ВВЕДЕНИЕ
Предметом диссертации является сопоставление глагольных словосочетаний чувашского и русского языков в плане выявления их структурно-семантических особенностей.
Актуальность темы определяется тем, что сопоставительно-сравнительное исследование языков позволяет шире и глубже раскрывать специфику изучаемого предмета, и тем, что в чувашском языкознании глагольное словосочетание, один из продуктивных и употребительных типов синтаксических единиц, принадлежит к числу малоисследованных объектов.
Основная цель диссертации - системное и комплексное исследование глагольных словосочетаний чувашского языка в сопоставлении с аналогичными синтаксическими конструкциями русского языка. Обозначенная цель предполагает решение следующих задач:
1) краткое изложение состояния изученности словосочетания как синтаксической единицы в русистике и в тюркологии;
2) определение грамматической сущности словосочетания путем установления его дифференциальных признаков;
3) отграничение словосочетания от смежных с ним языковых образований (слова, аналитической конструкции, фразеологической единицы и предложения);
4) выявление структурно-семантических особенностей глагольного словосочетания чувашского языка в сопоставлении с русским;
5) характеристика лексико-грамматических отношений, возникающих в глагольном словосочетании чувашского и русского языков, способов и средств связи между компонентами словосочетания двух языков;
6) установление основных лексико-семантических групп сочетающихся компонентов, участвующих в выражении определенных значений глагольных словосочетаний чувашского и русского языков.
Научная новизна работы состоит в том, что в ней впервые в чувашском языкознании и русистике:
- исследуются глагольные словосочетания чувашского языка в сопоставлении с аналогичными единицами русского языка путем установления лексико-грамматических отношений между их компонентами;
- описываются общие и отличительные черты чувашских и русских глагольных словосочетаний;
- дается перечень средств выражения лексико-грамматических отношений глагольных словосочетаний исследуемых языков.
Теоретическая значимость исследования заключается в том, что оно кладет начало научному сопоставительно-сравнительному изучению синтаксиса чувашских и русских глагольных словосочетаний. Всесторонний структурно-семантический анализ словосочетаний раз-ноструктурных языков, составивший основное содержание работы, несомненно, является вкладом в соответствующие разделы сопоставительной грамматики.
Практическая ценность работы в том, что результаты исследования могут быть использованы при дальнейшей разработке проблем синтаксиса словосочетаний чувашского и русского языков, при составлении учебных пособий для студентов и аспирантов по данной проблематике, подготовке спецкурсов по теории и практике перевода. Работа представляет определенную ценность для составителей чувашско-русских и русско-чувашских словарей.
Теоретической основой диссертации явились труды известных лингвистов по славянским, германским, финно-угорским, тюркским языкам (В.В. Виноградова, В.П. Сухотина, Н.Ю. Шведовой, Ю.С. Елисеева, Н.И. Филичевой, М.Б. Балакаева, М.З. Закиева, А.Н. Кононова, СП. Горского, М.Ф. Чернова и др.). Изучение семантики и структуры глагольного словосочетания проводилось на основе фактического материала, извлеченного из произведений чувашской и русской ху-
дожественнои литературы, устного народного творчества, дополненного данными словарной картотеки Чувашского государственного института гуманитарных наук.
Методы исследования. При решении поставленных задач использованы описательный, структурно-семантический, сопоставительно-сравнительный, статистический методы лингвистического анализа.
Апробация работы. Результаты исследования докладывались на научно-практических конференциях Чувашского государственного университета им. И.Н. Ульянова. Диссертация обсуждалась на заседании кафедры чувашского языкознания и востоковедения ЧГУ им. И.Н. Ульянова. Основные положения работы отражены в пяти статьях.
Структура исследования. Диссертационная работа состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии, списков условных сокращений и обозначений. Содержание работы изложено на 177 страницах.
Во введении определяется предмет исследования, обосновывается выбор темы, ее актуальность, раскрывается научная новизна, указываются цель и задачи, теоретическая и практическая значимость работы.
В первой главе «Краткая история изучения словосочетания в отечественном языкознании» рассматривается состояние изученности словосочетания в русистике и тюркологии, дается обзор работ, посвященных исследованию данного вопроса.
