ВВЕДЕНИЕ
В общественной жизни нашей многонациональной страны на рубеже XX-XXI вв. наблюдается значительный рост интереса народов к своим национальным истокам. Широкое обсуждение получили проблемы коренных малочисленных народов Севера, среди которых наиболее остро стоят вопросы сохранения родных языков и культур, и, как следствие, формирования национального самосознания.
Юкагиры - одни из древнейших жителей северо-восточной Азии. По данным Всесоюзной переписи населения 1989 г., юкагиров насчитывается 1112 человек, из них 697 - живут в Якутии. Местами компактного проживания юкагиров являются с. Нелемное Верхнеколымского улуса (таежные юкагиры) и с. Андрюшкино Нижнеколымского улуса (тундренные юкагиры) Республики Саха (Якутия). Сведения, собранные Институтом проблем малочисленных народов Севера СО РАН в 1993 г. констатируют, что всего 10 % юкагиров в разной степени владеют родным языком и знают культуру своего народа (45).
Одним из государственно-общественных институтов, призванных решать вопросы сохранения этносов в условиях единого полиэтнического пространства, является сфера образования.
Воспитание полноценной личности, формирование национального самосознания в контексте общегражданского входят в задачи современного литературного образование, а их решение возможно только на основе диалога культур: родной и русской.
Фольклор является важнейшим составляющим культуры любого народа. Устное народное творчество юкагиров в Нелемнинской средней школе Верхнеколымского улуса и Андрюшкинской средней школе Нижнеколымского улуса Якутии входит в содержание различных школьных предметов. Так, в школе с. Нелемное юкагирский фольклор включен в программы кур-
4
сов «Литература коренных народов Севера» для начального и среднего звена и «Национальная культура» для 5-11 классов. Однако, как показывает практика, его изучение имеет свою ярко выраженную специфику, проявляющуюся как в целях и задачах урока, подборе учебного материала, так и в методических путях и приемах работы.
Фольклористы и этнографы подчеркивают архаическую базу устного народного творчества коренных северных народов, представленную в жанровом синкретизме произведений, особенностях их содержания и стиля.
Фольклор северян в науке чаще всего рассматривался в качестве материала для изучения языка и этнографии того или иного народа, и этим объясняется малое количество художественно обработанных текстов.
Общепризнан тот факт, что юкагирская культура и фольклор, в частности, вследствие сложной этнической истории их создателей оказались сильно разрушенными, подверглись влиянию со стороны разных народов.
В фольклоре верхнеколымских и нижнеколымских юкагиров имеются существенные различия, обусловленные своеобразием исторического пути народов, проживанием их в разных природных зонах (тайга, тундра), особенностями социально-культурной жизни.
Слабая научно-теоретическая изученность юкагирского фольклора, труднодоступность этнографических изданий по культуре юкагиров для массового читателя, отсутствие адаптированных текстов для школьников, а также методической литературы по вышеназванной теме- вот основные причины, побудившие нас взяться за разработку вопросов теории и методики изучения юкагирского фольклора в школах Якутии.
Объектом исследования является процесс изучения юкагирского фольклора учащимися школ Республики Саха (Якутия). Предметом - методика изучения фольклорных произведений юкагиров в 5-11 классах школ Якутии.
5 Цели исследования - теоретическое обоснование и методическая
разработка целостной системы изучения юкагирского фольклора учащимися 5-11 классов.
Гипотеза исследования - изучение юкагирского фольклора будет способствовать повышению уровня литературного образования и воспитанию уважительного отношения к культурному наследию юкагирского народа, если:
создать методическую систему изучения устного народного творчества юкагиров, предполагающую привлечение материалов сравнительно-сопоставительного характера по фольклору и культуре коренных малочисленных народов Севера;
реализовать идею диалога культур (юкагирской, русской и якутской) в процессе различных форм урочной и внеурочной работы;
- сформировать у учащихся интерес к различным жанрам фольклора (сказкам, мифам, пословицам, поговоркам, благопожеланиям, песням) на основе разнообразных творческих видов деятельности учащихся в процессе всех форм работы.
