- 3 -ВВЕДЕНИЕ
Полное возвращение наследия Бунина на родину означает начало нового этапа в буниноведении, то есть в России создаются предпосылки подлинного научного анализа художественного мира и фило-софско-эстетической концепции крупнейшего русского прозаика XX века. Недостаточность внимания к этому писателю становится совершенно очевидной, в обстановке пересмотра состава русской литературной классики завешающегося столетия остро ощущается потребность в новом взгляде на жизнь и творчество этого художника. Публикации последних лет не оставляют сомнения в том, что начинается новый этап исследования Бунина^; даже неспециалисты раньше видели, что крупнейшему из русских прозаиков послечеховского времени, "ценностному центру" зарубежной России советское литературоведение уделяло мало внимания. Оно прошло, пожалуй, мимо самых существенных вопросов, касающихся статуса Бунина - классика: религиозно-философские мотивы в зрелом творчестве, эстетика Бунина и его историософия, творческие связи, Бунин и мировая литература.
Творческая зрелость Бунина почти полностью ушла из поля зрения советских литературоведов. Без преувеличения можно сказать, что пока у нас нет научной концепции творчества Бунина, его места в литературном процессе первой половины века, в меняющемся мире.
1. СМ.: Бунин И. Лишь слову жизнь дана...- М., 1990 (Русские дневники); Бунин И.А. Окаянные дни: Статьи.- М., 1990; Батраев Б.Н.. Как в Россию возвратился архив Бунина: Воспоминания советского разведчика// Лит.Россия.- 1990.-19 окт.; Василевкий А. Разорение. Ш// Новый мир.- 1990.- № 2; Колобаева Л.А. Проблемы личности в творчестве И.А.Бунина// Колобаева Л.А. Концепция личности в русской литературе рубежа веков. М., 1990; Михайлов О.Н Литература русского зарубежья. Ст.1: И.А.Бунин// Лит.в школе.-1990.- № 4; Муромцева-Бунина В.Н. Жизнь Бунина. Беседы с памятью/ Сост. А.К.Бабореко.- М., 1989; Смирнов В.П. Бунин И.А./А Рус.писатели. 1800-1917: Биогр.словарь.- М., 1989; Смирнова Л.А И.А.Бунин. М., 1991.
- 4 -
Сейчас очевидна необходимость постановки интегральных проблем, к t&iwiy которых относится вопрос о творческих связях выдающегося писателя. Хотя отдельные аспекты этой проблемы освещения в работах современных исследователей, единого изложения вопроса все еще нет.
В шестидесятые-семидесятые годы в работах В.Афанасьева, А.Бабореко, Н.Вантенкова, А.Волкова, В.Гречнева, В.Гейдеко, Л.Долгополова, В.Келдыша, Н.Кучеровского, О.Михайлова был систематизирован материал, позволяющий приступить к целостно-системному изучению художественного мира Бунина, которое, однако, было немыслимо при скудности фактологической базы относительно послереволюционного творчества писателя. Масштаб понимания Бунина изменился с изменением нашего отношения к зарубежной русской литературе XX века и попытками создания проспекта единой русской литературной истории этого столетия, наверное, самого трудного, противоречивого и трагического в истории России.
Наиболее актуальным на современном этапе предоставляется вопрос о литературных связях Бунина: позиция классика в литературной борьбе, его творческие притяжения и отталкивания - это позволяет широко осветить и литературную эпоху и очертить более определенно, чем прежде, творческую эволюцию. Почти все исследователи ограничивают литературные связи Бунина началом века. В статье Л.Долгополова "Судьба Бунина" исследовано отношение писателя к своему времени (рубежу веков), к литературной жизни эпохи. Принципиальное неприятие художником своего времени ("спор со временем", как говорит Л.Долгополов), отрицание Буниным почти всех современных ему литераторов - в центре внимания исследователя. Под-
1. Долгополов Л. На рубеже веков. - Л., 1985.
- 5 -
робно и тщательно анализирует Л.Долгополов сознательную устремленность Бунина к самоизоляции по отношению к литературной эпохе. В сознании Бунина, отмечает Долгополов, наибольшей ценностью всег-даобладало прошлое, вечное, а не историческое. Однако, свой анализ Л.Долгополов ограничивает узкими временными рамками. Своеобразие литературно-эстетической и общественной позиции Бунина (его одиночество, которое сам писатель постоянно выделял) остается как бы фактом только его личной судьбы, изолируется от большой социокультурной проблематики. Между тем, такое отношение И.А.Бунина к современности, шире - к цивилизации вообще, имеет глубокие корни в национальной традиции. Назовем хотя бы адаптированный Л.Толстым руссоизм и эстетизированныи Фетом пантеизм Гёте. При формировании Бунина эти традиции были, пожалуй, определяющими.
