ВВЕДЕНИЕ
Диссертационная работа выполнена в области пересечения актуальных направлений современного языкознания - эмотиологии,
лингвокультурологии, лингвоконцептологии и аксиологической лингвистики.
Объектом исследования являются базисные эмоциональные концепты «fear»-«CTpax», «]оу»-«радость», «зас!пе88»-«печаль», «anger»-«rHeB». В качестве предмета анализа рассматриваются лингвокультурные характеристики этих концептов в английских и русских толковых словарях.
Актуальность выполненной работы объясняется следующими обстоятельствами:
1.Изучение эмоциональных концептов осложнено диффузностыо семантики вербализующих их слов. В современной эмотиологии остро ощущается необходимость улучшения лексикографической практики в описании психических констант разных лингвокультур, в том числе английской и русской.
2.Этнокультурная специфика эмоциональных концептов на материале английских и русских словарных статей с аксиологических позиций еще недостаточно изучена.
3. Английская и русская языковые картины мира имеют многочисленные общие и отличительные признаки. Системного же описания этих признаков в лексикографическом аспекте применительно к эмоциональным концептам «fear»-«CTpax», «]оу»-«радость», «sadness»-«печаль», «anger»-«raeB», насколько нам известно, проводилось еще недостаточно.
В основу проведенного исследования положена следующая гипотеза: эмоциональные концепты «fear»-«cTpax», «]оу»-«радость», «sadness»-«печаль», «anger»-«rHeB» представляют собой сложные ментальные
4
образования, обладающие свойствами культурных концептов, но отличающиеся от них дополнительными оценочно-эмотивными и ярко выраженными ценностными характеристиками. В эмоциональных концептах, лексикографически распредмеченных в английском и русском языках, могут быть обнаружены оценочно-образные признаки как частично совпадающие, так и различающиеся в сопоставляемых лингвокультурах.
Цель исследования заключается в сопоставительной характеристике базисных эмоциональных концептов «fear»-«CTpax», «]оу»-«радость», «Бас1пе88»-«печаль», «anger»-«rHeB», получивших описание в английских и русских словарных статьях.
Поставленная цель предполагает решение следующих задач:
1. охарактеризовать лексикографическую репрезентацию номинантов, обозначающих эмоции в английском и русском языках;
2. определить общее и отличительное в способах лексикографического толкования эмоциональных концептов «fear»-«cTpax», <<)'оу»-«радость», «зас!пе88»-«печаль», «anger»-«rHeB»;
3. установить иерархию релевантных признаков в языковых иллюстрациях номинантов концептов эмоций «fear»-«CTpax», «joy»-«радость», «Бас1пе88»-«печаль», «anger»-«rHeB» на материале словарных статей;
4. выявить специфику репрезентации указанных эмоциональных концептов в сравниваемых лингвокультурах на материале словарных статей;
5. установить основные языковые средства описания эмоциональных концептов в английских и русских словарных статьях.
Научная новизна работы состоит в определении общих и специфических лингвокультурных характеристик эмоциональных концептов «fear»-«CTpax», «]оу»-«радость», «8ас1пе88»-«печаль», «anger»-«rHeB» в английском и русском языках с аксиологических позиций.
Теоретическая значимость данного исследования заключается в том, что оно вносит определённый вклад в развитие лингвоконцептологии,
5
аксиологической лингвистики и эмотиологии. Результаты работы способствуют усовершенствованию техники лексикографирования номинантов эмоций в английском и русском языках.
Практическая значимость диссертации заключается в том, что ее результаты могут найти применение в теоретических курсах языкознания, английской и русской лексикологии, в спецкурсе по лингвокультурологии, эмотиологии, а также в лексикографической практике при составлении толковых и переводных словарей.
Материалом исследования послужили данные выборки из различных словарей английского и русского языков. Общее количество языковых иллюстраций, в которых дано описание эмоциональных концептов, составляет 2100 примеров в английском и русском языках.
Цели и задачи настоящего исследования определили выбор методов анализа: общенаучное понятийное моделирование, дефиниционный анализ, интерпретация, интроспективный анализ, сплошная выборка и прием количественного подсчета.