Цели и гипотеза исследования потребовали решения следующих задач:
1. определить культуроведческие, этнографические, литературоведческие, педагогические и методические предпосылки изучения юкагирского фольклора в школе;
2. проанализировать устное народное творчество юкагиров с точки зрения его общности с фольклором народов циркумполярной (кругополяр-ной) культуры и национальной специфики;
3. разработать содержание курса по юкагирскому фольклору и определить наиболее эффективные пути, методы и приемы его изучения как на уроках, так и во внеклассной работе в различных типах школ Якутии;
\
6
4. выявить оптимальные способы и методы изучения устного народного творчества юкагиров во взаимосвязи с фольклором народов циркумполярной культуры, русского и якутского народов.
В процессе реализации поставленных задач использовались следующие методы: теоретические (анализ этнографической, исторической, литературоведческой, психолого-педагогической и методической литературы, архивный, сравнительно-сопоставительный метод анализа фактов фольклора и этнографии юкагирского народа); эмпирические (анализ программ и учебных пособий; беседы; анкетирование учащихся и учителей; наблюдение за ходом уроков: анализ школьной документации: педагогический эксперимент, методы математической статистики).
Базой исследования явились Нелемнинская средняя школа и Верхнеколымская неполная средняя школа (малокомплектные) Верхнеколымского улуса, школы № 1 п. Черский и с. Андрюшкино Нижнеколымского улуса Республики Саха (Якутия). Всего в эксперименте участвовало 237 учащихся.
Научная новизна исследования заключается в следующем:
- теоретически обоснована и экспериментально подтвержена необходимость изучения юкагирского фольклора в общеобразовательных школах Республики Саха (Якутия);
- определена методическая система взаимосвязи материала основного фольклорного курса, изучаемого на уроках, с факультативом и внеклассными видами занятий с целью решения задач литературного образования и нравственно-эстетического воспитания учащихся;
- выявлена методическая последовательность формирования у школьников знаний о юкагирском фольклоре как части мировой культуры;
на основе изучения трудов по фольклористике и этнографии дано толкование наиболее сложных сюжетов, образов и мотивов юкагирского фольклора;
- введены в научный оборот авторские «полевые» материалы по этнографии и фольклору юкагиров;
Практическая значимость работы определяеися тем, что:
- предложенная система изучения юкагирского фольклора в условиях школ Республики Саха (Якутия) реализована в спецкурсе «Юкагирский фольклор»;
- методические материалы диссертации могут быть использованы при чтении спецкурсов по литературе и национальной культуре малочисленных коренных малочисленных народов Севера на курсах повышения квалификации работников образования, в педучилищах и педвузах, а также при разработке программ и учебников по предметам национально-регионального компонента для школ Якутии;
- отдельные положения диссертации могут представлять интерес не только для методистов, но и для исследователей этнографии и фольклора юкагиров.
Достоверность и обоснованность выводов исследования обеспечена данными этнографической, литературоведческой, педагогической и методической науки, а также результатами опытного и экспериментального обучения.
Апробация результатов исследования осуществлялась в процессе опытного и экспериментального обучения в школах с. Нелемное и с. Верх-неколымск Верхнеколымского улуса, в школе № 1 п. Черский и Андрюш-кинской средней школе Нижнеколымского улуса Республики Саха (Якутия). Материалы работы представлялись на республиканской семинаре по литературе коренных народов Севера., проходившем на базе Нелемнинской средней школы в 1993 г.; на районном фестивале педагогических идей в п. Зырянка Верхнеколымского улуса в 1994 г.; на семинарах для учителей в Нелемнинской средней и Верхнеколымской неполной средней школах Верхнеколымского улуса Республики Саха (Якутия) в 2000 и 2001 гг.; на
8
научно-практической конференции «Образование на Севере: роль национально-регионального компонента в сохранении единства образовательного пространства России, этнической идентичности и здоровья детей Севера» (Москва, 17-20 декабря 2001 г.)
