3 ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования
Актуальность настоящего диссертационного исследования обусловлена тем, что философское осмысление политических процессов постперестроечной России вызывает необходимость разобраться в том сложном наследии, которое у нас имеется в этом отношении и которое не всегда принимается в начавшихся демократических преобразованиях: расширение ареала либеральной демократии, распространение
демократических ценностей, принципов, институтов. Именно в этот период на авансцену исследовательской мысли вышли проблемы укрепления российской государственности, повышения гражданской активности, роли правового регулирования, обеспечения демократии и свободы. Осуществляя эти процессы, Россия большое внимание уделяет мировому опыту развития гражданского общества. Между тем у нас имеется своя, отечественная традиция политических преобразований как либеральная (предлагавшаяся в свое время, но не востребованная и оставшаяся лишь теоретически зафиксированной), так и большевистская, скомпрометировавшая себя при практической реализации.
Современная философская метапозиция позволяет обобщить, скоординировать эти традиции с тем, чтобы актуализировать необходимое и безусловное и отбросить привнесенное, заимствованное из просветительских идей революционно настроенного западного философского и политического разума. Этот последний всегда привлекал революционно-демократическое и социалистическое внимание в России. Необходимо найти истину того, что для России действительно в современных условиях обнаруживалось бы как традиция, которой можно было бы объяснить как успехи и эффекты современных постперестроечных процессов, так и их издержки, просчеты, ошибки.
4
Философский анализ отечественного современного социально-политического контекста становления гражданского общества актуализирован тем, что при наличии обширного мирового опыта развития гражданского общества не представляется возможным его простое копирование Россией.
Во-первых, в России другие внутренние социально-политические, экономические, национальные условия, другая культура, ментальность.
Во-вторых, Россия начала ставить вопрос о гражданском обществе в иных, чем страны Запада и США, мировых условиях: гораздо позже и в ситуации нового типа социальности - постиндустриальное общество, информационно-коммуникативный тип культуры.
В-третьих, надо отметить и тот факт, что обращение к проблематике гражданского общества обусловлено в западной и российской социально-философской теории различными предпосылками: западные аналитики связывают это обращение с переходом к наднациональным, в частности, общеевропейским политическим структурам, полагая, что понятие гражданского общества изменит ситуацию теоретического дефицита, вызванную следующим обстоятельством: национальное государство уже не соответствует новым, глобалистским общественным реалиям. Что же касается постсоветской России, то здесь необходимо решить задачу перехода от государства к гражданскому обществу, что, безусловно, отягощено маргинальностью (переходностью, ненормальностью) социальной ситуации.
В-четвертых, в России процесс перехода к гражданскому обществу оказался осложненным тем, что в этот период сами процессы структурирования становящегося гражданского общества обрели уродливый смысл и значение: в социально-политической сфере возникли олигархические кланы, сросшиеся с властью, что заменило сферу гражданского общества как сферу обособленных от власти частных интересов и государства как представителя и выразителя общего начала и единой воли. Посредством введения многопартийности обществу не удалось
5
переломить тенденцию к подобной корпоративизации социально-политического бытия.
В-пятых, российский общественно-политический дискурс (СМИ, речи идеологов реформ, научная публицистика) обнаруживает неоднозначность использования самой дефиниции «гражданское общество». В реформаторской лексике, к примеру, гражданское общество интерпретировано как сфера общества, зона между индивидом и государством, как общество в целом, как негосударственная сфера политической жизни (выражением которой является многопартийность), как неполитические формы социальной активности (например, гражданские инициативы). Это - ситуация «ускользающего мерцания смыслов».
Проблема диссертационного исследования, таким образом, вытекает из необходимости разрешения противоречия: с одной стороны, постперестроечная Россия ставит вопрос о переходе к гражданскому обществу,, с другой — мирового опыта для этого перехода (ни в теоретическом, ни в практическом планах) недостаточно. Россия должна его наработать самостоятельно, учитывая собственный социально-политический контекст развития. При постановке проблемы мы исходим из того, что теоретически традиция и воззрения на самобытность развития государства российского хорошо проработаны русскими историками, философами, политическими деятелями. Для нас же важно было обнаружить действие этой традиции в современной постперестроечной России.
