ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы диссертационного исследования.
В условиях формирования правового государства на первый план выступает проблема строгого соблюдения конституционных прав и свобод человека и гражданина, которые неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения \
В этой связи актуальное значение приобретают вопросы не только реализации гражданско-правового статуса гражданина, в целях обеспечения стабильности гражданского оборота, но и обеспечение правового положения личности в уголовном судопроизводстве, где применяются меры государственного принуждения, связанные с существенными ограничениями субъективных прав и свобод граждан и возможностью причинения им вреда неза-^ конными действиями со стороны органов дознания, предварительного след-
ствия, прокуратуры и суда.
Известно, что конституционной основой деятельности указанных правоохранительных органов является строгое и неуклонное соблюдение законности, поэтому в их деятельности должны быть исключены случаи незаконного осуждения невиновных, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде и другие.
Результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что указанные правонарушения в деятельности правоохранительных органов и сегодня еще имеют место. Так, например, по данным ГИЦ МВД России в 1997 - 1999 г.г. было зарегистрировано свыше 10 тысяч нарушений законности, доминирующее число из которых более 6 тысяч приходится на нару-
См: гл. 2 Конституции Российской Федерации. М., «Акалис», 1996.
шения норм уголовно-процессуального законодательства. За указанный период органы дознания и предварительного следствия необоснованно привлекли к уголовной ответственности 826 человек, подвергли необоснован-ному аресту 222 человека и необоснованно задержали по подозрению в со-вершении преступления 239 человек.
По данным Генеральной прокуратуры РФ в 2000 году были освобождены почти 2,5 тысячи незаконно задержанных граждан и свыше 600 арестованных.1
Действующая Конституции РФ заложила основу для развития новых социально-экономических и правовых отношений в различных сферах общественной жизни. Так, в ст. 52 Конституции РФ устанавливается: «Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняется законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и ком пенса- цию причиненного ущерба», что является предпосылкой наступления граж-данско-правовой ответственности (п.2 ст.2 ГК РФ). Более того, Россия, как участник Международного пакта о гражданских и политических правах приняла на себя обязательство обеспечить каждому эффективное средство правовой защиты экономических, социальных, культурных, а также гражданских и политических прав и свобод в случаях их нарушения. В развитие указанных нормативных правовых актов в гражданском законодательстве принцип возмещения вреда, причиненного правам личности и организации был закреплен в нормах, образующих институт обязательств вследствие причинения вреда (глава 59 ГК РФ). А в положении ст. 1070 ГК РФ предусмотрена регламентация отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного
1 Коммерсант.2001. № 1-2. С.9.
незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.1
Проблемы ответственности государства за незаконные действия ука- занных выше органов и их должностных лиц породила различные точки зрения среди ученых и практиков, высказанные на многочисленных научно-практических конференции, круглых столах, семинарах. Однако единой концепции по этому вопросу ни в теории, ни в практике до настоящего времени не выработано.
Анализ литературных источников в данном аспекте показал, что исследование проблем ответственности государства в сфере гражданского права в отечественной юриспруденции предпринимались в различные периоды становления российской государственности. Так, например, еще в 1649 г. в связи с принятием Уложения о наказаниях были предприняты первые по-: пытки определения исходных начал, устанавливающих возможность наступ-
ления ответственности за причинение имущественного вреда. В дальнейшем нормы, регулирующие вопросы возмещения вреда, нашли свое отражение в Своде Законов Российской Империи.
В советский период развития нашего государства и до настоящего времени гражданско-правовой институт возмещения вреда прошел также сложный и довольно противоречивый путь своего развития.
Отдельные вопросы теории гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда рассматривались в трудах ряда таких ученых-цивилистов, как Б.С. Антимонова, Д.Б.Боброва, М.И.Брагинского, К.М.Варшавского, О.С.Иоффе, О.А.Красавчикова,
1 В настоящей диссертационной работе вопросы, опосредующие ответственность органов прокуратуры и суда не были предметом исследования ввиду ограниченности объема диссертации.
А.А.Собчака, Ю.К.Толстого, Е.А.Флейшиц и других. Однако целостной концепции ответственности за ущерб, причиненный гражданину органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда до настоящего времени не выработано, что обусловлено рядом обстоятельств как объективного, так и субъективного порядка.
Все изложенное выше определяет актуальность темы, ее теоретическую и практическую значимость, которая до настоящего времени не была предметом комплексного диссертационного исследования.
