Однако, несмотря на неослабевающий интерес лингвистов к проблемам пространства и времени - фундаментальным категориям, являющимся «специфическими проблемами XX века» (Н.Н. Трубников), способы репрезентации категории времени в рамках идиостиля Н.С. Гумилева до сих пор не получили монографического освещения. Таким образом, актуальность исследования поэтического темпуса обусловлена отсутствием работ, посвященных комплексному анализу системы времени в рамках идиостиля Н.С. Гумилева, а также интересом современного языкознания к частным проблемам реализации в поэтическом произведении авторской модели мировосприятия и модели времени как ее важнейшего элемента.
На современном этапе развития науки доказаны неоднозначность и индивидуальность восприятия субъектом длительности каждого из процессов, а, следовательно, и времени
вообще. Поэтический текст, на наш взгляд, в силу своей специфики, есть не что иное, как квинтэссенция авторского субъективного восприятия «времени в событиях». Понятие «событие» используется при этом нами в самом широком смысле этого слова.
Для раскрытия природы временного континуума поэтического произведения конкретного автора представляется существенным суждение Рейхенбаха о времени, воплощенном в событиях: «...мы никогда не измеряем «чистое время», но всегда процессы, которые могут быть периодическими, как в часах, или непериодическими, как в случае свободного движения точечной массы. Каждый промежуток времени связан с каким-либо процессом, ибо в противном случае он не был бы воспринят вообще» (Рейхенбах, 1962:43).
В соответствии с вышесказанным объектом диссертационного исследования является изображение времени в поэтическом произведении, которое исследуется с точки зрения отражения в тексте авторского восприятия меняющейся временной перспективы, своеобразия экстраполяции времени объективного на время перцептуальное, а также изучения инвентаря языковых средств, принимающих в этом участие.
Предмет исследования - поэтическое наследие Н.С. Гумилева. Выбор данного автора не случаен и, безусловно, определен особенностями художественного метода поэта.
Немаловажным фактором при выборе конкретного идиостиля послужило то, что отношение критиков и читателей к творчеству Н.С. Гумилева неоднозначно. Оценки поэтического дара Н.С. Гумилева колеблются от восхваления до неприятия, что
свидетельствует о сложной архитектонике его творческого метода и мира, порожденного его пером. Поэтому безусловный интерес при оценке идиостиля Н.С. Гумилева представляет осмысление образа Времени как центрального, глобального образа всего творчества поэта.
Предметом исследования, таким образом, является «языковые составляющие» идиостиля Н.С. Гумилева, формирующие авторскую модель времени, и их функционально-семантическое наполнение в тексте.
Приступая к исследованию инвариантных качественных свойств авторской модели времени на базе поэтического текста, представляется возможным высказать некоторые замечания по поводу терминологии.
Использование термина «авторская модель» (и в более широком смысле - «концепция») Времени определено спецификой исследуемого материала — поэтического текста как произведения искусства, и, на наш взгляд, адекватно передает содержание рассматриваемого понятия. Однако необходимо учитывать, что данный термин предполагает комплекс временных отношений, который может не иметь непосредственной соотнесенности ни с одним эмпирическим временным планом и целиком определяется структурой поэтического мышления конкретного автора. В этой связи можно указать на «закон изменчивого угла зрения», выведенный Э. Агриколой, который сводил его к объективному и субъективному (extrospectiv and introspectiv) представлению мира.
В сознании поэта своеобразно переплетаются мир реалий, репрезентируемый на ось объективного времени отдельными
событиями, субъективная авторская оценка этих событий и художественный вымысел. В этом случае поэтическое произведение как единая информационная система представляет собой реализацию «сцепления» перечисленных компонентов в тексте. Мир поэтического произведения есть мир, существующий в особом временном континууме, для которого линейное представление течения времени не является единственно возможным.
Цель диссертационного исследования - реконструкция авторской модели Времени, реализующейся в рамках идиостиля Н.С. Гумилева на основе выделения, классификации и систематизации языковых средств, подчиненных общей задаче формирования временного континуума отдельного произведения.
Основной целью диссертации обусловлено решение следующих задач:
1. Исследовать модель образной парадигмы значений глагольных форм, определить прагматические механизмы создания темпоральной доминанты поэтического произведения.
2. Раскрыть прагматическую сущность синтагматических отношений адвербиальных комплексов с обстоятельственным значением времени на уровне текста, а также предложить их структурно-семантическую классификацию.
