ВВЕДЕНИЕ
Актуальность исследования.
Творчество М.М.Пришвина занимает важное место в русском литературном процессе. Вобрав в себя огромный пласт мировой культуры, воспитанный русским ренессансом начала XX века, писатель продолжил эстетические искания серебряного века уже в иную социально-историческую эпоху. Художественное наследие писателя все чаще привлекает внимание современных литературоведов, заставляя их более пристально взглянуть на Пришвина не только в историко-литературном аспекте, но и в культурологическом. В настоящее время пришвиноведение накопило достаточно богатый материал, позволяющий выявить все многообразие творчества художника.
Пришвиноведение как научная дисциплина оформилось к началу 1960-х гг. Первым из направлений стало развиваться критико-биографическое благодаря исследованиям А.И.Хайлова (I960), В.Д.Пришвиной (1960-70), И.П.Мотяшова (1965), Т.Ю.Хмельницкой (1965). Позднее появились работы М.Ф.Пахомовой (1970), Г.А.Ершова (1973), А.Л.Киселева (1978). После выхода книги В.Я.Курбатова (1986) долгое время литературоведы не возвращались к осмыслению жизненного и творческого пути писателя. В самом конце XX века благодаря публикациям полного варианта пришвинского дневника (вышло пять первых томов) и произведений, ранее издававшихся в сокращенном варианте или не издававшихся совсем, стало возможно показать «неизвестного» Пришвина. Первой в ряду книг нового этапа критико-биографического направления стала биография писателя, написанная А.Н.Варламовым (2003).
В настоящее время пришвиноведами изучены отдельные аспекты мировоззрения писателя, его философские взгляды (Т.М.Трефилова, Л.Ф.Ершоп, Т.Ю.Хмельницкая, В.Д.Пришвина, Э.А.Бальбуров, Г.Д.Гачев и
4
др.), выявлена связь эстетико-философской концепции Пришвина с русским религиозным возрождением конца XIX - начала XX вв. (Н.П.Дворцова).
В ряде работ творчество художника рассматривается в контексте русского литературного процесса XIX-XX вв. Исследователи обратили внимание на развитие Пришвиным некоторых традиций русской классической литературы XIX века (П.С.Выходцев, А.Л.Киселев, Н.П.Дворцова, Е.В.Владимирова, Н.П.Банк), на общность художественных принципов и скрытый диалог с писателями и поэтами серебряного века А.Блоком, Д.Мережковским, В.Розановым, А.Ремизовым, А.Белым (П.С.Выходцев, Н.П.Дворцова, Л.К.Чурсина).
Пристальное внимание исследователями уделяется специфике художественного метода писателя (В.Д.Пришвина, Т.Я.Гринфельд-Зингурс, И.А.Зотов, В.Я.Курбатов, В.В.Столярова, З.Я.Холодова, Л.В.Юлдашева), при этом обращается внимание на связь пришвинской поэтики с фольклорной традицией (А.Л.Киселев), с импрессионистической поэтикой (З.Я.Холодова), с мифологазмом (Э.А.Бальбуров, Г.А.Токарева, Л.Е.Тагильцева).
Еще в начале XX века А.Блок обратил внимание на лиризм пришвинской прозы. Однако объектом непосредственного анализа лирико-философское начало стало с 1960-х гг. В этот период в литературоведении закрепился взгляд на писателя как на родоначальника отечественной лирико-философской прозы середины XX века из-за сходства его поэтики с художественными приемами лирической прозы шестидесятых годов (П.С.Выходцев, Т.М.Трефилова). Вопрос о лирико-философском начале в творчестве Пришвина был подробно рассмотрен в работах В.В.Агеносова, Т.Я.Гринфельд-Зингурс, З.Я.Холодовой, Ю.Б.Орлицкого, А.В.Бармина. Однако при подобном подходе исследователями не учитывались традиции русской литературы XVIH-XIX вв., а следовательно, вопрос о генезисе прозы самого писателя не был решен.
5
Пришвиноведами намечены некоторые направления в изучении стиля (Т.М.Трефилова, А.Л.Киселев, Н.П.Баландина, В.Х.Мищенко) и образной системы прозы художника (Т.М.Трефилова, Т.Я.Гринфельд-Зингурс).
