ВВЕДЕНИЕ
Одним из центральных положений нейропсихологической теории мозговой организации высших психических функций, сформулированных А.Р.Лурия (1969, 1973 и др.), является положение о том, что мозг при реализации любой психической функции работает как парный орган. Закономерности межполушарного взаимодействия и межполушарной асимметрии как частного случая взаимодействия относятся к важнейшим, фундаментальным закономерностям работы мозга (Хомская и др., 1997). Таким образом, в русле основных методологических принципов нейропсихологии - сопоставления системного строения психических процессов и явлений с системными характеристиками организации деятельности мозга - представляется актуальным анализ проблемы регуляции эмоций в контексте полушарной организации деятельности мозга.
Проблема взаимоотношения полушарий мозга и эмоций достаточно широко представлена в литературе. Считается, что правое полушарие в большей степени, чем левое, связано с эмоциональным реагированием. Большое количество данных также свидетельствует в пользу того, что левое полушарие преимущественно связано с положительными, а правое -с отрицательными эмоциями (Губина, 1964, Доброхотова, 1974, Белый, 1975, Симонов, 1981, 1998, Хомская, Батова, 1992, Костандов 1992, 1993, Heller, 1993, Davidson, 1993, Симонов, 1981, 1998, Schiffer, 1995, Smith, 1990, Jones, Fox, 1992, Tomarken et al., 1992 и мн. др.). Особое значение проблема динамических аспектов функционального взаимодействия полушарий приобретает при анализе механизмов адаптации человека. Н.Н.Данилова (1998) отмечает, что устойчивость к стрессу зависит от функциональной организации мозговой активности. В целом ряде работ (Ильюченок и др, 1989, Леутин, Дубровина, 1983, Колышкин, 1984, Янсоне, 1979) показано, что при длительных и интенсивных функциональных нагрузках (зрительное обнаружение
сигналов, адаптация к экстремальным факторам окружающей среды, умственная нагрузка и т.п.) наблюдается сдвиг фокусов максимальной активации из левого полушария в правое. Активация правого полушария представляется одним из важнейших механизмов регуляции при стрессе (Henry, 1993). Анализ структурных механизмов регуляции состояния при стрессе позволяет выделить эмоциональный компонент как один из важнейших элементов адаптации (Шапкин, Дикая, 1996). Однако развитие исследований в этом направлении сдерживается недостаточно развитым методическим аппаратом, который бы позволял изучать динамические аспекты функционального взаимодействия полушарий в сопоставлении с психологическими характеристиками эмоционального статуса и эмоционального реагирования. Используемая в настоящей работе методика основана на регистрации латеральных опережающих движений глаз (Владимиров, 1970, Владимиров, Хомская, 1981). В литературе имеются данные о том, что латеральные движения глаз отражают особенности функциональной асимметрии и взаимодействия полушарий головного мозга. Эти данные получены при исследовании больных с локальными поражениями мозга (Владимиров, Хомская, 1981, Butter et al., 1988), на основании сопоставления глазодвигательных реакций с
электроэнцефалографическими показателями активности полушарий (Jagla, Zikmund, 1988, Neubauer et al., 1988), показателями регионального мозгового кровотока (Gur and Reivich, 1980). Кроме того, в ряде работ показано, чтр латеральные движения глаз зависят от активации левого или правого полушария, вызванной семантическими стимулами: вербально-неэмоциональными (левое полушарие) и пространственно-эмоциональными (правое полушарие) вопросами (EMichman, 1961, Bakan, 1971, KiHsbourn, 1974, Lefevre et al., 1977, Ehrlichman, Weinberger, 1978, Beaumont et al., 1984, Griffiths, Woodman, 1985, Raine et al., 1988, Raine, 1991 и др.). Феномен опережения возникает при слежении за ритмически
предъявляемыми зрительными стимулами и, в отличие от пассивных
латеральных движений, опережающие движения глаз связаны с общими
механизмами предвосхищения, занимающими центральное место в
целенаправленной активности субъекта (Бернштейн, 1947, 1966, Анохин,
1962, 1968, Лурия, 1969, Ломов, Сурков, 1980).
