ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы исследования.
Важнейшим способом обеспечения надлежащего исполнения гражданско-правовых обязательств является в условиях инфляции залог ликвидного имущества, особенно земельных участков, зданий, сооружений, предприятий, жилых домов, квартир и т.п. Именно залог (ипотека) недвижимости в настоящее время гораздо в большей степени гарантирует надлежащее исполнение обязательств должником, по сравнению с иными предусмотренными законом способами обеспечения обязательств.
По сравнению с ранее действовавшим законодательством (ст. 168 ГК РСФСР) в новом ГК РФ при исполнении обязательства должно приниматься во внимание, прежде всего, условия самого обязательства, а не «указания закона, акта планирования...». Это обстоятельство усиливает значение обеспечительных средств, в том числе и ипотеки в стимулировании надлежащего исполнения обязательств.
Ипотека (залог) недвижимого имущества как средство обеспечения исполнения различных гражданско-правовых обязательств традиционно служит в странах с развитой рыночной экономикой одним из важнейших факторов стабилизации гражданского оборота. Она является эффективным инструментом поддержания на должном уровне финансово-платежной дисциплины, надежным гарантом прав и экономических интересов кредиторов.
Неоднозначная сущность залогового правоотношения, особенности его юридической природы, стали причиной возникновения в науке гражданского права широкой гаммы позиций, взглядов и концепций по вопросам юридической природы различных подходов к квалификации залогового правоотношения и классификации видов залога. Однако, не смотря на значительное число работ, посвященных данной проблематике, вопросы повышения эффективности правового регулирования ипотечных отношений, с учетом необходимости ускорения темпов экономического роста
российской экономики, пока не стали предметом отдельных исследовании. Содержание значительной части исследований современных авторов представляют собой в большей мере комментарий действующего законодательства, либо исследования ретроспективы становления ипотеки как института гражданского права.
В связи с этим концептуальный подход к исследованию проблем ипотеки и выработка системных предложений по его совершенствованию представляется важной и актуальной задачей дальнейшего развития науки гражданского права.
Степень разработанности темы. Институт ипотеки формировался и развивался в рамках российского гражданского права на протяжении многих веков. Вопросы ипотеки привлекали внимание и были предметом исследования в трудах известных русских цивилистов дореволюционного периода: К. Анненкова, Е.В. Васьковского, Д.И. Мейера, К. Победоносцева, И.А. Покровского, В.И. Сергиевича, Г.Ф. Шерешеневича, и др.
В советский период проблем ипотеки недвижимости практически выпала из поля зрения науки гражданского права. Вопросы правового регулирования залоговых отношений исследовались в работах М.М. Агаркова, В.П. Грибанова, А.В. Бенедиктова, О.С. Иоффе, СМ. Корнеева, И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского, В.Ф. Яковлева и др. Однако большинство этих исследований строились с учетом того, что подавляющая часть объектов недвижимости (земельные участки, иные обособленные природные объекты, а также предприятия, здания, сооружения) являлись общенародной социалистической собственностью.
Вопросы правового регулирования ипотечных отношений в последние годы в юридической литературе также были представлены целым рядом работ1. Кроме того, анализ правовых проблем ипотеки стали предметом
1 См. напр.: Меркулов В.В. Мировой опыт ипотечного жилищного кредитования и перспективы его использования в России. - СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2003; Правовые проблемы организации рынка ипотечного кредитования в России / Под ред. B.C. Ема. -
исследования целого ряда диссертаций1. Как правовое явление ипотека стала привлекать к себе повышенный интерес юристов с момента начала возрождения в России многоукладной рыночной экономики и вовлечения в гражданский оборот наряду с жилыми домами объектов недвижимого имущества производственного назначения. Однако в настоящее время существует потребность в научных исследованиях и детальном анализе появившегося уже в России первого опыта и практики применения новейшего законодательства об ипотечном кредитовании.
Объект исследования. Объектом исследования явились общественные отношения, складывающиеся в связи с использованием института ипотеки объектов недвижимого имущества.
Предмет исследования являются теоретические проблемы правовой регламентации ипотечных отношений в современных условиях, нормативно-правовая база, регулирующая ипотеку, а также практика ее применения.
Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является анализ теоретических и практических вопросов правового регулирования ипотечных отношений в современных условиях.
