ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы. Вероятно, каждому человеку свойственно преувеличивать значение своей эпохи. Скорее невольно, чем преднамеренно, мы относимся ко времени, в котором живем, как к некоему итогу всего предыдущего развития. При этом по понятным причинам, нам трудно взглянуть на место нашей эпохи глазами будущих поколений, но, тем не менее, есть одно обстоятельство, которое заставляет нас особо выделять в жизни человечества эпоху модерна -эпоху антропоцентрического устроения мира. - явно наметившийся кризис которой определяет ситуацию современного человека. В последние десятилетия XX века явно обозначились продолжающиеся и сейчас коренные перемены в науке, обществе, культуре. «Примерно с середины XX века стали говорить о наступлении постиндустриализма. И хотя появились такие уточняющие его определения, как, например, «эпоха научно технической революции», или «информационное общество», в целом преобладает термин - postmodern»1. В современной литературной критике, публицистике часто можно встретить поверхностное истолкование содержания этого термина. Многим кажется, что главное в постмодерне - отход от стандарта жесткой рациональности, что нужно только как следует
'R.H. Киселев Кризис нашего времени. / Вопросы философии. 1999, №1, стр. 40.
вымешать коктейль и сдобрить его солидной дозой экзотики. Стоит, мол, не мудрствуя лукаво, скрестить либидо и экономику, цифровой метод и кинизм, подбавить толику Водолея и Апокалипсиса, как постмодерный хит готов. Но эта мешанина из всякой всячины порождает только безразличие, а этот псевдо-модерн не имеет с постмодерном ничего общего и куда ближе, хотя это не хотят замечать, к унифицирующим тенденциям модерна. Такая ситуация говорит о том, что несмотря на интерес к постмодернизму в последнее время, этот феномен все же нуждается в дальнейшей работе по его концептуализации. Поэтому актуальность данной работы заключается, на наш взгляд, в еще одной попытке осмысления современной ситуации - ситуации посмодерна - с помощью категориального аппарата, разработанного в рамках постструктурализма.
Несомненно, что трудность этой задачи заключается в незавершенности ситуации постмодерна - мы захвачены им. Специфика эпохи состоит в том, что она представляет собой в определенном смысле точку бифуркации, неопределенность, в которой формируются и определяются новые пути и подходы, по которым, и с помощью которых, пойдет дальнейшая жизнь человечества. Ведь то, что для обозначения реалий сегодняшних дней главным образом применяются термины с приставкой «пост» (постмодернизм, постиндустриализм), в которых фиксируется лишь только то, чем мир уже перестал быть, указывает на отсутствие более содержательных понятий, способных выразить то, чем мир становится.
В связи с этим, объектом данного исследования являются некоторые характеристики современной эпохи, что в свою очередь,
предполагает прояснение понятия «модерн».
Предметом исследования является взаимоотношение явлений модерна и постмодерна.
Степень изученности проблемы. Исследованием философских аспектов соотношения модерна и постмодерна занимались такие ученые, как Я.М. Свирский, В.И. Аршинов, В.А. Подорога, А.Ф. Зотов.
Сопоставление и анализ точек зрения на значение термина «модерн» подводит к тому, чтобы под модерном понимать определенный историко-мировоззренческий проект, который берет начало в Древней Греции, пронизывает историю христианской эпохи и находит свое наиболее полное воплощение в Новое время. В наши дни очевидна трансформация нововременной парадигмы мышления. Изучением этих трансформаций занимались такие ученые как B.C. Степин («Специфика научного познания и социокультурные предпосылки ее генезиса»; «Основания науки и их социокультурная детерминация»; «Философская антропология и философия науки»; «Научное познание и ценности техногенной цивилизации»), В.И. Аршинов («Постнеклассическая наука. Философский анализ»), Ф.И. Гиренок («Антропологические исследования. Кант и Гегель», «Метафизика пата»), А.Н. Павленко («Бытие у своего порога»), Б.Н. Попов (Другой в современной философии») и др. Тем не менее, в исследовании философских проблем модерна и постмодерна остались еще «белые пятна». И, прежде всего это вопрос о дефляции реальности и о соотношении свободы и творчества. Постмодерн поэтому естественно понимать как определенное мировоззрение, получившее распространение в конце XX века в условиях кризиса классической рациональности и
необходимости выработки новых стратегий в культуре, философии, науке.
