ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования. Одно из важнейших достижений общественно-политических преобразований, происходящих в нашей стране, сформулировано в ст. 2 Конституции Российской Федерации: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства». Гуманистическое значение современной российской Конституции заключается в радикальном изменении отношений человека и государства - не человек создан для государства, а, напротив, государство может регулировать поведение человека только в той мере, чтобы, не нарушая его свободы, обеспечить соблюдение сбалансированных личных, общественных и государственных интересов. В Концепции национальной безопасности Российской Федерации указывается, что одной из основных задач в области национальной безопасности является обеспечение на территории России личной безопасности человека и гражданина, его конституционных прав и свобод1. Гражданское общество не испытывает потребности в повсеместной и постоянной регламентации со стороны государства, поэтому уровень развитости саморегулирования в гражданском обществе может быть определен, прежде всего, по объему практически осуществляемых прав человека. Защита прав человека должна постоянно находиться на переднем плане усилий гуманитарной науки и общественной практики, должна стать приоритетной обязанностью органов власти, управления и формирующегося гражданского общества.
Основные права и свободы человека и гражданина определены международным сообществом во Всеобщей Декларации прав человека 1948 г., Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., международных пактах о гражданских и политических правах, об экономических, соци-
1 См.: Указ Президента Российской Федерации от 10.01.2000 г. ХЬ 24 «О Концепции национальной безопасности Российской Федерации» // СЗ РФ. 2000. № 2. Ст. 170.
5
альных и культурных правах (1966 г.), конкретизированы и уточнены в целом ряде деклараций и международных конвенций. Международно-правовыми актами на участвующие в них государства возлагается юридическая обязанность принятия законов, обеспечивающих соблюдение прав человека. В ст. 8 Всеобщей декларации указывается, что основные права человека должны устанавливаться и охраняться от нарушений «конституцией или законом», а в ст. 2 Пакта о гражданских и политических правах подчеркивается, что каждое государство обязуется принять необходимые законодательные меры для осуществления прав и свобод, признаваемых Пактом. Необходимость принятия законов, гарантирующих основные права человека, отражена в целом ряде других международно-правовых актов - декларациях и конвенциях ООН о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений; правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам; ликвидации всех форм расовой дискриминации и дискриминации женщин; пресечении апартеида; дискриминации в области труда и образования и др. Выполняя принятые на себя международные обязательства, государства включают в свое национальное законодательство нормы, гарантирующие осуществление основных прав и свобод человека. Значительное место в системе таких правовых гарантий занимают нормы уголовного права.
В современной России нарушения прав человека и гражданина, к сожалению, не являются редкостью. Имеют место подлоги и подкуп на выборах, невыплаты заработной платы, подслушивание телефонных переговоров, нарушения свободы слова и печати, прав авторов и изобретателей, других конституционных прав и свобод. Общественная опасность преступлений против конституционных прав возросла в связи с неблагоприятными изменениями в динамике преступности после экономических реформ начала 90-х годов прошлого столетия. Эти посягательства причиняют порой невосполнимый вред обладателям прав и, кроме того, служат питательной средой, порождающей грабежи и разбои, коррупцию, насильственные преступления по мотиву национальной, расо-
6
вой, религиозной ненависти или вражды и другие тяжкие и особо тяжкие деяния.
Уголовный кодекс Российской Федерации посвящает преступлениям против основных прав человека и гражданина 17 статей (ст. 136-149), составляющих главу 19. УК РФ отличает ряд законодательных новелл: изменено наименование главы, увеличилось число криминализованных посягательств на конституционные права, изменены и уточнены признаки состава отдельных преступлений, квалифицирующие обстоятельства.
