ВВЕДЕНИЕ
Категория глагольного вида является труднейшей в русской грамматике и с точки зрения научного описания, и с точки зрения практического изучения языка (особенно для иностранцев). По словам В.В. Виноградова: «Теория видов русского глагола - один из наиболее трудных, спорных и неразработанных отделов русской грамматики» [55, с. 393]. Интерес к категории вида объясняется не только ее сложностью и своеобразием, но и тем, что в грамматической системе славянского глагола вид является центральной категорией, которая связана со словообразованием и глагольной семантикой. В славянских языках ни одна глагольная лексема не обходится без категории вида, которая; взаимодействует с категориями времени, залога, наклонения, во многих случаях релевантность лексического значения зависит от формы вида и наоборот [58, с. 5].
Выделение видовых пар в системе видовых образований сегодня можно признать общепринятым в русской грамматической науке. Тем не менее и в теории видовых пар, ив практике их установления остается очень много спорного и противоречивого.
Понятие видовой пары в современной русистике ставится в центр системы видовых противопоставлений — как в количественном, так и в качественном отношении. Большинство аспектологов говорит о том, что глаголы, образующие ч видовые пары, составляют "большую часть", "большинство", "подавляющее большинство", "основу" глагольной лексики.
Отказаться от видового противопоставления русский язык не может, поскольку категория вида, наряду с категорией залога, представляет собой своеобразное глагольное ядро, центр, который несет основную глагольную информацию. Без этих имманентных глагольных категорий и их семантической значимости глаголы не воспринимались бы как самая информативная часть речи, более того, глагол, возможно, был бы обречен на расформирование по другим частям речи в результате действующего в языке
процесса частеречных нейтрализации: глагол - существительное, глагол -прилагательное и т.д. [170, с. 14-16].
Актуальность темы исследования определяется необходимостью дальнейшей разработки теории вида русского глагола. Современное языкознание характеризуется пристальным вниманием лингвистов к вопросам содержательной стороны языка. Это обусловливается тем, что без учета семантического аспекта языка невозможно глубокое осмысление его природы, закономерностей его функционирования и развития.
В данной работе исследуется образование видовой оппозиции путем перфективации на основе взаимодействия лексико-семантических вариантов многозначных глаголов. Поскольку единого подхода к обоснованию видовой / соотносительности, особенно при помощи приставок, до сих пор нет, изучение механизма образования приставочных видовых пар глагола в современном русском языке остается по-прежнему актуальной проблемой.
Научная новизна работы связана с расширением подходов к изучению категории вида глагола и заключается в том, что анализ категории вида осуществлен с принципиально иной позиции: видовая пара рассматривается не как соотношение лексем, а как соотношение лексико-семантических вариантов многозначного глагола; а также в том, что в данном исследовании представлены модели видообразования двузначных глаголов русского языка.
Практическая ценность исследования состоит в возможности использования основных теоретических положений работы и иллюстративного материала в лексикографической практике при составлении словарей; в преподавании русского языка в школе и в вузе для более глубокого и детального изучения темы «Глагол» в курсе «Современный русский язык», в спецкурсах, посвященных русскому глаголу, а также составу его видовых соотношений, при изучении русского языка как иностранного.
Целью исследования является анализ того, как и при каких условиях образуются видовые пары перфективного типа, а также классификация лексического глагольного материала на этой основе.
Задачи исследования заключаются в определении смыслового объема лексемы при образовании перфективных видовых противопоставлений на основе соотношения лексико-семантических вариантов (далее ЛСВ) многозначных глаголов, в описании моделей видового образования двузначных глаголов. Помимо теоретических задач, которые решаются в настоящей работе, мы надеемся облегчить изучение русского глагола прежде всего учащимся, осваивающим русский язык как неродной.
Объектом нашего исследования является, глагольная лексика, которая осмысливается и описывается с точки зрения отражения в ней имманентной категории вида. Эта категория является важнейшей среди других глагольных категорий, поскольку она отличает глагольные лексемы от других предикативных слов, в частности от прилагательных. Такой подход к изучению вида нашел отражение в работах тамбовских ученых Р.П. Козловой, Л.СМоисеевой, В.Г.Руделева, А. Л. Шарандина.
