3 ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. В жизни российского общества тема развития городов занимает особое, четко выделенное и строго определенное место. Почти в половине субъектов Федерации доля городского населения превышает 70%, а каждый третий житель страны проживает в субъектах, где доля горожан достигает более 80%, тогда как субъекты, где городское население составляет менее половины, сосредоточивают всего около 3% населения России. В этой связи можно говорить о «социально-экономической экспансии города», и особо выделить в ней роль крупных российских городов. Крупные города - это узловые элементы «опорного каркаса расселения», являющиеся центрами развития и обслуживания для окружающей территории. Именно они нагляднее всего демонстрируют трансформацию, структурные и качественные изменения в развитии российского социума.
Исследование социальной структуры транзитивного образования, каковым является крупный российский город, актуализирует то обстоятельство, что она находится в крайне неопределенном, амбивалентном состоянии и вместо устойчивой системы социальных позиций представляет собой сжатый во времени процесс структурной трансформации. Как нам представляется, актуальность исследования обусловлена тем, что, во-первых, динамика социальной структуры крупного города наиболее рельефно отражает происходящие процессы трансформации российского общества, позиционирует качественные изменения структуроформирующих отношений; - во-вторых, исследование социальной структуры крупного города связано с реальным переплетением общественных микро- и макропроцессов, когда субъективные факторы социального структурирования вплетаются в процесс функционального распределения групп в обществе; - в-третьих, специфичность состояния социальной структуры крупного города определяется тем, что формирование нового российского социума чревато экстремальными состояниями, коренным изменением параметров, на основании которых и
возникает тот или иной тип стратификации. В частности, меняются по содержанию и по значимости структуроформирующие отношения собственности, власти, профессионального статуса.
Суть всех изменений - экономические преобразования в период постсоветской модернизации, которые качественно преобразовали социально-структурные отношения, обострив и углубив имущественную и социальную дифференциацию, поляризовав интересы и политические предпочтения городского населения.
В переходный период произошло резкое усиление поляризации регионального развития, то же самое можно сказать и о развитии городов: изменилось воздействие факторов и масштабов их влияния, диверсифицировались тенденции развития, произошло явное перераспределение городов-лидеров и аутсайдеров. На качественном уровне эти изменения довольно ощутимы, но для их концептуального осмысления необходимы количественные измерения, что с новой силой поднимает вопросы разработки социологических моделей развития города; оценки процессов интеграции и дезинтеграции; анализа факторов и мониторинга показателей городского социального развития.
Следует отметить, что проведение обобщающих исследований социального развития городов испытывает определенные трудности. Во-первых, сводная информационная база Госкомстата по городам России труднодоступна и не публикуется, за исключением столиц субъектов Российской Федерации (с 2002 г. также городов с населением более 100 тыс. чел.). Во-вторых, качество городской статистики ниже, поскольку для городов не рассчитываются многие показатели, в том числе компоненты индекса развития человеческого потенциала. В-третьих, даже разрабатываемые статистические показатели отсутствуют в базе Госкомстата по многим городам.
Актуальность исследования, на наш взгляд, обусловлена также рассмотрением городских процессов с учетом глобального видения, новой экономической регионализации. Крупные города тесно связаны системой
5
международного разделения труда, деятельностью транснациональных корпораций. Опираясь на глобальные экономические изменения, необходимо определить, насколько факторы социально-экономического развития крупных российских городов обеспечивают включение их в международные связи.
Степень разработанности проблемы. Социология города в своем развитии прошла ряд этапов, постепенно наращивая свой исследовательский и методологический потенциал. Классическая городская социология берет свое начало в работах М. Вебера, Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, К. Маркса, Ф. Ратцеля, Ф. Тенниса, Ф. Энгельса. В них заложены основные методологические подходы к анализу феномена города. В частности, Веберу принадлежит идея о городе как о социально организованном иституциализированном пространстве. Для веберианской городской социологии основным является вопрос о путях борьбы различных социальных групп за контроль в городах, а также о том, как сохраняют различные группы свою власть в городах. В работах Ф. Тенниса обосновывается прагматизм и коммерциализация городской жизни. Г. Зиммель приложил многие из идей Ф. Тенниса к городской среде. К числу уникальных достижений города Г Зиммель относит интенсификацию психологических воздействий на человека. В его концепции город-метрополис предстает как паутина сетей, связей, взаимопересекающихся сфер разделения труда, распределения, коммуникаций, денег, обмена товарами, интеллектуальных и культурных кругов. Для К. Маркса и Ф. Энгельса индустриальный город выступал знаком исторического процесса, был местом формирования "классового сознания", объединения пролетариата, социальной революции. Используя марксизм при анализе города, М. Кастельс выделяет главную функцию города, экономическую и исследует город как место "коллективного потребления". Д. Логаном и X. Молочем, город рассматривается как механизм (машина) роста. Д. Хэрвей исследует процессы аккумуляции капитала в городе.
