Введение
Актуальность темы исследования. В бурятоведении широко
\ изучается словарный состав языка. Однако закономерности процесса
I изменения значения лексических единиц, связи между ними ещё не стали
предметом специального анализа, и к настоящему времени перечень работ,
затрагивающих интересующую нас проблематику, содержит небольшое
количество наименований.
В общем плане среди работ лексикологического направления прежде всего следует назвать работы профессора Т.А. Бертагаева: «Лексика монгольских языков» [1948], «К исследованию лексики монгольских языков» [1961], «Лексика современных монгольских литературных языков» [1975].
Изучалась история лексики в связи с историей культуры [Л.Б. ' Бадмаева «Язык летописи Вандана Юмсунова (лексико-грамматическое
j исследование)», Ц.Б. Цыдендамбаев «Бурятские исторические хроники и
родословные», Л.Д. Шагдаров «Становление единых норм бурятского литературного языка в советскую эпоху» и т.д.]. Значительное место занимают этимологические исследования [Л.Т. Ангархаев «Этимологическое исследование древнемонгольских онимов», Р.Г. Жамсаранова «Топонимия Восточного Забайкалья», A.B. Шойжинимаева «Ойконимия этнической Бурятии (лингвистический анализ)» и др.]. Выявлялась лексика диалектов [см. работы Д.А. Абашеева, Ц.Б. Будаева, Д.Г. Дамдинова, Б.В. Матхеева, А.Г. Митрошкиной, Э.Р. Раднаева, М.П. Хомонова и т.д.]. Немало интересных наблюдений накоплено в области лексико-стилистических исследований [см. исследования Л.Б. Балдаевой, СБ. Будаева, Т.М. Дугаржаповой, Г.А. Дырхеевой, Д.Д. Санжиной, А.Н. Содномова, М.П. Хомонова, Л.Д. Шагдарова и др.]. Велась интенсивная лексикографическая работа [Ц.Б. Будаев «Словарь русско-бурятских адекватных пословиц и поговорок », K.M. Черемисов «Бурятско-русский
4
словарь», «Краткий русско-бурятский словарь» сост. Ц.Б. Цыдендамбаев и
т.д.].
В последнее время активизировались исследования по ономастике [см. работы С.Д. Бабуева, Л.Б. Бадмаевой, СБ. Будаева, И.Д. Бураева, У-Ж.Ш. Дондукова, А.Г. Митрошкиной, В.И. Рассадина, Л.Д. Шагдарова, Л.В. Шулуновой, Ц.Б. Цыдендамбаева и т.д.]. В последние годы всё более активно изучается лексика Бурятии в тематическом аспекте. Достаточно хорошо изучена отраслевая лексика бурятского языка. Накоплены сведения о лексических явлениях бурятского языка в сравнительно-сопоставительном, этимологическом и типологическом аспектах [см. работы СВ. Андреевой, В.В. Базаровой, Ц.Б. Базаровой, В.Д. Патаевой и т.д.]. Имеются монографии и статьи, которые касаются вопросов бурятского словообразования [см. работы СВ. Андреевой, Т.А. Бертагаева, У.-Ж.Ш. Дондукова].
Накопленные сведения, а также уровень изученности лексики бурятского языка даёт нам возможность сегодня обратиться к исследованию омонимии. Лексика бурятского языка специально не рассматривалась в этом плане, хотя имеют место отдельные статьи и общие замечания по этой проблеме [см. статьи Ц.Ц. Бальжинимаевой, Б.Б. Будаин, У.-Ж.Ш. Дондукова, Н.Б. Дугарова, Г.З. Сажиновой].
Актуальность проблемы омонимии объясняется тем, что в современном бурятском языкознании до сих пор остаются малоисследованными многие проблемы лексикологии. Одна из них относится к омонимам, и данная работа посвящена всестороннему исследованию явления омонимии в современном бурятском языке. В этом направлении исследование лексики бурятского языка проводится впервые. В работе приводятся сведения о критериях разграничения омонимии и полисемии, о типах и видах омонимов, о путях и способах их появления в словарном составе языка.
Цель настоящей работы заключается в том, чтобы на основе
5
синхронного анализа выявить омонимический пласт бурятского языка и дать ему всестороннюю лингвистическую оценку.
Объектом исследования является лексический состав современного бурятского языка.
