Введение. Обоснование темы, ее актуальность.
Обзор литературы. Предмет, объект, цель и новизна исследования.
Актуальность исследования. Исследование посвящено творчеству Константина Михайловича Быковского (1841-1906) - одного из значительных мастеров, представляющих московскую архитектуру последних десятилетий XIX в. Сын и ученик известного зодчего, теоретика, педагога Михаила Доримедонтовича Быковского — К.М.Быковский играл заметную роль в художественной жизни Москвы, проявляя себя не только в архитектурной практике, но и в просветительской и общественной деятельности. Наиболее крупные проекты К.М.Быковского, среди которых здание Госбанка на Неглинной ул., Университетская библиотека на Моховой ул., Зоологический музей на Б.Никитской ул., а также Клинический городок Московского университета на Девичьем поле, объединяет общая архитектурная тема, основанная на исторических образцах использования ордерных форм. (Табл. 1-3)
Творчество К.М.Быковского было высоко оценено современниками, о чем свидетельствуют статьи в периодике конца XIX - начала XX вв. (1) Общий перечень его трудов, как архитектора-практика, историка и реставратора, педагога и общественного деятеля отражает разносторонние интересы мастера, пользовавшегося признанием и авторитетом. В 1907 г. были опубликованы воспоминания о К.М.Быковском коллег и учеников, рассказывающих о его творческом пути и о сильном, благотворном влиянии его личности на всех, с кем он общался в различных сферах деятельности (2).
Однако в дальнейшем имя К.М.Быковского оставалось в тени; творчество его не изучалось специально, и упоминания о нем чаще встречаются в связи с его теоретическими выступлениями на съездах зодчих, а также с некоторыми реставрационными работами (3). Архитектурная практика Быковского почти не привлекала внимания исследователей, и описания наиболее значительных его проектов включаются в разделы, посвященные появлению новых типов зданий, но в них не затрагиваются стилистические проблемы (4).
В современных историко-архитектурных и искусствоведческих исследованиях произведения московских архитекторов, выполненные в
«классических стилях» в последней трети XIX в., и проблемы специфики художественных средств и приемов ордерных композиций этого периода рассмотрены недостаточно подробно. К настоящему времени это стилистическое направление остается наименее изученным в рамках архитектуры эклектики (по сравнению, например, с исследованиями развития различных вариантов «русского» стиля или рационалистических тенденций). В специальной литературе не сформировался единый общепринятый термин для его обозначения и используются различные варианты наименований.
В диссертационной работе принято общее название - «ордерная архитектура эклектики», отражающее основную характерную особенность рассматриваемого направления — развитие классических принципов построения композиций в ордерной архитектуре античности, Ренессанса, барокко, классицизма. Представляется возможным также использовать термин «классицистическое направление эклектики», имея в виду, что ордерная архитектура эклектики является непосредственной наследницей классицизма, опирающегося на богатый исторический опыт предшествующих эпох развития классического ордера.
Актуальность изучения классицистической художественной традиции на примере произведений К.М.Быковского и других московских архитекторов обусловлена также современным состоянием архитектурной практики, которой свойственен интерес к историческим формам. Обращение к классике представляется закономерным этапом развития одного из двух основных направлений в архитектуре XX - начала XXI вв. - ордерного и авангардного (по определению С.О.Хан-Магомедова). Некоторые аналогии в задачах, стоящих перед архитекторами в настоящее время при строительстве в условиях сложившейся городской среды по типологии и по масштабу объектов, можно найти в архитектуре последних десятилетий XIX в., когда стилистические и композиционные особенности ордерного направления в русской и, в частности в московской архитектуре эклектики, получили наиболее последовательное воплощение.
Предмет исследования - развитие и закономерности стилеобразования в ордерной архитектуре эклектики Москвы последней трети XIX в. На примере
произведений ряда московских архитекторов и более подробно на основе анализа творческого наследия К.М.Быковского изучаются композиционные особенности ордерной ветви эклектики. Выявляются место и значение этого стилистического направления в русской архитектуре, а также рассматриваются проблемы восприятия и оценки его современниками. Исследуются особенности творческого метода и художественного мировоззрения К.М.Быковского; а также его вклад как педагога, историка-реставратора и общественного деятеля.