Наиболее известной из всех социологических теорий городского развития, получивших институциональное закрепление, является "Чикагская экологическая школа" (Р. Парк, Э. Берджесс). В основу концепции Р. Парка
6
была положена теория эволюционного развития видов Ч. Дарвина. Именно от него Парк перенял идею экологически взаимосвязанного развития человеческого общества, выявил влияние биотических и культурных факторов на городскую экологию. А. Хоули делает упор на эволюцию города - коммуны, которую он представляет как единицу анализа, локализованную географически и потому более простую для изучения, как комплексную систему коллективной адаптации населения к окружающей среде. Э. Берджессу удалось создать графическое приложение экологического подхода к городам — теорию концентрических городских зон. В рамках Чикагской экологической школы Л. Вирт формулирует психологические и поведенческие следствия жизни людей в городах. В той же парадигме социально-экологического подхода к исследованию города проводит теоретические исследования О.Н. Яницкий.
Экологическим проблемам городской жизни посвящены работы С.К. Саркисова, Т.И. Алексеевой, Ю.Г. Вешнинского; отражение экологических проблем в общественном сознании затрагиваются в работе Ю.А. Барклянского; Н.Б. Смагиной и Е.В. Якимовой осуществляется классификация теоретических прикладных исследований по психологическим аспектам воздействия среды обитания на здоровье человека. Вместе с тем социально-экологическая проблематика исследований городской среды представлена в отечественной социологической литературе недостаточно полно.
Урбанизационный процесс в России, его содержание и механизмы рассматриваются социологами (A.C. Ахиезер, Ю.М. Березкин, Ф.М. Листенгурт, В.Я. Любовный, А.И. Хабибулин, О.И. Шкаратан), отечественными географами (Г.М. Лаппо, К. Гассерт, И.П. Герасимов, И.Б. Коган, A.M. Лола), экономистами (С.Г. Струмилин, А.Г. Вишневский, А.Н. Федорова), историками и общественными деятелями (Н.И. Бухарин, В.И. Ленин, A.C. Сенявский, Б.Н. Миронов).
С середины 1990-х годов практическими исследованиями социально-экономического развития городов активно занимается Институт экономики города. Комплексная оценка развития российских городов дана И. Браде,
7
E.H. Перцик, Д.С. Питерский, М Шульце, в которой в большей мере определяются потенциал развития и инвестиционная привлекательность городов разного типа. Количественную оценку социального развития городов с использованием разных баз данных и системы показателей проводят Н.В. Зубаревич, Т.Г. Нефедова, А.И. Трейвиш.
Широкий спектр работ посвящен анализу проблематики социального и культурного пространства города. Социология пространства, начиная от классических трудов Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, П. Сорокина, Р. Парка, Э. Берджесса, обогащенная работами современных авторов В.В. Вагина, Б. Верлена, П.П. Великого, В.Г. Виноградского, Ю.Л. Качанова,
В.Б. Устьянцева, А.Ф. Филиппова, акцентирует внимание на взаимосвязи и взаимообусловленности элементов города как социокультурной системы. Авторы обращают внимание на реальные состояния социально-культурного пространства города: его развернутость, структурированность, плотность, напряжение, насыщенность. Культурно-символические ресурсы города рассматриваются в аспектах «город-место» (Ю.Д. Губернский, В.К. Лицкевич, В.Д. Демидов), «город-имя», «город-текст», «город-миф» (Е.В. Листвина, Т.П. Фокина, В.А. Фриауф). А. Лефевр приходит к идее о развертывании социальной активности не только через взаимодействие индивидов, но и соприкосновение городских пространств. М. Хальбвакс развивает дюркгеймовскую программу анализа социопространственной морфологии. П. А. Шомбар де Лову, Р. Ледрю, П. Гремьон исследовали проблемы социопространственной дифференциации, жилищной стратегии, городской сегрегации, жилищной и трудовой мобильности, пригородов. П. Рекс и Р. Мур обосновали идею "жилищного класса" как ключевого фактора развития городского общества.
