5 ВВЕДЕНИЕ
Объектом диссертационного исследования являются слова мало и много в современном русском языке, предметом исследования - их семантический и функциональный потенциал.
В лингвистической и лексикографической литературе языковые единицы мало и много представлены весьма неоднозначно, и прежде всего, в плане их общеграмматического статуса. В русистике отсутствует системное описание их частеречного потенциала, и не случайно традиционное название данных единиц - «неопределенно-количественные слова» — не отражает их частеречных свойств. Одни лингвисты квалифицируют слова мало, много (и соответственно немало и немного) как наречия («Русская грамматика», Л.В. Щерба, А.Н. Гвоздев), другие относят их к числительными (A.M. Пешковский, А.Н. Тихонов, Л.Л. Буланин), третьи считают, что они совмещают функции наречия и числительного (В.В. Виноградов, Н.А. Янко-Триницкая, Е.В. Клобуков). Неоднозначно также решается вопрос об их отношении (как числительных) к склонению.
Непоследовательно представлен грамматический статус анализируемых слов и в лексикографических источниках. Во всех толковых словарях они представлены как наречия; употребление же их в качестве числительных на уровне самостоятельной частеречной функции отмечается только в СОШ, причем не для всех четырех слов (для много, мало, немного) и БТСРЯ (для много, маю). Возможность субстантивного употребления отражена лишь в MAC и только у слова много. Функционирование слов маю и много в качестве слов категории состояния фактически отмечается и практически во всех словарях, однако только на уровне особого употребления со специфическими пометами "в знач. сказ. " или "с неопр. формой глаг. " (БАС, MAC, ТСУ, БТСРЯ).
Не находит исчерпывающего отражения в лингвистической литературе и семантический потенциал слов мало и много. Известные нам немногочисленные работы (или их фрагменты) отражают лишь некоторые аспекты содержа-
ния данных слов, причем рассматриваемых в отвлечении от их частеречных функций (см.: фрагмент «Кванторные выражения, указывающие на большое и малое количество» в книге Т.В. Булыгиной, А.Д. Шмелева «Языковая концептуализация мира» (1997; с. 200-207); статью Г.М. Зельдовича «О типологии квантификаторов», в том числе и о словах маю, много, немного (1999; том 58; с. 43-52); лексикографический портрет наречия Немного (и его синонимов, включая мало) в «Новом объяснительном словаре синонимов русского языка» под редакцией Ю.Д. Апресяна (2003; с. 212-218)).
Все сказанное определяет актуальность данного исследования.
Предлагаемое исследование относится во многом к тому направлению современной русистики, которое связано с интегральным описанием лексики, разрабатываемым в Московской семантической школе. Интегральное описание лексических единиц данного языка предполагает максимальную согласованность «с описанием его «грамматики» в широком смысле слова, т. е. со сводом всех достаточно общих правил данного языка» (Ю.Д. Апресян). Наша же работа представляет собой описание семантики слов мало и много, согласованное, прежде всего, с возможностями их частеречного функционирования. Данный акцент рассмотрения обусловлен самой спецификой объекта исследования - частеречной полифункциональностью слов мало и много.
Определенным образом выполненная работа вписывается и в круг лексикографических исследований, где существует проблема отражения в толковых словарях конверсивов (транспозитов, функциональных омонимов) [см.: Виноградов 1977; Ожегов 1974; Бабкин 1981: 9; Соловьев 1995; Откупщикова 1995а; Миронова 1997; Мельчук 1997: 322; Шарандин 1998 и др.]. Проведенное исследование на примере языковых единиц мало и много вносит определенный вклад в лексикографическое описание слов-конверсивов в толковых словарях.
Кроме того, это исследование имеет отношение и к функциональной грамматике, разрабатываемой в Петербургской лингвистической школе под руководством А.В, Бондарко: лексемы мало и много являются компонентами функционально-семантического поля количественности [см.: ТФГ 1996], и вы-
явление семшгшко-грамматического потенциала этих слов раскрывает, по существу, один из аспектов реализации микрополя неопределенной количествен-ности.
