ВВЕДЕНИЕ *
Современная лингвистика характеризуется постоянным и глубоким вниманием к разным формам проявления человеческого фактора в языке. Антропоцентризм предполагает осознание того, что язык создан человеком и призван удовлетворять его потребности, важнейшая из которых - коммуникативная. Пе- редача информации осуществляется человеком с помощью кодировки её в языковых единицах, не последнюю роль играет в этом и деривационный механизм, современный анализ которого невозможен без учёта человеческого фактора.
Антропоцентрический подход требует исследования значения в качестве важнейшей составной части языка. При этом подчёркивается, что раскрыть смысловую структуру той или иной языковой единицы - это прежде всего «установить регулярные соответствия между определёнными, соотносительными для данной единицы "сегментами"» [Новиков, 2001: 346]. В этом отношении анализ содержательной структуры такой комплексной единицы, как словообразовательное гнездо, не получил ещё широкого распространения: пока нет обобщающих монографических работ, отдельные аспекты данной проблемы рас- сматриваются в немногочисленных диссертационных исследованиях, посвященных деривационно-семантической структуре словообразовательного гнезда (Яруллина, 1980; Зализняк, 1981; Лукашанец, 1981; Клобукова, 1982; Палеева, 1988; Ушакова, 1997). Вместе с тем изучение структурно-семантических связей между разными "сегментами" гнезда открывает новые возможности выявления общих особенностей смысловой организации языковой системы в целом. По мнению И.С. Улуханова, в результате накопленного во второй половине XX века опыта исследований в области словообразования открываются новые перспективы в разработке словообразовательной теории, в том числе перспектива «фронтального изучения связей между единицами словообразования» [Улуханов, 1996: 4], к которым относятся и связи между структурными элементами словообразовательных гнёзд. Задача исследователя «состоит в том, чтобы определить типы гнёзд и типы отношений между словами в гнезде» [Милославский, 1980: 127]. ^Диссертация с благодарностью посвящается Галине Николаевне Плотниковой.
6
Изучение смысловой структуры языка актуализировало исследование лексико-семантических групп (далее - ЛСГ) различных грамматических классов слов (Уфимцева, 1968; Базилевич, Кривченко, 1977; Кузнецова, 1979; Вепрева, Гогулина, Жданова, 1984; Боровикова, 1985; Михайлова, 1985; Нетяго, 1986; Сивкова, 1986; Васенькин, 1987; Плотникова, Скорнякова, 1989; Хачатурова, 1991; Попова, 1995 и др.), а также активизировало ономсиологический подход к исследованию словообразовательных единиц (Шкатова, 1975; Янценецкая, 1979; Милославский, 1980; Торопцев, 1980; Кубрякова, 1982; Кузнецов, 1986; Плотникова, 1988; Голев, 1989 и др). В связи с этим особую значимость приобретает изучение словообразовательных гнёзд, исходные слова которых принадлежат к одной ЛСГ. Наименее изученными в этом отношении являются глагольные гнёзда, хотя деривационный анализ глагольных гнёзд с исходными словами, принадлежащими к одной ЛСГ, «позволяет выявить сферы действительности, связанные с обозначением действия, которые отражаются в языковой картине мира различными средствами номинации: непроизводными лексемами, дериватами или неосновными значениями лексем, т.е. средствами вторичной номинации. Такая дифференциация лексико-семантического пространства русского глагола представляется необходимой для уяснения особенностей языковой картины мира, отношений и взаимодействия её частей» [Попова, 1995: 88].
Следует отметить, что наибольший интерес вызывают исследования ЛСГ, которые имеют существенное значение для формирования национальной языковой картины мира, иначе говоря, для формирования такого представления о мире, «которое стоит... за каждым конкретным языком. Исследование языковой семантики становится в рамках такой задачи первым шагом к восстановлению языковой картины мира или, по крайней мере, её фрагментов» [Кронгауз, 2001: 105]. К таким ЛСГ, в частности, относится ЛСГ глаголов «бытия-существования в определённом времени и пространстве». Так, В.М. Шаклеин в своей работе наряду с другими факторами лингвокультурной ситуации рассматривает её пространственно-временные факторы и делает вывод, что «языки отличаются друг от друга "устройством" пространственных слов, то есть выбором дифференциаль-
7
ного пространственного признака объекта в качестве основы наименования, а также связанных с ним ассоциаций» [Шаклеин, 1997: 10]. Таким образом, все пространственные слова, в частности глаголы, фиксирующие положение предметов в пространстве, являются универсальной категорией каждого языка как системы и имеют большое значение для формирования языковой картины мира. Описание их должно способствовать дальнейшей разработке функциональной грамматики, служить источником исследований, направленных на раскрытие сложных взаимоотношений между словообразовательными элементами и текстом, активизировать компаративные исследования в области словообразования.
