Введение
Актуальность темы исследования определяется необходимостью социологического анализа особенностей социальной инфраструктуры территории повышенного экологического риска и научно обоснованного управления её развитием.
29 апреля 1997 года вступила в силу международная Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия (ХО) и о его уничтожении, подписанная Российской Федерацией 13 января 1993 года в числе более чем 150 стран мира и ратифицированная Государственной думой 5 ноября 1997 года [2]. Конвенция налагает определенные обязательства на нашу страну и делает процесс уничтожения химического оружия неотвратимым. Примерно в это же время (май 1997 года) вступил в силу закон Российской Федерации «Об уничтожении химического оружия» [4].
С каждым годом проблемы хранения и уничтожения химического оружия приобретают все более острый характер. Растет время хранения оружия в арсеналах сверх установленного срока, продолжаются необратимые процессы коррозии корпусов боеприпасов, что увеличивает вероятность возникновения нештатных ситуаций.
Население, органы государственного и муниципального управления регионов, на территориях которых хранится химическое оружие, оказались заложниками данной проблемы. С одной стороны, существует необходимость скорейшего уничтожения химического оружия, а с другой стороны, для этого необходимо создать полную инженерную и социальную инфраструктуру, обеспечить безопасность работников, занятых на объектах хранения и уничтожения ХО, населения прилегающих к таким объектам территорий.
Состояние и степень разработанности проблемы. Принципиальные теоретико-методологические и прикладные вопросы исследования социальной инфраструктуры в аспекте социальной политики и в той или иной степени рассматриваются во многих работах отечественных ученых и исследователей: Л.И. Абалкина, В.Н. Бобкова, Л.Н. Боголюбова, А.В. Буз-галина, Ю.Г. Волкова, Е.Ш. Гонтмахера, А.В. Дмитриева, И. И. Дмитриче-ва, В.Г. Долженковой, М.Н. Межевича, А.Ф. Зубковой, В.И. Жукова, С.Н. Железко, В.Н. Иванова, В.Д. Камаева, Е.В. Кузнецовой, В. В. Куликова, Н.И. Лапина, П.П. Лопаты, В.В. Маркина, В. Т. Мартынова, Г.И. Осадчей, Г.В. Осипова, А.Е. Пробста, Б.М. Райзберга, Б.В. Ракитского, Н.М. Рима-шевской, Г.И. Рузавина, В.М. Соколинского, М.Н. Чепурина, А.Ф. Шишкина, С.А. Хейнмана, Р.А. Яковлева и др. Среди зарубежных авторов вклад в разработку проблемы внесли Бурдье П., Вебер М., Дюркгейм Э., Брю С. Л.,., Дорнбуш Р., Б. Кортус, Ф. Кумбс, Макконелл К., Маслоу А., Парето В., Л. Пакума, П. Розенштейн-Родан, А. Смит, Сорокин П., Фишер С, Э. Ховард, Шмалензи Р. и др.
На сегодняшний день в социологической науке накоплен также значительный опыт, представленный теоретическими и эмпирическими исследованиями ученых и специалистов-практиков по проблемам формирования и развития социальной инфраструктуры в аспекте социальной стратификации, среди которых можно выделить М.К. Бендмана, З.Т. Голенко-ву, Н.А. Денисова, Г.П. Зинченко, В.А. Михеева, С.С. Носову, В.В. Радае-ва, А.Г. Симакова, Ж.Т. Тощенко, О.И. Шкаратана, В.А. Ядова и др.
В работах С.А. Анисимова, Д.В. Белоусова, А.А. Беляевой, Л.А.Гордона, Т.И. Заславской, В.Т. Лисовского, В.В. Кузнецова, А.В. Попова, А.С. Панарина, Р.В. Рыбкиной, Л.Д. Чернышовой, Р.Г. Яновского, Б.С. Хорева, И.И. Панфилова, В.А. Сенникова и др. выдвинут ряд фундаментальных положений о взаимосвязи социальной инфраструктуры и жизнеобеспечения интересов социальных групп и социальных настроений.
