ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. В последние годы научно-историческим сообществом все в большей мере осознается необходимость углубленного изучения тех эволюционных процессов в общественном сознании, которые не только сопровождали крупнейшие события отечественной истории, но и служили их социально-психологической, идеологической основой, своеобразным катализатором.
Трансформации общественного сознания в условиях переходного периода 1920-х гг., их тенденции и противоречия во многом предопределили не только собственно эволюцию общественной идеологии и общественной психологии, но определили и сущность, характерные особенности той советской системы, которая сложилась к середине 1930-х гг. По верному замечанию А.В. Пыжикова, «марксистская идеология большевиков плюс психология шутов - вот та основа, которая определяла вектор развития советского государства»1.
Само внимание к проблемам истории общественного сознания является, с одной стороны, свидетельством своеобразного социального заказа, выражением общественной потребности в признании человека наиболее активной силой исторического процесса, определяющей его содержание.
С другой стороны, в настоящее время актуализируется само внимание научно-исторического сообщества к изучению той сферы общественного и индивидуального сознания, в которой расположены побудительные мотивы социально-политического поведения, система идеалов, норм и ценностей, определявших особенности советского
Пыжиков А В Российская история первой половины XX века новые подходы // Вопросы философии.-2003.-№ 12 -С 76
человека и общества во всей их противоречивой сложности. Отечественная историография тем самым откликается на новые явления в развитии и выражает, по крайней мере, две составляющие исторического сознания российского общества- профессиональную историческую науку и историческую память различных слоев населения1, способствует становлению третьей составляющей- официальной концепции истории Отечества.
В этом научно-познавательном контексте в настоящее время становится все более очевидной справедливость мысли, высказанной Г.Д. Алексеевой: «Большинство проблем истории XX века, духовного развития российского общества нельзя решить без четких представлений о содержании и типе воздействия теории, идеологии, политических доктрин, исторических концепций на общественное сознание, как массовое и групповое... так и индивидуальное»2.
Однако следует предполагать и обратное воздействие массовых представлений обыденного сознания, мифологем, стереотипов мышления и т.п. на теоретические построения, идеологию, доктрины, вырабатываемые властью. Важным оказывается и выяснение содержания процесса взаимодействия между основными элементами идеологии партии большевиков, пропагандировавшей их в интересах сохранения собственного политического господства, социалистического строительства, и теми представлениями о них, которые имела основная масса населения России. Это предполагает выяснение отношения различных социальных групп и слоев к Советской власти, партии большевиков и ее вождям, тем идеям и политическим действиям, которые
1 По классификации Г Д Алексеевой См Алексеева Г Д Историческая наука в России. Идеология Политика - М • Издательский центр института российской истории РАН, 2003-С. 193.
2 Алексеева Г Д. История. Идеология Политика. (20-30 -е гг) // Историческая наука России в XX веке - М , 1987.- С. 108
5
они предпринимали в отношении этих субъектов с помощью собственной оценки, понимания и объяснения.
Такой подход, на наш взгляд, не только позволяет определить основные тенденции и характер эволюции обыденных форм общественного сознания в советский период, но имеет и другой, более широкий научно-познавательный контекст, связанный как с возможностями анализа переходных периодов в истории России вплоть до наших дней в аспекте их историко-антропологического и социально-исторического содержания, так и с анализом реального влияния народных воззрений на ход социальных преобразований и последствий этого влияния.
Объектом диссертации являются основные тенденции и закономерности эволюции общественного сознания в СССР.
Предмет исследования - восприятие и оценка населением Европейской части России основных элементов идеологии доктрин коммунистической партии.
Постановка проблемы. В отечественной историографии научный интерес к советскому периоду сосредоточен главным образом на традиционной объяснительной модели, базирующейся на представлениях о том, что содержание, характерные особенности и сама направленность социалистических преобразований всецело определялись высшим партийно-политическим руководством страны. Такой подход, так или иначе, ведет, с одной стороны, к абсолютизации роли партийно-политического руководства, а с другой - косвенным образом отказывает в праве быть субъектом собственной истории народам СССР. В грандиозном социальном эксперименте они приняли участие не только силой принуждения, но и с величайшим энтузиазмом и самоотверженностью строили общество светлого будущего.