Предметом исследования являются лексические единицы с омонимичными отношениями, то есть характеризуется функциональный аспект омонимии. Принцип функциональности связывает изучение омонимов с анализом явлений лексики, грамматики, словообразования. Соответственно, разграничение грамматических, лексических омонимов, возникших путём семантической деривации, открывает возможности их многостороннего анализа.
В работе рассматриваются системные и асистемные связи и отношения языковых единиц разного уровня (слово, форма слова, словосочетание), функциональная обусловленность формальных и содержательных преобразований слова, т.е мы уделяем особое внимание факторам, обуславливающим формирование и функционирование омонимов, однотипность их связей. Считаем, что подобный подход к изучению омонимов наиболее точно соответствует цели их многопланового исследования.
Характеризуя типы и виды омонимов, мы тем самым готовим почву для их классификации. Описывая способы формирования омонимов, мы определяем наиболее вероятные пути их появления и соответственно намечаем наиболее вероятные направления изучения словарного состава бурятского языка.
Достижение поставленной цели определило решение ряда конкретных задач исследования:
1) проследить историю изучения омонимов в монголистике, а также в русской филологии;
2) определить критерии разграничения явлений омонимии и полисемии в бурятском языке;
6
3) описать межсловные и внутрисловные связи между разными лексико-семантическими вариантами одного слова и разных слов (лексическая омонимия);
4) рассмотреть межсловные и внутрисловные связи между разными словами и разными грамматическими формами разных слов (грамматическая омонимия);
5) изучить межсловные связи между словами с разным деривационным строением и разной морфологической структурой (словообразовательная омонимия).
Для решения поставленных задач использовались следующие методы исследования: сравнительно-сопоставительный и структурно-семантический; приемы системного анализа, элементы статистического анализа. В тех случаях, когда это необходимо, использовались приемы историко-этимологического анализа.
Методологическую основу работы составляют научно-теоретические труды Н.Д. Арутюновой, О.С. Ахмановой, Ш. Балли, В.В. Виноградова, Г.О. Винокура, Е.С. Кубряковой, А.И. Смирницкого, П.А. Соболевой, Ю.С. Степанова, Д.Н. Шмелева, Т.А. Бертагаева, СБ. Будаева, У-Ж.Ш. Дондукова и т.д.
Научная новизна диссертации заключается в том, что настоящая работа является первым опытом комплексного исследования омонимов бурятского языка. Она нацелена на всестороннее описание типов и видов омонимов бурятского языка. Омонимия должна быть представлена с позиций её функциональной характеристики, которая предполагает структурное и содержательное описание омонимов разного типа. Современному бурятскому языку присуща многоплановость омонимичных отношений между лексическими единицами, что усложняет функциональный аспект исследования омонимии.
Теоретическая значимость исследования заключается в выявлении всех специфических и новых данных о взаимодействии лексики,
7
грамматики, словообразования при формировании омонимичных связей между единицами языка. Эти единицы и связи между ними классифицированы и типологизированы. В общем плане такое взаимодействие, на наш взгляд, носит универсальный характер и обладает общеязыковыми и специфическими языковыми факторами. Результаты данного исследования вносят определенный вклад в методологию изучения омонимии как лексической категории, что открывает новые перспективы в изучении лексико-семантической структуры слова в бурятском языке. Проведённое исследование даёт возможность проследить за закономерностями формирования разных групп слов-омонимов и открывает новые перспективы их изучения в бурятском языке.
Практическая значимость исследования состоит в том, что приведенный материал может быть использован в практике составления словарей различного направления (толковых, энциклопедических, орфографических и т.д.). Материал исследования можно использовать при написании школьных и вузовских пособий по бурятскому языку, а также при составлении сравнительных грамматик монгольских языков. Результаты исследования применимы в вузовском учебном процессе: при чтении лекций и проведении спецкурсов по теоретической и практической грамматике бурятского языка.
К анализу привлечены около 900 пар лексических единиц пар, между которыми устанавливаются омонимичные отношения в плане лексики, грамматики, словообразования. В корпус работы введён список из 400 пар слов, омонимичные отношения между которыми изучаются в обширном языковом контексте. Он раскрывает особенности функционально обусловленного преобразования формы и содержания лексических единиц с однотипными омонимичными отношениями между ними.