На защиту выносятся следующие положения:
1) юкагирский фольклор является необходимым компонентом в системе общего литературного образования учащихся в различных типах школ Республики Саха (Якутия);
2) изучение юкагирского фольклора различных жанров в 5-11 классах будет способствовать постижению своеобразия устного народного творчества коренных малочисленных народов Севера, самобытности юкагирского фольклора в общем контексте мировой культуры;
3) эффективность изучения произведений устного народного творчества юкагиров зависит от целенаправленного отбора фольклорных текстов, от реализации принципов взаимосвязи урочной, внеклассной и факультативной работы, а также от определения этапов формирования умений и навыков анализировать различные жанры фольклора в духовно-нравственном аспекте;
4) культуроведческий подход к изучению юкагирского фольклора будет способствовать глубокому познанию юкагирской культуры и повышению национального самосознания;
5) реализация принципа диалога культур позволяет формировать культуру межнационального общения.
ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ
ИЗУЧЕНИЯ ЮКАГИРСКОГО ФОЛЬКЛОРА 1. Культурологические, этнографические и литературоведческие подходы к изучению фольклора коренных малочисленных
народов Севера
В Российской Федерации проживают около сорока официально признанных «малочисленных народов Севера», которые занимают огромную территорию, охватывающую северные и восточные границы страны вдоль по побережью Северного Ледовитого и Тихого океанов. Северные народы являются коренным населением указанного ареала, частично сохраняющим традиционный образ жизни.
Под понятием «традиционная культура» в культурологии понимается «общество, в котором регуляция осуществляется на основании обычаев, традиции, установлений» (13, с. 14). Такие общества занимаются традиционными формами хозяйствования, исконными промыслами. Традиционные народы ориентированы на единение с природным миром, транслируя из поколения в поколение опыт взаимодействия с ним. Направленность традиционных обществ на сохранение данных предками заповедей позволяет называть их «архаическими» и «древними» культурами.
Малочисленные народы российского Севера представляют различные языковые семьи и группы - тунгусо-маньчжурскую, финно-угорскую, самодийскую, палеоазиатскую, тюркскую. Некоторые языки условно считаются генетически изолированными. Существуют мнения, что современное выделение народов и их языков является не совсем точным. Часто представители одного народа живут на значительном удалении друг от друга, говорят на языках и диалектах, взаимно плохо понятных или вовсе не понятных, на-
10 пример, северные и южные юкагиры, сахалинские и амурские нивхи, нау-
канские и чаплинские эскимосы и другие группы (12, с. 11).
Малочисленные народы Севера стали известны миру в XVI-XVII веках, когда в России началось активное освоение и присоединение к Русскому государству территорий Сибири. Жизнь коренных народов - охотников-собирателей, рыболовов, оленеводов - протекала в условиях родоплеменно-го общества, отличалась архаичностью социальных институтов. Первоначально культура «разнородных и разноязыких дикарей» не представляла для новых властей интереса, их целью были «привод» коренного населения к русскому подданству и обложение новообращенных ясаком. Но как свидетельствует мировая история, последствия вторжения в хрупкий мир традиционных систем оказались губительными для носителей древних культур1. Разрушение традиционного уклада жизни, перестройка социальной структуры, усилившаяся ассимиляция с другими народами, опустошительные эпидемии невиданных ранее болезней, жестокие военные столкновения - вот основные причины, приведшие к резкому сокращению численности северных племен. В Туруханском крае, например, в период с 1763 по 1816 гг. вымерло 3/4 коренного населения, из 12-15 тысяч алеутов (XVII в.) в 1897 г. осталось 574 человек (128, с.11).
При всем своеобразии каждой из традиционных культур Севера их объединяет множество сходных явлений, что явилось в науке (археологии, этнографии, культурологии) основанием для постановки вопроса о циркумполярной культуре. Причём, в этот культурный ареал входит не-только российский Север, но и северные районы Европы и Америки. Учеными сходство народов циркумполярной культуры толковалась общностью природно-
1 Цифры говорят об исчезновении других коренных народов мира, чьи культуры, также основывающиеся на тесных связях с природой, не смогли противостоять натиску технической цивилизации. Так, если ко времени заселения белыми Австралии было зафиксировано 250 тыс. коренного населения, то в середине XX в. - не более 40 тыс.; в Бразилии за первую половину прошлого столетия вымерло 100 племён (90, с.31).