Цели и задачи исследования.
Целями настоящего диссертационного исследования являются изучение проблемных вопросов гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, анализ законодательных актов, регламентирующих отношения, связанные с возмещением вреда в современных условиях правовой реформы в России и разработка на этой основе теоретических и практических рекомендаций по его совершенствованию, изучение исторического опыта гражданско-правовой ответственности.
Исходя из намеченных целей, в настоящей работе предпринята попытка решения следующих основных задач:
- исследовать становление и развитие института гражданско-правовой ответственности за причинение вреда;
- на основе теоретического анализа раскрыть сходство и отличие гражданско-правовой ответственности с общим понятием юридической ответственности;
- провести анализ законов и других нормативных правовых актов, предусматривающих ответственность по деликтным обязательствам;
-определить особенности института гражданско-правовой ответствен-
ности за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания и предварительного следствия;
- на основе изучения практики предложить новый, более совершенный гражданско - правовой механизм возмещения вреда, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания и предварительного следствия;
Объектом исследования является общественные отношения, связанные с обязательствами вследствие причинения вреда.
Предметом диссертационного исследования - теоретический анализ норм гражданского и уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих деятельность должностных лиц органов дознания и предварительного следствия.
Методологическую основу работу составляют современные методы теории познания, включая: исторический, сравнительно-правовой, логико-юридический, системно-структурный, формально-логический и другие.
Теоретическую основу исследования составляют труды таких известных ученых правоведов, как С.С. Алексеев, Б.Т. Безлепкин, A.M. Белякова, М.И. Брагинский, С.Н. Братусь, И.М. Гуткин, Т.И. Илларионова, О.С. Иоффе, А.Ю. Кабалкин, Ю.М. Козлов, Н.М. Коршунов, О.А. Красавчиков, А.А. Лунц, Н.С. Малеин, Г.К. Матвеев, И.Б. Новицкий, В.Т. Нор, Г.И. Петров, А.Н. Савицкая, В.М. Савицкий, О.Н. Садиков, В.Т. Смирнов, А.А. Собчак, М.С. Строгович, Е.А. Суханов, В.А. Тархов, Ю.К. Толстой, Е.А. Флей-шиц, P.O. Халфина, А.А. Чувилев, Г.Ф. Шершеневич, М.Я. Шиминова, Р.Х. Якупов, К.Б. Ярошенко.
Научная новизна работы заключается в том, что диссертация представляет собой комплексное монографическое исследование, в котором осуществлена теоретическая разработка общей правовой концепции гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными дейст-
виями должностных лиц органов дознания и предварительного следствия; раскрыто ее историческое становление и развитие; выявлены особенности гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц; предложен более совершенный механизм по возмещению вреда, причиненного гражданину, незаконно подвергнутому уголовному преследованию.
На защиту выносятся следующие положения:
- новое содержание понятий - "ответственности за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания и предварительного следствия", "противоправности", "реабилитации";
- обоснована новая и более полная классификация функций гражданско-правовой ответственности;
- отстаивается вывод о том, что положения ст. 1070 ГК РФ, должны распространяться на любые незаконные действия должностных лиц органов дознания и предварительного следствия, а не только за вред, причиненный в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде;
- обосновано предложение о необходимости дополнить п. 9 Положения о федеральном казначействе;
- в соответствии с предметом настоящего исследования делается вывод о необходимости приведения ныне действующих нормативных правовых актов, положениям ст. 1070 ГК РФ;
- вносится предположение о необходимости разработки и принятия Инструкции «О порядке взыскания ущерба с Федерального казначейства РФ»;
- приводятся аргументы о создании более совершенного гражданско-правового механизма возмещения вреда, причиненного незаконными дейст-
виями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
Теоретическая и практическая значимость диссертации состоит в том, что содержащиеся в ней выводы и предложения могут быть использованы для дальнейших теоретических исследований; совершенствования действующего законодательства; при разработке новых нормативных правовых актов, регламентирующих гражданско-правовую ответственность за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания и предварительного следствия.
Результаты исследования могут быть использованы при чтении лекций по конституционному, гражданскому, уголовно-процессуальному праву в высших учебных заведениях, а также при написании учебных и учебно-методических пособий.
Апробация результатов исследования. Основные положения исследования были изложены в опубликованных научных статьях, указанных в автореферате, а также в выступлениях соискателя на научно-практических конференциях, проводимых в Московской академии МВД России, Калининградском юридическом институте МВД России.
