Введение
Актуальность темы. В системе мер, применяемых государством по обеспечению законности и укреплению правопорядка, одно из центральных мест занимает защита прав и свобод человека и гражданина. Особенно это касается уголовного судопроизводства, когда в отношении лица выдвинуто обвинение в совершении преступления, и к нему применяются меры процессуального принуждения. Для лица, привлекаемого в качестве обвиняемого, законность предварительного расследования и судебного производства в значительной мере определяется обоснованностью и целесообразностью применяемой к нему меры пресечения.
До недавнего времени применение конкретных мер пресечения на практике, как правило, не вызывало трудностей. Органами дознания, следователями, прокурорами и судами применялись, в основном две меры пресечения: подписка о невыезде и заключение под стражу. Хотя другие виды и были закреплены законодательством, их применение не носило столь же массового характера, а некоторые, например, личное и общественное поручительство, залог — практически не использовались.
Реформирование общественной и политической жизни страны реанимировало залог как меру пресечения, который с каждым годом стал использоваться все чаще. И это понятно, так как залог, будучи достаточно строгой, является, в то же время, наиболее щадящей мерой пресечения, из числа применяемых к лицам, обвиняемым в тяжких преступлениях. Залог не ущемляет непосредственно права и свободы человека, он действует опосредованно, через имущественные интересы последнего.
Однако проблемы применения залога не решены. Нет законодательного механизма точного и четкого использования залога, не определен круг объектов, представляемых в качестве залога, отсутствует нормативное закрепление порядка возвращения залога. Следовательно, необходима научная разработка этих вопросов и закрепление соответствующих нормативных предписаний в действующем законодательстве.
До настоящего времени эти вопросы в юридической литературе не были исследованы с надлежащей глубиной, ни в период судебных преобразований 1864 года, ни в советский, ни в современный периоды. Некоторые авторы обращались к теме залога, однако, их исследования, в основном, ограничивались комментарием норм, закрепленных уголовно-процессуальным законодательством.
В последние годы интерес к залогу как к мере пресечения заметно возрос, что сразу отразилось в научной литературе. Проблемы залога рассматривались в работах А.Е. Белоусова, А.Д. Бурякова, Л.И. Даныпиной, З.Д. Еникее-ва, З.Ф. Ковриги, В.А. Михайлова, И.Л. Петрухина, О.И. Цоколовой. В них, однако, затрагиваются лишь некоторые аспекты применения залога. Только В.А. Михайлов посвятил залогу отдельные работы, и предложил свое решение некоторых проблем залога. Однако и его исследования касались всей системы мер пресечения, что не позволило автору сосредоточиться на данной проблеме и всесторонне ее исследовать.
Настоящая диссертация представляет собой исследование и разрешение всех теоретически и практически значимых проблем применения залога как меры пресечения. Комплексное рассмотрение залога как меры пресечения во всех стадиях уголовного судопроизводства, выяснение его целей и задач, анализ «пробелов» законодательства в вопросах применения залога, построение правовой модели регулирования залога в новом законодательстве -позволят, как представляется, в дальнейшем содействовать усилению защиты прав и свобод человека в уголовном процессе, успешному осуществлению задач уголовного судопроизводства, а также укреплению законности и правопорядка в стране.
Актуальность вышеназванных проблем, с точки зрения теории и практики, и предопределила выбор темы диссертационного исследования.
Объект исследования - нормы уголовно-процессуального права, регулирующие институт мер пресечения, в том числе залог; нормы гражданского права, регулирующие залог, как средство обеспечения обязательства; проекты
нового уголовно-процессуального законодательства, в части норм, регулирующих институт мер пресечения, в том числе залог; материалы судебной и следственной практики; статистические данные; научная и учебная литература.
Цель исследования состоит в определении сущности, содержания и роли залога в системе мер пресечения; обосновании научного положения о взаимосвязи и взаимозаменяемости различных видов мер пресечения; в построении правовой модели регулирования залога как меры пресечения. Достижение данных целей связано с решением теоретических и научно-практических задач, в числе которых: исследование правовой характеристики залога и его отличия от других мер пресечения; выявление закономерностей развития залога как меры пресечения в историческом аспекте; определение целей и оснований применения залога в российском уголовном судопроизводстве; исследование эффективности залога в следственной и судебной практике; исследование проблем процессуального порядка применения залога в уголовном процессе; подготовка научно обоснованных предложений по совершенствованию залога как меры пресечения; построение правовой модели регулирования залога в новом уголовно-процессуальном законодательстве России.