Языковой материал исследования извлечён сплошной выборкой слов-омонимов из бурятско-русского словаря K.M. Черемисова (Бурятско-руссский словарь. Около 44 000 слов; сост. K.M. Черемисов.- М.,1973),
краткого толкового словаря бурятского языка (Краткий толковый словарь бурятского языка. Около 3 000 слов. Улан-Удэ, 1992) и картотеки, составленной автором путём выборки фактического материала из бурятской художественной литературы, устного народного творчества и периодической печати.
На защиту выносятся следующие положения:
1) в современном бурятском языке есть группы омонимов с общими и дифференциальными свойствами: лексические омонимы, лексико-грамматические (функциональные) омонимы, омоформы;
2) омонимичные отношения между языковыми единицами в лексическом аспекте проявляются в виде полной и неполной лексической омонимии. Неполные лексические омонимы встречаются чаще всего среди существительных;
3) омонимичные отношения между языковыми единицами могут проявлять себя в грамматическом аспекте как явление лексико-грамматической омонимии и омоформии. В бурятском языке омоформия чаще проявляется между словами, между грамматическими формами отдельных слов. Наибольшее количество примеров омоформии существует в группах из пар непроизводных слов разных частей речи;
4) словообразовательная омонимия в бурятском языке находит своё выражение при суффиксациии и при конверсии;
5) омонимия является полигоном исследования системных и асистемных отношений единиц в лексике бурятского языка.
Решение выделенных задач обусловило структуру диссертационного исследования. Оно состоит из введения, одной теоретической и одной исследовательской глав.
В первой главе прослеживается история изучения омонимов в русском и бурятском языкознаниях, рассматриваются критерии разграничения омонимов. Во второй главе описываются лексические омонимы, анализируются их типы и пути образования, а также
9
характеризуются грамматические омонимы; затронут грамматический аспект её исследования.
Апробация результатов исследования. Основные результаты исследования были апробированы в докладах: на регинальной научно-практической конференции «Проблемы фольклориситки, литературоведения и языкознания» (памяти д.ф.н., прфессора ИГУ Н.О. Шаракшиновой. - Иркутск, 23-24 ноября 2001г.), региональной научно-практической конференции «Языковое и литературное образование в бурятской начальной школе» (БГУ, 21-22 ноября 2002 г.), международной научно-практической конференции, посвященной 80-летию профессоров У.-Ж.Ш. Дондукова и Ц.Б. Будаева. 20 ноября 2003 г.
10
Глава 1. Лингвистический статус явления омонимии § 1. История изучения омонимов в бурятском и русском языках
Язык неразрывно связан с его прямыми носителями - человеком, человеческим коллективом, обществом, и поэтому коммуникативная функция является самой важной функцией язык. Все свои мысли и чувства человек выражает при помощи слов, которые являются удивительным средством соединения внутренней мыслительной деятельности человека с внешней формой её выражения. «Язык или слово, в обширнейшем смысле, есть способность выражать понятие членораздельными звуками» [Потебня, 1993,8].
Возникновение слов обусловлено назывной функцией самого слова, то есть с процессами называния того или иного объекта, явления, свойства. По замечанию Харитончик, «для построения высказываний, в которых говорящий передаёт своему собеседнику ту или иную мысль, сообщает какую-то информацию, необходим строительный материал» [Харитончик, 1992, 9]. Таким «строительным материалом» являются слова. «В гносеологическом аспекте прямая лексическая номинация есть всегда процесс обращения фактов действительности в знаки и достояния людей путём обращения фактов действительности в факты системы языка, в значения и категории, отражающие общественный опыт носителей языка» [Уфимцева, 1977, 8].
Необходимость называния мира многообразных предметов, чувств, свойств, материальных объектов, фактов, событий продиктована нуждами языкового коллектива. Лексическая номинация используется для именования внешнего и внутреннего опыта человека. Развитие науки, техники, богатство окружающего мира не позволяет говорить о конечности данного опыта. Однако, создание для каждого объекта, явления или свойства отдельного обозначения привело бы к возникновению громоздкой языковой системы, фактически непригодной к употреблению. В языке действует принцип «наименьшего усилия» [Мартине, 1960].