В книге В.Гейдеко "А.Чехов и И.Бунин" (М., 1976) исследуются особенности поэтики двух прозаиков. Автор пытался определить своеобразие, неповторимость каждого из этих художников. Но далеко не всегда это удается сделать убедительно, поскольку автор обходит в своем сравни ительном анализе весьма существенные основания художественного мира этих писателей. Так, не получила должного освещения проблема героя у Чехова и Бунина и связанная с нею пробелема жанра. А без выяснения этих основополагающих категорий поэтики нельзя говорить и о своеобразии писателей. Не упоминаются в книге В.Гейдеко и резко отрицательные, гиперкритические высказывания Бунина о чеховской драматургии, что, впрочем, объясняется внешними обстоятельствами - тогдашней недоступностью многих материалов о зрелых критических суждениях Бунина. Близка к этому и концепция Э.А.Полоцкой.
1. Полоцкая Э.А. Чехов в художественном развитии Бунина (1980-1910-е годы)// Лит.наследство.- Т.84.- КН.2.- М., 1973.
- б -
Книга А.Нинова "М.Горький и И.Бунин" (2-ое издание - М., 1984) систематизирует обширный историко-литературный материал, и значение её прежде всего историко-информативное, поскольку сама концепция книги не выдерживает критики, далека от современного понимания Бунина. Концептуальная основа книги А.Нинова - тезис о "дружбе" писателей, испорченной пореволюционным разрывом, в котором виноват якобы Бунин; в методологическом отношении взаимоотношения двух художников рассматриваются в рамках биографического и социально-генетического подходов, социально-исторический контекст начала XX веков освещен узко избирательно. При таком подходе, когда социально-политической проблематике уделяется наибольшее внимание, собственно художественное творчество и Горького, и Бунина оказывается простой иллюстрацией общественной борьбы.
От названной работы выгодно отличаются статьи Р.С.Спивак, рассматривающие отношения Бунина и Л.Толст.ого . Её работы содержат ряд интересных и тонких наблюдений формально-содержательного плана, но большой историко-литературный и философско-эстетический
контекст, связывающий этих двух выдающихся художников, лишь затро-
о нут, освещен явно недостаточно .
Из работ последнего времени необходимо отметить книгу В.Лин-кова "Мир и человек в творчестве Л.Толстого и И.Бунина" (М.,1989).
1. См.: Спивак Р.С. "Живая жизнь" И.Бунина и Л.Толстого (некоторые стороны эстетики Бунина в свете традиции Л.Толстого)// Уч.зап.Пермск. гос.ун-та. 1967.- № 155; Она же. Принципы художественной конкретизации в творчестве Л.Толстого и Бунина: Деталь// Там же.- № 193.
2. Спивак Р.С. Язык произведений И.А.Бунина и традиции Л.Н.Толстого// Филологич.науки.- 1968.- № 3; Она же. Русская деревня в изображении И.А.Бунина и Л.Толстого// Вестник МГУ (серия филологии).- М., 1969.- № 3.
- 7 -
Здесь литературные связи двух писателей понимаются как соотношение двух художественных миров. Автор акцентирует внимание на сравнительной, системно-тематической характеристике прозы этих русских классиков. На фоне традиционно освещаемой близости писателей В.Линков оттеняет их существенное различие. Бунин принципиально антиэпичен по сравнению с Толстым. Художественное видение Бунина по преимуществу лирическое, а Л.Толстого - эпическое. Очень важным и достаточно убедительным представляется вывод исследователя о том, что в творчестве И.Бунина соединились принципы реализма и модернизма, что также отличает его от Толстого.