Методологические основы и методика исследования. Теоретическую базу исследования составляют научные труды в области философии, общей теории права, конституционного права, уголовного права, уголовного судопроизводства и гражданского права. Использованы общие и частные методы исследования, в том числе: исторический, системный, сравнительно-правовой, статистический. Изучены материалы исследований, касающиеся темы диссертации, российское и зарубежное законодательство, международно-правовые акты, ведомственные нормативные акты, материалы судебной и следственной практики, статистики. Использован опыт следственной работы автора в органах МВД; наблюдения, почерпнутые им из собственной научно-педагогической, организационно-научной и учебно-методической деятельности в высших учебных заведениях; а также результаты программированного изучения 256 уголовных дел, расследованных и рассмотренных в Самарском регионе, по которым к обвиня-
емым применялся залог. Кроме того, осуществлены анкетные опросы 132 следователей прокуратуры и МВД различных регионов Самарской области. Также были использованы и данные стратегической отчетности о применении залога в стране, с которыми диссертант ознакомился непосредственно в Министерстве юстиции РФ.
Научная новизна исследования. С момента закрепления залога в уголовно-процессуальном законодательстве, проблемы залога как меры пресечения не подвергались всестороннему научному исследованию. Настоящая диссертация - первое в теории уголовного процесса монографическое исследование, посвященное комплексному изучению и рассмотрению проблем теории и практики применения залога в качестве меры пресечения. В данной работе подвергается критике позиция ученых, пытающихся необоснованно отрицать роль залога в системе мер пресечения, раскрывается правовая природа залога с учетом гражданско-правового анализа залога как правового обязательства и специфики уголовного судопроизводства, выявляется место залога в этой системе, и предлагается новый подход к построению системы мер пресечения, показывается связь между конкретными мерами пресечения и общественной опасностью инкриминируемого деяния, выявляются пробелы действующего законодательства, анализируются проекты Уголовно-процессуальных кодексов по вопросам применения залога. Впервые залог подразделяется на два вида: залог, вносимый обвиняемым, и залог, вносимый третьим лицом. Обосновывается необходимость сужения предмета залога и, одновременно, расширения сферы действия данной меры пресечения.
Перечень основных положений, выносимых на защиту: 1. Определяется общая цель института мер пресечения как обеспечение надлежащего поведения обвиняемого в рамках уголовного процесса, с установлением границ такого поведения: являться по вызову органа предварительного расследования, прокурора и суда; не менять, без разрешения, место жительства или место нахождения; не мешать установлению истины по уголовному делу; не продолжать преступную деятельность; не скрываться от осуществления правосудия.
2. Обосновывается классификация оснований применения мер пресечения на общие и специальные; предлагается закрепить в законе общие основания института как достаточные фактические данные, свидетельствующие о возможном совершении обвиняемым действий, направленных на нарушение нормального хода уголовного процесса; в нормах, регламентирующих применение конкретных мер пресечения, предлагается закрепить специальные основания.
3. Вносится предложение по совершенствованию системы мер пресечения на основе выявления связей между составляющими ее видами и проведения классификации по различным основаниям. В основу такой систематизации положено различие в методе уголовно-процессуального принуждения, что позволило выявить три самостоятельные группы мер пресечения: меры физического принуждения, меры имущественного принуждения и меры психологического принуждения. Для большей эффективности применения уголовно-процессуального принуждения, предлагается включать в каждую группу как минимум два одинаковых по методу принуждения вида мер пресечения.
4. Предлагается законодательно закрепить иерархию мер пресечения, на основе принципа наибольшей экономии репрессии в применении уголовно-процессуального принуждения. В основе иерархии, должно лежать различие негативных последствий для обвиняемых, в зависимости от применяемой меры пресечения. Следует также закрепить в законе зависимость между известными Уголовному Кодексу РФ категориями тяжести преступлений и видами мер пресечения. В зависимости от характера деяния, в котором подозревается или обвиняется лицо (небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкое или особо тяжкое преступление) применяется соответствующий вид меры пресечения (физического, имущественного или психологического характера).
5. Обосновываются предложения по совершенствованию правового регулирования залога в системе мер пресечения и процессуального порядка его применения, для чего предложено исключить должностных лиц правоохрани-
8
тельных органов, из имущественных отношений, возникающих в связи с принятием предмета залога, и законодательно закрепить принятие залога должностным лицом только в форме банковских документов.