Количество преступлений против конституционных прав, совершаемых в Российской Федерации, из года в год возрастает. Общее число зарегистрированных преступлений в этой сфере за 1997-2004 г. увеличилось почти в 4 раза. Увеличился удельный вес этих преступлений в общей структуре преступности: в 1997 г. они составляли 0,14% от общего числа зарегистрированных преступлений, а в 2004 г, эта величина возросла до 0,47%. Удельный вес осужденных за преступления против конституционных прав в 1997-2000 г. равнялся 0,08%, в целом не превышая соответствующих показателей последних лет действия УК 1960 г. В течение 2001-2004 г. данный показатель ежегодно возрастал и достиг к 2004 г. 0,51%. За время действия УК РФ 1996 г. значительно (в 3,7 раза) выросло число незаконных проникновений в жилище; в 2,5 раза увеличилось количество посягательств на тайну сообщений. Вместе с тем исчисляются единицами случаи возбуждения уголовных дел за дискриминацию, нарушение неприкосновенности частной жизни, неправомерный отказ в предоставлении информации, воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов и некоторые другие преступления, предусмотренные гл. 19 УК. Произошедшие в 2003 г. изменения законодательства об ответственности за нарушения авторских и смежных прав нашли отражение в более чем шестикратном увеличении числа зарегистрированных преступлений по ст. 146 УК.
Обращает на себя внимание существенное расхождение между количеством выявленных лиц и лиц, осужденных за совершение посягательств на конституционные права. Если в целом по Российской Федерации в 1997-2004 г.
7
осуждалось 62-73% от числа выявленных лиц, то применительно к преступлениям, предусмотренным в гл. 19 УК, тот же показатель находился в пределах 29-45%. Причины этого явления могут быть связаны, в частности, с несовершенством закона и с недостаточной подготовленностью правоприменителей.
Научный интерес к теме диссертационного исследования определяется отсутствием целостной концепции уголовно-правовых мер противодействия посягательствам на конституционные права на фоне высокой степени их общественной опасности, недостатков законодательного регулирования и единообразного понимания правовых норм в доктрине и правоприменительной практике. Дополнительную актуальность исследованию придает очевидная необходимость творческого использования российского и зарубежного нормотворче-ского опыта в целях поисков рациональной системы уголовного законодательства, в полной мере отвечающей интересам человека, общества и государства. Применение сравнительного метода «открывает перед теми, кто изучает право, новые горизонты, знакомит их с юридическими нормами и системами, отличными от их собственных», «позволяет юристу лучше узнать право своей страны, ибо специфические черты этого права особенно отчетливо выявляются в сравнении с другими системами»1.
Особое значение имеет изучение уголовного законодательства независимых государств, образованных на территории бывшего СССР. Оно во многом схоже. Это может быть объяснено близостью социально-политической и экономической ситуации, существованием в недалеком прошлом единой правовой системы, а также единой, по сути, правовой идеологией. Вместе с тем каждая из бывших республик, основываясь в целом на общей уголовно-правовой теории, движется в развитии уголовного законодательства своим собственным путем. Не случайно в каждом последующем из принимавшихся на «постсоветском» пространстве уголовных кодексов видно стремление перенять новейший опыт законотворчества, учесть промахи и недостатки законов, принятых ранее. «В сфере права сравнительные исследования играют не только научно-
' Ансель М. Методологические проблемы сравнительного права//Очерки сравнительного права/ Сост, и вступ. статья В.А. Туманова. М„ 1981. С. 38.
s
познавательную роль, но и несут на себе значительную практико-прикладную нагрузку» .
Степень научной разработанности темы исследования является недостаточной. Некоторые из имеющихся проблем остаются дискуссионными, другие получили неточную трактовку, целый ряд вопросов лишь обозначен. В течение ряда лет тема исследования освещалась в основном в учебной литературе, комментариях к УК, носящих во многом схематический характер, и единичных журнальных публикациях. За время действия Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. монографическое исследование проблем уголовно-правовой охраны основных прав граждан было осуществлено В.Н. Ивановым. Оценку современного российского уголовного законодательства об ответственности за посягательства на политические, гражданские и иные конституционные права и свободы человека и гражданина содержит работа А.Н. Красикова. Докторские диссертации по теме исследования к защите не представлялись.1 В последние годы в периодической печати появился ряд статей об отдельных составах преступлений из числа входящих в гл. 19 УК РФ. Кандидатские диссертации по тем же вопросам выполнены И.В. Бессоновой, Д.В. Бушковым, Г.О. Глуховой, Е.Е. Калашниковой, А.А. Коваленко, Н.Г. Мажинской, В.Ю. Малаховой, В.А. Новиковым, Н.В. Терещенко, П.Ю. Тюриным, Е.М. Шевкопляс. Отдельные аспекты темы затрагивались Л.Л. Крутиковым, Т.Н. Нуркаевой, И.Л. Петрухи-ным, А.В. Серебренниковой и другими учеными.
