ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. С незапамятных времен известна творческая деятельность артистов-исполнителей. Но результат этой деятельности до XX столетия не имел адекватной правовой охраны. Объясняется это отсутствием ранее соответствующих технических средств, делающих результаты творческой деятельности исполнителей доступными широкой публике. Артист-исполнитель долгое время сам определял и успешно контролировал свою аудиторию, в связи с чем ни в какой специальной охране он не нуждался. В наши дни ситуация существенно изменилась. Развитие технических средств сделало возможным использование уже существовавших видов творческой деятельности в совершенно новой сфере, например - сфере бизнеса (предпринимательства). И если при прежнем использовании нужды в охране результатов этой деятельности не существовало, то правовая охрана того же результата в новой сфере стала объективно необходимой. Иными словами, появился новый объект охраны.
Появление радио и особенно телевидения вывело определенные аудитории пользователей из-под непосредственного контроля артиста-исполнителя. В еще большей мере проблема обострилась с появлением звуко- и видеозаписи. Результат труда оказался отчужденным от исполнителя, так же как книга от писателя. Возникла острая потребность в охране прав исполнителей, ранее не существовавшей в этой новой сфере.
В то же время система охраны результатов исполнительской деятельности не может полностью воспроизвести схему авторского права. Возникает потребность в самостоятельной системе правовой охраны. Такая система охраны результатов творческой деятельности исполнителей создается в рамках исключительных прав. «Исключительные права оказались широкой и емкой категорией, состоящей из нескольких самостоятельных частей и наполняемой по мере необходимости новым, достаточно богатым содержанием» .
Деятельность артистов-исполнителей вызвала к жизни еще одну систему охраны. Ее потребовали производители видео- и звукозаписи и организации эфирного вещания. Однако эта охрана связана уже не с творческой деятельностью. Здесь объектом охраны является не результат творческой деятельности, а организаторская и технологическая деятельность в области искусства. Субъектами права здесь выступают не люди, а организации. Это коренное отличие в субъектном составе, которое знаменательно для современного развития исключительных прав. Появляется самостоятельная система (или подсистема) у так называемых «смежных прав». И если существовавшие и раньше первоначальные исключительные права организаций имели единичный характер, будучи
1 Дозорцев В.А. Вступительная статья «Исключительные права и их развитие» // Права на результаты интеллектуальной деятельности: Сборник нормативных актов / Сост. Дозорцев В. А. М. 1994. С. 36.
связаны лишь с индивидуализацией ее самой или производимого ею товара (фирменное наименование, товарный знак), то теперь они приобретают характер обобщенной категории.
Проблема охраны смежных прав остро встает (во всяком случае на международном уровне) после второй мировой войны. Поэтому уже к 60-м годам возникла необходимость заключения международного соглашения об охране прав артистов-исполнителей, изготовителей фонограмм и организаций радиовещания. Первым универсальным международным договором в этой области явилась Римская конвенция 1961 г. об охране интересов авторов-исполнителей, изготовителей фонограмм и вещательных организаций, вступившая в силу 18 мая 1964 г., которая признала существование смежных (относящихся к категории производных от авторских) прав. Сравнение текстов Римской и Бернской конвенций обнаруживает, насколько различаются культура подхода к авторскому праву и концепция смежных прав, а именно прав артистов-исполнителей. Это был совершенно новый подход к интеллектуальной собственности. В Римской конвенции мы впервые находим определение того, что такое артист-исполнитель. Впервые было определено, что такое фонограмма. В этом было ее главное историческое значение.
Римская конвенция, сыграв свою историческую роль, к сожалению, не получила такого широкого распространения, как Бернская и Всемирная конвенция об охране авторских прав. Очевидно наличие пробелов и серьезные недостатки Римской конвенции порождают разговоры о ее ревизии. Так дискуссия, проходившая в Женеве в рамках Всемирной Организации Интеллектуальной Собственности, которая, прекрасно зная недостатки Римской конвенции, старается выработать новый универсальный международный инструмент регулирования смежных прав.
В России смежные права не охранялись до 3 августа 1992 г. (дата вступления в силу на территории России впредь до принятия нового Гражданского кодекса РФ Основ гражданского законо-дательства Союза ССР и республик 1991 г. , Раздел IV которых включал две статьи, вводившие охрану прав исполнителей, создателей звуко- и видеозаписей и организаций эфирного вещания). Однако и эти статьи носили достаточно общий характер и не давали ответов на многие вопросы. Реальной охраны смежных прав они не гарантировали.
Между тем, начавшиеся в стране коренные изменения в политической системе, обусловленные отказом от административно-плановой экономики и переходом к рыночным отношениям, вызвали необходимость принятия нового законодательства в сфере интеллектуальной собственности и в частности, в вопросах охраны смежных прав, отвечающего существующим международным требованиям и стандартам.
Закон «Об авторском праве и смежных правах»3, с принятием которого раздел IV Основ гражданского законодательства перестал применяться на территории РФ4, исходя из провозглашен-
2 Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. № 26. Ст.733.