Особый интерес в этом отношении вызывают словообразовательные гнёзда, возглавляемые глаголами висеть, лежать, сидеть, стоять с общим значением «положение в пространстве». Данные глаголы в словаре-справочнике «Лексико-семантические группы русских глаголов» отнесены к ЛСГ «бытия-существования в определённом пространстве» [Лексико-семантические группы. .., 1988: 65]. Всего в этой группе 62 глагола. Особое место наряду с базовыми глаголами находиться, располагаться занимают глаголы висеть, лежать, сидеть, стоять, которые можно определить как глаголы лексико-семантической подгруппы «положение в пространстве», составляющие своеобразный семантический центр всей ЛСГ, так как значение каждого из них в большинстве случаев включено в семантику других глаголов ЛСГ «бытия-существования в определённом пространстве». Например: балансировать - «стоять на чём-л., сохраняя равновесие», протянуться — «лежать в определённом пространстве и направлении», тесниться - «стоять или сидеть тесно», свисать - «висеть с чего-л. вниз», гнездиться - «сидеть на гнезде», разостлаться - «лежать на большом пространстве», присутствовать — «висеть, лежать, сидеть, стоять где-л.», отстутствовать - «не висеть, не лежать, не сидеть, не стоять где-л.» и т.д.
В названном словаре-справочнике был дан вариант классификационной парадигмы русских глаголов: последние взяты только в своих основных значениях и представлены в виде словника, без толкований. Подача анализируемых глаголов в вышедшем позже «Толковом идеографическом словаре русских
глаголов» [ТИСИРГ, 1999] представляется более полной. В данном словаре не только уточнён общий семантический компонент ЛСГ и, следовательно, её состав, но и даны дефиниции глаголов на уровне семем, или лексико-семанти-ческих вариантов (далее - ЛСВ), при этом внимание уделялось как основным, так и неосновным, вторичным значениям глаголов. Однако следует отметить, что в ТИСИРГ глагол лежать вообще не зафиксирован, глагол висеть зафиксирован только в двух ЛСВ, сидеть - в шести ЛСВ, стоять - в восьми ЛСВ, что гораздо меньше представленного количества значений в толковых словарях (например, MAC), а производных от них глаголов (причём каждый, как правило, в одном ЛСВ) - только 9 слов. Это говорит о недостаточной разработанности анализируемых глаголов и их дериватов в лексикографической практике.
Глаголы висеть, лежать, сидеть, стоять в ТИСИРГ отнесены к ЛСГ «бытия-существования в определённом времени и пространстве». В этой группе 68 лексем, они идентифицированы по значениям, дефиниции которых подтверждают особое положение анализируемых глаголов в семантическом объёме этой ЛСГ: дефиниции ЛСВ многих глаголов, входящих в её состав, включают в себя семантику анализируемых глаголов (в основном - сему вертикальности глагола стоять). Например: обступать /обступить — «Располагаться (расположиться), размещаться (разместиться) вокруг кого-, чего-л., находясь в вертикальном положении, стоя (о многих)...»; столпиться - «Расположиться, разместиться в одном месте, собраться где-л., образуя большое сборище, неорганизованную массу, скопление людей, тесно стоящих друг к другу»; вставать /встать -«Располагаться (расположиться), размещаться (разместиться) где-л., находясь в вертикальном пол ожени...»; удерживаться /удержаться — «Находиться в ка-ком-л. положении, с усилием, трудом задерживаясь на месте, не падая»; сбиваться /сбиться - «Располагаться (расположиться), размещаться (разместиться) в том или ином положении очень близко, тесно друг к другу (о многих)» и др. В состав этой ЛСГ входят также дериваты анализируемых глаголов, значения которых, судя по толкованиям, содержат семантические элементы значений глаголов лежать, сидеть, стоять: пролёживать /пролежать — «Находиться какое-л.