Благодаря главным образом работам А. Лефевра, М. Кастельса и Д. Хэрвея, в последние десятилетия неомарксистское политэкономическое объяснение структуры города является основным руслом западных теорий, объясняющих городской процесс. В русле марксистской методологии можно
8
охарактеризовать подход Р. Мэлкоя, анализирующий региональные и территориальные различия в развитии городов.
В работах Т.И. Абанкиной, С.Н. Зуева рассматриваются жилищные стратегии социальных групп городского населения в рыночных условиях. Социальная стратификация в фокусе городской застройки представлена социальными феноменами престижа и социальных предпочтений (Е.Д. Вознесенская, О.В. Грицай, Г.В. Иоффе, СП. Ермоченкова, О.Л. Лейбович, К. Линч, A.B. Никифоров, М. Пенсон-Шарло,
В.О. Рукавишников, O.E. Трущенко). Проблемы малого российского города рассмотрены Л.А. Горнаевой, Е.В. Лукьяновой, Л.С. Яковлевым.
Общие проблемы социальных систем исследованы Э. Гидденсом, •5 Т. Парсонсом, Э. Канетти, П. Сорокиным, Ю. Хабермасом. Представленная в
работах Т. Парсонса система координат и концепция территориальности включает, прежде всего, описание «ориентации» действующего лица или действующих лиц относительно других действующих и, таким образом, является схемой отношений, предполагающей рассмотрение структуры и процессов системы во взаимодействии с окружением.
Пространство социальной структуры города П. Бурдье рассматривает с позиций взаимодействия трех типов капитала: экономического, культурного и * социального. Подход к изучению города с точки зрения социопространственной
перспективы, сочетающий факторы действия и противодействия предложили американские социологи Д. Фегин и М. Готдинер; соотношения процессов интеграции и дезинтеграции (З.Т. Голенкова, Е.Д. Игитханян); факторов риска (А.П. Альгин, У. Бек, Э. Гидденс, М. Дуглас, Н. Луман, Дж. Митчел).
Анализ представленных публикаций показывает, что проблемы развития современного города имеют многоаспектный характер, однако исследуются разрозненно, не в полной мере учитывается российская и региональная специфика. Не хватает комплексных исследований по социальному развитию российских городов. Малоизученными остаются вопросы разработки
9
социологических моделей развития российских городов с учетом региональных и национальных особенностей.
Цель диссертационного исследования состоит в комплексном социологическом анализе динамики социальной структуры современного крупного российского города в условиях реформ. Из цели исследования вытекают его задачи:
- провести анализ теоретико-методологических подходов к исследованию социальной структуры города и адаптировать базовые характеристики социальной структуры применительно к современному крупному российскому городу;
- проанализировать основные элементы социальной структуры крупного российского города, определить насколько и в каких формах они воспроизводят явления кризиса и переходности;
- выявить и исследовать основные тенденции динамики социальной структуры крупного российского города;
- рассмотреть объективные и субъективные компоненты социального развития крупного российского города в контексте структурных изменений;
- исследовать факторы динамики социальной структуры крупного российского города как объективные компоненты социального развития;
- определить субъективные компоненты социального развития, в качестве которых выступают оценки населения основных социальных проблем крупного города.
Объектом исследования выступает социальная структура современного крупного российского города в условиях реформ.
Предметом исследования являются основные тенденции, объективные и субъективные компоненты социального развития, обеспечивающие динамику социальной структуры современного крупного российского города в условиях реформ.