3 См.: Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1993. №32. Ст. 1242.
6
ного Конституцией Российской Федерации принципа «свободы творчества», выдвигая интересы создателя произведений науки, литературы и искусства на первый план, посвящает смежным правам специальный раздел, обеспечивающий значительно более полное (нежели в Основах) их регулирование.
Как известно, для большинства обладателей смежных прав (в частности, артистов-исполнителей) исключительные права на результаты их деятельности нередко являются основным источником доходов. В силу этого представляется крайне важным в сложившихся экономических условиях обеспечить возможность реализации гарантированных законодательством правомочий указанных субъектов.
Закон уточняет состав субъектов смежных прав, исключив из их числа создателей видеозаписей, одновременно наряду с организациями эфирного вещания обладателями смежных прав признав организации кабельного вещания. Закон впервые позволяет обладателям смежных прав свободно распоряжаться принадлежащими им исключительными правами. Они могут быть переданы на основе договора, содержание которого стороны вправе определять самостоятельно (реализуя принцип «свободы договора»). Ограничены сферы свободного использования произведений.
Другой важной задачей, которую преследовал законодатель, было обеспечение необходимой правовой базы для осуществления международного сотрудничества. На сегодняшний день Россия является участником трех авторитетных соглашений в области охраны смежных прав, а именно: Международной конвенции об охране интересов артистов-исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций, Женевской конвенции об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства их фонограмм 1971 г. и Брюссельской конвенции о распространении несущих программы сигналов, передаваемых через спутники 1974 г.6
Такие соглашения имеют тем большее значение, что они являются частью правовой системы Российской Федерации. В случаях, когда международным договором установлены иные правила, чем предусмотренные во внутреннем законодательстве, применяются правила международного договора (ст. 15, п.4 Конституции Российской Федерации).
Процесс формирования нового гражданского законодательства еще не достиг своего завершения. В последнее время в литературе проходит острая дискуссия на предмет, каким быть зако-
4 См.: п. 10 Постановления Верховного Совета РФ о порядке введения в действие Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах».
5 См.: Постановление Правительства РФ от 3 ноября 1994 г. № 1224 «О присоединении Российской Федерации к Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений в редакции 1971 г., Всемирной конвенции об авторском праве в редакции 1971 года и дополнительным Протоколам 1 и 2, Конвенции 1971 года об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства их фонограмм». Собрание законодательства РФ. 1994. № 29. Ст.3046.
6 Документ о присоединении СССР к Конвенции сдан Генеральному Секретарю ООН 20 октября 1988 г. Конвенция вступила в силу для СССР 20 января 1989 г.
7 См., например: Гаврилов Э.П. Права на интеллектуальную собственность в новом гражданском кодексе РФ // Государство и право. 1995. № 11. с. 62;
нодательству об интеллектуальной собственности вообще и смежным правам в частности. В настоящее время на рассмотрении законодательного органа страны находится принятый в первом чтении законопроект о внесении изменений и дополнений в российский закон об авторском праве и смежных правах. И есть надежда, что вскоре он будет принят законодателем в окончательном виде.
Состояние научной разработанности темы. Исследуемая проблема, несмотря на уже существующее законодательное урегулирование, должным образом не разработана в российской юридической доктрине до настоящего времени. Справедливости ради, следует отметить, что, начиная с 50 годов XX столетия, в советской юридической науке активно дебатировался вопрос о правовом статусе артистов-исполнителей и режиссеров-постановщиков8. При этом за введение охраны результатов исполнительского творчества высказывалось абсолютное большинство ученых: Анти-монов Б.С, Ваксберг А.И., Гаврилов Э.П., Грингольц А.И., Дозорцев В. А., Зильберштейн Н.Л., Ио-нас В.Я., Иоффе ОС, Кириллова М.Я., Корецкий В.И., Мартемьянов B.C., Матвеев ЮГ., Райго-родский НА., Савельева ИВ., Севастьянова Л.А., Серебровский В.И., Флейшиц Е.А., Чернышева С. А. и др. Разнились лишь мнения относительно возможных форм их охраны. Большинство исследований названных выше авторов, представляя несомненный научный интерес, в силу различных объективных причин (в частности, создания законодательной базы) утратили свою практическую ценность.
