ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы. Построение в Российской Федерации правового государства предполагает усиление гарантий прав, свобод и законных интересов граждан. В сфере уголовного судопроизводства данное положение имеет особое значение, поскольку расследование и рассмотрение уголовных дел сопряжено с ограничением свободы и неприкосновенности личности, вторжением в частную жизнь граждан, применением мер процессуального принуждения. Одной из основных задач судебно-правовой реформы, проводящейся в стране с 1991 года, является защита прав и свобод человека при осуществлении правосудия. При этом конечным результатом судебной реформы должно стать создание такой системы уголовного судопроизводства, где будут обеспечены как интересы общества и государства в области борьбы с преступностью, так и права участников процесса, в том числе лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
В ходе судебной реформы гарантии прав подозреваемых и обвиняемых получили значительное развитие и укрепление, особенно в части обеспечения права на защиту и реализации возможности заявления жалоб и ходатайств. Ст.22 Конституции РФ ограничила применение наиболее строгой из мер пресечения - заключения под стражу, - наделив этим правом только судебные органы. Вместе с тем в Переходных положениях Конституции указано, что до приведения в соответствие с ее нормами УПК РСФСР сохраняет свое действие порядок санкционирования ареста органами прокуратуры. Для поэтапного внедрения судебного контроля за действиями и решениями лиц, осуществляющих расследование уголовных дел, был введен институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей. В настоящее время судебный контроль за применением заключения под стражу в качестве меры пресечения имеет две формы -рассмотрение жалоб обвиняемого (подозреваемого), его защитника или за-
конного представителя об изменении меры пресечения с содержания под стражей на иную, не связанную с изоляцией от общества, и рассмотрение ходатайства прокурора о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, если до истечения предельного (полуторагодичного) срока ознакомление обвиняемого с материалами дела невозможно, или же если в этой ситуации удовлетворено ходатайство обвиняемого или его защитника о дополнении предварительного следствия; в таком случае срок содержания обвиняемого под стражей может быть продлен еще на шесть месяцев.
Законность и обоснованность применения заключения под стражу в уголовном судопроизводстве освещали в своих трудах В.П.Божьев, А.Д.Бойков, И.М.Гуткин, П.М.Давыдов, И.Ф.Демидов, З.Д.Еникеев, Н.В.Жогин, З.З.Зинатуллин, В.И.Каминская, Л.М.Карнеева, А.С.Кобликов, З.Ф.Коврига, В.М.Корнуков, Ф.М.Кудин, Э.Ф.Куцова, А.М.Ларин, Ю.Д.Лившиц, Ю.Ф.Лубшев, В.З.Лукашевич, П.А.Лупинская, З.В.Макарова, В.А.Михайлов, Я.О.Мотовиловкер, В.П.Нажимов, И.Л.Петрухин, Н.Н.Полянский, В.П.Резепов, А.П.Рыжаков, В.М.Савицкий,
Ю.И.Стецовский, В.А.Стремовский, М.С.Строгович, Ф.Н.Фаткуллин, Л.В.Франк, М.А.Чельцов, А.А.Чувилев, П.С.Элькинд, П.П.Якимов и др. Проблемы ограничения личной свободы в уголовном судопроизводстве изучены в трудах российских дореволюционных процессуалистов, таких как С.И.Викторский, М.В.Духовской, А.И.Квачевский, П.И.Люблинский, И.Я.Фойницкий и др. Институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей в 1990-х годах стал предметом диссертационных исследований В.Н.Авдеева, А.Е.Белоусова, В.М.Галузо, Н.А.Колоколова, И.Е.Слепневой, А.В.Солодилова, О.И.Цоколовой.