Для достижения цели исследования в диссертации ставились следующие задачи.
1 .Определить юридическую природу ипотеки, получившую закрепление в современном российском законодательстве.
М.: Статут, 1999; Кудрявцев А.А., Кудрявцева Е.В. Основы организации ипотечного кредитования. Учеб.пособие. - М: ВШ. 1998 и др.
1 См.: напр.: Нетишинская Л.Ф. Ипотека как вид залога: Автореф. дис. канд. юрид. наук: 12.00.03 / СГАП. - Саратов, 1997; Прокофьев СВ. Правовое регулирование ипотеки (залога недвижимости) в российском праве: Автореф. дис. канд. юрид. наук: 12.00.03 / Ин-т зак-ва и сравнит, правоведения - М., 2000; Орлова М.М. Некоторые проблемы правового регулирования ипотечного жилищного кредитования: Автореф. дис. канд. юрид. наук: 12.00.03 / В А МВД РФ. - Волгоград, 2001; Фадеев А.В. Договор ипотеки и его государственная регистрация: Автореф. дис. канд. юрид. наук: 12.00.03 / ВА МВД РФ. - Волгоград, 2002 и др.;
6
2. Развить научное исследование проблем дальнейшего совершенствования правового регулирования ипотечных отношений -содержание правоотношения, основания возникновения и прекращения.
3. Рассмотреть понятие и содержание договора ипотеки, исследовать порядок его заключения и прекращения.
4. Исследовать отдельные виды особенности ипотеки отдельных видов недвижимого имущества
5. Выработать на основе проведенного исследования предложения и рекомендации по совершенствованию действующего гражданского законодательства.
Методологическая и теоретическая база исследования.
В диссертации использовались различные общенаучные методы исследования: диалектический, историко-лингвистический и сравнительно-правовой - преимущественно для оценки понятия и содержания ипотеки (залоге недвижимости). Функциональный анализ позволил выявить сущность ипотечного правоотношения. При анализе ипотеки отдельных видов недвижимого имущества в качестве основного использовался системный метод, являющийся общенаучным методом познания сложных и структурированных объектов.
Научная новизна и положения, выносимые на защиту.
Научная новизна работы заключается в том, что она представляет собой одну из первых попыток комплексного исследования гражданско-правовых проблем правового регулирования ипотечных отношений в современных условиях. На основе изучения понятийного аппарата, субъектного и объектного состава ипотечного правоотношения сформулированы и уточнены ряд теоретических положений. Автором предпринята попытка по-новому взглянуть на понятие и сущность ипотеки и ее юридическую природу. Разработаны и обоснованы конкретные предложения по совершенствованию гражданского законодательства.
В частности, на защиту выносятся следующие положения:
7
1. Ипотечное правоотношение имеет комплексную юридическую природу и представляет собой совокупность субъективных прав обязательственно-правового и вещного характера. Сложный и неоднородный состав ипотечного правоотношения заключается в том, что оно по своему характеру являются не только обеспечительными, но и в случае неисполнения основного обязательства выступает средством защиты и гражданско-правовой ответственности.
2. Ипотечное правоотношение — юридическая связь залогодателя и залогодержателя, возникающая в силу юридического факта - залога недвижимости, выражающаяся в наличии у них корреспондирующих друг другу субъективных прав и обязанностей, в силу которых залогодержатель в случае неисполнения должником основного обязательства получает право получить удовлетворение из стоимости заложенного недвижимого имущества преимущественно перед другими кредиторами
3. Недвижимость как предмет ипотеки представляет собой реально существующие, обладающие определенной потребительной стоимостью, не изъятые из оборота материальные объекты, большинство из которых связаны с землей и зависимы от нее, вовлеченные в гражданский оборот в качестве объектов особой социальной значимости.
4. ГК РФ допускает различные ограничения оборотоспособности объектов гражданских прав для достижения определенных социально значимых целей, предусмотренных п. 2 ст. 1 ГК РФ. Эту потенциальную возможность необходимо реализовывать в строгом соответствии с п. 3 ст. 55 Конституции РФ только посредством включения соответствующих норм в различные федеральные законы. В противном случае установленные ограничения относительно предмета ипотеки будут носить антиконституционный характер. 4
5. Сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда представляют собой, прежде всего, субъективные права их обладателей. Они являются внешним обременением для собственника или субъекта права
s
хозяйственного ведения, которые, в свою очередь, вызывают определенные ограничения права собственности либо иного вещного права. Момент возникновения ограничения вещного права на недвижимость, обусловленного субъективным правом (обременением) иного лица, совпадает с моментом возникновения соответствующего субъективного права.