В качестве методологической основы исследования взяты теоретические положения лингвокультурологии (В.В. Воробьев, Л.В. Ковалева, В.В. Леонтьев, В.А. Маслова, В.П. Нерознак, Ю.С. Степанов, Л.А. Фатыхова, Н.Л. Шамне, Е.И. Шейгал и др.), аксиологической лингвистики (С.Г. Воркачев, В.И. Карасик, А.П. Седых, Г.Г. Слышкин, И.А. Стернин и др.); лексикографии (Ю.Д. Апресян, А.Н. Баранов, В.Д. Девкин, В.В. Морковкин, В.П. Москвин, Ю.В. Федосов и др.), эмотиологии (Л.Г. Бабенко, А. Вежбицкая, Н.А. Красавский, Е.Ю. Мягкова, В.И. Шаховский и др.).
На защиту выносятся следующие положения:
1 .Комбинированный (родовидовой и релятивный в совокупности) способ является основным при лексикографическом описании базисных эмоциональных концептов в английском и русском языках. Данный лексикографический способ оптимален в словарной репрезентации эмоциональных концептов.
6
2.Универсальными лингвокультурными признаками всех базисных эмоциональных концептов как в английском, так и в русском языках являются: 1)«Соматические изменения внешности человека под воздействием эмоции»; 2)«Каузатор/ отсутствие каузатора эмоции».
З.Этнокультурно маркированными являются русский эмоциональный концепт «печаль» и английский эмоциональный концепт «anger». Русский концепт «печаль» обладает по сравнению с его английским эквивалентом более развитой образно-ценностной составляющей. Ядерную ассоциативно-образную зону русского концепта формируют концепты «душа», «сердце», «родина», «семья». Английский эмоциональный концепт «anger» в лексикографических источниках описан по сравнению с его русским эквивалентом более полно и образно. В русском языке по сравнению с английским не обнаружены такие семантические группы, как «необходимость контроля и преодоления эмоции anger», «способы подавления эмоции anger».
4.Базисными способами экспликации эмоциональных концептов в английских и русских словарных статьях служат антропоморфные и натурморфные метафоры, что обусловлено ассоциативной корреляцией эмоций с действиями человека и свойствами физических предметов мира.
Апробация. Основные положения и выводы диссертационного исследования были изложены на лингвистических конференциях: «Аксиологическая лингвистика: проблемы изучения культурных концептов и этносознания» (Волгоград, апрель 2003г.), «Аксиологическая лингвистика: проблемы и перспективы»» (Волгоград, апрель 2004г.), на Седьмых Международных Далевских чтениях (Луганск, октябрь 2003г.), на международной научно-практической конференции, посвященной Европейскому Дню Языков (Луганск, сентябрь 2004г.), на международной научной конференции «Мова i культура» (Киев, июнь-июль 2004г.). По материалам диссертации опубликовано 9 работ, в том числе 6 статей и тезисы 3 докладов.
7
Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии и списка лексикографических источников.
Во введении определяются объект и предмет исследования, обосновываются его актуальность, научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются основная цель и конкретные задачи, называются исследовательские методы, излагаются положения, выносимые на защиту.
Первая глава «Основные подходы к изучению концептов в современной лингвоконцептологии» посвящена рассмотрению сущности концептов, их классификаций, определению феноменов «эмоциональный концепт» и «эмоциональная картина мира».
Во второй главе «Типология лексикографических дефиниций номинантов эмоциональных концептов в английском и русском языках» обсуждается вопрос места современной лексикографии в лингвокультурологически ориентированных исследованиях, обосновывается лингвокультурологическая ценность лексикографического материала, в частности словарной статьи, для описания национальных концептосфер, в сопоставительном аспекте выявляются типы лексикографического толкования слов, обозначающих эмоции в английском и русском языках.
Третья глава «Дескрипции эмоциональных концептов в английских и русских словарных статьях» посвящена сопоставительному анализу лексикографической репрезентации концептов эмоций «fear»-«CTpax», «joy»-«радость», «8ас1пе88»-«печаль», «anger»-«rHeB», характеристике основных языковых средств их описания.
В заключении подводятся итоги проведенного исследования, намечается его дальнейшая перспектива.
8
Глава I.
ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ КОНЦЕПТОВ В СОВРЕМЕННОЙ
ЛИНГВОКОНЦЕПТОЛОГИИ
§1.Лингвокогнитивный подход к изучению концептов
Базовым понятием лингвокультурологии является, как известно, культурный концепт, который трактуется как многомерное смысловое образование, в котором выделяются ценностная, образная и понятийная стороны [Карасик 2002: 17]. Существуют два основных подхода к изучению концептов: лингвокогнитивный и лингвокультурологический, которыми соответственно пользуются лингвокогнитология и лингвокультурология.
