Введение.
Актуальность исследования.
В последнее время заметно возрос интерес к изучению, пожалуй, самого высокоорганизованного и самого «человеческого» вида деятельности — творческого мышления (креативности).
Область креативности сложна для исследования и вызывает множество споров, поскольку количество фактов, относящихся к данной проблеме, очень велико. На сегодняшний момент в науке не существует даже общепринятого определения творчества. Тем не менее, в целом можно определить креативность как способность индивида порождать новые, необычные идеи, отклоняться в мышлении от стереотипов и традиционных схем, быстро разрешать проблемные ситуации.
В отечественной и зарубежной психологии высказывались самые различные взгляды на сущность, свойства и особенности творческого процесса. Наиболее известные теории творчества связаны с именами Guilford, Mednick, Torrance, Wallach, Kogan, Sternberg, Lubart, Выготского, Брушлинского, Богоявленской, Пономарева, Шадрикова.
Несмотря на обилие теоретических и практических разработок в психологии креативности дискуссионными остаются вопросы о сущности процесса креативности (т.е. что лежит в основе творческого мышления), об особенностях творческой личности, о возможности воспитания творческих способностей, о критериях креативного продукта, о связи творческой способности человека с интеллектом, воображением и другими психическими функциями.
Тем не менее, существующий достаточно разработанный и обширный методический и теоретический базис позволяет наметить пути
для дальнейших исследований в психологии и в то же время создать модели для исследования психофизиологии творчества.
Систематическое изучение нейрофизиологии творчества еще только начинается (Petsche, 1996, 1997; Molle, 1996, 1999; Razoumnikova, 2000; Juasovec, Jausovec, 2000). Эти работы в основном описывают связь различных параметров ЭЭГ с компонентами творческого мышления. Существует всего 2 работы, описывающие изменения локального мозгового кровотока при решении творческих задач (Бехтерева Н.П., 2000; Carlsson 2000).
Тем не менее, активно дискутируется вопрос, формируются ли в процессе креативного акта особые пространственно-временные мозговые системы и если формируются, то какие (Павлова, Романенко, 1988; Бехтерева, 2000; Molle et al. 1996, 1999; Petsche, 1996, 1997; Razoumnikova, 2000; Jausovec, Jausovec, 2000; Carlsson, 2000) или креативность связана с общим уровнем кортикальной активации - arousal (Martindale, Hines, 1975; Martindale, Hasenfas, 1978; Martindale, 1999).
Помимо этого, существуют достаточно противоречивые взгляды на проблему межполушарного взаимодействия в процессе креативности, т.е. является ли креативность результатом работы только правого полушария (Finkelstein, 1991; Rotenberg, 1994, Miller, 1996, 1998, 2000; Murai, 1998) или в процессе креативности оба полушария функционируют независимо, но параллельно (Bogen, Bogen, 1988; Норре, 1988; Atchley, 1999).
Таким образом, присутствует явный недостаток исследований, посвященных разрешению этих проблем. Кроме того, на данный момент не изучались ПЭТ-корреляты творческого процесса. Также неизученным остается вопрос о подробной локализация зон, связанных с обеспечением креативного процесса и возможного изменения паттерна этих локализаций в зависимости от сложности творческой задачи. Не изучен также вопрос о
возможной корреляционной связи психологических показателей уровня креативности и активации определенных мозговых областей. Наконец, не исследован подробно вопрос о возможно различном мозговом обеспечении творческой формы мышления у людей с заведомо различным уровнем развития креативных способносгей (например, у акгеров и неактеров).
Данная работа предполагает изучение этих вопросов с помощью неинвазивной техники позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ), дающей возможность макро-картирования одновременно почти во всем объеме мозга и метода электроэнцефалографии (ЭЭГ).
Работа является частью программы комплексного изучения высших функций человеческого мозга, начатому Бехтеревой Н.П. (1970, 1985, 1988) и продолжающейся сейчас в Институте мозга человека РАН.