Общая постановка проблемы — как отечественная философская традиция проявляет своё действие в социально-политическом контексте современной России - конкретизируется в следующих вопросах. Можно ли говорить о гражданском обществе в современной России как элементе демократии в начале демократических преобразований? Актуальна ли идея гражданского общества в ситуации расколотого общества? Дает ли основание традиционный российский менталитет, всегда склонный к единовластию (самодержавию), говорить о возможности созидания
6
гражданских отношений? Какова специфика становления гражданского общества в условиях, когда онтология социальной реальности ещё не является коммуникативной и несет на себе элементы традиционного классического субстанциализма с акцентом на государственности? Степень теоретической разработанности проблемы
Гражданское общество становится предметом философского осмысления, начиная с Древней Греции и активно исследуется в Новое время (Т. Гоббс, Дж. Локк, Ж.-Ж. Руссо, Гегель, Т. Пейн, А. де Токвиль). Эпоха Нового времени совпала с формированием гражданского общества, как и с концептуализацией идеи различия гражданского общества и государственных институтов, с концепциями индивидуализма, свободы и независимости личности и гражданина от государства (Дж. Локк, И. Кант, А. Ферпосон, С. Пуфендорф, физиократы), с формированием идеи «государство против гражданского общества» (И. Бентам, Ж. Сисмонди, Л. фон Штейн, Гегель). В марксизме определяющей становится идея приоритета гражданского общества над государством.
Особенно актуализированной проблема гражданского общества оказалась в XX веке. На смену классическим философским подходам к анализу гражданского общества приходят современные его интерпретации: гражданское общество рассматривается с позиций теории коммуникативного действия и социальной идентичности (Ю. Хабермас), в концепциях закрытого и открытого общества (К. Поппер, Дж. Сорос, М. Корнфорт, С. Коэн, М. Ноттурно, В.П. Шкода, P.M. Бикметов, А.П. Бутенко, М.В. Ильин, А.П. Кочетков, М.В. Рац, Д.Я. Резун, З.А. Сокулер, Б.А. Ланин, В.А. Лекторский, В.Н. Садовский), в учениях о тоталитарном и демократическом государстве (А. Грамши, Т. Парсонс, Ф.А. Хайек, Э. Геллнер, К..Кларк, X. Арендт, К.Г. Баллестрем, Г. Альмонд, С. Веба, К.С. Гаджиев, А.А. Гусейнов, Н.В. Загладин, Н.В. Работяжев, Ю.Г. Сумбатян, Г.Ю. Курскова, А.ШЦербинин).
7
Отечественная философская традиция понимания общества хорошо представлена в работах русских историков (Н.М. Карамзин, СМ. Соловьев, В.О. Ключевский), философов (Н.А. Бердяев, С.Л. Франк, Г.П. Федотов, С.Н. Булгаков, И.А. Ильин), русских славянофилов (А.С. Хомяков, И.С. и К.С. Аксаковы) и революционных демократов (А.И. Герцен, Н.П. Огарев, Н.Г. Чернышевский, Д.И. Добролюбов, В.Г. Белинский), политических деятелей (П.Б. Струве, М.М. Сперанский), писателей (Ф.М. Достоевский, Л.Н. Толстой, Ф.И. Тютчев). Однако в философской литературе нет целостного видения действия отечественной традиции в условиях России современного переходного периода, когда она особенно востребована, потому что может объяснить сложности российских политических процессов.
Анализу отдельных составляющих гражданского общества посвящены работы таких авторов, как B.C. Нерсесянц («цивилитарный общественный договор о постсоциалистическом обществе»), Б.В. Межу ев, С.Д. Баранов, В.В. Ляпкун (специфика отношений в системе «национальный -государственный интерес»), М.П. Мчедлов, М. Машанов (проблемы толерантности и плюрализма), В.Ф. Бородкин, М.И. Либоракина, В.Н. Якимец, Н.Л. Хананашвили (развитие гражданских инициатив, форм гражданского участия).