Вопросам современного права интеллектуальной собственности, в том числе проблемам смежных прав посвящена монография Сергеева А. П. «Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации» 1996 г., переизданная в 1999 г.9. Указанная работа носит общий фундаментальный характер, и, следовательно, проблема субъективных смежных прав не могла быть исследована в ней достаточно глубоко (например, почти не затронуты вопросы природы и сущности смеж-
Общие нормы ГК и исключительные права автора // Российская юстиция. 2000. № 1. С. 17; Дозорцев В.А. Тенденции развития исключительных прав в Российской Федерации...// Авторское и смежное право в Европейском Союзе и Российской Федерации: Сборник докладов и дискуссий / Ответ, ред. Титов Ю.К. Вып. 1. М, 1997. С. 54 - 60; Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М. 1999., С. 69 и др. 8Антимонов Б.С., Флейшиц ЕА. Авторское право. М. 1957. С. 91 - 93. Ваксберг А.И., Грингольц А.И. Автор в кино. М, 1961. С. 57-59; Гаврилов Э.П. Советское авторское право. (Основные положения. Тенденции развития). М., 1984. С. 20, 28 - 29, 32 и др.; Гордон М.В. Советское авторское право. М, 1955. С. 59; Дозорцев ВА. Авторское право на новый уровень // Проблемы совершенствования советского законодательства. 1984. № 29. С. 174-175; Зильберштейн Н.Л. Авторское право на музыкальное произведение. М., 1960. С. 25-27, 36-37; ИонасВЯ. Произведения творчества в гражданском праве. М., 1972. С. 73 - 85; Ионас В.Я. Критерий творчества в авторском праве и судебной практике. М., 1963. С. 62-67; Иоффе ОС. Советское гражданское право: В 3 т. Т. 3. Л., 1965. С. 33 -34; Кириллова М.Я. Субъекты авторского права // Проблемы современного авторского права. Свердловск, 1980. С. 51 -52; Корецкий В.И. Авторские правоотношения в СССР. Сталинабад, 1959. С. 327; Мартемьянов B.C. Охрана прав исполнителей: Проблемы создания исполнительского права // Советское государство и право. 1984. № 6. С. 69; Матвеев Ю.Г. Международная охрана авторских прав. М., 1987. С. 137 - 138; Райгородский Н.А. Авторское право на кинематографическое произведение. Л., 1958. С. 52-53; Савельева И.В. Правовое регулирование отношений в области художественного творчества. М, 1986. С. 42-43; Севастьянова ЛА. Права артистов-исполнителей // Проблемы совершенствования советского законодательства. М, 1987. № 38. С. 173-192; Серебровский В.И. Вопросы советского авторского права. М., 1956. С. 86 - 88; Чернышева СА. Правоотношения в сфере художественного творчества. М., 1972. С. 98 - 103; Чернышева СА. Художественное творчество и закон. М., 1979. С. 31 - 33, 56 -57. Чернышева С А. Правовое регулирование авторских отношений в кинематографии и телевидении. М, 1984. С. 122-124; и др. 9 См.: Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М., 1999 г.
ных прав). В статьях Дозорцева В. А. «Исключительные права и их развитие» и «Тенденции развития исключительных прав в Российской Федерации. Место авторского права в системе исключительных прав» , опубликованные в сборниках соответственно в 1994 и 1997 годах затрагивались вопросы о сущности смежных прав, их месте в системе исключительных прав, соотношении авторских и смежных прав. В 1996 году вышел в свет комментарий к закону об авторском праве11 Гав-рилова Э.П. (переиздан в 2002 и 2003 гг.), в котором, помимо комментария прав авторов, проведен детальный, скрупулезный анализ прав исполнителей, режиссеров-постановщиков, а также прав производителей фонограмм и вещательных организаций. В 1998 г. опубликовано пособие «Интеллектуальная собственность на телевидении и радио»12 под редакцией Э.П.Гаврилова и П.Круга, содержащее вопросы регулирования смежных прав. Алферов АЛ. в статье «Авторское право в Российской Федерации на современном этапе» посвящает вопросам смежных прав несколько страниц13. Вопросам смежных прав время от времени уделяется внимание в современных российских периодических изданиях (Близнец И.А., Бузова Н., Вэскер В.Л., Гаврилов Э.П., Зятицкий С, Коки-на СБ., Леонтьев К., Подшибихин Л., Савельева ИВ., Сергеев А.П., Судариков С, Терлецкий В., Турлин А.И., Чернышева С.А., Энтин В. и др.).
Значительно шире и глубже вопросы смежных прав получили освещение в работах иностранных авторов14.
10 Дозорцев В. А. Вступительная статья «Исключительные права и их развитие» // Права на результаты интеллектуальной деятельности: Сборник нормативных актов / Сост. Дозорцев В. А. М. 1994. С. 36 - 65; Тенденции развития исключительных прав в Российской Федерации...// Авторское и смежное право в Европейском Союзе и Российской Федерации: Сборник докладов и дискуссий / Ответ, ред. Титов Ю.К. Вып. 1. М., 1997. С. 41 - 63.
11 Гаврилов Э.П. Комментарий к Закону РФ «Об авторском праве и смежных правах». М.: Фонд «Правовая культура», 1996.
Интеллектуальная собственность на телевидении и радио: Пособие / Под ред. Э.П.Гаврилова, П.Круга. М., 1998.
13 Алферов А.Л. Авторское право в Российской Федерации на современном этапе // Интеллектуальная собственность: современные правовые проблемы: Проблемно-тематический сборник / Чернышева С.А. (отв. ред.). ИНИОН РАН, М, 1998. С. 37-38.