В книге Н.Кучеровского "И.Бунин и его проза" (Тула, 1980) отмечено сближение Бунина с модернизмом начала века, проявившее-сяв отказе писателя от свойственной классическому реализму, как полагает исследователь, "демистификации представлений о социальном зле" . Этот тезис не бесспорен, во-первых, потому, что русский реализм не был однозначен в квалификации "социального зла", которое, хотя бы у Достоевского и позднего Толевого предстает порой в действительно мистическом, непостижимом для рационального познания облике; во-вторых, Н.Кучеровский, фиксируя новое по сравнению с классикой прошлого века качество бунинской прозы и давая ему отрицательную оценку, игнорировал катастрофический характер эпохи начала XX века, которая, как бы ни отталкивался от неё Бунин, формировала художественное мировоззрение писателя. Прочные социально-исторические основания, глубокая национально-культурная укорененность, на которых базировался реализм Л.Толстого и И.Гончарова, в начале XX века претерпели катастрофические изменения. Художественный мир Бунина не мог не отразить этот про-
1. Кучеровский Н. Бунин и его проза.- С.314.
цесс, который и проявился в той, свойственной прежде всего модернизму, мистификации социального зла, которую критикует Н.Кучеровский .
В этой связи интересна статья Л.Долгополова "Рассказ "Чистый понедельник" в системе творчества И.Бунина эмигрантского периода" (в его книге "На рубеже веков"). Исследователь с большой проницательностью анализирует мифологическую, символическую природу бунинской образности. И здесь Л.Долгополов обоснованно выделяет как точки соприкосновения, так и точки отталкивания Бунина в отношениях Бунина и русским символизмом.
Творческие связи Бунина бегло освещены и в книге О.Михайлова "Строгий талант. Иван Бунин: Жизнь. Судьба. Творчество" (М., 1976) в соответствии с традиционной уже схемой: Горький, Куприн, И.Шмелев, А.Толстой. В работах последних лет О.Михайлов сосредоточился на теме "Бунин в кругу классиков", которая освещена им
о
пока фрагментарно . Факты общения Бунина с разными писателями собраны в книге А.Бабореко "И.А.Бунин. Материалы для биографии" (2-е изд., М.,1983). При бесспорной фактографической ценности этой работы, она остается лишь предпосылкой современного, концептуально нового исследования пути Бунина, художника и публи-циста .
1. См.также: Крутикова Л.В. "Чаша жизни" Бунина и споры о смысле человеческого бытия в начале XX века// От Грибоедова до Горького.- Л.,1979; Она же. Бунин// История рус.литературы.- Т.4.-Л.,1983; Горелов А. Звезда одинокая...:Бунин// Горелов А. Избранное.- Л.,1988; Лавров В. Холодная осень: Иван Бунин в эмиграции: роман-хроника.- М.,1989.
2. См.: Михайлов 0. "Окаянные дни" Бунина// Москва.- 1989.- № 3; Он же. И.А.Бунин: Жизнь и творчество.- Тула,1987; Он же. Освобождение Бунина// Слово.- 1990.- № 7.
3. См.также: Бабореко А. На вершине холма: Бунин о литературе// Лит.Россия.- 1978.- 24 февр.(№ 8); Он же. Поэзия и проза Бунина: Дневники, воспоминания и письма современников// Подъем.-Воронеж,1980.- № 1.
- 9 -
В последние годы философско-эстетическая позиция Бунина становится предметом пристального внимания литературоведов . Тем не менее есть все основания для заключения: литературные связи Бунина исследованы почти исключительно в плане его контактов с художниками-современниками. Но даже здесь, в освещении темы "художник в контексте своей эпохи", есть существенные проблемы. Например, сложная проблема историко-литературных связей Бунина с русским
символизмом и шире - с модернизмом начала века - почти не иссле-
р дована .
Актуальность диссертационного исследования - в постановке вопроса о литературных связях Бунина как обобщающей проблемы, дающей целостное представление о притяжениях и отталкиваниях писателя. Необходимость такой работы диктуется и общим состоянием современного литературоведения (эта проблематика, в известной степени, как бы вне методологической смуты), и изученностью Бунина -мозаичной, фрагментарной.
Цель исследования: описать эстетические пристрастия Бунина не только как его вкусовые, субъективные оценки (на которых неизбежно останавливается историко-генетический подход),но, главным образом, понять закономерности проявления типа художественного мышления.
Кроме перечисленных выше работ, в равной степени затронувших тему литературных связей Бунина, надо указать еще на вступительную статью к публикации переписки Бунина и В.Брюсова. Добавим: не
1. См.: Солоухина О.В. О нравственно-философских взглядах Бунина// Рус.лит.- 1984.- № 4; Афанасьев А. Неутоленная любовь// Лит.рус.зарубежья: Антология.- В бтт.- Т.1.- М.,1990.