9
время в лежачем положении»; просиживать /просидеть - «Находиться где-л. какое-л. время, обычно в сидячем или каком-л. другом положении»; простаивать /простоять - «Находиться где-л. какое-л. время неподвижно на ногах, в вертикальном положении»; другие производные глаголы {залёживаться /залежаться, выстаивать /выстоять) не определены через семантику исходных глаголов лежать, стоять.
Таким образом, исследуемые глаголы могут быть определены как особая лексико-семантическая подгруппа (далее - ЛСПГ) со значением «положение в пространстве», принадлежащая к ЛСГ «бытия-существования в определённом времени и пространстве». Все глаголы этой ЛСГ обозначают статическое положение во времени и пространстве с определённой конкретизацией, а глаголы ЛСПГ «положение в пространстве» можно назвать конкретизаторами базовых глаголов ЛСГ находиться, располагаться.
Такое соотношение между отдельными группировками глаголов внутри ЛСГ вполне соотносится с современной теорией категоризации естественных явлений, в основе которой лежит понятие «прототипа», которое в последнее время всё чаще используется в семантических исследованиях «как специальный инструмент анализа» [Вежбицкая, 1996: 202]. Суть этой теории сводится к признанию того, что категоризация предметов и явлений окружающего мира происходит на разных уровнях абстракции, которым соответствуют разные уровни категоризации. «Один из уровней категоризации признаётся как базовый, а остальные - как суперординатные» [Болдырев, 2000: 85]. При этом базовый уровень представляет средний уровень абстракции, наиболее удобный для сознания: «обыденное сознание, по мнению психологов, оперирует именно базовым уровнем, не требующем специальных, теоретических знаний об объектах» [Там же: 86]. Этот уровень характеризуется также тем, что свойственные ему явления опознаются легко и быстро, то есть они требуют наименьших когнитивных затрат при восприятии. Поэтому слова, используемые для их обозначения, образуют основу словарного запаса языка и используются в наиболее нейтральных контекстах. Исходя из этого, глаголы висеть, лежать, сидеть, стоять при категори-
10
зации «бытия-существования в определённом времени и пространстве» можно отнести именно к среднему (базовому) уровню, глаголы находиться, располагаться - к вышестоящему уровню, а все остальные глаголы данной ЛСГ - к нижестоящему уровню.
Несмотря на особую функциональную значимость этой ЛСПГ глаголов, они не были предметом комплексного изучения в деривационно-семантическом аспекте, в том числе не проводилось исследование образуемых ими словообразовательных гнёзд (далее — СГ). Это отражается, прежде всего, в отечественной лексикографической практике: нет единого словарного представления названных глаголов и их дериватов в разных лексикографических источниках; дефиниции многих дериватов не отражают в полной мере особенностей их значения, так как часто строятся без учёта семантики производящего слова, даже в тех случаях, когда эта связь легко эксплицируется. Таким образом, весьма значимыми оказываются как лексико-деривационные, так и лексикографические аспекты проблемы.
Актуальность исследования определяется необходимостью более глубокого изучения закономерностей деривационно-семантической структуры СГ с исходными словами, принадлежащими к одной ЛСГ.
Объектом нашего исследования являются СГ с исходными глаголами висеть, лежать, сидеть, стоять, принадлежащими к лексико-семантической подгруппе «положение в пространстве».
Предмет исследования составляет деривационно-семантическая структура данных словообразовательных гнёзд.
Цель исследования: выявление закономерностей организации деривационно-семантической структуры СГ с исходными глаголами висеть, лежать, сидеть, стоять.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие основные задачи:
определить синхронные границы данных СГ с учётом новообразований последних лет;
11
охарактеризовать лексическую семантику непроизводных глаголов висеть, лежать, сидеть, стоять, являющуюся мотивационной базой для образуемых ими словообразовательных гнёзд;
охарактеризовать деривационную семантику всех производных в анализируемых словоообразовательных гнёздах;
выявить деривационно-семантические подгнёзда исследуемых СГ;
дать комплексную деривационно-семантическую характеристику СГ в целом и каждого из подгнёзд;
составить фрагмент Толкового словообразовательного словаря, включающего данные СГ и их семантико-деривационную характеристику.