11
Возникновению вторичной номинации в определенной мере способствуют ограничения, накладываемые человеческой памятью, так как памяти трудно удерживать количество означающих, равное количеству означаемых. В монографии Маулера, посвященной проблемам грамматической омонимии в английском языке замечено, что «возрастание числа означающих объективно нежелательно, поскольку это грозит перегрузкой человеческой памяти» [Маулер, 1982, 12]. Вторичная номинация - это употребление уже существующих слов для обозначения различных явлений действительности. [Харитончик, 1992, 11; Уфимцева, 1986, 129]. Это приводит к асимметричности языкового знака, то есть ситуации, когда одному означаемому соответствует несколько означающих и наоборот. Так возникает явление полисемии - наличие у одного слова нескольких значений и омонимия - одинаковость формы при разных значениях [Будагов, Головин, Маслов, Реформатский]. Появление в языке полисемии может быть объяснено необходимостью как можно полнее, ярче и экономичнее отразить реальный мир, «отношения, существующие в окружающей действительности, и закрепить результаты абстрагирующей и анализирующей работы мышления» [Малаховский, 1990, 19]. Причины, лежащие у истоков омонимии, связаны, в первую очередь, с историческим развитием языковой системы, с теми фонетическими, фонологическими, морфологическими, семантическими изменениями, которые претерпевает язык в процессе своей истории, а так как подобные изменения всегда происходят в лексической системе, то возникновение омонимии является неизбежным.
Явление омонимии издавна привлекало внимание лингвистов, философов, психологов. Впервые Аристотель обозначил омонимы как «предмет, у которых только имя общее, а соответствующая этому имени речь о сущности разная [Античные теории языка и стиля, 1936, 33], тем самым он постарался привлечь внимание к одинаковому наименованию неодинаковых вещей» [Реформатский, 1967, 74]. Демокрит настойчиво
12
доказывал, что имена от установления, а не от природы; он обосновывал это четырьмя умозаключениями, в том числе и равноименностью. «...различающиеся между собой вещи называются одним именем; стало быть имя не то природы» [Античные теории языка и стиля, 1936, 32-35].
В отечественном языкознании процесс разработки теории омонимии имеет давние традиции и связан с именами таких учёных, как М.В. Ломоносов, Н.И. Греч, Я.К. Грот, Л.А. Булаховский, СО. Карцевский, Л.В. Щерба, В.В. Виноградов, А.Н. Смирницкий, О.С. Ахманова, Н.М. Шанский, Н.П. Колесников, Ю.С. Маслов, М.И. Фомина, И.С. Тышлер, А.Я. Шайкевич и многих других.
М.В. Ломоносов в § 175 «Краткого руководства к красноречию» рекомендовал остерегаться употребления омонимов в речи: «Должно блюстись, чтоб двузнаменательных речений не положить в сомнительном разумении, например, он Виргилия почитает, что может разуметь двояким образом: 1) он Виргилия станет несколько читать; 2) он Виргилия чтит» [Ломоносов, 1952,243].
Первой работой на русском языке, посвященной проблемам омонимии была статья Л.А.Булаховского. Многие проблемы, выдвинутые в этой статье, прочно вошли в научный обиход. Фундаментальным трудом, на который опираются современные исследователи омонимии, является статья академика В.В.Виноградова «О грамматической омонимии в современном русском языке». В 1920-е годы проблемами омонимии занимается и В.В.Виноградов. Говоря о важности вопроса омонимии для учения о слове, он отмечает его большое значение для грамматики, лексикологии и семантики. Исходя из этого, он указывает на крайнюю непоследовательность в описании семантической системы слова: в толковых словарях вместо системы значений одного слова предлагают произвольный набор омонимов [Виноградов, 1975, 13]. В.В. Виноградов ставит задачу: «Пока вопрос об омонимах не подвергнется углубленному исследованию и не будет составлен словарь омонимов русского языка,
13
границы многих слов будут зыбкими, неопределёнными [Виноградов, 1975, 13]. Частично на лексическом материале эта задача решена. Не менее важна, на наш взгляд, мысль В.В.Виноградова о необходимости изучения омонимии в области грамматики. Анализируя явление омонимии в славянских языках, В.В.Виноградов подчёркивает её роль в системе языка и его развитии: она определяет противоречия, взаимодействие, соотношение в сфере словоизменения, в области парадигматики, без тщательного изучения явления омонимии не может быть представлен во всём многообразии и аппарат словообразования, омонимические совпадения и противопоставления важны для синтаксиса [Виноградов, 1968, 53]. Омонимия, по его мнению, явление живое, развивающееся, подчинённое строгим законам словопроизводства и семантического разъединения структурных типов. Несмотря на то, что омонимия является предметом напряжённого внимания и объектом исследования в самых разных направлениях современной лингвистики, актуальным остались слова В.В.Виноградова в той части, где он говорит о слабых местах в теоретической разработке проблемы: отсутствие точных лексико-семантических и структурно-грамматических приёмов и принципов разграничения омонимов, следует внести ясность в понятие омонима и отличать от явления омоформии и частично лексико-морфологической омонимии, необходимо всесторонне раскрыть и объяснить устойчивые или закономерные формы, виды и типы омонимических отношений между разными членами, элементами языковой структуры, непоследовательность, бессистемность царят в лексикографии. Одновременно он считает, что «углубленные исследования явлений омонимии как в общетеоретическом плане, так и применительно к конкретной структуре и истории отдельных языков невозможны без уточнения самого понятия «омонима». Даже по отношению к системе того или иного языка в её данном состоянии термин омоним часто не имеет устойчивого содержания» [Виноградов 1968, 114-115].