Постановка проблемы в указанном ракурсе основывается на признании и другого вида связи. Массовые представления, формировавшиеся в течение столетий и являвшиеся достоянием общественного сознания, не только определяли отношение к основным коммунистическим идеологемам, практике социалистического строительства, но и оказывали влияние на идеологию, политику коммунистической партии и ее непосредственные результаты.
Какими были содержание, формы и направления связей народных представлений с основными политическими доктринами? Как соотносились мифологемы общественного сознания с основными концепциями большевизма?
Последнее делает необходимым признание и другой объяснительной модели: сам характер социалистических преобразований был продуктом не только политической жизни, формируемой руководством партии и страны, но и народных представлений, то есть культурным, мировоззренческим, этическим достоянием народов России.
Территориальные границы диссертационного сочинения охватывают Европейскую часть России. Эта территория входила в правовое и институциональное пространство РСФСР и СССР, в изучаемый период она неоднократно претерпевала изменения административных границ наименований как регионов, так и входящих в них административно-территориальных образований, которые управлялись административными органами советского государства в соответствии со спецификой отдельных регионов, краев и областей. Европейская часть России, являющаяся этнообразующей и системообразующей частью страны, имела также экономические, политические, социальные и культурные условия, которые были характерны для Советской России, а затем и СССР в целом. Процессы эволюции общественного сознания населения этой части СССР являются наиболее репрезентативными. В
известном смысле население Европейской части России было той интеллектуальной, духовной силой, которая прежде всего реагировала на идеологическое, мировоззренческое воздействие со стороны партии большевиков и служила базой крупнейшего политического эксперимента.
Хронологические рамки работы охватывают период 1921-1929 гг. Именно в это время, в условиях послереволюционных преобразований интенсивно взаимодействуют политические и идеологические доктрины партии, установившей свою диктатуру, и народных социальных утопий -вековых народных чаяний совершенного и справедливого общественного устройства. Народные идеалы и идеологические политические устремления правящей партии и государства вступали и во взаимные противоречия с практикой социалистических преобразований. В результате само содержание переходного периода во многом определяется этими противоречиями, а особенности заключаются и в трансформациях как народных представлений о справедливом общественном устройстве, так и содержания основных доктрин коммунистической партии. Процесс эволюции народных представлений и основных коммунистических идеологем тем самым вписывался в логику переходного периода, изменений в политической, экономической и социокультурной жизни, диктуемых коммунистической партией, Советской властью.
Однако сама предметная область исследования не предполагает жестко сформулированных временных границ. Процессы трансформации общественного сознания лишь с достаточной степенью условности могут быть соотнесены хронологически с определенными политическими и иными событиями. Вместе с тем, сама динамика, интенсивность, направленность и смысл таких трансформаций имеет достаточно конкретное временное выражение.
8
Степень научной разработанности проблемы. Рассматриваемая проблема в историографическом аспекте обладает двумя существенными особенностями.
С одной стороны, сама ее постановка не только в недалеком советском прошлом, но и в настоящее время представляется новой, по существу не имеет научно-исторической традиции. Выяснение массового общенародного отношения к идеологии и политике РКП(б)-ВКЩб)-КПСС было просто невозможно, а в настоящее время еще не обрело должной научной актуальности. Иначе говоря, данная тема не вызывала и пока еще не вызывает повышенного научного интереса, а крупных работ, непосредственно посвященных ей, пока еще нет.
С другой стороны, ни одно из изданий советского периода, посвященного самым разнообразным сферам жизнедеятельности советского народа, не обходилось без выявления причинно-следственных связей между теоретическими марксистско-ленинскими обоснованиями задач социалистического и коммунистического строительства и их конкретной реализацией, что подтверждалось колоссальным фактическим материалом о росте социальной активности масс по мере усложнения задач этого строительства. Таким образом, основное противоречие изучаемой темы состоит в том, что колоссальный объем литературы, изданной в советский период, где авторская позиция в основном отличалась одномерно-апологетическим отношением к идеологическому воздействию партии на общественное сознание, сочетается с отсутствием достаточного количества современных исследований.
