ВВЕДЕНИЕ
В последнее время информация, содержащаяся на уровне слов, стала рассматриваться в широком контексте функционирования языковых единиц. При этом признается, что, если денотативное значение слова связано с интеллектуальной функцией языка, то коннотативное значение дополнительная информация, которую также называют прагматической (Арнольд, 1990, 8), - со всеми остальными функциями: эмотивной, волюнтативной, апеллятивной, контактоустанавливающей, эстетической.
Из стремления говорящего/автора произвести коммуникативный эффект, наилучшим образом воздействовать на собеседника/читателя, с тем, чтобы привлечь его внимание, заинтересовать, заинтриговать или, напротив, отвлечь, взволновать или растрогать, убедить или ввести в заблуждение, возникает необходимость использования коннотации как экспрессивно-эмоционально-оценочного содержания слова или выражения/высказывания.
Вопросы, связанные с функционированием лексических единиц, традиционно относятся к сфере исследования прагматики как науки, «изучающей язык с точки зрения использующего его человека в аспекте выбора языковых единиц, ограничений на их употребление в социальном общении и эффекта воздействия на участников коммуникации» (Crystal, 1990, 240). Использование коннотации, таким образом, диктуется прагматическими потребностями.
Настоящее исследование исходит из положения о том, что лексико-семантические средства анализа не всегда дают основания для выведения реального значения и значимости коннотации в конкретном высказывании. Оказалось, что такие экстралингвистические факторы, относящиеся к сфере прагматики, как контекст ситуации, фоновое знание, пресуппозиция общения, дистанция между собеседниками и др., могут иметь большое влияние на ее
формирование. Механизмы, приводящие в действие процессы создания дополнительного значения, неуловимого содержания, подразумеваемого смысла, таятся не только в возможности семантического варьирования слова, но и в самом контексте высказывания.
Для данной работы большое значение имеет положение о диалектической связи между семантическим и прагматическим началами в значении коннотации. При этом прагматический компонент значения рассматривается как периферийный, вторичный по отношению к семантическому (Апресян, 1995, 140-141).
Используя коннотацию как особый инструмент воздействия, как дополнительное, порой нестандартное значение лексических единиц, автор стремится произвести желаемый эффект на адресата, добиться поставленной цели, естественно, оперируя возможностями семантики в прагматическом плане, то есть стараясь учитывать и особенности характера адресата, и общность фонового знания, и своеобразие речевой ситуации и т.д. Это - внешние по отношению к лексической единице факторы, влияние которых обычно ограничивается пределами данного контекста.
Однако прагматические компоненты могут входить в семантическую структуру коннотативного слова, обычно, на основе ассоциативного признака или аналогии. Например, прагматический компонент в экспрессивно-оценочном прилагательном gargantuan - «колоссальный, огромный» - связан с именем известного персонажа из произведения Рабле. В основе лексико-семантического варианта слова honey - «милый» - лежит аналогия, вызванная положительными коннотациями существительного «мед». При этом в значении данного лексико-семантического варианта закодировано прагматическое предписание, ограничивающее его употребление обращением к близкому человеку.
Актуальность темы диссертации связана с последними тенденциями в современной лингвистике. В настоящее время отмечается возрастающий интерес к рассмотрению языковых явлений в динамике их речевого функционирования,
ставящего в центр исследования реализацию языковых единиц в процессе коммуникации в соответствии с намерением говорящего. Рассмотрение коннотации в речевой данности и выявление принципов, позволяющих выводить дополнительную (нередко имплицитную) информацию, соответствует не только развитию коммуникативно-функциональной парадигмы в современной лингвистике, но и тенденциям общества в целом. Новая дисциплина - Public Relations (PR) - во многом опирается на умение специалиста грамотно владеть языком, извлекать необходимую информацию из краткого сообщения и декодировать скрытую информацию.
Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней впервые предпринимается попытка применения всей совокупности категорий и параметров прагматики в разработке методики изучения такого вопроса лексической семантики, как типы или способы реализации коннотации.