Таким образом, исследование ряда спорных или вообще неизученных вопросов, касающихся мозговой организации творческой деятельности с использованием наиболее современных подходов, является безусловно актуальным.
Цель исследования.
Изучение мозговой организации творческой формы мышления (креативности) при выполнении психологических вербальных задач, в разной степени вовлекающих творческую форму мышления, на основе данных, полученных методами позитронно-эмиссионной томографии и электроэнцефалографии.
Основные задачи исследования.
1. Разработать психологический тест для ПЭТ/ЭЭГ исследований, который активировал бы творческую деятельность и был адекватен особенностям данных методов.
2. Разработать критерии для оценки результатов выполнения этого теста.
3. Определить возможные когнитивные стратегии выполнения данного теста.
4. Определить зоны мозга, связанные с обеспечением творческих процессов различной степени сложности на основе данных, полученных методами ПЭТ и ЭЭГ.
5. Выявить зоны мозга, активность в которых коррелирует с психологическими показателями уровня креативности.
6. Провести сравнительный анализ результатов, полученных методами ПЭТ и ЭЭГ в одинаковых тестовых условиях.
Основные положения, выносимые на защиту.
1. Выявлены две когнитивные стратегии выполнения творческого задания («нормальная» и «инсайтная»)
2. Выделен набор зон, который можно рассматривать как систему или часть системы, вовлеченной в обеспечение творческой деятельности разной степени сложности, построенной на вербальном материале, а именно:
а) зоны мозга, участвующие в обеспечении сложного типа творческой деятельности в сравнении с простым;
б) зоны мозга, участвующие в обеспечении творческого типа деятельности в сравнении с нетворческим;
в) зоны мозга, активность в которых коррелировала с психологическими показателями креативности.
3. Сравнительный анализ данных, полученных методами ПЭТ и ЭЭГ позволяет высказать предположение о трехуровневой организации системы, присущей выполнению творческих заданий разной степени сложности.
Научная новизна результатов.
Впервые проведено подробное исследование локализации активированных зон в зависимости от степени сложности творческой задачи. Впервые выделены зоны, специфичные для сложного типа творческой деятельности в сравнении с простой и зоны мозга, специфичные для творческой деятельности в сравнении с нетворческой. Впервые описаны зоны мозга, активность в которых коррелировала с психологическими показателями уровня креативности.
Результаты работы существенно дополняют и уточняют современные данные о пространственно - временной организации мозговой системы, участвующей в обеспечении процесса креативности.
В работе был использован современный метод регистрации функциональной активности мозга - метод ПЭТ.
Полиметодический подход к исследованию мозгового обеспечения высших психических функций, основанный на работах Бехтеревой Н.П., впервые применяется для исследования творчества.
Научно-практическая ценность работы.
Полученные данные вносят вклад в понимание еще малоизученной темы о мозговой организации творческой деятельности. Часть полученных данных дает необходимый задел для более детальных исследований в этом направлении. Представленные данные вносят вклад в осуществление задачи функционально-анатомического картирования мозга человека, что является сейчас одним из приоритетных направлений в нейронауке. Практическая ценность работы состоит в возможности использования результатов функционально-анатомического картирования здорового мозга для целей клинической топической диагностики и прогнозирования влияний нейрохирургических операций на сохранность различных функций.
Глава 1. Обзор литературы.
1.1. Психология креативности.
Область креативности (творчества) сложна для исследования и вызывает множество споров, поскольку количество фактов, относящихся к данной проблеме, очень велико. На сегодняшний момент не существует даже общепринятого определения творчества.
В современной психологической литературе выделяют 6 типов определений креативности (Taylor, 1988):
гештальтистские определения (описывающие креативный процесс как разрушение существующего гештальта для построения нового);
инновационные (оценивающие креативность по новизне конечного продукта);
эстетические ( делающие упор на самовыражение творца);
психоаналитические (описывающие креативность в терминах взаимоотношений между сознательным и бессознательным);
проблемные (определяющие креативность как ряд процессов решения задач);
определения, не вошедшие ни в один из вышеперечисленных типов.