Во-вторых, при отсутствии работ, непосредственно посвященных проблеме воздействия идеологических доктрин на общественное сознание, в отечественной историографии существует ряд значительных трудов, посвященных истории народной общественной мысли- социальным утопиям. По мнению члена-корреспондента РАН К.В. Чистова, одного из
крупнейших исследователей социально-утопических взглядов русского народа, начиная с 1960-х гг., с особенной ясностью обозначался всеобщий кризис социально-утопических идей, учений и движений, и интерес к истории социально-утопических идей мотивировался двояко- не только академическим интересом к проблеме, но и «веянием времени», состоянием общественного сознания, которое называется теперь «шестидесятничеством»'.
В ответ на этот социокультурный заказ в отечественной исторической науке появляется ряд значительных и весьма интересных работ, целью которых, как правило, в латентной форме было выявление исторических корней первоначального утопизма русской социал-демократии.
К ним прежде всего следует отнести монографии К.В. Чистова и А.И. Клибанова2. Однако по вполне понятным причинам авторы этих работ не ставили, да и не могли ставить задач выявления связей между народными представлениями в рамках социальных утопий и идеологий коммунистической партии. Вместе с тем, самим выходом этих и последовавших за ними исследований таких авторов, как Б.А. Успенский, В.М. Живов и др.3, был открыт путь к изучению связи народных социально-утопических воззрений и идеологии большевизма.
1 Чисгов КВ. Русская народная утопия (генезис и функции социально-утопических легенд). - СПб , 2003 - С 12-13.
2 Чистов К.В Русская народная утопия (генезис и функции социально-утопических легенд) - М, 1967; Клибанов А.И Социальные утопии в русских крестьянских движениях - М, 1966, Народная социальная утопия в России. Период феодализма. -М , 1977; Народная социальная уюпия в России XIX в - М , 1978
3 Успенский Б.А Царь и самозванец Самозванчество в России как культурно-исторический феномен. // Художественный язык Средневековья. - М , 1982 - С 201— 235, Живов В М., Успенский Б А. Царь и Бог: Семантические аспекты сакрализации монарха в России // Язык культуры и проблемы переводимости - М , 1987 - С 47-53, Бабкин Д С. Русская потаенная социальная уюпия XVIII в // Русская литература -1968. -№4 -С. 92-106
10
С особой интенсивностью изучение народных социально-политических воззрений и процессов, происходивших в массовом сознании в 1920-е гг., начинается в конце 1990-х гг. Разработка этой проблематики проходила в условиях роста общественного внимания к определению сущности феномена большевизма, проблеме его исторических истоков. Результатом этого интереса стало резкое возрастание количества самых разнообразных публикаций, в которых с междисциплинарных позиций исследовалась проблема взаимодействия в массовом сознании традиционных народных воззрений и основных доктрин большевизма. В этом массиве литературы можно выделить три основных направления.
Первое и наиболее представительное из них во многом продолжает традицию, сформированную выдающимися русскими мыслителями-Н.А. Бердяевым, С.Н. Булгаковым, И.А. Ильиным и др. Эта традиция состояла в том, что истоки и смысл русского коммунизма они видели в особенностях социальной и культурной жизни России, рассматривая его как своеобразный результат «грехов» ее развития, воплотившийся в «коммунистической судьбе». Это направление представлено оригинальными по методологическим подходам трудами А.С. Ахиезера, В.В. Бочарова, В.П. Булдакова, А.Г. Вишневского, А.П. Давыдова, А.И. Шаповалова, М.А. Шуровского, И.Г. Яковенко, Е.Н. Ярковой1 и др.
