ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. С принятием 05.04.1995 г. Арбитражного процессуального кодекса (далее АПК РФ) в российском арбитражном процессе был восстановлен институт апелляционного производства. Данная форма была закреплена применительно к пересмотру судебных решений, не вступивших в законную силу.
В последнее время на фоне увеличения количества обращений в арбитражные суды первой инстанции ежегодно возрастает и количество жалоб, подаваемых в кассационную инстанцию. Число обращений в апелляционную инстанцию увеличивается гораздо медленнее.
Анализ теоретических положений, нормативных конструкций и правоприменительной практики, касающихся пересмотра судебных решений в арбитражном процессе РФ, приводит к следующим выводам:
1. Законодателем не учтены положения теории процессуальных правоотношений и теории законной силы судебных решений при установлении системы пересмотра, содержащей четыре инстанции.
2. Правоприменительная практика и разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ в некоторых случаях противоречат буквальному толкова- нию норм Арбитражного процессуального кодекса РФ.
3. По вопросу о сущностных характеристиках системы пересмотра в теории высказаны самые различные (зачастую полярные) взгляды.
4. Нормативные конструкции в части регламентации возбуждения апелляционного производства, полномочий суда апелляционной инстанции, процессуального порядка рассмотрения апелляционной жалобы далеки от совершенства.
5. Абсолютизация принципа состязательности в сочетании с поверхностной регламентацией процессуальных отношений при определенных условиях может привести к объективной невозможности принять решение по апелляционной жалобе.
При попытках разрешения отмеченной проблемы в современной правовой доктрине исходят из приоритета принципа состязательности, не учитывая того, что судебная ошибка затрагивает интересы государства, снижая авторитет судебной власти.
6. Теоретическая основа апелляционного производства нуждается в совершенствовании (расширении понятийного аппарата, уточнении содержания отдельных терминов).
Таким образом, актуальность настоящего исследования предопределяется необходимостью комплексного теоретического изучения проблем пересмотра
J судебных решений, не вступивших в законную силу.
i
! Цель и основные задачи исследования. Цель настоящего исследования
i %
i заключается в разработке теоретических вопросов пересмотра не вступивших в
законную силу судебных решений в арбитражном процессе РФ, а также в выведении на этой основе предложений по совершенствованию законодательства в рассматриваемой области.
Поставленная цель предопределяет взаимосвязанные задачи:
- исследование причин возникновения явления пересмотра судебных актов (и апелляционного производства как одной из самых ранних его форм);
- определение места в системе права нормативного образования, закреп-*ф. ленного в главе 20 АПК РФ;
- изучение влияния существующей в арбитражном процессе системы пересмотра на свойства законной силы судебных актов;
- рассмотрение широко используемого в теории понятия судебного надзора и возможности отнесения к его содержанию различных форм пересмотра;
- теоретическое обоснование апелляционного производства как самостоятельной стадии арбитражного процесса и разрешение связанных с этим теоретических проблем; изучение влияния апелляционного производства и иных форм пересмотра на эффективность правосудия;
- изучение процессуального порядка апелляционного производства в российском арбитражном процессе, выявление пробелов в его правовом регулировании и определение путей их устранения.
Научная новизна исследования. На основе предшествующих теоретических исследований, показателей судебной статистики, обобщения практики работы арбитражных судов осуществлено комплексное изучение явления пересмотра решений, не вступивших законную силу, в арбитражном процессе РФ, в результате которого автором сделаны следующие выводы, выносимые на защиту:
1. На основе историко-правового анализа определяется причина возникновения всех форм пересмотра судебных актов. Ею является необходимость ослабления борьбы интересов различных социальных групп, снятия социальной напряженности. Указанное явление возникало одновременно либо несколько позднее образования того или иного государства и было призвано выполнять стабилизирующую функцию. Рассмотрение социальных конфликтов государственными органами выявило неоспоримое преимущество в сравнении с решениями рода или племени - сильнейшая (физически) сторона утрачивала право на произвол. Вместе с тем появилась вероятность совершения судебной ошибки и возможность злоупотребления властными полномочиями.