Исследование коннотации на широком речевом или текстовом пространстве привело к расширению самого этого понятия, которое оказалось более сложным и многогранным, чем представлялось прежде. Оказалось, что коннотация может выходить за рамки слова. Традиционные исследования коннотации, не входящей в состав семантической структуры слова, а создающейся творческими интенциями автора, хотя и учитывали контекст, но ориентировали на достаточно ограниченный сегмент текста (Akhmanova, 1972; Galperin, 1981; Арнольд, 1990). Прежде коннотация не рассматривалась на широком текстовом пространстве, в который она может быть вписана, приобретая при этом свойства коннотации прагматической.
Прагматические факторы используются в данной работе как при анализе дополнительной информации в семантической структуре лексической единицы, так и при исследовании контекстов, способствующих образованию коннотации, не закрепленной за отдельным словом, а выражающейся в подтексте, нелокализованности, разлитости по тексту.
Таким образом, в настоящем исследовании выделяются внутренние и внешние прагматические признаки коннотации. Внутренние признаки связаны с реальностью существования прагматических компонентов в структуре словозначения. Внешние прагматические признаки заложены в конкретном коммуникативном акте и зависят от ситуации общения, характера дистанции между собеседниками, общности их фоновых знаний, пресуппозиции общения и т.д. В соответствии с этим выделяются различные типы коннотации -коннотация, выражаемая словом и обладающая способностью расширять его семантическую структуру, с одной стороны, и коннотация, разлитая по тексту, создающая эффект подтекста, с другой.
Основная цель диссертации заключается в выявлении степени и характера прагматической обусловленности различных типов коннотации.
Ее достижение требует решения следующих задач:
1) определение типов коннотации и способов ее реализации;
2) выделение понятийного аппарата прагматики, используемого в исследовании коннотативного значения слова и выражения/высказывания;
3) определение зависимости коннотативного значения от различных типов контекста: контекста высказывания, контекста ситуации, фонового знания, пресуппозиции общения и др.;
4) рассмотрение основных терминов и понятий прагматики в плане их применимости при изучении различных типов коннотации;
5) обоснование понятия прагматической коннотации.
Теоретическая значимость диссертации заключается в разработке новой методики исследования коннотации на основе применения понятийного аппарата прагматики, что расширяет само понятие коннотации и делает более доступным ее интерпретацию, определение ее функций и роли в организации текста. Дифференцированный подход к прагматическим параметрам позволяет выявить шкалу их применимости к различным типам коннотаций. Наконец, избранный ракурс исследования делает необходимым введение и обоснование понятия
прагматической коннотации, которая органично соединяет коннотацию как принадлежность структуре слова и коннотацию, реализуемую на всем пространстве текста.
Практическая ценность работы заключается в том, что она содержит обширную информацию по истории и развитию прагматики, подробно рассматривает понятия прагматики и, таким образом» может служить основой для создания курса прагматики английского языка для студентов и аспирантов филологических факультетов. Использование аппарата прагматики способствует отработке практических навыков общения, таких, как стратегия поведения в разговоре, т.е. умение грамотно вступить в разговор и выразить несогласие, адекватное нормирование информации в соответствии с личностью собеседника и предполагаемой оценкой его фонда знаний и др. С другой стороны, понятийный аппарат прагматики вносит большой вклад в развитие общих навыков владения языком, поскольку предлагает параметры, которые могут быть использованы для регламентации и упорядочивания использования языковых средств.
Теоретической основой настоящего исследования явились труды отечественных и зарубежных лингвистов в области теории номинации (Э.С.Азнаурова, В.Н.Телия, А.А.Уфимцева), коммуникативной лингвистики и прагмалингвистики (Н.Д.Арутюнова, Г.В.Колшанский, Ю.С.Степанов, Т.М.Булыгина, В.И.Заботкина, Дж.Остин, Дж.Серль, П.Грайс, Л.Линский, Т.В.Дэйк, Дж.Лич, Д.Кристал, Дж.Юл) и др.