Материалом исследования послужили образующие приставочные видовые пары глаголы, структура которых состоит из двух ЛСВ. Приставочная форма в данной работе отличается от исходного глагола наличием префикса, не вносящего нового лексического значения, например, советовать — посоветовать, редактировать — отредактировать. В работе не рассматриваются видовые пары, образованные путем имперфективации, но при необходимости указывается на возможность развития видовых образований за счет присоединения суффиксов.
К исследованию в первую очередь привлекаются глаголы, зафиксированные в «Словаре современного русского литературного языка» в 17 томах [185], в «Словаре русского языка» СИ. Ожегова [186], в «Словаре русского языка» в 4-х томах (Под ред. А.П.Евгеньевой) [184], в «Словаре русского языка» Д.Н.Утакова [214]. Для уяснения семантики и особенностей видового соотношения использовались грамматические и стилистические пометы, толкования, и иллюстративный материал всех толковых словарей русского языка. Кроме того, для уточнения и конкретизации значения того или
иного глагола, для доказательства его многозначности, видового соотношения именно на уровне лексико-семантического варианта, учитывается употребление глагола в поэтических и прозаических произведениях русской литературы.
Значение исследуемых глаголов постоянно изменяется, расширяется, уточняется за счет пополнения Hi изменения состава актуализируемых компонентов, и словари не всегда дают точное и полное толкование глагола. Вследствие этого нам иногда приходилось опираться на примеры из разговорной речи.
Иллюстративным материалом послужили примеры из художественных, общественно-политических и других текстов, из толковых словарей и цитируемой литературы; для лингвистического эксперимента использовались специально составленные автором фразы и словосочетания^
Методы исследования.
Для достижения поставленной цели используются современные методы лингвистического анализа: метод контекстного анализа, ошюзитивный метод, метод сравнения, метод субституции (замещения).
Основным условием установления лексического тождества глаголов в видовой паре служит сопоставление их семантики в контекстном употреблении. В ходе исследования и описания материала применялись следующие приемы:
1) прием лингвистического наблюдения (извлечение и сравнение значений глаголов в. словарных статьях названных словарей);
2) прием классификации и систематизации (распределение анализируемых глаголов по моделям видообразования).
В работе использован прием количественной характеристики. На основании его данных делаются выводы о продуктивности того или иного типа видообразования, о количественной стороне видообразовательного и словообразовательного потенциала префиксальных глаголов.
Методика исследования сводится к тому, что, прежде всего, определяется круг анализируемых глаголов, который устанавливается в результате сплошной
выборки из указанных словарей русского языка (главным образом из «Словаря русского языка» СИ. Ожегова) всех многозначных глаголов. В центр изучения ставятся глаголы, составляющие хотя бы в одном из своих лексико-семантических вариантов видовую пару.
За основу мы берём понимание видовой пары, приведённое в Грамматике современного русского литературного языка [70, с.284]. Члены видовой пары должны быть лексически тождественны и различаться только видовым значением, т.е. достижением/недостижением абстрактного внутреннего предела действия. Для многозначных глаголов достаточно соотносительности по крайней мере в одном из значений (о видовой паре речь идет лишь по отношению к этому значению, тогда как в других значениях данные образования могут трактоваться как непарные).
Исследование значений совершенного вида (далее СВ) и несовершенного вида (далее НВ) проходило в два этапа.
На первом этапе формировалась первоначальная гипотеза о различиях главных значений СВ и НВ в данной паре глаголов. Для этого этапа мы использовали упрощенный контекст, одинаковый для обоих членов пары. Это фразы с минимальным числом приглагольных синтаксических позиций (ср.понятие минимальной схемы предложений в [24, с. 94]). Их должно быть достаточно для того, чтобы фраза была правильной, а глагол образовывал видовую оппозицию. Так, для глаголов типа читать, вязать брались неабсолютивные конструкции с прямым дополнением Она вяжет— связала носок. Он читает — прочел книгу, задающие внешний предел (с соотносительными формами СВ). На роль подлежащего в таких фразах выбирается совершенно нейтральное слово (например, личное местоимение, имя собственное), а не существительное с каким-нибудь узким или нереферентным значением, т.к. подобные факторы влияют на видовое осмысление глагола. Затем выстраивалась схема видового противопоставления, глаголы классифицировались по моделям видообразования. Чем больше значений входило в структуру глагола, тем более разветвленными и сложными
становились его видовые соотношения. Использование упрощенных контекстов не следует понимать в том смысле, что мы считаем ненужным изучение и описание всех сложностей и тонкостей функционирования видовых форм в реальных текстах. Но прежде чем браться за изучение текстовых тонкостей, необходимо располагать парадигматическим описанием значения каждой видовой формы, полученным в "чистых" условиях.