2. Отмечается чрезмерно широкое использование в процессуальной литературе термина «правовой институт» (выделяются институты обжалования; пересмотра; апелляции; кассационного обжалования судебных решений, не вступивших в законную силу; пересмотра вступивших в законную силу судебных решений по вновь открывшимся обстоятельствам; пересмотра в порядке надзора вступивших в законную силу решений; изменения решения кассационной инстанцией и т. д.). На основе анализа признаков правового института делается вывод о возможности применения указанного понятия к нормативному образованию, закрепленному в главе 20 АПК РФ «Апелляционное производство». Иные обозначенные явления либо составляют данный институт (право обжало-
вания, апелляция), либо включают его в качестве составной части (предметное объединение институтов, именуемых производством по пересмотру решений).
3. При изучении влияния существующей в арбитражном процессе системы пересмотра судебных актов на свойства их законной силы выявляется, что ни решение, ни постановление апелляционной инстанции не обладают свойством неопровержимости, что противоречит сущности законной силы.
4. Закрепление двух инстанций в одном звеньевом уровне и отсутствие четкого организационного оформления апелляционной инстанции противоречит сущности арбитражных процессуальных правоотношений как отношений между двумя субъектами этих отношений. Делается вывод о необходимости перенесения апелляционной инстанции в вышестоящее звено судебно-арбитражной системы. Кассационную инстанцию при этом из окружных судов необходимо исключить.
5. Отмечается, что понятие судебного надзора в арбитражном процессе должно пониматься в узком смысле. Апелляционное, кассационное производства и производство по вновь открывшимся обстоятельствам не предусматривают систематической деятельности должностных лиц судебных органов, направленной на выявление судебных ошибок. О судебном надзоре в арбитражном процессе можно говорить лишь применительно к пересмотру решений в порядке надзора, осуществляемого Высшим Арбитражным Судом РФ.
6. Апелляционное производство рассматривается как одно из условий эффективности правосудия. При этом отмечаются его преимущества относительно других форм пересмотра. Исходя из практических потребностей, указываются положительные свойства как полной, так и неполной апелляции.
7. Предлагается определения о принятии апелляционной жалобы к производству именовать определениями о возбуждении апелляционного производства, поскольку последнее возникает не только вследствие подачи апелляционной жалобы, но и при возвращении дела из вышестоящей инстанции, при отмене
7
апелляционного постановления в результате его пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.
^ 8. Формой пересмотра следует считать упорядоченную совокупность
нормативно установленных правил, обладающую спецификой и регламентирующую процессуальный порядок проверки вынесенного судебного акта в соответствующей инстанции.
Под системой пересмотра судебных актов понимается упорядоченная совокупность форм пересмотра судебных актов, взаимосвязанных в едином процессуальном порядке рассмотрения дел, и выступающая гарантией восстановления нарушенного принципа законности.
9. Ряд процессуальных действий (передача спора на разрешение третей-ского суда, отказ от иска) согласно АПК РФ могут совершаться до принятия
I судом решения. Однако в соответствии с Постановлением Пленума Высшего
1 Арбитражного Суда РФ от 19.06.1997 г. «О применении АПК РФ при рассмот-
рении дел в апелляционной инстанции» подобные действия осуществляются и в апелляционной инстанции. Данные разъяснения необходимо отменить.
10. Предлагается следующее инстанционное построение судебно-арбитражной системы. Суд первой инстанции, которому соответствует звено - арбитражные суды субъектов РФ; апелляционные суды - арбитражные суды ок-
ф ругов; надзорная инстанция - Высший Арбитражный Суд РФ.
11. В действующее арбитражное процессуальное законодательство предлагается внести ряд положений, направленных на его совершенствование:
а) Ст. 147 АПК РФ предлагается изложить в следующей редакции: «Срок подачи апелляционной жалобы.
1. Апелляционная жалоба может быть подана в течение месяца после объявления арбитражным судом решения.
2. В случае, предусмотренном ч. 1 ст. 134 настоящего Кодекса, течение А срока апелляционного обжалования начинается на следующий день после объявления мотивировочной части решения в судебном заседании».