В российской лингвистической литературе термин «концепт» [Бабушкин 1997; Кубрякова 1992, 1994; Лакофф 1988; Телия 1996] стал употребляться с 80-х годов XX века, но впервые его использует еще С.А. Аскольдов-Алексеев в 1927г.: «Концепт есть мысленное образование, которое замещает нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода. <...> Не следует, конечно, думать, что концепт есть всегда заместитель реальных предметов. Он может быть заместителем некоторых сторон предмета или реальных действий, как, например, концепт «справедливость». Наконец, он может быть заместителем разного рода хотя бы и весьма точных, но чисто мысленных функций» [Аскольдов 1997: 267-268]. С.А. Аскольдов-Алексеев выделяет основную -заместительную роль концептов, отождествляя термин «концепт» с термином «понятие».
Д.С. Лихачев продолжает рассуждения С.А. Аскольдова-Алексеева, не совсем разделяя его мнение и предлагая свою точку зрения на трактовку концепта. В статье «Концептосфера русского языка» известный академик определяет концепт как заместитель понятия, «алгебраическое выражение» или «алгебраическое обозначение» <...> «Концепт не непосредственно
9
возникает из значения слова, а является результатом столкновения словарного значения слова с личным и народным опытом человека» [Лихачев 1997: 281]. По Д.С. Лихачеву, концепт не только заменяет значение слова, но и расширяет его, вмещая в концепт предшествующий языковой опыт человека. Совокупность концептов образует крупную структурную организацию, называемую концептосферой. «В совокупности потенции, открываемые в словарном запасе отдельного человека, как и всего языка в целом мы можем называть концептосферами» [там же: 282]. Итак, концепт-это заместитель понятия, тесно связанный с национальным, культурным, профессиональным опытом человека; концептосфера языка - это совокупность концептов, отражающих исторический опыт, личностную культуру и культуру нации.
Д.С. Лихачева можно считать представителем лингвокогнитивного подхода (точнее, психолингвистического), в рамках которого концепт представляет собой мысленное образование, которое замещает в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода в индивидуальном сознании людей, т.е. выполняет заместительную функцию, которая состоит в подмене значения слова на основе личного опыта человека.
В русле этого же подхода занимается исследованием концептов и А.А. Залевская, которая определяет концепт как «спонтанно функционирующее в познавательной и коммуникативной деятельности индивида базовое перцептивно-когнитивно-аффективное образование динамического характера, подчиняющееся закономерностям психической жизни человека» [Залевская 2001: 36]. С.Г. Воркачев называет концепт «зонтиковым» термином, так как он используется в разных научных направлениях, «покрывает» различные области знания: когнитивную психологию и лингвистику, лингвокультурологию [Воркачев 2003: 8].
Выделяют два основных подхода к пониманию концептов: лингвокогнитивный [Бабушкин 1996; Кубрякова 1996: 90-92; Попова,
10
Стернин 2000 и др.] и лингвокультурологический [Вежбицкая 1999; 4 Воркачев 2003; Карасик 2002; Ляпин 1997: 11-35; Степанов 1997 и др.]. Эти два подхода не взаимоисключают, а дополняют друг друга, хотя и акцентируют внимание на разных моментах: лингвокультурология рассматривает концепт как «направление от культуры к индивидуальному сознанию», а концепт в лингвокогнитологии - это «направление от индивидуального сознания к культуре» [Карасик 2002: 18]. С.Г. Воркачев указывает, что различия в подходах к концепту когнитивной семантики и лингвокультурологии в достаточной степени условны и связаны с техникой выделения объекта исследования и методикой его описания [Воркачев 2003: • 9].
В работе И.В. Палашевской [Палашевская 2001:16-19] данные подходы рассматриваются более детально. В них выделены следующие направления к пониманию концепта - психологический подход [Лихачев 1997: 280-287], культурологический подход [Степанов 1997], семантический подход [Бабушкин 1996], интегративный подход [Ляпин 1997: 11-35]. Все эти концепции обладают определенной ценностью. Заметим, что рассмотрение природы концептов еще не завершено полностью.