2. См.работы, появившиеся совсем недавно: Дякина А.А. И.Бунин и А.Блок. Соотношение творческих индивидуальностей поэтов:
Автореф.дисс... канд.филол.наук.- М.,1992. Спивак Р.С. Русская
философия лирика 1910-годов (И.Бунин, А.Блок, В.Маяковский). Автореф.докт.филол.наук. Екатеринбург, 1992.
- 10 -
получило пока аналитического освещения неприязненное отношение Бунина к Гоголю и, особенно, к Достоевскому. Более или менее удовлетворительно изучены связи Бунина с творчески близкими ему прозаиками - Толстым и Чеховым. Это говорит о недостаточно широком, в теоретическом отношении, понимании категории "литературные связи". Методологическая ограниченность не позволяла исследователям-предшественникам поставить проблему разносторонне: ориентация Бунина в мире классики, художественный мир Бунина как грань национального образа мира.
Проблема литературных связей, на первый взгляд, достаточно ясная, не принадлежит к числу хорошо разработанных, вероятно, в силу её кажущейся простоты. А между тем само понятие содержит ряд значений, которые прежде всего необходимо разграничить.
1. Литературные связи как взаимодействие национальных литератур. Это наиболее широкий аспект проблемы, привлекаемый обычно для выявления национального своеобразия той или иной литературы конкретной эпохи. "Литературные связи в самом общем смысле есть проникновение одной литературы в мир другой литературы",- таково определение Н.Конрада . Исследованию этой проблематики посвящены ставшие уже классическими труды В.М.Жирмунского "Байрон и Пушкин. Пушкин и западные литературы" (л.,1978), "Гёте в русской литературе" (Л.,1982). К этой же области литературоведческих изысканий относятся книги М.Н.Алексеева "Пушкин и мировая литература" (Л., 1987) и "Русская культура и романский мир" (М.,1985), книги Ю.Д.Левина "Оссиан в русской литературе, конец ХУШ - первая треть XIX века" (Л.,1980), Шекспир в русской литературе XIX века (Л.,1988). Сюда включается, как видим, и историко-функцио-
1. Конрад Н.И. Запад и Восток.- М.,1972.- С.49.
- 11 -
нальное освещение проблемы. Сюда же, по-видимому, можно отнести и работы Н.Я.Берковского, М.П.Алексеева о мировом значении русской литературы. Национальное своеобразие любой литературы коренится в образе мира, созданном народом, что очень важно для выявления самобытности писателя-классика и на что советское литературоведение, пожалуй, меньше всего обращало внимание. Проблематика литературных связей, в самом широком смысле, затронута в книге Г.Гачева "Национальные образы мира" (М.,1988).
2. Литературные связи как освоение писателем тех или иных сторон национальной литературной традиции. Наиболее впечатляющие результаты такого подхода дают работы Д.С.Лихачева "Лев Толстой и традиции древней русской литературы", "Летописное время у Достоевского" . В этом ряду следует назвать работу В.Е.Ветловской "Достоевский и поэтический мир древней Руси" (ТОРДРЛ,т.28.-л., 1974).
3. Литературные связи как взаимоотношения писателей-современников. Это наиболее употребительное значение понятия и, как мы отметили, литературные связи Бунина освещены почти исключительно в данном аспекте. К классическим образцам такого подхода принадлежат, например, статьи Ю.Тынянова "Пушкин и Кюхельбекер", "Пушкин и Тютчев", "Достоевский и Гоголь (к теории пародии)".
4. В аспекте описательной поэтики близко к предыдущему понимание литературных связей как взаимодействия художественных миров крупных писателей. Об этом говорит С.Г.Бочаров: "Авторские миры
художников - сообщающиеся миры. ИХ тайными и явными перекличками,
о
их "диалогом" творится живая картина нашей литературы" . Этому
1. Лихачев Д.С. Литература - реальность - литература.- Л.,1984.
2. Бочаров С.Г. О художественных мирах. М.,1985.- С.4.
- 12 -
аспекту в нашей работе будет отдано предпочтительное внимание -диалог открытый и косвенный.
Конечно, для полного освещения творческого пути Бунина необходимо осветить большую часть значений термина "литературные связи", однако такой охват - труднодостижимая задача, требующая усилий поколений литературоведов. Пока нет ни одной работы, где бы такая полнота была достигнута. Из работ последних лет в качестве удачного примера можно назвать книгу В.Б.Катаева "Литературные связи Чехова" (М.,1989).
Научная новизна исследования - в постановке проблемы литературных связей как диалога эстетических позиций, как ориентации Бунина по отношению к классическому русскому реализму и символизму, то есть - попытка выявления синтетической природы бунин-ского творческого метода.
