Введение
Вопрос о значении и функциях аналитической формы shallWill + инфинитив в современном английском языке, являющийся предметом настоящего исследования, представляет большой интерес в современном языкознании, так как тесным образом связан с дискуссионной проблемой статуса аналитических форм в английском языке.
Скрупулезное изучение данной проблемы позволит не только определить роль рассматриваемых глаголов shall и will в образовании аналитического будущего, но и определить условия, при которых сочетания этих глаголов с инфинитивом относятся к модальным сочетаниям.
Объектом исследования стала функциональная сущность понятий модальности и темпоральности, их реализация в языке и речи, особенности их взаимосвязи и принципы различения аналитических форм будущего и модальных словосочетаний, схожих по форме.
Предметом анализа являются устойчивые глагольные сочетания shallYwill + инфинитив, которые в современном английском языке используются как средства выражения модальности и футуральности. Также анализу подверглись единицы языка, выражающие указанные понятия в русском и французском языке.
Актуальность диссертационного исследования определяется
,ф сложностью понятия "будущности", которое по сути своей гипотетично,
предположительно, а, значит, модально. Требуется выяснить соотношение
форм и функций глаголов shall и will в сочетании с инфинитивом смыслового
глагола. В настоящее время назрела необходимость для исследования
условий и критериев различия аналогичных по форме и исторически
родственных аналитических форм будущего и модальных сочетаний.
Описание этих критериев особенно важно в отношении сравнительно —
исторического и сопоставительного языкознания, в практическом смысле,
г# при переводе сочетаний shall и will на другие языки.
Кроме того, безотлагательного рассмотрения требует вопрос о современном состоянии грамматически оформленной аналитической формы английского будущего времени. Данное исследование рассмотрит диалектику процессов, происходящих в конструкциях будущего, основываясь на реальной взаимосвязи синхронических и диахронических принципов в языке.
Научная новизна работы заключается в многостороннем исследовании поставленной проблемы с учетом исторического компонента в развитии значений и функций глагольных сочетаний shall и will. Была предпринята попытка поиска объективных причин специфики рассматриваемых языковых единиц с позиций диахронизма. Объединив результаты исследования процессов эволюционирования и современного состояния рассматриваемых глаголов, мы предоставили наиболее полные синтагматическую и парадигматическую системы глаголов shall и will.
Принципиально новым является попытка рассмотреть указанные явления с точки зрения сравнительного и типологического языкознания. Сравнение средств выражения будущности и средств выражения модальных значений, присущих глаголам shall и will, осуществляется на уровне трех языков: английского, французского и русского (в качестве базового выступает английский язык).
Такое широкое по зоне охвата языковых явлений в разных по структуре языках исследование призвано подытожить на данном этапе развития языка многочисленные работы, посвященные изучению модальных и служебных глаголов, затрагивавшие лишь определенный сегмент проблемы.
Материалом исследования послужили преимущественно диалогические тексты, взятые из художественных произведений английских, американских, русских, советских, французских авторов, а также тексты учебных материалов. В ходе исследования было проанализировано более 500 микротекстов. Выбор исследуемой литературы определялся целями и задачами, поставленными в диссертационной работе. Отобранные нами для
анализа произведения, в большинстве своем принадлежат перу признанных классиков мировой литературы.
Целью данной работы является сопоставительное исследование и описание семантико - грамматических способов выражения модальности и будущности в английском, русском и французском языках. Для достижения обозначенной цели в работе ставятся следующие задачи:
1. проанализировать специфику будущных событий, применяя методику лексико — грамматических полей в языке, и показать, что всякое будущное действие предположительное, гипотетичное, так как поля модальности и темпоральности пересекаются в области микрополя будущего и микрополя предположения;
2. рассмотреть спорный вопрос современной лингвистики о существовании в английском языке грамматически оформленной конструкции будущего. Доказать возможность определения сочетания shall\will + инфинитив, как грамматического будущего, противопоставленного прошлому и настоящему;
3. доказать, что формы неопределенного будущего Future являются наиболее нейтральными выразителями идеи будущности в английском, французском и русском языках;
4. выявить закономерности становления формы грамматического будущего в английском, французском и русском языках и указать на современное состояние данных конструкций, объединив в исследовании диахронические и синхронические принципы;
5. описать основные значения, присущие формам будущего в английском, французском и русском языках;
6. описать основные способы перевода глагольных сочетаний модальных глаголов shall и will на французский и русский языки.
Методологической основой данного исследования являются лингвистические концепции, принятые современной наукой: о
взаимоотношении языка и речи, о диалектической связи языка и мышления, об активной роли субъекта в языке.