В качестве рабочей гипотезы исследования послужило предположение, что постмодерн можно охарактеризовать как антитоталитарное мышление, констатирующее необходимость новых принципов осмысления действительности: плюрализм, гетерогенность, контексту ал ьность, фрагментарность,
децентрированность.
Важную роль сегодня играют массовые технологии коммуникации. «Постмодернистская установка культуры адекватна усилению давления на Я со стороны созданной человеком символической сферы. Современный человек виртуален, лишен устойчивости, которую он потерял вместе с внутренним планом.
Современные СМИ мало отражают действительность, а, по преимуществу, отбирают факты, комментируют и организовывают их восприятие, то есть создают виртуальную реальность и загружают опустошенные Я. Событие не то, что случилось, а то, что сообщено».2 Категориальный аппарат постмодернизма позволяет сделать адекватный анализ роли и значения информационных технологий для общества и человека.
Глобальные трансформации в современном мире изменили и повседневную жизнь человека. Поэтому можно сделать предположение о том, что завершение проекта модерна с необходимостью изменяет самого человека, и его представления о себе, о его месте в мире. Эти изменения имеют как конструктивное, так и деструктивное содержание. Многие исследователи отмечают факт вытеснения естественной реальности искусственным,
В.Н. Попои. Другом в современной философии. М., Ныо-Лнст, 2001, стр. 246.
протезированным миром. Причем это касается не только природного мира, а имеет прямое отношение к человеческому бытию. Современный человек предстает как децентрированный, фрагментарный, контекстуальный, что показывает необходимость переосмысления понятия личность, а, следовательно, и переопределения человека в новых условиях. Современная культура является телесно-визуалистски ориентированной. В связи с развитием техники человек получает больше возможностей для нового телесного опыта. Но телоцентризм свидетельствует о том, что идет процесс формирования новой телесности, который есть следствие кризиса модерна и нововремешюго представления о человеке. «Современный - виртуальный - человек, как это ни парадоксально, отождествил себя с живым телом. Причем, это тело, подобно телу актера не имеет никакой иной формы бытия, помимо знаковой. Человек озабочен созданием себе тела, подходящего для исполнения социальной роли. Современный человек становится телом, то есть организмом, обладающим сознанием и языком, но лишенным внутреннего плана. Тело принимает на себя некоторые функции культуры. Перманентное опустошение «Я» информационного общества и наполнение его новыми смыслами превращает тело в пустой знак, означивание которого стало функцией семиотической среды»3.
Проблема состоит в том, чтобы совместить новейшие технологии с человеческим, избежав при этом крайностей полного отказа от техники, равно как и растворения в ней.
Необходимость проверки выдвинутой гипотезы предопределила выбор конкретной цели и постановку задач исследования.
•' В.Н. Попов. Метаморфозы человека в информационном обшсствсУ/Чсловск к мире и мир человека. Калуга 2004.
Целью исследования является анализ дефляции реальности в современной культуре.
В соответствии с целью, объектом и предметом исследования предполагается решить следующие научные задачи:
раскрыть и систематизировать основные понятийные
различия между модерном и постмодерном в современном
дискурсе;
показать, что модерн носит мировоззренческий характер
(1), а постмодерн предполагает дефляцию истины и
реальности (2);
изучить самореференциальные практики виртуальной
реальности;
определить взаимные связи между симуляцией и кризисом
идентичности;
выявить и раскрыть реальные возможности свободы. Научная новизна исследования заключается в том, что впервые выдвигается и обосновывается мысль о том, что исчезновение различия между симуляцией и реальностью служит основанием для дефляции истины.
Раскрыты сущность и содержание бинаризма и его разрушения философией постмодерна. Реформаторская позиция
постмодернистской философии состоит в отказе от линейной интерпретации детерминизма.
