Введение
Совершенствованию уголовного процесса отведено определяющее значение в рамках осуществляемой в последнее десятилетие правовой реформы в нашей стране.
Уголовное судопроизводство — сфера деятельности, наиболее существенно затрагивающая права и интересы личности. В связи с этим существенное значение имеет такое построение всех его стадий, форм и институтов, которое наилучшим образом гарантирует эти права и интересы. В числе гарантий прав личности от незаконного и необоснованного привлечения к уголовной ответственности немаловажное значение приобретает оптимальное построение стадии, призванной эффективно контролировать деятельность субъектов уголовного преследования*. Между тем данная стадия, исследованию которой посвящена настоящая работа, является одной из самых нестабильных. Не было периода, когда бы прекращались споры относительно ее организации и не предпринимались попытки ее изменений. Пожалуй, ни один институт как отечественного, так и зарубежного уголовного судороиз-водства не подвергался стольким «экспериментам», не знал такой полемики, которая велась и ведется в отношении организации этой стадии.
В юридической литературе и на практике нередко ставился и продолжает ставиться даже вопрос о том, нужна ли в уголовном процессе такая стадия вообще: неоднократно предпринимались попытки ее ликвидировать.
Особую остроту проблема оптимальности построения данной стадии, а в этой связи и актуальность избранной темы диссертационного исследования приобретает ныне в нашей стране. Обусловлено это, во-первых, принятием
* При освещении вопросов стадии, имевших место до 1992 года, то есть до принятия Закона РФ «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно-процессуальный и Гражданский процессуальный кодексы РСФСР» от 29 мая 1992 года, в работе будет употребляться ее традиционное название - «предание суду». А при освещении проблем стадии, касающихся периода после 1992 года и до настоящего времени, будет применяться её условное название - «стадия назначения судебного заседания».
4
нового УПК, и, во-вторых, — слабой разработанностью многих, связанных с ней вопросов.
Их исследованию посвящено немало работ. Из дореволюционных трудов — это монография К. К^ Арсеньева «Предание суду. Дальнейший ход уголовного дела до начала судебного следствия», работы И. Я. Фойницкого, Вл. Случевского, А. Ф. Кони, С. В. Познышева, Р. С. Фельдштейна и др.
В советский период над проблемами предания суду работали: И.Д. Перлов1, М. А. Челыдов-Бебутов, Н. Н. Полянский, М. С. Строгович, В. М. Савицкий, В. 3. Лукашевич, И. М. Гальперин, Т. А. Михайлова, Ю. М. Грошевой, В. Г. Даев, Э. П. Евсютина, С. В. Шумилин и др.
В 1995 году была защищена кандидатская диссертация Т. К. Рябини-ной «Производство по уголовному процессу в суде до судебного разбирательства». В 2003 году в Екатеринбурге защищена кандидатская диссертация А. Ю. Егоровым на тему «Состязательность в стадии назначения судебного заседания». Отдельные важные вопросы исследуемой стадии критически проанализированы О. В. Волколуп в докторской диссертации на тему «Система уголовного судопроизводства и проблемы ее совершенствования», защищенной в 2003 г. в Краснодаре. Некоторые вопросы, относящиеся к теме исследования, затрагиваются в кандидатских диссертациях В. П. Смирнова «Состязательное начало по уголовным делам в суде первой инстанции», защищенной в 2003 г. в Челябинске, и А. С. Сбоева «Механизм судебного контроля в досудебном уголовном судопроизводстве России», защищенной в Челябинске в 2004 г. Однако по-прежнему остаются дискуссионными, особенно после принятия УПК РФ, такие вопросы, как: задачи, решаемые в данной стадии процесса; понятие оснований, достаточных для назначения судебного заседания (предания суду); перечень вопросов, подлежащих рассмотрению на этой стадии; виды принимаемых решений, в том числе по результатам предварительного слушания. Много проблем возникло в связи с попытками полного отказа от института возвращения судом уголовных дел
для дополнительного расследования. Немало неясностей в процедуре решения задач стадии.