Методы и приёмы исследования: для отбора части материала исследования (неологизмов современного русского языка, входящих в анализируемые СГ) использовался метод сплошной выборки из словарей, изданных позднее 1985 года; для анализа семантики производящего и производного слов широко применялись компонентный, мотивационный, словообразовательный и морфемный анализы слова; для решения отдельных задач - элементы квантитативного анализа и структурно-семантический анализ лексикографических дефиниций.
Материал исследования: основными источниками материала явились современные словари русского языка: Тихонов А.Н. Словообразовательный словарь русского языка: В 2 т. - М.: Рус. язык, 1985 (далее - ССТ); Словарь русского языка: В 4 т. - М.: Рус. язык, 1981-1984 (далее - MAC); Словарь русского языка: В 4 т. - М., 1957-1961 (далее - САН); Словарь современного русского литературного языка: В 17 т. - М.; Л., 1950-1965 (далее - БАС); Большой толковый словарь русского языка. - СПб.: Норинт, 2000 (далее - БТС) и др.
Анализу подверглись 749 лексем, входящих в СГ глаголов висеть, лежать, сидеть, стоять, и свойственные им 1074 семемы.
Основные положения, выносимые на защиту:
1. Деривационно-семантическая структура СГ представляет собой сложный конструкт, состоящий из взаимосвязанных разнотипных элементов: 1) системы значений слова-вершины, являющейся мотивационной базой СГ, источником
12
развития его деривационно-семантической структуры; 2) деривационно-семантического пространства производных слов, входящих в СГ; 3) системы деривационно-семантических подгнёзд, образуемых конкретными лексико-семантичес-кими вариантами исходного слова СГ и соотносимых с ними производных слов.
2. Словообразовательная семантика дериватов, входящих в исследуемые СГ, гетерогенна. Она формируется словообразовательными значениями 36 словообразовательных категорий, состоящих из 201 словообразовательного типа, свойственного основным частям речи современного русского языка: именам существительным, прилагательным, глаголам и наречиям. Словообразовательные категории, общие для всех анализируемых словообразовательных гнёзд, составляют ядро деривационно-семантического пространства глаголов висеть, лежать, сидеть, стоять.
3. Количество деривационно-семантических подгнёзд в СГ не совпадает с набором лексико-семантических вариантов (семем) исходных глаголов, так как: 1) некоторые семемы обладают нулевой словообразовательной активностью, не формируя собственного подгнезда; 2) разные лексико-семантические варианты исходных глаголов образуют близкие или тождественные деривационно-семантические подгнезда; 3) оттенки некоторых значений исходных глаголов формируют самостоятельные деривационно-семантические подгнезда.
4. Объём и деривационно-семантическая структура словообразовательных подгнёзд в словообразовательных гнёздах с исходными словами висеть, лежать, сидеть, стоять обусловлены рядом факторов, среди которых наиболее значимы следующие: 1) принадлежность исходных глаголов СГ к одной лексико-семанти-ческой подгруппе; 2) объём лексико-семантического и денотативного пространств исходных глаголов СГ; 3) степень удалённости вторичных значений от главного значения исходного глагола СГ; 4) частотность употребления исходных глаголов СГ.
Научная новизна исследования состоит в том, что: 1) впервые предпринята попытка комплексного анализа СГ с вершинами висеть, лежать, сидеть, стоять для выявления деривационно-семантической структуры СГ, исходные
13
глаголы которых принадлежат к одной ЛСГ; 2) прослежены закономерности взаимоотношений между структурно-семантическими сегментами этих СГ; 3) дана классификация вторичных значений исходных глаголов СГ на основе степени их удалённости (по составу сем) от главного, основного значения; 4) представлен новый подход к анализу проблемы зависимости структуры семантико-словообразовательных подгнёзд от типа значения глагола-вершины СГ; 5) введён в научный оборот не исследовавшийся ранее лексический материал.