1 Ахиезер А С. Россия критика исторического опыта (Социокультурная динамика России). Том I От прошлого к будущему. 2-е издание, переработанное и дополненное. -Новосибирск, 1997. - 804 с, Ахиезер АС, Давыдов АП, Шкуровский МП., Яковенко И.Г., Яркова F.H. Социокультурные основания и смысл большевизма -Новосибирск, 2002 - 610 с; Бочаров В В О культурно-психологических истоках русского тоталитаризма. // Угол зрения* отечественные востоковеды о своей стране -М, 1992 - С. 182-206, Булдаков ВПК изучению психологии и психопатологии революционной эпохи- (Методологический аспект) // Революция и человек: социально-психологический аспект - М., 1996 - С. 4-17, Красная смута Природа и последствия революционною насилия. - М, 1997 - 376 с; Вишневский А Г. Серп и рубль Консервативная модернизация в СССР. - М , 1998. - 432 с, Шаповалов А И Феномен советской политической культуры (ментальные признаки, источники формирования и развития) - М , 1997 - 355 с.
11
В работах этого направления, которое можно условно назвать «органическим» (поскольку все особенности взаимодействия массового сознания и большевистской идеологии здесь выводятся главным образом из особенностей социального и культурного развития России), не только подчеркивается русское происхождение большевизма, но и результаты социалистического строительства рассматриваются через призму взаимодействия коммунистического проекта и «почвенничества» как черты общественного сознания его реализаторов.
К вышеназванному направлению близко и другое, как правило, имеющее более широкий междисциплинарный контекст и ориентированное на прямое выявление связи между архетипическим, традиционным в общественном сознании, «родовыми» образами политической жизни, моделями политического устройства, мифологией и системой таких действий, которые способствовали их воплощению. Так, B.C. Полосин1, используя универсалистский метод исследования мифологии, проецирует миф на политическую жизнь и показывает органическую связь национального сознания с религиозными и социальными утопиями.
Монография С.Д. Домникова2 посвящена образам и архетипам русской истории и культуры, тому, как традиционалистские воззрения воплощались в историческом процессе, как на основе образов и мифологем массового сознания в различных слоях общества рождались разнообразные утопии и проекты реформ.
Третье направление представлено исследованиями, в которых с помощью реконструкции традиционных образов и массовых представлений анализируется отношение различных социальных групп к
1 Полосин В С. Миф Религия Государство - М., 1999.-440 с.
2 Домников С Д Мать-земля и Царь-город Россия как традиционное общество - М ,
2002. - 672 с
12
тем или иным сферам общественной жизни, реальным процессам социалистического строительства в изучаемый период. Ряд работ этого направления посвящен теоретическим аспектам такого анализа1. Особое место среди них занимают материалы международной конференции «Менталитет и аграрное развитие России (XIX-XX вв.)», проходившей в июне 1994 г.2 Сам факт проведения такой конференции и целый ряд идей, содержащихся в ее материалах, являются свидетельством того, что научно-историческое сообщество совершило поворот к проблемам истории общественного сознания.
Статьи и монографии О.В. Великановой, М. Венер, О.Г. Вронского, И.Л. Жеребцова, В.В. Журавлева, А.В. Захарова, B.C. Измозика, В.И. Коротаева, М. Кудюкиной, Н.Е. Шаповаловой, В.А. Ярова3 вносят
1 Баранова Г.С Теоретические модели социальной идентификации личности // Социальная идентификация личности -., 1993. - С 35-46 ; Волков Ю.М. Становление идеократии* Истоки, ментальность, аппарат (1917-1929 гг.) - Иваново, 1993 - 104 с, Ливший А Я Власть и управление в массовой нсихоло!ии (1917-1927 гг.) // Из истории государственного управления в России: Сб. ст. - Симферополь, 1998 - С. 87-112, Российский менталитет, история и современность Сб. научн. тр. - СПб , 1993 - 111 с , Революция и человек, социально-психологический аспект. - М., 1996 - 210 с, Массовое сознание и массовые действия. - М., 1994. - 150 с, Митина О В , Петренко В Ф Динамика политического сознания как процесс самоор!анизации // Общественные науки и современность. - М , 1995 -№ 5. - С 103-105.