Проблемы социальной инфраструктуры в аспекте социально-экологической проблематики отражены в трудах Н.В. Архиповой, Ю.П. Аверина, А.И. Аитова, Г.Н. Бутырина, Б.А. Грушина, В.И. Данилова-Даниьянца, Э.С. Демиденко, СИ. Замогильного, П.Х. Зайдфутдима, В.П. Иванова, В.В. Кульбы, М.Я Лемешева, Д.Ж. Марковича, Н.И. Моисеева, Н.Ф. Реймерса, Б.А. Ревича, СВ. Смирнова, А.Д. Урсула, Э.Н. Фетисова, О.Н. Яницкого.
Анализу и изучению проблем формирования социальной инфраструктуры в аспекте региональной социальной политики и государственного регулирования территориального развития посвящены многочисленные научно-практические исследования, представленные работами A.M. Бабич, М.К. Бандмана, О.В. Богачевой, Г.В. Былова, О.Г. Дмитриевой, Г.В. Дыльнова, А.Г. Игудина, В.К. Кашина, В.В. Климанова, Г.А. Ковалевой, В.В. Кулешова, A.M. Лаврова, Б.Т. Лагутенко, В.Н. Лаженцева, В.Н. Лек-сина, Л.Н. Лыковой, В.Я. Любовного, А.А. Нещадина, А.С. Новосельцева, А.Н. Пилясова, Г.Б. Поляка, О.С. Пчелинцева, В.Е. Селиверстова, СВ. Семенова, А.И. Сухарева, В.А. Шабашева, А.Н. Швецовой, Д.Г. Черника.
Особенности социального нормирования, прогнозирования и проектирования социальной инфраструктуры нашли отражение в работах И.А. Авдеевой, В.Г. Асеева, И.В. Бестужева-Лады, М.Н. Бобневой, Т.М. Дридзе, А.И. Кравченко, Н.И. Лапина. П.П. Лузана, В.И. Патрушева, Б.Е. Пенько-ва, С.Ф. Фролова, А.И. Шаронова и др.
Вопросы социальной инфраструктуры в аспекте обеспечения социальных гарантий посвящены также работы ряда ученых-правоведов Ю.А. Дмитриева, Д.А. Керимова, Е.И. Козловой, В.Н. Кудрявцева, О.Е. Кутафи-на, Л.А. Морозовой, А.С. Подшибякина и др.
Особый интерес в плане конкретной исследовательской программы в отношении социальной инфраструктуры повышенного экологического риска представляет проект «Социальные регуляторы предотвращения
чрезвычайных происшествий на опасных производствах», выполненный на материалах производств ядерной энергетики и атомной промышленности в 90-е годы XX века под руководством В.В. Богдана и В.Н. Иванова, в котором социальной инфраструктуре отводится одно из важнейших мест.
Вместе с тем, следует отметить, что вопросы социальной инфраструктуры территорий повышенного экологического риска специально в методологическом плане не рассматривались. Это тем более относится к территориям, на которых расположены объекты хранения и уничтожения химического оружия.
Собственно, этим и продиктована необходимость системного исследования социальной инфраструктуры как объекта управления территорией повышенного экологического риска.
Цель исследования. Целью исследования является социологический анализ социальной инфраструктуры территорий повышенного экологического риска и выработка на этой основе методологии управления её развитием.
Исходя из поставленной цели, были сформулированы следующие наиболее важные задачи исследования:
- рассмотреть понятие социальной инфраструктуры в качестве категории социологии управления;
- определить место и роль социальной инфраструктуры в системе жизнеобеспечения территории повышенного экологического риска;
- выявить особенности социальной инфраструктуры территории повышенного экологического риска;
- проанализировать основные характеристики уровня и качества жизни населения территории повышенного экологического риска;
— исследовать механизм управления социальной инфраструктурой территории повышенного экологического риска как зоны защитных мероприятий объектов хранения и уничтожения химического оружия.
Объект исследования - управление социальными процессами в особых условиях (повышенного экологического риска).
Предмет исследования — социальная инфраструктура как объект управления территорией повышенного экологического риска.