Объект исследования - творческие работы архитектора К.М.Быковского, рассматриваемые в широком контексте развития классицистической архитектуры эклектики Москвы и архитектурной теории последней трети XIX в.; деятельность К.М.Быковского в области архитектурного образования и его участие в работе художественных и научных обществ.
Границы исследования. Хронологические рамки исследования определены временем творческой практики К.М.Быковского - последняя треть XIX в. Эти границы определяют период зрелой и поздней эклектики в соответствии с существующими точками зрения современных исследователей на общую периодизацию архитектуры эклектики (5).
Географически исследование ограничено территорией Москвы.
Состояние изученности проблемы.
Переход от архитектуры классицизма к эклектике, постепенно происходивший с 1830-х гг., как правило, трактуется исследователями как отказ от классического наследия. Использование традиционных ордерных форм в архитектуре эклектики и отсутствие ярких признаков внешней новизны в произведениях классицистического направления рассматривались архитектурной критикой как признак «консервативного подхода» уже во второй половине XIX в., поскольку считалось очевидным, что композиционные принципы архитектуры классицизма не позволяют решать новые функциональные и образные задачи. Проблемы поисков «нового стиля», полностью отрицающего опыт архитектуры непосредственно предшествующей эпохи, стали лейтмотивом в архитектурной периодике второй половины XIX в. и продолжились в начале XX в. Однако содержание, вкладываемое в понятие «нового», было совершенно различным в «переломные периоды» при переходе
8
от классицизма к эклектике и при переходе от эклектики к модерну и неоклассицизму начала XX в. С точки зрения критики рубежа XIX - XX вв., стоявшей на позиции отказа от исторического наследия и избравшей применение новых, необычных форм модерна или различных рационалистических приемов в качестве главного критерия оценки значимости художественного уровня произведения, ордерная архитектура эклектики не заслуживала профессионального рассмотрения.
В течение длительного времени архитектура эклектики в целом вызывала негативное отношение исследователей, оценивавших ее как подражательную, лишенную стилистического своеобразия. В частности, наиболее резкой критике подвергалось то направление, в котором архитекторы следовали классицистическим традициям, используя язык ордерных форм. Подобные произведения, традиционные по внешнему облику, как правило, попадали в круг рассматриваемых в исследованиях объектов лишь по функционально-типологическому признаку. Термин «ложные» стили, встречающийся в публикациях конца XIX в., ассоциировался с «бессодержательностью украшательской эклектики» и был в дальнейшем принят в специальной литературе в течение длительного времени (6).
Начиная с 1950-х гг., историко-архитектурная наука ввела в научный обиход обширный фактический материал по истории архитектуры эклектики, постепенно переходя от общих негативных характеристик этого периода к подробному его изучению (работы И.А.Бартенева, Е.А.Борисовой, А.И.Власюка, Н.А.Евсиной, , М.А.Ильина, Т.П.Каждан, П.Н.Максимова, Н.Ф.Хомутецкого, И.В.Эрн) (7).
При оценке художественных особенностей архитектуры 1830-90-х гг. и, в частности ее ордерной ветви, в качестве критериев исследователи во многих случаях принимали основополагающие принципы новой архитектуры XX века -отражение внутренней конструктивной структуры в решении фасадов сооружения. Поэтому специфика декоративных решений в произведениях «классических стилей», как правило, приводила к заключению о кризисе в поиске художественных средств в архитектуре эклектики.
При рассмотрении произведений ордерной архитектуры эклектики во главу угла ставился также вопрос о том, можно ли цитировать те или иные исторические прототипы и в принципе продолжать разрабатывать ордерную тему в условиях появления новых функционально-типологических задач. Обращение зодчих второй половины XIX в. к источникам эпохи Ренессанса и барокко воспринималось исследователями как свидетельство потери творческого начала и самобытности в архитектуре. Подобные оценки вели к выводам, что в произведения ордерной архитектуры эклектики не обладают художественной ценностью, и что последующие всплески интереса к классике, в частности в архитектуре неоклассицизма начала XX в., происходили вне всякой связи с предшествующим этапом.