Упрощенный контекст необходим именно для этого этапа работы, т. к., оперируя таким контекстом, можно быть уверенным, что различия между сравниваемыми фразами действительно относятся к видовым формам глагола, а не к другим элементам контекста.
На втором этапе первоначальное представление о значении СВ и НВ доводилось до полноты и корректировалось на основе более широких контекстов. Во фразы вводились различные обстоятельства и другие элементы, существенные в аспектуальном отношении. Примеры употребления анализируемых глаголов в произведениях художественной литературы и в разговорной речи используются для подтверждения правильности сделанных выводов.
Лексико-семантический вариант — это самостоятельный семантический компонент слова, одно из его значений. В данной работе мы пытаемся установить видовые отношения именно между ЛСВ многозначного глагола, определить совместимость или несовместимость грамматического значения вида с лексической семантикой глагола, установить причину отсутствия того или иного видового образования. Лексическое значение слова оказывает существенное влияние на наличие у него той или иной формы [18, с. 104], кроме того, некоторые лексические семы не имеют грамматических коррелятов. Акцент делается на лексической стороне слова, так как это соответствует задачам исследования; учитывается взаимосвязь и взаимодействие лексических и грамматических характеристик слова, проявляющихся в особенностях функционирования слов, отличающихся * грамматическим оформлением.
Мы не рассматриваем семантику глаголов СВ и НВ в целом. Наша задача заключается в определении семантического тождества ЛСВ глаголов СВ и НВ в функциональном аспекте. Семантика конкретного ЛСВ в некоторых случаях обусловливает отсутствие одного из членов видовой пары, невозможность присоединения приставки, а также возникновение омонимии. При определении семантического тождества глаголов важно следить за тем, чтобы на них не накладывали отпечаток чистовидовые, временные и вообще контекстные особенности. С другой стороны, нельзя игнорировать контекст, так как иногда он показывает, что рассматриваемая глагольная форма распадается на несколько логических значений.
Для того чтобы объективно оценить место видовых пар в системе глагола, необязательно просчитывать все 37 тысяч русских глаголов [219] (тем более это физически невозможно сделать в плане употребления всех глаголов). Но это можно сделать на достаточно репрезентативной выборке.
Такая выборка, сделанная нами, составила приблизительно 300 глаголов. Она получена из Словаря русского языка С.И.Ожегова [186] и при необходимости дополнена данными из других словарей.
Выборку составили глаголы, имеющие в структуре своего значения более одного лексико-семантического варианта. Исключались глаголы с пометой сов. и несов. (например, глагол аннексировать), а также глаголы, которые имеют разные пометы в разных источниках, например глагол аргументировать по БАС — НВ, по MAC - сов. и несов. Но таких глаголов оказалось немного.
Среди исследуемых глаголов встречаются и редкие по употреблению: выкрошить, кучерявиться, удорожаться, проконсультировать (быть проконсулом) и т.д., таким образом, состав анализируемого языкового материала отличается тем, что он достаточно объективен и полон.
Нами было проанализировано около 4 тысяч словарных статей из «Словаря современного русского литературного языка» в 17 томах [185], «Словаря русского языка» СИ. Ожегова [186], «Словаря русского языка» в 4-х томах (Под.ред. А.П.Евгеньевой) [184] (в дальнейшем MAC) и «Словаря
русского языка» Д.Н. Ушакова [214]. Проведенное исследование показало, что глаголы, противопоставленные по виду, составляют 59 % от всей проанализированной нами глагольной лексики.
В словаре (в данном случае в MAC), то есть в языковом инвентаре, видовая корреляция для многих глаголов фиксируется с различными ограничениями. Речь идет о многозначных глаголах, у которых видовая парность отмечается не для всех значений, а только для части из них. Например, глагол омывать имеет парный глагол омыть (омыть-омывать лицо), но у глагола омывать в значении "река омывает город" совершенного вида нет. Еще пример: глагол безобразить в значении «делать безобразным» соотносится по виду с глаголом обезобразить (безобразить-обезобразить фигуру), но в значении «безобразничать» глагол безобразить видового соответствия не имеет» Такие глаголы мы (вслед за С.А. Карпухиным [94, с. 12]) будем называть частичнопарными. Частичнопарных глаголов в нашей выборке приблизительно 200.