Теоретико-методологические основы исследования составляют общие положения и принципы теоретической социологии в сфере социологии управления, а также смежных областей социологии социальной структуры, социальных институтов и процессов, экономической социологии, социальной экологии.
Проблема, решаемая в ходе диссертационного исследования, потребовала применения комплексного подхода, соединяющего в себе системный анализ, институциональный и структурный методы, а также специальные методы изучения социальных процессов (анализ документов и материалов статистики, социологических исследований).
Эмпирической базой исследования были нормативно-правовые акты, данные общегосударственной и ведомственной статистики, материалы картографии, материалы обследований, выполненных по проекту строительства объекта уничтожения химического оружия на территории Пензенской области, в том числе, социологического исследования (мониторинга) уровня и качества жизни населения, проживающего на территории, примыкающей к объекту хранения ХО (Леонидовский арсенал) предпола-
гаемого строительства объекта уничтожения ХО, с участием автора в качестве консультанта по вопросам зонирования территории. Было проведено 2 основных «среза» панельного исследования: опрос на анкете по месту жительства, одной тысячи взрослых представителей семей (домохозяйств) по первоначальной схеме зонирования территории (без г. Заречного) в 2000 г. и аналогичный опрос 892 взрослых представителей семей (домохозяйств) по уточненной схеме зонирования (с включением г. Заречного) в 2002 г. по репрезентативным выборкам с критериями отбора: количество членов семьи и источники доходов. Исследовались так же материалы специальных социологических опросов 2003 г. (июль) и 2004 г. (март), касающихся отношения населения к строительству объекта уничтожения ХО (в «срезах» 2000 и 2002 гг. эти вопросы так же изучались), документы публичных общественных слушаний (1999, 2003 гг.), материалы средств массовой информации.
Научная новизна исследования связана с постановкой проблемы, недостаточно изученной в социологической литературе, выдвижением концепции социологического обеспечения управления социальной инфраструктурой территории повышенного экономического риска и, в частности:
- введено понятие социальной инфраструктуры территории повышенного экономического риска (ТПЭР);
- обосновано исследование социальной инфраструктуры как особого фактора жизнеобеспечения ТПЭР;
- выявлены принципиальные подходы к изучению зонированных ТПЭР и особенностей социальной инфраструктуры таких территорий;
- проанализированы основные тенденции динамики уровня и качества жизни населения ТПЭР (на примере территории, примыкающей к
объекту хранения и предполагаемого уничтожения химического оружия в Пензенской области);
- показан механизм управления развитием социальной инфраструктуры ТПЭР на примере зоны защитных мероприятий объектов хранения и предполагаемого уничтожения ХО в Пензенской области.
Основные положения, выносимые в защиту.
1. Понятие социальной инфраструктуры как устойчивой совокупности вещественных элементов, с которыми взаимодействуют социальные субъекты и которые создают условия для организации всех основных видов жизнедеятельности этих субъектов — трудовой, общественно-политической, культурно-образовательной, семейно-бытовой, реакреаци-онной и т.д. имеет особое значение для организации жизнедеятельности населения территории повышенного экономического риска. Здесь это понятие связано, прежде всего, с обеспечением экологической безопасности, понимаемой в плане защищенности человека, окружающей природной среды и искусственных материально-вещественных объектов от воздействия неблагоприятных техногенных факторов, угрозы возникновения и последствий чрезвычайных ситуаций, особенно на территориях, примыкающих к объектам производства, хранения и уничтожения химического оружия.
2. В системе жизнеобеспечения любой населенной территории социальная инфраструктура является материально-вещественной основой удовлетворения многообразных потребностей жителей, воспроизводства, функционирования и развития социальной сферы в целом. В системе жизнеобеспечения ТПЭР на первое место выступает инфраструктура поддержания экологической безопасности и устойчивости, минимизации экологического риска, предотвращения или локализации экологически опасных ситуаций, скорейшей ликвидации их последствий. В социальной инфра-
10
структуре ТПЭР так же важно обеспечить соответствующий уровень и качество жизни, социальные компенсации.