Труды вышеуказанных ученых являются мощной теоретической базой для дальнейших разработок проблемы ограничения личной неприкосновенности в уголовном судопроизводстве, а также объема судебного контроля за
изоляцией обвиняемых (подозреваемых) от общества в стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства. Однако, несмотря на определенную разработанность темы, ряд вопросов носит дискуссионный характер, а некоторые аспекты специфики применения заключения под стражу являются неизученными. Основания и цели применения мер пресечения (и, в частности, заключения под стражу) в ряде работ отождествляются между собой, что не способствует правильному научному толкованию уголовно-процессуальных норм. Исторический опыт судебного контроля за законностью и обоснованностью применения заключения под стражу в уголовном судопроизводстве России не обобщен и не систематизирован. Положения Проекта УПК РФ, принятого Государственной Думой в первом чтении, которые касаются механизма и процессуального порядка применения заключения под стражу недостаточно подробно проанализированы; не отмечены существенные недостатки этих положений по сравнению с действующим УПК.
Институт судебной проверки законности и обоснованности ареста за последние восемь лет апробирован на практике и является достаточно эффективным средством для решения вопроса об изменении обвиняемым (подозреваемым) меры пресечения. Вместе с тем правовые нормы, составившие данный институт, имеют некоторые пробелы, относящиеся как к процедуре судебной проверки, так и к ее предмету, объему и пределам.
Значимость исследования судебного контроля за законностью и обоснованностью применения заключения под стражу по уголовным делам обусловлена тем, что данный процессуальный институт в совокупности обеспечивает учет как общих прогностических оснований для избрания этой меры пресечения, установленных ст. 89 УПК, так и обстоятельств, относящихся к категории инкриминируемого обвиняемому деяния и данным о его личности. Независимость суда и отсутствие в его деятельности функции обвинения придает судебному контролю за применением заключения под стражу черты беспристрастного, объективного и индивидуального подхода к разрешению
вопроса о необходимости изоляции от общества обвиняемых (подозреваемых).
При выборе темы диссертационного исследования учитывалась потребность в осмыслении влияния внесенных в уголовно-процессуальное законодательство изменений относительно применения заключения под стражу в качестве меры пресечения по уголовным делам, эффективности существующих механизмов ее изменения. Институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей опирается на принцип обеспечения обвиняемому (подозреваемому) права на защиту, поэтому в настоящей работе проанализированы не только процедура судебной проверки, но и практическая реализация прав обвиняемого (подозреваемого), его защитника или законного представителя приносить подобные жалобы, их мотивировки и основания для удовлетворения или отказа в удовлетворении.
Вышеизложенное определило выбор темы диссертационного исследования, его актуальность как с теоретической, так и с практической точки зрения.
Объектом исследования является институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей и отдельные аспекты реализации права обвиняемого (подозреваемого) на защиту. Предметом исследования выступает сущность и содержание уголовно-процессуальной деятельности в рамках судебного контроля за применением заключения под стражу в качестве меры пресечения по уголовным делам и совокупность уголовно-процессуальных и конституционных норм, регулирующих эту деятельность.
Цель и задачи исследования. Целью исследования является разработка научно обоснованных рекомендаций, направленных на совершенствование судебного контроля за применением заключения под стражу в качестве меры пресечения, а также выработка практических рекомендаций, ртносящихся к
созданию в уголовном судопроизводстве РФ эффективно работающего механизма обеспечения законного и обоснованного применения этой меры пресечения, с тем, чтобы в каждом случае арест был действительно необходим для интересов правосудия.
В соответствии с целевым назначением работа над диссертацией была подчинена решению следующих основных задач:
исследовать и проанализировать институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей в уголовном процессе, отследить исторический опыт его применения в судопроизводстве нашей страны;
сравнить действующий механизм санкционирования ареста прокурором и судебный порядок применения заключения под стражу, установленный Конституцией РФ и предложенный в Проекте УПК;
изучить основания для применения заключения под стражу в качестве меры пресечения по уголовным делам, определить критерии для его избрания и процессуальный порядок применения;
рассмотреть возможности для изменения меры пресечения по действующему законодательству РФ и сравнить их с положениями Проекта УПК;
внести предложения по реформированию уголовно-процессуального законодательства в части, касающейся применения заключения под стражу по уголовным делам и продления его сроков, а также полномочий суда по изменению мер пресечения;
разработать тактические рекомендации, обеспечивающие более эффективное функционирование института судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей;
на основе вышеуказанных задач определить объем и пределы судебного контроля за применением заключения под стражу по уголовным делам.