Теоретико-методологическую базу исследования составили идеи и концепции отечественных и зарубежных социологов (М.Вебера, Э.Дюркгейма,
10
Г.Зиммеля, Т.Парсонса, Э.Гидденса, П.Бурдье, О.Н.Яницкого, Л.Б.Когана, Т.М.Дридзе и других) об особенностях развития сравнительно крупных городских образований, промышленно развитых, с рыночной инфраструктурой, воплощающих в своих качествах и социальной структуре наиболее перспективные тенденции социального процесса и являющихся центрами культурной, социально-экономической и политической жизни. Эти идеи были адаптированы к условиям крупных российских городов и особенностям формирования их социальной структуры.
В качестве основного метода исследования применялся системный подход, позволяющий рассматривать город как социально-производственную и территориально-общностную систему.
~' В диссертационной работе используются концепции социальных кругов
Г. Зиммеля, сетевых структур М. Кастельса, социальной организации пространства (Э. Гидденс, Т. Парсонс, П.А. Сорокин, В.Б. Устьянцев), городской маргинализации (A.M. Атоян, З.Т. Голенкова, Е.Д. Игитханян, К.Манхейм, И.П.Попова) и бедности (Н.Е. Тихонова, Л.Н. Овчарова, Л.Г. Зубова). Концептуальный анализ этих работ позволил выявить основания социологической рефлексии социальной структуры города.
В диссертационной работе использовались как классические труды ученых Чикагской социологической школы, так и современные концепции урбопространства Дж. Фегина, А. Лефевра, Д. Логана, X. Молоча, Д. Харвея, П. Рекса, Р. Мура. Привлечение работ Т.И. Абанкиной, В.Г. Виноградского, С.Н.Зуева, Н.В. Зубаревича, Т.М. Дридзе Т.Г.Нефедовой, А.И. Трейвиша, O.E. Трущенко, В.О. Рукавишникова к анализу социально-экономического развития российских городов позволило разработать концептуальную и социологическую модель исследования социальной структуры крупного российского города.
( Эмпирическую базу исследования составляют результаты комплексного
социологического исследования «Город и горожане: проблемы безопасности и жизнеобеспечения», проведенного в городе Саратове в 2004г. при
и
непосредственном участии автора. Работа базируется на результатах социологических исследований, полученных группой московских социологов фонда «Социальная инноватика» по изучению качества жизни населения российских регионов в 2003 г. В рамках этого проекта исследовалось качество жизни населения г. Саратова. Кроме того, использовались результаты социологических исследований Центра стратегических исследований Приволжского федерального округа 2001-2002 г.г., проектов «Бедность и социальная эксклюзия в России» в 1999-2002гг., «Богатые и бедные в современной России» (2003 г.), «Новые миграционные потоки в Российской Федерации» (2003г.).
Научная новизна исследования заключается в следующем:
- предложена авторская интерпретация теоретико-методологических подходов к исследованию базовых характеристик социальной структуры применительно к современному крупному российскому городу;
- с новых методологических позиций исследованы особенности базовых характеристик социальной структуры применительно к крупному российскому городу;
- проанализированы основные элементы социальной структуры крупного российского города, и показано насколько и в каких формах данные элементы воспроизводят явления кризиса и переходности;
- предложен динамический подход к исследованию социальной структуры современного крупного российского города;
- выявлены и проанализированы основные тенденции эволюции социальной структуры современного крупного российского города;
- определены объективные и субъективные компоненты структурных изменений в контексте социального развития крупного российского города.
Положения, выносимые на защиту:
1. Социальная структура крупного российского города в условиях реформ характеризуется высокой динамичностью, постоянно формируясь системами спонтанных интеракций. Структурные изменения связаны, прежде всего, с
12
падением жизненного уровня большинства населения и появлением новых социальных дифференциаций. В условиях реформ изменились по содержанию и значимости сами структуроформирующие отношения собственности, власти, профессионального статуса. Поэтому вместо устойчивой системы социальных позиций социальная структура крупного города представляет собой процесс структурной трансформации, динамика которого демонстрирует два разнонаправленных процесса: усложнение социальной дифференциации, и ее упрощение. Усложнение происходит вследствие возникновения новых форм собственности, новых социальных дифференциаций, а упрощение — вследствие исчезновения номенклатуры с неинституциализированными видами привилегий, иерархизации собственников по величине дохода, большей или меньшей свободы саморегуляции, самореализации, с формированием экономических классов.