6. Возникновение права залога не зависит от государственной регистрации ипотеки как обременения (ограничения) права собственности (хозяйственного ведения) на предмет залога. Если право залога по договору об ипотеке появилось, но ипотека как обременение по каким-то причинам еще не зарегистрирована, для залогодателя она, тем не менее, считается возникшей.
7. Для четкого разграничения предыдущих и последующих ипотек необходим объективный, документально подтвержденный критерий, максимально гарантировавший исключение различного рода фальсификаций. Именно таким критериям и отвечает дата государственной регистрации ипотеки как обременения. Дата государственной регистрации договора об ипотеке в качестве такого критерия использоваться не может.
8. Давая оценку последствиям прекращения залога, можно отметить два критерия классификации таких последствий. Первый связан с влиянием на прекращение основного обязательства, а второй - степенью материального удовлетворения кредитора после прекращения залога. Указанные критерии являются взаимосвязанными.
9. Концептуальное с экономической точки зрения отличие существующих моделей ипотечного жилищного кредитования заключается скорее в области организационных механизмов их воплощения, нежели в общих принципах построения. В основе системы ипотечного кредитования (независимо от конкретной модели) лежит совокупность прав и обязанностей сторон, обусловленная специфичностью выданного кредита, который обеспечен залогом недвижимости.
9
10. Данные акта инвентаризации и аудиторского заключения имеют для определения оценки предприятия как предмета ипотеки факультативное значение. В связи с этим стороны договора ипотеки предприятия не связаны содержанием названных документов и вправе руководствоваться при определении цены предприятия как имущественного комплекса принципом свободы договора.
Теоретическая и практическая значимость исследования.
Теоретическое значение результатов исследования заключается в том, что разработанные автором положения могут быть использованы в дальнейшем изучении проблем дальнейшего совершенствования правового регулирования ипотечных отношений. Они также могут служить научной базой для углубленного исследования ипотеки (залога недвижимости). Отдельные результаты настоящего исследования могут быть использованы в качестве методологической основы последующих изысканий по данной тематике.
Апробация и внедрение результатов исследования.
Основные теоретические положения, выводы и предложения, содержащиеся в настоящем исследовании, внедрены в учебный процесс юридического факультета Института международного права, экономики, гуманитарных наук и управления им. К.В. Российского, опубликованы в семи работах, а также стали предметом выступлений соискателя на научных и научно-практических конференциях в Ставрополе, Краснодаре, Самаре, Казани, Элисте.
Структура диссертации. Структура работы обусловлена целями и задачами диссертационного исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих 7 параграфов, заключения, списка использованной литературы.
10
Глава 1. Общие положения об ипотечном правоотношении.
Параграф 1.1 Этапы становления и развития ипотеки как института гражданского права
Залог как способ обеспечения обязательств является одним из классических гражданско-правовых институтов, имеющих многовековую историю, начиная с римского права. Он занимает особое место среди всех способов обеспечения исполнения обязательств. Залог дает кредитору вещное обеспечение его требования. Таким образом, в основании залога лежит ответственность должника по обязательству. Эта ответственность (obligatio) скрепляется вещным обеспечением, «ответственностью вещи» - res obligata.1
В первый период развития залога в римском праве преобладающее значение имели интересы кредитора. Имущество должника в целях залога передавалось по манципации в собственность залоговому кредитору. Одновременно между сторонами заключалось дополнительное соглашение, по которому залоговый кредитор принимал на себя обязанность в случае своевременной уплаты долга возвратить предмет залога должнику. При этом должник в большей степени, чем это было необходимо по залогу, обеспечивал долговое обязательство, передавал в собственность свое имущество. Такие отношения могли строиться только на доверии (fides). Поэтому этот вид залога получил наименование фидуции, а сама сделка относится к разряду фидуциарных, т.е. доверительных. Фидуциарные договоры сохранили свое значение и в настоящее время, например в англоамериканском праве.