Во второй главе «Словосочетание как синтаксическая единица в чувашском языке и его основные признаки» устанавливаются дифференциальные признаки словосочетания на основе сравнения его со словом, аналитической конструкцией, фразеологизмом и предложением. Кроме того, в этой же главе рассматриваются структурные типы, способы и средства грамматической связи словосочетания.
Третья глава «Характеристика чувашского глагольного словосочетания в сопоставлении с русским» посвящена выявлению особенностей глагольного словосочетания чувашского языка, описанию указанного типа словосочетаний по лексико-грамматическим отношениям между компонентами, представлению наиболее полного перечня средств выражения лексико-грамматических отношений чувашских глагольных словосочетаний, их соответствию с показателями отмеченных отношений в соответствующих конструкциях русского языка.
В заключении изложены результаты предпринятого исследования.
ГЛАВА I. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ СЛОВОСОЧЕТАНИЯ В ОТЕЧЕСТВЕННОМ ЯЗЫКОЗНАНИИ
1.1. Из истории изучения словосочетания в русистике
Начало исследования словосочетания связано с необходимостью описания структуры, значения словесных соединений, сочетаемости слов между собою для определения правил связной речи. Зачинателями разработки этой проблемы являются М.В. Ломоносов и А.Х. Востоков, в чьих работах была заложена основа для дальнейших изысканий в этой области [44; 101].
Позже, в период, когда развивается учение о предложении, расширяются и границы рассматриваемой единицы. В ее состав включаются многообразные виды синтаксических образований, именуемые законченными (предикативными) или незаконченными (непредикативными) словосочетаниями (Ф.Ф. Фортунатов, А.А. Шахматов, В.П. Сухотин). Так, словосочетание определяется как «то целое по значению, которое образуется сочетанием одного полного слова (не частицы) с другим полным словом, будет ли это выражением целого психологического суждения или выражением его части» [185, с. 393], «грамматическое единство, обнаруживаемое зависимостью одних из этих слов от других» [199, с. 274]. А.А. Шахматов, различая законченные и незаконченные словосочетания, первые не рассматривает в учении о словосочетании: «синтаксис словосочетаний занимается главным образом второстепенными членами предложения в их отношении к главным членам или во взаимном отношении друг к другу» [199, с. 274]. A.M. Пешковский словосочетанием называет «два слова или ряд слов, объединенных в речи и в мысли». Под это определение он вводит и понятие «словосочетание, состоя-
щее всего из одного слова» (примеры: Пожар! Воры! Куда? Назад! Хорошо. Виноват.) Подобное включение ученый объясняет тем, что «мы произносим эти «слова» не как слова только, а как целые фразы с соответствующими оттенками повествования, вопроса и восклицания, с одной стороны, и с оттенком законченности мысли - с другой... Другими словами, слова эти по интонации оказываются равными в таких случаях целым словосочетаниям» [130, с. 63, 70].
В последующий период исследование синтаксиса развивается в двух направлениях, первое из которых связано с широким определением словосочетания (его представляют А.Н. Гвоздев, А.Г. Руднев, В.П. Сухотин, В.Н. Ярцева и нек. др.). В работе В.П. Сухотина, например, в состав словосочетаний включаются и сочинительные соединения, и предикативные сочетания, и отмечается, что «словосочетание является минимальным смысловым и грамматическим объединением слов в составе предложения и образует особый объект синтаксической науки, не устраняющий, а углубляющий учение о предложении, как важнейшей коммуникативной единице нашей речи» [170, с. 151].
В основу второго направления положено узкое понимание словосочетания, а именно теория словосочетания, выдвинутая В.В. Виноградовым [37, с. 230-253]. Продолжателями этой теории являются Н.Н. Прокопович, В.М. Филиппова, Н.Ю. Шведова и др. Выявляя сущность словосочетаний, В.В. Виноградов называет следующие их особенности:
1) образуются на основе слов, принадлежащих к той или иной части речи, в соответствии с правилами сочетаемости этих слов с другими словами;
2) выражают в составе предложения единые, хотя и расчлененные значения;
3) состоят не менее чем из двух полнозначных слов;
4) являются строительным материалом для предложения;
5) вне предложения так же, как и слова, относятся к области номинативных средств языка, средств обозначения предметов, явлений, процессов и т. п.;
6) сами по себе не имеют интонации сообщения и им чужды соотносительные категории подлежащего, сказуемого и других членов предложения.