Целью данного исследования является описание семантики и функционального потенциала слов-конверсивов мало и много в современном русском языке. Названная цель предопределяет решение следующих задач:
1) определить частеречные потенции слов маю, много, а также немного и немало в грамматическом строе современного русского языка; уточнить их и, в частности, «узаконить» возможность их функционирования в качестве слов категории состояния; отразить их способность как наречий к субстантивному употреблению;
2) проанализировать грамматическую характеристику слов мало, много, а также и немного, немало в современных толковых словарях;
3) описать семантический потенциал слов мало и много дифференцированно по отношению к их функциям наречия, аналога числительного и слова категории состояния;
4) систематизировать сочетания со словами мало и много связанного характера с позиций того, в пределах функционирования какой части речи данные сочетания слов приобретали связанный характер;
5) представить разработку словарных статей слов-конверсивов мало и много как результат исследования их семантико-функционального потенциала.
Новизна и теоретическая значимость результатов исследования заключается в следующем:
- в работе обоснован статус неопределенно-количественных слов маю, много (а также немало и немного) как слов-конверсивов, для которых практически в равной мере органичны функции наречия и числительного; выявлено, что для слов мало и много органична также функция слов категории состояния; помимо прочего, установлено, что все данные слова (как наречия) могут употребляться в значении существительного;
- описан диапазон значений конверспвов мало и много дифференцированно по отношению к их частеречному употреблению (что нашло отражение в разработке словарных статей), а в их употреблении в качестве числительных -еще и по отношению к их синтаксическим функциям;
- представлена систематизация связанных употреблений мало и много в соответствии с их исходной частеречной принадлежностью.
Практическая значимость исследования определяется возможностью использования его результатов в лексикографической практике, включая разработку словарных статей слов-конверсивов мало и много; в практике преподавания курса морфологии (при изучении проблемы частей речи и конверси-вов, в частности) и лексикологии; а также в спецкурсах, посвященных проблемам семантики и проблеме взаимодействия лексики и грамматики современного русского языка.
Эмпирической базой исследования и источником иллюстраций послужил языковой материал, полученный методом сплошной выборки из произведений художественной литературы XIX и XX вв. (общим объемом около 5300 высказываний).
Основным методом данного исследования является описательный, использовались также трансформационный, статистический метод, а также метод компонентного анализа.
Результаты проведенного исследования были апробированы в докладах и сообщениях на ежегодной Всероссийской научной конференции «Актуальные проблемы изучения языка и литературы на рубеже веков» в 2002 и 2003 гг. (г. Абакан); на научной конференции «Катановские чтения» в 2002, 2003 и 2004 гг. (г. Абакан); на семинаре кафедры русского языка Красноярского государственного университета «Актуальные аспекты грамматики» в 2003 г. (г. Красноярск); на научно-методических семинарах кафедры русского языка Хакасского государственного университета им. Н.Ф. Катанова
Структура диссертации включает введение, три главы, заключение, два приложения и библиографию.
ГЛАВА I. Статус слов мало, много, немного, немало в грамматическом строе русского языка
1.1. Частеречный потенциал слов.ишш, много, намного, немало
' В данном разделе анализируется отражение частеречных возможностей
слов мало, много, немного, немало в лингвистической и лексикографической литературе; определяются типы предложений, в которых они употребляются, и синтаксические функции, которые они могут выполнять; кроме того, обоснуется несклоняемость данных слов.
Слова мало, много, немного, немало являются средством выражения не-/А. определенного количества,1 и потому их обычно называют «неопределенно-количественными словами». Это характеризует данные слова как особый семантический класс, но не отражает их грамматический статус в системе русского языка.
Частеречная принадлежность слов мало, много, немного, немало определяется в научной литературе неоднозначно. «Русская грамматика» все эти слова называет неопределенно-количественными числительными [РГ 1980а: 573], при этом, слово много представлено еще и в списке определительных местоименных наречий [там же, с. 704]. Числительными также считают их Л.В. Щер- ба [Щерба 1997: 154], Н.С. Валгина [Валгина и др. 1964: 210], А.Н. Гвоздев [Гвоздев 1973: 272]. Энциклопедия «Русский язык» называет их неопределен-
1 Категория количества «одна из наиболее абстрактных категорий мышления современного человека, и ее обусловленность объективной действительностью носит наиболее опосредованный характер» [Панфилов 1977: 160]. Попытки специального рассмотрения проблемы количества восходят еще к Аристотелю [Аристотель 1975: 164]. Анализ категории количества, ее математического, логико-философского и когнитивно-психологического аспектов представлен во многих работах [см.: Кузьмин 1966; Шляхтенко 1968; Ефимов 1973; Князев 1979; Васильева 1973; Панфилов 1982; Полянский 1984; Петренко 1988; Категория количества в современных европейских языках 1990; Категория количества в науке 1991; Баранов 1995; Сергеев 1996; Реферов-ская 2000, Галич 2002 и др.].