Актуальным, на наш взгляд, является вопрос о жанровом своеобразии пришвинских произведений. Исследователями рассмотрены специфика ранних очерков (А.Л.Киселев, В.В.Столярова, Н.В.Рыбаченко, Л.С.Федотова), сюжетно-композиционные особенности романов (В.В.Агеносов, З.Я.Холодова, А.В.Бармин, В.Я.Курбатов, Г.А.Пименова), образный строй миниатюр (Т.Я.Гринфельд-Зингурс, А.Л.Киселев), своеобразие сказок (П.С.Выходцев, Г.А.Токарева, А.М.Стрельцов), дневника (В.Ю.Гришин и Я.З.Гришина, Н.П.Банк, Т.Т.Давыдова, Н.Ю.Донченко, И.В.Попова). При описании жанровых форм пришвиноведы сосредотачивают внимание на отдельных произведениях. Результаты анализа не получили полного обобщения и систематизации. При всем внимании к жанровым процессам в творчестве Пришвина исследователи не рассматривали жанровую систему его прозы в целом, не осмысливали ее эволюцию, взаимодействие и взаимовлияние жанровых форм в полной мере. Таким образом, особенности авторского жанрового мышления остаются недостаточно изученными.
Научная новизна исследования.
В нашей работе впервые осуществлена попытка представить жанры пришвинской прозы как динамическую систему, проследить их взаимодействие, отчасти эволюцию. Процесс становления жанровой системы в творчестве писателя шел непрерывно. Особенность ситуации состоит в том, что эволюция жанровой системы сопровождалась авторской рефлексией, которая могла либо опережать творческий процесс, либо идти параллельно, либо осуществляться после художественной практики. Жанровая динамика пришвинской прозы рассматривается нами через эволюцию определенной жанровой формы (прозаической лирико-философской миниатюры), которую мы считаем «корневой» для пришвинского творчества. Такая
6
методологическая установка позволяет проследить путь становления лирической прозы Пришвина, процесс кристаллизации жанра лирико-философской миниатюры, возникновение масштабных жанровых комплексов на основе циклизации малых форм.
Объект исследования.
Объектом данного исследования являются дневники, очерковые циклы, романы и повести 1920-50-х гг., циклы миниатюр, эссе Пришвина. В центре нашего внимания, таким образом, оказались практически все периоды творчества писателя. Нас интересовало проявление жанровой динамики пришвинской прозы и оригинальная жанровая теория автора, которая воплотилась в конкретных произведениях.
Предмет исследования.
Предметом нашего исследования являются процессы жанровой диффузии, взаимодействия жанров, циклизации малых форм, которые приводят к созданию итоговой лирической книги в прозе — пришвинского дневника.
Цель исследования.
Цель данного диссертационного исследования - проследить жанровую динамику основных форм пришвинской прозы, рассмотреть миниатюру как «корневой» жанр, на основе которого возникают различные контекстовые формы лирической прозы писателя. Эта проблема имеет несколько аспектов, определяющих стадии исследования: во-первых, необходимо построить теоретическую модель пришвинской миниатюры, дать ее классификацию и типологию; во-вторых, на основе высказываний и размышлений писателя выявить особенности его жанрового мышления и показать, что жанровая модель пришЕинской миниатюры просматривается как структурная основа всех главных жанров прозы писателя: очерка, романа, сказки; в-третьих, необходимо рассмотреть пришвинскую миниатюру в том контексте (дневник), где она собственно формируется.
7
Методология исследования.
В настоящей работе анализ материала ведется в теоретико-литературном аспекте. Рассматривается поэтика жанров на основе методологии жанрового анализа, разработанной классиками отечественного литературоведения (М.М.Бахтиным, Ю.Н.Тыняновым, Б.В.Томашевским и др.), а также современными учеными (Н.Л.Лейдерманом, Н.Д.Тамарченко и др.). Также важны для методологии диссертационного исследования принципы анализа циклических форм поэзии и прозы, изложенные в трудах современных исследователей (М.Н.Дарвина, Л.Е.Ляпиной, И.В.Фоменко, О.В.Мирошниковой и др.).
Непрерывность поисков жанрового синтеза, осложненных постоянным взаимодействием, взаимопроникновением творческой практики и авторской рефлексии над собственными опытами, затрудняет всестороннее и систематическое осмысление жанрового своеобразия пришвинской прозы. Здесь важен выбор позиции исследования, которая обеспечит возможность по-новому осЕетить жанровые искания писателя. По-нашему мнению, такой подход требует включения в методологию исследования историко-литературного и историко-культурного компонентов, т.к. объективное осмысление жанровых процессов возможно только в широком контексте художественных исканий начала XX века.
