Введение
Актуальность темы исследования. Для понимания вопросов многообразия форм, направлений, пределов социополитической эволюции в архаических и традиционных обществах проблема сакрализации власти и ее носителей является одной из ключевых. Под сакральной властью подразумевается такая власть, которая легитимизируется посредством апелляции к сверхъестественным силам и инстанциям. Онтологическая структура такой власти - это подчинение человека сверхъестественной силе, авторитет которой переносится либо на особых людей, либо на целые общественные институты. Они являются представителями этой сверхъестественной силы в социуме и в этом своем качестве как носители сакрального авторитета обладают высшей властью.
Мышлению архаического и традиционного человека1 было свойственно функционирование по принципу бинарных (двоичных) оппозиций, когда входящие в них диаметрально противоположные элементы не противостояли друг другу абсолютно; напротив, их взаимодействие приводило ко взаимопроникновению, слиянию и в итоге превращению одного члена бинарной оппозиции в свою (якобы) противоположность. Последнее являлось следствием так называемого «синкретического» мышления, характеризующегося недифференцированностью, органическим единством
«иррационально-рационального», игнорированием различий между ними как принципиально разными способами мышления и
1 О понятиях "архаический и традиционный человек" в связи с понятиями "архаический и традиционные типы культуры" см.: Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991, а также, например: Романов В.Н. Историческое развитие культуры. Проблемы типологии. М., 1991; Пространство и время в архаических и традиционных культурах. М., 1996.
поведения. К числу наиболее фундаментальных бинарных оппозиций с точки зрения определения специфики мировидения архаического и традиционного человека, значения для социополитической эволюции относится оппозиция «сущее — <ф должное», в которой отражается противоречие между фактическим
и нравственно ценным положением дел. Антитеза должного и сущего - существенный момент в движении человека к воплощению своих ценностных представлений. Оппозиция «сущее - должное» была реализована в христианстве через оппозицию «земля (образ) -небо (первообраз)». Именно в феномене сакрального правителя -Наместника Христа произошло взаимопроникновение и соединение сторон бинарной оппозиции «образ - первообраз». Этим, на наш взгляд, обусловливается центральное значение феномена Наместника Христа и наместнической модели сакрализации власти в
рамках «политической» теологии христианства, понимаемой как Щ
часть христианской теологии, развивавшаяся в форме
государственной идеологии.
По своей сущности феномен Наместника Христа и наместническая модель сакрализации власти принадлежат к области религиозно-социальных феноменов. Понимание значения такого рода феноменов, их возникновения и эволюции невозможно в отрыве от их метафизической основы. Необходимо «разглядеть в «факте», неизбежно обусловленном историческим моментом и культурным стилем эпохи, экзистенциальную ситуацию, в силу Ф которой этот факт стал возможен»1.
Именно из метафизического построения, основой которого является бинарная оппозиция «образ - первообраз», вытекал вывод о
Элиаде М. Мефистофель и андрогин. СПб., 1998. С. 336 - 337.
властителе как "живом образе" своего сакрального первообраза -богочеловека Иисуса Христа, что предопределило сакрализацию места и функций властителя в земной иерархии как Наместника Христа. В христианской цивилизации единая по своей сути наместническая модель сакрализации власти существовала в двух формах:
1) духовное лицо претендовало на титул и выполнение функций Наместника Христа (папа Римский, патриарх Московский);
2) светский владыка претендовал на титул и выполнение функций Наместника Христа (византийский император, германский император Римской империи, московский царь).
Существование данной модели на протяжении почти двух тысячелетий и ее реализация в таких, казалось бы, на первый взгляд, разных политических образованиях как, например, германская Римская империя и Московское царство позволяет по-новому оценить социополитическую эволюцию всей христианской цивилизации и, прежде всего, укоренившееся и ставшее традиционным противопоставление христианского Запада и Востока.