Теоретическая значимость работы состоит: 1) в структурации понятия деривационно-семантической структуры СГ; 2) в выявлении специфики отношений между деривационно-семантическими сегментами СГ, исходные слова которых принадлежат к одной ЛСГ; 3) в исследовании направлений семантической связи между мотивирующим и мотивированным словом в СГ, исходные глаголы которых принадлежат к одной ЛСГ, что представляет интерес для более глубокого понимания механизмов функционирования семантических категорий и будет способствовать более полному описанию словообразовательной системы русского языка.
Практическая значимость работы состоит в том, что: 1) разработанная методика комплексного анализа СГ с исходными глаголами висеть, лежать, сидеть, стоять может быть экстраполирована на исследование СГ, исходные слова которых принадлежат к другим лексико-семантическим группировкам; 2) результаты и методика исследования могут быть использованы в учебном процессе: в спецкурсах, спецсеминарах, на занятиях по курсу лексикологии и словообразования современного русского языка как в русскоязычной, так и в иностранной аудитории; 3) материалы исследования полезны для лексикографической практики, в частности, для составления Толкового словообразовательного словаря, фрагмент которого представлен в Приложении III.
Апробация работы. Материалы диссертации были представлены на региональных, межвузовских, всероссийских и международных научных конференциях в г. Екатеринбурге (1998, 1999, 2000, 2001, 2002), Челябинске
14
(2000), Ельце (2001, 2003). Результаты исследования отражены в 11 публикациях, в том числе 7 статьях и 4 тезисах докладов.
Структура работы. Диссертация состоит из Введения, трёх глав, Заключения, Библиографии, включающей 256 наименований, и трёх Приложений: 1) Лексико-семантические варианты глаголов висеть, лежать, сидеть, стоять; 2) Схемы деривационно-семантических подгнёзд СГ глаголов висеть, лежать, сидеть, стоять; 3) Фрагмент Толкового словообразовательного словаря, включающий СГ глаголов висеть, лежать, сидеть, стоять. В работе содержится 23 таблицы.
15
Глава 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ГНЁЗД ГЛАГОЛОВ
висеть, лежать, сидеть, стоять
1.1. Словообразовательное гнездо и его структура
Описание словообразовательной системы русского языка прежде всего предполагает анализ определённой совокупности словообразовательных единиц языка в их взаимосвязи и взаимодействии. Наибольший интерес в этом отношении вызывают комплексные единицы словообразовательной системы языка, которые представляют собой известную совокупность лексических единиц, слов [Кубрякова, 1972: 375], или схем построения производных слов [Немченко, 1994: 214]. В зависимости от того, какие слова объединяются в комплексные единицы, среди последних можно выделить два типа - группы однокоренных слов, к которым относятся словообразовательное гнездо, словообразовательная пара, словообразовательная цепочка, словообразовательная парадигма, и группы одно-структурных слов, связанных общностью словообразовательных средств, формантов. Основными, важнейшими единицами этих групп являются, соответственно, словообразовательное гнездо и словообразовательный тип ввиду их основной формирующей роли в словообразовательной системе языка: «Под словообразовательной системой понимается совокупность словообразовательных типов языка... в их взаимодействии, а также совокупность словообразовательных гнёзд» [РГ - 80: 137]. В предлагаемой работе будут описаны как словообразовательные гнезда глаголов висеть, лежать, сидеть, стоять (главы 1 и 3), так и словообразовательные типы мотивированных ими производных слов (глава 2). (Здесь и далее непроизводные слова выделяются жирным шрифтом, производные — курсивом).
Словообразовательное гнездо (СГ) - самая сложная и многомерная комплексная единица словообразовательной системы. Серьёзное, углублённое изучение СГ в отечественной лингвистике началось в 60-е гг. XX в. В этот период закладывался теоретический фундамент учения о СГ. Существенную роль в
16
активизации исследований СГ сыграл выпуск первых томов 17-томного словаря русского языка, а также анализ его материалов в рецензиях и откликах. В частности, важные проблемы гнездования, разграничения диахронического и синхронического подходов к изучению СГ были подняты в докладе В.В. Виноградова [Виноградов, 1966].