Методы исследования. В основе анализа - системное понимание истории культуры и всех форм общественного сознания. Автор диссертационной работы опирался также на достижения историко-функ-ционального подхода при исследовании литературной классики. Активно используются в работе методические обобщения М.Бахтина о диалогической природе художественного мышления.
Практическая значимость работы: результаты её могут использоваться в вузовском преподавании русской литературы XX века. Работа может служить подспорьем в изучении темы "Эстетика русских классиков", "Философско-эстетические концепции в русской литературе". Кроме того работа может быть использована и при разработке темы "Классики русской литературы XX века", являющейся, может быть, первоочередной задачей современного литературоведения.
Источники исследования - собрания сочинений Бунина, сборники статей, монографии, периодическая печать, материалы критико-
- 13 -публицистических дискуссий о русской и советской литературе.
Апробация работы: результаты исследования докладывались на двух региональных научно-теоретических конференциях (Томск, 1988 и 1992гг.), они отражены в лекционном курсе "История русской литературы XX века", читаемом в Кемеровском государственном университете, и в спецкурсе "Литература русского зарубежья XX века".
В соответствии с поставленной задачей работа разделена на две части, в которых рассматривается отношение Бунина к классикам русской литературы XIX века и к "литературному упадку" XX века.
- 14 -
ГЛАВА I. И.БУНИН И РУССКИЕ КЛАССИКИ XIX ВЕКА
1. И.Бунин и Л.Толстой. Историческая изменчивость традиции
"Толстой был "темой жизни" Бунина",- говорит О.Михайлов. Это несомненно так. Нужно сказать даже более определенно: Толстой был не только "темой", но и ориентиром творческой жизни Бунина - продолжателя и наследника его традиции. Так же очевидно и другое: традиция Толстого существенно преображена и личностью Бунина, и тем временем, в котором судьба определила писателю жить и творить. А время Бунина - существенно иное сравнительно с жизнью и эпохой Толстого. В этом модусе творческого преображения традиции, в котором совмещаются моменты близости и несходства, притяжения и отталкивания, и состоит сущность литературных отношений Бунина и Толстого.
Что же связывало этих художников? Р.С.Спивак, посвятив ряд статей исследованию этой темы (см.введение), говорит, между прочим, об общей основополагающей почве их связи: "Как у Толстого, "живая жизнь" бунинских произведений - это жизнь во многом первозданная, естественная"; "Бунинским героям известна самая непосредственная и упоительная радость бытия, на которой, по Толстому, во многом зиждится моральное здоровье человека" . "Живая жизн: непосредственное, естественное восприятие мира - генетическая основа преемственности Бунина по отношению к Тбстому. Сразу же подчеркнем здесь два очень важных идейно-художественных момента: отношение к природе и отношение к человеку. "Природа" и "естественный человек" - этот сентиментальный миф Просвещения, созданный
1. Спивак Р. "Живая жизнь" И.Бунина и Л.Толстого (некоторые стороны эстетики Бунина в свете традиций Л.Толстого)// Вопросы изучения русской литературы XlX-нач.ХХ века. Пермь,1967.-С.94, 96.
- 15 -
прежде всего М.Ж.Руссо, был необходимой опорой для художественного видения Л.Толстого и И.Бунина.^ "Природа" у Руссо предстает как сентиментально-утопический образ прекрасной и естественной жизни, противоположной противоестественной, безобразной и бесчеловечной жизни города, цивилизации. А "естественный человек", "дикарь" - становится средоточением добра и нравственной красоты. У Руссо впервые в новоевропейской культуре прошла непроходимая граница между природой и цивилизацией. Здесь исток того мощного разоблачительного пафоса, с которым Толстой обрушивался на все проявления неподлинной жизни, свойственные, как считал автор "Воскресения", именно цивилизации. Отсюда и особенный тип коллизии в мире Толстого: столкновение наивного, чистого, "естественного" сознания с неподлинным, ложным, бесчеловечным началом, воплощенном прежде всего в социальных отношениях: Нехлюдов ("Записки маркера"), Федя Протасов ("Живой труп"), Борис Черемшанов ("И свет во тьме светит").