Актуальность предложенной темы исследования обусловлена и тем фактом, что анализ наместнической модели сакрализации власти способствует более глубокому пониманию явлений недавней истории, в том числе отечественной, помогая лучше понять феномен «квазисакрализации» тоталитарных лидеров XX в., таких как Сталин, Гитлер и им подобные. Само существование такого рода явлений в недавнем прошлом свидетельствует о том, что переход на рационально-логическую систему мышления не ведет к
уничтожению «архаических» пластов сознания, которые продолжают существовать и в критические моменты (социальный распад, массовый психоз, насилие, голод и т. п.) прорываются через достаточно тонкий ментальный слой, созданный последующими эпохами1.
Объектом исследования является феномен Наместника Христа и наместническая модель сакрализации власти.
Предметом исследования является феномен Наместника Христа и наместническая модель сакрализации власти в их эволюционном развитии.
Целью данной работы является эмпирическое доказательство существования общехристианского феномена Наместника Христа и общехристианской наместнической модели сакрализации власти как религиозно-социальных следствий функционирования бинарной христианской оппозиции «образ - первообраз».
1 Следзевский И. В. Мифологема границы: ее происхождение и современные политические проявления // Современная политическая мифология: содержание и механизмы функционирования. М., 1996. С.52-62; его же. Феномен политического сознания в ситуации социокультурного кризиса. // «Новая» Россия: социальные и политические мифы. Материалы Российской межвузовской конференции 26-27 ноября 1999 г. М., 1999; его же. Неоархаика: постцивилизационный вызов миру и России. // Мифология и политика. Материалы семинара 20.03.1997 Фонд РОПЦ. М.,1997, С. 4-10; его же. Социокультурные основания формирования политических мифов. // Мифология и политика. Материалы семинара 21.10.1997 Фонд РОПЦ. М.,1997, С.19-28; Евгеньева Т. В. Архаическая мифология в современной политической культуре// «Политая». 1999, М° 1; ее же. Мифологические основания процесса национальной и региональной идентификации в постсоветском пространстве (политико-психологический аспект) // Национальное возрождение, цивилизационная специфика и процессы международной интеграции. Минск, 1996; ее же. Социально-психологические основы формирования политической мифологии // Современная политическая мифология: содержание и механизмы функционирования. М., 1996.
Цель исследования реализуется посредством решения следующих задач:
1) необходимости эмпирического доказательства существования общехристианского феномена Наместника Христа и общехристианской наместнической модели сакрализации власти;
2) выявления предпосылок, места, времени и условий появления феномена Наместника Христа и наместнической модели сакрализации власти;
3) анализа характера функционирования и эволюции исследуемой религиозно-социальной модели, ее роли в общественно- культурной системе в рамках христианской цивилизации;
4) раскрытия причин исчезновения наместнической модели сакрализации власти.
Методологическая основа. Работа выполнена на основе метода дедукции, когда выделяется общий базовый посыл религиозно-социальных процессов и изменений. В данном случае это бинарная оппозиция «сущее — должное», реализованная в христианстве через оппозицию «земля (образ) - небо (первообраз)». Логика функционирования данной оппозиции рассматривается в религиозно-социальном преломлении на основе эмпирической доказуемости как модель сакрализации власти вселенского правителя - Наместника Христа на земле.
В работе над проблемой исследования применялись также следующие подходы:
1) компаративный анализ;
2) казуальный анализ, направленный на изучение причинно-следственных отношений, выявления причин возникновения и эволюции явлений;
3) структурно-функциональный анализ, направленный на анализ наместнической модели власти как религиозно-социальной системы. Результатом является раскрытие строения и функционирования системы, выделение элементов, которые соотносятся с другими элементами и системой в целом.
Также в работе над темой исследования использовались следующие методы познания: анализ, синтез, обобщение, аналогия, экстраполирование и ряд других.
Исследование эволюционного аспекта феномена Наместника Христа и наместнической модели сакрализации власти как явлений большой исторической длительности обусловливает необходимость в процессе верификации гипотезы оеобое внимание уделять определенным историческим периодам, когда наблюдались коренные изменения в религиозно-социальной системе. Другим же временным периодам, характеризующимся константностью данной системы, в работе уделяется меньшее внимание.