Процедура анализа была обусловлена целями и задачами, поставленными в данном исследовании. Конструкции будущего в английском, французском и русском языках последовательно рассматривались во всех их значениях и функциях с точки зрения сравнительно - исторического и сопоставительного языкознания.
Теоретическое значение работы заключается в том, что она вносит определенный вклад в развитие функциональной грамматики, в частности, в раздел исследования аналитических форм глагола, как специфических глагольных сочетаний. Глубокое и многостороннее изучение специфики форм будущего в английском, французском и русском языках позволяет выявить сходство и различие выполняемых ими функций и присущих им дополнительных модальных значений. Результаты исследования имеют достаточно большое значение для теории и практики перевода и могут применяться на практике.
Практическая ценность результатов диссертационной работы видится в том, что основные выводы и положения исследования могут быть использованы в курсах практической и теоретической грамматики, учебниках по теории и практике перевода, в различных грамматических справочниках. Обобщенные в виде таблиц результаты анализа способов перевода различных модальных значений глагольных сочетаний shallNwill + инфинитив, могут быть использованы в переводческой деятельности, а также при обучении в курсах художественного и обычного перевода.
Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, библиографии и списка художественной литературы.
Во введении обосновывается выбор темы работы, ее актуальность, новизна, теоретическая и практическая ценность исследования, формулируются цели, задачи, методы и материалы исследования.
В главе I "Будущее время в современном английском, французском и языке" рассматривается статус и функции грамматически оформленного будущего времени в английском, французском и русском языках. Английское будущее, по форме совпадающее с сочетанием модальных глаголов shall и will и инфинитива глагола, является предметом многочисленных лингвистических дискуссий. Обсуждению его формы, значения и функций посвящена основная часть теоретического исследования диссертационной работы.
I часть "Сложность понятия будущности'* посвящена рассмотрению специфики и проблематики будущего времени.
Раздел 1.1 рассматривает проблему будущего как логико-семантической категории, с позиций функциональной лингвистики. Применение теории функционально — семантических полей позволяет наиболее точно определить место будущего относительно других явлений в языковой системе. Макрополя модальности и темпоральности пересекаются в области микрополя будущего времени и микрополя предположения.
Отсутствие доминантного способа в выражении будущности ставит перед лингвистами вопрос о правомерности отрицать существование грамматического будущего в английском языке, так как футуральные маркеры могут быть отнесены к конституентам микрополя предположения.
В разделе 1.2. "Вопрос о существовании грамматического будущего времени в современном английском языке" освещается проблема трактовки глагольных форм будущего в английском языке. Приводятся доводы сторонников двойной временной оппозиции (прошедшее \ непрошедшее) в пользу того, что конструкция shallYwill + инфинитив не может рассматриваться как форма будущего. Более убедительными на наш взгляд являются аргументы приверженцев троичной оппозиции в категории времени: прошедшее \ настоящее \ будущее, которые отстаивают право будущего рассматриваться как грамматически оформленное время.
Часть 2 посвящена истории возникновения будущего в английском, русском и французском языках.
Раздел 2.1 описывает становление английского будущего. Сочетание модальных глаголов с полнозначными глаголами является наиболее частой базой для образования аналитических конструкций в английском языке. Глаголы shall и will из—за их специфической семантики помимо оценочного значения, оказались способны также соотносить действия с временным планом будущего, что и обусловило их дальнейшее лексико-грамматическое опустошение и превращение в аналитическую форму.
Раздел 2.2. "Обзор возникновения форм будущего времени во французском и русском языках" посвящен рассмотрению базовых конструкций и условий возникновения будущего простого и будущего сложного в русском языке, а также времен Futur Simple, Futur Anterieur и Futur Immediat во французском языке.
Часть 3 описывает средства выражения будущего в современном английском, русском и французском языках.
В разделе 3.1. разбираются конструкции, выражающие будущее время в английском языке. Современный английский язык обладает развернутой системой средств футурального реферирования: shall\will + инфинитив, формы Present, be going to, be to + инфинитив, be likely to и др. Проводится типологическое сравнение этих способов выражения предстоящих событий с точки зрения дополнительных помимо значения будущего оттенков. Наиболее свободным от модального значения уверенности, а значит, самым нейтральным способом отнесения действия к будущему являются конструкции Future Indefinite.