Обобщая эти формулировки, можно определить креативность как способность индивида порождать новые, необычные идеи, отклоняться в мышлении от стереотипов и традиционных схем, быстро разрешать проблемные ситуации.
Принято выделять научное и художественное творчество, которые имеют сходные стадии. Для научного творчества выделяют следующие этапы (Wallas, 1926; Busse, Mansfield, 1980):
подготовка (определение проблемы, сбор информации для ее решения, попытки решения);
10
инкубация (кажущийся уход от проблемы, нахождение затруднений, бессознательный процесс «созревания решения»);
инсайт (озарение, реструктуризация);
проверка решения.
Для художественного творчества эти стадии слегка модифицированы (Якобсон, 1971; Лук, 1985). Выделяют:
замысел произведения;
конкретизацию замысла в обдуманный план;
поиск адекватной формы для воплощения замысла;
реализацию замысла в материальном плане.
Описанные стадии креативности являются универсальными, гак как присутствуют в любых теориях, описывающих творческий процесс и не оспариваются на сегодняшний момент никем из исследователей.
В настоящее время для описания креативности используют подход, предложенный Mooney (1963), который выделял в проблеме креативности 4 основных аспекта:
креативный процесс;
креативный продукт;
креативную личность;
креативную ситуацию.
Одни исследователи в своих работах затрагивают какой-либо один аспект креативности, другие пытаются осветить все. Однако наиболее привлекательным аспектом для исследования всегда являлся креативный процесс.
1.1.1. Креативный процесс.
При рассмотрении этого аспекта целесообразно выделять зарубежные теории креативного процесса и отечественные. Зарубежные исследователи склонные рассматривать креативный процесс в узком
смысле, сводя его суть к одному или в лучшем случае к нескольким ^ психическим процессам. Дискуссии разворачиваются в основном вокруг
следующего вопроса: что лежит в основе креативности?
Впервые детально разработанный ответ на этот вопрос предложил
Guilford (1950, 1956, 1967, 1975). По его мнению, креативность
представляет собой определенный набор устойчивых черт, которые
относительно независимы друг от друга. Он выделил 8 первичных
. способностей, лежащих в основе креативности:
чувствительность к проблеме (креативные люди видят проблемы там, где другие их не замечают); беглость ( количество идей);
оригинальность (необычные, новые, но применимые идеи);
^ гибкость (умение переключаться из одной области понятий на
другую);
синтез; анализ;
комплексность (число взаимосвязанных идей, которыми можно манипулировать одновременно); способность оценить идеи.
"* Основной вклад в креативность, по мнению Guilford, вносит
дивергентное мышление, включающее в себя беглость, гибкость и оригинальность. Дивергентное мышление - это умение мыслить одновременно в разных направлениях, оно начинает работать в тех случаях, когда проблема имеет не одно верное решение, а несколько. При генерации ответа на поставленную задачу информация извлекается из памяти, но используется в новом контексте (происходит ее реструктуризация). При этом поступившая новая информация, взаимодействуя с уже имеющейся и реструктуризируя ее, приводит к
адекватному творческому решению. Решающая роль в этом процессе отводится дивергентному мышлению.
На базе этой модели были созданы тесты креативного мышления, в том числе и известный тест Torrance (1963). Однако сейчас взгляды Guilford, особенно в вопросе о решающей роли дивергентного мышления в творческом процессе, очень популярные в свое время, подвергаются критике (см. Дружинин, 1997,1999; Григоренко, 1997; Богоявленская, 1997; Amabile, 1983; Sternberg, 1985, 1999; Wallach, 1986 ).
Было предложено несколько альтернатив дивергентному мышлению как основе креативности,
Mednick (1962, 1964) рассматривал креативность как
формирование ассоциативных связей, причем чем более отдаленные ассоциации «связались» между собой, тем более креативно будет решение. Ассоциации ранжированы от наиболее общих (банальных) до уникальных. Mednick ввел критерий осмысленности, на основе которого можно разделить настоящую креативность и просто причудливость.