2 Менталитет и аграрное развитие России (XIX-XX вв )¦ Материалы международной конференции 14-15 июня 1994 / Под ред Данилова В.П, Милова Л В и др - М, 1996-440 с
3 Великанова О.В. Образ В.И Ленина в массовом сознании // Отечественная история. -1994 - № 2. - С. 175-185, Функции образа лидера в массовом сознании // Общественные науки и современность. - 1997 - № 6. - С. 162-173, Венер М Лицом к деревне: советская власть и крестьянский вопрос (1924-1925 п ) // Отечественная история - 1993. - № 5 - С 86-107, Вронский О Г Крестьянство и власть (1900-1923 гг.) - Тула, 1993 - 140 с ; Жеребцов И Л. Отношение населения Коми края к власти в 1919- начале 1920-х годов // Отечественная история. - 1994. - № 6. - С 65-73, Журавлев В В В дополнение к сказанному: революция сквозь призму личного интереса // Отечественная история. - 1995 - № 4 - С. 214-218; Захаров А В. Народные образы власти // Полис - 1998 - № 1 - С 23-35; Измозик B.C. Глаза и уши режима* (Государственный политический контроль за населением Советской России в 1918-1928 годах) - СПб , 1995. - 164 с , Коротаев В И Судьба «русской идеи» в советском менталитете (20-30-е гг) - Архангельск, 1993 - 107 с , Кудюкина М «Мужик наплюет на вашу политику »¦ отношение крестьян к власти во второй половине 20-х годов // Россия XXI - 1997 - № % - С 160-180, Шаповалова НЕ. Коммунистическая перспектива в представлениях крестьянства Европейской части России
13
существенный вклад в изучение отношения населения Европейской части России к теории, идеологии и политике коммунистической партии.
Особое значение в разработке исследуемой проблемы имеют исследования А.Я. Лившина и И.Б. Орлова, посвященные процессам эволюции общественного сознания различных социальных групп во взаимодействии с властью, особенностям психоментальной среды 1920-х гг. и изменениям в ней, а также проблемам социокультурного диалога между обществом и властью1. Несомненным достоинством и существенной особенностью целого ряда работ названных авторов является широкое использование в качестве важнейшего источника «писем во власть», что позволяет подвергать анализу основные компоненты массового сознания через призму восприятия народом образа власти в условиях 1920-х гг.
Несмотря на то, что существует ряд близких по проблематике диссертационных сочинений, подготовленных такими авторами, как Ю.Н. Костин, П.А. Лаврик, Д.В. Ольшанский, А.А. Семенов2, сама тема к
(1921-1927 гг.) - Армавир, 2001, Элементы сакрального в обыденном сознании человека, становящегося советским (на примере крестьянства 1920-х гг) // Советский человек, генезис, эволюция, развитие Сб. статей. - Армавир, 2003 - С. 64-84; Яров С.В Горожанин как политик: революция, военный коммунизм и НЭП глазами петроградцев. -СПб, 1993 - 320 с, Крестьянин как политик Крестьянство Северо-Запада России в 1918-1919 гг Политическое мышление и массовый протест - СПб, 1999 - 168 с.
1 Лившиц А Я., Орлов И Б. Власть и народ, «сигналы с мест» как источник по истории России 1917-1927 годов // Общественные науки и современность - 1999. - № 2. - С. 94-104, Революция и справедливость послеоктябрьские «письма во власть»// 1917 год в судьбах России и мира от новых источников к новому осмыслению. - М , 1998. - С. 259— 260, «Серп и молот на престоле»: Революция, власть и воля в российском менталитете // Мнемозина Альманах. - М, 1999. - Вып 1 - С 117-131.; Советская власть плюс военизация всей страны // Историки размышляют: Сборник статей - М , 1999. - С 215-235, Социологический анализ «писем во власть» (1917-192 годы)//Социс -1999 -№2 -С 80-88; Власть и общество: Диалог в письмах. - М , 2002 - 208 с
2 Костин Ю Н. Влияние практики большевизма на изменение нравственного сознания и поведения крестьянства в 1921-1927 гг • (На материалах Воронежской. Тамбовской, Ортовской и Курской губерний) Автореф дисс канд ист. наук - М, 1996, Лаврик П А Политические настроения дальневосточного крестьянства в годы новой экономической политики Автореф. дисс канд ист наук. - СПб, 1995, Ольшанский Д В. Массовые настроения и их функционирование в политических
14
настоящему времени изучена косвенным образом и недостаточно. Отношение к теории, идеологии и политической практике коммунистической партии в 1920-е гг., во многом определявших содержание и особенности политического сознания различных социальных групп, является полем для дальнейших научно-исторических исследований. Данная диссертация посвящена указанной проблематике.