3. Важнейшим моментом в управлении социальной инфраструктурой ТПЭР является зонирование этой территории, т.е. выделение особой зоны (зон) защитных мероприятий (ЗЗМ) экологически опасного объекта. Такая зона определяется, прежде всего, по экологическим и техногенным условиям и закрепляется в нормативно-организационном порядке. Она специфична с точки зрения социальной инфраструктуры. ЗЗМ Леонидов-ского арсенала ХО в Пензенской области имеет воинскую часть с закрытой охраняемой военнослужащими территорией (три сектора: жилой, административный, хранения ХО); открытую поселенческо-расселенческую структуру, состоящую из отдельных административно-территориальных (в системе государственного управления) и муниципальных (в системе местного самоуправления) образований, природных объектов, имеющих статус особо охраняемых государством, предприятий и организаций различных форм собственности и организационно-правовых форм деятельности, транспортно-дорожную сеть (железные и автомобильные дороги), средств связи и информации, межселенных территорий и земель различного назначения.
Зонирование ТПЭР и соответствующей социальной инфраструктуры имеет и проектный характер: выбор места строительства объекта уничтожения ХО и определение под него ЗЗМ.
4. В управлении социальной инфраструктурой ТПЭР особое значение имеет анализ тенденции динамики уровня и качества жизни населения. В сопоставлении со статистическими показателями доходов, потребления различных товаров и услуг, деятельности предприятий и организаций социальной сферы. Значительную роль в этом анализе имеет социологический мониторинг удовлетворенности населением ТПЭР уровнем и качеством жизни, с которым связывается и анализ общественного настрое-
11
ния и отношений по поводу предполагаемого строительства объекта уничтожения ХО, обеспечения безопасности и социальных компенсаций.
5. Для управления развитием социальной инфраструктуры ТПЭР требуется особый механизм, в котором обеспечивается взаимодействие федеральных, региональных и местных органов власти. Стратегия такого взаимодействия строится на основе программно-целевого метода, конкретным выражением которого на ТПЭР, связанных с уничтожением ХО, является федеральная целевая программа «Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации». Программно-целевой метод в развитии социальной инфраструктуры связан с материально-финансовым обеспечением защитных мероприятий и нормативно-организационным механизмом управления. Для ТПЭР требуется особая форма административно-территориального или муниципального образования с соответствующими органами власти и управления, способными взять на себя решение вопросов местного значения, в первую очередь, социальной инфраструктуры, столь специфичных для ЗЗМ объектов хранения и уничтожения ХО.
Научно-практическая значимость состоит в том, что основные положения могут использоваться для изучения социальной инфраструктуры ТПЭР, механизмов управления социальными процессами на таких территориях. Полученные выводы и рекомендации могут быть применены (ряд положений уже используется) для совершенствования нормативно-правовых основ и практики управления формированием и развитием социальной инфраструктуры ЗЗМ объектов хранения и уничтожения ХО. Материалы диссертационного исследования могут быть использованы при разработке учебных программ и пособий по курсам «Социология управления», «Социальная экология», «Система государственного и муниципального управления».
12
Апробация работы. Основные положения и выводы были изложены автором на Всероссийских научно-практических конференциях, в том числе: «Менеджмент и маркетинг в социальной сфере» (Пенза, 2004 г.), «Социально-экономическое развитие общества: система образования и экономика знания» (Пенза, 2004 г.), Межрегиональных научно-практических конференциях конференциях «Социально-экономические проблемы развития потребительской кооперации» (Ставрополь 2001, 2002 гг.), «Актуальные социально-экономические проблемы российской кооперации» (Ставрополь 2003 г.), Вторых Афанасьевских чтениях (Москва, 2004 г.)
Диссертация обсуждена на заседании кафедры государственного и муниципального управления (в настоящее время «Управление и социология») Института государственной службы и управления Пензенского государственного университета и рекомендована к защите.
Основные положения диссертации отражены в 6 публикациях общим объемом 2, 4 печатных листов.
Структура работы. Диссертация включает введение, две главы, заключение, список литературы и приложения. Текст диссертации содержит 142 страницы машинописного текста, таблицы и рисунки.
13
Глава 1. Теоретико-методологические основы исследования социальной инфраструктуры территории повышенного экологического риска.