3. Выявить особенности композиционного построения поэтического текста Н.С. Гумилева с точки зрения
реализации в нем авторской концепции времени, определить природу временной многоплановости.
Исследуя инвариантные качественные свойства авторской модели времени на базе поэтического текста, мы акцентируем внимание на осмыслении содержательной стороны поэтического текста с точки зрения ее субъективного и эмоционально-экспрессивного характера, особенностей семантической структуры временного континуума и компонентов, составляющих ее.
Методологической основой работы являются философские и лингвистические исследования категории времени в отечественной и зарубежной науке, труды по теории и истории языкознания, а также современные концепции соотношения языка и речи. Подобные установки предопределили сочетание двух противоположных исследовательских подходов к изучению авторской концепции Времени - словоцентрического и текстоцентрического, которые можно условно противопоставить как исследование системной и функциональной семантики. При слоеоцентрическом исследовании исходным является слово как номинативная единица и как элемент лексико-семантической системы языка, семантически реализующаяся в поэтическом тексте (авторское словоупотребление).
При текстоцентрическом подходе анализ поэтического слова проводится в обратном порядке: от текста - к рассмотрению категориальной и индивидуальной семантики слова.
Следует особо отметить, что анализ частных проблем функционирования видовременных форм глагола представляет
собой продолжение и развитие того подхода к изучению микросистем времени, вида и временной отнесенности в художественном тексте, который был предложен З.Я. Тураевой в работах по изучению функционирования видовременных форм в свете интегративных отношений, в которые они вступают в рамках высказывания и целостного текста.
Мы исходим из того, что многоплановость поэтического текста как единой системы проецируется и на значения его составляющих: реальное пространство и время трансформируются, их параметры становятся чрезвычайно подвижными. В результате создается образ Времени сложной конфигурации.
Введение понятия авторской модели Времени позволяет рассматривать отдельные поэтические произведения с точки зрения выражения в них собственно авторской концепции времени как микросистемы, составляющие макрокосм поэтического сознания, вмещающий в себя миры и эпохи.
Время объективное - с одной стороны, и его выражение в авторской модели как часть макрокосма сознания - с другой, в плане парадигматическом рассматривается как оппозиция, в которой маркированным членом выступает макрокосм сознания автора. Объективное время в поэтическом произведении трактуется нами как онтологическая основа, на которой выстраивается все здание поэтического темпуса. В процессе художественного творчества автор подчиняет себе объективное время как совокупность событийных микромиров, прихотливо располагая их на временной оси произведения в соответствии с собственным замыслом. Именно поэтому можно говорить о
реально существующей оппозиции «макрокосм художественного времени - микрокосм времени объективного».
Для успешного выполнения задач исследования используются следующие лингвистические методы и приемы: 1) описательный метод, включающий приемы наблюдения, сопоставления, обобщения и классификации элементов концептосферы «Время»; 2) метод контекстуального анализа, позволяющий определить условия и специфику реализации поэтических смыслов; 3) приемы компонентного анализа при выявлении особенностей реализации авторской идеи Времени; 4) статистическая обработка исследуемого материала.
Научная новизна работы обусловлена тем, что в ней впервые предпринимается попытка комплексного анализа авторской концепции Времени, реализующейся в рамках поэтического текста.
Теоретическая значимость исследования определяется тем, что разработанная в нем модель Времени в рамках отдельного идиостиля может послужить базой для разработки теории функционирования языковых средств в индивидуальных художественно-поэтических системах.
Практическое значение исследования состоит в возможности использования его в курсах лингвистического анализа художественного текста - при комплексном анализе выразительных средств индивидуально-авторского характера, а также при изучении русской литературы начала XX в. (Серебряный век).
10
Источниками диссертационного исследования
послужили поэтические произведения Н.С. Гумилева, включенные поэтом в состав семи сборников, изданных при жизни («Романтические цветы», «Жемчуга», «Чужое небо», «Колчан», «Костер», «Шатер», «Огненный столп»), а также некоторые не вошедшие ни в один из прижизненных сборников. Всего было проанализировано 345 стихотворений (1903 - 1921 гг.).
Апробация работы. Основные положения работы сообщались на научной конференции «Тамбов - 2001" (Тамбовский Государственный университет им. Г.Р. Державина, апрель 2001 г.).
Результаты исследования отражены в следующих публикациях:
1. Зябликова Н.Ю., Новикова Н.В. О некоторых характерных приемах создания темпорального континуума в поэтическом тексте (по произведениям Н.С. Гумилева) // Вестник Тамбовского Государственного Университета. Вып. 2 (22); Тамбов, 2001 г.