Методологическую базу исследования составляют диалектический метод научного познания, общенаучные и частнонаучные методы теоретического анализа, такие, как исторический, логический, сравнительно-правовой, статистический, социологический, системно-структурный.
Нормативной базой исследования являются Конституция РФ, действующее уголовное и уголовно-процессуальное законодательство (и законодательство советского периода развития нашей страны), постановления Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ), постановления Конституционного Суда РФ, ряд международно-правовых актов.
Теоретической основой исследования являются труды российских ученых по уголовному и уголовно-процессуальному праву.
Эмпирической базой исследования послужили результаты опубликованной практики Верховного Суда РФ по вопросам темы диссертации, данные уголовно-судебной статистики СССР и РФ, материалы изучения 600 уголовных дел о преступлениях против личности, собственности, общественной безопасности и здоровья населения. Указанные дела были рассмотрены федеральным судом Московского района Санкт-Петербурга за 1997-1998 г.г.
Автором также использован собственный опыт работы в качестве адвоката-защитника по уголовным делам.
Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что автором выполнен сопоставительный анализ действующего законодательства и норм Проекта Уголовно-процессуального кодекса РФ, при этом отмечен ряд положений Проекта УПК, нарушающих право обвиняемого (подозревае-
мого) на защиту путем необоснованного ограничения их участия (а также участия их защитников и законных представителей) в процедуре санкционирования ареста судом и в рассмотрении жалоб на решения суда, связанных с избранием заключения под стражу в качестве меры пресечения. Также высказан ряд рекомендаций по совершенствованию судебного контроля в части применения заключения под стражу в уголовном судопроизводстве РФ.
Проведено комплексное исследование, заключающееся в последовательном прослеживании формирования института судебного контроля за применением заключения под стражу в уголовном судопроизводстве РФ, проанализированы основания для избрания этой меры пресечения, рассмотрены возможности ее изменения судом в результате проверки законности и обоснованности ее применения, а также деятельность обвиняемого и его защитника в этом направлении.
Основные положения, представленные на защиту:
1. Первые нормативные акты Советской власти, регулировавшие применение заключения под стражу, устанавливали коллегиальный порядок избрания этой меры пресечения следственной комиссией с последующей возможностью для обвиняемого обжаловать ее в суд. В первом УПК РСФСР сохранен двухуровневый порядок обжалования избранной меры пресечения, но вместо следственной комиссии жалоба рассматривалась прокурором; редакция УПК 1923 г. установила преюдицию, согласно которой обращению в суд должно было предшествовать рассмотрение жалобы прокурором. В последствии произошел фактический отказ от судебного контроля за применением мер пресечения, и также широко развился институт внесудебной репрессии. Обвинительный уклон судопроизводства привел к необоснованным массовым арестам, реального обеспечения принципа индивидуализации при избрании мер пресечения не происходило, право суда решать вопрос об аресте могло реализовываться только в судебных стадиях процесса.
10
2. По УПК РСФСР 1922 года заключение под стражу могло применяться по любому делу, если в качестве наказания за инкриминируемое преступление предусматривалось лишение свободы; дифференциация по признаку тяжести отсутствовала; однако в дальнейшем специальным законом были установлены два критерия для избрания заключения под стражу - общий для применения всех мер пресечения и особенный, связанный с категорией инкриминируемого деяния; был введен перечень дел о преступлениях, по которым заключение под стражу применяется по мотивам одной общественной опасности. Данное положение заимствовано действующим УПК.
