ПРЕДИСЛОВИЕ
Характерная для последней трети XX - начала XXI века тенденция к интеграции языковых уровней позволяет рассматривать проблему фразеологического значения в русле взаимосвязи семантики, грамматики и прагматики, обеспечивающей возможности комплексного функционально-семантического подхода к анализируемому участку языковой деятельности.
Предметом исследования является аксиологический аспект значения и функционирования фразеологизмов, возникших в результате наблюдений за животными и растениями: стреляный воробей; гусь лапчатый; как рак на мели; божий одуванчик; фиговый листок; белены объелся и др.
Объектом исследования являются семантика и функции фразеологических оборотов, в состав которых входят в качестве компонентов слова-зоонимы, анималистическая лексика и слова-фитонимы, выражающие эмоционально-оценочное отношение народа как творца, создателя фразеологизма и как пользователя, демонстрирующего специфическую художественную реакцию личности на ту или иную ситуацию:
Я был щенком, когда родился, гусем лапчатым, когда вступил в жизнь. Определившись на государственную службу, я стал крапивным семенем. Начальник величал меня дубиной, приятели - ослом, вольнодумцы — скотиной. Путешествуя по железным дорогам, я ехал зайцем, живя в деревне среди мужичья, я чувствовал себя пиявкой. После одной из растрат я был некоторое время козлом отпущения. Женившись, я стал рогатым скотом. Выбившись, наконец, на настоящую дорогу, я приобрел брюшко и стал торжествующей свиньей (А. Чехов).Актуальность темы определяется необходимостью изучения русской фразеологии не только на формально-грамматическом, но и на функционально-семантическом, лингвокультурном и лингвокогнитивном основаниях. Установление значимости этих оснований в исследованиях последних лет (Алефиренко Н.Ф., 1993; Добровольский Д.О., 2004; Жуков В.П., 1986; Козлова Т.В., 2001;
Красных В.В., 2004; Солодуб Ю.П., 1987; Телия В.Н., 1996 и др.) позволяет рассматривать фразеологизм как один из механизмов межуровневого взаимодействия в языковой системе и его реализации в речевой деятельности. Описание этого механизма в категории оценки относится к числу неразработанных проблем как лексической и фразеологической типологии, так и функциональной грамматики. Знаковая реализация этого взаимодействия обнаруживает богатый духовный мир языковой личности, расширяет национально обусловленную аксиосферу речевой культуры в русском языке. Поэтому необходимо подробно рассмотреть большой пласт фразеологизмов, объединяемых в систему на основе специфического по семантике компонента - имени животного или растения, а также анималистического имени, как одну из составляющих функционально-семантического поля (ФСП) оценки (ТФГ, 1992; Маркелова Т.В., 1995, 1996). Актуальность темы определяется также практически полным отсутствием системного описания оценочной семантики и функции фразеологизмов с зоонимами и фитонимами в их составе. Образная основа фразеологизмов, реализующая сложные отношения между миром человека и миром природы, детерминирует своевременность обращения к взаимодействию двух главных разделов научного знания - естествознания и гуманитарного знания: анализ оценочной метафоры (лингвистического знания) основан на когнитивной этологии - науке о поведении животных и человека (биологического и психологического знания). Фразеологизмы с названиями животных и растений отличаются высокой степенью распространенности и универсальности, поскольку активно используются в речевой деятельности в качестве образной характеристики человека, ситуации, события, обладая высоким оценочным потенциалом.
В работе ставится цель: исследовать оценочную семантику фразеологизмов, основанную на прагматическом характере фразеологического значения и коннотативном потенциале слова-зоонима и слова-фитонима; связать метафорические образы как основу творческого создания и функционирования фразеологизмов с психобиологической природой животных и человека.