8
б) Последнее предложение ч. 1 ст. 134 АПК РФ изложить в следующей редакции: «Одновременно председательствующий объявляет дату и время су-
* дебного заседания, в котором будет оглашена мотивировочная часть решения».
в) Ч. 1 ст. 123 АПК РФ дополнить п. 9: «Если мотивировочная часть объявляется отдельно от резолютивной части решения, в протоколе должны быть указаны дата и время объявления мотивировочной части».
г) Ст. 155 АПК РФ дополнить ч. 4 следующего содержания: «В случае отсутствия в протоколе судебного заседания сведений, полученных из показаний свидетеля, имеющих существенное значение для дела, арбитражный суд апелляционной инстанции вправе по собственной инициативе повторно допросить указанного свидетеля».
i д) Дополнить гл. 20 АПК РФ: «Статья ... Приостановление исполнения
! решения.
В случае восстановления пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции вправе приостановить исполнение решения, принятого в первой инстанции по ходатайству лиц, участвующих в деле».
Предметом исследования выступает комплекс теоретических проблем, связанных с пересмотром судебных решений, не вступивших в законную силу, ф в российском арбитражном процессе, а также законодательная регламентация
отношений в обозначенной области.
Методологическая основа исследования. В настоящем исследовании за основу принят диалектический метод познания, предполагающий всесторонность, объективность и взаимосвязь исследуемых явлений. Из общенаучных методов исследования, используемых в настоящей работе, выделяются следующие: метод анализа, синтеза, восхождения от абстрактного к конкретному и от конкретного к абстрактному, системного и функционального подхода, срав-Ж нительного исследования. Также использовались частно-правовые методы ис-
следования: историко-правовой анализ, формально-юридический и сравнительно-правовой, изучение и обобщение судебной практики.
Теоретическую основу исследования в основном составили:
1. Работы ученых XIX и начала XX века: Е. В. Васьковского, Г. Верб-ловского, М. Гоняева, К. И. Малышева, С. А. Муромцева, И. А. Покровского, А. К. Рихтера, В. А. Рязановского, И. Е. Энгельмана, Т. М. Яблочкова.
2. Историко-правовые исследования, в частности: П. И. Галанзы, М. Капустина, Э. В. Лисневского, И. М. Лурье, Е. В. Салогубовой, Л. Р. Сюкияйнен,
B. М. Хвостова, 3. М. Черниловского и др.
3. Общетеоретические работы: В. И. Акимова, Н. Г. Александрова,
C. С. Алексеева, Н. Н. Вопленко, В. М. Горшенева, И. Я. Дюрягина, О. С. Иоффе, В. Н. Карташова, Е. А. Киримовой, В. В. Лазарева, В. И. Леушина, Г. В. Мальцева, Н. И. Матузова, П. Е. Недбайло, А. С. Пиголкина, И. Сабо, Р. О. Халфи-ной, Л. С. Явича, Ц. А. Ямпольской и др.
4. С учетом избранной проблемы использовались отдельные положения научных трудов в области гражданского права (С. Н. Братусь, В. И. Вильнян-ский, О. С. Иоффе, В. А. Тархов и др.); уголовного процессуального права (В. Н. Маслов, И. Д. Перлов, Р. Д. Рахунов, А. П. Рыжаков, М. С. Строгович,
B. И. Шинд и др.).
5. Научные работы в области гражданского процессуального и арбитражного процессуального права, в том числе: С. Н. Абрамова, М. Г. Авдюкова,
C. Ф. Афанасьева, К. С. Банченко-Любимовой, Е. А. Борисовой, А. Т. Боннера, М. А. Викут, Г. В. Воронкова, А. С. Грицанова, М. А. Гурвича, Г. А. Жилина, И. М. Зайцева, Н. Б. Зейдера, С. Ю. Каца, А. Д. Кейлина, М. И. Клеандрова, А. Ф. Клейнмана, А. Г. Коваленко, А. Ф. Козлова, К. И. Комиссарова, Л. Ф. Лес-ницкой, Н. И. Масленниковой, А. А. Мельникова, Ю. К. Осипова, И. О. Подвального, В. К. Пучинского, Н. А. Рассахатской, И. М. Резниченко, И. В. Решетниковой, Т. А. Савельевой, Е. А. Степановой, М. К. Треушникова, Е. Г. Три-
10
шиной, П. Я. Трубникова, А. В. Цихоцкого, Н. А. Чечиной, Д. М. Чечота, В. М. Шерстюка, В. Н. Щеглова, К. С. Юдельсона, В. В. Яркова и др.