В настоящей работе выдвигаются две гипотезы:
во-первых, латеральные опережающие движения глаз рассматриваются
как показатель, отражающий функциональную асимметрию и
взаимодействие полушарий мозга;
во-вторых, латеральные опережающие движения глаз, являясь
проявлением экстраполяции как фундаментальной характеристики
активности субъекта, зависят от его эмоционального отношения к
стимульной семантической информации.
Цель и задачи исследования. Целью настоящей работы являлось
создание и апробация методики, основанной на регистрации латеральных
опережающих движений глаз, которая позволила бы оценивать
характеристики функционального взаимодействия полушарий, с одной
стороны, а также особенности эмоционального отношения к стимулам - с
другой, что делало бы ее пригодной для анализа полушарных механизмов
эмоционального компонента регуляции состояния.
Исходя из сформулированных гипотез, были поставлены следующие
задачи:
• Создание методики на основе регистрации опережающих движений глаз для анализа динамики функционального взаимодействия полушарий и для оценки эмоционального отношения к стимулам.
• Изучение динамики межполушарного взаимодействия при адаптации в экстремальных условиях.
• Изучение индивидуальных особенностей эмоциональной сферы испытуемых.
• Изучение связи профиля полушарной асимметрии с показателями опережающих движений глаз.
Научная новизна. В работе получены новые данные о том, что величина опережения связана с функциональной асимметрией полушарий, это нашло свое отражение в интегральных характеристиках опережения влево и вправо как в фоне (при отсутствии семантических стимулов), так и при семантической стимуляции. Кроме того, обнаружено, что величина опережения при переводе взора на стимул зависит от отношения испытуемого к этому стимулу. Показано, что само отношение к стимулам неоднородно по своей структуре. С одной стороны, это общие для всех испытуемых закономерности в предпочтениях, с другой стороны -высокодифференцированные характеристики отношений, отражающие особенности личности испытуемых, структуру эмоционального реагирования.
При исследовании динамики состояния испытуемых в экстремальных условиях, которые создавались длительной многосуточной депривацией сна, обнаружена суточная периодичность показателей опережения. Выявлено наличие в ходе эксперимента переломного, кризисного момента (около 6 часов утра вторых суток, т.е. приблизительно через 45 часов работы в условиях депривации сна), во время которого отмечается самое значительное ухудшение состояния испытуемых, как по объективным показателям, так и по данным самоотчетов.. В дальнейшем состояние улучшается, благодаря перестройке и активизации механизмов адаптации и саморегуляции. В качестве одного из таких механизмов, согласно полученным результатам, выступает функциональное взаимодействие полушарий мозга. Обнаружено, что в первой половине эксперимента наблюдается постепенное увеличение роли левого полушария в балансе активности лолушарий. Наибольшего значения показатели активации левого полушария достигают в момент, предшествующий кризисному. После переломного момента происходит постепенное уменьшение роли левого и увеличение роли правого полушария. Исходя из этих результатов, делается вывод о наличии двух типов регуляции функционального состояния - левополушарного и правополушарного,
7
смена которых соответствует кризисному состоянию испытуемых. В исследовании показано, что смена левополушарного типа регуляции функционального состояния на правополушарный соответствует снижению уровня дифференцирования значимого и незначимого стимулов, а также усилению функционирования механизмов психологической защиты при предъявлении фрустрирующего стимула. Рассмотрение результатов, полученных с помощью разработанной методики, в их сопоставлении с профилем латеральной организации мозга (ПЛО), позволило сделать ряд вьшодов об особенностях активационных и эмоциональных механизмов, связанных с типом ПЛО как нейропсихологическим фактором (Хомская, 1998). При сравнении показателей латеральных опережающих движений глаз с результатами оценки профиля полушарной асимметрии мозга установлено, что имеются определенные особенности эмоционального реагирования, характерные для испытуемых с признаками доминирования правого и левого полушария. Эти данные свидетельствуют о большей выраженности эмоциональной реактивности у испытуемых с признаками левшества, а также о качественных особенностях регуляции эмоционального состояния в зависимости от наличия признаков левополушарного или правополушарного доминирования. Получены также данные, свидетельствующие о связи экстраверсии с доминированием левого, а психотизма - с доминированием правого полушария. Теоретическое значение. Теоретическое значение работы заключается в дальнейшей разработке проблемы полушарных механизмов регуляции эмоций и функциональных состояний, в исследовании динамики межполушарного взаимодействия в процессе регуляции состояний в экстремальных условиях деятельности, в изучении структуры эмоциональных предпочтений в зависимости от характеристик межполушарного взаимодействия.