1.1 Социальная инфраструктура как категория социологии управления
Термин «инфраструктура» вошел в научный лексикон в конце 40-х гг. XX в. и первоначально означал комплекс вспомогательных сооружений, обеспечивающих успешное взаимодействие различных родов войск. Но уже в 50-х гг. ученые обратились к этому понятию для объяснения процессов экономической жизни. Одним из первых американский экономист П. Розенштейн-Родан определил инфраструктуру как совокупность условий, способствующих благоприятному развитию частного предпринимательства в основных отраслях экономики и удовлетворяющих потребности населения [158; С.27].
Постепенно данный термин стал широко использоваться при изучении социальной жизни, что нашло отражение в более подробной классификации инфраструктурных элементов [161; С.87].
Анализ генезиса идей о социальной инфраструктуре дает возможность утверждать, что этому аспекту жизнедеятельности людей и общества было уделено внимание задолго до обозначения самого явления в виде строгого понятия. Так, говоря о предпосылках становления и функционирования национального хозяйства, А. Смит постоянно выделял материальные условия, которые создавали возможность рациональной организации производства. О создании условий для жизнедеятельности ратовали великие утописты А. Сен-Симон, Ш. Фурье, а Р. Оуэн даже пытался воплотить в действительность идею об обеспечении культурно-бытовых потребностей людей [158; С.134-171].
14
Проблема условий эффективной производственной деятельности выдвинулась самой логикой исторического развития. По мере усложнения хозяйственных связей предприниматели вынуждены были заняться вопросами организации инфраструктуры в рамках национального хозяйства.
С этого времени инфраструктура (осознанно, а чаще неосознанно) стала восприниматься в качестве компонента промышленного, а затем и сельскохозяйственного производства.
Тесное переплетение объективных закономерностей и экономических интересов проявилось в постепенном формировании элементов инфраструктуры, прежде всего обеспечивающих трудовую деятельность человека, т.е. выполняющих некоторые социальные функции.
Дальнейшее развитие инфраструктуры было связано с растущей потребностью в создании необходимых условий для жизнедеятельности не только самого работника, но и его семьи. Представление о социальных аспектах инфраструктуры еще более расширилось, отразив новую ступень в развитии производства. Так, при строительстве поселка Томпсон в Канаде на базе никелевого месторождения сразу был сделан расчет, что соотношение между занятыми на производстве и жителями составит 1:3,5. В соответствии с этим и формировалась социальная инфраструктура.
Бум образования, начавшийся почти во всех странах в 50-х гг., остро поставил вопрос об инфраструктуре образования, особенно среднего и профессионального (Ф. Кумбс, 1970 г.). Кроме того, сложилась ситуация, когда при сокращении рабочего времени возникла возможность более рациональной организации свободного времени, более полного удовлетворения материальных и духовных потребностей, что можно было достичь при наличии условий, которые уже прямо не влияли на эффективность производства и имели относительно самостоятельное значение.
Одновременно ученые предприняли усилия по обоснованию роли социальной инфраструктуры. В решении этих задач участвовали специа-
15
листы разных научных направлений — демографы, экономисты, эконом-географы, социологи и архитекторы, стремившиеся в своем поиске ответить на насущные проблемы общественного развития.
Что касается архитекторов, то, если не считать стихийной практики создания инфраструктуры, первые попытки такой планомерной работы относятся к концу XIX в. В процессе подготовки к Международной выставке в Чикаго (1893 г.) при рассмотрении данной проблемы были разработаны проекты совершенствования городского ландшафта, которые привели к необходимости учитывать социально-экономические аспекты развития территории.
Следующий этап в развитии идей инфраструктуры территории связан с именами английского урбаниста Э. Ховарда и французского архитектора Т. Гарнье. Если Э.Ховард выступил с теорией города-сада, имеющего комплексы промышленной, обслуживающей и жилищной застройки, окруженные пригородной зоной сельскохозяйственных площадей, то Т. Гарнье предложил проект индустриального города, состоящего из специализированных функциональных зон (промышленной, обслуживающей, отдыха и жилой), разделенных зелеными поясами. Как в первой, так и во второй концепциях, оказавших огромное влияние на современную урбанистику и экологию, было предусмотрено развитие инфраструктуры, в том числе и социальной [158; С79-85].