В лингвистике исследование категории количества осуществляется, кроме всего, на основе теории функщю-нпыю-семантического поля, когда описывается «круг языковых средств, используемых для выражения вариантов определенной семантической категории», в частности, и категории количества [Бондарко 1983: 40; ТФГ 1996]. [См. доп.: Кашина 1973; Тураева, Биренбауч 1985]. Проблема средств выражения разных аспектов коли- чества в русском языке отражена таюке в работах [Тихонов 1971; Перетятько 1972; Марковский 1974; Чесноко-ва 1981; Швачко 1981; Золотова 1982; Чеснокова 1983; Дерюшева 1989; Маджидов 1990; Чеснокова 1992; Ко-пыленко 1993; Колоколова 1994; Беловольская 1994; Севергина 1995; Лифенко 1997; Мелькумянц 1997; Коновалова 1998; Ким 1999; Сеничкина2001; Степанов 2002].
10
но-количественными местоименными словами, относя при этом тоже к количественным числительным [ЭРЯ: 627]. М.Ф. Лукин слова много, мало, несколько относит к наречно-местоименным словам счетной части речи, под которой понимает количественные и порядковые числительные [Лукин 2000: 69]. Н.М. Шанский и А.Н. Тихонов, вслед за A.M. Пешковским [Пешковский 2001: 336], характеризуют их как количественные неопределенные наречия. А.Н. Тихонов аргументирует это тем, что данные слова обладают всеми свойствами наречий (называют признак действия и признак признака; могут иметь формы степеней сравнения; неизменяемы) и при этом не обладают подлинными признаками числительных (не имеют цифрового коррелята, сочетаются с существительными всех лексико-грамматических разрядов, а не только с конкретными) [Шанский, Тихонов 1987: 142; Тихонов 2002: 292, 400]. Как наречия представляют их авторы «Словаря современного русского литературного языка» в 17-ти томах (далее - БАС) и «Словаря русского языка» в 4-х томах (далее - MAC), [см. также: Финкель, Баженов 1951: 231, 248; Исаченко 2003: 270; Бу-ланин 1976: 90; Баранов 1984: 75; Эдельман 1996: 172].
В.В. Винградов полагает, что мало, много, немного, немало совмещают «значение неопределенно-количественных числительных с функциями количественных наречий» [Винофадов 2001: 312]. А.А. Камынина отмечает, что слова мало, много, немного, немало «в сочетании с глаголом утрачивают значение числительных и становятся наречиями», из чего можно сделать вывод, что значение числительного у данных слов автор считает первичным, а значение наречия вторичным (выделено нами - А.И.) [Камынина 1999: 108]. Словами, совмещающими значения числительного и наречия, считают их также Ю.А. Бельчиков [Бельчиков 1979: 232, 273], Н.А. Янко-Триницкая [Янко-Триницкая 1982: 64], Е.В. Клобуков [Клобуков 1995: 226], М.Ф. Лукин [Лукин 1973: 102]. А.Н. Гвоздев, определяя слова мало, много, немного, немало как неопределенно-количественные числительные, тем не менее, лексемы много и немного дает также в списке наречий меры и степени [Гвоздев 1973: 396].
ft!
11
Г.И. Панова рассматривает эти слова как «слова-конверсивы»1, для которых функции наречия и числительного органичны в равной мере [Панова 2003: 49].
Мы также полагаем, что функции наречия и числительного, присущие словам маю, много, являются равноправными (конверсив немного преимущественно используется как наречие, а немало — как аналог числительного). В качестве наречия они могут сочетаться с глаголами, прилагательными, другими наречиями и словами категории состояния, а в качестве числительного, конечно, особого характера, — с существительными любых лексико-грамматических разрядов. Все анализируемые слова как наречия в определенных синтаксических условиях могут подвергаться субстантивации (см.: с. 13). Кроме того, для слов мало и много органична функция слов категории состояния.