Рассмотрим подробнее, как термин «концепт» трактуется в ^ лингвокогнитологии и лингвокультурологии.
С.Г. Воркачев указывает, что «лингвокогнитологические исследования имеют типологическую направленность и сфокусированы на выявлении общих закономерностей в формировании ментальных представлений. В тенденции они ориентированы на семасиологический вектор: от смысла (концепта) к языку (средствам его вербализации)» [Воркачев 2003: 9]. Следует заметить, что на данном этапе становления лингвокогнитологии возникает множество проблем, связанных с пониманием того, как человек . интерпретирует мир и себя в мире.
11
В когнитивной лингвистике термин «концепт» трактуется как единица концептуальной картины мира, как единица «ментальных или психических ресурсов нашего сознания и той информационной структуры, которая отражает знания и опыт человека; как оперативная содержательная единица памяти, ментального лексикона, концептуальной системы и языка мозга (lingua mentalis), всей картины, отраженной в человеческой психике» [Кубрякова 1996: 90], как «ментальная единица, квант структурированного знания, формируемого в нашем сознании главным образом на основе перцепции, наглядно-чувственных образов» [Попова, Стернин 2000: 4-5]. Воронежские ученые при изучении концепта исходят из того, что «никакой концепт не выражается в речи полностью», так как концепт является результатом индивидуального познания, что требует комплексных средств для своего выражения; не имеет строгой структуры и его целиком выразить невозможно так же как и невозможно зафиксировать все языковые средства выражения концепта [Там же: 11]. Концепт может быть охарактеризован типологически. З.Д. Попова и И.А. Стернин выделяют такие виды концептов: понятия, представления (прототипы), картинки, сценарии, фреймы, гештальты, которые принадлежат сознанию и формируются на основе наглядно-чувственных структур.
Интересны также работы А.П. Бабушкина и Н.Ф. Алефиренко, выполненные в русле когнитивной семантики. В исследовании А.П. Бабушкина «Типы концептов в лексико-фразеологической семантике языка» [Бабушкин 1996] концепт рассматривается с позиций когнитивной семантики. Ученый определяет концепт как дискретную содержательную единицу коллективного сознания, отражающую предмет реального или идеального мира, хранимого в национальной памяти человека в виде субстрата [Бабушкин 1996: 30-35]. Ученый указывает, что концепт может быть выражен лексически, фразеологически, грамматически и выделяет следующие типы лексических концептов: мыслительные картинки,
12
концепты-схемы, концепты-гиперонимы, концепты-фреймы, концепты-инсайты, концепты-сценарии [там же : 43-67].
Н.Ф. Алефиренко при изучении концепта делает акцент на нем как на элементе языкового сознания и определяет его как «первичную оперативную единицу когнитивной семантики - семантический эмбрион, или смысловой ген значения языкового знака» [Алефиренко 2003: 4]. Концепт как мыслительный образ обладает широким структурным диапазоном: по горизонтальной оси - от обобщенных наглядных образов до логических понятий; по вертикальной - с разной степенью эксплицирования его глубинных смысловых слоев [там же: 4].
Суммируя вышесказанное, мы можем сказать, что концепт в когнитологии - это обобщенно-целостная мыслительная единица, т.е. единица памяти, "квант" знания, отражающие опыт и результаты всей человеческой деятельности в процессе постижения мира, гипероним к понятию, представлению, схеме, фрейму, сценарию, гештальту.
§2.Лингвокультурологический подход к изучению концептов
Лингвокультурологи при изучении природы концепта на первое место ставят его значимость, ценность для культуры. В нашем диссертационном исследовании мы придерживаемся позиций лингвокультурологического подхода, в рамках которого концепты трактуются как многомерные явления культуры, имеющие ценностную специфику.
С.Г. Воркачев в монографии «Сопоставительная этносемантика телеономных концептов: любовь и счастье (русско-английские параллели)» объясняет многомерность культурного концепта его сложностью, внутренней расчлененностью. Семантически неразложимые ментальные образования получают статус культурного концепта при погружении в культурно-языковую среду: «оператор логики оценок «безразлично» в языке с
13
приобретением аксиологических коннотаций и образных ассоциаций становится концептом «равнодушие/апатия» [Воркачев 2003:5].