Источниковую базу диссертации составили как опубликованные, так и неопубликованные документы и материалы, относящиеся к исследуемому периоду. Источники классифицируются в соответствии с общепризнанными в современном источниковедении принципами - их происхождением и способами фиксации. Весь комплекс использованных источников подразделяется на ряд основных групп.
К первой из них следует отнести опубликованные источники личного происхождения- письма, жалобы, доносы, проекты и т.п., широко представленные в разнообразных сборниках документов, изданных в последние десятилетия1. Предметом изучения в источниках этой группы является как сама историческая реальность, так и представления об этой
процессах Дисс. . докт. полит наук. - М, 1990, Семенов А А Политическая повседневность на Северном Кавказе в годы 1 ражданской войны (1917-1920 гг.) Дисс . канд ист. наук -М,1999
1 Голос народа Письма и отклики рядовых советских граждан о событиях 1918-1932 гг. / Отв ред А К. Соколов - М 1997; Голоса крестьян Сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах. - М., 1996; Письма во власть. 1917-1927 Заявления, жалобы, доносы, письма в государственные структуры и большевистским вождям / Сост. А.Я Лившин, И Б Орлов - М., 1998; Письма во власть 1928-1939. Заявления, жалобы, доносы, письма в государственные структуры и советским вождям / Сост. А Я Лившин, И Б Орлов, О.В. Хлевнюк. - М., 2002, «Социализм - это рай на земле»* (Крестьянские представления о социализме в письмах 20-х гг) / Публикация В. Кабанова, Т Мироновой, Е Халдуриной // Неизвестная Россия. XX век. - М , 1993 - Кн. 3. - С 199— 225; «Спрашиваю, когда справедливая жизнь настанет9. »• Секретные обзоры чшательских писем в газету «Правда» (1928-1930) / Публ. подг ТМ Вахитова, В.А. Прокофьева // Новый журнал - 1996 - № 1. - С 119-134; «Сытый голодному не разумеет»' проблема выживания в «письмах во власть» (1917-1927 ir.) / Публ подг. И.Б Орлов//Армагеддон -М, 1999 - Кн. 4 - С. 85-96; Трагедия нетерпимости Письма в ЦК ВКП(б) накануне «великого перелома» / Публ подг О. Хлевнюк, Л. Кошелева и Л Роговая // Коммунист - 1990 - № 5. - С - 77-88, Четыре письма В И. Ленину / Публ. и вступ статья И Н Селезневой // Вестник РАН. -1994. - Т. 64. - № 9 - С. 821-827.
15
реальности авторов писем. Субъективное восприятие ими реальности позволяет реконструировать отношение к основным идеологическим доктринам большевиков.
Вторую группу источников составляют партийные документы и документы органов власти. Сюда входят материалы съездов, пленумов ЦК, программные документы, а также документы репрессивных органов ВЧК-ОГПУ. Эта группа источников позволяет не только выявить эволюцию теории, идеологии и политики партии и государства в рассматриваемый период, но и изучить содержание и формы партийно-государственного контроля над общественными настроениями. Особую ценность имеет ряд сборников документов, изданных в последние годы1.