Работа структурно разделена на введение, три главы и заключение. При структурном раскрытии содержания доминирующим являлся принцип эволюционного рассмотрения предмета. Подбор и расстановка материала осуществлялись с намерением как можно более точно воспроизвести объект в его эволюционном развитии.
Степень разработанности проблемы. Анализ и детальная разработка понятия сакрального (или священного) впервые появляется в трудах шведского историка религии Натана
Седерблома (1913 г.), заявлявшего, что центральной идеей всякой религии является «святость» и что различие священного от профанного (мирского) составляет основу всякой подлинно религиозной жизни. В 1917 г. появляется работа Р. Отта «Das Heilige"1 («Священное»), оказавшая существенное влияние на изучение религии. В ней доказывалось, что всякое религиозное переживание порождается особой априорной для человеческого сознания сакральной реальностью. При этом он считал, что сакральное есть реальность, выходящая за пределы воспринимаемого в символах, образах и ритуалах.
Большое значение для понимания проблем сакрального имела вышедшая в 1921 г. фундаментальная книга М. Шелера «О вечном в человеке». Важным моментом являлась констатация того факта, что поскольку божественное обнаруживает себя посредством личностей, то важнейшей задачей следует считать определение типов homines religiosi: «Колдун, маг, провидец, мудрец, пророк, законодатель и судья, царь и герой, священник, спаситель, искупитель, посредник, мессия и, наконец, наивысшая для постижения форма - сущностная идея личности, которую Бог наделил своей личной сущностью и своим бытием. Таковы образцы религиозных личностей, их сущностные черты и их градация должны быть подвергнуты всестороннему изучению»2.
Важный и, на наш взгляд, решающий вклад в разработку этого понятия и проблематики внесли такие представители школы феноменологии религии, как Г. ван дер Леув3,
1 Otto R. Das Heilige: tiber das Irrationale in der Idee des Gottlichen und sein Verhaltnis zum Rationales Munchen, 1947.
2 Scheler M. Vom Ewigen im Menschen. Bd. 1. Leipzig, 1921. S. 377.
3 Van der Leeuw. Phanomenologie der Religion. Tubingen, 1956.
10
К. Гольдаммер1, У. Бреде Кристенсен2, Ф. Хайлер3, Г. Виденгрен4, В. Грантке5, которые разработали основы научной методики исследования феномена сакрального, в том числе феномена сакрального в сфере легитимизации власти в различных обществах и культурах.
Проявление сакрального являлось также центральной темой исследований историка религии Мирчи Элиаде6. Разрабатывая оппозицию «священное пространство — мирское пространство» М. Элиаде связывал существование земного, видимого священного места и пространства с наличием небесного архетипа. «Окружающий нас мир, где ощущается присутствие и труд человека
- горы, на которые он взбирается, области, заселенные и возделанные им, судоходные реки, построенные города, святилища,
— имеет внеземные архетипы, понимаемые как «план», «форма», либо как обыкновенный «двойник», но существующие на более высоком, космическом уровне»7.
Важное значение для понимания феномена сакрального как неотъемлемой части архаического и традиционного общества имела
1 Goldammer К. Die Formenwelt des Religiosen: Grundriss der systematischen Religionswissenschaft. Stuttgart, 1960.
2 Kristensen W. Brede. Het leven uit den dood: studien over rquptischen en oud-qiekschen goodsdienst. Haarlem, Bohn, 1926; Kristensen W. Brede. De rijkdomm der aarde in mythe en cultus. Amsterdam, 1942.
3 Heiler F. Erscheinungsformen und Wesen der Religion. Stuttgart, 1961.
4 Widengren G. ReligionsphSnomenologie. Berlin, 1969.
5 Grantke W. Der unstrittene Begriff des Heiligen: eineproblemorientierte religionswissenschaftliche Untersuchungen. Marburg, 1998.
6 Eliade M. Das Heilige und das Profane: vom Wesen des Religiosen. Hamburg, 1957.
7 Элиаде М. Космос и история. М., 1987. С. 36.