Опираясь на обширные литературоведческие штудии по теории очеркового и дневникового жанра и признавая необходимость рассматривать творчестве Пришвина в контексте развития советской прозы 1920-1950-х годов, мы, однако, избираем путь имманентного анализа и исследуем жанровую динамику пришвинской прозы, прежде всего, исходя из оригинальной авторской теории жанров, обобщившей и одновременно определившей творческую практику писателя.
Основные положения, выносимые на защиту:
1 .Отличительная особенность творчества Пришвина - непрерывный процесс жанрового взаимодействия, диффузия жанров, осуществляющийся и
8
в рамках отдельных текстов и на всем материале прозы, которая в жанровом аспекте может рассматриваться как единый контекст.
2. Неразрывность рефлексии и творческой практики Пришвина над жанром подтверждается оригинальной авторской теорией жанра, изложенной в дневниках, эссе, романах и в миниатюрах.
3. Своеобразие жанровой системы пришвинской прозы обусловлено «феноменологическим» методом, который предполагает воспроизведение реальности как синтеза впечатления, переживания и размышления субъекта. В поэтике это приводит к импрессионистичности стиля и фрагментарности форм художественного целого.
4. В жанровой системе Пришвина именно миниатюра стала «корневым» жанром, своеобразной «праформой», образованной в результате редукции малых повествовательных форм (очерк, рассказ) и лиризации дневниковых записей, придания им философичности.
5. Пришвинский дневник можно рассматривать как лирическую книгу в прозе, единую художественную систему, возникающую на основе циклизации дневниковых записей-миниатюр.
Теоретическая ценность работы.
Теоретическая значимость проведенного исследования определяется возможностью использования его результатов в корректировке существующих представлений о творчестве Пришвина, об эволюции его жанровой системы, в разработке проблем поэтики прозы. В работе на материале творчества писателя выстраивается жанрово-стилевая модель лирико-философской прозы и одного из ее ведущих жанров — лирической миниатюры.
Практическая ценность работы.
Материалы диссертационного исследования могут быть использованы при чтении общих и специальных лекционных курсов, в проведении практических занятий по русской литературе XX века, в пособиях (теоретического и историко-литературного характера) для студентов.
9
Достоверность исследования обеспечена тем, что выводы получены в результате непосредственной аналитической работы над художественными текстами и дневниками изучаемого автора, широкого охвата научно-критической литературы, а также внимательного изучения теоретических трудов, касающихся затронутых в диссертации проблем.
Апробация работы.
Содержание работы отражено в шести опубликованных статьях и докладах, прочитанных на межвузовских конференциях в городах Новосибирске, Омске, Куйбышеве в 2001-05 гг. На основе диссертационного исследования разработаны лекции по творчеству М.М.Пришвина для курса «Русская литература XX века».
Структура работы.
Диссертация состоит из введения, трех глав и заключения.
В первой главе «Жанровые формы прозы М.М.Пришвина: генезис, эволюция, взаимодействие», которая носит отчасти обзорный характер, представлен обзор научной литературы по проблемам творческого метода Пришвина и жанровой специфики его прозы, подведены итоги и обозначены основные вопросы, интересующие пришвиноведов на современном этапе. Одновременно затронуты вопросы генезиса, эволюции и взаимодействия основных жанров прозы писателя, определяются новые пути исследования его жанровой системы. Проза писателя представлена в русле «философского лиризма» как идейно-стилистической системы, формирование которой в русской литературе начинается еще на рубеже XVIII-XIX вв. В начале XX в. эта система выстраивается во всей своей сложности и многообразии. С лиризацией повествования связана тенденция к циклизации и оформлению цикла как литературного жанра.
В первом параграфе рассматриваются изменения в поэтике начала XX века, приведшие к доминированию в прозаических жанрах лирико-философского начала. Отношение к субъективному опыту отдельной личности как к возможности познания общих законов бытия, выдвинуло
10
дневниковое начало на первый план. Возникшая фрагментарная картина мира отображала распад целостности, но одновременно литература обратилась к поискам художественных форм, которые способствовали ее реконструкции. В результате амбивалентных процессов в литературе распространяются малые жанровые формы, на основе которых формируются макрожанровые образования (циклы, книги), причем, этот процесс происходит как в области прозы, так и в сфере поэзии.