Реализация цели предполагает решение следующих задач:
• выявить функционально-семантические и грамматические особенности фразеологизмов с зоонимами и фитонимами;
• систематизировать фразеологизмы с зоонимами и фитонимами как средство выражения оценочных значений в функционально-семантическом поле оценки, на его парадигматической и синтагматической оси;
• сопоставить зоонимы, фитонимы и анимализмы как лексические единицы и как компоненты фразеологизмов;
• представить переносное значение зоонимов и фитонимов как механизм взаимодействия лексического и фразеологического уровней языка при выражении оценочной семантики в ФСП оценки;
• описать метафорическую природу формирования образа во фразеологизмах, восходящих к образам животного и растительного мира;
• показать специфическую оценочную природу фразеологизма, в которой сопряжены прагматические и коннотативные смыслы оценочного знака;
• продемонстрировать национально-культурный и лингвокогнитивный контексты создания и употребления фразеологизмов в речевой деятельности.
Основная исследовательская гипотеза заключается в том, что фразеологизм является важнейшим средством выражения оценочной семантики, а внутренняя форма его компонентов представляет собой механизм взаимодействия лексического и фразеологического уровней языка.
Основные положения, выносимые на защиту:
1. Оценочное значение является одним из показателей семантической целостности, устойчивости и воспроизводимости фразеологизма.
2. Внутренняя форма зоонимов и фитонимов как компонентов фразеологизма способствует созданию образности как основы оценочной функции фразеологического оборота.
3. Фразеологизмы, восходящие к образам животного и растительного мира, - это синкретические оценочные знаки, реализующие сплав прагматического и коннотативного значений в функционально-семантическом поле оценки.
4. Оценочные функции актуализируются у именных и адъективных фразеологизмов, закрепившихся как предикаты с характеризующим значением. Глагольные фразеологизмы, ослабляя свою видовременную активность и, следовательно, процессуальность, сближаются в позиции оценочного предиката с именными фразеологизмами.
5. В формировании оценочной семантики фразеологизмов главную роль играет национально-культурный контекст употребления зоонимов и фитонимов, основанный на элементах языкового сознания - представлениях, детерминированных «блоком» биологического, этологического, энциклопедического знания; стереотипными образами; мифологическими образами; фольклорными персонажами.
6. Оценочные коннотации развиваются у зоонимов и фитонимов, а также анималистической лексики, на базе фразеологического окружения: под его влиянием создаются оценочный импликационал, оценочный интенсионал слова, обусловленные взаимодействием лексического и фразеологического уровней языка.
7. По характеру оценочного значения выделяются три группы фразеологизмов, восходящих к образам животного и растительного мира: обороты с отрицательной оценочной семантикой; обороты, способные выражать как положительное, так и отрицательное оценочное значение; обороты с положительной оценочной семантикой; обороты с диффузной оценочной семантикой, положительный или отрицательный вектор которой зависит от контекста.
8. В составе оценочных фразеологизмов в качестве структурообразующего элемента преобладают ЛСГ зоонимов, класс млекопитающих, которая наиболее регулярно выражают негативную оценку.
9. При актуализации оценочной семантики фразеологизмов зоонимы и фи-тонимы характеризуются как метафорические экспрессивы с диффузной семантикой. Они представляют речевые единицы с двойной корреляцией: связывают мир человека и мир природы.
10. Переносные значения зоонимов и фитонимов, базирующиеся на потенциальных семах, являются механизмом взаимодействия лексического и фразеологического уровней языка в процессе оценочной деятельности.
8
11. Фразеологизмы характеризуются комплексной, неэлементарной семантикой, интегрирующей в себе также и прагматический аспект - отражение денотативного ядра значения, оценку говорящим ситуации (лица, предмета), информацию об эмоциональном отношении говорящего к обозначаемому участку действительности, стилистическую значимость, мотивированные тем ассоциативно-образным представлением, которое сопряжено с внутренней формой компонента фразеологизма, образностью и экспрессией самого фразеологизма.
Теоретической основой исследования является основное положение функционально-семантического подхода к языку: от понятия (оценки) — к функции (употреблению в оценочном высказывании) — к форме (фразеологизму с системным наполнением компонентов). В рамках этого подхода применялся компонентный семантический анализ, контекстуальный метод исследования. Работа построена на индуктивном методе анализа: от конкретных языковых фактов к установлению системных отношений между ними и обобщению на этой основе теоретических положений и выводов. Как вспомогательные, при сборе и систематизации материала использовались методы лингвистического наблюдения и описания.