6. Аргументируется необходимость изменения содержания процессуальных документов, выносимых при применении залога, в связи с чем предлагается законодательно закрепить в постановлении о применении залога обязанность органа, применяющего залог, разъяснять обвиняемому и залогодателю условия применения данной меры пресечения, а также их права и обязанности. В протоколе же о применении залога следует фиксировать только факт принятия банковских документов о внесении залога на депозит суда.
7. Разрабатывается правовой механизм реализации залога, на основе выявления различий в статусе залогодателя. Обосновано закрепление в законодательстве двух форм залога в уголовном процессе, каждая из которых предусматривает свою процедуру реализации: залога, вносимого обвиняемым; и залога, вносимого третьим лицом.
8. Обосновывается целесообразность расширения сферы применения залога в уголовном судопроизводстве, через закрепление в законе права каждого обвиняемого и подозреваемого на рассмотрение следователем и судом вопроса о его освобождении из-под стражи под залог.
9. Выявляются особенности в определении предмета залога, в связи с чем обоснованы предложения о его сужении: принятия в качестве залога только денег и ценных бумаг и неприменении в качестве предмета залога недвижимости, вещей и драгоценностей, внесение которых, а также их оценка, хранение и возврат, порождают непреодолимые трудности.
10. Обосновывается предложение о нецелесообразности включения в закон требований о размере залога. В каждом случае применения залога, его размер должен определяться органом, применяющим меру пресечения, исходя из общественной опасности инкриминируемого лицу преступления и имущественного положения обвиняемого (подозреваемого) или залогодателя. При определении размера залога, вносимого третьим лицом (кроме юридических
лиц), должно учитываться имущественное положение более состоятельного лица: обвиняемого, или залогодателя.
Апробация результатов исследования. Основные теоретические предложения данной работы, изложены автором в 4 публикациях; доложены на заседаниях кафедры уголовного процесса и криминалистики Самарского государственного университета, на научно-практических конференциях Международной академии бизнеса и банковского дела в 1996-1997 гг.
Выводы и рекомендации, сделанные в диссертации, докладывались на семинарских занятиях, по повышению квалификации следователей и лиц, производящих дознание, в УВД города Тольятти.
10
Глава 1. СУЩНОСТЬ ЗАЛОГА И ЕГО МЕСТО В СИСТЕМЕ МЕР ПРЕСЕЧЕНИЯ
§ 1. МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ - КАК СРЕДСТВО ОБЕСПЕЧЕНИЯ
НАДЛЕЖАЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ ОБВИНЯЕМОГО В ХОДЕ ПРОИЗВОДСТВА ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ
В уголовном процессе больше, чем в какой-либо иной области общественных отношений, проявляется несоответствие интересов личности подозреваемого, обвиняемого и интересов государства, так как именно в этой сфере противодействие личности действиям государственных органов достигает наивысшего предела. В чем же проявляется такое несоответствие?
В интересах правосудия и защиты общества от преступных посягательств необходимо, чтобы за каждое совершенное преступление наступало неминуемое наказание лица, его совершившего. Для реализации этой цели государство содержит аппарат, получивший в последнее время в юридической литературе название - правоохранительные органы. Вся деятельность правоохранительных органов направлена на раскрытие преступлений, изобличение виновных в нем лиц и закрепление доказательств, подтверждающих виновность лица, с тем, чтобы суд мог по справедливости разрешить вопрос о виновности или невиновности подсудимого.
Однако, лицо, признанное подозреваемым или привлекаемое в качестве обвиняемого, руководствуясь естественным чувством самосохранения, стремится избежать уголовной ответственности и с этой целью способно противодействовать успеху расследования, создавая различные помехи. Чтобы оценить характер этих противоречий, следует учесть, что, между совершением преступления и судебным разбирательством всегда имеется определенный период времени - период, когда действует конституционный принцип презумпции невиновности, согласно которому, вплоть до вступления приговора в законную силу, обвиняемый считается невиновным. Именно в этот период и осуществляют свои функции органы предварительного расследования, и задача законодателя,
11
с одной стороны, заключается в том, чтобы обеспечить им максимальные возможности осуществления своих функций. С другой стороны, в соответствии с конституционными положениями, принципом презумпции невиновности, законодатель обеспечивает защиту прав и законных интересов гражданина, признаваемого подозреваемым, или привлекаемого в качестве обвиняемого. Поэтому ограничение его прав и свобод должно носить минимальный характер и применяться только в той степени, в какой это необходимо для выполнения правоохранительными органами своих функций.