В трудах названных авторов содержится немало ценных выводов и положений, относящихся к теме исследования, однако ряд вопросов не нашел своего отражения в их работах. Кроме того, в связи с изменениями уголовного законодательства 2003-2004 г. возникли новые вопросы, большая часть из которых не разработана в достаточной мере, а некоторые продолжают оставаться спорными. В настоящее время имеется необходимость углубить теоретический анализ преступных посягательств на конституционные права с учетом накопленной судебно-следственной практики на основе современного развития пра-
1 Сравнительное правоведение. Сб. статей / Сост., ред. и вступ. статья В.А. Туманова. М., 1978. С. 8.
9
вовой науки, использующей исторический и международный опыт; наметились возможности сформулировать дополнительные рекомендации по совершенствованию и применению правовых норм. В этих условиях специальное монографическое исследование проблем уголовно-правовой охраны конституционных прав человека представляется актуальным как с теоретической, так и с практической точек зрения.
Цели и задачи исследования. Цель диссертационного исследования — определение концептуальной основы уголовно-правовой охраны основных прав человека и гражданина и, прежде всего, разработка и обоснование комплекса предложений и рекомендаций, использование которых в законотворческом процессе и правоприменительной деятельности создаст условия для повышения эффективности борьбы с посягательствами на них.
Достижение названной цели должно быть обеспечено в результате решения следующих задач:
- раскрыть природу, происхождение и содержание прав человека как социально-правового феномена;
- теоретически обосновать социальную обусловленность установления уголовной ответственности за посягательства на конституционные права человека;
- выполнить историко-правовое исследование норм о преступлениях против основных прав человека в российском законодательстве: описать и проанализировать их эволюцию с момента зарождения и до принятия УК РФ 1996 г.;
- разработать классификацию преступлений против конституционных прав граждан, опирающуюся на положения общей теории прав человека и конституционного права;
- обобщить и проанализировать судебную практику применения норм гл. 19 УК РФ;
- осуществить углубленный юридический анализ исследуемых составов преступлений;
- провести сравнительно-правовое исследование норм о преступлениях
10
против основных прав человека и гражданина в российском и зарубежном уголовном законодательстве;
- сформулировать предложения и рекомендации, направленные на совершенствование российского уголовного законодательства как одного из условий повышения эффективности уголовно-правового противодействия посягательствам на конституционные права.
Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного исследования являются современные проблемы теории и практики законодательного регулирования уголовной ответственности за преступления, посягающие на конституционные права человека и гражданина. Предмет исследования охватывает международно-правовые документы, российские и иностранные уголовно-правовые нормы об ответственности за преступления, посягающие на конституционные права человека и гражданина, исторические памятники уголовного права России, а также судебную практику.
Методология и методика исследования. Методологической основой диссертационного исследования является диалектико-материалистический метод познания социальных явлений. В процессе исследования использовались формально-логический, сравнительно-правовой1, исторический, системно-структурный, статистический, конкретно-социологический методы.
Теоретической основой исследования явились труды по философии и общей теории права, общей теории прав человека, конституционному, административному, уголовному праву, криминологии, процессуальным отраслям права, а также по философии, психологии, логике. В частности, автор опирался на работы Ч. Беккариа, Л.С. Белогриц-Котляревского, И.Д. Беляева, СМ. Буд-зинского, В.В. Есипова, Г.Е. Колоколова, А.Ф. Кони, П.И. Люблинского, К. Маркса, Ш. Монтескье, Н.А. Неклюдова, Г.В. Плеханова, СВ. Познышева, Ж.-
1 В процессе исследования осуществлялось микросравнение, т.е. параллельное изложение и оценка описания объективных и субъективных признаков составов конкретных преступлений против конституционных прав в законодательстве различных государств с целью выявления сходств и различий. Данный вид сравнительного исследования называют микросравнением, в отличие от макросравнения, т.е. сравнения правовых систем в целом. См. подробнее: Саидов А.Х. Введение в сравнительное правоведение. М., 1988. С. 70; Тихомиров Ю.А. Курс сравнительного правоведения. М., 1996. С. 60-66,224.