Показано, что в отношении «модерн - постмодерн» отчетливо видны два варианта - от видения постмодерна как продукта эволюции модерна до интерпретации его в качестве отказа от нереализованных потенций модерна (10. Хабермас). Если Г. Кюнг противопоставляет модерн и постмодерн, то У. Эко полагает, что постмодерн является
проявлением любой радикальной смены культурных парадигм.
Предложено понимать постмодернистскую критику рсфсрснциальной теории знака как способ дефляции реальности.
Показано, что отказ от бинарных структур послужил основанием для концепций, которые полагают избыточным вопрос об истине.
На защиту выносятся следующие научные положения:
1. В эпоху модерна сформировались бинарные понятийные структуры, которые сыграли решающую роль в формировании линейного детерминистического подхода к исследованию мира. Эти структуры выступали в качестве несущих конструкций мышления. В них исчезали смыслы и значения.
2. Философия постмодерна, введя представления о смерти субъекта, о децентрированных структурах, критикуя референциальную теорию знака, реабилитирует неравновесные системы, кумулятивную целостность и роль случайности в формировании образа мира.
3. В постмодернистском дискурсе ярче высвечивается тревога об антропологической катастрофе. Все громче звучат высказывания об утере человеком своей сущности. В связи с этим хотелось бы взглянуть на проблему: человек только является или что-то есть, и что может выводить его из катастроф. Ответ на это вопрос лежит, на наш взгляд, в области специфически человеческого феномена — творчества.
Теоретико-методологическая основа исследования.
Для реализации задач исследования использовались методы как сравнительно-исторические, так и структурно-функциональные.
Методологическую основу диссертации составляют имеющиеся философские исследования модерна и постмодерна.
Теоретическая значимость исследования состоит в
10
определении причин дефляции истины и вытекающих из нее изменений места творчества в человеческом бытии. Реализация и апробация исследования.
Результаты и выводы докладывались на конференции «Антропологические конфигурации в современной философии», Москва, МГУ, 2004.
Основные идеи и результаты проведенных исследований раскрыты в 2 научных статьях, объемом 1,1 п.л.:
1. Депонирование в ИНИОН РАН № 59470 «Постмодернизм как дефляция истины», М., 2005.- 1 п.л.
2. Сборник «Философско-антропологические исследования», статья «Антропология истины» Московский Государственный Университет, 2004.- 0,1 п.л.
Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованной литературы.
11
ГЛАВА I. МОДЕРН И ПОСТМОДЕРН В СОВРЕМЕННОМ
ДИСКУРСЕ
В настоящее время термин «постмодерн» широко распространен в философии, социологии, литературной критике и т. д., однако все же его концептуальное содержание по- прежнему остается расплывчатым и ситуативным. «Несмотря на очевидную тривиальность растиражированного термина, само понятие парадоксальным образом остается в высшей степени туманным и неопределенным... при попытке выстроить логичный ряд имен или хотя бы привести единичные иллюстрации вдруг обнаруживается, что каждый говорит о своем, а постмодернизм фигурирует как... по сути ничего не значащий ярлык, рассчитанный скорее на эмоциональное, чем на рациональное восприятие»'1. В связи с этим необходимо остановиться на более подробном анализе этого понятия с целью выявления ключевых характеристик, принципиальных основ, а так же хронологических рамок постмодерна. Исходя из полученного содержания этого понятия, и будут строиться дальнейшие рассуждения.
В терминологическом рассмотрении понятия «постмодерн» возникают некоторые затруднения, обусловленные
многозначностью в трактовках корневого для «постмодерна» понятия «модерна». В большинстве интерпретаций модерн отождествляется с каким-либо конкретным периодом в истории,
1 Ф.И. Гиренок Философия минималистских форм. М., 2003. с. 16
12
чаще всего это Новое время, Просвещение. В качестве альтернативы — и на это есть основания — можно понимать под модерном не конкретный период в истории, а определенный исторический проект, берущий свое начало в Древней Греции, проходящий сквозь христианскую эпоху и обретающий наиболее полное воплощение в Новое время. Этот исторический и мировоззренческий проект обладает следующими чертами: стремление к созданию универсальной картины мира, сводящей все многообразие действительности к единым основаниям; убеждение в доступности человеческому разуму абсолютного знания об этих основаниях; стремление к полному воплощению этого знания в действительности; убеждение, что такая разница будет способствовать увеличению счастья людей; уверенность в поступательном, прогрессивном развитии человечества, в приоритете настоящего перед прошлым, а будущего перед настоящим.