А.В.Иконников так определяет отличие современных подходов к изучению архитектуры эклектики от предшествующего этапа: «Созданное в 1830-1890-е годы рассматривалось как продукт упадка художественной культуры» в первой половине XX в. - в период становления «нового движения». ...Лишь в 1960-е годы, когда само «новое движение» стало историей, настало время взвешенных оценок, свободных от заданной отрицательной установки. Период «архитектуры выбора» стал открываться во всей противоречивой сложности» (8).
В новейшем периоде изучения истории русской архитектуры эклектики (с конца 1970-х гг.) произошли изменения в общих оценках значения этой эпохи. В ряде капитальных трудов по истории архитектуры второй половины XIX в. выявлены закономерности стиле- и формообразования, изучены новые появившиеся типы зданий. В работах Е.А.Борисовой, А.В.Иконникова, Е.И.Кириченко, В.Г.Лисовского, В.И.Пилявского, А.Л.Пунина, Т.А.Славиной раскрывается тема самостоятельной сущности эклектики как художественно-эстетической системы, изучаются ее отличительные черты по сравнению с архитектурой классицизма, выявляются отдельные направления (9).
Различия в обозначениях исследователями ордерной ветви архитектуры эклектики отражают ее основные особенности - расширение палитры исторических прототипов, сложность сочетания элементов и композиционных приемов, взятых из различных архитектурных эпох. Эти качества определили
10
многоликость, неоднородность классицистического направления эклектики, с трудом поддающегося систематизации по стилевым особенностям.
В фундаментальных трудах по истории архитектуры эклектики, начиная с 1960-70-х гг., исследователи используют обозначения, позволяющие выразить суть отличий основных ее направлений друг от друга, причем в каждом из вариантов отражен определенный аспект характеристики. Так, например, Е.И.Кириченко выделяет в направлениях эклектики «академическое» и «антиакадемическое», подчеркивая тем самым историко-культурную значимость первого, и уточняет, что «академическое» направление включает все варианты «классицистических стилей» - «неогрек», «ренессанс», «барокко», «рококо», «поздний классицизм» (10). Кроме того, Е.И.Кириченко называет эти стили «европейскими», отмечая всеобщий характер их распространения в странах Западной Европы (11), а также использует термин «классицистическое» направление как обозначение одного из трех основных направлений эклектики (двумя другими являются «романтическое» и «рациональное») (12).
Широкое распространение ордерной архитектуры отражает название «интернациональное» течение в эклектике в отличие от «национальных» у А.И.Власюка (13). «Общеевропейским» направлением обозначает Т.А.Славина те стилистические разновидности эклектики, которые опираются «на традиционное уважение к классике, интерес к европейской культуре» (14).
Большое внимание ордерной архитектуре эклектики уделено в работах А.В.Иконникова, который среди основных тенденций развития эклектики выделяет «классицизирующие», противопоставляя их «медиевализирующим» (15). Кроме того, А.В.Иконников использует названия «европейская эклектика» и «эклектизм международного толка» (16). (Термин «классицизирующая эклектика» встречается также в работах Е.И.Кириченко, М.В.Нащокиной и Г.И.Ревзина, однако представляется, что подобная форма вносит некоторый негативный оценочный оттенок) (17). Более поздние вариации на темы итальянской и французской архитектуры различных периодов А.В.Иконников называет «стилем «Второй империи», «необарокко «Второй империи», «Вторым ампиром» и, обобщая в целом тенденции историзма 1860-90-х гг., выделяет направление, продолжающее «линию развития постклассицистической
11
архитектуры, начатую неоренессансом», которое основано «на выборе в круге прообразов классических, т.е. в конечном счете восходящих к античной культуре, будь то «неогрек», «неоренессанс» или «необарокко», и отмечает, что тенденция распространения этих стилей «имела международный характер» (18). К настоящему времени более подробно изучены особенности интерпретации образцов античной архитектуры в ранний период эклектики 1830-50-х гг. (в частности, в кандидатской диссертации М.В.Нащокиной) (19). Произведения ордерной архитектуры эклектики рассматриваются в ряде монографий о творчестве крупных мастеров этой эпохи, значительная часть которых посвящена петербургским зодчим (20). Кроме того, проведено исследование использования мотивов барокко в архитектуре эклектики Петербурга (монография А.В.Бурдяло) (21). Работы московских архитекторов классицистического направления эклектики в основном представлены в статьях в периодических изданиях (22), а также в ряде трудов справочно-энциклопедического характера, в частности в биографическом словаре «Зодчие Москвы времени эклектики, модерна и неоклассицизма (1830-е - 1917 годы» (под научным руководством А.Ф.Крашенинникова) (23).