11
географических условий (F.Graebner, 1911; W.G. Bogoraz, 1929) и возможным единством этнического пласта (W.G.Bogoraz,1929; W. Thalbizer, 1924; F. Boas, 1929; др.).
Среди причин, говоривших в пользу существования единого этнического субстрата, В.Г. Богораз называл многочисленные параллели в фольклоре северо-восточных азиатов и североамериканцев. Передвижения народов, по мнению исследователя, могли происходить по предполагаемому перешейку между Азией и Америкой, и вопрос об этих переселениях он считал важнейшей из этнологических проблем Берингова моря (16, с.37).
О культурных и этнических связях древнего населения Севера наглядно свидетельствуют данные археологической науки.
Наскальные рисунки Лены, Ангары и других районов Сибири времен неолита, исследованные академиком А.П. Окладниковым, изображают различных животных, антропоморфные фигуры, культивируют лося, символизируют размножение этого животного. «В писаницах нашли отражение не только обряды, связанные с охотой на дикого зверя, но и космогонические представления древних людей. Это подтверждается изображениями «солнечного» лося, змей и другими рисунками, которые хорошо расшифровываются на основании легенд и преданий коренных народов Сибири» (35, с.21).
Известный археолог В.Н. Чернецов, сопоставив писаницы Урала с наскальными изображениями других регионов, пришел к выводу, что «по всей полосе Субарктики, от Норвегии на западе и, по крайней мере, до низовьев Лены на востоке, складывалась более или менее единоообразная культура, возможно с рядом специфических для нее черт» (177, с.50). Приполярную полосу населяли, по всей видимости, древние уральцы, распространившиеся к западу и на восток. «Именно предки юкагиров, - полагает В.Н. Чернецов, -составляли восточную часть очерченной выше общности» (177, с.53).
12
Анализ материалов археологии, лингвистики, антропологии, этнографии и фольклористики привел исследователя Ю.Б. Симченко к мысли, что в эпоху раннего неолита население тундровой зоны Северной Евразии, явившееся для предков современного населения этническим субстратом, было монголоидным по расе и уралоязычным. Представителей родственного по происхождению древнего населения объединяла культура охотников на дикого оленя. Праюкагиры, освоившие восточную часть данного региона, «выделились и обособились от остальных уральцев еще до того времени, когда произошло разделение на финно-угров и самодийцев» (142, с.279).
Проблема циркумполярной культуры по-прежнему остается открытой и привлекает внимание ученых широкого круга. В попытках приблизиться к решению данного вопроса большое значение приобретают труды в области сравнительной фольклористики. Так, анализ эпических памятников народов Крайнего Севера, по мнению Ж.К. Лебедевой, «дает множество свидетельств их общности, которые характеризуются либо генетическим, либо их историческим единством» (89, с.З). Исследование И.А. Николаевой фольклорных текстов северных народов, связанных темой женитьбы на дочери хозяина нижнего мира, «позволяет говорить о высокой степени взаимного влияния фольклорных традиций в данном ареале или даже (в нганасанско-юкагирском случае) о сохранении мифологических представлений, восходящих к общему источнику» (115, с.45). Проведенная В.В. Напольских реконструкция прауральского космогонического мифа о сотворении земли путем привлечения обширного сравнительного материала предполагает существование древнейшей этнокультурной общности, включавшей предков уральцев, юкагиров, тунгусов, североамериканских индейцев (110, с. 18, 20). В научных кругах также распространен взгляд на общность культурных явлений у северных народов как результат единообразия хозяйственного уклада. Именно однородность хозяйственно-производственной деятельности у коренных народов Севера, обусловленная спецификой природных
13 условий и во многом определившая сходство их материальной и духовной
культуры, позволяет ученым выделять эти народы в единую культурную общность, несмотря на географическую рассредоточенность и языковое различие.
Научное изучение фольклорного творчества северных народов в России связывается с именами политических ссыльных, «которые составляли сильное и передовое течение в русской этнографии в конце Х1Х-начале XX веков» (62, с. 18). Труды В.Г. Богораза, В.И. Йохельсона, Л.Я. Штернберга и др. по настоящее время сохраняют своё фундаментальное значение. Дея- тельность ссыльных ученых оказала огромное влияние на развитие русской фольклористики. Они первыми применили сравнительно-исторический подход к изучению фольклора, объясняя сходство текстов заимствованиями, единством происхождения народов и географических условий проживания (62, с.84).