14 Cohen HJ. The EC copyright directive, economics and authors rights // Intern, rev. of indust. property and copyright law. 1994. Vol. 25. # 6. P. 821 - 839; Koppensteiner H.-G. Zum Import Von Tongragern aus dem EWG-Bereich // Jur Blatter. 1982. # 1 - 2. S. 18 - 22; Luby S. Prava pribuzne pravam autorskym // Rozpravy ceskoslovenske akademie ved. Praha, 1963. # 5; PuschelH. Internationale Urheberrecht Berlin, 1982; SvidronJ. Tvorba a pravo. Bratislava, 1991; Svidron J. Niekolko uvah k problematike tzw. Prav pribuznych autorskemy pravu // Pravnik. 1987. # 8 - 9. S. 748 - 760; TrollerA. Die mehrseitigen volkerrechtlichen Vertrage im internationalen gewerblichen Rechtsschutz und Urheberrecht. Basel, 1965; Ulmer E. Das Rom-Abkommen uber den Schutz den ausubenden Kunstler, den Hersteller von Tontragem und der Sendeuntemehmen // Gewerblicher Rechtsschutz und Urheberrecht. Ausl/Int. 1961. # 12. S. 569 - 594; Blanc X. Права исполнителей; Lucas А. Понятие авторского права и смежных прав...; StrowelA. Права производителей фонограмм и видеопрограмм, организаций телевидения и радиовещания...// Авторское и смежное право в Европейском Союзе и Российской Федерации: Сборник докладов и дискуссий / Ответ, ред. Титов Ю.К. Вып. 1. М., 1997. С. 134 - 144, 14 - 31; 155 - 170 и др.; БойтаД. Новое регулирование венгерского авторского права // Обзор венгерского права. 1969. № 2 / 1970. № 1. С. 5 - 27; Веинке В. Авторское право: Регламентация, основы, будущее. М, 1979; Дейвис Д. Двадцать пять лет Римской конвенции: неоспоримый успех // Бюллетень по авторскому праву. Т. 20. 1987. № 4. С. 14 - 19; Дюма Р. Литературная и художественная собственность: Авторское право Франции. 2-е изд. М, 1993; Ка-лайдэк-уевА. Правата на артистате-изпълнители // Правна мисьл. 1986. № 2. С. 64 - 69; Каменева Ц. Н. Междуна-родноправна закрила на авторски и сродни права. София, 1990; КереверА. Нужен ли пересмотр Римской конвенции и нужен ли он сегодня? // Бюллетень по авторскому праву. Т. 28. 1992. № 4. С. 5 — 17; Кнап К. Чехословацкое авторское право // Бюллетень чехословацкого права. 1980. № 1-2. С. 50 - 68; Липцик Д. Авторское право и смежные права / Пер. с фр.; предисловие М.Федотова.- М.: Ладомир; Издательство ЮНЕСКО, 2002; МиллеА. Римская конвенция в свете развития техники и правовых норм // Бюллетень по авторскому праву. Т. 20. 1987. № 4. С. 20 — 31;
Таким образом, на сегодняшний день, ощущается существенный дефицит работ отечественных авторов, посвященных специальным вопросам смежных прав в современных условиях. В этой связи представляется, что научная разработка поставленной в диссертации проблемы имеет важное теоретическое и практическое значение.
Значительное внимание в диссертационном исследовании уделено вопросам участия России в системе международной охраны смежных прав и собственно системы международно-правовой охраны смежных прав. Детальный и обстоятельный анализ действующих международных соглашений о смежных правах содержится в монографиях Ю.Г. Матвеева 1987 г., В.П. Шатрова 1982 г., М.Н. Кузнецова 1986 г.
Объектом диссертационного исследования выступает действующее российское законодательство о смежных правах и многосторонние международные соглашения.
Предметом диссертационного исследования являются смежные права артистов-исполнителей, режиссеров-постановщиков, производителей фонограмм и организаций эфирного и кабельного вещания.
Область исследования - гражданское право России, международное частное право.
Цель и задачи исследования. Цель работы определена необходимостью дальнейшего совершенствования российского законодательства о смежных правах. В ходе ее реализации были поставлены следующие задачи:
1) провести сравнительно-правовой анализ российского законодательства и многосторонних международных договоров о смежных правах;
2) изучить юридическую природу и сущность смежных прав;
3) раскрыть содержание смежных прав и специфику каждого правомочия в отдельности, а также степень их закрепления в российском законодательстве и в системе международного права;
4) исследовать влияние положений международных конвенций на становление и развитие российского законодательства в указанной сфере общественных отношений;
5) выявить особенности современного состояния системы международной охраны смежных прав;
Планк К. Охрана прав артистов-исполнителей и других прав, родственных авторским правам, в ЧССР // Бюллетень Чехословацкого права. 1966. № 3. С. 206 - 218; Плезан Р. Права артистов-исполнителей // Бюллетень по авторскому праву. 1985. Т. 18. № 4. С. 6 - 13; Рембе Р. Авторы и исполнители: равный вклад - равная охрана прав // Бюллетень по авторскому праву. Т. 20. 1987. № 4. С. 32 - 34; Время для конвенции артистов-исполнителей // Бюллетень по авторскому праву. Т. 25. 1992. № 4. С. 27 - 33; Исследование проблем, возникающих в связи с радио- и телевизионными передачами с помощью искусственных спутников, с точки зрения защиты прав артистов-исполнителей. UNESCO/WIPO/SAT/6. Париж, 26 февраля 1971 г.; СтоеваЛ., Саратнов Г. Съвременни тенденции в междуна-родноправния режим на интеллектуалната собственност // Международни отношения. София, 1981. № 5. С. 83 -63; ФранзонА. Следует ли пересмотреть Римскую конвенцию? // Бюллетень по авторскому праву. Т. 25. 1992. № 4. С. 21 - 26; Новый закон об авторском праве во Франции /// Бюллетень по авторскому праву. Т. 20. 1987. № 2 - 3; Шесне П. Римская конвенция: двадцать пять лет спустя // Бюллетень по авторскому праву. Т. 20. 1987. № 4. С. 8 -13.