Раздел 3.2. Особенности форм русского будущего и передаваемые ими значения. Проводится описание способов формообразования форм будущего в русском и французском языках. Исследуются основные функции и значения этих времен. Сравнительный анализ английского, русского и французского будущего свидетельствует о том, что русское будущее может
выражать практически все модальные значения, которые присущи конструкции shallWill + инфинитив. Французское будущее оказывается достаточно скудным в плане выражения модальных оттенков, имея, в качестве основной, функцию отнесения действия к будущему.
Вторая глава состоит из двух частей и посвящена практическому исследованию современного состояния аналитической конструкции shallWill + инфинитив в английском языке.
В части 1 проводится диахроническое исследование соответствия языковой действительности правилу классических грамматик XVIII в., постулирующего при образовании простого будущего Future с первым лицом употреблять вспомогательный глагол shall, а с остальными лицами -will. Употребление shall со 2 и 3 лицами, a will с первым, называется модальным употреблением этих глаголов. Исследуются более 250 случаев неокрашенного будущего в 6 художественных произведениях английских и американских авторов в период с середины XIX в. по настоящее время. В начале главы описываются критерии дифференциации модального и временного употребления shallWill + инфинитив. Выявляется несоответствие указанного правила реальному состоянию языка, т.к. вспомогательный глагол shall выходит из употребления, а прочные позиции в качестве маркера будущего завоевывает усеченная форма глагола will - '11.
В части 2 "Модальное употребление глаголов shall и will и их перевод на французский и русский языки" описаны способы перевода различных модальных значений рассматриваемых глаголов. Проводится системный анализ модальных оттенков, которые развились из их базовых значений "долга" и "желания", и выявляются закономерности их перевода на французский и русский языки. В исследовании был использован метод рассмотрения значений по семантическим группам, что позволяет минимизировать зависимость перевода от субъективного восприятия переводчика интенсивности того или иного модального оттенка и привести
возможные способы перевода глагольных сочетаний модальных глаголов на французский и русский языки к логической системе.
В заключении обобщаются полученные результаты и намечаются перспективы дальнейшего развития формы грамматического будущего 'llYwill + инфинитив в английском языке.
Глава I
Будущее время в современном английском, французском
и русском языках
Часть 1. Сложность понятия будущего
1.1. Теория лексико-грамматических полей.
Специфический характер рассматриваемого явления, а именно сложный характер понятия будущего требует применения определённых константных единиц, которые могут облегчить его исследования. Наиболее удобным для решения поставленных в данной работе задач, нам представляется методика лексико-грамматических полей, которую отличает стремление учесть функциональные особенности языковых явлений. В последнее время в различных лингвистических исследованиях общего и частного характера мы всё чаще встречаем термины "полевой подход", "макро- и микрополе". Прежде чем мы приступим к анализу и описанию лексико-грамматического поля1 темпоральности, остановимся на трактовке основных понятий, используемых в работе.
Прежде всего, стоит отметить, что понятие "функционально-семантическое поле" является одним из ведущих в современной лингвистике и берёт начало с работ Ф. де Соссюра. Последователи идей великого лингвиста сформировали функциональную ветвь языкознания, которая представлена рядом лингвистических школ, наиболее крупными среди которых являются: пражская (СО. Карцевский, Н.С. Трубецкой, Р.О.Якобсон), лондонская (J.R. Firth, M.A.K. Halliday) и копенгагенская (Е. Benveniste, G. Guillaume, J. Kurilovicz). В нашей стране функциональное направление разрабатывали А.В. Бондарко, Н.А. Слюсарёва, Г.С. Щур и другие, которые основывают свои исследования на идеях корифеев русского языкознания К.С. Аксакова, И.И. Мещанинова, А.А. Потебни,
1 Термин взят из Е.В. Гулыга, Е.В. Шендельс Е.В. (1969).
10
A.M. Пешковского, А.А. Шахматова. Как известно, метод функционально-грамматического подхода состоит в особом интересе к смысловой стороне языковых явлений, идёт поиск связи между смыслом и формой, причём функциональная грамматика берёт смысловой элемент, в качестве основного. А.В. Бондарко (1981) указывал, что выявление универсалий в этом направлении языкознания сопряжёно с отражением реально существующей структурной организации конкретного языка. Данный принцип системности при изучении языковых структур является обязательным требованием функциональной грамматики (В.Б. Касевич, B.C. Храковский (1983)).Такой структурный подход в полной мере отражает и природу языка, который являет собой не случайное скопление отдельных звуков, слов и структур, а внутренне связанное, организованное целое. Языковые реалии находятся в глубокой взаимосвязии, взаимопроникают друг в друга, что следует учитывать с тем, чтобы указать место, занимаемое тем или иным явлением в изучаемой системе. Такой подход заслуживает особенно пристального внимания, так как позволяет рассматривать языковые структуры с нескольких сторон. Действительно, каждое явление в языковой системе обладает не только собственными значениями и качествами, но также и теми, которые обусловлены его взаимосвязью с другими структурами. Таким образом, данный подход представляется нам наиболее приемлемым в нашей работе, так как рассматриваемое языковое явление, а именно, будущее время, есть сложная структура, место которой относительно других систем языка является решающим фактором в решении переводческих проблем.