В советской науке из числа бывших политссыльных продолжил работу над северным фольклором В.Г. Богораз. В фольклорной секции Института этнографии он руководил группой по изучению фольклора доклассового общества (133, с.49). В своих работах фольклористы-этнографы (В.Г. Богораз, Д.К. Зеленин) опирались на опыт этнографии в стадиальном изучении явлений культуры.
Определенные успехи в этом направлении к тому времени были достигнуты в западноевропейской науке. Создатель эволюционистской школы в этнографии английский исследователь Э.Тайлор писал, что «...различные ступени культуры могут считаться стадиями постепенного развития, из которых каждая является продуктом прошлого и в свою очередь играет известную роль в формировании будущего» (153, с. 18). С целью исследования особенностей мышления, коллективных представлений, мифологии ученые обращались к культуре аборигенов Австралии, Северной Америки, островов Океании и др. Проникновение в суть традиционных культур, миросозерца-
14
ния их носителей представляло уникальный материал для понимания истории человеческого общества. Э.Тайлор подчеркивал, что этнографическое изучение этих народов «дает верное и единственно рациональное познание общих законов развития мифов, необходимое для правильной критики этого предмета» (153, с.504).
В отечественной фольклористике подобный опыт стал основой для историко-типологического метода, при котором явления фолькло'ра анализируются путем сравнения фольклорного материала разных народов с учетом их исторической типологии и преемственности. С позиций историко-щ. типологической теории фольклор доклассовых обществ рассматривается как
наиболее архаичный материал. Именно в фольклоре народов, ведущих традиционный образ жизни и сохраняющих тесные контакты с миром природы, обнаруживаются древнейшие формы народной словесности. Один из разработчиков историко-типологического метода, известный фольклорист В.Я. Пропп утверждал, что «с точки зрения стадиальной античный материал может отражать сравнительно позднюю стадию земледельческого государства, а современный текст - гораздо более ранние тотемистические отношения (132, с.ЗО).
Представителям историко-типологической школы удалось преодолеть имевший место в науке стереотип в восприятии этносов, носителей архаиче-*v ских культур, как первобытных, культурно отсталых народов. «Историко-
типологическая теория, - пишет Б.Н. Путилов, - противостоит в равной степени как идеям национальной изоляции, так и идеям культурного преобладания одних народов над другими, творческой энергии одних и пассивности других» (133, с.62).
Таким образом, к пониманию художественных истоков северного фольклора мы должны подходить, учитывая характер породившей его родо-племенной эпохи, но которую ни в коем случае нельзя отождествлять с первобытной стадией развития человечества.
15 По мнению специалистов, при анализе северного фольклора нужно
принимать во внимание тот факт, что родоплеменной строй включает разные стадии общественно-экономического развития, которые нашли свое отражение в различных этапах фольклорного творчества (128, с.45, с. 149). Например, у юкагиров и нганасан - охотников-собирателей, до XX века сохранявших в быту пережитки материнского рода, обнаруживаются наиболее архаические тексты. Фольклор народов с развитой оленеводческой культурой - эвенков, ненцев - содержит повествования, отразившие раннеклассовые отношения, героические сказания.
В то же время нужно заметить, что фольклорное наследие многих народов Севера представляет собой сложное, неоднозначное явление с точки зрения бытующих в нем жанров. Так, у оленных чукчей широко распространены тотемические сказки о Вороне - создателе мира. Манси и ханты «создали жанр лирической песни такого художественного содержания и формы, который вырывается за узкие рамки тех социальных условий, в которых они были созданы» (128, с.60). Любовные песни юкагиров, чье народное творчество отличается бытованием в нем архаических форм мифологии и фольклора, поразили исследователя В.И. Йохельсона удивительной глубиной чувств. Эти данные свидетельствуют о важности культурологического фактора при изучении фольклора определенного народа.