Мировоззрение Пришвина, сформированное в условиях серебряного века, органично впитало все достижения этого периода. Основу творческой манеры писателя составляет «философский лиризм» как идейно-стилистическая система, формирование которой в русской литературе начинается еще на рубеже XVIII-XIX вв., достигнув к началу XX в. всей своей сложности и многообразия. Мифологизм, ориентация на фольклор, соединение науки, литературы и философии, диалогичность, «укрупнение» личности автора, использование малых жанров и создание на основе их циклизации монументальных художественных форм - черты пришвинской поэтики, проявившиеся уже в раннем творчестве и не исчезавшие после.
Во втором параграфе главы представлены результаты исследования пришвинской лирико-философской миниатюры, предлагается теоретическая модель жанра, выявляется общность понятий «миниатюра», «стихотворение в прозе» и «фрагмент» и различия между ними: прослеживается осмысление этой повествовательной формы Пришвиным, выявляется органичность этой формы для жанрового мышления автора. Дневниковые записи писателя создают представление о миниатюре, обладающей жанровой незавершенностью, как о метажанре его эстетики. Объектом исследования в впервой главе также становится процесс циклизации миниатюр, в результате которого могут возникать макрожанровые образования - романы, повести, очерковые циклы.
Во второй главе «Теория жанра в эстетике М.М.Пришвина» рассматривается процесс формирования жанровой системы писателя,
11
отображенный в его собственном сознании. Теоретизирование шло на страницах дневника и художественных произведений писателя, в которых наглядно демонстрируются приемы жанропостроения. Пришвин-писатель становится объектом изучения Пришвина-теоретика. В представлении писателя существует оригинальная система прозаических жанров (миниатюра, очерк, сказка, роман), каждому из которых автор дает собственные формально-содержательные характеристики. Пришвин приходит к глубоким и точным определениям собственного творческого метода с присущими ему чертами: импрессионистичностью и очерковостью.
Возвращая очерку первоначальное значение - фиксация настоящего момента действительности, - Пришвин привносит в него субъективизм и медитативное начало. «Запечатлевая» мгновения бытия, художник стремится к целостности отображения. В пришвинской эстетике «очерковость» перерастает жанровые границы и превращается в универсальное качество, которым обладает любой жанр. Еще одну возможность передачи целостной картины мира открывала романная форма. Оставляя внешнюю событийную канву традиционного эпического произведения, писатель акцентировал внимание на собственном «я», персонифицированное часто в образе лирического героя. «Эпос, растворенный в лирике», изменил композиционно-сюжетную организацию произведения. Идею
художественного синтеза в эстетике писателя воплотила сказка. В последние десять лет Пришвин часто на страницах дневника размышлял о возможностях и своеобразии этой формы. Сохранив традиционные черты, сказка дала возможность соединить личное начало с народным мировоззрением. В качестве основы, определяющей идейно-нравственный пафос произведения, она могла входить в структуру любой жанровой формы.
Сопоставление требований, предъявляемых художником к очерку, роману, миниатюре и сказке, позволяет сделать вывод об общности жанрообразующих принципов. В каждой форме обнаруживаются
12
субъективизм, лирико-философское начало, фрагментарно-ассоциативная композиция, лаконизм, ритмизация и циклизация повествования.
У Пришвина нет таких жанров, которым можно было бы найти точную дефиницию и описать их структуру таким образом, чтобы за ней стояла определенная жанровая форма. В оригинальной авторской жанровой эстетике литературоведческие категории (очерк, роман, сказка и др.) приобретают философское содержание. За этими понятиями стоят онтологические модели, для воплощения которых автору нужны синтетические лирико-прозаические формы. Жанры пришвинской прозы не соответствуют формальным определениям жанра (роман, сказка и др.), а могут быть обозначены как крупные лирико-прозаические формы, возникающие на основе «очерковости», циклизации и многоплановой эстетической трансформации дневникового повествования. Причем в процессе синтеза действуют разнонаправленные тенденции: с одной стороны, происходит циклизация малых форм лирической прозы (миниатюры, фрагмента); с другой стороны, редукция малых эпических жанров (очерк, сказка), которые в качестве структурообразующих моделей «встраиваются» в крупную форму лирической прозы (роман, цикл, книга).