3. К основным недостаткам правовой регламентации сроков содержания под стражей и практики их соблюдения в настоящее время относятся:
- Несогласованность сроков содержания под стражей со сроками расследования и производства дела в суде;
- Несовершенство норм, регламентирующих в стадии расследования порядок исчисления сроков расследования и содержания под стражей;
- Подмена законодательной регламентации процедуры продления сроков и процессуальной формы этой деятельности ведомственными актами (приказами, указаниями);
- Несовершенство прокурорского надзора и судебного контроля за рассмотрением жалоб на законность ареста и продления сроков содержания под стражей.
Устранению этих недостатков будет способствовать установление судебного порядка избрания заключения под стражу в качестве меры пресечения и усовершенствование порядка обжалования этого процессуального решения.
4. Проект УПК, находящийся на рассмотрении в Государственной Думе, в части применения заключения под стражу в качестве меры пресечения предполагает менее строгие рамки, нежели действующий УПК, придавая равный правовой статус всем обстоятельствам, учитываемым при его избрании.
11
5. Отсутствие в Проекте возможности применять заключение под стражу по мотиву одной общественной опасности инкриминируемого деяния в целом является положительным моментом, так как способствует приоритетному использованию принципа индивидуализации при решении вопроса о мере пресечения по конкретным уголовным делам. Однако по делам о совершении особо тяжких преступлений критерий общественной опасности может использоваться в полном объеме в силу прогностического характера общих оснований для избрания мер пресечения.
6. В качестве положений, ограничивающих применение заключения под стражу, было бы уместно исключить из сферы действия этих норм дела о преступлениях небольшой и средней тяжести, а также установить, что в отношении несовершеннолетних обвиняемых заключение под стражу возможно при обвинении их в совершении особо тяжких преступлений и при отсутствии должного контроля со стороны законных представителей.
7. Действующее законодательство и Проект УПК не регламентируют сроки содержания подсудимых под стражей, поэтому целесообразно наделить суд правом при отложении дела слушанием проверять наличие дальнейших оснований для применения заключения под стражу.
8. Институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей в настоящее время имеет подробную законодательную регламентацию, успешные результаты практического применения; ряд научных разработок проблем данного института способствовал его законодательному совершенствованию. Вместе с тем судебный контроль за применением заключения под стражу в качестве меры пресечения обладает определенными недостатками. Законодательное регулирование данного института не является совершенным и не решает ряда проблем, возникающих в правоприменительной деятельности.
9. Для реального обеспечения права обвиняемого (подозреваемого) на защиту мы предлагаем ввести случаи обязательного участия защитника в су-
12
дебной проверке законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей по аналогии с положениями ст.49 УПК.
10. Анализ мотивировок жалоб на законность и обоснованность ареста позволяет сделать ряд предложений по их содержанию: изложение оснований для признания ареста незаконным и необоснованным, а в ряде случаев -приложение к жалобе письменных возражений по квалификации инкриминируемого деяния. Тактика поддержания жалобы защитником должна строиться по принципу защитительной речи.
11. Правовая регламентация применения заключения под стражу в качестве меры пресечения, предложенная Проектом УПК, в целом соответствует Конституции РФ, но вместе с тем эта процедура нуждается в совершенствовании и доработке, поскольку ни ее сроки, ни механизм реализации не обеспечат интересы участников процесса.
Поэтому было бы уместным увеличить срок решения вопроса о применении заключения под стражу до 72 часов, по истечении 3 из которых прокурор бы уведомлялся о задержании подозреваемого, далее за сутки получал бы материалы, необходимые для возбуждения перед судом ходатайства о применении заключения под стражу, а за оставшееся время вопрос бы разрешался судом. Аналогичные правила могли бы применяться и к избранию меры пресечения в отношении обвиняемого, но течение срока бы начиналось с момента предъявления обвинения.
12. При производстве проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей суд не вправе обсуждать вопрос о виновности лица в совершении преступления, но предоставление суду права оценивать правильность квалификации инкриминируемого деяния позволило бы более взвешенно учесть критерий тяжести преступления.
