8 ВВЕДЕНИЕ
XVIII век — особый период в истории русского литературного языка, время окончательного разрушения славяно-русского двуязычия и начала постепенного движения в сторону образования современного русского литературного языка [Виноградов 1982 / (1938); Сорокин 1977:7-10].
Современный русский литературный язык, являясь литературным языком нового типа, обладает следующими существенными признаками: полифункциональностью, стилистической дифференциацией, кодифи-цированностью норм и их общеобязательностью.1 «Совершенно очевидно, — писал А. В. Исаченко, — что ни один из этих признаков не присущ тем языковым системам, которые употреблялись в письменном виде в Древней Руси» [Исаченко 1978: 127]. Можно утверждать, следовательно, что в конце XVII - начале XVIII века «радикально изменился сам субъект <выделено А. В. Исаченко. — В. К.> исторического развития» [Исаченко 1978: 135].
Формирование русского литературного языка нового типа начина-
(у
ется в Петровскую эпоху. Именно в этот период появляются тексты, язык которых, по замыслу их создателей, должен был быть противопоставлен «славенскому высокому диалекту» [Винокур 1959: 116] и которые современные исследователи обычно называют текстами на «про-стом» языке, имея в виду отсутствие здесь маркированных признаков книжности — церковнославянских и устаревших форм, слов и оборотов,
1 О признаках литературного языка см.: Пражский лингвистический кружок 1964; Вахек 1964; Едличка 1967; Едличка 1978; Баум 1987.
2 Историки русского языка традиционно делят XVIII век на три периода: 1) послед-! ние годы XVII - 40-е годы XVIII века (Петровское время); 2) 1740-е - начало ; 1780-х годов (Ломоносовский период); 3) 1780-е годы - первые годы XIX века (Ка-
рамзинский период) [Сорокин 1952; 1956]. v
9
и отсылая к термину, которым пользовались авторы конца XVII - начала XVIII века [Успенский 2002: 490-494; Живов 1990: 456]. В факте появления и распространения «простого» языка нередко видят начало формирования русского литературного языка нового типа, подчеркивая важность для дальнейшей истории русского литературного языка произошедших в Петровскую эпоху перемен3 и утверждая, что по отношению к предшествующему периоду этот язык представлял собой новообразование [см., например, Хютль-Фольтер 1979].
К середине 1720-х годов в среде деятелей Петровской эпохи, получивших европейское воспитание и образование, возникает потребность в переводе произведений не только утилитарной, но и изящной словесности. К этому времени относится одна из первых попыток создания такого литературного языка, в переводе на который философский трактат и авантюрно-нравоучительный роман звучали бы по-разному.
Цель диссертационного исследования состоит в изучении механизмов формирования литературного языка нового типа, то есть такого языка, в котором просматриваются черты полифункциональности и дифференциации стилистических средств.
Актуальность обращения к данной теме определяется тем, что целый ряд вопросов, касающихся формирования норм русского литературного языка в первой трети XVIII века, до сих пор остается дискуссионным, а печатные и рукописные памятники Петровской эпохи не стали до сих пор объектом комплексного лингвистического изучения.
3 Например, Ю. С. Сорокин, увидевший истоки русского литературного языка нового типа в прозаическом переводе А. Кантемира 1730 года (Б. Фонтенель, «Разговоры о множестве миров»), следующим образом характеризует язык этого произведения: «При всех непоследовательностях и отдельных недостатках перевода «Разговоров о множестве миров» Кантемир здесь ближе всего подошел к той норме нового «среднего слога», которая была определена в знаменитом рассуждении Ломоносова 1757 г.» [Сорокин 1982: 85]. Ср. также термин «early modern russian» [Хютль-Фольтер 1985].
10
Новизна исследования состоит в том, что в впервые предпринимается попытка описания узуса петровских переводчиков, определения признаков его внутреннего единства и тенденций его развития на протяжении второго десятилетия XVIII века; на основании сопоставительного анализа двух неизученных рукописных переводов, относящихся к разным жанрам и принадлежащих перу одного переводчика, реконструируется попытка создания литературного языка нового типа.