Научная новизна диссертации заключается в комплексном характере описания аксиологической природы фразеологизмов, демонстрирующем механизм взаимодействия лексического и фразеологического уровней языковой системы в ранге оценочных коннотаций слов-зоонимов и слов-фитонимов. Новым является также сочетание лингвокультурологического и лингвокогнитивного подходов при исследовании образной природы оценочных фразеологизмов, основанное на привлечении к исследованию данных биологической науки, а также этологии и эт-нопсихолингвистики.
Практическая ценность исследования состоит в том, что собранный и анализируемый в диссертации материал представляет особый интерес для лексикографической и фразеографической практики, может послужить основой для речевого фразеологического словаря, использоваться при чтении курса «Современный русский литературный язык», разделов лексикологии и фразеологии, при
разработке спецкурсов по фразеологии и по теории ФСП оценки. Материалы исследования могут быть привлечены для углубленного изучения русского языка в профильных классах школы, для преподавания русского языка как иностранного. Результаты работы намечают перспективы дальнейших исследований знаковой природы единиц фразеологического состава во всем многообразии их проявления в речевой деятельности.
Материал исследования. Выводы исследования основываются на описании собранных в картотеке более 1000 фразеологических оборотов. Проанализировано также более 1000 фрагментов художественных текстов, содержащих обороты с зоонимами, анималистическими лексемами и фитонимами.
Определения значений слов даются по Словарю русского языка в 4 томах под ред. А.П. Евгеньевой, 1989 (MAC); Толковому словарю русского языка СИ. Ожегова, Н.Ю. Шведовой, 1999 (СОШ); толкования фразеологических значений — по Фразеологическому словарю русского языка под ред. А.И. Молоткова, 1986 (ФСМ); Фразеологическому словарю русского литературного языка под ред. А.И. Федорова, 2001 (ФСФ); Фразеологическому словарю русского языка под ред. А.Н. Тихонова, 2003; Этимологическому словарю в 4 томах М. Фасмера, 1973; Словарю образных выражений русского языка под ред. В.Н. Телия, 1995; Идеографическому словарю русских фразеологизмов с названиями животных Т.В. Козловой, 2001; Школьному фразеологическому словарю В.П. Жукова, А.В. Жукова, 1994 (ФСЖ); Русскому культурному пространству: Лингвокультурологическому словарю, 2004 (ЛКС); Словарю русской фразеологии. Историко-этимологическому справочнику А.К. Бириха, В.М. Мокиенко, Л.И. Степановой, 2001 (СРФ); Толковому словарю живого великорусского языка в 4 томах В.И. Даля, 1989 - 1991.
Апробация исследования
Материалы исследования обсуждались на кафедре русского языка Мичуринского государственного педагогического института, были представлены на научных конференциях, в том числе международных, в Мичуринске (1997, 2001, 2002, 2003), Липецке (ЛГПУ) (2002), Москве (2002). Результаты исследования отражены в 7 публикациях.
10
Структура диссертации. Работа состоит из Предисловия, трех глав, Заключения, Библиографии, Списка источников языкового материала, Приложения 1 и 2 (таблицы).
11
ГЛАВА I. ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКАЯ ЕДИНИЦА КАК СРЕДСТВО ВЫРАЖЕНИЯ ОЦЕНОЧНОГО ЗНАЧЕНИЯ В РЕЧЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
§1. Вводные замечания
По общепризнанному мнению, фразеологический состав языка представляет собой «наиболее самобытное его явление» (Ройзензон Л.М., 1977. С. 116) и дает особенно благодатный материал для исследования оценочного фрагмента языковой картины мира, «поскольку в нём концептуализированы не только знания о собственно человеческой, наивной картине мира и все типы отношений субъекта к её фрагментам, но и как бы запрограммировано участие этих языковых сущностей вместе с их употреблением в межпоколенной трансляции эталонов и стереотипов национальной культуры» (Телия В.Н., 1996. С. 9).