Данная диссертация изначально вырастает из круга традиционных вопросов лексической семантики, связанных с выявлением содержания, информации, передаваемых языком или какой-либо его единицей (Смирницкий, 1955, 1956; Виноградов, 1953, 1975; Ахманова, 1972; Гальперин, 1981; Телия, 1986; Арнольд, 1990, 1999; Гвишиани, 1986, 2000). Однако, уже в работах Э.С.Азнауровой (1983, 1988), В.И.Заботкиной (1989), Ю.Д.Апресяна (1995) было
показано, что категории прагматики могут быть успешно применены в исследовании семантических проблем.
Так, Э.С.Азнаурова впервые в отечественной и зарубежной лингвистике предложила теоретическое обоснование принципов лингвопрагматического анализа слова, исходя из основных параметров коммуникативно-прагматической ситуации, к которым относятся обстановка и место коммуникативного акта, предмет и цель коммуникации, этические, индивидуальные характеристики участников речевого общения, ролевые отношения между коммуникантами (Азнаурова, 1988, 38). Развивая эти положения, В.И.Заботкина пишет о том, что изучение словарного состава в прагматическом аспекте, т.е. с точки зрения уместности употребления лексических и фразеологических единиц в зависимости от ситуации общения и целей говорящего, позволяет выделить новое направление в изучении лексической системы языка - функциональную лексикологию (Заботкина, 1989, 6).
Ю.Д.Апресян вводит понятие языковой прагматики, под которой понимается закрепленное в языковой единице (лексеме, аффиксе, граммеме, синтаксической конструкции) отношение говорящего к действительности, к содержанию сообщения и к адресату (Апресян, 1995, 136). Так, если значение слова «инициатор» характеризуется нулевой прагматикой (т.е. исчерпывается семантикой), то в случае слова «зачинщик» на ту же семантику накладывается отрицательная оценка, относящаяся к прагматической информации в содержании слова. В соответствии с этим Ю.Д.Апресян предлагает ввести прагматическую зону в словарную дефиницию и разработать дополнительную систему прагматических стилистических помет, к которым относятся вежл(ивое), вульгарное), груб(ое), ирон(ическое), ласк(ательное), неодобр(ительное), презр(ительное), пренебр(ежительное), шутл(ивое), эвф(емистическое) и ряд других (Апресян, 1995, 145).
Ряд теоретических положений прагматики как направления в языкознании, связанного с изучением функционирования произведений речи в динамике,
избирательно использовались предшествующими исследователями при изучении отдельных явлений и аспектов английского языка: особенностей английского артикля (Ахметова, 1989), словообразовательных процессов (Косенко, 1995), при лингвофеноменологическом анализе текста (Боброва, 1991), при анализе особенностей синтаксиса текстов деловой корреспонденции (Макарова, 1996) и
др.
Интерес к функциональной стороне языка, к факторам, определяющим коммуникативный процесс, является отличительной чертой современного этапа развития языкознания. Так, в частности, современные лингвисты пытаются ответить на ряд вопросов о том, кто, где и при каких обстоятельствах обращается к словообразовательным средствам, чтобы более ясно и доступно выразить свою мысль, либо оказать воздействие на слушателя/читателя (Косенко, 1995). Поиск ответов на эти вопросы в сущности заставляет обращаться к прагматическим факторам, обусловливающим динамическое словообразование.
Исследование коннотативного потенциала производного слова предполагает обращение к тексту, т.к. именно в речевой данности происходит реализация прагматических компонентов значения слова.
Рассмотрение явлений языка в составе текста - речевых отрезков различной протяженности, позволяет выделить контексты, которые апеллируют к творческой интуиции воспринимающего, предоставляя в его распоряжение опоры для правильного восприятия производных слов. При подобной функциональной нагруженности контекст воспринимается не просто как словесное окружение производной единицы, он предстает как способ раскрытия движения человеческого воображения в процессе создания и восприятия новой единицы номинации.