В работах экономистов (Л.И.Абалкин, А.Е.Пробст, С.А. Хейнман) в течение продолжительного времени понятие инфраструктуры не было расчленено и давало общую характеристику условий, обеспечивающих развитие материального производства в целом.
Постепенно в ходе познания закономерностей общественного развития в научный оборот были введены понятия производственной и бытовой инфраструктуры, употребление которых было связано с необходимостью создания условий для функционирования производственной и непроизвод-
16
ственной сфер. Такое деление инфраструктуры получило закрепление на практике, что имело не только положительные, но и негативные последствия. Дело в том, что в силу объективных и субъективных причин производственная сфера выдвигалась на первое, ведущее место. Однако влияние социальных факторов предъявляло постоянно возрастающие требования к непроизводственным аспектам деятельности людей. В результате получилось так, что условия, обеспечивающие их развитие, были отнесены к бытовой инфраструктуре. Произошло механическое соединение понятий «социальные факторы» и «бытовая инфраструктура», при этом последняя стала восприниматься как часть непроизводственной сферы. Такая трактовка условий для социальных аспектов деятельности человека вряд ли оправдана, во-первых, потому, что в понятие «бытовая инфраструктура» включаются далеко не все проблемы социального развития. Во-вторых, условия социальной деятельности связывают воедино как производственные, так и непроизводственные проблемы, не противопоставляя их, а, наоборот, органически соединяя в единое целое. В-третьих, следует учитывать все виды деятельности, ибо только на этой основе можно дать научно обоснованную классификацию элементов социальной инфраструктуры.
Предстояло продумать иной путь решения задачи, отыскать новые, более точные понятия, характеризующие условия развития производства и жизнедеятельности населения. Дальнейшая разработка проблем инфраструктуры, ее постоянная проверка практикой постепенно привели к тому, что в научной литературе (Б.С. Хорев, Д.В. Белоусов, И.И. Панфилов, В.А.Сенников и др.) достаточно прочно утверждается деление инфраструктуры на производственную и социальную [160; С. 43-44].
Некоторые исследователи (М.К. Бандман, С.С. Носова и др.) наряду с производственной и социальной выделяют институционную инфраструктуру. Об «инфраструктурных службах» также пишут польские исследователи Б. Кортус и Л. Пакула [161; С.251-309].
17
Обобщая имеющиеся представления, можно сделать вывод, что социальная инфраструктура характеризует связи (прямые и обратные) материально-вещественной среды и социального субъекта (личности, группы, класса, общества). Социальная инфраструктура представляет собой устойчивую совокупность вещественных элементов, с которыми взаимодействует социальный субъект и которые создают условия для рациональной организации всех основных видов деятельности — трудовой общественно-политической, культурной и семейно-бытовой [158; С. 91].
В данном определении, во-первых, подчеркивается, что социальная инфраструктура — это условия, обеспечивающие эффективную жизнедеятельность человека не только на производстве, но и во всех основных сферах общества. В то же время социальная инфраструктура не есть механическое собрание учреждений и объектов материальной базы. В этом смысле нельзя одни инфраструктурные элементы заменить другими: они действуют только в комплексе, взаимодействуя и дополняя друг друга.
Во-вторых, следует отметить ее объективный характер, взгляд на неё как на частную форму реализации закона соответствия производственных отношений характеру производительных сил. Дело в том, что развитие общественной жизни требует целенаправленного регулирования, а без создания соответствующих условий жизнедеятельности невозможно представить само существование общества.
В-третьих, в социальную инфраструктуру кроме учреждений и организаций входят техническая обеспеченность, технологические принципы их функционирования.
В-четвертых, социальная инфраструктура касается всего без исключения населения, так как многие ее элементы, как уже отмечалось, необходимы для воспроизводства не только самого работника, но и его семьи. Это должно постоянно учитываться при проектировании и строительстве новых городов и производств и их освоении. |