10
6) изучить положения национальных законов некоторых зарубежных стран с целью выявления их влияния на формирование системы международной охраны смежных прав и российского законодательства как составной части этой системы;
7) исследовать направления дальнейшего развития международного сотрудничества в сфере охраны смежных прав.
Методология и методика исследования. Диссертант руководствуется ст. 44 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому свободу литературного, художественного, научного и других видов творчества, а также ст. 27 Всеобщей Декларации прав человека, согласно которой каждый имеет право на защиту его моральных и материальных интересов, являющихся результатом научных, литературных или художественных трудов, автором которых он является.
В диссертации использованы работы российских цивилистов в области авторского права и смежных прав, прежде всего: Абдулина АИ., Антимонова Б.С, Ваксберга А.И., Гаврилова Э.П., Грингольца АИ., Дозорцева В.А., Зильберштейна Н.Л., Ионаса В.Я., Корецкого В.И., Мартемьяно-ва B.C., Подшибихина Л, Райгородского НА., Савельевой ИВ., Севастьяновой Л.А., Сергеева А.П., Серебровского В.И., Турлина А.И. Флейшица Е.А., Чернышевой С.А., а также специалистов в области международного частного права - М.М.Богуславского, М.Н.Кузнецова, Ю.Г.Матвеева, В.П.Шатрова. Автор опирался на труды иностранных исследователей в области авторского права, таких как АЛюка, А.Строувел, Де Санктис В., Дебуи К., Н.Дж.Коген, Д.Липцик, Г.Пучел, Дж.Швидронь, А.Троллер, Э.Улмер, Д.Бойта, В.Веинке; А.Калайджиев, Ц.Н.Каменова, А.Керевер, КМасуйе, АМилле, РПлезан, Р.Рембе, А.Франзон, А., П, Шесне, Кс.Бланк, ДЖерва, Э-П.Рокичиоли, С.М.Стюард и др.
Нормативную основу исследования составляют Конституция Российской Федерации 1993 года, Гражданский кодекс Российской Федерации (первая, вторая и третья части), Закон Российской Федерации об авторском праве и смежных правах от 9 июля 1993 года и иные нормативные правовые акты (указы Президента Российской Федерации, постановления Правительства Российской Федерации, нормативные акты министерств и ведомств).
В работе проводится подробный анализ Международной (Римской) конвенции об охране интересов артистов-исполнителей, производителей фонограмм и вещательных организаций 1961 г., Конвенции (Женевской) об охране интересов производителей фонограмм от незаконного воспроизводства их фонограмм 1971 г., Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) ГАТТ/ВТО, Директив Совета ЕС, Договора ВОИС по исполнениям и фонограммам 1996 г. Были исследованы многочисленные документы и материалы ЮНЕСКО, органов Бернского союза и Всемирной организации интеллектуальной собственности, совещаний и симпозиумов по вопросам международной охраны авторских и смежных прав.
11
При рассмотрении отдельных вопросов проблематики диссертант опирался на достижения российской общей теории права, в частности, на труды С.С.Алексеева, А.Б.Венгерова, В.В.Лазарева, Е.А.Лукашевой, Г.В.Мальцева.
В процессе диссертационного исследования широко применялся метод сравнительного анализа, позволяющий осмыслить новые направления в развитии авторского и смежных прав России и на международном уровне.
Научная новизна диссертационной работы. Диссертация представляет собой комплексное монографическое исследование субъективных прав артистов-исполнителей, режиссеров-постановщиков, производителей фонограмм и организаций эфирного и кабельного вещания в международных соглашениях и законодательстве Российской Федерации.