Нормативную основу исследования составляют: Конституция РФ, Арбитражный процессуальный кодекс РФ, Проект Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Арбитражный процессуальный кодекс РФ» 2000 года, иное арбитражное процессуальное законодательство, Гражданский процессуальный Кодекс РСФСР, Гражданский Кодекс РФ, Федеральные законы в части регламентации отношений, связанных с предметом настоящего исследования.
Практическую основу исследования составили статистические показатели работы и судебная практика арбитражных судов РФ в 1998-2001 гг.
Теоретическая и практическая значимость исследования. Предлагаемые теоретические положения могут быть использованы в дальнейших исследованиях в сфере пересмотра судебных актов, а также применены на практике, что будет способствовать повышению эффективности работы правоприменительных органов.
Содержащиеся в диссертации положения и выводы могут использоваться при разработке учебно-методических материалов и лекционных курсов по соответствующим дисциплинам.
Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации обсуждались и были одобрены на заседаниях кафедры адвокатуры, арбитража, нотариата Саратовской государственной академии права, использовались диссертантом при проведении практических занятий со студентами, а также изложены в опубликованных статьях.
Структура диссертации определяется целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, объединяющих семь параграфов, заключения, библиографического списка.
11
ГЛАВА 1. ПРИЧИНЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ФОРМ ПЕРЕСМОТРА СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ
Для настоящего исследования имеет значение уяснение причин возникновения пересмотра судебных решений и сравнительно-исторический анализ указанного явления, поскольку это будет способствовать уяснению его сущности и позволит выявить такие элементы, присущие различным его формам, которые могли бы указать пути оптимизации всей системы пересмотра, установленной в российском арбитражном процессе.
Рассматривая судебную систему Древнего Египта (XVI-X в.в. до н. э.), следует выделить, по крайней мере, два вида судов, существовавших в то время.
Во-первых, это так называемые кенбеты. В древнеегипетских текстах упоминаются различные обозначения для этого термина: «кенбет города», «большой кенбет города», «большой кенбет», «кенбеты округов и городов» и т. п. Часть из них были управленческими органами (например, кенбет округа). Сохранились достоверные сведения о судебной деятельности кенбета Мемфиса1. Этот орган рассматривал земельные и другие имущественные споры и являлся низшей инстанцией по отношению к Большому кенбету. Стороны, будучи недовольны решением Мемфисского кенбета, обращались с просьбой о пересмотре решения в Большой кенбет. Выражения «Большой кенбет», «Кенбет города», «большой кенбет города», по-видимому, обозначают судилище, которое заседало в Фивах и включало в свой состав светских и духовных сановников2. Возглавлял Большой кенбет и председательствовал в нем визир.
Следует оговориться, что роль кенбета значительно шире роли суда, и судебные функции были только частью многочисленных обязанностей, лежащих на кенбете. Помимо отправления судопроизводства, кенбет являлся органом, осуществляющим контроль и ряд церемониальных процедур.
Во-вторых, храмовый суд (храмовый кенбет). Дела, рассматриваемые этим судом, так или иначе связаны с храмом или его персоналом: в подавляю-
1 См.: Лурье И. М. Очерки древнеегипетского права. Л., 1960. С. 35.
2 В историко-правовой литературе иногда этот орган еще называют «коллегией десяти» / См.: Черниловский 3. М. История рабовладельческого государства и права. М., 1960. С. 40.
12
щем большинстве имущественных споров, отнесенных к храмовому суду, обе стороны принадлежали к храмовому персоналу. В составе храмового суда имелся писец Центрального кенбета. Единственное объяснение наличию писца в составе храмового суда можно найти в предположении, что храмовый суд был под контролем визира, который контролировал всю судебно-правовую жизнь в стране, а также центральный кенбет1.