Многие российские авторы (А.Г. Володин, А.А. Коновалов, Б.Г. Капустин, М. Машанов, М.П. Мчедлов, С.К. Ознобищев, А.С. Панарин, М.В. Рац) связывают процесс становления основ гражданского общества в транзитивный период постперестроечной России с идеей модернизации, с содержанием российского императива модернизации, справедливо полагая, что, во-первых, сама модернизация означает и предполагает переход от идеологически замкнутых концепций, выражающих противостояние либерализма и этатизма, к новой концептуальной модели развития (это та модель, в пределах которой возможно системное обновление социально-экономических условий и политических институтов); во-вторых, в переходный от тоталитарного к гражданскому обществу период наиболее
8
приемлемой станет, возможно, модель сильного государственно-либерального режима, открывающего дорогу к подлинной демократии, обеспечивающего необратимость движения России к гражданскому обществу.
Таким образом, идея гражданского общества в постперестроечный период обрела легитимность в академическом сообществе России, но недостаточно решенной в аналитическом плане осталась проблема воздействия социально-политического контекста, сформировавшегося, конечно, не без учета традиционных влияний, на процесс становления основ и институтов гражданского общества в современной постперестроечной России.
Цели и задачи исследования.
Цель диссертационного исследования заключается в философском обосновании и исследовании воздействия социально-политического контекста на процесс становления гражданского общества в России транзитивного времени. Цель конкретизируется в следующих основных задачах:
- выявить социально-философские основания становления и развития гражданского общества в западной и российской традиции;
- найти проявления отечественной философской и социально-политической традиции в современной постперестроечной России;
- раскрыть специфику взаимодействия институтов гражданского общества и государства в России в условиях транзитивного общества;
- представить общественные инициативы как перспективные формы гражданского участия в политико-правовом пространстве российского переходного времени.
Методологическая основа исследования
Методологией диссертационного исследования явилась идея зависимости концептуализации гражданского общества от характера воззрений на проблему социальности в целом. Такая методология позволила
9
поставить вопрос о становлении гражданского общества в России в контекст специфики российской социальности, а российскую социальность, в свою очередь, увидеть на фоне существующих концепций социальности в целом.
Реализация исследовательской программы, обозначенной в диссертационном исследовании, потребовала использования возможностей историко-философского подхода. Наряду с данным подходом в работе используется сравнительный метод, сочетание исторического и логического анализа, а также метод структурно-генетического синтеза, осуществляемого на основе политического наблюдения и социального эксперимента. Научная новизна и основные положения, которые выносятся на защиту
Новизна исследования определяется решением поставленных задач и в обобщенном виде заключается в следующем:
- выявлены сущность и специфика современного российского социально-политического контекста становления гражданского общества, вобравшего в себя как особенности исторических форм западных концептуализации социальности, так и отечественных традиционных социально-философских воззрений;
- раскрыта российская специфика государства как политической субстанции гражданского общества в транзитивный период, которая выражается в наличии патерналистских и в то же время протестных отношений между гражданскими инициативами и государством, в деформации ценностных парадигм, отсутствии правовой культуры, в государственном патронаже гражданских инициатив;
- обоснованы объективные и субъективные факторы институциональных изменений в государстве переходной эпохи (несоответствие институциональной системы общественным ценностям и потребностям, функциональная неэффективность самих институтов, обусловленность изменений «родовыми», внутренними характеристиками государственного механизма, зависимость действий власти от конфликтной ситуации в обществе);
10
- выявлены особенности коммуникативной онтологии становящегося российского многосубъектного и поликультурного социального контекста формирования гражданского общества, проявляющиеся в структурировании общественных инициатив, в развитии форм конструктивного гражданского участия, социального партнерства, в возникновении различных форм местного самоуправления. Теоретическая и практическая значимость исследования
На основе обобщения и философского осмысления специфических факторов российского социально-политического контекста в диссертационном исследовании представлена теория становления гражданского общества в России переходного периода. Данная теория дает возможность, во-первых, увидеть не только российскую самобытность в становлении институтов гражданского общества, но и аргументировать, специфику самобытного развития гражданского общества в любой стране; во-вторых, прогнозировать тенденции дальнейшего развития гражданского общества в России.