Следующую группу источников составляют опубликованные и неопубликованные исследования, а также мемуары отечественных партийных и государственных деятелей. Значительный интерес представляют дневниковые записи, воспоминания и свидетельства очевидцев, в которых раскрываются отношения к тем или иным замыслам и действиям властей. Анализ источников этой группы помогает конкретизировать позицию властных органов, руководителей партии и государства, проследить расстановку акцентов при определении тех или иных теоретических, политических и идеологических задач. Источники этой группы незаменимы при формировании сюжетов, в той или иной степени связанных с характеристиками социально-психологических процессов, проходивших в руководстве партии и государства.
1 Большевистское руководство Переписка 1912-1927. Сборник документов / Составители А.В Квашонкин, О В Хлевнюк, Л П Кошелева, Л А. Роговая. - М , 1996, Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-11КВД 1918-1939 Документы и материалы: в 4т Т 1. 1918-1922i г Т 2 / Под ред А Берловича, В Данилова -М, 1999; Трагедия советской деревни Коллективизация и раскулачивание 1927-1939. Докуменгы и материалы. В 5 т Т 1 Май 1927- ноябрь 1929 / Под ред В. Данилова, Р Маннинг, Л Виолы - М , 1999, «Совершенно секретно»: Лубянка-Сталину о положении в стране (1922-1934 г.).-М, 2001-2002 -Т 1-6.-
16
Большое значение для исследования имеют источники четвертой группы- неопубликованные документы, извлеченные из 20 архивных фондов. Это, прежде всего, документы, отражающие деятельность органов власти: материалы съездов, конференций и пленумов ЦК партии, приказы, постановления, отчеты, доклады, резолюции, циркуляры, протоколы, инструкции, директивы и т.д. (РГАСПИ, Ф. 17). Особое место среди источников этой группы занимают письма, жалобы, доносы, заявления и т.д. (РГАСПИ, Ф. 74, 78, 82, 85, 142, 610; ГАРФ, Ф. 1235, Р-5446; РГАЭ, Ф. 396, 7486, 8043).
В целом источники, привлеченные к разработке проблемы, обеспечили репрезентативность исследования, автор добивалась этого в том числе и по критерию выявления специфических особенностей и дифференциации отношения к власти представителей различных социальных групп.
Теоретической и методологической основой диссертационного исследования послужили принципы историзма, объективности и ценностного подхода к исследованию исторической реальности.
Методологию работы определило сочетание ряда наиболее актуальных для современной отечественной исторической науки подходов, реализованных через сочетание общенаучных и специально-исторических методов.
В работе применялся метод исторической синергетики, который позволил системно и дифференцированно изучать и процесс эволюции основных доктрин коммунистической партии, и отношение к ним различных социальных групп, рассматривать общество и власть в их системном единстве, структурно-функциональных связях, а также реконструировать их социокультурную и политическую динамику. Применение этого метода дало возможность проанализировать взаимосвязь практически-политических, мировоззренческих этических
17
установок партии, их влияния на процесс идеологического самоопределения общества.
В диссертации развернуто используется историко-типологический (феноменологический) метод, предполагающий выявление уникального на основе изучения общего в историческом процессе. В рамках этого подхода представляется возможным выявление феноменологии «большевистского» и «советского».
Историко-сравнительный (компаративистский) метод позволяет сопоставить идеологические идентификаторы различных социальных групп населения.
В работе применяется метод герменевтического анализа текстов писем, позволяющий выявить внутренний смысл, мотивы отношения и действий различных людей. В конкретно-историческом плане применение этого метода вписывается в историко-антропологический подход, применяемый в исследовании, помогает выяснить модели идеологических отношений народа и власти в аспекте темы исследования через применение метода контент-анализа.
Для рассмотрения основных аспектов темы в диссертации используется ряд категорий, которые только начинают утверждаться в качестве общепризнанных у научно-исторической общественности: «историческая система», «социокультурная трансформация», «идеологические представления» и ряд других, их включение в содержание работы опосредовано спецификой поставленной цели, задач исследования, а также особенностями источников и методов их анализа.
Целью диссертационного сочинения является изучение исторической эволюции отношения населения Европейской части России к идеологии и политической практике коммунистической партии в 1921-1929 гг.
|