Представляется, что раскрытию тезиса о системности языка, из которого вытекает и системный характер связей между его отдельными составляющими, в значительной мере способствует рассмотрение языка в плане соотношения микро- и макроструктур и выявление их иерархаического места в общей системе языка, без чего описание языка было бы хаотическим.
Также принципом функциональной грамматики является коммуникативный подход в исследовании языковых реалий, рассмотрение
н
реального процесса функционирования языка. Функциональная грамматика признаёт текст основной коммуникативной единицей, выражающей законченное высказывание, и изучает условия реализации в нём функциональных возможностей различных языковых структур. В связи с тем, что текст является высшей единицей синтаксического уровня, функциональная грамматика предполагает в качестве одной из основных своих задач анализ роли и характеристик коммуникативных конструкций, принадлежащих к более низким уровням, а также изучение характера их взаимодействия и взаимовлияния.
Таким образом, основными принципами функциональной грамматики являются следующие (И.В. Резник (1988, с. 14)):
1. изучение значений языковых явлений и формальных способов их выражения происходит в направлении "от смысла к форме";
2. все элементы языка анализируются в их взаимосвязи;
3. категории языка изучаются с точки зрения их реального функционирования.
Понятие функционально-семантического поля является одним из центральных в функциональной грамматике. Теория поля, как уже указывалось, разрабатывалась многими зарубежными и отечественными лингвистами. Е.В. Тарасова (1975, с. 18) указывает, что термин "поле" впервые появился в лексикологии, когда G. Ipsen (1924), J. Trier (1934), L. Weisgerber (1962) и другие немецкие лингвисты разработали теорию семантических полей, а М. Brinkmann (1962) привнёс в грамматику понятие "поле модальности". Наряду с рассмотрением полей как парадигматического или синтагматического явления, в последнее время выработался новый подход в рассмотрении поля как межуровневого явления. Практическое начало такому подходу было положено в работах F. Brunot (1965), О. Jespersen (1965). Исследованию языковых средств, принадлежащих к разным уровням, но выражающих одинаковые понятия и отношения, посвящен ряд работ, в которых такое явление определяется, как поле (А.В.
12
Бондарко (1969), Е.В. Гулыга (1969), А.А.Уфимцева (1962), Е.И. Шендельс (1969)).
Стоит отметить, что понятие "поле" претерпело ряд изменений и расширило своё значение в ходе его исследования. Если у Е.В. Гулыги (1969, с. 11) мы встречаем термин "лексико-грамматическое поле", то у Н.И. Филичивой (1977, с. 47) уровень языковых единиц, охватываемых этим понятием, повышается, говорится о "синтаксическом" поле, А.В. Бондарко (1984, с.209) вводит "функционально-семантическое поле", которое выражает ту или иную логико-семантическую категорию (модальность, темпоральность, множественность, одушевлённость и так далее) и имеет определённый набор языковых средств, служащих для её выражения.
Как видим, термины, предлагаемые разными учёными, по существу очень близки. Во всех работах совмещаются два подхода в изучении явления поля: семасиологический и ономасиологический, при этом определённую роль играет функциональная сторона рассматриваемых явлений. В связи с этим мы придерживаемся термина "функционально-семантическое поле", предложенное А.В. Бондарко( 1984).
Он интерпретирует различные средства выражения в языке времени, залога, вида и других грамматических категорий следующим образом: "Функционально-семантическими мы называем категории, у которых план содержания образует понятия, аналогичные понятиям, выражаемым категориями грамматическими, а план выражения представлен языковыми средствами, относящимися к разным уровням языка; имеются в виду средства морфологические, синтаксические, словообразовательные, лексические и различные комбинации средств контекста ".
А.В. Бондарко (1984, с. 210) определяет как главный признак функционально-семантического поля наличие у совокупности средств его выражения общего инвариантного семантического значения. Е.В. Гулыга (1969, с. 19) определяет взаимодействующие языковые элементы,
'¦ Бондарко А.В. Функциональная грамматика. Л., 1984, с. 204-203.