В диссертации сформулированы и выносятся на защиту следующие положения и выводы:
1. По законодательству о смежных правах многих государств (в том числе и России) в настоящее время правовой охраной пользуются не только артисты, исполняющие литературные и художественные произведения, но и другие лица: артисты цирка, варьете, кукловоды. И это правильно, ибо деятельность последних - их выступления, носящие творческий характер, -аналогична деятельности артистов-интерпретаторов, следовательно, результаты такой деятельности должны получить адекватную охрану. Полагаем, что отсутствие охраны интересов указанных лиц в Римской конвенции является одним из ее недостатков, требующих устранения путем внесения соответствующих дополнений в ст.За Конвенции. Иными словами, необходимо распространить конвенционный режим охраны и на артистов, не исполняющих литературные и художественные произведения: кукловодов, артистов варьете и цирка.
2. Один из самых существенных недостатков Римской конвенции состоит в том, что она не наделяет артистов-исполнителей исключительными правами; вместо этого она предусматривает лишь «возможность предотвращать...» (ст.7.1а). Кроме того, правила ст.7 Конвенции, устанавливающей охрану интересов артистов-исполнителей, сопровождаются многочисленными оговорками, которые, имея целью балансировку интересов правообладателей, на самом деле являются средством выражения интересов производителей фонограмм и вещательных организаций. Между тем творческий характер исполнений является конституирующим признаком охраны прав артистов-исполнителей. Поэтому он (в сочетании с установлением системы принудительных лицензий как средства для обеспечения более свободного доступа граждан к культурным ценностям), с одной стороны и реального обеспечения имущественных интересов артистов-исполнителей, с другой стороны должен выступать предпосылкой закрепления за ними
12
исключительных правомочий имущественного и неимущественного характера. Поэтому следовало бы расширить конвенционный круг правомочий правообладателей и соответственно сузить круг вопросов содержания охраны, относимых к регулированию национальными законодательствами. В частности, предоставить возможность артистам-исполнителям пользоваться исключительными правами на свои исполнения.
3. Артисты-исполнители по Римской конвенции никакими неимущественными правами не пользуются. Представляется необходимым закрепить за артистами-исполнителями личные неимущественные (моральные) права, главными атрибутами которых является право на имя, право признаваться автором исполнения, право на неприкосновенность исполнения, если оно воспроизводится. Здесь следовало бы учесть принятые ЮНЕСКО на 21 Конференции в Белграде «Рекомендации о положении творческих работников», опыт правотворческой деятельности государств с латинской правовой традицией (а таких государств большинство), предусмотревших в национальных законодательствах личные право артистов, а также соответствующие положения Договора ВОИС 1996 г. по исполнениям и фонограммам (ДИФ, ст. 5), который (в известной степени) был принят с целью сделать менее чувствительными дефекты более ранних конвенций в отношении правообладателей.
4. Римская конвенция не предоставляет исполнителям (впрочем, как и производителям фонограмм) ни независимого права распространения, ни права проката. Ее положения не учитывают новые технические возможности распространения телевизионных и радиосигналов, появившиеся во второй половине XX века (кабельное вещание, спутниковое вещание, Интернет и т.д.), что отрицательно сказывается на обеспечении эффективной защиты интересов вещательных организаций. В результате большинство развитых стран в своих национальных законодательствах стало предусматривать более «объемные» перечни правомочий вещательных организаций. Причем такие перечни и их толкования часто существенным образом отличаются друг от друга, что создает серьезные проблемы для международного сотрудничества в этой сфере.
Следовало бы, ориентируясь далее на ДИФ, дополнительно предусмотреть в Конвенции следующие исключительные права.
За артистами-исполнителями: право на воспроизведение (прямое или косвенное) своих исполнений, записанных на фонограммы любым образом и в любой форме; право на распространение оригиналов и экземпляров записей своих исполнений любым из видов передачи права собственности; право на сдачу в коммерческий прокат оригиналов и копий записей своих исполнений; право на доведение до всеобщего сведения (право обеспечения доступности) записей своих исполнений.
13
За производителями фонограмм, помимо содержащегося в Конвенции права на воспроизведение (которое следовало бы дополнить словами «любым образом и в любой форме»): право на распространение оригиналов и экземпляров фонограмм любым из видов передачи права собственности; право на сдачу в коммерческий прокат оригиналов и копий своих фонограмм; право на доведение до всеобщего сведения (право обеспечения доступности) своих фонограмм.
За вещательными организациями: право на распространение оригиналов и записей их передач (программ) любым способом; право сдавать в прокат оригинал или экземпляр записи своих передач (программ); право на доведение передачи (программы) до всеобщего сведения (право обеспечения доступности); а также включить в текст Конвенции положения о кабельном вещании, организациях кабельного вещания и их правах, которые должны быть аналогичны (с необходимыми изменениями) правам организаций эфирного вещания;
5. В законодательстве подавляющего числа государств, устанавливающих охрану смежных прав (в том числе и в России), срок охраны всех категорий смежных прав в настоящее время составляет 50 лет. Пятидесятилетний срок предусматривается и такими международными документами как упомянутые выше Директива Совета ЕС «О гармонизации сроков правовой охраны авторских прав и некоторых смежных прав» 1993 г. (ст.З), Соглашение ТРИПС в отношении артистов и производителей фонограмм (ст. 14.5) и Договор ВОИС по исполнениям и фонограммам 1996 г. (ст. 17). Считаем, что увеличение конвенционного срока охраны прав обладателей, предусмотренных Римской конвенцией, до 50 лет отвечало бы современному уровню правовой охраны смежных прав, явилось бы одним из препятствий к дроблению правового регулирования в данной области.