Залог в форме фидуции продолжал существовать и в классическую эпоху римского права, но преобладающее развитие получили иные формы залога: пигнус (pignus) и ипотека (hypotheca).
1 См.: Римское частное право: Учебник / под ред. Проф. И.Б. Новицкого и проф. И.С. Перетерского. - М.: Юристъ, 1997. С. 339.
11
При залоге в форме пигнуса должник, также как и при фидуции передавал в целях обеспечения обязательства свое имущество кредитору, но не в собственность, а во владение последнего.
Эта форма залога больше соответствует интересам развивающегося в Риме оборота и в меньшей степени закабаляет должника, чем фидуция. Однако при залоге земельного участка в форме pignus должник, выступая в качестве мелкого земледельца, лишается возможности сидеть на земле и обрабатывать ее. В связи с этим сельский труженик лишался реальной экономической возможности исполнить обеспеченное залогом обязательство, а сельскохозяйственному производству наносился ущерб. Это не соответствовало также и интересам кредитора. Жизнь и вслед за ней и юристы внесли коррективы, установив, что должник может пользоваться своей вещью в качестве арендатора или временно, милости кредитора (прекарно)1.
Дальнейшее развитие поземельного залогового кредита было связано с институтом ипотеки, сложившимся в Риме под влиянием восточного права (Греция, Египет). Само слово «ипотека» - греческого происхождения, как и сам институт. Выражение «ипотека» впервые употреблено в законодательстве Салона, где оно означало столб, врытый в землю должника для того, чтобы всякий знал, что эта земля служит обеспечением прав кредитора. Это выражение употреблялось в двояком значении. В более узком смысле ипотека означает залог недвижимости. В более широком смысле ипотека выражает собою порядок укрепления внешних прав на недвижимость посредством подчинения режиму публичности. В некоторых городах существовали специальные органы регистрации ипотеки, в других городах были регистры недвижимости, на обязанности которых лежала регистрация ипотек. Римское право не подчиняло ипотеку публичности.2 При наследственном залоге одной и той же вещи нескольким лицам
1 См.: Римское частное право: Учебник / под ред. Проф. И.Б. Новицкого и проф. И.С. Перетерского. -М.: Юристъ, 1997. - С. 341.
2 С.Н. Медведев. Гражданский кодекс Аргентины 1871г. 1993. - С. 92.
12
действовало правило ипотечного старшинства: кто раньше по времени, тот сильнее в праве.
Вместе с тем данный вид залога, применявшийся первоначально в отношении любого как движимого, так и недвижимого имущества (например, термином «генеральная ипотека» в Римском праве обозначался залог всего имущества должника), постепенно трансформировался и в настоящее время применяется только в отношении недвижимости, что этимологически вполне соответствует содержанию данного понятия.
Восточное право нашло в Риме подготовленную почву, поскольку в римских арендных договорах издавна установились отношения, близко напоминавшие ипотеку.
В кодификационной работе, выполненной при Юстиниане, слово fiducia заменено словом pignus. В свою очередь это последнее нередко отождествляется с hypotheca, т.е. между пигнус и ипотекой разница сводится только к тому, что их названия имеют различное звучание.
Таким образом, слово «пигнус» перестало обозначать только залог с переносом права владения на залогового кредитора. Источники часто говорят о пигнус в двух смыслах; с одной стороны, pignus datum, заклад, переданный кредитору во владение, и, с другой стороны, pignus obligatum, pignus nuda conventione comtractum, etsi non traditum - залог без передачи заложенной вещи кредитору.
Источники совершенно ясно говорят о вещном характере залога: «истребование залога дает кредитору вещный иск. Истребование заклада или залога носит вещно-правовой характер».
Ближе к византийской эпохе, в связи с экономическим упадком поземельный кредит стал более затруднительным. Должники нередко не были в состоянии возвратить занятые деньги, и законодатель предупреждал кредиторов брать в уплату землю. Не меньше трудностей переживал должник с уплатой процентов.
13
За неимением наличных денег должник отдавал землю во владение и в ,/щ пользование кредитору с тем, чтобы плоды поступили в покрытие процентов:
это носило название «антихрезис», что по гречески означает «пользование ... вместо... », т.е. пользование плодами вместо процентов.