Полученные выводы могут найти применение в теоретическом осознании и грамотном решении проблем социально-политического развития; общества органами власти, при разработке учебных курсов для государственных и муниципальных служащих, представителей общественных и политических объединений, студентов. Результаты исследования могут использоваться при разработке программ муниципального и федерального уровня по проблемам развития власти, гражданского общества, государства и местного самоуправления. Апробация работы
Основные положения диссертации обсуждались на конференциях и научно-практических семинарах регионального, республиканского и международного уровней, посвященных проблемам развития гражданских инициатив, социального партнерства власти и общественных объединений: Гражданском форуме (Новосибирск, 2001), международных конференциях и
11
семинарах (Новосибирск, 1997; Томск, 2001), всероссийских конференциях (Москва, 2000, 2002), региональных конференциях и семинарах (Новосибирск, 1999, 2000; Томск, 2001, 2003); во время стажировок по проблемам развития гражданских инициатив (США, 1995, 1997, 1999).
Результаты исследования были применены в процессе проведения конкурсов муниципального социального заказа для некоммерческих организаций, разработки муниципальных целевых программ «Развитие форм общественного самоуправления в городе Томске» и двух законопроектов, которые приняты представительной властью и регулируют взаимодействие органов власти и общественных объединений в Томской области.
Материалы исследования используются в учебном процессе при чтении спецкурса для студентов философского факультета Томского государственного университета «Благотворительные организации: проблемы и перспективы» (1999-2004), опубликованы в одноименном учебно-методическом пособии (Томск, 1999), а также в разработке и проведении республиканских и региональных семинаров для представителей общественных организаций (1996-2004). Структура и объем диссертации
Структура диссертации обусловлена последовательностью постановки и разрешения основных задач исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы, который включает 151 наименование.
12
1. КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
1.1. Концептуализация идеи гражданского общества в западной традиции
Проблема гражданского общества — важнейшая проблема современности; чрезвычайно важны её постановка и решение и для постперестроечной России; одним из центральных вопросов дискуссий становится вопрос о связи и взаимодействии гражданского общества и правового государства, о генезисе, исторических судьбах, о перспективах эволюции гражданского общества.
Концептуально значимой является точка зрения, в соответствии с которой гражданское общество обозначает совокупность неполитических отношений в обществе (экономических, социальных, нравственных, религиозных, национальных и так далее); гражданское общество в традиционном понимании есть сфера самопроявления свободных граждан, добровольных ассоциаций и организаций, причём именно закон ограждает эту сферу от вмешательства государственной власти. Существуют диаметрально противоположные точки зрения на проблему генезиса и статуса гражданского общества: так, ряд аналитиков полагают, что идея гражданского общества как независимого от государства образования применима к ранней «либеральной» стадии развития капитализма, но в современных условиях границы между гражданским обществом и государством практически стёрлись, так как государство участвует в решении всех фундаментальных экономических и социальных проблем. Иная позиция заключена в отождествлении гражданского общества с человеческим обществом вообще. Как справедливо, на наш взгляд, утверждает К.С. Гаджиев, «... мысль о том, что общество как таковое возникло и развивалось вместе с государством, сама по себе верная и не подлежит сомнению. Но это не даёт основания смешивать категорию «общество» как человеческую общность вообще с категорией «гражданское
13
общество» как исторического феномена, возникшего на определенном этапе развития человеческого общества, прежде всего западной цивилизации; говорить о гражданском обществе можно лишь с момента появления гражданина как самостоятельного, сознающего себя таковым, индивидуального члена общества, наделённого определённым комплексом прав и свобод и в то же время несущего перед ним моральную или иную ответственность за все свои действия. Об этом свидетельствуют как перипетии формирования и развития самого гражданского общества, так и история разработки концепции гражданского общества в западной общественно-политической мысли» [22, с. 19].