Практическое значение. Практическое значение работы определяется возможностью применения разработанных методов и полученных
8
результатов для изучения индивидуальных особенностей эмоционально-личностной сферы (тип эмоционального реагирования, эмоциональная устойчивость), для прогноза поведения человека в экстремальных условиях, что представляет интерес для ряда прикладных направлений психологии. Выявленные в работе закономерности дают основания для использования разработанных методик с целью анализа и диагностики эмоциональных нарушений при различных видах патологии.
ГЛАВА 1. ЛИТЕРАТУРНЫЙ ОБЗОР
Полушарные механизмы регуляции функциональных состояний
Современная точка зрения на функциональные состояния заключается в рассмотрении их как интеграции уровней активности различных физиологических систем, которая определяет особенности осуществления деятельности. Функциональное состояние является сложной многокомпонентной интеграцией активности различных структур -мотивационных, активационных, эмоциональных (Данилова, 1985, 1992, 1997, 1998).
Литературные данные, относящиеся к нейропсихологическим механизмам регуляции функциональных состояний в контексте проблемы функциональной асимметрии полушарий, можно разделить на несколько групп.
Во-первых, это данные, свидетельствующие о роли функциональной асимметрии и взаимодействия полушарий в процессе адаптации. Во-вторых, достаточно большое количество литературных источников указывает на наличие связи между профилем латеральной асимметрии и состоянием регуляторных систем, которое находит отражение в показателях уровня нейротизма, экстраверсии и других индивидуальных характеристиках реагирования.
В настоящее время активация правого полушария представляется одним из важнейших механизмов регуляции состояния при стрессе (Henry, 1993). В целом ряде работ (Ильюченок и др, 1989, Леутин, Дубровина, 1983, Кольщисин, 1984, Янсоне, 1979) показано, что при длительных и интенсивных функциональных нагрузках (зрительное обнаружение сигналов, адаптация к экстремальным факторам окружающей среды, умственная нагрузка и т.п.) наблюдается сдвиг фокусов максимальной активации из левого полушария в правое. Переход от доминирования левого полушария к доминированию правого способствует, по мнению
10
некоторых авторов (Ротенберг, 1987), более быстрому решению задач, обеспечивая одномоментное и экономное (то есть не связанное с дополнительными физиологическими затратами) «схватывание» максимального числа связей. На первых этапах адаптации происходит активация правого полушария как по показателям ЭЭГ (десинхронизация), так и по воспроизведению эмоционально значимой информации при дихотическом прослушивании. При нарастании экстремальных воздействий длительность активации правого полушария (по данным ЭЭГ) увеличивается, но ее эффективность уменьшается, воспроизведение эмоционально значимой информации ухудшается (Колышкин, 1984).
В работе (Ильюченок и др., 1989) показано, что имеется отчетливая тенденция к изменению характера межполушарного взаимодействия при сравнении результатов исследований в начале и в конце рабочего дня. Обнаруженное ухудшение межполушарного взаимодействия и снижение градиента асимметрии у человека в конце рабочего дня авторы рассматривают как один из механизмов возникновения психического утомления.
При исследовании неосознаваемой психической установки (фиксированная установка на вес) в экстремальных условиях (в процессе адаптации при перемещении в новую климато-географическую зону) обнаружена следующая динамика иллюзорного восприятия: в норме доминирует левое полушарие; на 2-е, 3-й сутки адаптации отмечается инверсия полушарного доминирования, вызванная резким снижением величины иллюзий, соотносимых с левым полушарием; на 4-е сутки столь же стремительно снижается иллюзорная оценка массы при адресации к правому полушарию, сопровождающаяся восстановлением доминирования левого полушария, правда, на более низком уровне; в дальнейшем, на 9 - 18 сутки, исходный уровень полушарных взаимодействий восстанавливался (Ильюченок и др, 1989). Проведенный анализ динамики формирования неосознаваемой установки на вес в
11
условиях адаптации выявил в новых климато-географических условиях ослабление в первые дни адаптации сложившейся старой установки, что облегчает возможности адаптивной перестройки, создание и переход на новые программы отражения измененной картины внешнего мира. Авторы полагают, что подобная пластичность полушарных взаимоотношений позволяет организму в условиях экстренной адаптации максимально быстро отойти от выработанного ранее субъективного образа объективного мира, мешающего скорейшему формированию иной субъективной стратегии приспособительного поведения. Имеются также данные о том, что при адаптации в ситуации экстренной смены условий окружающей среды возникает доминирование правого полушария, ранее субдоминантного в отношении выполняемого задания (Леутин, Дубровина, 1983).