14
Интерес к изучению омонимии, их происхождению и развитию в отдельных языках, в семьях и группах родственных языков, то разгорался, то затухал, но никогда не исчезал полностью. Это объясняется тем, что явление омонимии многоаспектно, и требует всестороннего языкового анализа.
Семантическое развитие языковых единиц идёт через отрицание, казалось бы, естественного положения, при котором «каждой единице языкового смысла» соответствовала бы отдельная и строго закреплённая за ней «единица внешней оболочки» [Ахманова, 1957, 105]. Отрицание это идёт через развитие значений языковых единиц, сохраняющих неизменным свой звуковой облик. Нарушением этого закона, «закона знака», является многозначность и омонимия. В этом обнаруживается та функциональная особенность языка, о которой говорят многие языковеды, начиная с В. Гумбольдта: способность языка ограниченными средствами передавать безграничность человеческого опыта. Распространённость омонимии в лексикологии, морфологии, морфемике, фразеологии, синтаксисе подтверждает правильность мысли О.С. Ахмановой: «... язык представляет собой особую и специфическую систему, со своими собственными закономерностями, не подводимыми под закономерности других семиологических систем. Это не «конвенциональная», не «изобретённая» система знаков, подобная коду, а система, исторически возникшая, живущая и развивающаяся по своим собственным правилам и законам [Ахманова, 1957,294].
Исследуя проблему подачи омонимов в словарях, Ю.С. Маслов отмечает, что «именно в широком распространении омонимии и состоит одно из важнейших отличий всякого естественного языка складывающегося стихийно на протяжении веков и тысячелетий от искусственных «семантических систем», созданных по произволу человека [Маслов, 1963, 202]. И.П.Иванова также указывает на закономерный характер причин, ведущих к образованию омонимов, подчёркивая, что возникновение
15
омонимов «является по существу, 'случайным результатом определённых закономерностей» [Иванова, 1971]. При этом следует добавить, что сами закономерности, с точки зрения социально-коммуникативной, действуют случайным образом, но именно благодаря случайности их действия возникновение омонимов «является по существу неизбежным, а также случайным результатом определённых закономерностей» [Иванова, 1971]..
Закономерным явлением считают появление омонимов в результате фонетических и/или семантических изменений и Л.В. Малаховский, Н.В. Черемисина [Малаховский, 1990, 12; Черемисина, 1987, 199]. Данное суждение на наш взгляд, не должно вызывать возражений, так как языковые процессы, действительно происходят стихийно, независимо от воли определённых носителей языка. Результатом этих изменений является фонетическая конвергенция, т.е. совпадение слов, прежде различавшихся по звучанию (например, лук «растение» и лук «стрелковое оружие», где о носовое, которое было во втором из этих слов, совпало в древнерусском с у). При этом следует подчеркнуть, что фонетические изменения закономерны в отличие от их результатов» [Малаховский, 1990, 120].