Итак, в том разделе нашей работы, где анализируются значения СВ и НВ, глагол толкуется в форме СВ и НВ (по отдельности), в одном словарном значении, в актуально-длительном значении НВ и конкретно-фактическом значении СВ, в прошедшем времени для СВ и в настоящем времени для НВ, в действительном залоге, в изъявительном наклонении, в синтаксически минимальном контексте.
На защиту выносятся следующие основные положения:
1. Каждый глагол как единица лексической системы имеет свой, отличный от других слов смысловой объем; это сложная семантическая система, обладающая неповторимыми индивидуальными особенностями. Каждый ЛСВ в структуре значения многозначного слова имеет свои связи и отношения в системе, которые проявляются как в парадигматике, синтагматике, так и в словообразовании. Категория вида глагола - принадлежность не слова в целом, а лишь лексико-семантического варианта слова, то есть видовая пара — это не соотношение лексем, а соотношение лексико-семантических вариантов.
ю
2. Чистовидовые приставки существуют, но они действуют не во всем многозначном слове, а лишь в его отдельных ЛСВ. Одна и та же приставка может в один глагол вносить чистовидовое значение, а в другой - видовое и лексическое значение одновременно, то есть влияние префикса распространяется не на все многозначное слово, а на его конкретные лексико-семантические варианты.
3. Видообразование глаголов усложняется в зависимости от того, сколько лексико-семантических вариантов входит в структуру многозначного слова. Чем сложнее семантическая структура глагольного слова, тем сложнее модель образования видовых противопоставлений внутри каждого глагола.
4. Основные модели видового соотношения (модель I, модель II) представляют собой сложные структуры, состоящие из отдельных самостоятельных подмоделей.
Структура диссертации.
Построение диссертационной работы обусловлено целями и задачами исследования.
Диссертация состоит из введения, трех глав и заключения. В конце работы помещен список литературы, состоящий из 250 источников, и список из 292 художественных текстов, использованных в работе над диссертацией.
и
ГЛАВА I.
СТАТУС КАТЕГОРИИ ВИДА- ИММАНЕНТНОЙ КАТЕГОРИИ ГЛАГОЛА
§ 1. ВИДОВЫЕ КОРРЕЛЯЦИИ В СИСТЕМЕ СОВРЕМЕННОГО
РУССКОГО ЯЗЫКА
Сложность категории вида привлекала внимание самых выдающихся исследователей, которые всячески подчеркивали особую роль данной категории в грамматической системе русского языка. Так, в 1923 году А.М.Пешковский отмечал: «Виды - главное грамматическое и стилистическое богатство нашего языка, и сознательное пользование ими, во-первых, обогатит и уточнит стиль учащегося и понимание им литературного текста, а, во-вторых, поднимет его на такую грамматическую высоту, с которой все остальные грамматические различия будут ему казаться элементарными, ибо виды, несомненно, труднейшие из них» [159, с.85]. Ни одна грамматическая категория русского и других славянских языков не привлекала такого внимания исследователей, как категория вида и смежные с ней семантические категории. О категории вида и ее семантике существует обширная литература, но единой, четкой и непротиворечивой позиции до сих пор нет. По словам М.Я.Гловинской: «Несмотря на долгую традицию изучения семантики видов и многие замечательные находки в этой области, ни одна из высказанных точек зрения до сих пор не является общепринятой» [64, с.6].
В настоящее время проблема соотношения категории вида и лексического значения глаголов занимает одно из центральных мест в аспектологии (см., например, [Авилова Н.С. [3], Апресян Ю.Д. [12], [13], Бондарко А.В. [29], [35], Булыгина Т.В. [40], [41], Вараксин Л.А. [44], [45], Гиро-Вебер М. [63], Гловинская М.Я. [64], [65], Козлова Р.П. [104], [105], [106], Моисеева Л.С. [137], Мучник И.П. [140], [141], Руделев В.Г. [168],
12
признает существование видовых пар: «По нашему мнению, говорить о единой и универсальной оппозиции СВ и НВ сразу во всех значениях невозможно: эти значения слишком разнородны и соотносятся друг с другом более сложным образом, чем это предполагается» [65, с. 18].