Структура и содержание диссертации определяется сформулированными целями и задачами исследования. Работа состоит из введения, двух глав, объединяющих восемь параграфов, заключения и списка использованной литературы.
10
ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ИНСТИТУТА ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.
§1. Ретроспектива развития института гражданско-правовой ответственности за причинение вреда в национальной правовой системе.
Одно из первых упоминаний об ответственности за причинение вреда можно встретить в Римском частном праве, где идея о возмещении вреда, причиненного как имущественным, так и неимущественным благам уж существовала, хотя и в самых общих очертаниях.
Литературные источники свидетельствует о том, что обязательствам из деликтов исторически предшествовали обязательства из контрактов. Но первоначально, понятию обязательства из деликтов предшествовала мысль об ответственности правонарушителя, выражавшейся в мести потерпевшего1. Это положение было связано с тем, что Римское государство, еще не брало на себя обязательств по применению мер воздействия на правонарушителя, оставляя право этого воздействия за потерпевшим.
В научных исследованиях отмечалось, что в более поздний период, в интересах поддержания необходимого господствующему классу спокойствия и порядка, государство было вынуждено определить такие условия, при которых месть потерпевшего являлась правомерной, и исключала новую месть со стороны того, на кого она была направлена. В то же время государству необходимо было принять меры, которые позволили бы охранять соглашения правонарушителя с потерпевшим, в силу которых потерпевший отказывался от частной мести, получая при этом от нарушителя определен-
Хутыз М.Х. Римское частное право. - М, 1994. - С. 140.
11
ное имущественное возмещение1. Это положение затем нашло свое правовое закрепление в Законах XII таблиц2, в которых допускалась месть за членовредительство, если не состоялось добровольное соглашение сторон. Таким образом, можно сделать вывод о том, что кровная месть уходила на второй план, уступая место имущественной компенсации за причиненный вред.
Следующим шагом, предпринятым Римским государством того периода было установление обязательных композиций, то есть штрафных санкций, которые правонарушитель был обязан уплатить потерпевшему, но последний должен был быть удовлетворенным, уже не прибегая к мести. Это положение в последующем также нашло свое закрепление в XII таблицах, в соответствии с которым, уплата денежного штрафа могла быть установлена соглашением сторон в случаях членовредительства, но одновременно с этим она была единственным юридическим последствием менее тяжких ранений.
Как указывается в специальной литературе, обостряющиеся противоречия внутри класса рабовладельцев побуждают Римское государство считать нарушениями не только частные, но и общегосударственные интересы, с которыми первоначально связывалось только удовлетворение интересов непосредственно потерпевшего лица или членов его семьи. Поэтому государство было вынуждено преследовать правонарушителя за его деяния независимо от воли потерпевшего и определить меру наказания, в порядке осуществления уголовного правосудия.
Изложенное дает основание утверждать, что в римском частном праве все иски о защите нарушенного права были исками с гражданско-уголовным содержанием, так как строгого разграничения между гражданским и уголовным правом, в том числе между гражданско-правовой ответственностью и уголовной в тот период действующие нормативные
1 Там же. -С.141.
2 История государства и права зарубежных стран. / Под ред. Н.А. Крашенинникова, О.А. Жидкова. - М, 1988. - 4.1. - С.122-123.
12
правовые источники не проводили.
В продолжение развития института деликтной ответственности значительную роль сыграл и закон Аквилия (III в. до н.э.), в котором были систематизированы ранее существовавшие виды ответственности за вред, причиненный имуществу1. Так, например, предусмотренный этим законом деликт общего характера, состоявший в повреждении или уничтожении чужого имущества, порождал обязательство по возмещению нанесенного ущерба, что отражало потребность более единообразного регулирования обязательств за причинения вреда и определения мер защиты всех имущественных отношений. Подтверждением данному положению является то, что в законе Аквилия особое внимание уделялось ответственности за уничтожение чужого скота и рабов, которая определялась с учетом наивысшей стоимости данных вещей за предшествующий год.
Следует отметить, что институт имущественной ответственности за причинение вреда получил свое развитие и в Киевской Руси. Первые нормы, регулирующие вопросы ответственности и защиты за причинение вреда содержались в Русской Правде - памятнике древнерусского права, где говорилось, что «сломавший копье или щит или испортивший одежду обязан был возместить стоимость испорченной вещи»2. В это же время появляется первое упоминание и о компенсации морального вреда. Хотя самого понятия морального вреда в нормах Русской правды, как и в других, более поздних источниках права не встречалось, однако его элементы можно проследить при исследовании системы мер наказания того времени.