6. ДИФ в ст.9, а следом и ст. 13, повторяя соответствующие нормы Соглашения ТРИПС (ст. 11 и п.4 ст. 14) и незначительно видоизменяя словесную формулировку, в числе прав, предоставляемых артистам-исполнителям, наделяет их правом проката. При этом право проката применяется даже после распространения оригинала и копий фонограмм с записями исполнений с согласия правообладателя. Отсюда - вывод: ДИФ закрепляет исчерпание права на распространение экземпляров фонограмм, содержащих записи исполнений, в силу которого права производителей фонограмм не действуют против права проката артистов-исполнителей. Здесь действует норма об эквивалентном праве постольку, поскольку это касается сохранения системы справедливого вознаграждения (п.2 ст.9 и п.2 ст. 13 ДИФ), вступившей в силу в государствах-членах 15 апреля 1994 г.
14
7. ДИФ определяет фонограмму как «запись звуков исполнения или других звуков, либо отображения звуков, кроме звуков в форме записи, включенной в кинематографическое или иное аудиовизуальное произведение» (ст.2Ь). Из этого определения, аналогичного определениям, содержащимся в Римской конвенции, Конвенции о фонограммах и Соглашении ТРИПС, следует, что под фонограммами понимаются исключительно звуковые записи. Поэтому охрана интересов производителей фонограмм не распространяется на звуковые дорожки, включенные в фильмы и другие аудиовизуальные произведения (кинофильмы), поскольку такие записи звуков не являются исключительно звуковыми записями, а составляют часть кинематографического (аудиовизуального) произведения.
Вместе с тем, благодаря этой новой формулировке достигается и некоторое расширение понимания фонограммы: ее определение теперь включает звуковые дорожки, взятые из кинофильма, но воспроизведенные и распространенные отдельно в виде грампластинок, музыкальных кассет, компакт-дисков и т.п. Следовательно, в случае демонстрации кинофильма, видеофильма или иной видеозаписи, сопровождаемых включенным в них звуком (звуковая дорожка), такая запись звука не может признаваться фонограммой. Но если звуковая дорожка изъята из кинофильма, видеофильма или иной видеозаписи, то она подлежит правовой охране как фонограмма.
Следует заметить, что эта оговорка не свидетельствует об умалении каким-либо образом прав на фонограмму из-за включения звуковой дорожки в кинематографическое (аудиовизуальное произведение). Об этом специально говорится в Согласованном заявлении стран-участниц в отношении ст. 2Ь ДИФ (документ CRNR/DC/97).
8. В действующем российском законодательстве (абз.9 ст.4 ЗоАП) изготовитель фонограммы определяется как «физическое или юридическое лицо, взявшее на себя инициативу и ответственность за первую звуковую запись исполнения и иных звуков» (подчеркнуто мною. -СО).
Полагаем, что применяемая в этом определении терминология не согласуется с российским законодательством, является нечеткой, непонятной, может породить споры и потому должна быть изменена.
Следовало бы указать, что изготовитель (а точнее — производитель) фонограммы — это лицо, которое фактически осуществило звукозапись. При этом, когда звукозапись осуществлена по служебному заданию (договору подряда), то изготовителем (производителем) является работодатель (заказчик), если договором не предусмотрено иное.
15
Аналогичные правила должны применяться и при определении владельца прав на вещательную передачу.
Неудачно выражение «первая звукозапись». Оно просто непонятно. Вместо него в определение изготовителя (производителя) фонограммы следует добавить фразу: «Копирование звукозаписи не создает прав изготовителя (производителя) звукозаписи (или - не является созданием звукозаписи)».
9. В Законе (п. 1 ст. 37) за артистами-исполнителями закрепляется два личных неимущественных права: право на имя и право на неприкосновенность исполнения.
Следовало бы «раскрыть» право на имя, указав, что исполнитель может избрать псевдоним, вымышленное имя, или отказаться быть упомянутым в качестве исполнителя.
Следовало бы установить презумпцию того, что в составе целого объекта, в который включается данное исполнение (звукозапись, телепрограмма и т.п.), основные (главные) исполнители имеют право на указание имени, а не основные (неглавные) исполнители не имеют такого права; в обоих случаях в договоре может быть указано иное.
Следовало бы прямо указать в Законе на наличие у исполнителя права авторства на исполнение, что в принципе вытекает из действующего законодательства.
Представляется, что оговорка «способного нанести ущерб чести и достоинству», сопровождающая право исполнителя на неприкосновенность исполнения (абз.З п. 1 ст.37 Закона), ограничивает данное право, поскольку, во-первых, обременяет исполнителя проблемой постоянного доказывания самого факта искажения и ущерба; во-вторых, вносит элемент усмотрения при их оценке. Право артиста-исполнителя на неприкосновенность его исполнения абсолютно и не должно сопровождаться никакими оговорками. Считаем, что право исполнителя на неприкосновенность исполнения должно быть сформулировано в Законе как «право на защиту исполнения от всякого изменения или иного посягательства (право на неприкосновенность исполнения).