Целью диссертационного исследования является анализ и обобщение отечественного и зарубежного опыта построения и функционирования исследуемой стадии и разработка предложений, по совершенствованию законодательства, регламентирующего решение вопросов данной стадии.
Эта цель предопределила постановку и решение следующих задач:
1) исследовать причины возникновения стадии, традиционно именуемой «предание суду»;
2) проанализировать и обобщить опыт поиска оптимальных форм предания суду в странах Запада, а также в досоветской и советской России;
3) рассмотреть и дать правовую оценку положениям исследуемой стадии в новом УПК;
4) обобщить практику применения положений нового УПК по данным вопросам;
5) разработать предложения по совершенствованию действующего законодательства, направленные на дальнейшее совершенствование действующего законодательства, регламентирующего решение вопросов в данной стадии.
Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие между органами государства, должностными лицами и гражданами в процессе решения задач исследуемой процессуальной стадии.
Предметом исследования являются объективные тенденции, проявляющиеся в развитии и функционировании исследуемой стадии уголовного судопроизводства.
Методология и методы исследования. Методологической основой исследования послужили положения материалистической диалектики, философские знания, определяющие основные требования к научным теориям. В ходе исследования использовались также: исторический, логический, сис-
1 См. его монографию «Предание суду в Советском уголовном процессе». - М., 1948.
темно-структурный и сравнительный методы анализа правовых явлений. В ходе исследования проблем стадии применялся комплексный подход.
Правовой базой исследования явились: Конституция Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ; действующее уголовно-процессуальное законодательство России и зарубежных государств; постановления и определения Конституционного Суда РФ; постановления пленумов Верховного Суда СССР, а также Пленумов Верховного Суда РСФСР и РФ.
Научная новизна исследования состоит в том, что в диссертации впервые после.принятия нового УПК подвергнуты комплексному исследованию проблемные вопросы теории и практики, возникшие в процессе применения действующего законодательства, регламентирующего положения стадии подготовки к судебному заседанию.
На защиту выносятся следующие положения:
1. Исследуемая стадия процесса призвана выполнять задачи двоякого рода. Прежде всего, суд в ней должен надежно контролировать действия и решения органов расследования и прокуратуры, включая достаточность доказательств для предания обвиняемого суду и рассмотрения дела по существу; соблюдение процессуальных форм и правильность применения уголовного закона с тем, чтобы оградить права личности и интересы общества от незаконного или необоснованного предания обвиняемого суду либо, наоборот, незаконного освобождения виновных от привлечения к уголовной ответственности. С другой стороны, суд на данной стадии процесса должен проверять наличие условий для проведения судебного разбирательства, совершать необходимые для этого подготовительные действия.
2. Назначение судом разбирательства дела в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления, есть одновременно и решение о предании его суду. Причем независимо от того, содержится ли в решении суда специальное об этом упоминание. Еще И. Я. Фойницкий, характеризуя в свое время аналогичную ситуацию в германском процессе, писал, что постановляе-
мое там судом определение о том, возможно ли открыть по делу судебное заседание или нет, «по существу своему является решением вопроса о предании суду, хотя такого термина германский устав тщательно избегает»1.
3. Правильное решение данного вопроса, одного из самых важных в уголовном процессе, служит гарантией прав личности и общества против произвольного привлечения к ответственности и суду. Реальные гарантии прав личности и общества в уголовном судопроизводстве требуют надежного судебного контроля над обвинительной деятельностью. В особенности такой контроль над окончательным обвинением по наиболее важным делам необходим при назначении судебного заседания, а тем самым и предания обвиняемого суду.