У Бунина такой тип коллизии, безусловно, присутствует, правда, в несколько преображенном виде. Бунинских "естественных" героев - Олю Мещерскую ("Легкое дыхание"), Митю ("Митина любовь"), юного рикшу-сингалеза ("Братья") губит не столько социальный мир в его конкретных бесчеловечных проявлениях (как у Толстого), сколн ко метафизическое злое начало, овладевшее этим миром. Юный синга-лез ("Братья") убивает себя, увидев в окне публичного дома для белых свою невесту. Но мотивировка этого поступка совсем не так однозначна, как может показаться на первый взгляд. Бунин вплетает в ткань своего рассказа ветхозаветные мифологемы рая, грехопадения и братоубийства, соединяя их с буддийской идеологией. Глубинной и непреодолимой причиной страдания и смерти юного рикши оказывается не конкретное социально-историческое зло (оно только
- 16-
следствие), а неискупленное злое начало грехопадение, потеря райской невинности (Цейлон в этом рассказе уподобен библейскому раю), обретение чувственных желаний, которые согласно буддийскому вероучению ведут к страданию и смерти. Противостояние сингалеза и англичанина (не случайно, что Бунин дает только родовые имена своим героям) также восходит к мифическому перво-злодейству: убийству Каином (основателем первого города, первым цивилизатором) своего брата, пастуха Авеля. Руссоистское противопоставление природы и цивилизации облачается у Бунина в форму библейского мифа .
В этом бунинском рассказе два героя, занимающие полярные социальные позиции: юный рикша сингалез и его седок - англичанин, являются "братьями". Однако, этот довольно странный на первый взгляд мотив "братства" в научной литературе не получил исчерпывающего обьяснения. "Англичанин и рикша - "братья", -утверждает В.Афанасьев,- но один брат ездит на другом, доведя
его до исступления, а затем толкает на самоубийство, отняв един-
р ственную радость - любимую девушку" .
Но почему при подобных отношениях герои - братья, остается неясным. А между тем заявленный в заглавии и эпиграфе ("Взгляни на братьев, избивающих друг друга...") рассказа мотив "братства" безусловно несет существенный для всего произведения смысл, без понимания которого нельзя говорить и о концепции человека в этом рассказе. Кроме того, как установила О.В.Солоухина, Бунин изменил текст "Сутты-Нипаты" для своего эпиграфа.
1. См.об этом: Конюшенко Е.И. О "братстве" в "Братьях" (миф в бунинской концепции человека и мира)// Художественное творчество и литературный процесс- Вып. 10.- Томск, 1988.
2. Афанасьев В.Н. И.А.Бунин.- М.,1966.- С.210
- 17 -
Вместо "люди" (так в буддийском литературном памятнике) Бунин поставил "братья" ("Взгяни на братьев, избивающих друг друга. Я хочу говорить о печали") , тем самым лишний раз подчеркивая значение этого, безусловно, ключевого слова в рассказе.
Три трактовки "Братьев" в работах Л.Долгополова, Л.Никольской и Н.Кучеровского по сути довольно близки. По мнению Л.Долгополова сингалез и англичанин - братья "по своей беззащитности
о
перед ужасом жизни и подверженности року. Н.Кучеровский считает, что мотив братства героев обусловлен единством их "незащищенности перед "космическими" началами бытия, оба гибнут, постигая
о
их катастрофическую неотвратимость" . Близка к двум вышеприведенным и трактовка ключевого мотива рассказа у Л.Никольской:"...И рикша, и англичанин одинаково во власти беспощадного рока, одинаково поглощены будут небытием", это и делает их "братьями", т.е. братьями в человечестве, в человеческих судьбах, мыслимых в представлении и образах апокалиптических" .
Все три вышеприведенные высказывания очень верно обозначают оснополагающий мотив всего бунинского мира. Человек в мире Бунина подвержен действию непостижимых для его сознания сил ("рок", "космические начала бытия", внутренняя одержимость многих бунинских персонажей гибельными, саморазрушительными порывами, и т.д.). Но в рассказе "Братья" иррациональная стихийная сила, управляющая судьбами героев, облачена в конкретную форму библейских мифологем о рае, грехопадении и первом братоубийстве.
1. Солоухина О.В. О нравственно-философских взглядах И.А.Бунина/// Русская литература.- 1984.- №4.- С.57.
2. Долгополов Л. Судьба Бунина.- С.285.
3. Кучеровский Н. Бунин и его проза.- Тула,1980.- С.293.
4. Никольская Л.Д. Социально-обличительное и философское в поэтике "Братьев" И.А.Бунина// Проблемы истории критики и поэтики реализма.- Куйбышев.- 1976.- Вып.1.- С.161. |