Исследования проблем архитектуры эклектики в последние десятилетия XX в. в целом характеризуются уходом от резко отрицательных характеристик, однако, классицистическое направление при признании достижений в создании новых типов зданий, тем не менее, продолжало вызывать противоречивое отношение к его стилистическим особенностям. В ряде работ выявлены и проанализированы ее общие отличительные черты - метод проектирования «изнутри-наружу» и рационалистическая тенденция «центробежности» в формообразовании, ведущие к появлению свободного асимметричного плана, но не исключающие одновременно и использование классицистического симметричного построения (24). В различной редакции встречается вывод о том, что развитие «ретроспективного стилизаторства и эклектики» стало ответом на изменения в типологии и «появление новых композиционных приемов и становление прогрессивной творческой концепции, связанной с более пристальным вниманием к функциональной стороне архитектуры» (25). Это
12
свидетельствует о признании своеобразия вклада архитектуры эклектики в историю архитектуры.
Однако общая положительная оценка рационалистических поисков в области объемно-пространственных и конструктивных решений новых типов зданий сочетается с двойственным и иногда определенно негативным отношением к основам художественного языка эклектики, пользующейся всем разнообразием исторических образцов. Так, Е.А.Борисова, подчеркивая, что «...формальное отношение к эклектике тормозит изучение более, чем полувековой деятельности русских архитекторов», вместе с тем, оценивает положительно в архитектуре эклектики лишь ее функциональные качества и формулирует суть художественных решений как «маскировку» новых конструкций с целью придания им «видимости старой тектоники» (26), а также отмечает «неорганичность» и «двойственность» архитектуры эклектики, как следствие «разрыва» между функциональной, конструктивной структурой здания и его декоративной оболочкой, явившегося к концу XIX в. причиной «явного кризиса эклектики» (27).
Анализируя принципы формообразования в архитектуре эклектики, Е.И.Кириченко высказывает мнение, что к концу XIX в. каждое из ее основных архитектурных направлений «на свой лад обнаружили не только признаки разложения, но самоотрицания архитектурной системы, основанной на иллюзорной изобразительности...» (28), однако одновременно высоко оценивает творчество отдельных мастеров и отмечает, что «классическое» направление «выдвинуло своих крупных представителей — создателей выдающихся пышностью и богатством сооружений...», в числе которых - архитекторы В.А.Шретер, М.Ф.Месмахер, А.В.Иванов, К.М.Быковский, Б.В.Фрейденберг (29).
В последние десятилетия несколько изменился общий подход к проблемам освоения исторического наследия в архитектуре эклектики. Так, в исследовании о закономерностях архитектурного наследования Т.А.Славиной «отведен, как недостоверный, взгляд, согласно которому классицистические приемы в эклектике есть анахронизм, плод неспособности преодолеть старые каноны» (30). Анализируя причины обращения мастеров эклектики «к позднему
13
Возрождению, барокко, раннему классицизму», Т.А.Славина отмечает, что архитекторы находили возможность ответить современным потребностям, используя элементы стилей тех эпох, «масштабный строй которых больше соответствовал изменившимся эстетическим представлениям» (31).
В монографии «Историзм в архитектуре» А.В.Иконникова ордерная архитектура в России второй половины XIX в. рассматривается в контексте общих процессов, происходящих в развитии «архитектуры выбора» в Западной Европе и Америке. В качестве примеров этого направления в русской архитектуре приведены произведения ряда крупных петербургских мастеров, «придерживавшихся неоренессансного и необарочного направления» -А.И.Резанова, М.Е.Месмахера, П.Ю.Сюзора (32). Отмечается, что характер «архитектуры выбора» зависел «не только от разнообразных источников заимствования, но и от разнообразия способов использования и соединения заимствованных элементов» (33).