Следует также упомянуть и судопроизводство в храмовых судах посредством оракулов2. Спорящие стороны обращались к жрецам, коллегия последних формулировала обращение к Богу. После этого обращение читал стоящий перед священной ладьей жрец.
После прочтения одного варианта решения Бога и получения положительного или отрицательного оракула читался второй, противоположный вариант, ответ на который со стороны Бога должен был быть противоположен тому, который был им дан в ответ на первое обращение. Стороны могли быть «допущены» к Богу только после его предварительной подготовки к посещению, суть которой сводилась к выяснению того, какой ответ Бога желателен жрецам. Точный способ самого процесса дачи оракула установить сложно. Предполагают, что оракул давали культовые статуи богов, руки или головы которых жрецы могли приводить в движение по своему желанию. Называется такой способ дачи оракула, как движение священной ладьи вправо или влево, либо вперед и назад. Выделяются и другие способы (голосом, например).
Допускалось контрольное обращение к Богу с тем же вопросом для повторной дачи оракула. Оно было целесообразно только в том случае, если ответ давался знаком: оно гарантировало, что мнение Бога понято правильно. Если ответ давался голосом, надобность во втором, контрольном, запросе отпадала, так как ответ слышали бы все присутствовавшие, и сомнений в том, что
1 См.: Лурье И. М. Указ. соч. С. 65.
2 Из-за скудности сведений многие вопросы этого «процесса» остаются открытыми: могло ли обращение к оракулу осуществляться лишь по желанию сторон или требовалось предварительное решение обычного суда; могли ли стороны передать дело на суд Бога вопреки решению обьиного суда и др.
13
оракул был понят неправильно, не могло возникнуть1. Решение оракула могло быть опротестовано перед другим Богом и даже обычным судом.
tk В Древнем Вавилоне отправление правосудия осуществлялось государст-
венной властью, а именно светскими судьями, назначаемыми царем. Законы Хаммурапи запрещали судье изменять свое решение2. Тем не менее, сам царь, являясь последней судебной инстанцией, мог пересмотреть решение, вынесен-
i ное судьей, по жалобе одной из спорящих сторон.
1 В нашем исследовании мы детально не рассматриваем судебный процесс
Древней Индии, поскольку достоверных сведений о том, существовал ли институт пересмотра судебных решений, нет ни в Законах Ману (III-I вв. до н. э.), ни в более раннем памятнике - «Артхашастра» (конец VI в. до н. э.). По мне-^ нию А. А. Вигасина и А. М. Самозванцева, можно предположить существова-
ние права апелляции в более высокую инстанцию3. Скорее всего, этой инстанцией был царь, поскольку, согласно тому же сочинению «Артхашастра», одной из его обязанностей было наблюдение за всеми делами населения4.
В Древней Греции до реформы Солона (594 г. до н. э.) судебный процесс проводил архонт-царь; решения последнего, по-видимому, не пересматривались. Считалось, что решения его являются следствием непосредственных божественных велений свыше. Эти решения заимствовались из существовавших обычаев и обыкновений, но в них видели «как бы плод собственного размыш-^ ления царя или божественного вдохновения»5.
1 См.: Лурье И. М. Указ. соч. С. 85.
2 П. 5 Законов вавилонского Царя Хаммурапи (1958-1916 гг. до н. э.): если судья вынесет приговор, постановит решение, изготовит документ, а потом изменит свой приговор, то по изобличении его в изменении приговора, этот судья должен уплатить в двенадцатикратном размере иск, предъявленный в этом судебном деле, а также должен быть публично свергнут со своего судейского стула и никогда вновь не садиться с судьями для суда (См.: Волков И. М. Законы вавилонского Царя Хаммураби. М., 1914. С. 23).
См.: Вигасин А. А., Самозванцев А. М. Артхашастра: проблемы социальной структуры и права. М., 1984. С. 205.
«4 См.: Черниловский 3. М. История рабовладельческого государства и права. М., 1960. С. 83; История государства и права стран Азии и Африки. М., 1964. С. 132 (автор раздела - Н. Н. Страхов).
5 Мэн Г. С. Древний закон и обычай / Пер. с англ. А. Аммона и В. Дерюжинского. М., 1884. С. 124.