Достойно внимания мнение В.П. Нерознака о том, что концепт в национальной культуре имеет место, если при переводе на другой язык не существует его эквивалента: «безэквивалентная лексика, или то, что обычно называют «непереводимое в переводе» и есть тот лексикон, на материале которого и следует составлять списки фундаментальных национально-культурных концептов» [Нерознак 1998:85].
Рассматривая теоретические работы, посвященные изучению концептов, A.M. Кузнецов делает вывод, что в содержании концептов, соотносимых со словами с глубоким семантическим потенциалом, можно увидеть отражение мировоззрения человека, которое обусловлено контекстом культуры и времени, и во многих случаях проецирует такое содержание на языковую картину мира, подчеркивая ее национальную специфику [Кузнецов 2000: 17-18]. Иными словами, через оязыковленные концепты мы можем увидеть особенности этнического менталитета, а также и специфику идиостиля той/иной языковой личности.
Ю.С. Степанов определяет концепт как «сгусток культуры в сознании человека; то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека». Он разграничивает термины «концепт» и «понятие». Ю.С. Степанов относит концепт к терминологическому аппарату математической логики и культурологии, а понятие к логике и философии [Степанов 1997: 36]. Концепт, по своей сути, объемнее понятия: «зародыш, зернышко» первосмысла, из которого и произрастают в процессе коммуникации все содержательные формы его воплощения в действительности» [Колесов 1999: 81]. Можно сказать, что концепт по отношению к понятию - это родовое понятие. Само же понятие - это часть концепта.
В.И. Шаховский рассматривает отличия понятия от концепта на примере эмотивов. Исследователь указывает, что понятие отличается от
14
концепта тем, что первый феномен является совокупностью наиболее * существенных признаков предмета, а второй - содержанием внутренней формы имянаречения данного предмета, расшифровка которой осуществляется через набор релевантных семантических примитивов. Ученый пишет: «...В мире имеется определенный предмет как объект языкового отражения, имеется мыслительный конструкт-понятие о нем, имеется его концепт, в виде существующих в сознании о предмете и понятии о нем мельчайших конституентов его идеальной сущности (семантики). Все это знание о предмете - понятийное и концептуальное - проектируется на смысловое содержание их вербального коррелята (и понятие и концепт -^ авербальны) в виде лексико-семантических вариантов и их семных наборов,
которые в свою очередь состоят из признаков и конкретизаторов» [Шаховский2001: 15-16].
В структуру концепта, по Ю.С. Степанову, входит исходная форма (этимология); сжатая до основных признаков содержания история; современные ассоциации; оценки, т.е. все то, что делает его фактом культуры. В структуре концепта автор выделяет три компонента, или три «слоя», концепта: основной, актуальный признак; дополнительный, неактуальный, «исторический» и внутреннюю форму, не являющуюся ^ осознаваемой, запечатленную во внешней, словесной форме. Эти же слои можно выделить в других концептах и явлениях духовной культуры [Степанов 2001: 48]. Как можно видеть, феномен концепта можно четко структурировать.
В.П. Москвин определят концепт как «понятие, представляющее ценность для носителя языка, актуальное для него и потому выражаемое значительным количеством синонимов (в том числе - с метафорической внутренней формой), обладающих богатой лексической сочетаемостью; понятие, являющееся темой значительного количества пословиц, поговорок, фольклорных сюжетов, литературных текстов, произведений изобразительного искусства, скульптуры, музыки; понятие, глубоко
15
укоренившееся в языке и культуре народа и потому являющееся диахронической константой и языка, и культуры» [Москвин 1997: 67].
Большой интерес представляет собой труд В.И. Карасика «Языковой круг: личность, концепты, дискурс», в котором автор рассматривает концепты с позиций их ценностного компонента, с точки зрения аксиологических доминант определенного этноса, т.е. «имеется в виду сопоставление отношения к тем или иным предметам, явлениям, идеям, которые представляют ценность для носителей культуры» [Карасик 2002: 139]. Ученый указывает, что лингвистически культурные ценности воплощены в культурных концептах - многомерных, культурно-значимых, социопсихических образований в коллективном сознании, опредмеченных в той или иной языковой форме и предлагает описывать концепт при помощи особых приемов толкования значения его имени и ближайших обозначений. В его работе выделяются следующие приемы: дефинирование, контекстуальный анализ, этимологический анализ, паремиологический анализ, интервьюирование, анкетирование, комментирование.