2. Зябликова Н.Ю., Новикова Н.В. Художественное время и особенности его языкового воплощения в поэзии Гумилева // Актуальные проблемы современной русистики: Сборник статей к юбилею проф. Н.Г Блохиной/ Отв. Ред. Р.П. Козлова. - Тамбов: Изд-во ТГУ, 2001.
3. Зябликова Н.Ю. Роль перфектных значений в экспликации авторской модели Времени Н.С. Гумилева.
11
//Объединенный научный журнал. Вып. 7 (30), Москва, изд-во Тезаурус, 2002 г.
4. Зябликова Н.Ю. Глагольная метафора как отражение художественного метода Н.С. Гумилева // Объединенный научный журнал. Вып. 7 (30), Москва, изд-во Тезаурус, 2003 г.
5. Зябликова Н.Ю. Время реальное и перцептуальное в поэтической картине мира (по произведению Н.С. Гумилева «Заблудившийся Трамвай») // Объединенный научный журнал. Вып. 7 (30), Москва, изд-во Тезаурус, 2003 г.
Положения, выносимые на защиту:
1. Концептосфера «Время» занимает главенствующее положение в иерархии ценностных ориентиров Н.С. Гумилева. Образное поле концептосферы — это внутритекстовая и многоуровневая система образов, взаимосвязанных и вербализуемых языковыми средствами. Как сложное структурно-семантическое образование, концептосфера «Время» характеризуется: 1) наличием нескольких образных парадигм; 2) формально-грамматической неоднородностью структуры. Основной единицей образного поля является событийный микромир.
2. Темпорально-аспектуальная панорама поэтического произведения организуется в соответствии с аксиологической шкалой. Таким образом, дифференциация значений глагольных форм осуществляется в двух направлениях -аксиологическом и темпорально-аспектуальном.
12
3. В синтагматических значениях глагольных форм времени при участии наречных актантов происходят различные темпорально-аспектуальные сдвиги: перераспределение темпорально-аспектуальных сем, возникновение коннотативных приращений, появление новых сем или нейтрализация их с утратой одного из значений семантического поля.
4. Различия в употреблении наречных актантов имеют непосредственную соотнесенность с видо-временной семантикой глаголов в составе синтагм, «провоцируя» ее трансформацию. В свою очередь, наречия и наречные комплексы способны трансформироваться под влиянием семантики глагольных форм. Образность поэтического слова создает предпосылки контекстуальной полисемии темпоральных актуализаторов.
5. Анализ отношений «художественное время - художественное пространство» выявляет модель Времени Н.С. Гумилева, структурированную в виде окружности, в центре которой -сам автор, актуализирующий волею сознания отдельные точки этой окружности и «восстанавливающий» событийные микромиры, связанные с данной точкой.
Структура и краткое содержание работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, приложений, списка использованной литературы, источников, словарей.
Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, определяются цель и задачи работы, раскрываются ее научная новизна, теоретическая ценность и практическое
13
значение, дается представление о материале и методике его исследования, изложены основные положения, выносимые на защиту.
В первой главе «Роль видо-временных форм в организации поэтического темпуса» рассматриваются варианты значений глагольных форм и контекстуальные условия их реализации. При этом классификация видо-временных значений глагольных форм базируется на пересечении двух осей: аксиологической и темпорально-аспектуальной.
Во второй главе «Роль наречий и наречных комплексов в организации структуры временного континуума» анализу подвергаются системные отношения наречий времени с видо-временными формами глагола, а также предлагается структурно-семантическая классификация адвербов и адвербиальных комплексов.
В третьей главе «Опыт комплексного анализа временного континуума поэтического текста (на примере произведения «Заблудившийся трамвай», сб. «Огненный столп»)» предпринимается попытка описания временного континуума отдельного произведения с учетом сделанных ранее выводов.
В заключении излагаются основные результаты диссертационного исследования, подчеркивается
антропокосмологическая ценность построений, подобных авторской модели Времени.
14
--------- ГЛАВА 1 ---------
РОЛЬ ВИДО-ВРЕМЕННЫХ ФОРМ В ОРГАНИЗАЦИИ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕМПУСА.