2. В системе социальной детерминации поведения экономически активного населения крупного города, в составе субъектов его социальной структуры имеются три взаимосвязанных между собой уровня (социально-классовый или стратификационный, социально-профессиональный, социально-
демографический), которые воспроизводят явления кризиса и переходности.
Стратификационный уровень социальной структуры крупного города демонстрирует ведущих субъектов власти-собственности, контролирующих основные экономические процессы и воспроизводящих более высокий уровень экономических отношений, что делает крупные города более конкурентоспособными, чем малые. На стратификационном уровне на первое место выходят отношения собственности, место в механизмах распределения и перераспределения, уровень и качество жизни. К данному уровню функционирования социальной структуры привязываются процессы маргинализации, деклассирования и пауперизации. Этот уровень в своих формах и качествах воспроизводит и демографический срез социальной структуры, но в опосредованной форме, через отношения собственности.
13
Социально-профессиональный уровень позиционирует опережающий рост занятости и рабочих мест в непроизводственной сфере, растущий разрыв между формальным образовательным статусом людей и реальными возможностями трудоустройства, снижение актуальности критерия социопрофессиональной принадлежности в описании городских жителей.
Социально-демографические тенденции, характерные для всего общества, в городе выражаются сильнее, и чем крупнее город, тем значительнее их проявление. Возрастная структура населения города, во-первых, определяет степень адаптируемости его в новых социальных и экономических условиях жизнедеятельности. Более высокая доля городского населения молодого возраста несет, как правило, более протяженный период проектируемого -' будущего для общества, в котором оно представлено, и в целом, общество более
адаптируемо; во-вторых, чем более развит в промышленном и культурном отношении город, тем ниже убыль населения. В крупном городе адаптационные, приспособительно-психологические условия лучше, чем в малом городе и сельской местности.
3. В силу своей молодости российское городское население несет на себе явственно выраженную печать маргинальное™. Российские горожане в большинстве своем выходцы из села, озабоченные продовольственным ** снабжением своей семьи, имеющие участки земли в пригороде или деревне,
работающие на этой земле и запасающие продукты впрок. Феномен второго летнего жилья, причем с сильной агросоставляющей, типично российская традиция.
Динамический подход к исследованию социальной структуры крупного города дает возможность проследить тенденции изменения процессов структурообразования, обеспечивающих специфику собственно городского функционирования, изменяющих качество, своеобразие городской социальной системы, обеспечивающих ее эволюцию. Такими тенденциями являются маргинализация, социальная дифференциация населения по уровню и качеству жизни, по способам адаптации, рост городской бедности, криминализация
14
социальной структуры. Эти тенденции наглядно демонстрируют масштаб и формы кризисных явлений динамики социальной структуры крупного российского города.
4. В качестве объективных компонентов, влияющих на социальное
•У-
развитие крупного российского города и его социальную структуру, выступают факторы численности населения, миграции, урбанизации, новой регионализации, «столичности» региональных центров.
Под влиянием миграционных процессов происходит преобразование пространственных социальных отношений на всех уровнях городской социальной структуры. Значительный рост «теневой» занятости и черного рынка труда создает ситуацию пересечения и переплетения «открытой» и * «скрытой» социальных структур крупного города. Установлен парадокс,
который заключается в том, что рост ключевого экономического фактора (численности населения) не сопровождается ростом технологического обновления и развития территории. Мигранты становятся потребителями социальных благ уже созданных в регионах и городах, проектируют свою жизнь в элементах социального прошлого той территории, на которой они поселились. Последствия миграционных процессов неоднозначны. С одной стороны, она является необходимым условием для перераспределения трудовых ресурсов и ^ экономического роста городов, а с другой - особенно вынужденная миграция,
порождает острые социальные проблемы, связанные с трудоустройством, жильем, криминальной обстановкой в городах. Значительная часть населения выбирает и готова воспроизводить образ жизнедеятельности, и, соответственно, тип хозяйствования, не имеющий ничего общего с индустриальным и тем более постиндустриальным типом развития территории.