4. Такой контроль по УПК РФ, к сожалению, практически стал формальным. Вопросы, которые в соответствии со ст. 228 УПК должен решать суд при назначении судебного заседания, не позволяют суду реально и тем более эффективно контролировать обвинительную деятельность органов уголовного преследования. В ее перечне нет главного вопроса данной стадии, а именно: собраны ли доказательства, достаточные для назначения судебного заседания, а тем самым и для предания обвиняемого суду. Нет и таких важных вопросов, как-то: 1) достаточно ли всесторонне, полно и объективно проведено предварительное расследование; 2) правильно ли применен к деяниям, вменяемым в вину обвиняемому, уголовный закон; 3) соблюдены ли при производстве дознания или предварительного следствия требования уголовно-процессуального закона и 4) составлено ли обвинительное заключение в соответствии с требованиями УПК.
5. Чтобы судебный контроль стал реальным, необходимо вменить суду в обязанность на данной стадии решать не только вопросы, перечисленные в ст. 228 УПК, а также, и^ъ первую очередь,названные выше главные вопросы.
1 См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. -Том I. - изд-ние четвертое. — СПб, 1912. - С. 468.
8
6. В соответствии с этим суд необходимо наделить полномочиями для принятия решений не только перечисленных в статьях 227 и 336 УПК, но и решений: 1) о возвращении уголовного дела прокурору для дополнительного расследования, как по инициативе сторон, так и по собственной инициативе и 2) о прекращении уголовного дела и по основаниям, предусмотренным пунктами 1-2 ч. 1 ст. 24, а также пунктами 1-2 ч. 1 ст. 27 УПК.
7. Предоставляя суду названные полномочия, не следует опасаться, что ему при этом придется неизбежно выполнять определенные действия обвинительного характера. Такие опасения оправданы лишь при условии, когда один и тот же суд или судья и предает обвиняемого суду, и разрешает то же самое дело по существу. Чтобы компенсировать такое совмещение несовместимых функций в руках одного и того же судьи, необходимо решение вопроса о назначении судебного заседания поручить другому суду (судье).
8. Существующее ныне название исследуемой стадии «Общий порядок подготовки к судебному заседанию» не соответствует ее содержанию. В этой связи необходимо вернуть традиционное, существующее и ныне в теории уголовного судопроизводства, ее название — «Предание суду и подготовительные действия к судебному разбирательству».
Теоретическая и практическая значимость работы определяется постановкой и решением ряда вопросов проблемного характера, возникающих при осуществлении судебного контроля за законностью и обоснованностью действий и решений органов уголовного преследования в стадии подготовки к судебному заседанию. Предложения и результаты проведенного ис-следования могут быть использованы при дальнейшем изучении проблемных вопросов, возникающих в исследуемой стадии процесса. Содержащиеся в работе выводы и предложения могут быть использованы в ходе продолжающейся реформы уголовно-процессуального законодательства, в частности - в целях дальнейшего совершенствования построения исследуемой стадии. Выводы и рекомендации, содержащиеся в работе, могут быть использованы при
подготовке учебной, методической и научной литературы, а также в учебном процессе и правоприменительной практике.
Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре уголовного процессу, правосудия и прокурорского надзора юридического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, на которой осуществлялось ее обсуждение и рецензирование. Основные положения и выводы, содержащиеся в диссертационном исследовании, были апробированы в ходе занятий по уголовному процессу на юридическом факультете Пензенского государственного педагогического университета имени В. Г. Белинского, а также в выступлениях на научно-практической конференции судей и прокуроров Пензенской области по проблемам применения нового УПК.
10
Глава 1. Отечественный и зарубежный исторический опыт построения
исследуемой стадии
1.1. Опыт построения стадии предания суду в пореформенной царской
России
Обвинение в России в современном его виде сформировалось в ходе судебно-правовых преобразований 1864 г. Дореформенный процесс был розыскным, потому понятие обвинения в нем, справедливо отмечал И. Я. Фой-ницкий, расплывалось «в понятие наличности поводов, уполномочивающих судью приступить к уголовному разбирательству, независимо от того, предъявлялись ли такие поводы посторонними суду лицами или усматривались самим судом»1. Причем отличалось обвинение «от оценки его или суждения лишь логически»: оно непосредственно переходило «в суждение»2. Другими словами, обвиняемого или даже подозреваемого в силу действовавшей тогда презумпции виновности практически отождествляли с преступником.