Выравнивая данное противоречие, Уголовно-процессуальный Кодекс уравновешивает интересы обеих сторон и, закрепляя неприкосновенность личности, устанавливает единый порядок судопроизводства, включающий применение мер процессуального принуждения. При этом, для цивилизованного правосудия важно не то, чтобы за каждое совершенное преступление кто-либо понес наказание, а чтобы любое лицо, на которое пало подозрение или которому предъявлено обвинение, было признано виновным лишь при наличии достаточных оснований, при неуклонном соблюдении гарантий права на защиту.
Проблема соотношения в уголовном процессе интересов личности и государства, в лице его правоохранительных органов, получила детальную разработку еще в конце XIX - начале XX веков, в трудах российских юристов. Так, В.Д.Кузьмин-Караваев отмечал, что «в вопросах о мере пресечения наиболее резко обнаруживается несовместимость и противоположность требований, вытекающих из интересов личной свободы, с одной стороны, и обуславливаемых целью уголовного правосудия - раскрыть истину и наложить кару на виновного - с другой»1. П.И. Люблинский ставит решение этой проблемы в зависимость от отношения государства к личности. «При низкой ее оценке (т.е. личности) государство бесцеремонно задерживает всех при малейшем подозрении, при более высоком уважении - оно жертвует некоторым процентом побегов для того, чтобы больше оградить личность»2.
1 Кузьмин-Караваев В.Д. Пресечение способов уклонения от следствия и суда.- СПб., 1902.- С.8.
2 Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе.- СПб., 1906.- С.9.
12
Обвиняемый выступает как сторона в уголовном процессе. Он, как и подозреваемый, менее всего заинтересован в наказании за совершенное преступление, и задача законодателя заключается в том, чтобы обеспечить неуклонение обвиняемого от правосудия и пресечь его неправомерные действия. Реализуется эта задача через применение особых мер пресечения, предусмотренных статьей 89 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, прямое назначение которых - создание благоприятных условий для установления истины, раскрытия преступления и выявления виновных лиц.
В юридической литературе, определяя меры пресечения, авторы традиционно затрагивают следующий круг вопросов:
- сущность мер пресечения, их отношение к государственному принуждению,
- субъекты применения мер пресечения,
- круг лиц, в отношении которых применяются данные меры,
- цели применения.
Не вызывает возражения тот факт, что меры пресечения являются мерами уголовно-процессуального принуждения. Данная черта отражена почти во всех определениях, раскрывающих меры пресечения. А в определениях, данных Ю.Д. Лившицем и А.Е. Белоусовым, отмечен еще и превентивный характер этих мер, что является существенной чертой мер пресечения, так как констатирует их профилактическую направленность1. Меры пресечения являются не санкцией, не наказанием за совершенное действие, а лишь предупредительными мерами, применяемыми в случае, если есть опасения совершения обвиняемым каких-либо действий, мешающих установлению истины и выявлению виновных лиц.
Вопрос об основаниях применения мер пресечения находится в тесной взаимосвязи с проблемой вероятности или достоверности наступления событий, против которых эти меры применяются. По данному вопросу в теории уголовного процесса сложилось два противоположных взгляда. Одни авторы
1 Лившиц Ю.Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе.- М., 1964.- С.18; Белоусов АЕ. Вопросы теории и практики применения мер уголовно-процессуального пресечения по законодательству РФ. Диссерт. к.ю.н.- Ижевск, 1995.- С.25.
13
исходят из вероятного, предположительного характера данных, служащих основаниями для применения мер пресечения1, другие же исследователи говорят о их достоверном характере.
Так, обосновывая достоверный характер оснований для изменения мер пресечения, А.Д. Буряков отмечает, что «в основе решения следователя об избрании меры пресечения должны лежать не субъективные представления о вероятном поведении обвиняемого, а реальные доказательства его ненадлежащего поведения»2. В.А.Михайлов, также указывает, что «если нет уверенности, подкрепленной достоверными доказательствами, что обвиняемый скроется от следствия и суда, либо будет заниматься преступной деятельностью, либо помешает установлению истины по делу или обеспечению исполнения приговора, то применять меру пресечения нельзя»3. Это же мнение разделяют Л.М. Карнеева и Г.М. Миньковский4.
Еще более категоричную позицию заняла З.Ф. Коврига, полагая что: «мера пресечения может быть применена только при установлении факта нарушения обвиняемым возложенных на него обязанностей, только при нарушении статьи 89 УПК, а не на основании предположений о его возможном ненадлежащем поведении, в каком бы способе противодействия оно не было выражено»5.