Уже концепция полиса Аристотеля (koinoia politike — гражданское общество), концепции societas civilis Цицерона и естественного права содержали идею гражданского общества, а у теоретиков Эллады политическое (he politike) охватывало такие сферы жизни общества, как семья, религия, образование, художественная культура, искусство и так далее. Быть членом politike означало быть гражданином - членом государства и тем самым обязанным жить и действовать в соответствии с его законами.
Гражданское общество как философское понятие сформировано Аристотелем. Перед тем как определить, что есть государство, писал Аристотель, определим понятие гражданина, ибо государство есть не что иное, как совокупность граждан, гражданское сообщество. Из этого нередко делается вывод, что «государство» и «гражданское общество» по Аристотелю - синонимы. Однако в «Политике» Аристотеля [4] утверждён иной тезис: истинное гражданство, а следовательно, и составленное из граждан сообщество, существуют там, где верховная власть действует в интересах всеобщего блага, то есть в государствах, которые Аристотель называет правильными, где лица, признаваемые гражданами, могут принимать «равное участие во всех выгодах общественной жизни»; это «полития», единственное по-настоящему «правильное государство»,
14
позволяющее «множеству действовать в интересах общей пользы»; это форма правления, при которой и власть, и законы обеспечивают «счастливую и самодовольную жизнь для всего того сообщества, которое может быть названо сообществом граждан». То, что говорит Аристотель о гражданском обществе, можно отнести к республиканскому Риму, где под societas civilis понималась ассоциация полноправных граждан, проживающих в городе, который был для них civilis nostra - наш и только наш город. О взаимоотношении гражданского общества античного полиса с его государственностью может быть сказано, что в ряде принципиально важных черт оно так или иначе отвечает даже современным требованиям, предъявляемым к правовому государству: выборность и подотчётность магистратуры, сроки полномочия, разделение властей, свобода слова, печати, передвижения внутри и за пределы государства, невмешательство власти в .. имущественные отношения, наконец, равенство всех перед законом. Принимая и интерпретируя культ богов как государственный институт, связывающий гражданское общество, античное государство не " препятствовало иноплеменным вероисповеданиям, занесённым в Афины и Рим чужеземцами. Они были за пределами гражданского общества уже по той причине, что лишены политических прав.
В XVIII веке существует подход, суть которого - в использовании понятий «государство» и «гражданское общество» как взаимозаменяемых (таковы позиции Дж. Локка и И. Канта). Подобна этим позициям и точка зрения Ж.-Ж. Руссо - именно он выдвинул идею народного суверенитета и демократии: законную силу имеет только та система правления, которая основывается на участии каждого гражданина во властных отношениях, на полновластии народа; принцип представительства следует отвергнуть: здесь гражданин перепоручает свою волю другому лицу, лишается права действительного правомочного гражданина, в этом сущность societe civily, или гражданского общества - государства (Руссо). Однако формирование эпохи Нового времени совпало с формированием гражданского общества,
15
равно как и с концептуализацией идеи различия гражданского общества и государственных институтов. К.С. Гаджиев отмечает интересную деталь процесса становления гражданского общества, когда пишет: «Большое значение с этой точки зрения имело становление в тот период идеологии национального государства, пришедшего на смену анархической раздробленности средневековых государств. Уже в XIV в. с падением империи Гогенштауфенов в Европе начинает пробуждаться сознание национальной индивидуальности и, соответственно, нарождаться идея национального государства. Важным этапом в этом процессе явилось царствование Филиппа Красивого, который в своей борьбе против папы Бонифация VIII апеллировал к Генеральным Штатам, противопоставив римскому теократизму принцип суверенитета королевской власти, основанного на национальной самостоятельности. Эту же идею в дальнейшем отстаивали поборники Германской империи против притязаний авиньонских пап, такие как Вильгельм Оккам и составители «Заступника веры». Блестящую победу идея национальной государственности над римско-католическим универсализмом одержала с победой английской церкви в борьбе с папством за свою самостоятельность» [21, с. 20].