11
Ж. Руссо, Я.Г. Северского, Н.Д. Сергеевского, Н.С. Таганцева, И.Я. Фойниц-кого, Ф. Энгельса и других отечественных и иностранных ученых прошлого и достижения современной правовой науки, нашедшие отражение в работах С.С. Алексеева, М. Ансель, Б.С. Антимонова, М.В. Баглая, Н.С. Бондаря, Я.М. Брай-нина, Л.Д. Воеводина, Г.Н. Борзенкова, Б.В. Волженкина, Б.С. Волкова, Э.П. Гаврилова, Л.Д. Гаухмана, А.А. Герцензона, А.С. Горелика, П.С. Дагеля, Н.Д. Дурманова, Р. Дюма, Н.И. Загородникова, Б.В. Здравомыслова, Д.Л. Златополь-ского, Г.А. Злобина, А.Н. Игнатова, О.С. Иоффе, МЛ Карпушина, К. Кении, С.Г. Келиной, Д.А. Керимова, М.И. Ковалева, B.C. Комиссарова, Н.И. Коржан-ского, А.И. Коробеева, Л.О. Красавчиковой, Ю.А. Красикова, В.Н. Кудрявцева, Н.Ф. Кузнецовой, Б.А. Куринова, В.И. Курляндского, Т.А, Лесниевски-Костаревой, Е.А. Лукашевой, Б.В. Малинина, А.Г. Манькова, Н.И. Матусова, А.Х. Махненко, В.Д. Меньшагина, А.В. Наумова, В.А. Нерсесяна, B.C. Hepce-сянца, А.С. Никифорова, Б.С. Никифорова, Т.Е. Новицкой, А.А. Пионтков-ского, А.А, Преображенского, А.И. Рарога, А.Р. Ратинова, И. Реннеберга, Ф.М. Решетникова, П.С. Ромашкина, А.Б. Сахарова, А.П. Сергеева, М.С. Строговича, В.Я. Тация, А.А. Тилле, Г.В. Тимейко, В.Н. Толкуновой, А.Н. Трайнина, Ю.В. Трунцевского, В.П. Тугаринова, В.А. Туманова, И.М. Тяжковой, Т.В. Церетели, В.Е. Чиркина, О.И. Чистякова, М.Д. Шаргородского, С.А. Шейфера, О.Ф. Ши-шова, СИ. Штамма, A.M. Яковлева, П.С. Яни и других российских и зарубежных авторов.
Нормативную базу исследования составляют Конституция и современное законодательство Российской Федерации, исторические памятники уголовного права России, уголовное законодательство зарубежных государств, международно-правовые документы.
Эмпирическая база исследования включает статистические данные о количестве зарегистрированных преступлений против конституционных прав и осужденных лиц за 1997-2004 гг., 217 приговоров по делам исследуемой категории, данные опросов 148 человек, в том числе 48 судебно-следственных работников, опубликованная практика Верховных Судов СССР, РСФСР и Рос-
12
сийской Федерации, данные по отдельным вопросам темы, полученные другими исследователями.
Научная новизна исследования. Диссертация является первым в российском правоведении комплексным монографическим исследованием уголовно-правовых норм о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина, предусмотренных в главе 19 УК РФ, которое выполнено в логико-юридическом, сравнительно-правовом и историко-правовом аспектах и позволило разработать концептуальные основы совершенствования уголовного законодательства и правоприменительной деятельности в исследуемой области. Сформулированные в работе теоретические положения и выводы вносят вклад в развитие теории уголовного права. Критический анализ норм главы 19 УК РФ позволил внести предложения по ее наименованию и структуре, разработать классификацию преступлений против конституционных прав. На основе осмысления имеющихся научных разработок осуществлено дальнейшее комплексное изучение наиболее сложных и противоречиво решаемых проблем, возникающих при квалификации изучаемых деяний. Это позволило дать оценку действующему уголовному законодательству, показать его слабые стороны, разработать и обосновать предложения, направленные на совершенствование правовых норм и их применения. В научный оборот введен значительный дополнительный объем информации о мерах уголовно-правового противодействия посягательствам на основные права, предпринимаемых в зарубежных государствах. Кроме того, в диссертации предложено решение некоторых проблем общей теории уголовного права, выявленных в процессе исследования, — об основаниях уголовно-правового запрета применительно к исследуемой категории преступлений, содержании объекта преступления, конкретных приемов установления причинной связи, содержания умысла. В этой связи, в частности, вносятся предложения о совершенствования законодательного определения преступления, совершенного умышленно.