Следуя этим положениям, применение к обвиняемому меры пресечения будет возможным только после совершения им попыток побега, создания иных
1 Еникеев З.Д. Социальная ценность и эффективность мер уголовно-процессуального принуждения.- Уфа, 1979,- С.26.;
Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978.- С.51;
Петрухин ИЛ. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе.-М., 1989.- С.107;
Кудин Ф.М. Условия и основания применения мер пресечения в советском уголовном процессе /Сб. Ученые труды Свердловского юридического института.- Свердловск, 1974.- С.37.
Давыдов П.М., Якимов П.П. Применение мер процессуального принуждения по Основам уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик,- Свердловск, 1961.- С.12;
Чистякова B.C. Законность и обоснованность применения мер уголовно-процессуального принуждения.- М, 1978.- С.32, и другие.
2 Буряков АД. Меры пресечения в советском уголовном процессе.- М., 1967.- С.193.
3 Михайлов В. А Меры пресечения в советском уголовном судопроизводстве.- М., 1991.- С.27.
4 Сб. Вопросы предупреждения преступности. Вып.4.- М., 1966.- С.90.
5 Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальное принуждение.- Воронеж, 1975.- С.95.
14
помех следствию и установлении этих, уже свершившихся фактов. Такой подход крайне затруднил бы осуществление задач правосудия, так как поставил бы следователя в сложное положение, препятствуя применению мер пресечения, при наличии достаточных, хотя и предположительных данных, что обвиняемый скроется и т.д. Кроме того, при таком подходе происходит неправомерное слияние мер пресечения с мерами уголовно-процессуальной ответственности, имеющими иную правовую природу.
На наш взгляд, меры пресечения предупреждают наступление негативных для уголовного судопроизводства последствий в будущем. Утверждать что они возникнут нельзя, вывод о их наступлении находится на уровне предположения, вероятности. У лица, производящего дознание или предварительное следствие, существует опасение того, что обвиняемый (подозреваемый) может скрыться, помешать установлению истины, продолжать преступные действия и т.д. Данное опасение основано на тех фактических данных, которые нашли свое отражение в уголовном деле, и являются основаниями для применения меры пресечения, но никак не могут указать достоверно на будущее поведение обвиняемого.
Поэтому, правы те авторы, которые исходят из вероятного, предположительного характера данных, служащих основаниями для применения мер пресечения.
Чем внимательнее и глубже следователь будет вникать в сущность расследуемого дела, тем меньше вероятность ошибки при избрании меры пресечения. Законодательное закрепление положения об учете всех обстоятельств по уголовному делу при избрании данных мер, вполне достаточно для обоснованного решения этого вопроса.
Не составляет трудностей определение круга субъектов, управомочен-ных на применение мер пресечения, и круга лиц, к которым эта мера может быть применена. И та, и другая сторона четко определена уголовно-процессуальным законом, в статье 89 УПК РСФСР. Субъект применения меры пресечения -лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд (судья).
15
Круг лиц, в отношении которых может применяться эта мера - подозреваемый (ст. 90 УПК), обвиняемый (ст. 89 УПК), подсудимый (ст. 260 УПК), и осужденный (ст. 315 УПК).
Нет единогласия в определении целей мер пресечения. Действующий уголовно-процессуальный кодекс конкретно не формулирует цели мер пресечения. Между тем, из статьи 89 УПК, при анализе оснований применения мер пресечения, можно вывести и их цели:
- предотвращение сокрытия обвиняемого, (подозреваемого) от органов дознания, предварительного следствия и суда;
- преодоление попыток обвиняемого воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу;
- пресечение дальнейшей преступной деятельности обвиняемого;
- обеспечение возможности исполнения приговора. Большинство авторов, раскрывая понятие мер пресечения, определяют
цели их применения, исходя из статьи 89 УПК. «Меры пресечения это принудительные меры, применяемые органами дознания, следствия, прокуратуры и суда, в порядке, установленном уголовно-процессуальным правом к подозреваемым, обвиняемым, подсудимым и осужденным, в целях воспрепятствования сокрытию этих лиц от следствия и суда, устранения со стороны их препятствий раскрытию истины по уголовному делу, предотвращения совершения ими других преступлений и обеспечения исполнения-приговора»1.