Основным материалом диссертации послужили два перевода А. Ф. Хрущова 1720-х годов. Это сохранившиеся в рукописном виде
1) роман Ф. Фенелона «Похождение Телемака» (по спискам: РГБ собр. ОИДР № 161, собр. Ундольского № 944, собр. Беляева № 50, собр. Музейное № 3596; ГИМ собр. Уварова № 494; РНБ собр. ОЛДП F.117, собр. Колобова № 396, F.XV.55, F.XV.13; БАН осн. собр. № 31.4.27, собр. Музея Приенисейского края № 114) и его оригинал (издание «Les Avantures de Telemaque»; Rotterdam, 1718);
2) второй трактат «О правлении» Джона Локка (по спискам: РГА-ДА Ф. 181 № 194; РНБ F. И. 41; РГБ Ф. 178 № 1677) и его оригинал (издание «Du gouvernement civil»; Amsterdam, 1691).
В качестве сравнительного материала были привлечены два перевода с французского языка на русский, напечатанные гражданским шрифтом, и их оригиналы:
1) «Книга о способах, творящих водохождение рек свободное» (М., 1708. — «Traite des moyens de rendre les rivieres navigables»; Amsterdam, 1696);
2) «Разсуждение о оказателствах к миру» (СПб., 1720. — «Considerations sur les apparences de la paix»; Londres).
В главе, посвященной развитию лексической системы, использовались также материалы Картотеки Словаря русского языка XVIII века, хранящейся в Словарном отделе Института лингвистических исследова-
и
ний РАН в Санкт-Петербурге, и собственные выборки автора из произведений разных жанров.
В задачи работы входит:
1. Выработать принципы отбора текстов для описания языковой ситуации Петровской эпохи и определить место рассматриваемых переводов в ряду других.
2. Выделить наиболее значимые параметры лингвистического описания текстов.
3. Используя выбранные параметры, охарактеризовать особенности языка «Книги о способах, творящих вод вхождение рек свободное» и «Разсуждения о оказателствах к миру»;
4. Путем сопоставления особенностей названных текстов определить признаки узуса петровских переводчиков, представленного в переводах с французского языка, и охарактеризовать его внутреннее единство и тенденции в развитии.
5. Используя выбранные параметры, описать нормы, характерные для русского перевода второго трактата «О правлении» Дж. Локка, и выяснить их преемственность по отношению к узусу петровских переводчиков 1710-х годов.
6. Обратиться к текстам, которые принадлежат перу одного переводчика и характеризуются разной жанровой принадлежностью, то есть предполагают выполнение разных коммуникативных заданий.
7. Определить признаки, отличающие стиль «Похождений Телемака» от стиля второго трактата «О правлении», и реконструировать механизм формирования русского литературного языка нового типа в Петровскую эпоху.
8. Восполнить пробелы в библио- и палеографическом изучении отобранных для анализа памятников.
12
8.-1. обнаружить французское издание, послужившее источником при переводе на русский язык «Разсуждения о оказа-телствах к миру»;
8.-2. установить иноязычные источники, авторство и время создания русского рукописного перевода второго трактата «О правлении» Локка;
8.-3. определить издание, которым пользовался А. Ф. Хру-щов при переводе с французского языка на русский романа Ф. Фенелона «Приключения Телемака», а также основной список этого перевода;
8.-4. выяснить, насколько точно наиболее достоверный список романа Ф. Фенелона отражен в печатном варианте 1747 г., и может ли последний служить материалом для изучения русского языка петровского времени.
9. Рассмотреть закономерности процессов, затрагивающих лексическую систему языка в период формирования литературного языка нового типа и связанных прежде всего с потребностью в обозначении новых понятий.