В целом, классицистическое направление эклектики традиционно воспринималось исследователями как надолго затянувшееся продолжение позднего классицизма, и его роль в общем развитии ордерных форм в истории русской архитектуры специально не изучалась. Примерами подходов к оценке влияния ордерной архитектуры эклектики на характер дальнейших стилистических поисков в русле классических традиций могут служить некоторые суждения, которые высказаны в работах об архитектуре модерна и неоклассицизма, достаточно подробно изученной к настоящему времени. В них, как правило, имеется раздел, посвященный предшествующему этапу -эклектике, которая в таком контексте часто трактуется как совершенно противоположное явление, от которого необходимо было отказаться в поисках новых путей.
Так, В.В.Кириллов в монографии об архитектуре модерна пишет о том, что «старая эстетическая система, воплощенная в ордере, окончательно дискредитировала себя в эклектике, утеряв всякую связь с полезным и целесообразным...», что в целом это привело к потере способности целостного образного видения, «к созданию массы неорганичных, бутафорских форм» (34).
14
В исследовании Г.И.Ревзина при глубоком анализе памятников неоклассицизма, основанных на произведениях раннего и позднего Ренессанса, высказывается предположение, что «своей связи с классицизирующей эклектикой неоклассицизм ни в коей мере не осознает» (35). Анализируя концепцию ретроспективизма как одного из направлений эклектики -стилизаторства, изложенную в книге Е.И.Кириченко «Русская архитектура 1830-1910-х годов», Г.И.Ревзин делает вывод, что «с формальной точки зрения неоклассицизм предстает как явление гетерогенное, возникающее на пересечении модерна и эклектики», косвенно признавая тем самым роль ордерной архитектуры эклектики как одного из предшественников неоклассики начала XX в. (36)
В вышедшей в свет в 2002 г. капитальной монографии «Русский неоклассицизм» Е.А.Борисова и Г.Ю.Стернин, не затрагивая проблем архитектуры эклектики, высказывают мнение, что «развитие определенных стилевых направленностей начала XX века было объективно детерминировано всем ходом развития русской художественной культуры, и появление в ней неоклассики было столь же органичным для архитектуры, как и для живописи, поэзии, литературы того времени, не связанных существованием такого понятия как «заказчик» (37). Подобная позиция позволяет, как представляется, рассматривать ордерную архитектуру эклектики, как часть общего развития русской архитектуры, сыгравшую определенную роль для последующих периодов освоения классики.
Как отмечает Е.И.Кириченко, «вряд ли следует считать правомерным признание одних явлений правильными, принимая их за норму, отклонение от которой само по себе является минусом и служит поводом к оценке определенного факта как неправильного или отрицательного. Более конструктивным представляется подход, основанный на попытке реконструкции художественной системы, дешифровки архитектурного языка...» (38) Художественная система ордерной архитектуры эклектики до настоящего времени является малоизученной областью истории русской архитектуры, и вопросы «дешифровки» ее архитектурного языка специально не рассматривались. В общей картине развития русской архитектуры эклектики
15
остаются лакуны, в частности это - творческие биографии многих московских мастеров, среди которых одним из наиболее значительных является Константин Михайлович Быковский.
Цель исследования — получение новых знаний и представлений о развитии классицистических тенденций в архитектуре эклектики Москвы и в архитектурной теории последней трети XIX в.; уточнение периодизации, исследование стилистических изменений в произведениях архитектуры зрелой и поздней эклектики; изучение творчества К.М.Быковского - его архитектурной практики, теоретических взглядов, творческого метода, а также педагогической и общественной деятельности.
Задачи исследования:
- Выявление основных закономерностей развития ордерной архитектуры эклектики на примере произведений К.М.Быковского и других московских архитекторов последней трети XIX в.
- Изучение объемно-пространственных и градостроительных особенностей проектов, а также композиционных приемов создания художественного образа в работах К.М.Быковского.
- Анализ теоретического наследия К.М.Быковского и тенденций в отражении развития ордерной архитектуры эклектики в архитектурной критике.
- Выявление роли К.М.Быковского в художественной жизни Москвы как педагога и общественного деятеля.
Метод исследования - комплексный, сравнительно-исторический, включающий проведение морфологического, композиционного и образно-стилистического анализа объектов исследования.