14
В Афинах VI в. до н. э. процесс делился на государственный и частный. Судебными органами, осуществлявшими правосудие по гражданским делам, были гелиэя, суд диэтетов и суд «сорока мужей» (tettarakonta). В делах на сумму более 10 драхм, то есть по большинству имущественных споров, в качестве первой инстанции выступал суд диэтетов.
Вне зависимости от суммы иска гражданские дела могли быть рассмотрены третейским судом, но его решения были необязательны и могли быть пересмотрены в другом суде.
На судебные решения допускалась апелляция (efesis) к гелиэе. Ее решения, в свою очередь, были окончательными и не подлежали обжалованию1.
Суд диэтетов делился на государственных (избираемых ежегодно по жребию из числа лиц, которым шел 60-й год) и частных. Последние по сути являлись третейскими судьями.
«Они обыкновенно старались примирить тяжущихся и окончить дело полюбовно без всякого приговора, но если это не удавалось, то, выслушав жалобы и оправдания обеих сторон, решали дело по совести, и стороны должны были подчиниться их приговору»2.
Если на решение подавалась жалоба, то жалобщик уплачивал определенную пошлину.
«Суд сорока мужей», как и следует из названия, состоял из 40 человек, но заседал не целой коллегией, а по филам то есть по 4 человека. По делам на сумму свыше 10 драхм этот суд совершал первоначальные процессуальные действия, а затем передавал дело в суд диэтетов.
В частных исках обе стороны со времен Эвклида имели право, а скорее даже обязаны почти во всех случаях до передачи своей тяжбы в суд представить ее на решение государственного третейского судьи. Если они были до-
См.: Кечекьян С. Ф. Государство и право Древней Греции. М., 1963. С. 48, 70. Латышев В. В. Оче] СПб., 1897. С. 265.
2 Латышев В. В. Очерк греческих древностей. Ч. 1. Государственные и военные древности.
15
вольны решением посредника, то этим дело и заканчивалось, в противоположном случае назначался день заседания1.
Римский народ, подобно многим народам, до образования государственного суда пережил эпоху частной расправы с нарушителями права. Каждый считавший неправомерно нарушенным свое право, расправлялся с обидчиком собственными силами и силами своей семьи. Однако даже в развитом римском праве долгое время сохранялись некоторые следы первоначальной эпохи саморасправы. Допускалась самозащита, то есть самоуправное отражение насилия, угрожающего нарушением права. Но применение силы запрещалось для восстановления нарушенного права2. Позднее самозащита была закреплена в Законах 12 таблиц.
В эпоху царей последние и обладали судебными правомочиями, которые
в период республики перешли к магистрату. А «божественное вдохновение», 1 диктовавшее древнему царю его решения, стало теперь «руководить» претором.
' Древнейшей формой процесса в Риме были так называемые Legis
1 actiones. Суть легисакционного процесса заключалась в делении на две стадии:
1 injure и injudicio. Производство injure состояло в том, что обе стороны в при-
1 сутствии магистрата совершали определенные, строго формальные действия.
Участие магистрата, а в более ранний период царя, сводилось также к совершению каких-либо формальных действий. При помощи этих действий истец заяв- лял о своем праве, а ответчик либо соглашался с заявлением истца, либо возражал против него. Затем, также при участии магистрата, стороны назначали судью, и процесс на стадии injure заканчивался. Таким образом, по сути, эта стадия представляла собой строго регламентированный процессуальный порядок заключения между сторонами соглашения о третейском суде.
Задача производства in judicio состояла в том, что судья должен был исследовать фактические доказательства, приводимые сторонами, и постановить судебное решение. Решение было его мнением, высказанным по данному делу.
См. подробнее: Бузольт Г. Очерк государственных и правовых греческих древностей. Харьков. 1895. С. 229. 2 См.: Новицкий И. Б. Римское право. М., 1995. С. 53.
16
Никакое его обжалование не допускалось1. Однажды проигранное дело не могло быть возобновлено. Третейский судья, провозгласив решение, не заботился о его исполнении, а гарантией исполнения был его авторитет.