В последующие периоды развития древнерусского государства, ответ- ственность за причинение вреда существенно не менялась, так как все вопро-
1 История государства и права зарубежных стран. / Под редакцией Н.А. Кра-шенинниковой, О.А. Жидкова. - М., 1988. - Ч. 1. - С. 132.
2 Хрестоматия по истории государства и права СССР. Дооктябрьский период. / Под редакцией Ю.П. Титова, О.И. Чистякова. - М: Юрид. лит., 1990. -
13
сы ответственности из причинения вреда рассматривались только в рамках уголовного права.
Результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что только со второй половины VI века в древнерусском праве появились первые ^ элементы имущественной ответственности за причинения вреда. Но это бы-
ло связано с размером вреда и положением в обществе потерпевшего; к виновному применялись меры уголовные наказания: битье кнутом, арест на различные сроки, либо денежные возмещения в пользу оскорбленного, что касается взыскания денежной суммы, то оно применялось как самостоятельный, так и дополнительный вид наказания. То есть, если виновное лицо не | могло выплатить потерпевшему денежную компенсацию, к нему применя-
I лись физические наказания. Это положение было закреплено в § 91 Собор-
j .
| ного Уложения 1649 г. глава X «О суде».
| Таким образом, можно сделать вывод, что в тот период законодатель
Щ1 стал уделять внимание возмещению материального ущерба в пользу потер-
певшего. И оно признавалось, чуть ли не главной целью наказания.
Дальнейшее развитие древнерусского права привело к появлению новой отрасли права - гражданского права, и одного из его важнейших институтов - обязательств из причинения вреда.
Впервые нормы гражданского права, регулирующие вопросы возмещения вреда, нашли свое отражение в т. X Свода законов Российской Империи, принятом в январе 1835 года. Но суть исходных положений, сформулированных в Своде законов, сводилось к тому, что обязательства по возмещению вреда возникали только в силу правонарушения. При этом вред, причиненный *' потерпевшему должен быть причинен виновно, лишь в этом случае потерпев-
С.7-25.
1 Хрестоматия по истории государства и права СССР. Дооктябрьский период. / Под редакцией Ю.П. Титова, О.И. Чистякова. - М.: Юрид. лит., 1990. -С.122-179.
14
ший имел право на имущественную компенсацию вреда. В некоторых случаях имущественная компенсация могла наступать одновременно с уголовным наказанием, в других она могла наступить и отдельно. Виновное лицо должно было возместить вред и все убытки, наступившие вследствие неправомерных действий виновного, при этом эти действия не считались преступлением.1 Эти положения Свода законов действовали в России вплоть до 1917 года.
Политическая ситуация в нашей стране в 1917 году внесла существенные изменения в государственную и правовую систему. Законодательство буржуазного строя заменилось «пролетарским».
31 октября 1922 г. впервые в истории отечественного законодательства был принят Гражданский кодекс РСФСР2, в котором, обязательства из причинения вреда были выделены в отдельную главу - «Обязательства, возникающие вследствие причинения другому вреда». Из данного определения следует, что вред мог быть причинен только физическому лицу. В частности ст. 403 ГК гласила: «Причинивший вред личности или имуществу другого обязан возместить причиненный вред. Он освобождается от этой обязанности, если докажет, что не мог предотвратить вреда, либо был управо-мочен на причинение вреда, либо что вред возник вследствие умысла или грубой неосторожности самого потерпевшего». Данная статья устанавливала общие положения об ответственности причинившего вред за результаты своих действий. Следует обратить внимание на то, что упоминание ст. 403 о вреде, причиненном личности, понималось исключительно как такое повреждение здоровья, работоспособности, подрыв служебного или общественного положения и других личных свойств и отношений, в результате которого, наступило ухудшение имущественного положения - утрата заработка, рас-
1 Вольман И.С., Марков Н.Э., Могилевский М.О., Никольский Д.П. Гражданское право (Россия). - СПб., 1903. - С. 103.
2 Прушицкий P.M., Раевич СИ. Гражданский кодекс РСФСР 1922 года (комментарий). - Вып. XX. - 1934.