Гнездовой подход к словообразовательной системе языка лежит в основе трудов П.А. Соболевой и Е.Л. Гинзбурга [Гинзбург, 1967; Соболева, 1970], представителей структурной лингвистики. Они исследовали СГ с помощью аппарата аппликативной порождающей модели, предложенной С.К. Шаумяном [Шаумян, Соболева, 1968], что сыграло большую роль в формировании общей теории гнезда.
В дальнейшем важные вопросы определения особенностей СГ как комплексных единиц языка и их места в системе словообразования поднимались в работах Е.А. Земской, И.И. Ковалика, А.А. Лукашанца, Н.Г. Юсуповой и др. [Земская, 1978; Ковалик, 1978; Лукашанец, 1981; Юсупова, 1980]. Изучение сложного семантического устройства - СГ - начато в трудах И.С. Улуханова, Т.Ф. Ивановой, Л.П. Бирюковой, Р.Г. Карунц, Г.Н. Плотниковой и др., в этих исследованиях выявлены некоторые общие закономерности лексико-семантической соотносительности слов в словообразовательных парах, цепочках, в гнезде в целом [Улуханов, 1977; Иванова, 1975; Бирюкова, 1978; Карунц, 1980; Плотникова, 1988].
Огромный вклад в разработку теории СГ внесли труды А.Н. Тихонова и его последователей. В них нашло отражение и получило дальнейшее развитие многое из того, что было сделано представителями структурной лингвистики в исследовании структурных особенностей гнезд, их частеречной структуры, а также рассматриваются многие вопросы, связанные с теорией гнездования слов.
Описывая состояние научной разработки СГ на рубеже XX - XXI вв. и намечая перспективы его исследования, А.Н. Тихонов обращает внимание на важность изучения таких аспектов структурно-семантической характеристики СГ, как описание «конкретных гнезд или группы гнезд, объединённых по
17
принадлежности их исходных слов к тем или иным ЛСГ» [Тихонов, 2001: 12], что актуально для построения типологии СГ. При этом он отмечает, что в этой области «имеется лишь одна работа - кандидатская диссертация A.M. Зализняк [Зализняк, 1981], в которой описано семантическое устройство одного гнезда -бить» [Тихонов, 2001: 12]. А.Н. Тихонов неоднократно подчеркивает, что для того, чтобы выявить семантическую специфику СГ как единицы языка и охарактеризовать её с точки зрения семантической организации, «необходимо прежде всего разобраться в смысловом механизме различных типов конкретных гнезд, разнообразных объединений (группировок) гнезд, описания которых потом должны стать объектом сопоставительной характеристики, направленной на выявление общих для всех гнёзд и специфических для конкретных гнёзд или группы гнёзд семантических закономерностей, действующих в СГ» [Тихонов, 1982: 8]. При этом особое внимание к исследованию структуры СГ обусловлено его важнейшей системообразующей функцией в языке, так как «язык состоит из СГ, лексико-грамматическая структура которых определяет и структуру языка» [Яруллина, 1980: 176].
Определение понятия СГ складывалось постепенно и окончательно выкристаллизовалось в 60-е годы XX в., когда началось различение двух состояний гнезда — диахронического и синхронического, в частности, в упомянутом выше докладе В.В. Виноградова. В интересующем нас синхронном аспекте СГ ещё называли лексико-словообразовательным гнездом (Н.И. Маевская), словарным гнездом (Арутюнова, 1961: 26; Потиха, 1970: 25), лексическим гнездом (Гинзбург, 1979: 21; Торопцев, 1980: 91), морфологическим гнездом (Виноградов, 1947: 27; Реформатский, 1955: 216), семьёй слов и др. Общепринят в настоящее время введённый А.А. Реформатским термин словообразовательное гнездо, которое, как отмечалось исследователями в начальный период его изучения, «может быть определено как упорядоченная совокупность однокоренных слов» [Зализняк, 1972: 184]. Г.П. Цыганенко под СГ понимает группу «однокорневых слов, образованных от одного и того же исходного слова и находящихся с ним и друг с другом в иерархической

Получить работу