Характер межполушарного взаимодействия и функциональной асимметрии мозга во многом определяет и особенности адаптации человека к новой экологической обстановке. Наличие доминантности правого полушария при адаптации меняет характер межполушарного взаимодействия: обеспечивается перенос информации с правого на левое полушарие, ослабляется интерференционное торможение с левого на правое полушарие, что способствует увеличению объема воспринимаемой и обрабатываемой мозгом информации и быстрому созданию цовьгх адаптивных программ при участии эмоциогенной регуляторной системы памяти, и мозг выступает как единое целое. Вторая группа данных указьшает на наличие связи между стабильными характеристиками межполушарного взаимодействия и индивидуальными показателями состояния регуляторных механизмов. Существует большое количество фактов относительно того, что некоторые особенности эмоционально-личностной сферы, определяемые, главным образом, с помощью соответствующих опросников, коррелируют с профилем латеральной асимметрии мозга. Отмечается связь левосторонних признаков доминирования с эмоциональностью, снижением уровня
12
самоконтроля и элементами социальной дезадаптации (Harburg et al., 1981). Показано, что у мужчин - левшей показатели нейротизма выше, чем у правшей (Mascie-Taylor, 1981). В целом ряде исследований получены свидетельства того, что правополушарное доминирование связано с большей тревожностью, интравертированностью, нейротизмом (Шмакова, Волошенко, 1983, Кляйн и др., 1986, Москвин, 1988). Таким образом, существует связь эмоциональной регуляции состояния с признаками, отражающими функциональную асимметрию полушарий мозга, при этом в норме левополушарное доминирование соответствует более высокой эффективности механизмов регуляции, а наличие признаков доминирования правого полушария коррелирует со снижением эффективности этих механизмов.
В работе Е.Д.Хомской (1992) исследовались эмоционально-личностные изменения, возникшие в результате патологического стресса, являющегося комбинацией органического поражения ЦНС (радиационное облучение) и мощного психотравмирующего воздействия. Обнаружены признаки правополушарной эмоциональной недостаточности, что сочетается с рядом эмоционально-личностных сдвигов. Вместе с тем, подчеркивается неоднородность и индивидуальная изменчивость получешшх результатов.
Проблема индивидуальных различий в контексте нормативной вариабельности соотношения активности левого и правого полушарий нашла отражение в монографии Е.Д.Хомской с соавт. (1997). В этой работе показано наличие, в рамках психологической нормы, типов эмоционального реагирования, связанных с теми или иными комбинациями признаков доминирования левого и правого полушарий мозга.
Можно думать, что представления об особенностях полушарной организации процессов регуляции функциональных состояний и эмоционального реагирования, описанные в данной монографии, могут быть развиты путем изучения динамических характеристик этих
13
процессов, свойственных тому или иному типу организации межполушарного взаимодействия.
Функциональная асимметрия полушарий и эмоции
Разработка проблемы связи эмоций с функциональной асимметрией мозга в современной нейропсихологии осуществляется как путем изучения специфики эмоционально-личностных особенностей здоровых испытуемых, имеющих различный профиль межполушарной асимметрии мозга, так и путем изучения нарушений эмоционально-личностной сферы у больных с локальными поражениями мозга (Хомская, Батова, 1992). В русле представлений о системной организации мозговой деятельности рассматривается роль функциональной асимметрии мозговых механизмов, связанных с регуляцией активации и тонуса. Эти механизмы образуют так называемый первый структурно-функциональный блок (Лурия, 1973, Хомская, 1972). Согласно современным данным, можно выделить два аспекта, связанных с полушарной специализацией механизмов данного блока (Хомская, 1995). С одной стороны, левополушарные механизмы связаны с собственно регуляцией тонуса, а правополушарные - с мозговым обеспечением эмоционального реагирования. С другой стороны - левое полушарие связано в основном с восприятием и переработкой положительной, а правое - отрицательной эмоциональной информации.