Наряду с различной трактовкой словосочетания, наблюдаются расхождения и в установлении места его существования в языке, функции. Сторонники первого направления при определении сущности рассматриваемого соединения слов исходят из предложения, из существования словосочетания только в речи, его возникновения только в составе предложения. Функцию словосочетания указывают как выражение отношений между словами, которые отражают отношения между предметами и явлениями реальной действительности.
Согласно второй точке зрения - узкого понимания словосочетания - эта синтаксическая единица определяется как грамматическое единство, образуемое посредством соединения двух или большего количества знаменательных слов. Представители данного направления, в отличие от сторонников предыдущей точки зрения, словосочетание сближают со словом. Н.Н. Прокопович подчеркивает: <«...> словосочетания обнаруживают большую близость к отдельным словам <...>, используясь в речевой практике для обозначения единых, хотя и сложных наименований качеств, свойств предметов» [133, с. 40]. В связи с утверждением номинативной функции словосочетания сторонники данной точки зрения придерживаются мнения о существовании рассматриваемой синтаксической единицы и вне предложения. «Словосочетание как соединение знаменательных слов (или форм) на основе грамматического подчинения служит на докоммуникативной ступени расчлененным обозначе-
10
нием понятия и демонстрирует синтаксические свойства подчиняющего (определяемого) слова, на коммуникативном же уровне участвует в предложении в качестве его распространенного компонента» [139, с. 615-616].
В дальнейшем в отечественном языкознании большее признание получила именно эта точка зрения.
1.2. Краткая история изучения словосочетания
в тюркологии
В тюркской лингвистической литературе проблема словосочетания рассматривалась еще в XIX веке [84; 108; 118]. Более подробные сведения о сочетаниях слов этого типа появляются лишь в 40-х годах XX века в работах по грамматике отдельных тюркских языков. Среди них следует выделить «Грамматику башкирского языка» Н.К. Дмитриева [66, с. 201-204]. Сущность словосочетания автор раскрывает в разграничении с предложением и отмечает, что различие между ними заключено прежде всего в выражении различных понятий: предложение основывается только на таких словах, которые содержат какую-то новую законченную мысль или какое-то умозаключение, таковыми являются подлежащее (субъект) и сказуемое (предикат), а словосочетание - на словах, выражающих или качественное отношение между предметами, или количественное соотношение предметов, или действие с его объектами и обстоятельствами в статическом плане.
Словосочетание Н.К. Дмитриев определяет как «отрывок мысли», «всякое синтаксическое сочетание, части которого не осознаются нами как внутренне связанное подлежащее и сказуемое» [66, с. 202-203]. Нельзя не отметить, что подобное определение не вносит ясности в разграничение словосочетания как отдельной единицы,
оно свидетельствует о том, что Н.К. Дмитриев в данной синтаксической структуре видит любое соединение слов. Из особенностей словосочетания автор выделяет выражение им статического отношения между предметами, наличие определения и определяемого, способность употребляться и вне предложения. К типам подчинительной связи исследователь башкирского языка относит согласование, управление и примыкание.
Наиболее полное освещение отдельных вопросов словосочетания дано Е.И. Убрятовой [180, с. 26-84]. Она исследует данную проблему с точки зрения правил сочетаемости слов, устанавливает способы (примыкание, управление, согласование, изафет) и средства связи слов в простом предложении (порядок слов, аффиксы принадлежности, аффиксы сказуемости, падежные аффиксы, некоторые словообразовательные аффиксы, служебные слова). Описываемую синтаксическую единицу Е.И. Убрятова употребляет в широком значении, раздвигая ее границы вплоть до предложения, словосочетаниями называет «такие пары слов, непосредственно синтаксически связанные между собой различными способами» [180, с. 27].
Употребляя словосочетание в широком значении, исследователь якутского языка отмечает, что непредикативные словосочетания отличаются от предикативных выражением незаконченной мысли, и при этом подчеркивает, что «в составе предложения и они служат средством максимально полного и точного выражения мысли» [Там же, с. 27].
Е.И. Убрятова словосочетаниям придает большее значение, она видит в них «основу синтаксиса якутского языка, определяющую весь его строй» [Там же, с. 84].