Пореформенный уголовный процесс стал смешанным; в нем презумп-
*
цию виновности заменила презумпция невиновности. Последняя потребовала четко отличать: «обвинение» от «осуждения» и соответственно — «обвиняемого» от «виновного». Обвинение при этом стало центральным, ключевым понятием всего производства по делу, содержащим в себе главный, основной вопрос любого уголовного дела. Не случайно отцы судебной реформы обратили самое пристальное внимание на необходимость поставить законность и обоснованность обвинения под строгий контроль судебной власти.
Первоначальное обвинение стали отграничивать от обвинения окончательного и соответственно — возбуждение судебного (уголовного) преследо-вания — от «обличения обвиняемых перед судом». Причем, каждая из этих частей обвинения, как писал об этом И. Я. Фойницкий, стала развиваться «в самостоятельную процессуальную стадию, более и более обособляющуюся и по органам, и по правилам производства; и чем дело важнее, чем торжест-
1 См.: Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Том II. СПб. 1996. С. 3.
2 См.: там же.
11
веннее процесс, чем расчленение это полнее и глубже, тем более первоначальное обвинение отступает от типа искового требования, сохраняемого для обвинения окончательного, тогда как по делам меньшей важности, ведаемым порядком сокращенным, первоначальное обвинение остается слитым с обвинением окончательным»1.
Нелегкое испытание для человека оказаться в положении обвиняемого: сам факт публичного обвинения порождает для него реальную возможность подвергнуться серьезным ограничениям в правах и свободах, вплоть до заключения порой на довольно длительный срок под стражу.
Куда более тяжкое бремя для человека оказаться на скамье публичного позора и держать ответ перед судом в качестве подсудимого. Далеко не для каждого столь тягостное моральное, психологическое и всякое иное, нередко судьбоносное, испытание проходит бесследно, его не может искупить даже последующее по суду оправдание. Состояние подсудимого, разъяснял И. Я. Фойницкий, «сопровождаясь общественным позором, само по себе в высшей степени тягостно; если даже судимость окончится оправдательным приговором, то не может искупить причиненных страданий. Но возможен еще худший исход, именно постановление обвинительного приговора вследствие необоснованного привлечения к суду, тем более, что возбуждение общественного мнения против лица, посаженного на скамью подсудимых, может иногда само по себе склонить против него весы правосудия и дать силу ничтожным уликам» 2.
В целях противодействия увлечениям и необдуманным действиям обвинителей, а также предоставления гарантий прав личности составители УУС стремились поставить уголовное преследование (обвинение) под двойной судебный контроль. Суд стал контролировать и первоначальное и окончательное обвинение.
Там же, с. 9. 2 Фойницкий И.Я. Кур'с уголовного судопроизводства. - Т. 2. - Петроград, 1915. С. 401.
12
Первоначальное обвинение стремились контролировать при возбуждении уголовного преследования (обвинения). Последнее, по смыслу действовавшего в пореформенной России законодательства, как разъяснял И.Я. Фойницкий, слагалось «из двух процессуальных актов: 1) предъявления обвинения суду и 2) принятия его судом»1. При этом, предупреждал он, что возбуждение преследования, не следует «смешивать с начатием дела в судебном порядке; начатие дела есть акт судебный, возбуждение преследования — акт обвинителя»2. Под актом обвинителя понимался такой акт в процессе, которым обвинитель доводил до сведения судебной власти о факте совершения преступления, указывал вероятного виновника и предъявлял требование расследовать дело3. Судебный акт состоял в следующем: 1) надлежащий судебный орган проверял необходимые юридические (материальные и формальные) условия предъявленного обвинения; 2) убедившись в их наличии, решал вопрос о принятии его, в результате чего соответствующее лицо признавалось привлеченным к суду в качестве обвиняемого4.