II
постановка в рамках социокультурной антропологии вопроса о соотношении иррационального и рационального в мышлении. Гипертрофирование иррационального пласта в мышлении архаического и традиционного человека породило теорию «пралогического» мышления Л. Леви-Брюля1. Однако, позднее представители так называемого структуралистского течения доказали, что мышление не может быть чисто мифологическим. Один из основоположников структурализма французский профессор К. Леви-Строс2 на основе изучения совокупности мифов характерной для каждого локально устойчивого этнического образования, доказал, что мифологическое мышление способно к обобщению и логическому анализу и его можно оценить как диалектическое. Одним из существенных моментов является то, что К. Леви-Строс показал, что для мышления архаического и традиционного человека характерно наличие двоичных (бинарных) противопоставлений: жизнь - смерть, верх - низ, небо - земля и т. д., выражающих фундаментальные противоречия сознания, объединить которое стремилось мифологическое мышление.
Пониманию проблем функционирования человеческого мышления способствовала разработка выдающимся
психоаналитиком XX века К.-Г. Юнгом учения об архетипах как глубинном пласте коллективного бессознательного3. Он считал, что количество существующих архетипов соответствует числу типичных жизненных ситуаций. В них в символической форме
1 Леви-Брюль Л. Сверхъестественное в первобытном мышлении. М, 1994.
2 Леви-Строс К. Структурная антропология. М, 1983; Леви-Строс К. Первобытное мышление. М., 1994; Леви-Строс К. Мифологики. В 4 т. М.; СПб., 2000.
3 Юнг К.-Г. Психология бессознательного. М., 1994, его же. Аналитическая психология. М., 1994, его же. О современных мифах. М., 1994.
12
отражен опыт человечества и заложена информация о физическом мире. Архетипы имеют врожденную природу. Результатом проекции архетипов на сознание, представляющих перенос содержимого сферы бессознательного на сознание, являются мифологемы, мифы, сновидения, сказки, образы искусства, религиозные догматы. Архетипы коллективного бессознательного обладают автономностью, а их влияние на личность является целенаправленным и спонтанным. Следовательно, архетипические структуры можно рассматривать не только как элементы психики, но и как самостоятельные активные сущности, чье поведение можно наблюдать. Кроме этого, по мнению Юнга, архетипу присуща независимо от области и формы проявления неодолимая принуждающая сила.
Важный характер с точки зрения проблематики исследования имеют труды всемирнопризнанного социолога религии М. Вебера в части разработки им типологии господства: харизматической, традиционной и рациональной. Два первых типа господства охватывают все существовавшие в доиндустриальные эпохи отношения господства - подчинения. Харизматическая власть основана на вере в наличие харизматических (внеповседневных) качеств у определенного лица. «К подобному типу обладателей харизмы относятся: колдун, пророк, предводитель на охоте, в походах за военной добычей, вождь, так называемый властелин «цезаристского типа», при известных обстоятельствах глава партии»1. Традиционное господство основано на установке на повседневно привычное и веру в него как в непререкаемую норму поведения. Отличительной особенностью является то, что
1 Вебер М. Избранное. Образ общества. М., 1994. С. 68.
13
властитель «обладает теперь властью не в силу чисто личных (курсив мой — Л. А.), а в силу обретенных или унаследованных качеств или в силу легитимизации актом избрания»1.
Предлагаемая тема исследования является практически неизученной. Следует отметить, что отсутствует сама постановка вопроса о компаративном анализе наместнической модели сакрализации власти в политических образованиях, претендовавших на вселенский характер в качестве правопреемников Римской империи (Византийская империя как «Второй Рим», папство посредством фальшивого «Константинова дара», германская Римская империя как преемница Западной Римской империи и, наконец, Московское царство как «Третий Рим»).
Религиозно-социальный феномен Наместника Христа рассматривался только в отдельных аспектах. Например, протестантский теолог и историк религии Адольф фон Гарнак доказал в своей работе, что титул Наместника Христа сформировался в рамках византийской имперской идеологии и лишь значительно позже приобрел исключительное значение в сфере папской «политической» теологии2. Е. Каспар рассматривал фактологическую историю этого титула в рамках истории папства3. История становления титула Наместника Христа в германской Римской империи нашла отражение в фундаментальной монографии Р. Штаатс «Теология имперского коронования»4, которая является
1 Вебер М. Указ. соч. С. 69.