Наблюдения показывают, что созданные писателем теоретические модели жанра были реализованы в творческой практике. Эстетика и художественная практика писателя доказывают, что процесс жанровой диффузии, взаимодействия различных повествовательных структур, приводящий к формированию синтетических жанровых форм философской прозы, характерен для творчества писателя на всех этапах.
В третьей главе «Дневник М.М.Пришвина как лирическая книга в прозе» рассматривается своеобразие жанровой структуры дневника, превращение дневника в прозаическую лирическую книгу. В характеристике пришвинского дневника как лирической книги важен анализ концептосферы и картины мира, в основе которых лежат философско-эстетические и этические понятия и категории (жизнь, смерть, бессмертие, гармония, путь,
13
любовь, добро, радость и др.), формирующие авторскую онтологию. Вся структура мирообраза подчинена идее «вечного круговорота», движения. Важным организующим моментом становится стремление автора-героя дневника к гармоничному сосуществованию с окружающим миром. Картина мира пришвинского дневника субъективна и передает феномены духовного мира автора. В построении модели мира важную роль играет отношение человека к природе как к форме гармоничного существования.
Пространственно-временная характеристика дневника отражает тесное взаимодействие субъективного времени автора и объективного времени природы. Время и пространство дискретны и редуцированы до фрагмента и мгновения как субъективных форм, открывающих феномены человеческого бытия. Объединяющим началом на тематическом, образном, стилевом и других уровнях является ритм как выражение универсального движения вселенной, в которое включен и человек с его биографией, духовным опытом.
Одной из важных составляющих картины мира дневника является образ автора и одновременно лирического героя, воплощающий тип творческой личности, ищущей гармонию бытия. Возникает эффект двойной субъективности, когда автор становится и субъектом, и объектом изображения. Дневниковые записи выражают процесс самоопределения автора-героя, который решает различные вопросы философского, эстетического социально-исторического характера.
Доминирующим жанром дневника является прозаическая лирико-философская миниатюра. Пришвиным разработаны три типа дневниковой миниатюры: описательный, повествовательный и медитативный — между которыми нельзя провести четкой внутрижанровой дифференциации. Каждый тип миниатюры может стать основой более крупной прозаической формы. Таким образом, диффузия дневниковой миниатюры заключается в том, что она становится «корневым» жанром всей пришвинской прозы.
14
Целостность дневника писателя как лирической книги образуется за счет единого внутреннего ассоциативного контекста, сформированного системой лейтмотивов, взаимодействием образов-символов и ритмико-интонационной организацией текста. Миниатюры могут входить в сюжетно-мотивные комплексы с однородной или неоднородной жанровой структурой.
В заключении обобщены итоги работы, сделаны выводы и намечены перспективы дальнейшего научного исследования жанровой системы М.М.Пришвина. Работу завершает список используемой литературы, включающий 250 наименований.
15
ГЛАВА 1. ЖАНРОВЫЕ ФОРМЫ ПРОЗЫ М.М.ПРИШВИНА:
ГЕНЕЗИС, ЭВОЛЮЦИЯ, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ 1.1. Пришвиноведение о своеобразии творческого метода писателя и жанровой специфике его прозы.
Интеллектуально насыщенная, творческая атмосфера серебряного века, поиск новых путей в искусстве слова оказали сильное влияние на творчество М.М.Пришвина. Новый тип культуры, рожденный «глубочайшим разочарованием и сомнением в реальности и достижимости мировой гармонии» [Лейдерман:2002.14], разбил образ мира на отдельные фрагменты. Запечатлевая этот факт, литература в то же время пыталась соединить отдельные части, гармонизируя окружающую действительность. Начало XX века стало качественно новым этапом в истории литературы, «прочно связанным со всем тем, что произошло в исторической жизни России в предшествующем периоде» [Долгополов: 1985.239]. Достаточно подробно вопрос об измзнениях в русском литературном процессе рубежа XIX-XX вв. изучен и всесторонне представлен в работах Л.К.Долгополова, В.Я.Гречнева, В.А.Келдыша, Л.Силард, С.П.Ильева и др. В нашей работе мы остановимся лишь на некоторых ведущих тенденциях, связанных с трансформацией поэтики прозы и актуальных для творческого самоопределения Пришвина.