Современное развитие урбанизации в России носит противоречивый характер. Отсутствует отчетливо выраженное тяготение населения в региональные столицы, что является убедительным свидетельством затянувшейся стагнации региональной среды и процессов урбанизации. Параллельно с процессом стагнации урбанизация получила стимулы развития,
15
связанные с рыночным переходом. Они ускорили поляризацию территории и городов страны в отношении условий и перспектив роста, повернули миграционные потоки в сторону наиболее обжитых и благоприятных для жизни районов и городов, четко обозначили зоны роста. Резко усилившееся тяготение населения к наиболее обжитым и комфортным районам не конъюнктурное явление, не просто реакция на экономическую депрессию, а скорее запоздавшее проявление перехода от экстенсивного к интенсивному освоению пространства.
Неодинаковый уровень развития населения и среды крупных городов, явное отставание темпов развития центральных ядер от разрастающейся периферии характерно для всех крупных городов, представляющих «столичные» или «центральные» функции своих регионов. Рост «столичности» ^ региональных центров сопровождается ростом социальных преимуществ -
более высокой заработной платой по сравнению со своим регионом, лучшей ситуацией с занятостью, другими социальными выгодами. Противоречия «столичности» (как и определяющих ее понятий - «урбанизация», «концентрация», «централизация») определяют как минимум двойственную оценку этого явления. Фактор «столичности» реализуется в новом типе жизнедеятельности, в реализации «столичных» функций региональных центров, в формировании столичного самосознания горожан. В половине регионов ^ России центром и моделью роста является не только «столица», что делает
сомнительным клише о противостоянии ее всей своей периферии как «деревне». Такой моделью может быть экономически сильный город с его бизнес-группами.
Новая административно-политическая и экономическая регионализация глубоко изменила рамки экономической и политической жизни крупных городов, придав динамике их социальных структур более разнообразный, дифференцированный, многополюсной характер. Однако по качеству жизни населения их пока нельзя назвать «точками роста».
5. Среда крупного российского города является социально сконструированной, представляющей собой компромисс различных групп
16
интересов. В этом контексте город является не только благоприятной средой для удовлетворения жизненных потребностей, но и сосредоточением острых социальных проблем. Они представлены тремя основными группами: социальная справедливость, рациональная организация экономической жизни, безопасность. Оценка населением приоритетности тех или иных социальных проблем, отношение к ним представляют собой субъективные компоненты социального развития крупного российского города в контексте структурных изменений.
Теоретическая и практическая значимость работы заключается в том, что основные ее выводы и положения могут быть использованы в развитии и расширении научных социологических представлений по проблемам города как социальной системе. Данное исследование позволяет в определенной степени проследить взаимосвязь общесоциальных тенденций в развитии любого социума в условиях переходного состояния российского общества на примере пространственных и территориально-общностных характеристик социального процесса.
Материалы диссертационного исследования могут представлять интерес при разработке общего курса социологии, социологии города, спецкурсов по социальной структуре общества, его пространственно-территориальной организации. Представляется возможным применять полученные выводы и социологические данные при корректировке социальной политики, в работе органов местного и регионального управления, при разработке планов и программ социально-экономического и социокультурного развития муниципальных административных образований.
Достоверность и обоснованность результатов исследования определяются непротиворечивостью теоретико-методологических оснований, корректным применением положений о социальных структурах, институтах и процессах. Основные выводы исследования соотнесены с известными экспериментальными данными отечественных и зарубежных ученых и лежат в
17
контексте базовых принципов теории социальной структуры, социологии города, социальной политики и социальной работы.
Апробация работы.' Основные положения и выводы, практические результаты обсуждались на методологических семинарах и заседаниях кафедры социологии и социальной политики Поволжской академии государственной службы, Саратовского государственного технического университета. Докладывались на международных и российских конференциях: «Теория и практика управления общественными институтами и процессами в России» (Саратов, 2003), «Теория и практика государственной службы (публичной власти)» (Кошице, Словакия, 2003), «Современный город: социально-культурные и экономические перспективы» (Саратов, 2004), «Саратов: формула идентичности и успеха» (Саратов, 2004).
Публикации. Основное содержание диссертационной работы отражено в научных статьях общим объемом 1,9 п. л.
Структура диссертации включает введение, две главы, заключение, библиографический список. |