Принятие окончательного обвинения по сравнению с принятием обвинения первоначального представляет собой судебный акт значительно большей степени важности: он знаменует переход от предварительного производства по делу к окончательному производству, в ходе которого, в сущности, решается судьба человека. Естественно, что в таком случае значительно выше должны быть и требования к гарантиям прав человека и общества при принятии судом окончательного обвинения. Для этого и была создана специальная контрольная стадия под названием предания суду.
Целью стадии было — надежно ограждать общество и личность от необоснованного предания суду, служить барьером или, какого называл А.Ф.
1 См.: там же, с. 408.
2 См.: там же.
3 См.: приват-доцент Московского Университета Викторский С. И. Русский уголовный процесс. Издание второе — исправленное и дополненное. М.: Типография Императорского Московского Университета. 1912. С.211.
4 Подробнее об этом см.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. - Т. 2. - Петроград, 1915. - С 8-9.
13
Кони, «фильтром»1 между предварительным и окончательным производствами в уголовном процессе по достаточно важным и сложным делам. Он был создан в виде обвинительной камеры при уголовном департаменте судебной палаты. «Высокое положение4этого судилища», как его характеризовали сами составители УУС, должно было состоять из опытнейших юристов, и служить, по их мнению, «вполне достаточным ручательством, что оно не посадит на скамью подсудимых человека, обвиняемого пристрастно или легкомысленно, и не прекратит следствия о вероятном преступнике под каким либо незаконным влиянием»2. «С какой бы точки зрения ни смотреть на установление, облеченное властью предания суду или освобождения от оного, — рассуждали они далее, — нельзя не признать, что главное его назначение состоит в том, чтобы противодействовать увлечениям обвинителей и необдуманным действиям следователей, и что устройство его должно быть таково, чтобы установление это могло действовать с надлежащей энергией и самостоятельно, не подчиняясь ни местному, ни начальственному влиянию» . Ус-
*
тановление это, надеялись они, должно было служить «прибежищем от преследований, предпринятых злонамеренно или только легкомысленно, по опрометчивости обвинителей и следователей, увлекшихся обманчивым стечением обстоятельств»4.
Чтобы не усложнять производство по делу «без особенной пользы» и не замедлять отправление правосудия, предание суду в обвинительной камере судебной палаты решено было проводить не по всем делам, а по наиболее важным. Преступные деяния в то время делили на 3 категории:
1) тяжкие преступления, наказание по которым предусматривалось
в виде смертной казни, каторги, ссылки на поселение;
2) преступления, которые наказывались заключением в исправи-
тельном доме, в крепости или тюрьме;
1 Кони А.Ф. Об отмене существующего обряда предания суду. - Собр. соч. в 8-ми т. - Т. 4 - М., 1967. - С. 423.
2 Судебные уставы. - С. 189.
3 Судебные Уставы. -С. 189.
4 Там же.-С. 188.
14
3) проступки, за которые предусматривался арест или денежная пе-ня.1
Предание суду через обвинительные камеры судебных палат осуществлялось по всем тяжким преступлениям, а что касалось дел о преступлениях и проступках, то в обвинительные камеры направлялись только те из них, по которым обвиняемый мог лишиться всех прав состояния (лишение должности, чина, орденов, грамот, дипломов и пр.; исключение из соответствующего сословия; лишение брачных и родительских прав; потеря прав собственности и переход их к наследникам по закону) . Эти дела, затрагивающие честь и свободу граждан, справедливо признавались более важными, рассматривались с участием присяжных заседателей, и предание суду по ним осуществлялось «не иначе, как по особому постановлению судебной палаты, в качестве камеры обвинения»3.