Основным правом залогового кредитора в случае неисполнения должником обязательства в установленный срок являлась продажа заложенного имущества (ius distrahendi). Даже если соглашение о залоге содержало запрет продажи заложенного имущества, залоговый кредитор все же мог его реализовать после трехкратного предупреждения должника. В некоторых случаях, если это было предусмотрено соглашением сторон, залоговый кредитор получал право оставить заложенную вещь за собой. Однако должнику предоставлялась возможность в течение двухгодичного ^ срока выкупить свое имение, перешедшее таким образом в собственность
кредитора (например, при Юстиниане).1 В свою очередь кредитор мог требовать возмещение необходимых затрат, произведенных на заложенную вещь; кредитор имел право удержать заложенную вещь впредь до возмещения произведенных им затрат.
Особенно ярко своеобразие исходных начал древнего западноевропейского права и степень влияния на него, оказанного рецепцией римской конструкции залога, можно проследить на примере Франции. С ^ уверенностью можно было говорить о большом сходстве французского и
германского права, отмечавшемся в древнейшей организации реального кредита, благодаря практически полному совпадению французской Engagemnt и германской aeltere Satzung.
Engagemnt состояло из двух форм залога недвижимости: vifgage и mortgage. При vifgage плоды вещи не только не заменяли проценты занятой суммы, но шли также и в счет капитала, вследствие чего по истечении известного срока могло наступить освобождение вещи от залогового
1 См.: М.И. Брагинский, В.В. Витрянский. Договорное право. М, 2000. С.493.
14
бремени. Точно такая же форма германского залога, имевшая в виду Ш уничтожение долга, называлась Totsatzung. Наоборот, французская форма
mortgage для должника как будто бы и не существовала, не оказывая ему никаких услуг, так как плоды, приносимые недвижимостью, не могли вырвать ее из чужого обладания. Как отмечал Л.А. Кассо, mortgage преобладал в первой половине средних веков. Впоследствии ему пришлось идти вразрез с каноническими воспрещениями, поскольку он легко скрывал взимание чрезмерного роста'.
Однако, при дальнейшем развитии залоговых форм, несмотря на отдаленное сходство французской obligation, или hypotheque, с германской neuere Satzung, ипотека во Франции рано стала абсолютным, вещным правом, каким она и выступает в Coutumes. Кроме того, есть все основания говорить и о весьма раннем восприятии французским правом акцессорности ипотеки, как в Риме.1
В средневековом же и даже более позднем праве Германии, несмотря на активную рецепцию римских правовых начал, сохранение влияния норм обычного права было случаем не редким. Л.А. Кассо в одном из таких явлений, просуществовавшем вплоть до 19-го столетия, видел отображение остатков Satzung, переживших рецепцию иноземного права, не объяснял его влиянием взглядов, развившихся на почве национального правосознания.2 - Речь идет о праве городов Гамбурга, а впоследствии и Любека, где при
переходе заложенной вещи от должника в руки нового ее приобретателя, последний отвечал перед кредитором на таких же основаниях, как до отчуждения вещи отвечал должник, т.е. он не только обязан был допустить
1 См.: Л.А. Кассо. Понятие о залоге в современном праве. - М.: Статут, 1999. С. 179-180.
2 См.: И.А. Базанов. Происхождение современной ипотеки. Новейшие течения в вотчинном праве в связи с современным строем народного хозяйства. М., 1900. С. 34-36.
2 См.: Л.А. Кассо. Указ.соч. С.79.
15
взыскание кредитора против данного предмета обеспечения, но, кроме того, подлежал ответственности всем своим имуществом в качестве контрагента залогодержателя так же точно, как до этого первоначальный залогодатель, причем последний освобождался от своего обязательства в силу самого отчуждения недвижимости.
Как отмечал Л.А.Кассо, подобное вступление нового должника в правоотношение, вследствие передачи обеспечивающей вещи, крайне удивило бы римских юристов и вряд ли могло быть приписано их влиянию. В такой модели, несмотря на рецепцию римской параллельности двух исков - личного и вещного, несомненно, отражались следы прежнего порядка. И в прежнее время должник, отчуждая заложенную вещь, оставленную в его руках, выбывал из обязательства, но это вытекало из особого характера этого долга: взыскание кредитора было тогда сосредоточенно на заложенной вещи, и выход этой вещи из имущества должника пересекал всякую связь между ним и кредитором.