15
ходы на лечение, переезд и тому подобное. Возмещение морального вреда в то время не предусматривалось. По такому пути шла и судебная практика. Ответственность наступала лишь при наличии причинной связи между наступившим вредом и действиями лица обязанного. Причем действия лица причинившего вред могли быть результатом как положительного активного поведения (действия), так и пассивного (бездействия). Статья 403 ГК РСФСР была построена на презумпции ответственности, возникающей в силу причинной связи.
Исходя из положений ст. 403 ГК РСФСР не несло ответственности за причиненный вред лицо, управомоченное на такое причинение. Указание ст. 403 ГК 1922 года на управомоченность причинения вреда имело в виду те случаи, когда причинение вреда не только являлось результатом правомерной деятельности причинившего, но и входит составной частью в само содержание его права. При этом не имело значение, принадлежало ли это право причиняющему вред в его личных интересах (например, право на самооборону) или предоставлено в силу его служебных обязанностей, как должностное полномочие (право задержания, право обыска со взломом хранилищ и другое).
Наряду с этим в ст. 407 ГК РСФСР 1922 года впервые было закреплено положение о возмещении вреда, причиненного неправомерными служебными действиями должностных лиц, причем имущественная ответственность могла наступить лишь в случаях особо указанных в законе, и если неправомерность действий должностного лица будет признана соответствующим административным или судебным органом. Что касается учреждения, то оно освобождалось от ответственности, если потерпевший своевременно не обжаловал неправильного действия. Как видно ст. 407 ГК РСФСР устанавливала ответственность учреждений, то есть тех юридических лиц, которые не являлись объединениями физических лиц, а лишь такого рода учреждений как государственные и частные. Закон имел здесь в виду не противопоставление учрежде-
16
ния, как выделенного и персонифицированного имущества, объединению лиц, а противопоставление государственного учреждения, как составной части государственного аппарата, юридическим лицам негосударственным, так и государственным предприятиям. Сужение ответственности учреждений было
произведено исключительно из соображений, имевших в виду ответствен-
,#
ность и интересы государства; все «особые законы», существовавшие в развитие ст. 407 ПС РСФСР, устанавливали ответственность государства, а законов, устанавливающих ответственность каких-либо частных или общественных учреждений, не существовало, полная же их безответственность была бы совершенно непонятна.1
Физическое лицо (гражданин) осуществляло принадлежащее ему право по своему усмотрению, однако закон того времени определял границы этой свободы. Так, например, возмещение за причиненный вред состояло в восстановлении прежнего состояния, а в случаях, если такое восстановление было невозможно - в возмещении причиненных убытков (ст. 410 ГК РСФСР).
Определяя размер вознаграждения за вред, суд во всех случаях должен был принимать во внимание имущественное положение потерпевшего и причинившего вред (ст. 411 ГК РСФСР). В силу данной статьи недопустимо было автоматическое присуждение возмещения в размере действительно понесенных убытков; последний являлся лишь максимальной границей, в пределах которого возмещение устанавливалось судом.
Наряду с этим гражданским кодексом того периода большое внимание уделялось вопросу о возмещении вреда лицу, застрахованному в порядке социального страхования. (Статьи 412-415 ГК РСФСР).
Вместе с тем, проведенный анализ положений ГК РСФСР 1922 года показал, что институт по возмещению вреда не в полной мере регулировал
1 Гражданский кодекс РСФСР 1922 года (комментарий). / Под редакцией
17
некоторые основания, при наличии которых наступала ответственность за причинения вреда. Многие положения в рассматриваемом аспекте остались без законодательного урегулирования. Так, например, как должны были разрешаться вопросы о возмещении вреда, причиненного в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости и другие? Гражданский, кодекс 1922 года не содержал в себе и нормы, устанавливающей ответственность за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, что, на наш взгляд, являлось существенным пробелом правового регулирования в сфере возмещения вреда.
8 декабря 1961 года были приняты Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик1, в котором также нашли свое отражения нормы, регулирующие обязательства, возникающие вследствие причинения вреда. Детально регламентировала данные отношения глава 12 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик «Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда». Важным шагом явилось установление ответственности за вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Так, ч. 2 ст. 89 Основ провозглашала: «За вред, причиненный неправильными служебными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, соответствующие государственные органы несут имущественную ответственность в случаях и пределах, специально предусмотренных законом».
В связи с принятием в 1964 году нового Гражданского кодекса
СМ. Прушицкого, СИ. Раевича. Вып. XX. - М., 1934.
1 Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1961. - № 50. - Ст.525. |