По менее важным делам, касавшимся преступлений или проступков, не подвергавшим ни лишению, ни ограничению прав состояния, рассматриваемых без участия присяжных заседателей, предание суду осуществлялось в более простой форме. Они не поступали в обвинительную камеру, а направлялись прокурором непосредственно в окружной суд с обвинительным актом или заключением о прекращении или приостановлении дела (ст. 523 УУС). В пояснениях к данной статье было отмечено, что «исключение это ... оправдывается только тем, что касается самых маловажных дел»4. Вместе с тем ст. 547 УУС и в этом случае требовала проведения судом распорядительного заседания, на котором суд должен был обсудить: «не требует ли дело каких-либо особенных с его стороны распоряжений, и определить порядок, в котором оно подлежит дальнейшему производству». О'том, как следовало понимать данное положение, разъяснялось в «Объяснительной записке к
1 См.: Познышев СВ. Основные начала науки уголовного права. Общая часть уголовного права. - Изд. 2-ое. -М., 1912.-С. 502-506.
2 Подробнее см. об этом: СВ. Познышев Основные начала науки уголовного права. Общая часть уголовного права. - Изд. 2-ое. - М., 1912. - С. 502-506.
3 Устав уголовного судопроизводства / В кн.: Судебные уставы 20 ноября 1864 года, с изложением рассуждений, на коих они основаны. Издание Государственной Канцелярии. Часть вторая. СПб. 1866. -С. 193.
4Там же.-С. 194. "
15
проекту Устава уголовного судопроизводства» 1863 г., где было сказано, что не все приготовительные к суду распоряжения могут быть предоставлены единоличной власти председателя суда. По получении каждого дела, суд прежде всего обязан был удостовериться: 1) подсудно ли дело данному суду; 2) нет ли оснований для соединения дела с другим делом, либо выделения из него дела в отдельное производство; 3) нет ли законных поводов к прекращению или приостановлению производства по делу; 4) нет ли оснований для отмены или изменения подсудимому меры пресечения; 5) нет ли «надобности в дополнении дела изысканием обстоятельств, требующих местного исследования» или истребования в суд каких-либо доказательств»1. Данные положения были закреплены в ряде решений Сената и потому в изданиях УУС для практических работников давались в качестве разъяснений к его ст. 5472. Если же по такого рода делам прокурор представлял в окружной суд заключение о прекращении уголовного дела, то окружной суд, не согласившись с мнением окружного прокурора, обязан был передать такое дело на рассмотрение судебной палаты (ст. 528 УУС). Значит, и по этим, менее важным делам за деятельностью органов расследования и прокуратуры в значительной мере тоже сохранялся судебный контроль.
Рассмотрим теперь процедуру осуществления судебного контроля за окончательным обвинением по более важным делам, предание суду по которым осуществлялось обвинительной камерой. Получив от следователя материалы такого дела, прокурор окружного суда обязан был рассмотреть их, и если не находил нужным потребовать дополнительного исследования каких-либо существенных обстоятельств, составлял по нему свое заключение о необходимости предания обвиняемого суду. Такое заключение прокурор'излагал в форме обвинительного акта и вместе с делом представлял «на усмотрение судебной палаты через ее прокурора» (ст. 518 УУС). В случае согласия
1 Цит. по: Устав уголовного судопроизводства / В кн.: Судебные уставы 20 ноября 1864 года, с изложением рассуждений, на коих они основаны. Издание Государственной Канцелярии. Часть вторая. СПб. 1866. -С.262-263.
2 См., например, Судебные уставы Императора Александра II с законодательными мотивами и разъяснениями. Девятое издание С.Г. Щегловитова. СПб. 1907 г. С. 413 -415.