Его взгляды развивали Wallach, Kogan (1965), которые также рассматривали креативность как ассоциативный процесс, но подчеркивали важность наличия у людей игровой установки при решении творческих задач. По их мнению, причина генерации множества отдаленных ассоциаций коренится в особенностях внимания - креативные люди могут заметить больше различных аспектов стимула, и, соответственно, предложить больше различных ассоциаций.
Начиная с работы Mischel (1968), в последующих исследованиях акцент был перенесен в основном на взаимоотношения индивидуальных черт субъекта-творца (в первую очередь, внутренней мотивации к творческой деятельности) с системой социальных связей и ситуационных факторов, т.е. стал рассматриваться в широком социальном и
историческом аспекте (McKinnon,1970; Nicholls, 1972; Getzels, Csikszentmihalyi, 1976, 1996; Feldman, 1980,1986, цит. по Brown; Barron, Herrington, 1981; Amabile, 1983, 1996; Wallach, 1986; Sternberg, Lubart, 1995, 1999).
Наиболее четко взгляды этой группы исследователей выражены у Amabile (1983, 1996). В ее модели креативного процесса, рассматриваемого как сплав определенных личностных характеристик, когнитивных способностей и социального окружения, выделены 3 компонента:
специфические умения в определенной области (использование так называемых элементов социальной окружающей среды - знаний и умений в определенной области - факты, парадигмы, концепции, теории, технические навыки, эстетические критерии и т.п.);
креативные умения (когнитивные и личностные характеристики, традиционно рассматриваемые как лежащие в основе креативных реакций - слом когнитивных шаблонов, новые стратегии решения, использование широких категорий, различные приемы эвристики, способность к длительной концентрации, умение отказаться от безрезультатных стратегий, самодисциплина, отсутствие конформности);
мотивация к творческой деятельности (включает в себя внутреннюю установку на решение задачи (жизненная необходимость, внутренняя заинтересованность) и установку на решение, задаваемую социальным окружением (награда или наказание), причем по ее мнению, внешнее принуждение к решению снижает степень креативности).
Помимо личностной мотивации, особо подчеркивается роль инсайта (Davidson, 1990), который рассматривается как центральный механизм креативного процесса. Были выделены 3 вида инсайта:
14
инсайт избирательного декодирования позволяет отделить релевантную информацию от иррелевантной;
инсайт избирательного комбинирования позволяет правильно состыковать куски информации;
инсайт избирательного сравнения позволяет связать эту информацию с уже имеющейся.
В творческом процессе могут фигурировать все 3 вида инсайта. Немаловажна также и роль случайных факторов (внешних и внутренних) в развитии креативного процесса (Austin, 1978). Он описывает 4 вида "удачи", которые лежат в основе процесса креативности:
«слепая» удача, результат открытия случаен и не связан с индивидуальностью субъекта;
удача как результат общего исследовательского поведения (индивиды с повышенным любопытством и настойчивостью могут «поймать» счастливый случай);
удача как результат смекалки и проницательности, возможна у людей с хорошими специальными знаниями и определенной чу вствите льн остью;
удача как результат характерной личностной черты, целенаправленного действия.
Величайшие открытия случаются, когда все эти 4 типа действуют одновременно. Simonton (1984) также предполагает, что в основе креативного процесса лежит перебор действительно случайных решений с сохранением только полезных из них, причем здесь важно определить, будет ли продукт действительно применимым.
Умение доказать «полезность» продукта играет немаловажную роль в «инвестиционной теории» процесса креативности (Steinberg, Lubart, 1995, 1999). Среди составляющих креативности авторы указывают
15
интеллектуальные способности, знания, личностные характеристики, мотивацию и социальную среду. Суть этой теории в том, что творческие люди «покупают» товар по бросовой цене, а «продают» по дорогой. Эти сделки осуществляются в мире идей. Бросовые идеи - те, которые вначале всеми отвергаются. Но творческий человек убеждает других в ценности этой идеи, продавая ее по высокой цене - оставляя ее разработку и реализацию другим, а сам берется за следующую. Поэтому чтобы воспитать творческое начало, необходимо научиться пренебрегать мнением толпы.