Ряд исследователей отмечает местоименный характер слов маю, много, немного, немало. В частности, А.Н. Гвоздев пишет: «Неопределенные числительные обозначают неопределенное количество и включают единичные слова: несколько, много, немного, мало. По своему значению они примыкают к неопределенным местоимениям» (разрядка наша - А.И.) [Гвоздев 1973: 271]. М.В. Панов в качестве местоименных числительных рассматривает только слова сколько, несколько, много и немного [Панов 1999: 125], не называет лексемы столько, маю и немало. М.И. Откупщикова, выделяя целый ряд групп «местоимений с кванторной информацией», относит к ним слова мало и много, рас-
1 Иод конверсией (от англ. conversion) мы понимаем «способность одного и того же материального слова (лексемы) функционировать как разные части речи» [Кривоносое 2001: 133]. «Такие лексемы уже заранее должны обладать очень широким, весьма абстрактным спектром семантических значений («примитивов»), который бы позволил этой лексеме выделить из себя одну семантическую сторону в соответствии с новой синтаксической функцией. Сама семантика исходного тела слова (лексемы) должна быть такова, чтобы она позволила разбить себя на примитивы или семы, одна из которых и ложиться в основу иной синтаксической функции вновь образованной части речи» [Кривоносое 2001: 728]. См. об этом [Лхманова 1969: 202; Шигуров 1988: 5; Баудер 1991: 22; Лх!«анова 1996: 66; Мельчук 2000: 151; Печникова 2001: 224; Lieber 1981:161; Schendeb 1982:13; Sanders 19S8: 155].
В «Словаре синонимов» Ю.Д. Апресяна семантический потенцихт слов рассматривается вне их частеречной отнесенности (и, в частности, при анализе слова немного и его синонимов). Если попытаться соотнести значения, обозначенные для маю, с той или иной частью речи, то ситуация представляется следующим образом. Первое значение соотносится с семантикой числительного - «'малое количество' (маю муки, маю людей)»; второе - «значение 'мной или очень малой степени' (Его это маю интересует)» - со значением наречия; в качестве третьего указано значение «'недостаточно' (Его повесить маю)-», ьоторое соответствует семантике маю в функции слова категории состояния (см.: с. 28, 88). Кроме того, отмечено, что «лексемамаю! ...может употребляться в функции приглагольного дополнения» (см. об этом: с. 13,62, 122). Относительно слова намного указаны значения наречия ('в течение недолгого времени'; 'в небольшой степени') и анхтога числительного ('небольшое количество') [НОССРЯ 2003:214].
12
сматривал их как «кванторы офаничения» [Откупщикова 1984: 6]. В состав местоимений-числительных включал слова типа мало, много и Л.А. Реформатский [Реформатский 1979: 88]. [См. также: Суник 1966: 111; Ондрус 1971: 66; Сэпир 1985: 44; Шведова, Белоусова 1995: 45, 100; Соловьев 1995: 54; Шведова 1998: 122; Мароевич 2001: 152; Чеснокова 2001: 145].
Некоторые исследователи обращают внимание на оценочный характер семантики слов маю, много, немного, немало. Так, Л.Д. Чеснокова пишет: «Определенное множество мыслится вне оценки количества: шестьдесят тетрадей... Неопределенное множество не может мыслиться «в чистом виде» и может сопровождаться идеей оценки названного количества... В объективной действительности не может быть неопределенного количества предметов. Идея неопределенного количества есть результат либо процесса обобщения, либо непо-знанности данного количества» [Чеснокова 1992: 10]. «Слова много, мало, несколько, помимо указания на неопределенное количество, содержат оценочную квалификацию называемого количества» [Чеснокова 1982: 22]. Н.К. Рябцева отмечает: «В обыденном сознании количество «опредмечивается», а не исчисляется, оценивается, а не измеряется, и потому окрашивается психологическим отношением к нему» (разрядка наша-А.И.) [Рябцева 2000: 108]; [см. также: Севергина 1995: 2; Попова 1998: 63; Кобозева 2000: 60]. Анализируемые слова проявляют оценочный характер, функционируя не только в качестве аналогов числительных, но и в качестве наречий (включая их субстантивное употребление) и в качестве слов категории состояния.
1.1.1. Слова мало, много, немного, немало как наречия
Функционирование анализируемых слов в качестве наречий, когда они обозначают признак действия, признак другого признака или состояния, является очевидным фактом, и их описание в данном грамматическом статусе не обнаруживает каких-либо проблем в лингвистической литературе. Поэтому мы
13
ограничимся здесь только приведением примеров употребления слов мало, много, немного, немало как наречий, см.:
Тедди теперь спал много и ходил редко (Казаков);
Да, там немного душно и пахнет дымком (Стругацкие);
— Понимаете, двойные агенты, да еще такого склада, мало предсказуемы (Лкунин);
Шура был немало удивлен, когда его арестовали (Ерофеев Вен.).