Это, однако, не мешало тому, что решению повиновались беспрекословно. Как справедливо отмечает С. Муромцев, «люди очень рано научились ценить мирный разбор своих распрей и предпочитали его междоусобице. В случаях неповиновения высокому авторитету судьи вся община могла оказаться готовою восстать, как один человек, против ослушника и кулаками принудить его к повиновению»2.
Когда разбирательство заканчивалось in jure и дело передавалось in judicio, перед свидетелями совершался акт, называемый litis coniestatio. Этим актом щ сами стороны обязывались подчиняться судебному решению, которое будет
I поставлено судьей на основании выясненного.
i
i Такой порядок судопроизводства просуществовал до введения закона
i
Эбуция (lex Aebutia) и двух законов Юлия (dual leges Juliacf. Этими законами \ был установлен формулярный процесс, который состоял из прежних двух ста-
дий. Теперь истец мог излагать свои притязания в любой форме - произвольно. Обязанность формулировать предмет спора стала обязанностью претора. Претор выслушивал заявление истца, возражения ответчика, составлял формулу, в которой выводил юридическую сущность спора, и в особой записке, адресо- ванной судье, излагал ее. Эта формула являлась инструкцией для судьи, который разбирал дело по существу in judicio.
Одной из причин замены легисакционного процесса формулярным была излишняя мелочность, обрядовость первого4. Но с введением формулярного процесса формализм окончательно не исчез: стороны были свободны делать всякие заявления перед претором (in jure), но для судьи (in judicio) решающее значение имело то, что было написано в полученной им формуле. Поэтому ошибки в формуле, допущенные по вине претора или самих сторон, могли
1 См.: Хвостов В. М. История римского права. М., 1919. С. 148-149.
2 Муромцев С. Гражданское право Древнего Рима. М., 1883. С. 79.
3 См.: Покровский И. А. История римского права. СПб., 1998. С. 140.
4 См. подробнее: Гай. Институции (IV, 30) / Пер. Дедынского. М., 1997. С. 267.
17
иметь самые серьезные последствия1. Даже обнаружив неточность в формуле, судья не мог исправить ее, поскольку деление процесса на стадии не имело ни- чего общего с движением дела по инстанциям. Само производство in judicio осуществлялось совершенно свободно, не связанное никакими формами.
Так же как и в легисакционном процессе, в формулярном не допускалось обжалование решения судьи вне зависимости от того, справедливым ли оно было или нет. (Однако за принцепсом признавалось право требовать любое дело и осуществлять надзор за правосудностью решений2).
! Тем не менее, однажды вынесенное решение могло быть отменено. Этому
i
; способствовало особое экстраординарное вмешательство магистрата в граж-
данские отношения, путем которого магистрат не в силу закона, а на основании п своего усмотрения, руководствуясь справедливостью, восстанавливал прежнее
состояние гражданских отношений (Restitutio in integrumf. В течение определенного срока к претору мог обратиться недовольный с жалобой. Если при рассмотрении дела претор убеждался, что результаты, изложенные в жалобе, хотя и наступили в силу применения норм права, но, тем не менее, противны справедливости, то он своим эдиктом постановлял решение о восстановлении прежнего состояния отношений, то есть об уничтожении наступивших юридических последствий. В оксиринских фрагментах Институций Гая содержится отрывок: «...восстанавливает в прежнее положение, ведь претор помогает ско- рее ответчикам, нежели истцам. Но мы говорим (обо всех) за исключением тех, кому менее двадцати пяти...»4. Из этого можно предположить, что правом обращения к претору наделялись лишь лица, достигшие указанного возраста.
Первоначально не существовало четкого перечня случаев, когда реституция должна оказываться. С течением времени устанавливались определенные основания для оказания подобной преторской защиты5. Этими основаниями могли быть: угрозы и насилие, под влиянием которых судья решил дело
1 См.: Гай. Указ. соч. С. 147.
2 См.: Новицкий И. Б. Указ. соч. С. 40.
3 См.: Хвостов В. М. Система римского права. М., 1996. С. 219.
4 См.: Гай. Институции (IV, 57) / Пер. Дедынского. М, 1997. С. 345.
5 См.: Хвостов В. М. История римского права. С. 251. |