В описании фразеологизма на настоящем этапе развития русистики важны не столько его структура, семантические и грамматические свойства, сколько признаки, формируемые человеческим фактором в языке - эмотивность, образность, оценочность, обусловленные функционально-семантическими и структурно-семантическими характеристиками этой одной из самых специфических языковых единиц: «Фраземные знаки представляют собой самостоятельные духовные ценности. Подобно рычагам, они содействуют образности и убыстрению мышления» (Архангельский В.Л., 1978. С. 8).
Несомненно, названные характеристики, то есть проблема фразеологического значения и фразеологической структуры, зависят от целого ряда дискуссионных вопросов и имеющихся классификаций:
вопроса об объеме фразеологии и ее единиц — месте в системе уровней языка;
классификации по семантической слитности;
по грамматической форме;
стилистической функции.
В нашей работе употребляем в однородном ряду термины фразеологизм, фразеологическая единица: «Фразеологизм, фразеологическая единица - общее
12
название семантически несвободных сочетаний слов, которые не производятся в речи (как сходные с ними синтаксические структуры - словосочетания или предложения), а воспроизводятся в ней в социально закрепленном за ними устойчивом соотношении смыслового содержания и определенного лексико-грамматического состава» (Русский язык. Энциклопедия, 1979. С. 381); фразема, фразеологический оборот: «Фразеологический оборот - это воспроизводимая единица языка из двух или более ударных компонентов слоеного характера, целостная по своему значению и устойчивая в своем составе и структуре» (Шанский Н.М., 1972. С. 169 - 170).
Проблема объема фразеологии и ее места в системе языковых уровней обусловлена различным пониманием знаковой природы фразеологизма и признаков этой единицы, которые в истории изучения фразеологии пережили расширение и сужение своего состава. Наиболее полный перечень признаков, определяемый стремлением обнаружить универсальные для всех типов фразеологизмов свойства, представлен в исследованиях В.Л. Архангельского: «Фразеологической единицей называется существующая в языке на данном этапе его исторического развития постоянная комбинация словесных знаков: предельная и целостная; воспроизводимая в речи его носителей; основанная на внутренней зависимости членов; состоящая минимум из двух строго определенных единиц лексического уровня, находящихся в известной последовательности; грамматически организованная по существующим или существовавшим моделям словосочетаний или предложений; обладающая единым значением, в разной степени комбинаторным в отношении к значениям сочетавшихся элементов, но стабильным в отношении означаемого или выражаемого» (Архангельский В.Л., 1964. С. 91).
Опираясь на позицию П.А. Леканта, согласно которой «только совокупность всех существенных признаков может дать точное и полное представление о единице фразеологии» (Лекант П.А., 2002. С. 258), считаем этими признаками устойчивость, воспроизводимость, нечленимость, номинативность, образность, экспрессивность, объем более одного слова, раздельнооформленность (Виноградов В.В., 1947; Телия В.Н., 1996; Шанский Н.М., 1972; Шмелев Д.Н., 1977).
13
Отсутствие хотя бы одного из названных признаков исключает названную единицу из фразеологического состава языка.
К числу наиболее дискуссионных вопросов фразеологии относится объем фразеологического корпуса в языковой системе.
Дискуссионность проблемы ресурса фразеологических единиц отличается наличием двух подходов - широкого и узкого - в понимании фразеологической единицы.
Широкий подход к фразеологии предполагает введение в реестр ее единиц идиом («Термин «идиом» ... употребляется по-разному, чаще всего является синонимом термина «фразеологизм» с несколько более узким значением...» (Степанов Ю.С., 1975. С. 57)), то есть фразеологических сращений и выражений: собаку съесть, рабочая лошадь; фразеологических сочетаний: телячий восторг; паремий - пословиц и поговорок: кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку; как не вертись собака, а хвост позади; крылатых слов (по Н.М. Шанскому, фразеологических выражений): Аи, Моська, знать она сильна, что лает на слона (И. Крылов); речевых штампов - устойчивых формул типа всего хорошего, до новых встреч.