13
выполняющие конкретную семантическую функцию как конституенты поля. В соответствии с функциональным подходом в языкознании, основными компонентами структуры функционально-семантических категорий являются центр (ядро) и периферия. А.В. Бондарко (1984, с.209) отмечает, что хотя поле представляет собой совокупность взаимодействующих разноуровневых средств, грамматическим центром поля является морфологическая категория, потому что в ней содержание данной функционально - семантической категории выражено наиболее сконцентрировано. Это тем более логично, что функционально-семантическая категория опирается на категорию грамматическую.
И.В. Резник (1988, с. 15) отмечает, что при трактовке поля согласно иерархии входящих в него языковых средств, следует различать полевые центр и периферию: центр характеризуется максимальной концентрацией отличительных признаков данной категории, периферия означает их разреженность. На основе этого признака ядром-доминантой признаются наиболее регулярно используемые средства, пониженная частотность употребления маркирует периферию поля.
М.Н. Шнайдман (1982, с. 5) считает, что доминанта функционально-семантического поля должна обладать наибольшей информативностью.
Очевидно, что эти два подхода не противоречат друг другу, так как объём, информативная нагрузка конституента обуславливает частотность его использования. При анализе функционально-семантического поля темпоральности, например, наиболее ёмкими в функциональном плане, а потому и занимающими относительно большую удельную массу фактов использования, являются морфологические средства выражения категориального значения темпоральности - глагольные формы. Периферийными конституентами здесь можно считать лексические, синтаксические, и интонационные средства выражения данной грамматической категории. Подобная тесная взаимосвязь и взаимозависимость структур, принадлежащих к разным языковым уровням,
14
видимо, объясняет термин "лексико-грамматическое поле", предлагаемое Е.И. Шендельс и Е.В. Гулыгой (1969).
Е.В.Тарасова (1975, с. 19) считает, что это определение свидетельствует о тесном переплетении лексических и грамматических значений при передаче определённого абстрактного понятия.
Е.В. Гулыга (1969, с. 20) определяет грамматико - лексические поля как "сложную совокупность взаимодейсвующих языковых элементов, объединённых общностью семантики и функции" и отмечает, что "разнообразные средства грамматического и лексического уровня, призванные выражать и называть общие значения, связаны между собой неслучайными отношениями, позволяющими установить определённые закономерности".
По нашему мнению, понятия "функционально-семантическое поле" и "лексико-грамматическое поле" не противоречат друг другу, а определяют одно и тоже явление с разных сторон.
В термине Е.В. Гулыги мы видим указание на разнородность средств, выражающих общее значение. Конституенты поля, составляющие его ядро и периферию, могут иметь как грамматическую, так и лексическую природу. Однако, морфологические формы, выражают определённую семантико-грамматическую категорию более интенсивно и, являясь доминантными (ядерными) для данного функционального поля, имеют большую частотность употребления, что и отражено в названии.
Термин А.В. Бондарко (1984, с. 208) однозначно указывает на структурный характер взаимодействия средств, принадлежащих к различным уровням языка и служащих для передачи определённой семантико-грамматической категории. В связи с этим мы в своём исследовании придерживаемся термина "функционально-семантическое поле" для определения совокупности разнообразных средств, которые взаимосвязанно и взаимозависимо передают определённое логико-семантическое понятие,
15
так как считаем его более ёмким и наиболее подходящим при функциональном подходе в лингвистике.
Согласно Е.И. Шендельс и Е.В. Гулыге3 функционально-семантическому полю постулируется наличие ряда признаков, а именно: 1. Наличие инвентаря (набора) средств разных уровней, связанных между собой системными отношениями, которые, входя в состав поля, являются его конституентами.
2 Наличие общего значения, которое в той или иной форме присуще его конституентам.
3 Общее значение поля не едино, оно распадается минимум на два значения, которые могут быть противоположными (полярными). Каждое из этих понятий образует микрополе.
4 Поле обладает неоднородной, как правило, сложной структурой, которую можно представить в виде горизонтальных сечений.
В качестве иллюстрации структуры поля темпоральности представим рисунок №1. В связи с тем, что лексико-грамматическое поле темпоральности состоит из более мелких полей настоящего, прошедшего и будущего, то Е.И. Шендельс и Е.В. Гулыга предлагают использовать термины "микрополе" и "макрополе".
3 Шендельс Е.И., Гулыга Е.В. Грамматико-лексические поля современном немецком языке. М., 1969. с. 9
16 |