Рассматривая конверсивы мало, много, немало, немного как наречия, важно отметить, что в определенных синтаксических позициях они могут подвергаться субстантивации. Такой позицией является, во-первых, позиция {|ч подлежащего, например: Три много и три мало губят человека: Много гово-
J^ рить и мало знать, Много тратить и мало иметь, Много воображать и мало стоить (Испанская пословица). Во-вторых, сочетание анализируемых наречий с некоторыми переходными глаголами, где конверсив выполняет синтаксическую функцию прямого дополнения, т. е. занимает позицию, типичную для дополнения-существительного. Например, в высказывании: Нужно много знать и уметь, чтобы управлять шахтой - мы задаем к анализируемому слову вопрос Что знать и уметь? (а не Сколько?). Данная лексема употребляется как существительное, «представляя обобщенно характеризуемый в количественном отношении и не конкретизируемый объект» [Панова 2003: 50].
^у MAC возможность субстантивации отмечает только у слова много; по-
путные замечание о субстантивном употреблении слов типа маю находим у Т.В. Булыгиной, А.Д. Шмелева [Булыгина, Шмелев 1997: 207] и у Ю.Д. Апресяна [НОССРЯ 2003: 214] (см. об этом: с. 62). Наш языковой материал обнаруживает способность к контекстуальной субстантивации у всех слов-конверсивов, однако, прежде всего, у слова много. Из 290 случаев субстантивного употребления всех конверсивов слово много встречается 165 раз, другие же слова значительно меньше: мало — 84 , немного — 30 и немало —11. ((rfy Проиллюстрируем примерами использование каждого слова-конверсива в
качестве наречия в субстанивной функции:
14
— Он мне ненавистен, этот роман,— ответил мастер,— я слишком много испытал из-за него (Булгаков) — Испытал что? Словоформа много в данном высказывании синонимична существительному многое;
— Ямало знаю,— застенчиво сказала Катерина. — Как и что я стану говорить? (Сологуб) - Знаю что? - т. е. 'немногое, мало что';
— Кармен сделала немного, она только бросила в ленивого солдата цветком (Грин) — сделала немного, т. е. 'немногое, только одно';
Он сделал немало для общего дела (Разг.) - сделал немало, т. е. 'многое, немало что'.
Употребление наречий мало, много, немного, немало в значении существительного не является для них органичным и возможно только на уровне транспозиции (в отличие от их употреблений в качестве собственно наречий, аналогов числительного и слов категории состояния) (см. об этом также: с. 61, 121).
1.1.2. Слова мало, много, немного, немало как аналоги числительного
Употребление слов мало, много, немного, немало в качестве аналогов числительного иллюстрируют следующие высказывания:
Звезд на небе много, а луна всего одна... (Астафьев); В бутылке оставалось еще немного джину (Стругацкие); Старались найти ошибки. Но ошибок было мало (Сологуб); Забот о нем (верблюжонке) немало (Айтматов).
Так как конверсивы в данной функции существенно отличаются от собственно числительных по семантике и, следовательно, синтагматике, а также по своим морфологическим свойствам, то мы их и называем не числительными, а, вслед за Г.И. Пановой, «аналогами числительного» [Панова 2003: 184].
15
Что их отличает от собственно числительных? Во-первых, слова мало, много, немного, немало не способны выражать значение отвлеченного числа, как подлинные числительные.
Во-вторых, они не называют конкретного количества предметов, а только обобщенно указывают на их количество, оценивая его как значительное (много, немало книг) или же незначительное {мало, немного книг) и потому не имеют цифрового аналога.
В-третьих, анализируемые слова сочетаются не только с конкретными, но и с вещественными, абстрактными и собирательными существительными {немного воды, мало радости, много детворы). Кроме того, отсутствие конкретной семы числа и количества сближает их с местоимениями, ср.: несколько книг, столько учебников и много учебников. И, наконец, анализируемые слова, в отличие от собственно числительных, являются неизменяемыми (подробнее об этом см.: с. 19).
При анализе слов мало, много, немного, немало как аналогов числительного возникает необходимость в рассмотрении (1) типов синтаксических конструкций, в которых они употребляются, выполняя те или иные функции, и (2) их отношения к склонению.
