийся в работе ретроспективный анализ проблем управления культурой, ее материальной базы, развития школы, форм и методов политико-просветительной работы отличает глубина и внимание к деталям.
Тема политико-просветительной работы изучалась рядом авторов на региональном материале . Наиболее исследованным в этом плане регионом является Сибирь. Здесь сформировалась целая школа по изучению культурных преобразований во главе с В. Л. Соскиным34. Привлекая обширный фактический материал, автор раскрывает специфические условия культурного строительства в Сибири, одним из немногих, обстоятельно анализирует влияние материальных условий на развитие культурной жизни.
32 См.: Советская культура в реконструктивный период. 1928-1941 гг. М., 1988.
См., например: Культурная революция на Урале. Свердловск, 1966; Кабанов Л. И. Культурные преобразования в Курской области. Воронеж, 1968; он же. История культурной революции в СССР. М., 1971; Чуфаров В. Г. Деятельность партийных организаций Урала по осуществлению культурной революции (1920-1937 гг.). Свердловск, 1977; Культурная революция в Татарии (1917-1937 гг.). Казань, 1986 и др.
34 См.: СоскинВ. Л. Культурная жизнь в Сибири в первые годы НЭПа (1921-1925 гг.). Новосибирск, 1973; он же. Формирование народного образования в Сибири в период строительства социализма (1917-1941 гг.)// Историография культуры и интеллигенции Советской Сибири: Сб. татей. Новосибирск, 1978. С. 6-75; Он же. Культурное строительство в Сибири в 20-30 гг.// Историография Советской Сибири. 1917-1945 гг. Новосибирск, 1979. С. 144-192.
16
Другой сибирский ученый - Л. И. Боженко - в ряде работ рассматривает проведение культурно-просветительной работы в регионе в 1921-1925 гг.35. Автор отказался от изображения развития культпросветработы в виде единого потока и выделяет в нем две самостоятельные фазы, разграничивая их финансовым кризисом 1922 года, указывает на связанные с этим сложности, выявляет ошибки в руководстве культурными преобразованиями.
В целом в этот период историки приобрели устойчивые навыки анализа вопросов создания и деятельности различных институтов культуры, в том числе и культурно-просветительных учреждений. Эти учреждения обеспечивали просвещение и воспитание масс, что должно было проиллюстрировать и доказать процесс возникновения, становления и развитие советской культуры как культуры нового, социалистического типа.
Для исследований истории культурного строительства на современном этапе характерен поиск новых подходов, отказ от сложившихся стереотипов, сформировавшихся в периоды культа личности и застоя. В 1990 году вышла монография С. А. Галина, где предпринята попытка комплексного подхода в изучении данной темы, используется новый фактический материал36. Хотя автору, к сожалению, не удалось выйти за рамки установившегося шаблона.
В 1990-е годы очевидно стремление историков оценивать события прошлого с точки зрения реальных противоречий, проблем и возможностей того времени. Многие статьи посвящены разработке узловых, теоретических проблем культурных преобразований в стране. В них предприняты попытки рассмотреть процесс складывания командно-бюрократических методов
См.: Боженко Л. И. Культурно-просветительная работа в Сибири (1921-1925 гг.). Томск, 1967; он же. Культурное строительство в сибирской деревне накануне НЭПа// Вопросы истории и социально-экономического развития советской Сибири. Томск, 1986.
36 См.: Галин С. А. Исторический опыт культурного строительства в первые годы Советской власти (1917-1925 гг.). М., 1990.
17 |