В учении А.Н. Кононова словосочетание получило определение как сочетание полнозначных слов, которое не содержит предикативного отношения [91, с. 373]. В зависимости от семантики сочетающихся компонентов А.Н. Кононовым словосочетания разделены
12
на два типа: лексические и синтаксические. Различие между названными двумя типами исследователь видит в том, что в первом «определение со своим определяемым образует новое понятие {носовой платок), в котором определение передает постоянный признак, сливающийся с предметом - носителем этого признака», а второй тип характеризуется тем, что его определение выражает временный признак {новый платок, чистый платок) [91, с. 373].
В следующей работе А.Н. Кононовым рассмотрены способы, средства грамматической связи слов [92, с. 342]. Как отмечает автор, синтаксические связи компонентов узбекского словосочетания представлены двумя способами:
1) синтетический способ - способ, реализующийся с помощью аффиксов падежей, принадлежности, сказуемости;
2) аналитический способ - способ, при котором связь между компонентами словосочетания обеспечивается с помощью порядка слов, интонации и служебных слов.
Для тюркологии в исследовании подчинительной связи слов А.Н. Кононовым большой интерес представляет высказывание об отрицании определения связи между подлежащим и сказуемым как согласование [92, с. 344].
Широким определением словосочетания характеризуются работы Н.А. Баскакова [26; 28, с. 79-91]. В своих первых работах словосочетаниями он называет «все многообразие сочетаний слов, к которым могут быть отнесены и предложения, и определительные сочетания, и сложные слова, и устойчивые фразеологические сочетания, и идиомы» [28, с. 79]. Эти сочетания слов автор подразделяет на две группы: синтаксические единства (подвижные, неустойчивые соединения самостоятельных по значению знаменательных слов) и лексические единства, выражающие отдельные понятия. Впоследствии Н.А. Баскаков несколько сужает понятие «словосочетание», исключив из его состава предложения, фразеологизмы и устойчивые рече-
13
ния, но оставляет в его составе обороты с «самостоятельным подлежащим», поскольку это «самостоятельное подлежащее», а грамматически - определение, и причастная или масдарная формы определяемого не согласованы в лице» [26, с. 47].
Особую ценность в исследовании Н.А. Баскакова имеет разграничение предложения и словосочетания. Он не согласен с теми исследователями, которые рассматривают предложение единственным средством мышления и коммуникации, а словосочетание как некий «строительный материал», как некую конструктивную часть предложения. По мнению Н.А. Баскакова, эти синтаксические единицы обе являются основными. Исследователь свою точку зрения объясняет тем, что словосочетание также выражает в языке мыслительный акт, используется в качестве самостоятельных речений для различного рода заглавий, названий или назывных предложений, применяется как средство коммуникации в различного рода справочниках, программах, то есть ему присуще самостоятельное функционирование [Там же, с. 46]. В работе отмечаются следующие дифференциальные признаки словосочетаний: конкретизация одного понятия другим определенным признаком, двусоставность, специфические формы грамматической связи, определенная логическая мелодия или интонация [Там же, с. 120].
Большой вклад в изучение словосочетания внес исследователь татарского языка М.З. Закиев [74, с. 80-224]. Как он отмечает, речь образуется в результате установления между словами подчинительной связи, которая проявляется в трех отношениях: предикативном, конкретизирующем и уточнительном. Словосочетание характеризуется установлением между не менее чем двумя полнозначными словами конкретизирующего отношения. Противопоставляя словосочетание слову, предложению, фразеологическому сочетанию, М.З. Закиев определяет следующие его черты: отношение к не номинативным единицам, образование по известным моделям лишь в процессе речи
14
для составления и распространения предложения, обозначение конкретизированного понятия, вхождение в систему коммуникативных средств языка только в составе предложения [74, с. 104-108]. М.З. Закиевым детально разработаны вопросы классификаций, моделей словосочетания, смысловых отношений между его компонентами.
В работе определенный интерес вызывает высказывание исследователя о связях слов: «Со времени Буслаева, Потебни и Пешков-ского подчинительную связь принято разделять на три вида: согласование, управление, примыкание. Такое разделение подчинительной связи основано на случайных признаках, оно не учитывает того или иного вида связи в образовании речи... Мы предлагаем разделить подчинительную связь по характеру использования синтаксических средств или по способу связи на два вида: согласование и управление, т. е. несогласование. И считаем обязательным при каждом способе определять точное и конкретное средство связи» [Там же, с. 96-98].