Определение в этом реестре общих признаков: воспроизводимости и структурной устойчивости - и особенных признаков: «экспрессивной окрашенности» (В.Н. Телия) для идиом; аналитизма (по терминологии В.Н. Телия — аналитических коллокаций) - для фразеологических сочетаний; образности и сентенцио-нальности - для паремий; стилистической окраски - для штампов - позволяет В.Н. Телия, автору монографического исследования фразеологической системы русского языка, выделить «ядро» и «периферию» этой организации, присвоив символы Фразеология 1, 2, 3, 4, 5, 6 ее сферам и описав их взаимодействие, переходные зоны (например, змея подколодная) (Телия В.Н., 1996. С. 59 - 77).
Узкий подход к фразеологии выделяет только класс идиом (фразеологических сращений и выражений), отличается особым вниманием к разграничению слова и фразеологизма.
14
Связанный непосредственно с разграничением слова и фразеологизма, вопрос о количестве слов в составе оборота не вызывает сомнений при сочетании минимум двух знаменательных слов (темная лошадка; работать как лошадь и т.д.), но требует разъяснений в случае наличия знаменательного и служебного слова в составе оборота, например, ни пера - «мало»; не по шерстке - «неприятно» и др. Их раздельнооформленность и устойчивость выражены не вполне убедительно. Однако данные сочетания имеют единое значение, не совпадающее со значением существительного и не вытекающее из суммы значений предлога и существительного: ср.: с сердцем — «сердито» или «рассердившись», что не свойственно значению ни имени, ни предлога. Употребление в конкретных синтаксических функциях - сказуемого и обстоятельства, а также образность, основанная на внутренней форме оборота и не свойственная свободному употреблению данного сочетания (ср.: это им на руку — на руку надевали один рукав), обеспечивают признаки устойчивости и экспрессивности фразеологических сочетаний типа под мухой; как собаку; на крыло; под крыло; с мухой (в голове); в лапах; по коням; на конь; под лапой; в хвосте; в корне и мн. др. (Лекант П.А., 2002. С. 259). В лингвистической литературе отмечается продуктивность этого явления, умножающего выразительность и богатство русского языка, в просторечии, сниженном стиле языка.
Проблемы объема фразеологического корпуса, семантической характеристики его единиц, их взаимоотношений со словом нашли свое отражение в известной классификации фразеологизмов по семантической слитности, основанной на теории идентификации фразеологизма и слова (Балли Ш., 1955) и изложенной во фразеологической концепции В.В. Виноградова (Виноградов В.В., 1977). В соответствии с названым подходом степень семантической идентифицируемости стала критерием внутрисистемного разграничения типов фразеологизмов на:
• эквиваленты слов, то есть фразеологические сращения, которые «образуют своеобразные синтаксически составные слова, выступающие либо в роли частей предложения, либо целых предложений», «подводятся под грамматические категории как целостные семантические единицы», но не имеют «полного парал-
15
лелизма между грамматическими и лексическими единицами их состава (Виноградов В.В., 1986. С. 29);
• потенциальные эквиваленты слов, или фразеологические единства, «отличающиеся семантической сложностью своей структуры, потенциальной выводимостью своего общего значения из семантической связи компонентов», «потенциальной лексической делимостью» и «синтаксической разложимостью» (там же, с. 30-31);
• фразеологические сочетания, представляющие собой «тип фраз, образуемых реализацией несвободных значений слов», фраз аналитичных, поскольку «в них слова с несвободным значением допускают синонимическую подстановку и замену, идентификацию» (там же, с.32).
Семантические позиции В.В. Виноградова и его типология фразеологизмов накладываются также, на наш взгляд, на синтаксический подход акад. А.А. Шахматова к фразеологическим явлениям языка, на его систематизацию синтаксически неразложимых словосочетаний:
грамматически неразложимые, но лексически свободные (протопить комнату);
грамматически неразложимые и лексически ограниченные {два килограмма);
грамматически неразложимые и лексически несвободные {черт знает что);
грамматически и лексически неразложимые {спустя рукава);
грамматически разложимые, но лексически несвободные {Красная Армия) (Шахматов А. А., 1941).
Определяемое слово с определяющим во многих случаях при этом, - отмечает А.А. Шахматов, - «стремится составить одно речение», а семантическая неразложимость словесной группы ведет к ослаблению и даже утрате грамматической расчлененности.