В.И. Карасик выделяет в концептах как в культурных образованиях три стороны - образную, понятийную и ценностную, которые коррелируют со сферами понятийного (наука), преимущественно образного (искусство) и преимущественно деятельностного (обыденная жизнь) освоения мира. Так, В.И. Карасиком противопоставлено: 1 Объективное потенциальное содержание; 2)содержательный минимум, который обычно представлен в словарной дефиниции и который является актуализацией концепта, всегда частичной и субъективной по отношению к смысловому потенциалу (известно, что каждый словарь есть отражение субъективной авторской трактовки объективного содержания слов); 3)конкретизация содержательного минимума, проявляющаяся в нескольких направлениях: а)тематизация (фуганок - это инструмент; дифференциал — математическое понятие; юстировать - заниматься каким-то действием); тематическая конкретизация значения зависит от опыта человека, чем образованнее
16
носитель языка, тем ближе тематизатор в сознании человека к содержательному минимуму в идеальном сознании образцового носителя языка; б)прагматизация (эвакуация для человека, пережившего войну, содержит важные эмоционально-оценочные характеристики, которые вряд ли могут возникнуть у людей, не имеющих такого опыта; сюда же относятся статусно-ролевые, ситуативные, этноспецифические обертоны языковых реалий). Образная часть концепта связана с его перцептивной и когнитивной сторонами. Это наглядно чувственное представление, которое может быть представлено вкусовыми, зрительными, тактильными, слуховыми, воспринимаемыми обонянием характеристиками предметов, явлений, событий, отраженных памяти человека. Предметно-образная сторона концепта являет собой «сгусток жизненного опыта, зафиксированный в памяти человека» [Карасик 2002:151].
По мнению С.Г. Воркачева, понятийная сторона концепта - это его языковое воплощение, его обозначение, описание, признаковая структура, дефиниция, сопоставительные характеристики данного концепта по отношению к тому или иному ряду концептов, которые никогда не существуют изолированно. С.Г. Воркачев уточняет, что понятийную составляющую культурного концепта образуют разнотипные семантические признаки: дефиниционные/дистинктивные, отличающие его от смежных концептов; эссенциальные/сущностные, формирующие его концептуальные «фацеты»; импликативные, выводимые из дефиниционных; энциклопедические - дефиниционно избыточные и пр. [Воркачев 1995: 57].
Ценностная сторона концепта является его главным признаком: она аккумулирует ценностные доминанты, присущие данной культуре. Совокупность концептов, рассматриваемых в аспекте ценностей, образует ценностную картину мира [Карасик 2002: 131-154]. Концепты концентрируют в себе духовное богатство нации, в них «отражается «дух народа», что определяет их антропоцентричность - ориентированность на духовность, субъективность, социальность и «личную сферу» носителя
17
этнического сознания [Воркачев 2003:7]. В культурных концептах отражаются признаки культуры данного этноса, национальное мировоззрение, духовная активность общества.
Э.В. Грабарова пишет о том, что рассмотренные выше три составляющие структуры концепта указывают на связь концепта:
1. с языком (объективация того или иного концепта различными способами: слова, словосочетания (лексика); фразеологические единицы (фразеология); пословицы, поговорки (паремиологический фонд); афоризмы, тексты и т.п.);
2. с культурой, если исходить из рассмотрения культуры как национальной системы ценностей и идей, обусловленной реальной историей народа и его духовно-психическим складом;
3. с человеком и его деятельностью (речевой, мыслительной и т.п.) [Грабарова 2003: 9-10].
Заслуживает внимания и лингвокультурологический подход к изучению концептов, предложенный А. Вежбицкой. Она определяет концепт как «объект из мира «Идеальное», имеющий имя и отражающий определенные культурно-обусловленные представления человека о мире «Действительность»» [Вежбицкая 1999]; и рассматривает концепты как инструменты познания окружающего мира, описанные средствами языка в виде некоторых объяснительных конструкций; это так называемые «ключевые слова», которые важны и показательны для национальной культуры.
По мнению А. Вежбицкой, в русской культуре особенно важную роль играют русские слова судьба, душа и тоска. Исследователь пишет: «Такие ключевые слова, как душа или судьба, в русском языке подобны свободному концу, который нам удалось найти в спутанном клубке шерсти: потянув за него, мы, возможно, будем в состоянии распутать целый спутанный «клубок» установок, ценностей и ожиданий, воплощаемых не только в словах, но и в

Получить работу