Исследования, посвященные вопросам функциональной анатомии эмоций, и, в частности, эмоциональной специализации полушарий головного мозга, как в прошлом, так и в значительной мере в настоящее время развиваются на путях клинико-морфологических корреляций. Особенности эмоциональных реакций и эмоциональных переживаний после нейрохирургических операций на головном мозге у неврологических и психически больных, у лиц с опухолями и локальными травмами мозга, у больных височной эпилепсией, после лекарственной
14
инактивации отдельного полушария (проба В ада) дают обильный материал для оценок роли левого и правого полушарий головного мозга в регуляции эмоциональных функций человека (Доброхотова, 1974, Доброхотова, Брагина, 1977).
Наблюдения на больных, перенесших операцию комиссуротомии, показали, что каждое из полушарий головного мозга человека при определенных условиях способно к изолированным эмоциональным реакциям (Sperry, 1965; Lishman, 1971; Gazzaniga, 1974; Preilowski, 1975, Borod et al., 1986). У пациентов с таким «расщепленным мозгом» неожиданное предъявление картинки эмоциогенного содержания вызывает эмоциональные реакции, независимо от полушария, которое воспринимает рисунок. Когда картинка предъявляется на правое поле зрения, связанное преимущественно с левым полушарием мозга, эмоциональные проявления регистрируются после того, как больной словесно охарактеризовал данное изображение. Если же картинка адресуется к левому полю зрения, и, следовательно, к правому полушарию, то эмоциональная реакция возникает непосредственно в ходе зрительного восприятия; в этом случае больной, бурно реагируя на эмоциогенный раздражитель, вместе с тем не может дать ему адекватного словесного описания.
Понимание юмора у больных с повреждениями левой гемисферы мало отличается от аналогичной способности здорового человека, но существенно страдает при правосторонней мозговой недостаточности (Мороц, 1974; Gardner et al., 1975). При правосторонних поражениях лобных долей мозга картинки юмористического содержания не вызьшают эмоциональных реакций: давая подробное словесное описание рисунку, больные не понимают его юмористическую сторону. Возможность к изолированному вовлечению полушарий в эмоциональные процессы имеет, по-видимому, свои биологические предпосылки. Монокулярное восприятие эмоциогенных стимулов после одностороннего удаления миндалевидного комплекса вызывает
15
«драматические» сдвиги у комиссуротомированных обезьян (Downer, 1962). В том случае, если зрительное восприятие осуществляется глазом, а, следовательно, и полушарием на интактной стороне мозга, эмоциональные реакции оперированных животных не отличаются от тех, которые свойственны им в норме; вид посторонних лиц по-прежнему вызывает ярко выраженную реакцию агрессии. Иной характер поведения отмечается тогда, когда восприятие происходит глазом на оперированной стороне мозга. Та же зрительная стимуляция уже не провоцирует обычных проявлений агрессии: животные обнаруживают индифферентное отношение к присутствию в комнате посторонних лиц. Изменения в эмоционально-мотивационной сфере описаны также у комиссуротомированных обезьян после одностороннего повреждения гипоталамуса. Характер пищевого поведения животных меняется в зависимости от того, с какой половины мозга оно вызывается. Поведенческая инициатива наблюдается при стимуляции полушария на интактной стороне и отсутствует при стимуляции полушария на травмированной половине мозга (Gazzaniga, 1972). Несмотря малочисленность имеющихся экспериментальных данных, есть основания полагать, что комиссуральные системы головного мозга, и прежде всего мозолистое тело, играют важную роль в регуляции эмоциональных реакций животных (Акбардия, Мосидзе, 1975).