В исследовательской литературе, как правило, принято различать понятия «постмодерн» и «постмодернизм». Под «постмодерном» понимают период, наступающий после «модерна», «то состояние культуры, в котором в последней трети века оказывается агент культурных практик, независимо от того, какую рефлексивную позицию он при этом занимает»; «постмодернизм» же означает «сознательно проводимую стратегию (прежде всего в сфере эстетического производства)», хотя иногда они отождествляются. В качестве исходного пункта анализа данного явления современности берется утверждение, что постмодерн представляет собой мировоззрение, концептуализированное в широком спектре философских,
13
культурологических, литературно и искусствоведческих теориях и выражающее основные тенденции и идейные установки западного общества. Так как постмодерн - это период после модерна, следовательно, для содержательного определения постмодерна необходимо дать более подробную характеристику модерна, тем более что одним из лейтмотивов постмодерна является неприятие фундаментальных установок классического дискурса, или, что то же самое, - дискурса модерна.
§ 1. Модерн как историческо-мировозренческий проект.
Классический дискурс, сформировавшийся к 17-18 веку, есть уникальный, особый вид духовной практики, не имеющий себе аналогов в предшествующих эпохах. И для современной философии понимание истоков и сущностных характеристик такого типа мышления является необходимым для выработки новых подходов к проблемам рациональности, знания, человека, для преодоления кризиса в науке, культуре, философии.
Одним из фундаментальных образований Нового времени как наиболее полного воплощения мировоззренческих принципов модерна является его наука, основополагающие установки которой и по сей день определяют во многом ход современной мысли. Нужно отметить, что наука не является этически нейтральным образованием, а есть выражение определенной мировоззренческой установки, человеческой позиции и в отношении представления о себе, и в отношении к природе. Так, и античная рациональность, и нововременная являются выводами из определенных метафизических установок. Наука Нового
14
времени имеет своими предпосылками, с одной стороны, методологические аспекты ее формирования, уходящие в Древнюю Грецию, а с другой стороны, социокультурная обстановка, характерная для Нового времени, причем это лишь формальное разделение.
Вопрос познавательных установок, средств решается всегда в зависимости от мировоззренческой позиции, то есть нельзя вопрос о познании рассматривать вне определенной картины мира и образа человека, который оно (познание) представляет. Можно выделить три важных аспекта формирования установок модерна:
1.Идея возможности неограниченного владения природой, неограниченной активности человека по отношению к миру заложенная еще Платоном и Аристотелем.
2. Декарт сформулировал тезис «Ego cogito...», в котором содержалось такое понимание человека, которое далее развернулось в представлении о субъекте и объекте, человек стал субъектом. Метод Декарта, содержащий в себе вместе и этические и методологические установки, стал платформой, на которой развернулось Новое время.
3. Новоевропейский рационализм - также нераздельно связан с духом Возрождения и Реформации, социокультурными сдвигами той эпохи, которые значительно повлияли на закрепление новых установок и тенденций в понимании человека и мира.
Для раскрытия первого и второго тезисов можно обратиться к работам М. Хайдеггера.
На первый план в понимании специфики Нового времени М. Хайдеггер выносит, с одной стороны, его принципиальное отличие от античности и Средневековья, а с другой стороны,
15
выделяет момент их сопряженности в связи с истолкованием сущего и истины.
«Осмысление существа Нового времени вводит мысль и волю в круг действия подлинных сущностных сил нашей эпохи... Сперва нужно понять существо эпохи, исходя из правящей в ней истины бытия, ибо лишь так откроется опыт того вопроса вопросов, который радикально выносит творческую волю через наличное в будущее, связывает с ним и допускает превращение человека в необходимость, вырастающую из самого бытия...».