16
с мнением окружного прокурора последний со своим письменным предложением представлял дело с обвинительным актом в уголовное отделение Судебной палаты. Предварительное следствие в ней рассматривалось по докладу одного из ее членов. При Этом член-докладчик излагал словесно повод, по которому возникало дело, и все следственные действия. Особое внимание должен был обратить «на соблюдение установленных форм и обрядов и прочитывал в подлиннике протоколы, имеющие существенное в деле значение» (ст. 531 УУС). После заслушивания доклада и предложений прокурора, палата, в отсутствии последнего, проводила обсуждение. «Признав следствие достаточно полным и произведенным без нарушения существенных форм и обрядов судопроизводства», палата выносила свое определение о предании обвиняемого суду (ст. 534 УУС). «Полным следствие надо считать, — разъяснял профессор Московского университета М. В. Духовской, — когда по каждому из затронутых в деле обстоятельств, имеющих существенное значение, сделано было исследование»1. Не найдя оснований для предания суду, палата
#
могла обратить дело к доследованию, либо прекратить производство по делу (ст. 534 УУС).
Таким образом, стадией предания суду выполнялись задачи двоякого рода. Прежде всего, суд обязан был надежно контролировать действия и решения органов расследования и прокуратуры, ограждая права личности и интересы общества от незаконного или необоснованного предания обвиняемого суду либо, наоборот, незаконного освобождения виновных от привлечения к уголовной ответственности. При этом он должен был проверить: качество предварительного расследования, включая достаточность' доказательств для предания обвиняемого суду и рассмотрения дела по существу; соблюдение процессуальных форм, а также определить пределы судебного разбирательства. С другой стороны, на данной стадии процесса проверялось наличие условий для проведения судебного разбирательства, совершались необходимые для этого подготовительные действия.
17
Причем, прекращение дел осуществлялось в том же порядке, что и предание суду, то есть решением судебной палаты. Разница лишь в том, что при необходимости прекратить дело, окружной прокурор представлял его в палату не с обвинительным актом, а со своим письменным заключением.
По общему правилу Судебная палата могла предать суду только тех лиц, которые были привлечены в качестве обвиняемых и только по тем преступлениям, которые вменялись им в вину (ст. 535 У У С). При этом по смыслу ст. 537 УУС в трактовке И. Я. Фойницкого она также могла отвергнуть обвинительный акт или изменить его как в пользу обвинения, так и в пользу защиты . Однако, если она находила, что имеются другие лица, навлекающие на себя подозрение, то, не предавая их суду, направляла дело на дополнительное расследование3. При этом, как справедливо подчеркивал И. Я. Фой-ницкий, палата поступала «как орган возбуждения судебного преследования»4.
Справедливость требует заметить, что в случаях, когда прокурор полагал прекратить преследование, а палата, тем не менее, выносила решение о предании обвиняемого суду, уважалось и внутреннее убеждение прокурора. Последний не обязан был поддерживать на суде такое определение палаты: обязанность поддержания на суде обвинения при этом либо на себя лично принимал прокурор палаты, либо поручал «одному из подведомственных ему лиц прокурорского надзора»5.
Составители УУС прекрасно сознавали: устанавливая для суда в стадии предания суду изложенные правила, они в определенной мере отступали от состязательного начала, требующего не возлагать на суд функцию уголовного преследования. Они делали это потому, что вполне обоснованно считали: без подобного рода отступлений невозможен эффективный судебный кон-
1 Духовской М. В. Русский уголовный процесс. — М: 1905. С. 304.
2 См.: Фойницкий ИЛ. Курс уголовного судопроизводства. Том II. — СПб. 1996 г. С. 414.
3 См.: комментарии составителей УУС к его статьям 515, 516 и 536// В кн.: Судебные уставы 20 ноября 1864 года, с изложением рассуждений, на коих они основаны. Издание Государственной Канцелярии. Часть вторая. СПб. 1866. - С. 185-186 и 197-198.
4 См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Том П. —СПб. 1996 г. С. 415.
5 СлучевскийВ. Учебник русского уголовного процесса. - СПб., 1913.-С. 534.

 Часть из работы     Получить работу