Методы исследования. Исследование проводилось в диахроническом и условно-синхронном плане с использованием статистического и контекстуального методов, метода компонентного анализа. Тексты русских переводов были сопоставлены с их французскими оригиналами.
Теоретическая значимость работы заключается в том, что результаты диссертационного исследования позволяют существенно расширить представления о хронологии и механизмах формирования литературного языка нового типа в первой половине XVIII века, о структуре и закономерностях процессов, затрагивающих лексическую систему языка в период формирования литературного языка нового типа.
Практическая значимость исследования определяется тем, что полученные результаты могут быть применены в курсах истории
13 русского литературного языка, исторической грамматики руского языка,
истории русской переводной литературы, исторической лексикологии, а также в лексикографической практике и при публикации изученных памятников (для определения принципов издания и в качестве комментария).
Апробация работы осуществлялась в форме докладов на заседаниях Словарного отдела в Институте лингвистических исследований РАН (2002, 2003 г.), международных конференциях «История русских понятий» (Бамберг, 2001 г.) и «История глагольного управления» (Уп-сала, 2002 г.), на ежегодных Чтениях памяти Л. Л. Кутиной и Ю. С. Сорокина (Санкт-Петербург, Институт лингвистических исследований РАН, 2004 г.). Основные положения диссертации отражены в публикациях общим объемом примерно 16 а. л.
На защиту выносятся следующие положения:
1) К 1720-м годам относится одна из первых попыток создания литературного языка, в котором просматриваются черты полифункциональности и дифференциации стилистических средств. Об этом свидетельствует переводческая практика А. Ф. Хрущова, который, обратившись ко второму трактату «О правлении» Джона Локка и роману Фене-лона «Похождение Телемака», наделяет стиль последнего характерными дифференциальными признаками.
2) «Нейтральный стиль» 1720-х годов, отраженный в переводе второго трактата «О правлении», обнаруживает черты преемственности по отношению к узусу петровских переводчиков 1710-х годов.
3) Узус петровских переводчиков 1710-х годов, представленный в двух ранних переводах с французского языка на русский, напечатанных гражданским шрифтом, — «Книге о способах, творящих водохождение рек свободное» 1708 г. и «Разсуждении о оказателствах к миру» 1720 г. — характеризуется внутренним единством и обнаруживает постепенное развитие.
14
4) К началу XVIII века относится начало номинативных процессов, результатом которых станет обогащение словарного состава русско-го литературного языка. Процессу лексического оформления нов^гашо-нятий присущи особые закономерности.
5) «Разсуждение о оказателствах к миру», переведенное по указу Петра I и напечатанное в Санкт-Петербурге в 1720 году, было, как это и указано на титульном листе, действительно переведено с французского языка, а именно с лондонского издания «Considerations sur les apparen-ces de la paix».
6) Второй трактат «О правлении» — первое произведение Локка, увидевшее свет на русском языке, — был переведен офицером Адмиралтейства Андреем Федоровичем Хрущовым с французского языка, точнее, с амстердамского издания 1691 г. «Du gouvernement civil». Перевод был выполнен в периодвремени с 1727 по 1729 год. Автором предисловия также является А. Ф. Хрущов, а список перевода, хранящийся в РГАДА (Ф. 181 № 194), является его автографом.
7) При переводе романа Ф. Фенелона «Похождение Телемака» А. Ф. Хрущов пользовался изданием «Les Avantures de Telemaque», изданным в Роттердаме в 1718 году. Основным, то есть наиболее близким к пока не обнаруженному или несохранившемуся автографу переводчика, из всех дошедших до нас списков следует считать экземпляр, хранящийся в РГБ (собрание Беляева № 50). Появившееся в шестидесятых годах XVIII века предание о том, что напечатанный в 1747 году текст романа был безнадежно испорчен безграмотными переписчиками и не может дать представление о красоте первоначального варианта, следует считать ошибочным. Издание 1747 г. обнаруживает в области орфографии и морфологии, а также в выборе фонетических вариантов многочисленные разночтения с основным списком и не может поэтому служить источником для реконструкции лингвистических взглядов А. Ф. Хрущова и материалом для изучения русского языка петровского вре-
15
мени, однако оно может дать достаточное представление о форме и содержании перевода.