При исследовании английского артикля в рамках определенного законченного, правда, пока еще достаточно короткого, речевого сегмента, делается акцент на содержании-намерении речевого произведения, на его коммуникативном задании (Ахметова, 1989).
10
В любом конкретном высказывании можно говорить о наличии прагматического (эгоцентрического) компонента речи (Боброва, 1991). Эгоцентрические слова выражают идею «присвоения» языка говорящим, в связи с чем они составляют ядро объекта прагматики. При этом «словарное» значение знака понимается как намерение конституирования означаемого, а контекстуальное - как интенциональность конкретной предметной соотнесенности материально выраженного знака. Семантико-синтаксическое устройство высказывания в общих чертах отображает прагматическую направленность опыта говорящего, включающую его познавательные и коммуникативные интенции. Вещественное содержание (эквиваленты предмета опыта, его свойств и отношений между ними) выражается с помощью лексико-грамматического наполнения высказывания, которое рассматривается в связях с предшествующим и последующим контекстом. При поэлементном (семантическом) анализе высказывания необходимо учитывать в значении не только его предметную направленность, но и интенциональные акты, с помощью которых данная предметная отнесенность была конституирована. Таким образом, анализируется «значение говорящего», делается попытка единого семантико-прагматического анализа значения слов в речевом произведении и рассматривается процесс развертывания словесного значения в тексте.
Несмотря на то, что в настоящее время объектом пристального изучения в лингвистике является текст, поскольку текст есть форма существования речи, определенное социальное действие, роль прагматических факторов в формировании окончательного речевого сообщения еще недостаточно изучена, вопрос о влиянии базы знаний индивида на его участие в процессе коммуникации еще не получил достаточно ясного разъяснения в рамках собственно лингвистических исследований (Макарова, 1996). В этой связи большой интерес представляет анализ влияния прагматических факторов на расположение тематических и рематических частей высказывания в составе дискурса, а также принцип языковой экономии в построении речи. Поскольку в
11
тексте некоторая информация может быть общим элементом когнитивной карты участников коммуникации (Макарова, 1996), она самоочевидна для обеих сторон, и поэтому может быть опущена, что дает начало «невидимому», неуловимому значению.
Таким образом, уже в предшествующих работах было отмечено, что использование и выбор различных языковых форм связаны с текстообразующей и стилистической функциями в соответствии с регистром и функциональным стилем высказывания, и влияют на саму структуру текста, служа опорой для его развития. Рассмотрение основных аспектов прагматики в качестве ключевого выделяет понятие пользователя - говорящего и слушающего, которые осуществляют выбор и употребление языковых единиц в соответствии с теми особенностями лексики, которые связаны с социальным статусом говорящих, с реальными условиями коммуникативных актов и их воздействием на слушающего. В соответствии с этим наблюдением при анализе языковых явлений применялись такие прагматические понятия, как дискурс, намерение говорящего, воздействие говорящего на слушающего, контакт между ними.
Однако прежде понятия прагматики не применялись в семантических исследованиях филологической направленности в такой полноте, как это делается в настоящей работе применительно к изучению средств реализации коммуникативного намерения автора, выражающегося в использовании коннотативного значения слова и коннотации как таковой.
Материалом настоящего исследования послужили современные пьесы, рассказы и романы английских и американских авторов общим объемом 3000 страниц (список основных источников материала прилагается).