М.З. Закиев выдвигает новый взгляд на средства выражения конкретизирующих отношений. К ним он относит словоизменительные и некоторые словообразовательные аффиксы, послелоги и по-слеложные слова, повторение, обязательное соседство, порядок слов, фразовое ударение и лексическое значение [Там же, с. 87-96].
Работа следующего исследователя - А.Н. Баскакова посвящена системному описанию простых и сложных словосочетаний в турецком языке на основе их лексико-грамматических, синтаксических и функциональных признаков [24]. Основной упор при этом сделан на рассмотрение структуры словосочетаний, их моделей и модификаций этих моделей. При этом А.Н. Баскаков обращает внимание и на классификацию словосочетаний, которую строит исходя из строения (простые и сложные словосочетания), из морфологической принадлежности членов (именные и глагольные словосочетания), из синтаксической функции (субстантивные и атрибутивные словосочетания),
15
из характера синтаксических связей компонентов (притяжательные и не притяжательные словосочетания). В зависимости от семантики различает свободные и связанные словосочетания [24, с. 23-28].
В разработке основных проблем синтаксиса словосочетаний большую роль сыграли работы М.Б. Балакаева [20; 21; 22]. Исследователем казахского языка словосочетание определяется как «не морфологическое и не лексическое единство слов, а синтаксическая группа, образующаяся из полнозначных слов для обозначения расчлененного понятия или представления путем создания новых грамматических значений, столь необходимых для оформления предложения» [20, с. 72].
Учение о словосочетании М.Б. Балакаева сводится к следующим положениям:
1) словосочетание не является сложным наименованием фактов действительности;
2) главная его функция состоит не в выражении номинации, а в образовании новых синтаксических значений, связанных с атрибуцией;
3) словосочетание может приобрести признаки предложения, но при этом остается словосочетанием же;
4) существенным признаком, отличающим словосочетание от других сочетаний слов, является наличие синтаксического отношения;
5) синтаксическими связями словосочетания являются примыкание, управление и взаимоподчинение [20, с. 70-177].
Начало изучения словосочетания в чувашском языкознании связано с выходом в свет грамматики В.П. Вишневского «Начертание правил чувашского языка и словарь, составленные для духовных училищ Казанской епархии» (1836). В ней автор словосочетаниям (сочетаниям слов - по В.П. Вишневскому) посвящает специальную часть «О сочинении глаголов», в которой содержатся отдельные замечания по вопросам сочетаемости слов: «Глаголы действительные и
16
относительные в Чувашском языке требуют винительного падежа -мала юрадать меня любит, мана иссляттярять меня заставляет работать» [40, с. 64].
В целом в грамматике В.П. Вишневского проблема словосочетания лишь затронута, но его мысли о сочинении глаголов имели для своего времени важное значение.
Некоторые сведения по вопросу о словосочетаниях находим в двух трудах Н.И. Ашмарина «Опыт исследования чувашского синтаксиса» [18; 19]. Здесь описание синтаксических проблем связано с раскрытием значений падежей, употреблением глаголов с тем или иным падежом имени. «Обе части синтаксиса Н.И. Ашмарина, -пишет Ф.Т. Тимофеев, - представляют собой во многих отношениях ни что иное, как то, что Буслаев называет «синтаксическим употреблением частей речи» и «словосочетанием в предложении простом и сложном» [175, с. 51].
Н.И. Ашмарин рассматривает такие аспекты словосочетаний, как словорасположение, средства связи. Основное внимание исследователь обращает на порядок компонентов в именных и глагольных группах, подчеркивает, что «основной закон чувашского словосочинения, - закон, который можно проследить и в других тюркских наречиях, - формулируется следующим образом: управляющее слово ставится после слова управляемого» [17, с. 1] и отмечает, что в роли управляющих слов могут быть глаголы, имена, послелоги. Иная точка зрения относительно служебных слов представлена в работе A.M. Пешковского, который пишет: «Правда, в , предложных сочетаниях создается впечатление зависимости падежа существительного от предлога, так как в огромном большинстве случаев употребление того или иного предлога обусловливает употребление того или иного падежа <...>, дело в том, что сам-то предлог зависит от глагола, так что, например, глагол выехать требует непременно предлога в, глагол отказаться - предлога от,
17 |