При этом долговой момент переносился на приобретателя, который также мог, как и закладчик, освободиться от иска посредством уступки вещи. Когда впоследствии ответственность залогодателя расширилась, то обычное право Гамбурга и Любека, тем не менее, продолжало привлекать и нового владельца к обязательству из закладной, несмотря на то, что юридический характер этого обязательства значительно изменился. С другой стороны, ввиду того, что у кредитора оказывался, таким образом, новый должник, было признано возможным освободить первоначального контрагента залогодержателя. Понятно, что такую личную ответственность, которая в любой момент могла перейти на нового субъекта, вполне неизвестного кредитору, вряд ли можно было считать вызванной потребностями оборота. Она скорее являлась результатом неудачных юридических рассуждений.1
Об этой особенности германского права, связанной с сосредоточением ответственности только на имущественном объекте, упоминал и И.А.
W 'См.: там же.
16
Базанов. Он отмечал, что некоторые права вовсе ограничивали ответственность должника перед кредитором одним только избранным заранее предметом залога. Эта преимущественная или даже исключительная ответственность перед кредитором предмета залога, по его мнению, являлась особенностью германского залога сравнительно с римским залогом, при котором ответственность заложенным предметом была всегда только субсидиарной.
При этом, однако, И.А. Базанов полемизировал с Л.А. Кассо, считая, что последний с необоснованным расширением выдает за правило те права, по которым кредитор, принимая залоговое обеспечение, утрачивал иск из личного требования.1 Тем не менее, более важным обстоятельством в данном случае представляется как раз не столько доминирование одной модели над другими, сколько сам факт ее существования и распространенного использования.
Еще более интересный пример ипотеки явило право Мекленбурга. Мекленбургский закон не отрицал допустимости случаев, когда ипотека служила известному требованию, успевшего возникнуть до записи о залоговом обременении крепостную книгу, принцип достоверности которых и последующая за этим формализация ипотеки установились в германских территориях на протяжении 18-го столетия. Однако, такое явление вовсе не считалось conditio sine dua поп для существования залогового права, и таким образом, мекленбургская модель стала, пожалуй, самым ярким образцом полного отсутствия акцессорности залогового права, ввиду того, что возникало оно без всякой ссылки на личное требование.
Российское цивильное право, в свое время, реципировавшее основные положения Римского права, заложившего основу права континентального, традиционно допускала предметом залога только недвижимое имущество. Об этом свидетельствуют нормы Свода законов Российской Империи,
См.: И.А.Базанов. Указ. соч. С. 27.
17
допускавшие оформление закладных крепостей. Римское частное право для России сыграло выдающуюся роль в становлении современного залогового права России. Залог земельных участков (ипотека) с момента его возникновения в Древней Греции непосредственно был связан с правом частной собственности.
В России возникновение частной собственности на землю имело свои особенности, что в свою очередь отразилось на развитии отношений по залогу недвижимого имущества, в первую очередь земельных участков. Это было связано, прежде всего, с обширными пространствами и низкой плотностью населения, вследствие чего не было земельных споров. Сказалось так же и положение отдельного лица, которое не рассматривалось в качестве субъекта права. Эту функцию выполняла община, и первоначальная собственность на землю была общиной. С ослаблением общинных связей повысилось роль отдельной личности, создались предпосылки для возникновения частной собственности на землю. Подтверждением этому является упоминание в Псковской судной грамоте о давности как способе приобретения права собственности на недвижимость.1
В Московском государстве отношение частных лиц к земле выражалось в форме или поместного, или вотчинного права. Поместье представляло собой право пользования под условием отправления службы, что лишало его обладателя возможности распоряжаться поместьем. Право вотчинника было намного шире и практически являлось правом собственности.
Во второй половине XVII века происходит сближение вотчины и поместья, расширяются права их владельцев. Однако открытая продажа поместий правительством не допускались. В 1714 году Петр I объединил вотчины и поместья под одним именем недвижимых имуществ. В период правления Петра I происходит то ограничение, то расширение прав владельцев земли. Дальнейшее развитие идеи частной собственности на
Ю. Головин. Российская юстиция. - 1997г. № 9. С. 23.
|