С этой позиции, креативность выступает как жизненная установка, что сближает эту теорию креативного процесса (единственную из всех зарубежных) со многими отечественными, в которых креативность рассматривается в широком аспекте, как процесс, присущий не только самой природе человека, его онтологии, но и природе, Космосу в целом, как процесс развития. Поэтому в отечественной психологической литературе, например, не всегда проводится четкое разделение между творческим и нетворческим мышлением.
Брушлинский (1997) развивает концепцию социальности творчества. Личность выступает в системе бесконечно разнообразных противоречивых качеств, важнейшее из них - быть творцом. Поскольку каждый человек в силу своей уникальности участвует в развитии культуры и всего общества, то и мышление каждого человека является по крайней мере в минимуме творческим. Не существует творческого и нетворческого мышления, есть просто мышление как искание и открытие.
Любой человек и его психика изначально всегда социальны. В широком смысле социальность - это неразрывные взаимосвязи между людьми во всех видах активности, независимо от их полезности, нравственной оценки и значимости.
16
Виды и уровни активности субъекта образуют целостную систему внутренних условий, через которые действуют внешние влияния (Рубинштейн, 1958). Именно на этом принципе основан механизм инсайта - чем больше сформированы внутренние условия готовности к решению, тем легче принимается и понимается любая подсказка извне (т.е. постулируется принцип внутренней активности субъекта).
В основе механизма творчества лежит принцип анализа через синтез (Рубинштейн, 1958). Это значит, что в процессе мышления познаваемый объект включается во все новые связи и потому выступает во все новых множествах, которые фиксируются в новых понятиях, т.е. каждый раз выявляется новое содержание, новые свойства. Анализ через синтез и мышление как процесс осуществляется человеком неосознанно и внутри мышления как деятельности, которое осуществляется осознанно.
Конкретизирует данную концепцию Богоявленская (1983,1997), рассматривающая творчество как двухслойную модель деятельности:
заданная деятельность по решению конкретной задачи;
деятельность по выявлению скрытых закономерностей, которые содержит вся система задач, но открытие которой не требуется для их решения. Этот слой неочевиден для субъекта.
Переход во второй слой происходит после требуемого решения задачи по инициативе самого человека, т.е. этот слой реально обнаруживает себя как результат проявленной активности.
Таким образом, мышление и творчество - это процессы познания (Рубинштейн), а не решения задач. Богоявленская вводит понятие «креативного поля» (1969). Суть этого понятия в том, что процесс познания детерминирован принятой задачей только на первой стадии, а далее возможны два пути:
обрыв процесса (если решение задачи и есть средство осуществления внешних по отношению к познанию целей);
развитие процесса (если познание само является целью, при этом происходит выход за пределы заданного, что и позволяет увидеть непредвиденное).
Здесь, в выходе за пределы заданного, в способности познавать за рамками требований ситуации, т.е. в ситуационно нестимулированной продуктивной деятельности и кроется тайна творчества (т.е. в данном случае в способности к саморазвитию деятельности). При этом важную роль играет мотивация, ценностные ориентации личности.
Богоявленская вводит понятие о трех типах деятельности:
стимульно-продуктивная деятельность определяется каждый раз действием внешних стимулов;
эвристическая деятельность принимает творческий характер, но выход во второй слой и открытие новых закономерностей рассматривается лишь как новый способ решения задач;
креативная деятельность предполагает выход во второй слой, открытие закономерности воспринимается не как способ решения, а как новая проблема.
Очень близки воззрениям Богоявленской и Брушлинского взгляды Пономарева (1976). Он также рассматривает творчество как механизм взаимодействия и развития. Творчество может проявляться в той деятельности, регламентация правилами которой содержит в себе известную степень неопределенности, в деятельности, приносящей новую информацию, предполагающей самоорганизацию.
Основу психологического механизма творческой деятельности человека составляет взаимодействие внешнего (предметного) и внутреннего (модельного) планов действий. Ситуацию творческой задачи |