10. Смежные права охраняют объекты гражданского права, находящиеся в гражданском обороте. Имущественные смежные права могут передаваться их обладателями другим лицам.
Следовало бы указать в законе, что к договорам, предметом которых является передача смежных прав в пользование другим лицам, применимы нормы ст. 30 — 34 Закона.
11. Закон (абз.10 ст.4) содержит общее определение исполнения, охватывающее, в том числе исполнение фонограмм, аудиовизуальных произведений и др., но не отражающее характерных черт исполнения артиста-исполнителя как объекта охраны. В Законе не содержится условий охраноспособности исполнения. Ранее в советской правовой литературе такими уело-
16
виями предлагалось считать творческий характер исполнения и объективную форму выражения исполнения (фиксацию его на материальном носителе).
Полагаем, что эти условия предоставления охраны следовало бы внести в текст Закона. Вместе с тем, было бы не логично сводить объективную форму выражения исполнения только к фиксации на материальном носителе. Нам представляется, что объективная форма выражения исполнения должна включать и звуковую (словесную, музыкальную) и другие воспринимаемые органами чувств вне зависимости от их фиксации (эфемерные). Исполнение как таковое уже объективно по своему характеру15. Нарушение интересов артистов-исполнителей возможно уже в процессе исполнения (например, несанкционированная трансляция концерта).
В связи с этим считаем, что было бы полезным дополнить Закон статьей «Объекты смежных прав» следующего содержания:
«1. Объектами смежных прав являются исполнения, фонограммы, передачи организаций эфирного или кабельного вещания.
2. Право исполнителей распространяется на исполнения, выраженные в какой-либо объективной форме:
— звуковой (устной, музыкальной и т.д.);
— визуальной;
— звуко- и/или видеозаписи (механической, магнитной, цифровой, оптической и так далее);
— любой другой воспринимаемой форме, являющейся результатом творческой деятельности, независимо от назначения и достоинства исполнения».
12. ЗоАП делит права вещательных организаций на две группы:
1) права организаций эфирного вещания на свои передачи (ст.40);
2) права организаций кабельного вещания на свои передачи (ст.41).
Между тем права этих групп вещателей тождественны. Этот вывод следует из анализа статей 40 и 41 Закона, устанавливающих конкретные правомочия правообладателей: и по форме и по содержанию эти правомочия аналогичны. Полагаем - следует согласиться с мнением Э.П. Гаврилова, о существовании единого права организаций эфирного и кабельного вещания
15 Аналогичное мнение высказывается рядом российских авторов. См., например: Гаврилов Э. П. Комментарий к закону об авторском праве и смежных правах. Судебная практика. - 3-е изд., перераб., и доп. ML, Изд-во «Экзамен». 2003. С 212; Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М. 1999. С. 336; Турлин А. И. Международно-правовая охрана смежных прав // Журнал международного частного права. М, 1993. № 1. С. 27 -34; и др.
17
на св°и передачи . Поэтому следовало объединить статьи 40 и 41 Закона в одну статью 40
«Права организаций эфирного и кабельного вещания» с необходимыми изменениями.
Практическая значимость исследования. Положения и выводы, полученные в ходе диссертационного исследования, могут служить основанием для совершенствования российского законодательства о смежных правах. Они могут быть реализованы в процессе нормотворческой деятельности, в частности, при разработке четвертой части Гражданского кодекса Российской Федерации.
Работа может быть использована в правоприменительной деятельности, а также в процессе преподавания курсов российского гражданского и международного частного права. Она способна оказать содействие правообладателям при защите их интересов в случае заключения конкретных договоров с пользователями на уступку прав на охраняемые результаты их деятельности.
Апробация работы. Основные положения и теоретические выводы исследования нашли отражение в публикациях автора17.
При подготовке диссертационного исследования автором был использован опыт участия в лекциях, конференциях и дискуссиях, проводимых по авторскому праву и смежным правам кафедрой ЮНЕСКО ИМПЭ им. А.С.Грибоедова и Российского государственного института интеллектуальной собственности, а также семинарах, проводимых Российским авторским обществом. Диссертация была обсуждена, одобрена и рекомендована к защите на Кафедре правовой охраны интеллектуальной собственности Российского государственного института интеллектуальной собственности
Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и библиографического списка.
16 См.: Гаврилов Э.П. Указ. Соч. С. 212, 251.
17 См. Осипенко С.Т. Система международной охраны смежных прав (общая характеристика); Смежные права: Ге- незис Понятие Сущность /У Интеллектуальная собственность: Правовые, экономические и социальные проблемы. Сборник трудов аспирантов РИИС в 2-х частях. Часть 1. М. 2001. С. 91, 101. |