Такой вывод, как нам представляется, наиболее обоснован с точки зрения закона, теории и практики. В то же время, некоторыми авторами цели мер пресечения формулируются более широко. Так, В.М.Корнуков отмечая, что цели мер пресечения не равнозначны основаниям их применения (ст. 89 УПК) утверждает, что законодатель имеет в виду не просто обеспечение неуклонения «обвиняемого от дознания, предварительного следствия и суда, невоспрепятствование установлению истины по делу и так далее, а обеспечение достижения этих целей с предельно меньшей степенью стеснения прав, свобод и законных
Давыдов П.М., Якимов П.П. Указ.раб.- С.9.
16
интересов обвиняемого»1. Соглашаясь с такой постановкой вопроса, следует заметить, что мысль о предельно меньшей степени стеснения прав и свобод обвиняемого в уголовном процессе должна быть в четкой форме закреплена в законе и гарантироваться государством.
Значительно шире, формулирует цели мер пресечения В.А. Михайлов: «цели мер пресечения не исчерпываются указанными в статье 33 Основ, они шире и заключаются также в том, чтобы с их помощью обеспечить личное участие обвиняемого в уголовном процессе, его неуклонение от уголовного преследования, применения к нему мер уголовного наказания и взыскания с него материального ущерба за причиненный преступлением имущественный вред»2.
Такая позиция требует уточнения. На наш взгляд, личное участие обвиняемого в уголовном процессе, как раз и обеспечивается предотвращением сокрытия последнего от уголовного преследования. Обеспечивая явку обвиняемого к органам следствия и суда, мы тем самым, обеспечиваем и его участие в уголовном процессе, следовательно, такая цель не нуждается в отдельной формулировке, она входит в содержание тех целей, которые перечислены в статье 89 УПК. Другое дело - обеспечение взыскания материального ущерба за причиненный преступлением имущественный вред. Думается устанавливать такое положение в качестве цели всех мер пресечения нельзя, ибо оно может быть применимо лишь к одному виду мер пресечения - залогу. Но, как будет показано дальше, эта цель не должна ставиться и при залоге.
Некоторые авторы обоснованно связывают цели мер пресечения с задачами всего уголовного процесса и усматривают их в том, чтобы «не допустить такого поведения обвиняемого (подозреваемого), которое бы препятствовало достижению задач уголовного судопроизводства»3. По отношению к конечным целям судопроизводства, такое место целей мер пресечения не вызывает возражений. Однако, гораздо дальше идет З.Ф. Коврига. Она определяет меры пресечения как «меры процессуального принуждения, ограничивающие свободу дей-
1 Корнуков В.М. Указ.раб.-С.74.
2 Михайлов В.А Указ.раб.- С.16.
3 Петрухин И.Л. Указ.раб.- С.105.
17
ствий обвиняемого и применяемые в соответствии с уголовно-процессуальным законом в целях ограждения общества от опасных для него лиц и успешного осуществления задач социалистического правосудия»1. Соглашаясь с первой частью определения, трудно согласиться со второй его частью, так как в ней не раскрыта полностью сущность мер пресечения, и она применима только к одному виду - заключению под стражу. Применение других видов мер пресечения, таких, как поручительство, подписка о невыезде, залог, наблюдение командования, надзор администрации детских учреждений, не связано с ограждением обвиняемых от общества, они остаются в обществе. И хотя свобода их поведения действительно ограничивается, это достигается не через физическое «ограждение общества от опасных для него лиц», а путем ограничения личных свобод обвиняемого, его имущественных прав, наблюдения за ним и т.д. На наш взгляд, отождествление целей мер пресечения с целями всего уголовного процесса не оправдано, так как меры пресечения направлены на решение более узких задач. В плане диссертационного исследования необходимо выявить непосредственные цели применения мер пресечения, присущие только данному институту.
Институт мер пресечения - один из важнейших в уголовном процессе, так как непосредственно затрагивает права и свободы гражданина. Закрепление целей данного института в законе, важно еще и потому, что по их реализации можно судить о эффективности всего института. С такой точки зрения, нельзя не обратить внимания на некоторые особенности целей, выявляемые при анализе каждой, отдельно взятой меры пресечения. Так, заключая обвиняемого под стражу, следователь преследует цель - предотвратить побег обвиняемого от правоохранительных органов и суда. А избирая в качестве меры пресечения подписку о невыезде, он, в большей мере, преследует цель обеспечения явки обвиняемого к следователю и суду. Таким образом с изменением тяжести меры пресечения, первая цель, закрепленная в статье 89 УПК - предотвращение обвиняемому возможности скрыться от органов правосудия, - претерпевает существенные изменения и становится средством предупреждения попыток
Коврига З.Ф. Указ.раб.- С.95. |