Положения, выносимые на защиту:
13
1. Социальная обусловленность установления уголовной ответственности за посягательства на основные права человека исходит из положений международных документов и Конституции Российской Федерации. Общественные отношения, составляющие основу правового положения человека, требуют от государства всесторонней уголовно-правовой охраны ввиду их особо важного характера. Сама по себе направленность действия против общепризнанных, фундаментальных, неотъемлемых прав человека представляет собой достаточное основание для его признания преступным. В правовом государстве непререкаемой должна являться всеобъемлющая, не признающая исключений уголовно-правовая охрана личных (общегражданских) и политических прав человека и гражданина. Установление уголовной ответственности за посягательства на социальные, в том числе экономические и культурные права, представляющие собой совокупность идеалов, которыми государство обязуется руководствоваться при осуществлении прогрессивных реформ для обеспечения, как указывается в международных документах, «удовлетворительного существования» человека, помимо прочего, должно определяться реальным состоянием экономики государства, наличием необходимых материальных ресурсов.
2. Уголовное законодательство об ответственности за преступления, ныне сформулированные в гл. 19 УК РФ, имеет богатую историю, характеризуется преемственностью, детерминировано особенностями исторического развития Российского государства. Наказания за посягательство на ряд прав, относимых в настоящее время к разряду основных: тайна почтовой корреспонденции, неприкосновенность жилища, авторские права, право на личную безопасность при производстве работ, избирательные права, право на труд и его оплату - были установлены Уложением о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Дальнейшее развитие законодательства об ответственности за незаконное вторжение в жилище и другие посягательства на частную жизнь, на безопасность труда и производства работ произошло в Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, 1864 г. Положения, содержащиеся в Уголовном уло-
14
жении 1903 г., могут до настоящего времени служить образцом разработки понятийного аппарата уголовного закона и законодательной техники.
В Уголовных кодексах РСФСР 1922, 1926, 1960 гг. не было создано принципиально новых подходов к уголовно-правовой охране основных прав человека и гражданина по сравнению с дореволюционным законодательством. При сопоставлении существующего в гл. 19 УК РФ каталога охраняемых основных прав с набором тех же прав в кодексах советской эпохи заметен перекос в сторону защиты трудовых прав за счет политических и общегражданских прав. Положения, содержащиеся в проектах «Уголовного кодекса СССР» 1939 и 1955 гг., демонстрируют поступательное движение отечественной юридической науки, значительно опережающее законодательные решения.
3. В целях избежания ошибочного представления о том, что только в гл. 19 УК РФ предусматривается уголовно-правовая охрана прав человека, установленных и гарантируемых Конституцией, название главы следует привести в соответствие с ее содержанием, переименовав в «Преступления против равноправия, личных, политических и социально-экономических прав». Понятие «личность» — меньшего объема, чем понятие «человек». Нормы, содержащиеся в разделе VII Уголовного кодекса, охраняют от посягательств любого человека, в том числе не являющегося или еще не ставшего личностью. Название «Преступления против человека» является более корректным для данного раздела УК.
4. Равноправие представляет собой общеправовой принцип, означающий отсутствие привилегий и запрет дискриминации по каким бы то ни было основаниям, поэтому ст. 136 УК после перечисления конкретных поводов для дискриминации необходимо дополнить словами «а также других обстоятельств», приведя ее в соответствие со ст. 19 Конституции Российской Федерации.
5. Общественная опасность присуща не только собиранию и использованию сведений о частной жизни, но и их хранению; незаконное распространение сведений о частной жизни лица не исчерпывает всех форм их незаконного использования, а корыстные побуждения и незаконное распространение сведений
15
в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации представляют собой отягчающие обстоятельства, в связи с этим диспозицию ст. 137 УК предлагается изложить в следующей редакции:
«1. Незаконные собирание или хранение сведений о частной жизни лица -наказываются...
2. Незаконные распространение или любое иное использование сведений о частной жизни лица - наказываются...
3. Незаконное распространение сведений о частной жизни лица в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации — наказывается...
4. Деяния, предусмотренные частями первой, второй или третьей настоящей статьи, если они совершены:
а) лицом с использованием своего служебного положения; *
б) из корыстных побуждений, - наказываются...».