Однако в состав фразеологизмов вводят и многочисленные паремии русского языка, пословично-поговорочные обороты, называемые Н.М. Шанским фразеологическими выражениями (Шанский Н.М., 1985. С. 25).
16
В исследуемом материале представлены все виды фразеологических единиц, но неравномерно. Именно фразеологические единства составляют подавляющее большинство устойчивых выражений, семантика которых мотивирована значениями составляющих их компонентов, восходящих к образам животного и растительного мира: как с гуся вода («легко, без труда» - в силу такого биологического признака, как несмачивание перьевого покрова, быстрое скатывание воды с перьев вследствие смазывания перьев водоплавающих птиц жирными выделениями копчиковой железы); расти как грибы («быстро, легко» - в силу того, что споры, с помощью которых размножаются грибы, очень легкие и при рассеивании попадают в самый верхний слой почвы, что приводит к их быстрому прорастанию, появлению большого количества грибов); обдирать как липку («отбирать, отнимать все дочиста, грабить» — в силу биологических особенностей луба (коры) липы, его необычайной мягкости и пластичности; человек издревле эксплуатирует деревья липы, обдирая их иногда полностью, для изготовления лаптей, рогож, циновок, веревок и т.д.).
Меньшую часть в нашем материале представляют сращения, сочетания и выражения:
оставлять на бобах; барашек в бумажке; вбить осиновый кол в могилу, тянуть бодягу; давать дуба (обобщенно-целостное значение этих оборотов не мотивировано с точки зрения современного состояния лексики); телячий восторг; сорока на хвосте принесла; куда ворон костей не заносил.
Выделяя вслед за Е.И. Дибровой такие семантические признаки фразеологических единств, как идиоматичность, мотивированность значения фразеологизма значением слов-компонентов, наличие внутренней формы, экспрессивно-эмоциональную окрашенность, а также омонимические лексические отношения между фразеологизмом и свободным сочетанием слов, возрождающие фразеологический образ (Современный русский язык, 2000. С. 63 - 64), считаем необходимым подчеркнуть особую роль фразеологических единств в выражении ценностной картины мира говорящего.
17
Наличие выделенных признаков определяет также особые отношения лексического и фразеологического уровней языковой системы. Подчеркивая нерешенность вопроса о самостоятельности фразеологии как дисциплины (и, соответственно, ее уровневой стратификации), освещенную в работах В.Л. Архангель-ского,(1964), В.В. Виноградова (1977), В.П. Жукова (1986), Р.Н. Попова (1976), Л.И. Ройзензона (1977), В.Н. Телия (1996), в программном сборнике «Проблемы фразеологии» (1964), мотивируем ее спецификой единиц, номинативность которых, с одной стороны, обращена на объект названия, с другой - использует для этого слова — номинации других объектов.
Лингвистические наблюдения над взаимодействием фразеологизма и слова (в нашей работе - слова-фитонима, зоонима или анимализма) позволяют опираться на «мысль о существовании в языке единой лексико-фразеологической системы, где фразеология - особый подраздел косвенных, составных наименований, которым свойственны свои дифференциальные признаки» (Современный русский язык, 2000. С. 73).
В освещении данной проблемы с помощью исследования нашего объекта мы опираемся на позиции современной лингвистической науки о том, что фразеологизм, как и слово, обладает эпидигматикой, парадигматикой и синтагматикой. Он имеет собственную специфику, обусловленную особым характером номинации, его текстовой природой и приспособленностью «к функции характеризующей предикации» (Телия В.Н., 1996. С. 9), тем, что «... фразеологический состав языка не знает рамок - это скорее - безбрежный разлив, вышедший за лексикологическое русло» (там же, с. 55). Все сказанное позволяет анализировать наш объект с позиции В.В. Виноградова, предлагавшего исследовать фразеологический состав «на всем пространстве взаимодействия уровней языковой системы» (Виноградов В.В., 1977).
Свойства слитности, нерасчлененности значений компонентов во фразеологизме обеспечивают его образность, эмоциональность и экспрессивность. Почти каждый оборот «живет» в историческом, культурном, этнографическом контексте: вбить осиновый кол в могилу - «окончательно избавляться от кого-либо, чего-

Получить работу