У здорового человека знак, интенсивность и длительность эмоциональных переживаний обычно адекватны его самочувствию и характеру внешних воздействий. Нарушение этого соответствия является одним из типичных проявлений эмоциональной патологии при некоторых заболеваниях мозга. Клинические факты позволяют считать, что степень связи левого и правого полушария мозга с эмоциями у человека различна. Эмоциональные нарушения при повреждениях правого полушария занимают больший удельный вес и выражены значительно ярче, чем при поражениях левого полушария. Частота явлений «общего безразличия» при поражениях правой гемисферы значительно превышает аналогичные
16
случаи, зарегистрированные в результате поражения левой гемисферы, и считается одним из основных симптомов правостороннего заболевания мозга (Несаеп, 1960, 1962; Gainotti, 1969, 1972; Valenstein, 1976). Эмоциональность правого полушария в виде большей «агрессивности» его реакций по сравнению с левым полушарием обнаружена у комиссуротомированных пациентов (Gazzaniga, 1970). При повреждениях, а также удалении правого полушария отмечается эмоциональная слабость, лабильность эмоциональных реакций и неспособность к эмоциональному контролю (Gardner et al., 1955; Weis et al., 1956; Губина, 1964; Белый, 1975). В результате правополушарных заболеваний редуцируется способность восприятия эмоциональных движений человеческого лица - мимики гнева, плача, печали, страха, радости и т. п. (Несаеп, Angelergus, 1963). У больных появляются затруднения в распознавании неречевых звуковых образов: они перестают различать мужской и женский голоса, смех, кашель и различные звуки, встречающиеся в природе; утрачивается также способность узнавать и воспроизводить знакомые мелодии (Деглин, 1975).
Нарушения в эмоциональной сфере человека при правополушарной недостаточности обнаруживаются и в речевых расстройствах нелингвистического характера: исчезает эмоциональная окраска речи, она становится монотонной, меняются интонации и акцент. Отмечаются также своеобразные изменения речевого восприятия в виде «отчуждения» речи окружающих и своей собственной (Шмарьян, 1940; Койнов, Овчарова, 1969; Бабенкова, 1971, Деглин, 1970, 1975; Балонов, Деглин, 1976).
Клиника располагает данными о том, что возбужденному состоянию правого полушария - во время эпилептических припадков, обусловленных наличием эцилептогенного очага в правой височной доле, - сопутствуют выраженные аффективные и вегетативные реакции, тогда как эпилептические припадки при левосторонней локализации очага поражения протекают без интенсивных сдвигов подобного характера. При
17
этом эмоциональные пароксизмы и достоверное преобладание вегетативных феноменов наблюдается только при правосторонней локализации очага поражения (Овсянкина, 1965, Братина, Доброхотова, 1967; Вейн, J970; Власова, 1970, Колосова, Березин, 1970; Вейн, Власова, 1971; Доброхотова, 1974, Вейн, Колосова, 1975).
В норме, у здоровых людей, не всегда удается обнаружить различия между правым и левым полушариями по типу эмоционального реагирования (Burchtel et al., 1976; Harman, Ray, 1977). Однако неоднозначность типа эмоциональных реакций описана при односторонних поражениях мозга. Пациенты с левосторонней недостаточностью отличаются переживаниями страдальческого оттенка -тяжелыми приступами тревоги, беспокойства, тоски, страха, отчаяния. В данном случае усиливается интенсивность эмоциональных переживаний, но не нарушается их адекватность; так, например, тревога, подавленное настроение и подобные переживания появляются у больных в ответ на возникающие речевые затруднения. Больные с правосторонними нарушениями, наоборот, недооценивают тяжесть своего заболевания, для них более типичны состояния эйфории, а также явления эмоциональной тупости, апатии, безразличия к окружающему (Хорошко, 1935; Лебединскиц, 1948; Hecaen, Angelergus, 1963; Вяземский, 1964; Бабенкова 1971; Gainotti, 1972; Доброхотова, Подобед, 1973; Лурия, 1973, Доброхотова, 1974; Белый, 1975; Шубенко-Шубина, 1975, Ольшанский, 1979, Квасовец, 1986).
Различия в эмоциональной реактивности наблюдаются также при избирательном угнетении функций одного из полушарий путем интракаротидной инъекции амитала натрия: введение его в сонную артерию на стороне левого полушария сопровождается депрессивными реакциями, я инъекция на стороне правого полушария - явлениями эйфории (Terzian, Ceccotto, 1959; Alema, Donini 1961; Репа et al., 1961; Terzian, 1964; Корнянский и др., 1965; Rossi, Rosadini, 1967). Тот же характер эмоциональных изменений прослеживается у пациентов при |