Проведены сбор и изучение историографических материалов по теме, в том числе, архивных и литературных источников, хранящихся в РГАЛИ, РГИА, ЦИАМ, ЦАНТДМ, ГНИМА им. А.В.Щусева, Музее истории Москвы, Музее истории московской архитектурной школы (МАРХИ), Музее истории Московского Государственного университета, Музее Московской медицинской академии им. И.М.Сеченова, Российской Государственной библиотеке, Научно-исследовательском музее и Научно-библиографическом архиве Института живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е.Репина (С.-Петербург), а также в
16
личном архиве семьи потомков К.М.Быковского и др. Осуществлены натурное обследование и фотофиксация произведений К.М.Быковского и ряда ведущих московских архитекторов последней трети XIX в. (в том числе, А.В.Иванова, С.С.Эйбушица, Б.В.Фрейденберга, Р.И.Клейна, А.Ф.Мейснера, И.А.Иванова-Шица и др.)
Научные и практические возможности внедрения результатов работы могут быть использованы в предпроектных историко-архитектурных и градостроительных исследованиях, в практике реставрации и реконструкции крупных зданий и комплексов, в выработке рекомендаций по постановке ряда рассматриваемых объектов на охрану как памятников архитектуры, а также в учебных курсах по истории русской архитектуры и истории Москвы. Результаты композиционного анализа произведений классицистического направления архитектуры эклектики могут послужить теоретическим основанием в разработке проблем применения ордерных форм в современной архитектуре. Рассматриваемые в исследовании примеры решения сложных функционально-типологических задач, а также градостроительных проблем, связанных с новым строительством в сложившейся среде исторического города, сохраняют свое значение в современных условиях и могут предоставить материал для творческой интерпретации в практике.
Статьи по различным вопросам, разрабатываемым в диссертации, опубликованы в ряде сборников научных трудов и материалов конференций, а также в справочно-энциклопедических изданиях. По теме работы сделаны доклады на конференциях в Москве и С.-Петербурге (в том числе, в НИИТАГ, МАРХИ, РААСН, ЦДА, Гос. Музее-заповеднике Московский Кремль, Институте живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е.Репина и др.). Материалы исследования были использованы при подготовке экспозиции выставки, посвященной 100-летию создания Университетского клинического городка на Девичьем поле (Музей Московской медицинской академии им. И.М.Сеченова, 1997 г.)
Новизна исследования определяется тем, что впервые подробно изучается архитектурная практика, теоретические воззрения, педагогическая и общественная деятельность одного из ведущих московских архитекторов
17
последней трети XIX в. К.М.Быковского. Исследование проводится в контексте анализа общих закономерностей развития ордерной архитектуры эклектики и архитектурной теории рассматриваемого периода. На примере произведений К.М.Быковского раскрываются основы творческого подхода к решению сложных функциональных и объемно-планировочных задач. Изучаются теоретические высказывания архитектора-практика по актуальным художественным проблемам, а также определяется его роль в архитектурной жизни Москвы своего времени. Вводятся в научный обиход ранее неизвестные архивные источники и материалы, хранящиеся в семье потомков К.М.Быковского.
Период последней трети XIX в. рассматривается в работе как самостоятельный этап в развитии классицистических тенденций в русской архитектуре, и творчество ведущих мастеров Москвы дает богатый материал для специального исследования по этой теме. В творчестве ряда московских архитекторов выявлены произведения классицистического направления, которые в целом составляют картину развития ордерных форм в архитектуре Москвы последней трети XIX в. и иллюстрируют динамику развития стиля в ордерной архитектуре зрелой и поздней эклектики при переходе к модерну и неоклассицизму на рубеже XX в.
В условиях нового этапа экономического развития в России во второй половине XIX в. ордерная архитектура приобрела особенности, связанные с функционально-типологической разработкой неизвестных ранее типов зданий и с поиском их образных решений. Появление новых объемно-пространственных решений демонстрирует творческую фантазию и профессионализм архитекторов, получивших возможность свободы в поиске художественных средств, использования исторического наследия всех предшествующих эпох. Произведения архитектуры эклектики демонстрируют гибкость и рационализм подхода к композиции, которая отражена в одном из названий эклектики, восходящем к этимологии термина: «архитектура выбора». Решение здания может быть основано как на традиционных классицистических принципах построения, так при необходимости и на различных приемах создания
|