Структура работы. Диссертация состоит из Введения, четырех глав («Проблемы изучения русского языка петровского времени», «Узус петровских переводчиков 1710-х годов», «Формирование литературного языка нового типа (два рукописных перевода 1720-х годов)», «Формирование литературного языка нового типа и развитие словарного состава (образование синонимических рядов в процессе номинации понятий)»), Заключения, Приложения, списка научной литературы и списка источников (включающих соответственно 146 и 108 наименований).
16
ГЛАВА 1.
ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ РУССКОГО ЯЗЫКА
ПЕТРОВСКОГО ВРЕМЕНИ
Как ужеотмечалось выше, в начале XVIII века начинается форми-рование русского литературного языка нового типа, дальнейшее развитие которого происходит в результате отбора языковых средств, отвечающих новым коммуникативным заданиям, и спустя сто лет приводит к возникновению современного русского литературного языка. Начало указанного процесса приходится на Петровскую эпоху, которая закономерно представляет для историков русского языка особый интерес. Несмотря на это, общепринятого взгляда на языковую ситуацию первой трети XVIII века до сих пор не выработано.
1. Сколько <литературных> языков?
В научной литературе данный период может характеризоваться как отсутствием литературного языка вообще, так и бытованием одного, двух и даже трех языков.
1.1. Отсутствие литературного языка
А. В. Исаченко, полагавший, что термин литературный язык не применим как к языковым системам, употреблявшимся в письменном виде в Древней Руси, так и к языковой ситуации эпохи петровских преобразований, условно называл первую половину XVIII века периодом «безъязычия» [Исаченко 1978: 127, 129, 130], в другой своей работе используя для характеристики названной эпохи выражение «литературная и языковая пустыня». Ср.: «Aus der literarischen und sprachlichen Wiiste beginnt etwa nach 1750 eine Schicht kultivirter Adeliger aufzusteigen, die
17
immer wieder versuchen, ihrer Umgangssprache (genauer: jener Umgangssprache, die sie neben dem Franzosischen benutzen) etwas vom Glanz und Schliff des Franzosischen zu vermitteln» [Исаченко 1973: 272]. К этой точке зрения в последних работах склоняется В. М. Живов, представляющий письменный язык петровского периода как «объединение языковых средств различных регистров в едином пуле, который в дальнейшем и подвергается тщательной ревизии, перебору и пересмотру» [Живов 2000: 580].
#
1. 2. Один язык
Предметом исследования в известной монографии В. В. Виноградова [Виноградов 1982 / (1938): 56-95] стали функционально-стилистические разновидности одного языка. Г. О. Винокур [Винокур 1959 / (1941): 114] также писал о «зарождении единого национального литературного языка», останавливаясь на его жанрово-стилистических разновидностях: деловом языке печатных книг, высоком панегирическом языке, языке виршей, языке авантюрно-любовной беллетристики, языке драмы. И хотя в начале статьи Г. О. Винокур упоминает о «начавшемся разрушении прежней системы письменного двуязычия», в дальнейшем изложении этот мотив продолжения не находит.
Б. А. Ларин разделял точку зрения В. В. Виноградова. Более того, он считал, что «в Петровскую эпоху все три стиля — и высокий, и средний, и низкий — уже созданы. Высокий стиль — это старый церковный язык, средний — общий разговорный, а низкий стиль — грубое просторечие, включающее диалектно окрашенную бранную лексику» [Ларин 1975 / (1951): 287]. Он замечал также: «Многие историки языка, исходя из плохих переводов, считали язык Петровской эпохи неоправданно пестрым, характеризующимся нелепым смешением славянских и займет- |