Отсутствие единого подхода к обоснованию понятия видовой соотносительности порождает большой разнобой в практике установления видовых пар. Например, глагол крикнуть Н.М.Шанский и А.Н.Тихонов считают парным к глаголу кричать [190, с. 171]. Эту точку зрения
разделяет В.В.Цапукевич [43, с.219], но в Русской грамматике
одноактные глаголы с суффиксом -«у- квалифицируются как одновидовые, непарные- [175, с.595]. Глаголы со значением изменения состояния и достижения определенной точки в этом изменении, типа: беднеть — обеднеть, слепнуть — ослепнуть, бледнеть — побледнеть и т.д. Русская грамматика считает парными [175, с.587], а А.В.Исаченко — нет [93, с.147]. Значение начала действия, выражаемое приставками по-, за- и др., большинство ученых относят не к чистовидовому, а к словообразовательному типу, то есть глаголы играть — заиграть и подобные не признаются парными. На этот счет существует и противоположная точка зрения. Так, М.Ф.Лукин пишет: «Одни приставки изменяют только грамматическое, видовое значение, сохраняя при этом лексическое значение. Таковы, например, приставки: за-, у-: хромать - захромать, нести — унести...» [125, с.133].
Существует немало других противоречивых утверждений, размывающих теорию образования видовых пар. Таким образом, приходится констатировать, что теория вида в русской грамматике не имеет определенного решения. Единственное, что ни у кого не вызывает сомнений и на чем обычно базируется практика установления видовых пар, -это корреляция следующих значений: действие в его течении (НВ) — завершенность действия (СВ).
14
В грамматической традиции издавна изучались связи между близкими друг к другу категориями, образующими «естественные комплексы», такие как вид и время. «Чистых» грамматических значений, свободных в их реализации от межкатегориального воздействия, нет. Функциональные разновидности одной категории могут рассматриваться как позиции по отношению к функционированию другой грамматической категории, например,' временные планы толкуются как позиции для реализации видового противопоставления [35, с. 260].
Категория времени теснее других глагольных категорий связана с категорией вида. По словам И.П.Мучника, «... для категории времени в большей мере, чем для любой другой категории, важно то, что она конструируется на фоне видового значения, поэтому выяснение смысловых различий между формами одинакового времени, но разных видов дает очень веские данные об особенностях значения разных видов» [141, с. 105]. Мы отмечаем тот факт, что основная масса русских глаголов для выражения видового противопоставления использует различающиеся морфологически формы инфинитива и прошедшего времени, а также причастия прошедшего времени.
Видовые пары активно используются носителями языка в своей повседневной речевой деятельности. Многие языковые правила требуют, в определенных контекстах, замены совершенного вида глагола на несовершенный. Так, всем иностранцам, изучающим русский язык, сообщают правило, согласно которому в предложениях с императивом при добавлении отрицания совершенный вид заменяется на несовершенный (ср.: Позвони сестре — Не звони сестре). Существуют и другие подобные контексты. Одним из них является повествование в так называемом настоящем историческом, когда рассказ о прошлых событиях ведется в настоящем времени, как если бы они происходили на наших глазах, например: И тогда Спартак поворачивает на юг и за три дня добирается до Сиракуз. Если бы повествование велось в прошедшем времени, мы бы сказали: повернул и
добрался, восстановив тот СВ, который при переводе повествования в наст, историческом был заменен на несовершенный. Другой такой контекст -рассказ о повторяющихся событиях, ср.: Встретив на своем пути черную кошку, Николай каждый раз пугается, плюет через левое плечо и на всякий случай поворачивает обратно. Если бы речь шла о единичном событии, мы бы сказали: испугался, плюнул, повернул [94, с. 5-6].
Так, например, глаголы открыть и открывать образуют видовую пару, потому что наряду с предложением Придя домой, я открыл окно в русском языке существуют предложения типа Прихожу я вчера домой, открываю окно... с одной стороны, и Каждый день, приходя домой, я открываю окно - с другой; при этом в обоих предложениях с глаголом НВ открывать этот глагол обозначает то же самое событие, что и глагол СВ открыть. Используя данный критерий, мы можем установить, что пара искать — найти не является видовой (в отличие от семантически близкой ловить — поймать).