В новых социально-культурных условиях писатели стремились подчинить весь художественный материал собственной воле, и при этом уже не могли или не хотели изображать окружающую действительность объективно. С разной степенью активности авторское сознание вмешивалось в повествование, изменяя его, включая в художественную ткань фантастические и онейрические условные формы: сны, видения, фантазии и т.п. Усиление субъективизма и доминирование экспрессивных форм в литературе привело к появлению «философского лиризма» как идейно-стилевой системы [Гринфельд:1987]. Одним из главных признаков лирико-
16
философского направления стало отсутствие в произведении готовой концепции мира. Она вырабатывалась в ходе повествования при тесном взаимодействии Автора и Читателя в процессе со-творчества. Усиление лиричности достигалось с помощью краткости «и при своей краткости повествование становилось ощутимо экспрессивным, а через все это — скрыто медитативным» [Келдыш:1975.159].
В этот период возникает и распространяется идея «художественного синтеза», выразившаяся, например, во взаимопроникновении прозы и поэзии. Характеризуя данное явление, И.Г.Минералова отмечает: «Проза стремится распознать «принцип действия» поэтических приемов, составляющих «сердцевину поэзии как специфической разновидности художественной словесности» [Минералова: 1999.58]. Активно разрабатывали идею художественного синтеза прозы и поэзии символисты В.Брюсов, А.Белый, Д.Мережковский, Ф.Сологуб. Они отводили синтезу практически главную роль основополагающего принципа новой эстетики. Благодаря этому было достигнуто органическое сочетание компактности внешней формы с исключительной смысловой концентрацией «внутри» произведения, которое можно наблюдать уже в творчестве И.Бунина, Б.Зайцева, И.Шмелева, А.Ремизова и других писателей серебряного века.
На рубеже веков активно развиваются именно различные модификации прозопоэтических форм. Так, проза как тип художественности использовала системообразующие особенности стиха, осваивая рифму или метр, что привело к распространению ритмизированной прозы. Ее родоначальником традиционно в литературоведении считается А.П.Чехов. Подобная разновидность прозы предполагает лиричность сюжета, символизацию, поэтическую систему ассоциаций и повторяемость деталей. Впоследствии «стиховую прозу» развивали в своем творчестве М.Горький, И.Бунин, Б.Зайцев, И.Шмелев, А.Ремизов, М.Пришвин, продолжив творческое пересоздание некоторых особенностей поэтической стилистики средствами прозы. Преобладание ритмообразующих факторов над повествовательными
17
породило орнаментальную прозу, проявившуюся в творчестве А.Ремизова, А.Белого, позднее Б.Пильняка. Усиление ритмической организации текста было связано со стремлением выразить в художественном произведении наиболее адекватное эмоциональное восприятие мира. «В ней нарушены, -отмечает Н.А.Кожевникова, - пропорции «объективного» видения мира, все сдвинуто со своих обычных мест, смещено и все связано, объединенное по ассоциациям единством эмоций» [Кожевникова: 1971.100]. Утрата типичных прозаических черт способствовала «опоэтизации» орнаментальной прозы, использованию фольклорно-мифологической образности, доминированию символизации и ассоциативных связей.
Тесным образом с феноменом орнаментальной прозы связано распространение в литературе начала XX века сказовых форм, вызвавшее в свою очередь волну популярности Н.С.Лескова. Ориентация на его прозу «всех нозейших русских писателей» была отмечена в работах Б.М.Эйхенбаума, который связывал этот факт с «неудовлетворенностью традиционной литературной речью» и с «тягой к чистому повествованию — к рассказыванию отдельных сцен, к воспоминаниям, к форме хроники, к эпистолярным жанрам» [Эйхенбаум: 1986.233]. Сказовую речь мастерски воспроизводили в своих произведениях И.Бунин, И.Шмелев, М.Пришвин, С.Сергеев-Ценский, активно сказовая форма использовалась А.Ремизовым, Е.Замятиным, Б.Пильняком, В.Ивановым, М.Зощенко. Большинство исследователей распространение данной повествовательной формы считают результатом повышенного интереса к социально-этнографическому началу, вызванного изменением общественных отношений. В сказе важен момент имитации «живого» разговора рождающегося как бы сию минуту, здесь и сейчас, в момент его восприятия» [Каргашин:1996.12]. Однако важно учесть, что сказ усиливает эпический колорит произведения, уравновешивает его лирико-субъективные элементы.
Подвергшись коренной трансформации, повествовательные формы стали способны к взаимопроникновению и образованию синтетических

Получить работу