13. Судебный контроль за продлением сроков содержания под стражей по действующему законодательству имеет две формы: рассмотрение жалоб обвиняемого (подозреваемого), его защитника и законного представителя на
13
продление действия этой меры пресечения в порядке ст.220 УПК и рассмотрение ходатайства прокурора о продлении срока содержания под стражей по истечении его предельного полуторагодичного срока в порядке ст.97 УПК. Проект УПК предполагает «двойной контроль» за применением заключения под стражу: санкционирование ареста судьей после рассмотрения этого вопроса в судебном заседании и право обвиняемого и его защитника приносить жалобы на незаконность и необоснованность ареста.
14. Нормы действующего законодательства в части судебной проверки законности и обоснованности ареста построены с соблюдением принципа обеспечения обвиняемому (подозреваемому) права на защиту, в то время как Проект УПК предполагает необоснованное ограничение права обвиняемого, подозреваемого, защитника и законного представителя участвовать в рассмотрении жалоб на решения суда, связанные с избранием заключения под стражу в качестве меры пресечения.
Поэтому необходимо отразить в Проекте правило об обязательном участии подозреваемого, обвиняемого, защитника (если он участвует в деле), законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) в судебном заседании при рассмотрении ходатайства следственных органов о заключении под стражу. А при рассмотрении жалоб на арест - надлежащее извещение указанных участников процесса и вызов их в судебное заседание (за исключением случаев, когда они сами просят рассмотреть жалобу в их отсутствие).
15. Как разъяснил Верховный Суд РФ в постановлении от 27 апреля 1993 г. № 3 "О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей", под законностью ареста следует понимать соблюдение всех норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок применения указанной меры пресечения и продления срока ее действия, а под обоснованностью - наличие в представленных материалах сведений, в том числе о личности содержащегося под
14
стражей, которые подтверждают необходимость применения заключения под стражу в качестве меры пресечения или продления ее срока (ст. ст. 11, 89 -92,96 и 97 УПК РСФСР).
16. По сложившейся судебной практике признание ареста незаконным происходит в отдельных, редких случаях, признание ареста необоснованным чаще происходит на основании данных о личности обвиняемого (подозреваемого). Отказ в изменении меры пресечения с заключения под стражу на иную, не связанную с изоляцией от общества, как правило, обосновывается тяжестью предъявленного обвинения. Таким образом, суды в полном объеме выполняют требования ст. 91 УПК о необходимости учитывать при решении вопроса о мере пресечения тяжесть предъявленного обвинения, данные о личности обвиняемого (подозреваемого), его семейное положение, род занятий и иные обстоятельства.
17. Постановления, выносимые судьями в результате проверки законности и обоснованности ареста, должны быть мотивированными. Однако это требование закона выполняется не всегда, поэтому необходимо разработать примерную форму постановления в порядке ст.2202 УПК, выделив в ней вводную, описательную, мотивировочную и резолютивную части. Также уместно разработать бланк протокола судебного заседания в порядке ст.220 УПК, содержащий отметки о разъяснении прав участникам проверки, о заявленных ими ходатайствах, о факте ознакомления их с представленными в суд материалами.
18. Институт судебной проверки законности и обоснованности ареста и продления срока содержания под стражей не является промежуточным звеном до момента наделения суда правом решать вопрос об избрании мерой пресечения заключения под стражу; Проект УПК предлагает установить возможность обжалования постановления судьи. Нормы действующего законодательства, разрешающие пересмотр этих постановлений в кассационном и надзорном порядке, дают основание полагать, что этот порядок сохранит
15
свое применение и в дальнейшем. В то же время эти нормы построены без учета специфики рассматриваемого вопроса; поэтому уместно включить в УПК специальную главу, посвященную судебному обжалованию действий и решений, связанных с ограничением личной неприкосновенности. Сформулированы и другие, носящие организационный и правовой характер предложения по совершенствованию института судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей в уголовном процессе РФ.