Известно, что многие традиционные народы Севера (и мира) различают две жанровые формы в повествовательном фольклоре. У чукчей это пы-ныл и лымвыл, у негидальцев улгу и талун, ньиэдыпш и чуолъдъии у юкагиров. В основном, считает ЕМ. Мелетинский, жанровые группы, «различаются по линии сакральность - несакральность и строгая достоверность - нестрогая достоверность (то есть, допустимость некоторой свободы вымысла)» (99, с. 180).
Этнографы и фольклористы единогласно выделяют важнейший признак архаического повествовательного фольклора - жанровый синкретизм.
16
Гегемоном в частично расчлененном жанровом синкретизме, по мнению Е.М. Мелетинского, служит миф (99, с. 180). Такого же взгляда относительно жанровой характеристики доклассового фольклора придерживается Е.А. Костюхин, заявляя, что «вся совокупность архаического повествовательного фольклора может быть определена как мифология» (73, с.23).
Чтобы постичь мифологический феномен северного фольклора, необходимо приблизиться к пониманию сущности мифа и его призвания в родовом обществе.
Мифология зарождается и развивается в древнейшую эпоху, она игра-ет огромную роль в жизни общества, являясь своеобразным средством познания мира. Исследователи мифа утверждают, что первоначальный миф есть способ мышления человека, отсюда и название специфического мировосприятия - мифологическое мышление.
Миф как словесно выраженный рассказ, по выражению О.М. Фрей-денберг, - чистейшая условность. Первоначально «таким же мифом служат и действа, и вещи, и речь, и «быт» первобытного человека, то есть все его сознание и все то, на что направлено его сознание» (166, с.28). Возникающий в более поздний период повествовательный миф обретает сложнейшую символику, выраженную в мифологических сюжетах и образах. Мифология является древнейшим пластом фольклора, поэтому при анализе фольклор- ной семантики необходимо учитывать специфику мифологического мышления. В.Я. Пропп подчеркивал, что «фольклор, в особенности на ранних ступенях своего развития, - не бытоописание» и действительность в нем передается сквозь призму известного мышления» (132, с.26).
А.Ф. Лосев считал, что, только приняв во внимание родовую общину «как нечто максимально понятное для тогдашнего мышления, мы можем уловить и понять скрытые пружины этого мышления, его внутреннюю логику и его столь чуждые для нас результаты» (93, с.8-9). Мифологическое мышление предполагает тождественность природных и общественных от-
17
ношений, макро- и микрокосмоса. Одушевленная природа имеет ту же организацию и несет то же содержание, что и родовое общество, в деяниях мифологических героев проецируется жизнедеятельность рода.
Мифологическое мировосприятие находит свое отражение в разнообразных явлениях древней культуры - фетишизме, анимизме, тотемизме и других, которые часто тесно связаны между собой. Уже в ту эпоху составляющими мифологии являются магия и религия, призванные объяснить мироустройство и установить контакты между человеком и природой. В повествовательном мифе эти ранние представления и верования оформляются в * виде таких универсалий, как зооморфизм, антропоморфизм, магия слова,
оборотничество, продолжающих свое существование в фольклорном творчестве.
В древности миф нес сакральный характер. Его исполняли в особых случаях, в назначенное время, при этом собирался определенный контингент участников по возрастному и половому признаку. Так обеспечивался миропорядок, необходимый для продолжения жизнедеятельности конкретного человеческого коллектива. С потерей своего священного значения миф становится общим достоянием и получает возможности для дальнейшего развития. О привязанности мифов к сакральной эпохе напоминают сопровождающие произведения зачины. Например, у австралийских аборигенов, '*' создателей тотемических мифов, действие разворачивается во «времена
сновидений», у чукчей мифы - это «вести начала творения», юкагиры относят свои мифологические повествования к «временам древних людей».
О магическом содержании мифа в определенной степени может свидетельствовать юкагирская сказка об Окуне (МА - материалы автора). В ней рассказывается о семье, приютившей на ночь путника с тем условием, что тот поведает им какую-нибудь историю. Гость предупреждает хозяев, чтобы те не заснули во время его рассказа. «Это было в то время, когда Окунь был человеком», - так начал свое повествование гость. Рассказ был долгим, и хо- |