М. Хайдеггер отмечает, что «истины бытия» в античности и Новом времени различны. Понимание этого связано с древнегреческим понятием алетейи, непотаешюго. Исследуя учение Платона об истинности, М. Хайдеггер приходит к выводу о том, что уже в трактовке истины и сущего Платоном заложена некая двойственность ее понимания, которая в Новое время раскрывается во всей полноте.
По Платону, основная черта сущего есть его непотаенность, которую человек способен воспринимать, видеть, и которое предполагает некое потаенное. И если с одной стороны истина - в отнесенной к чему-то потаенному непотаенности, то для восхождения к видению высшей идеи (конечной идеи, из которой возникает возможность всех других идей, идеи Добра) требуется правильность взгляда, что уже имеет дело с человеческим отношением к существующему. «В таком направлении себя восприятие уподобляется тому, что должно быть увидено. Это «вид» существующего. Вследствие этого уподобления восприятия как видения виду (идее), возникает согласованность познания с самой вещью. Так из превосходства вида и видения
16
над алетейей возникает изменение существа истины. Истина превращается в правильность восприятия и высказывания. В этом изменении существа истины происходит одновременно смена места истины. Как непотаенность она есть еще основная черта самого сущего. Как правильность взгляда, однако, она становится характеристикой человеческого отношения к существующему... Двусмысленность со всей остротой обнаруживается в том факте, что обсуждается и описывается непотаенность и одновременно подразумевается и на ведущее место становится правильность, и все это в одном и том же ходе мысли...»5.
По М. Хайдеггеру, собирание есть исходная черта греческого логоса, что в корне отлично от понимания познания в Новое время, где существует «наступательное продвижение в безграничную сферу потенциального опредмечивания, посредством вычисления всякому доступных и для всех обязательных представлений»6.
Различны понимания человека у грека и Р.Декарта. По Хайдеггеру, суть изменения исходной метафизической установки можно усмотреть в том, что, если у греков человек - это каждый человек, конкретный человек, то у Р.Декарта появляется «неизменное подлежащее», субъект, стремление выйти на обязательные для всех представления. Несмотря на принципиальную разницу метафизических предпосылок у Платона и мыслителей Нового времени, можно увидеть связующее их звено, а именно - двойственное толкование
" М. Хайдеггер. Учение Платона об истине / Время и бытие, М 1993, cip.357.
17
Платоном истины и сущего, которое позволило развернуться классическому дискурсу.
Еще более яркий пример в отношении истоков модерна и классического дискурса - Аристотель. А. Н Павленко отмечает: «Гармоничность - соразмерность во всем Космоса и человека -уподобление второго первому и есть космический принцип Платона... Но уже с появлением Аристотеля и его системы взглядов мы наблюдаем крутой поворот от органической гармонии с доминированием в ней одушевленности и жизни к конструированию «механизма» с преобладанием в нем бестаинственной и умной рассчитанности...».7
Таким образом, мы обнаруживаем у Аристотеля тот импульс в понимании искусственного и естественного, который, с помощью «титанов Возрождения», раскрывается в снятии грани между естественным и искусственным, что позволило, утвердится методологии Нового времени, а в настоящее время превращается в главный вопрос человеческого бытия.
«С XVII века начинается эпоха увлечения всем искусственным. Если живая природа ассоциировалась с аффектами, страстями, свойственными поврежденной человеческой природе, хаотическими влечениями, раздирающими сознание, то искусственные механические устройства, артефакты, ассоциировались с систематически-разумным устроением жизни, полным контролем над собой и
Q
окружающим миром» . Только после того, как изобретенные человеком инструменты стало возможным рассматривать как
6 М. Хайдепер. Время картины мира/Новая технократическая ваша на Западе. М., 1986. стр. 113
7 Л.И. Паатеннко. Бытие у своего порога. М. 1997, ар. 123..
s Л.В. Косарева. Рождение науки Нового времени из духа культуры. М., 1997, стр. 56. |