Теоретическая и практическая значимость исследования определяется возможностью использования положений и результатов диссертационного исследования: в нормотворческой деятельности при создании и совершенствовании норм уголовно-процессуального закона; в учебном процессе при преподавании курса уголовно-процессуального права, спецкурса по участию защитника в уголовном процессе; в практической деятельности судей, прокуроров и адвокатов-защитников.
Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре уголовного процесса и криминалистики юридического факультета Санкт-Петербургского Государственного Университета, где осуществлены ее рецензирование и обсуждение. Основные положения и выводы, изложенные в диссертации, нашли отражение в опубликованных автором пяти статьях.
Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав (с выводами в конце каждой главы), объединяющих восемь разделов, списка научной литературы по теме и приложений.
16
ГЛАВА 1
ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ СУДЕБНОГО КОНТРОЛЯ ЗА ЗАКОННОСТЬЮ И ОБОСНОВАННОСТЬЮ ПРИМЕНЕНИЯ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПОД СТРАЖУ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Глобальная реформация российского законодательства, происшедшая после Октябрьской революции, затронула все его отрасли и ознаменовала собой фактический отказ от той судебно-правовой системы, которая была создана на базе Судебных Уставов 1864 года, хотя ряд уголовно-процессуальных норм был позаимствован оттуда советским законодательством. При любой смене власти такой элемент общественной жизни, как законодательство, всегда тем или иным образом корректируется. В данном же случае изменению подверглась вся социально-экономическая и политическая системы, поэтому правовая реформа носила глубинный характер.
Устав Уголовного Судопроизводства7 1864 года предусматривал обжалование действий следователя в судебном порядке. Согласно Уставу Уголовного Судопроизводства жалобы на действия следователя, предпринятые как собственной властью, так и по требованию прокурора или его товарища, приносились окружному суду. Для общих судов была организована особая система органов предварительного производства; ее субъектами являлись судебные следователи, состоявшие при окружных судах, окружной суд в распорядительных его заседаниях и, наконец, судебная палата в камере предания суду . Судебные следователи считались членами окружного суда и состояли в определенных для них участках. По производству следственных действий они находились под надзором прокуратуры и в иерархической под-
; Устав Уголовного Судопроизводства. СПб; 1913.
2 См. Фойнщкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб; 1996. т.1. с.444.
17
чиненности окружному суду и Судебной палате3. Таким образом, в дореволюционном судопроизводстве существовало два вида надзора за предварительным следствием, куда входил и надзор за законностью и обоснованностью применения мер пресечения: надзор прокуратуры и ревизионный надзор суда.
Органами, уполномоченными применять меры пресечения, являлись: судебная власть в лице мировых судей, земских начальников и городских судей, следователей общих судов, камеры предания суду Судебных палат и полицейские и прочие должностные лица в тех случаях, когда они замещали судей и следователей. Прокуроры и их товарищи как представители обвинительной власти имели право предлагать следователю применить ту или иную меру пресечения, но не применить ее самостоятельно. Заключение под стражу могло быть применено в отношении обвиняемых в совершении преступлений, за которые предусматривалось наказание в виде содержания в тюрьме с лишением всех особенных прав и преимуществ, или заключение в арестантские отделения, или ссылка на жительство в сибирские и другие отдаленные губернии с лишением всех особенных прав и преимуществ, или же наказание в виде ссылки на поселение или каторжные работы с лишением всех прав состояния. Также содержание под стражей могло быть применено в отношении лиц, не имеющих оседлости, хотя бы они и обвинялись в преступлениях менее важных, то есть не предусматривающих вышеперечисленных видов наказаний.
Полномочия прокурора по изменению или отмене меры пресечения в отношении обвиняемого ограничивались тем, что он мог высказать по данному вопросу свое мнение, присоединив его к обвинительному акту или к заключению о приостановлении дела; право избирать меру пресечения к компетенции прокурора не относилось.
3 См. Духовской М.В. Русский уголовный процесс. М.; 1905. с.263. |