Так, например, предложение Он вышел во двор, поймал бабочку и принес ее домой в наст, историческом будет выглядеть как Он выходит во двор, ловит бабочку и приносит ее домой (здесь форма ловит указывает на процесс, достигший результата, т.е. = 'поймал'). Однако нельзя произвести аналогичную замену нашел на ищет — например, в предложении Он нашел на дороге кошелек и поднял его: ищет кошелек по-русски не может обозначать то же самое, что нашел кошелек. Последнее предложение в наст, историческом должно быть передано как Он находит на дороге кошелек и поднимает его — откуда следует, что видовой парой к найти является глагол находить. Таким образом, видовая коррелятивность имеет место тогда, когда глагол НВ может обозначать то же самое событие, что и глагол СВ. Отметим, что НВ не является полноценной заменой СВ, он лишь допускает проявление таких значений, как наступление факта, цепь сменяющих друг друга действий и т.д.
16
На этом основан предложенный Ю.С. Масловым критерий видовой коррелятивности, согласно которому видовую пару образуют два глагола противоположного вида (их называют, соответственно, перфективным и имперфективным членом видовой пары), если данный глагол НВ может быть употреблен вместо данного глагола СВ при переводе повествования в форму наст, исторического и в контексте многократности. Ю.С. Маслов подчеркивает, что «лексическая семантика глагола принципиально не должна подвергаться при этом ни малейшему изменению»[128, с. 106-107]. В большинстве случаев с помощью этого критерия удается установить видовые пары. Так, допускают такую транспозицию многие глаголы ограничительного способа действия. Например, Он лег, поспал (проспал) дна часа и встал — Он ложится, спит два часа и встает; Мы погуляли недолго и вернулись домой -Мы гуляем недолго и возвращаемся домой; Я поправил немного лошадьми и слез с облучка - Я правлю немного лошадьми и слезаю с облучка.
Члены видовой оппозиции не выражают никаких семантических различий, кроме видовых, то есть глаголы, входящие в видовую пару, представляют семантическое единство, являются формами одного и того же слова.
Общеизвестно, что видовые пары образуются путем имперфективации, перфективации, супплетивизма, а также в результате контекстного употребления, когда один и тот же глагол, обладающий потенциальной способностью выражать то совершенное, то несовершенное видовое значение, проявляет какое-либо из них по требованию контекста [105, с.47].
В настоящее время в науке о виде укрепилась точка зрения, согласно которой формой одного глагола является видовая пара, образованная в результате имперфективации: закрыть — закрывать; подписать-подписывать; бросить — бросать, так как глаголы, составляющие имперфективную видовую пару, имеют тождественное лексическое значение. В.А. Белошапкова признает, что «принято считать видовыми парами глаголы совершенного вида и образованные от них путем имперфективации глаголы
17
несовершенного вида: запеть - запевать, рассмотреть - рассматривать, решить - решать, передумать — передумывать» [199, с.474]. Ю.С. Маслов в работе «Морфология глагольного вида в болгарском литературном языке» замечает: «Формами одного глагола мы будем считать только образования совершенного и несовершенного вида типа русских дать-давать, бросить-бросать, подписать-подписывать, втолкнуть-вталкивать, т.е однокоренные образования, обладающие тождественным лексическим значением и различающиеся между собой отсутствием или наличием специального суффикса имперфективации» [128, с. 4-5]. Того же мнения придерживаются многие лингвисты, среди них А.В.Бондарко, который утверждает, что глаголы, составляющие имперфективные видовые пары, имеют тождественное лексическое значение, причем для этого достаточно совпадения в одном значении, то есть достаточно частичного тождества [30, с. 9]. Кроме того, как считают представители грамматической теории вида, глаголы, составляющие имперфективную видовую пару, имеют общие структурно-грамматические основания, которые заключаются в том, что имперфективация — это процесс, целью и результатом которого является регулярное образование видовой пары, то есть, если от глаголов совершенного вида образуется: при помощи определенных суффиксов глагол несовершенного вида, то регулярно возникает видовая пара.. А.Н. Тихонов подчеркивает, что тот факт, при котором виды глагола имеют различную морфологическую структуру основы и выводятся один из другого, никак не может доказывать словообразовательный характер различий, существующих между членами видовых пар. Утверждать, что придать и придавать — это разные слова только на том основании, что придавать имеет суффикс -ва-, отсутствующий у придать, или придавать «выводится» из придать, несмотря на их семантическое совпадение, нельзя [212, с. 101].
Квалификация же видовых пар, образованных путем перфективации, не получила однозначного толкования. Большинство приставочных пар выводятся за пределы чистовидовых, как не удовлетворяющие
18 |