Выбор столь различного материала для изучения прагматических особенностей коннотации не случаен. Жанр романа в силу большого объема позволяет выявить коннотации, реализующиеся на широком текстовом пространстве. Особенности краткой формы литературной прозы - рассказа -характеризуются емкостью коннотаций, создающихся в контексте специально
12
для лаконичного, экспрессивного изложения главной идеи. Пьесы, отчасти воспроизводящие разговорную речь, при восприятии которой решающее значение имеет контекст речевой ситуации, - лучшая иллюстрация прагматики в действии, как науки, изучающей влияние экстра- и интралингвистического контекста на формирование и интерпретацию речевого сообщения. Коннотации, возникающие в разговоре, оказываются связанными с такими прагматическими параметрами, как особенности речевой ситуации, характер дистанции (родственной, социальной, эмоциональной) между собеседниками, фоновое знание, пресуппозиции общения, импликатура, референция, инференция и др.
13
ГЛАВА I. ОСНОВНЫЕ ТИПЫ КОННОТАТИВНОГО ЗНАЧЕНИЯ
СЛОВА. ПОНЯТИЕ ПРАГМАТИЧЕСКОЙ КОННОТАЦИИ
1.1. Определение и основные способы реализации коннотации
Коннотация принадлежит к эмоциональной сфере языка, она является выражением субъективного отношения говорящего/автора к предмету сообщения, личности собеседника, ситуации общения. Коннотация, выражающаяся в дополнительной эмоциональной, оценочной, стилистической окраске языковых единиц или в подтексте, т.е. нелокализованности значения, разлитости по всему тексту (ЛЭС, 236), является, таким образом, предметом исследования не только семантики (отношения знаков к объектам), но и прагматики - отношения говорящих к знакам, к их целенаправленному использованию.
Например, эксплуатируя при описании города экспрессивный характер прилагательного 'ravishing', автор не только констатирует красоту города, но и передает свое личное восприятие, как бы стремясь «заразить» читателя теми эмоциями, которые построенный на воде город пробудил в нем самом: "The coach from Srinagar, a ravishing city built on water, as colourful and chaotic as its name is impossible to pronounce, passed through lush countryside " (Giles Gordon). Помимо того, что экспрессивность данного прилагательного является принадлежностью внутренней формы, т.е. его морфонологических свойств, символизирующих связь данного звучания с данным значением и данной стилистической коннотацией, 'ravishing' часто употребляется при описании чувственной красоты женщины. Эта ассоциация, являющаяся принадлежностью прагматического компонента в значении слова, способствует возникновению дополнительного оттенка значения, усиливая экспрессивность вьфажения.
Понятие коннотации возникло в схоластической логике и проникло в языкознание в 17 веке через грамматику Пор-Рояля для обозначения свойств
15
стороны слов, а также ассоциативные эксперименты, показавшие реальность осознания ассоциативно-образных, оценочных и стилистических признаков.
После выхода книги К.О.Эрдманна семантические созначения стали широко исследоваться. Ганс Шпербер (1923) выдвинул коннотативный аспект на первый план для объяснения диахронического изменения значения. Судьба слова в такой же мере зависит от попутного значения и чувственных элементов, как и от его главного значения. Шпербер пытался психологически объяснить сферу расширения употребления слова тем фактом, что в процессе употребления слова приобретают дополнительные созначения.
В трактовке Л.Блумфилда (1964) коннотация есть дополнительная информация к десигнату, такие элементы значения, которые дополнительно несут информацию о существенных свойствах и признаках объекта. Л.Блумфилд был первый, кто выделил чисто семантические коннотации, относящиеся непосредственно к сфере сознания. Сюда относятся коннотации, связанные с употреблением слов в различных местных говорах, в различных жанрах и сленгах. К этой группе относятся также коннотации, возникающие в заимствованных словах. Блумфилд выделяет также группу коннотаций, имеющих не интеллектуальную, а эмоциональную базу. Это коннотация эвфемизмов (от приличных форм до табу), коннотация усиленного значения, достигаемая, в частности, перестановкой слов в речи (например, yesterday he came), коннотация символических форм, звукоподражаний и др. Эта группа коннотаций была предметом изучения стилистики Ш.Балли (1961).