Известно, что семантические изменения в языке ещё более многочисленны и разнообразны, чем фонетические. В одних случаях в процессе развития языка наблюдается обогащение, усложнение семной структуры слова, а в других - устранение каких-либо сем [Кузнецова, 1985; Черемисина, 1992, 114]. Новые значения могут возникать на основе исходного значения (радиация), либо развиваться последовательно одно из другого (катенция). Обычно в истории семантического развития того или иного слова сочетаются оба процесса. В то же время возможны и исчезновения отдельных значений. При этом устранению могут подвергаться как исходные значения слов, так и производные, как появившиеся в результате радиации, так и возникшие в результате катенции. Следствием выпадения какого-либо звена в семантической структуре слова становится разрыв смысловой связи между другими
16
лексико-семантическими вариантами (ЛСВ) и возникновение слов-омонимов [Новиков, 1982; Малаховский, 1990, 13; Черемисина 1992, 2000, 189]. Омонимы, возникшие вследствие распада полисемии, как известно, довольно многочисленны в русском языке; ср.: брань (ругань) и брань (война, битва), долг (обязанность) и долг (взятое взаймы).
Безусловно, омонимизация первоначальных словоупотреблений -процесс, требующий немалого времени. На любом этапе мы встречаем в языке различные омонимы, представляющие к тому же разные стадии развития - омонимы частичные и полные, окончательно сформировавшиеся и находящиеся в процессе становления [Пророкова, 1960, 790]. Не случайно категория омонимов связана с фактором времени больше, чем иные лексические категории [Трубачёв, 1985].
Всё вышеизложенное ещё раз подтверждает тезис о том, что благодаря неизбежности языковых изменений, с одной стороны, и случайному характеру многих их результатов - с другой, появление омонимов в языке оказывается (с точки зрения социально-коммуникативной) всегда закономерным: слова, пусть и совпадающие в ПВ, могут быть необходимыми для общения, для коммуникации. Заимствованное слово, оказавшееся омонимичным по отношению к некоему исконному слову либо иному заимствованному (в более ранний период или из другого языка) становится «разнозвучным» словом-омонимом не случайно: как правило, заимствование подчиняется формам заимствующего языка, а отсюда - его фонетическим законам.
Таким образом, появление нового слова - омонима из сферы чужого языка (либо иного говора, диалекта) является социальной, коммуникативной необходимостью. Что же касается звучания заимствуемого слова, то это звучание лишь случайно может совпасть с «однозвучным» русским словом. Совпасть, как правило, в одной какой либо форме (словоформе). И совпадение это обусловлено, в свою очередь, действием фонетических законов, а не законов семантических.
17
Но, как известно, омонимия наблюдается не только среди слов непроизводных, но и среди слов производных. При этом нарушения во внутрисловном плане (имеется в виду многозначное слово) языковой мотивированности отдельных ЛСВ (значений), то есть утрата между отдельными ЛСВ семантической связи, находит обычно выражение во внешнесловном плане. В словообразовании данное явление также находит отражение - в формировании у бывших ЛСВ одного многозначного слова, а ныне - у омонимов, закономерно возникших в результате распада полисемии, - различных семантически не соотносительных гнёзд слов. Ср.: бумага I- хлопчатобумажный, бумагопрядение, бумагопрядильный, бумагопрядильня, бумажник (работник бумажной фабрики), бумазея, бумазейный и бумага II - бумажка, бумажный, бумажник (для документов и денег), бумагомарание, бумагомаратель, бумагомарка и т.п. [Новиков, 1982, 212].
Признание универсальности омонимии, таким образом, позволило утверждать, что, омонимия не может рассматриваться, как это имело место ранее в некоторых работах, как «дефект» или «болезнь» языка, а представляет, по мнению Л.В. Малаховского, «одно из его фундаментальных свойств, которое должно приниматься во всех теоретических концепциях языкознания, а также при решении различных прикладных задач» [Малаховский, 1990, 15]. Однако следует подчеркнуть, что несмотря на признание омонимии фундаментальным свойством языка, мнения учёных по поводу полезности - вредности омонимии весьма неоднозначны.
Так, по мнению P.A. Османовой, невозможно передать всё «многообразие жизни, мысли» несколькими десятками звуков, поэтому омонимия - «естественный процесс в языке» [Османова, 1962, 59]. Данное суждение о необходимости омонимов в языке, их «безвредности» является характерным для большинства отечественных лингвистов. Например, Л.В. Булаховский, P.A. Будагов, Ю.С. Маслов, И.С. Тышлер в своих работах, |