6. Правом на тайну сообщений обладают не только граждане России, а любой человек, поэтому слово «граждан» надлежит исключить из ч. 1 ст. 138 УК. Конституционное требование об обеспечении тайны сообщений выходит за рамки сугубо частной жизни, в связи с этим действие ст. 138 УК необходимо распространить также на случаи, когда сообщение, тайна которого нарушена, не носит частного характера. Перечень квалифицирующих обстоятельств в ч. 2 ст. 138 УК следует дополнить указанием на совершение того же деяния из корыстных побуждений, что значительно повышает общественную опасность содеянного. Основным непосредственным объектом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 138 УК, следует считать общественные отношения по поводу регулирования порядка ведения экономической или хозяйственной деятельности, и его надлежащее место - в ином разделе Особенной части Уголовного кодекса.
7. Конституционное положение о неприкосновенности жилища отражено в уголовном законе неадекватно: из ч. 1 ст. 139 УК следует исключить слова
16
«совершенное против воли проживающего в нем лица» как излишние. Перечень квалифицирующих обстоятельств в ч. 2 ст. 139 УК необходимо дополнить указанием на совершение того же деяния с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, а также группой лиц по предварительному сговору.
8. Слово «гражданину» нуждается в исключении из наименования ст. 140 УК, так как право на получение информации, непосредственно затрагивающей его права, присуще не только гражданину России, а любому человеку. Представляется целесообразным изменить редакцию нормы, распространив ее действие на любое лицо, использующее свое служебное положение, а также сконструировав состав преступления как формальный, поскольку действия по ограничению права на получение информации, непосредственно затрагивающей права человека, являются посягательством на фундаментальные общечеловеческие ценности и в силу этого обстоятельства обладают повышенной общественной опасностью независимо от тех фактических последствий, которые они повлекли: «Неправомерный отказ в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающих права человека, либо предоставление неполной или заведомо ложной информации, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, - наказываются...».
9. Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов может происходить без применения принуждения и не только при распространении информации, но также во время ее поиска, получения и производства. В этой связи диспозицию ч. 1 ст. 144 УК предлагается изложить в следующей редакции: «Воспрепятствование в какой бы то ни было форме законной профессиональной деятельности журналистов - наказывается... ».
10. Уголовную ответственность должно влечь не любое воспрепятствование деятельности религиозных организаций (объединений), а воспрепятствование совершению религиозных обрядов, обучению религии и религиозному воспитанию последователей. Как пробел в уголовно-правовой охране свободы со-
17
вести и вероисповеданий необходимо рассматривать отсутствие ответственности за принуждение к совершению определенных действий, а также за воспрепятствование и принуждение к вступлению в религиозное объединение и членству в нем. С учетом целесообразности дополнения нормы частью второй, включающей обстоятельства, повышающие общественную опасность противоправных действий, диспозицию ст. 148 УК предлагается изложить в следующей редакции:
«1. Незаконное воспрепятствование либо принуждение к вступлению в религиозное объединение или членству в нем, совершению религиозных обрядов, обучению религии, религиозному воспитанию последователей - наказывается...
2. Те же деяния, если они:
а) совершены с применением насилия или с угрозой его применения;
б) совершены лицом с использованием своего служебного положения; *
в) повлекли срыв религиозного мероприятия, — наказываются...».
11. Получая вознаграждение за голосование определенным образом либо за неявку для голосования, лицо нарушает право других граждан на участие в подлинно свободных и справедливых выборах. Отсутствие ответственности такого лица выступает криминогенным фактором при совершении его подкупа. Учитывая положительный исторический опыт России и современный опыт ряда европейских стран, предлагается в ч. 1 ст. 141 УК после слов «тайны голосования» вставить слова: «получение вознаграждения за голосование определенным образом либо за неявку для голосования».
Из ст. 1421 УК целесообразно исключить слова «либо фальсификацию подписей избирателей, участников референдума в списках избирателей, участников референдума» как не имеющие непосредственного отношения к фальсификации итогов голосования, а ч. 2 ст. 142 УК освободить от излишних крими-нализационных признаков, изложив следующим образом: «Подделка подписей избирателей, участников референдума — наказывается...», с тем, чтобы ее действие распространялось на любую подделку подписей избирателей и участии-

Получить работу