HarnackA. von. Christus praesens - vicarius Christus, Sitzungsberichte d. Berliner Akademie der Wissenschaften. Berlin, 1927.
3 Caspar E. Geschichte des Papsttums: von den Anfangen bis zur Hone der Weltherrschaft. Tubingen. 1930-1933.
4 Staats R. Theologie der Reichskrone: Ottonische "Renovatio Imperii" im Spiegel einer Insignie. Stuttgart, 1976.
14
одним из обстоятельнейших исследований «политической» теологии Средневековья. Особого внимания заслуживает работа дореволюционного исследователя Е. Трубецкого, который анализировал противоборство империи и папства, как политическое следствие из иерархического мировоззрения Средневековья, когда земная иерархия воспринималась как зеркальное отображение небесной1.
Исследованием наиболее полно, на наш взгляд, раскрывающим политико-теологическую доктрину,
господствовавшую в Византийской империи, роль императора как Наместника Христа, является работа немецкого византиноведа О. Трайтингера2. Отдельные моменты сакрализации власти русского царя в качестве Наместника Христа рассматривались в монографии либерального дореволюционного церковного историка Н. Ф. Каптерева, посвященной взаимоотношениям царя Алексея Михайловича и патриарха Никона3.
При работе над проблемой влияния дохристианского религиозно-социального наследия на сакрализацию власти в христианстве автор опирался на фундаментальные монографии в области египтологии Ж. Позенера4, У. Баджа5, А. Морэ6,
1 Трубецкой Е. Религиозно - общественный идеал западного христианства в V-м веке. Ч. 1 - 2. Ч. 2. М., 1892 - 1897.
2 Treitinger О. Der ostromische Kaiser - und Reichsidee vom ostromischen Staats -und Reichsgedanken. Darmstadt, 1956.
3 Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. В 2 т. Сергиев Посад, 1912.
4 Posener G. De la divinite du Pharaon. Paris, 1955.
5 Бадж У. Египетская религия. Египетская магия. М., 1996.
6 Морэ А. Цари и боги Египта. М, 1998.
15
М. А. Коростовцева1, работы А. Б. Зубова2, монографию по языческой мифологии Д. Д. Фрэзера,3 исследование Ф. Кюмона4 о роли культа Митры в Римской империи, труд Н. А. Куна5, посвященный проблеме восточных культов в Римской империи, и на целый ряд других исследований. Особое внимание было уделено труду И. Р. Тантлевского6, раскрывающему на основе Кумранских рукописей генезис мессианской идеи в иудаизме. Из опубликованных источников использовались немецкие переводы древнеегипетских текстов7, русский перевод Плутарха8, а также переводы древнеегипетских источников, опубликованные в русскоязычном переводе книги английского египтолога У. Баджа9.
При рассмотрении вопросов становления базовой христианской оппозиции «образ - первообраз» использовались труды как античных, так и христианских философов10. Из источников, раскрывающих христианский подход к
1 Коростовцев М. А. Религия Древнего Египта. СПб., 2000.
2 Зубов А. Б., Павлова О. В. Религиозные аспекты политической культуры древнего Востока: образ царя // Религии древнего Востока. М., 1995.
3 Фрэзер Дж. Дж. Золотая ветвь. М., 1980.
4 Кюмон Ф. Мистерии Митры. СПб., 2000.
5 Кун Н. А. Предшественники христианства (восточные культы в Римской империи). М., 1922.
6 Тантлевский И. Р. История и идеология Кумранской общины. СПб., 1994.
7 Urkunden der 18. Dynastie. Heften 7-17. Berlin, 1984; Becker-ath J. von. Handbuch von Agyptischen Konigsnamen. Miinchen - Berlin, 1984.
8 Плутарх. Исида и Осирис. Киев, 1996.
9 Бабою У. Легенда о египетских богах. М.; Киев, 1997.