1.1.2.1. Типы предложений и синтаксические функции аналогов числительного мало, много, немного, немало
В научной литературе предложения с количественными словами, и в частности со словами мало, много, намного, немало, имеют различную интерпретацию. Высказываются разные точки зрения на то, в каких предложениях могут употребляться числительные (и их аналоги) и какую синтаксическую функцию они в них выполняют (как в самостоятельном употреблении, так и в сочетании с существительным).
16
«Грамматика русского языка» предложения типа Много цветов и Бумаги маю характеризует как безличные [ГРЯ 1954: 36]. И.П. Распопов в статье «К интерпретации синтаксических конструкций типа Ребят у нее было четверо» считает подобные предложения также «безличными с количественно-атрибутивным дополнением к сказуемому» (выделено нами - А.И.) [Распопов 1971: 89]. А.А. Камынина определяет такие конструкции тоже как «односоставные бессубъектные» и выделяет в них «главный член — сказуемое было, дополнение ребят иобстоятельство меры четверо» (выделено нами - А.И.) [Камынина 1961:25].
A.M. Пешковский подобные предложения характеризует как «нечто среднее между личными и безличными предложениями, которые можно было бы назвать безличными предложениями с именительным количества», и не уточняет синтаксической функции количественного слова [Пешковский 2001: 336].
А.А. Шахматов предложения типа Ребят у нее было четверо рассматривает как «двусоставные с количественно-именным сочетанием в роли подлежащего», т. е. ребят четверо - это подлежащее, а было - сказуемое [Шахматов 1941: 142], [см. также: Галкина-Федорук 1958: 118; Скобликова 1959: 111]. A.C. Попов аналогичное по структуре предложение Снегу выпало мало тоже считает двусоставным с «нумеральным» подлежащим - снегу мало. Такие «подлежащные сочетания» он выделяет независимо от положения «нумерала» и существительного относительно друг друга: Снегу выпало мало и Снегу мало выпало [Попов 1976: 196]. Подобная интерпретация данных конструкций представлена еще в [Арутюнова 1989: 753; Ненков 1991а; 19916; Всеволодова 2000: 384].
В.В. Химик в работе «Количественность в структуре простого предложения» выделяет в русском языке три типа синтаксических конструкций с количественной семантикой, включающих в свою структуру слова типа много'.
1) односоставные предложения со значением бытийности: Много народу;
2) двусоставные: Много народу собралось, Собралось много народу; 3) генитив-
17
ные1 двусоставные с составньш именным сказуемым: Народу (приходило) много. Кроме того, исследователь выделяет еще два типа синтаксических конструкций с количественной семантикой, не содержащих слов типа много: 4) гени-тивные двусоставные с глагольным сказуемым с количественным значением (без квантитатива): Народу собралось; 5) генитивные односоставные бытийные: Народу! [Химик 1978: 16; Химик 1979: 107]. Для нас, естественно, интересны только те типы предложений, которые включают количественное слово, т. е. предложения первого, второго и третьего типов.
Многие исследователи в высказываниях типа Снегу выпало мало подлежащим считают только словоформу родительного падежа существительного. В частности, Ю.М. Костинский в статье «Подлежащее - в родительном падеже?» родительный падеж существительного в количественных конструкциях рассматривает как подлежащее, которое «является частью ядра предложения и носителем субъектного значения», т. е. предметом мысли, например: Народу набежало; Бойцов было трое; Барахла накопилось много [Костинский 1969: 52]. [См. также: Иванова 1973: 100; Иванова 1976: 182; Химик 1979: 104; Шелякин 2000: 229, 258; Бабайцева 2001: 441; Степанов 2002: 176]. Для нас важно отметить, что количественные слова (типа трое, много) рассматриваются в подобных предложениях как сказуемое.
Г.А. Золотова, дифференцируя односоставные предложения типа Море цветов (т. е. наши типа Много цветов) и двусоставные типа Цветов море {Цветов много), пишет: «...в первом случае утверждается наличие квалифицированного предмета, во втором сообщается о количестве как о признаке пре-дицируемого предмета». Словоформа родительного падежа существительного тоже определяется как подлежащее, а количественное слово — как сказуемое [Золотова 1982: 285]. Аналогично рассматривает такие конструкции A.M. Ломов [Ломов 1990: 88]. Если сообщение о количестве составляет рему высказывания, существительное в родительном падеже данными исследовате-
1 Оглат. genttnus -родительный падеж [Ахманова 1969: 96; НСИС: 205]. Ср. употребление данного термина в другой орфографической записи - генетивный [Виноградов 1947: 168; Камынина 1961:25 ]. |