Л.Блумфилд также интерпретирует коннотацию в соответствии с бихевиористской концепцией значения (значение есть конкретное применение слов в заданной ситуации); по Блумфилду, коннотация несет указание на определенный уровень речи, обусловленный социальными, региональными, техническими и культурными факторами. Такое экстралингвистическое определение коннотации привело некоторых лингвистов (Whatmough, 1956;
16
Wells, 1954) к выводу о необходимости исключения коннотации из сферы лингвистики и отнесения ее к области компетенции прагматики.
В отечественной лингвистике коннотация понимается как эмоциональные элементы в значении слова: коннотация - «дополнительное содержание слова (или выражения), его сопутствующие семантические или стилистические оттенки, которые накладываются на его основное содержание, служат для выражения разного рода экспрессивно-эмоционально-оценочных обертонов и могут придавать высказыванию торжественность, игривость, непринужденность, фамильярность и т.п.» (Ахманова, 1966,204).
По Н.Г.Комлеву, коннотация создается в процессе восприятия слов-знаков, Это конструирование основывается на соответствии каждому слову определеного содержания, выводимого из неопределенного множества употреблений словоформ и имеющего - как явление психическое -определенную нейрофизиологическую базу в мозгу человека. В ходе общения людей эти содержания типизируются и стандартизируются (Комлев, 1969). Предлагается следующая систематизация качественно различных сфер коннотации: представление, чувство, культурный компонент, компонент поля, уровень знания, мировоззрение (Комлев, 1969, 105-130).
Коннотация связывается с опытом человека: «слова с чисто коннотативньш содержанием нельзя свести к чисто стилистической проблематике, потому что они всегда апеллируют к некоторому опыту человека, который возникает в результате его воспитания в данной культуре» (Верещагин, Костомаров, 1973, 78-79).
Ю.Д.Апресян понимает коннотацию в узком аспекте, исключая из ее содержания такие понятия, как интенсионал, модальная рамка, пресуппозиция, оценочный компонент значения, факультативный, или слабый, компонент значения, семантическая и синтаксическая валентность (Апресян, 1974; 1995, 159). Согласно этой точке зрения, термин «коннотация» ограничивается следующим определением: «коннотациями лексемы мы будем называть
17
несущественные, но устойчивые признаки выражаемого ею понятия, которые воплощают принятую в данном языковом коллективе оценку соответствующего предмета или факта действительности» (Апресян, 1995, 159). В соответствии с этим определением, коннотация является частью прагматики слова. Это понимание коннотации разрабатывалось также Л.Н.Иорданской и И.А.Мельчуком (1980, 196): «Лексическая коннотация лексической единицы L есть некоторая характеристика, которую L приписывает своему референту и которая не входит в ее толкование». Например, такой несущественный по сравнению с основным (самец курицы) признак понятия «петух» как задиристность, лежит в основе переносного значения петух - «задиристый человек».
В.И.Говердовский (1979) утверждал, что коннотацию составляют те сопредставления, которые возникают у участников речевого сообщения в связи с созданием и воспроизведением высказываний. Исследователь группирует различные типы коннотаций в три основные сферы, имеющие различную направленность: на внутренний мир человека (экспрессивно-оценочный тип), на язык (контекстный тип), на внешнюю по отношению к языку действительность (историко-культурный тип).
В исследованиях коннотации ставился вопрос о ее связи с конкретной речевой ситуацией, об уместности ее употребления в зависимости от целей, которые преследует говорящий: «реально эмоциональное значение не признается нами вне стилевого, последнее же подразумевает ту или иную эмоциональную окраску (в том числе и «нулевую»). Слушающий воспринимает выраженное чувство не только само по себе, но и с точки зрения уместности его выражения вообще в данных условиях речи и конкретного способа выражения в частности; соответственно действует и говорящий» (Филиппов, 1978, 59).
Г.В.Колшанский подходил к коннотации как средству, представляющему большой интерес при исследовании роли контекста в решении вопросов многозначности слова и его реализации в коммуникативных актах, а также
|