Введение
В системе художественных и теоретических построений Н.С. Гумилева его концепция Времени представляется эпицентром, в котором скрещиваются, синтезируются и обретают вербальное выражение уникальные идеи поэта. В связи с этим концептосфера «Время» в идиостиле Н.С. Гумилева приобретает антропокосмологическую значимость. Как сложное образование, данная концептосфера характеризуется полифункциональностью и неоднородностью. Полифункциональность системы Времени состоит в ее художественной, философской, мифологической интенциях. Что же касается неоднородности, то комплекс, включающий в себя различные аспекты понятия времени, на уровне текста реализуется как синтез самостоятельных семантических категорий (таких, как темпоральность, аспектуальность, таксис, временная локализованность), выражаемых грамматическими, лексическими,
комбинированными средствами.
15
Макрокосм Времени поэтического произведения может быть рассмотрен как результат контекстуального взаимодействия языковых единиц, относящихся к различным лексико-семантическим классам. Способность отнесения именуемого ко Времени в той или иной мере присуща языковым единицам разных уровней, однако, как имманентное свойство, заложенное формально, грамматически, данная способность коренным образом отличает класс глаголов от всех других классов именующих слов. Являясь темпоральной доминантой поэтического текста, глагольные формы принимают самое деятельное участие в формировании временного континуума произведения.
В связи с этим целью настоящей главы является выявление значений видо-временных форм глагола с точки зрения их организующей роли в экспликации авторской концепции Времени. Поставленная таким образом проблема предполагает решение следующих задач:
1. Определение типичного набора видо-временных значений глаголов, используемого Н.С. Гумилевым при создании макрокосма Времени поэтического произведения.
2. Изучение композиционных потенций глаголов различных семантико-синтаксических разрядов (акциональных/неакциональных; обозначающих наблюдаемые и ненаблюдаемые явления и действия).
Однако прежде чем перейти к анализу лингвистического материала, представляется необходимым уточнить те смыслы,
16
которые вкладываются в понятия, используемые при характеристике значения временной доминанты поэтического текста. Это:
¦ наблюдаемость/ненаблюдаемость действия или состояния, обозначаемого глаголом,
¦ актуальность/неактуальность предикативного признака,
¦ сюжетное/внесюжетное время.
Раздел 1.
Категории наблюдаемости, актуальности, а также понятие сюжетного времени как теоретическая основа исследования.
1.1. Оппозиция «наблюдаемость :: ненаблюдаемость» и способы ее выражения
Признак наблюдаемого/ненаблюдаемого положения дел впервые был применен Г.А. Золотовой при характеристике временных форм. Это понятие (вместе с признаком локализованности/нелокализованности) стало основанием классификации видо-временных значений - деления их на актуальные узуальные и постоянные.1
Позже в работах по теории функциональной грамматики наблюдаемость (перцептивность) связывается с проблематикой аспектуальности: «Фиксируемый период как период восприятия действия наблюдателем представляет собой один из компонентов того признака процессных ситуаций, который можно назвать
' Г.А. Золотова пишет: «По степени конкретности-абстрактности, или по признаку локализованное™ действия во времени, принято различать... значения актуального действия (наличного, конкретного), узуального (обычного) и постоянного (вневременного, обобщенного, абстрагированного, гномического...» (Золотова, 1973:181).
17
наблюдаемостью, или (имеется в виду всякое восприятие) перцептивностью» (Бондарко 1982:128). Таким образом, наблюдаемыми признаются только те процессные ситуации, которые репрезентируются глаголами несовершенного вида. Глаголы совершенного вида при таком подходе не передают наблюдаемых явлений.
Необходимо отметить, что полисемичный глагол, обладающий признаком наблюдаемости в одном из своих значений, может в других своих значениях утрачивать это свойство. Переход наблюдаемых действий в ненаблюдаемые, то есть утрата ими свойства наблюдаемости, есть отражение в языке процесса развития метафорического, абстрактного мышления человека.
Данный процесс находит зримое воплощение, в том числе, и в поэтическом тексте, где значение наблюдаемости или ненаблюдаемости в полисемичной глагольной лексеме может быть актуализировано окружающим контекстом, ср.: «Как учитель среди шалунов, иногда/ Океанский проходит средь них пароход» («Красное море», сб. «Шатер») и «Счастье, шаг твой благосклонный/ Не всегда проходит мимо» («Телефон», сб. «Костер»).
Значение лексемы «проходит» в первом контексте передает наблюдаемое действие, относящееся к миру реалий. Второй фрагмент представляет собой метафорический образ, а глагол обозначает действие, недоступное сенсорному восприятию, ненаблюдаемое, существующее в поэтическом сознании.
Арутюнова отмечает, что «особенности сенсорных механизмов и их взаимодействие с психикой позволяют человеку |