10 Платон. Собрания сочинений. В 4 т. М., 1990 - 1994; Плотин. Сочинения. В 2 т. СПб., 1995; Ямвлих. О египетских мистериях. М., 1995; Ямвлих. Комментарии на диалоги Платона. СПб., 2000; Прокл. Платоновская теология. СПб., 2001; Прокл. Первоосновы теологии. Тбилиси, 1972; Виллер Э. А.. Учение о едином в античности и средневековье: Антология текстов. СПб., 2002.
16
взаимоотношению между сущим и должным, безусловно, на первом месте стоит Библия, а также труды отцов Церкви1.
Генезис христианской теологии являлся центральной темой исследований в работах православных богословов И. Мейендорфа2 и Г. Флоровского3, в фундаментальном исследовании последнего по восточной патристике введены в научный оборот многие малодоступные исторические источники.
Практически единственным русскоязычным исследованием целиком посвященным вопросам влияния философии Плотина на традиции христианской патристики является книга А. В. Ситникова4, избравшего предметом сравнительных изысканий философию Плотина и восточнохристианское патриотическое богословие ("каппадокийская школа"). Однако, на наш взгляд, некоторые заключения автора являются слабо аргументированными. К таковым относится вывод о том, что эманационная картина мирообразования была полностью преодолена и отвергнута святоотеческой мыслью.
Взаимодействие и взаимопроникновение языческого неоплатонизма и христианской патристики в рамках перехода от античности к Средневековью рассматривается в коллективной
1 Памятники средневековой латинской литературы. М, 1998; Памфил Евсевий. Церковная история. М., 1993; Памфил Евсевий. Жизнь императора Константина. М., 1998; Августин Аврелий. Произведения. В 8 т. СПб., Киев, 1998; Псевдо Дионисий Ареопагит. О небесной иерархии. М., 1994; Псевдо Дионисий Ареопагит. О церковной иерархии. Послания. СПб., 2001.
2 Мейендорф И. Византийское богословие: Исторические направления и вероучения. М., 2001.
3 Флоровский Г. Восточные отцы IV - VIII вв. Париж, 1931; Флоровский Г. Догмат и история. М., 1998.
4 Ситников А. В. Философия Плотина и традиция христианской патристики. СПб., 2001.
17
монографии под редакцией А. X. Армстронга1. Проблема соотношения позднеантичной философии и христианской богословской мысли, развитие платонических идей в христианской теологии на протяжении полутора тысячелетий являлись предметом исследования в работе Э. Иванка2. Монография X. Гольца3, посвященная важнейшему источнику для понимания оппозиции «образ - первообраз» в христианстве - Corpus Areopagiticum, рассматривает христианский неоплатонизм как философию общества и анализирует различия между христианским и языческим неоплатонизмом.
Частично проблема влияния неоплатонических идей затрагивалась в трудах А. Ф. Лосева4, работах С. С. Аверинцева, который исследовал проблемы эволюции философской и исторической мысли, а также порядок космоса и порядок истории в средневековом мировоззрении5. Генезис средневекового мировоззрения нашел отражение в монографиях В. В. Соколова6, Г. Г. Майорова7, Г. Эйкина8.
При исследовании вопросов эволюции наместнической модели
1 The Cambridge History of Later Greek and Early Medieval Philosophy. Cambridge, 1970.
2 Ivanka E. Plato Christianus. La reception critigue du platonisme chez les Peres de FEglise. Paris, 1990.
3 Goltz H. Hiera Mesiteia: Zur Theorie der hierarchischen Sozietat im Corpus Areopagiticum. Erlangen, 1974.
4 Лосев А. Ф. Античная философия и история. М., 1977; Лосев А. Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1993; Лосев А. Ф. История античной эстетики. Ранняя классика. М., 2000.
5 Аверинцев С. С. Проблемы эпохи Средневековья. М., 1998; Аверинцев С. С. Эволюция философской мысли // Культура Византии, IV - VII вв. М., 1984.
6 Соколов В. В. Средневековая философия. М., 1979.
7 Майоров Г. Г. Формирование средневековой философии. М., 1979. Эйкен Г. История и система средневекового миросозерцания. СПб., 1907.

Получить работу