Государство представлялось институтом, назначение которого — в радикальном преодолении естественного состояния (Ж. Боден, Т. Гоббс, Б. Спиноза). Активно разрабатывается Ж. Боденом идея государственного суверенитета (до этого сувереном себя полагал феодал): государство объявлялось правом суверенной власти над обществом. Идея Ж. Бодена была ассимилирована Т. Гоббсом, который писал в «Левиафане» [27] об условии обретения государством легитимности на преодоление состояния войны, этим условием является соглашение между теми, кто составляет догосударственное сообщество. Результат этого соглашения - гражданское общество, однако оно - эквивалент государства и его законов. Эта идея была продолжена Ж.-Ж. Руссо, воспринимавшим общественный договор как такую форму ассоциации, которая защищает и ограждает всею общею силою
16
личность и имущество каждого из членов ассоциации и благодаря которой каждый, соединяясь со всеми, подчиняется, однако, только самому себе и остаётся столь же свободным, как и прежде. Руссо полагает: эта ассоциация, которая ранее именовалась «Гражданской общиной, ныне же именуется Республикою, или Политическим организмом: его члены называют этот политический организм Государством, когда он пассивен. Сувереном, когда он активен, Державою — при сопоставлении его с ему подобными. Что до членов ассоциации, то они в совокупности получают имя народа, а в отдельности называются Гражданами как участвующие в верховной власти и подданными как подчиняющиеся законам Государства» [112, с. 160-161].
Одновременно с этими проблемами на повестку ставилась концепция индивидуализма, свободы и независимости личности и гражданина от государства (Дж. Локк, И. Кант, А. Ферпосон, С. Пуфендорф, физиократы), формировалась идея государства, препятствующего реализации сути индивида, как формировалась и идея противостояния гражданского общества и государства. Примечательны в этом смысле работы Т. Спенса, Э.-Ж. Снэйеса, равно как и «Декларация прав человека и гражданина»: власть государства должно ограничить в пользу гражданского общества, естественной социальности. Идеолог американской буржуазной революции Т. Пейн, делая центральной тему гражданского общества, утверждал, что государства можно считать законными или «цивилизованными» лишь тогда, когда они образованы в результате согласия всех индивидов и когда согласие сформулировано конституционно и зафиксировано с помощью парламентарных представительных механизмов. Цивилизованные системы управления — это конституционные системы управления, наделенные властью через активное согласие свободных и равных индивидов; правительства не имеют прав, они имеют лишь обязанности перед гражданами. Правительства не вправе произвольно изменять или расширять конституции или нарушать доверие и согласие индивидуальных граждан. В естественном состоянии индивидуальные граждане обладают постоянным
17
суверенитетом. Нарушение же естественного порядка и попытка воспрепятствовать высказанному согласию как основе права есть деспотизм, или агрессивное правление, ответственное только перед самим собой. Отсюда — противопоставление Пейном гражданского общества государству: самоуверенное и самоуправляемое общество требует минимума политических механизмов; сокращение власти государства до минимума сделает возможным формирование международной конфедерации национально независимых и взаимодействующих обществ. Для чего это нужно? Т. Пейн полагал, что национально суверенное государство в таком случае состояло бы из выборного управляющего и гаранта «всеобщего мира, цивилизации и торговли» — гражданского общества; национальная ассоциация, действующая на принципах общества, необходима, поскольку именно она сможет обеспечить общественные услуги, которые гражданское общество не в состоянии обеспечить. Когда-то специфичную трактовку гражданского общества в XVIII веке продолжили физиократы, отдавшие приоритет в отношении «экономическое общество - общество политическое» первому, в силу того, что в обществе основное внимание уделяется так называемому естественному обществу (societe naturelle),
дифференцированному по признакам своей роли в чисто экономической сфере (производительный класс, «бесплодный» в его специфическом значении, и так называемые собственники-землевладельцы). По мнению физиократа А. Кенэ, автора «Экономичской таблицы» (1758), человек как личность и гражданин может обрести достойное существование только в богоустановленном естественном обществе; в нём он может и искать, и находить экономическую защиту и независимость, под которой следует понимать прежде всего отказ от государственной опеки в имущественной сфере общественной жизнедеятельности. И тем самым в личности пробуждается гражданин.
Практически в это же время Адам Ферпосон пишет «Записки по истории гражданского общества» (1767 г.). Последователь Монтескье в политической

Получить работу